Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дети Вечности (№2) - Земля

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Андерсен Лора / Земля - Чтение (стр. 10)
Автор: Андерсен Лора
Жанры: Современные любовные романы,
Космическая фантастика
Серия: Дети Вечности

 

 


– Спасибо. – Рон растворился в пространстве.

***

Креил разыскал Нигль-И в рубке управления. Почувствовав землянина, инопланетянин принял человеческий облик, возникнув на полу зала в паре метров от вошедшего Креила.

– Плохо себя чувствуете, Советник?

– Да нет, напротив, на удивление хорошо, – рядом с Креилом возникло кресло, и он с удовольствием сел. – Ты знаешь, даже начал верить, что доберусь живым до Земли, – он мысленно усмехнулся. – Появились какие-то планы. Я поэтому и пришел. Мы же можем связаться с Землей? Я бы запросил материалы обследования людей и начал бы потихоньку работать. Сколько нам лететь?

– Месяца два. Но мы не сможем связаться с Землей.

– Почему? Многомерность мешает?

– Это не Многомерность. – Нигль-И создал еще одно кресло для себя, сел, сплетя неправдоподобно длинные пальцы на коленях. – Я же говорил вам, что мне пришлось попросить очень необычную помощь…

– От необычных существ?

– От могучих существ. Мы не сможем связаться с Землей, потому что в реальности нас сейчас не существует.

– ???

– Рон тащит нас через время. Мы находимся в глубоком прошлом, я не знаю только точно, как глубоко, но достаточно, чтобы две последние Многомерные флуктуации на нас не оказывали влияния. Он очень боится за ваше здоровье, Советник, и делает все, чтобы миновать опасные зоны с переменными мерностями пространства.

Креил почувствовал, что от объяснений инопланетянина ему становится не по себе.

– Так кто же он? Нигль-И? Насколько я знаю, только Странница обладает подобной степенью могущества, или не так?

– Не совсем так. Но вы правы, подобных существ, да еще имеющих для всего этого достаточно энергии и подходящие Корабли, можно сказать, в нашей Вселенной почти не осталось.

– А когда-то было больше?

– Очень давно. Цивилизации умирают. Цивилизация Рона – одна из самых древнейших в нашем обозримом прошлом, а, возможно, и в нашей Вселенной. Точно знает только Странница. Но могущества этих существ достаточно, чтобы не бояться вмешиваться в прошлое, не изменяя при этом будущего. Кроме того, есть много сложностей при просачивании в будущее. Все не просто.

– Не сомневаюсь в этом. – Креил замолчал, подумав о том, какой большой путь еще предстояло пройти земной цивилизации, чтобы достигнуть чего-нибудь подобного. – Как ты думаешь, Нигль-И, мне следует извиниться?

– Это вам решать. Я понимаю, что вас разозлило. Но это не повод. Никто не хотел плохого для Аоллы.

– Ты знал?

– Знал.

– Почему ты не переговорил со мной?

– О чем? Что какое-то существо, но я не имею права рассказать, какое именно, хочет провести с ней время? И потом, я прекрасно знал, если она не захочет, ничего не будет. С другой стороны, помощь такого существа как Рон, может понадобиться в любой момент. У землян мало друзей, Советник. И если кто-то решил стать вашим другом, вы не поможете упускать такую возможность.

– Аолла не думала о подобных вещах.

– Ей не нужно думать. Женщины подобные вещи понимают без раздумий. Но я надеюсь, Рон ей понравился.

– Лучше бы это было не так, хотя ты прав. Она очень страдала, когда он улетел. Но я не представляю, чтобы из этого могло получиться хоть что-то хорошее для нее. Ее опыт с инопланетянами говорит об обратном. Возможность регрессии в другое тело никак не облегчает понимание. Хотя создает иллюзию такого понимания. Сколько она из-за этого выстрадала! Ты же знаешь, Аолла – больной человек.

– Знаю. Но от жизни с Советником Строггорном ей не прибавится здоровья.

– Что ты имеешь в виду? – Креил нахмурился. – Это единственный человек в ее жизни, которого она любила.

– Не верю в это.

– Во что? Я не понимаю тебя, Нигль-И!

– Я не верю в то, что Аолла любит Советника Строггорна. Точнее, я вообще не понимаю, как такого человека можно любить.

– Ты не знаешь земных женщин. Довольно странные создания. И иногда любят тогда, когда кажется это совсем невозможно.

– Вам виднее, Советник. Мне не хочется с вами спорить.

– Скажи честно, – Креил задумался на секунду, как это лучше спросить. – Ты считаешь, Рон не будет пытаться увезти Аоллу с собой?

– Это исключено, – Нигль-И улыбнулся. – А вы этого так испугались? Зря. У них не те отношения. Во всяком случае пока.

– Ты знаешь что-то еще, почему это не может быть таким простым?

– У существ, проживших тысячелетия, это никогда не бывает простым.

– Тогда зачем он это сделал? Я не понимаю, какой во всем этом был смысл? Если он понимал, что ничего между ними быть не может? Потом, в земном облике, вряд ли это могло доставить ему удовольствие. Или я не прав?

– Правы.

– Но тогда зачем?

– Вы не хотите спросить об этом его самого?

– Ты не хочешь отвечать или не знаешь?

– Я не знаю и не желаю знать, – жестко ответил Нигль-И. – Если бы Странница по каким-то своим причинам решила провести ночь с земным мужчиной, стали ли бы вы задавать ей вопрос, зачем она это делает? И вам и ей было бы ясно – продолжения быть не может, но…

– Не припомню, чтобы она делала подобные вещи…

– И поэтому на Земле растет ее ребенок от земного мужчины? Зачем ей это было нужно? Я уверен, в ее жизни одним землянином не обошлось.

– Никогда не спрашивал ее об этом.

– Тогда вы должны понимать, почему меня это не интересует. И Аолла и Рон – вполне взрослые люди, чтобы решать подобные вопросы самим. Мы можем что-то посоветовать, но заставлять принимать их то или иное решение, согласитесь, не наше дело.

– Ты прав. Но ты плохо знаешь Строггорна.

– На мое счастье. Я бы предпочел его вообще не знать. Как он отнесся к тому, что произошло с Лейлой?

– Был очень зол.

– Мне, наверное, лучше с ним не встречаться.

– Мне тоже. Только это невозможно.

– А вам почему?

– Потому что он потребует объяснений по поводу Аоллы и Рона. И что я ему должен рассказать?

– Ничего. Ничего не знали.

– Они – муж и жена, – медленно сказал Креил. – Это значит, до первого Слияния он будет догадываться, а после этого – все знать абсолютно точно.

– Не все, только то, что знает Аолла. А что, Советник любит ковыряться в голове партнера во время Слияния? Мне бы это не пришло в голову. Зачем портить себе удовольствие и рисковать расположением партнера?

– Он еще любит читать сквозь блоки.

– Да? Это плохо. У Аоллы не очень хорошая защита.

– Об этом и речь. У меня и так полно проблем, чтобы еще вникать сейчас в их отношения.

– Теперь я понял, почему вы так разозлились.

– А ты думал – ревную? Может и ревную, конечно, – Креил вздохнул. – Она могла бы быть моей женой.

– Я слышал, вы три года жили с ней. Это не одно и то же на Земле?

– Не совсем. Потом, мы были как друзья. Аолла очень болела, и я занимался ее лечением. Странные были годы, счастливые и печальные. Я так долго был одинок. А потом, приходить домой и знать, что кто-то тебя ждет. Жаль, что все так быстро закончилось.

– Иногда, мне так сложно понять землян, Советник.

– И при этом ты не отказываешься от Лейлы? – Креил рассмеялся.

– Если она меня не забыла.

– Не думаю, чтобы она тебя забыла. Она очень странная, и ей никогда не нравились земные мужчины.

– А я ужасно боялся, что она только и делала, что их меняла.

– Претендентов было сколько угодно, а она все чего-то ждала. И дождалась, как в один прекрасный день инопланетянин превратит ее в старуху.

– Вы шутите, Советник. Вы-то на меня не сердитесь?

– Поначалу очень рассердились, но потом Лейла нас переубедила.

– Хорошо. Как вы думаете, я смогу повидать ее?

– Ты же сам сказал, что никто не должен вмешиваться в отношения взрослых людей. Зачем тебе нужно мое разрешение?

– Спасибо, Креил.

– Извините, я не знал, что вы здесь, – раздался мыслеголос Рона. Креил обернулся и увидел его сидящим в кресле. – Надеюсь, Советник, вы чувствуете себя получше?

– Все нормально. Это хорошо, что мы увиделись. Я понимаю, как вы заняты, Нигль-И мне все объяснил, так что я хотел бы принести свои извинения за несдержанность.

Рон поморщился.

– Вы всегда так официальны, Креил?

– Нет, исключительно, когда не прав, – ответил Креил и с облегчением увидел, как заулыбались Рон с Нигль-И.

– Я рад и надеюсь, когда-нибудь мы станем друзьями.

– Во всяком случае – не врагами.

– Ну что же. Это тоже не плохо для начала. Хотите что-нибудь съесть вкусненького? – сказал Рон и тут же возник плетеный столик, уставленный тарелками с земными фруктами.

– Как приятно дружить с волшебником!

– Не преувеличивайте, Советник. Это не так сложно, как кажется.

– Для кого как.

– Ваша планета получилась неплохо. Мне показывал Нигль-И.

– Вам понравилось?

– Замечательно продуманно сделано. И вы истратили совсем немного энергии.

– У меня ее просто не так много было. Так что…

– Если вам понадобится энергия, свяжитесь со мной через Нигль-И.

– Спасибо. Мне уже объяснили, что проблема со мной не в недостатке энергии, а в том, что нужно специфическое лечение.

– Я в курсе. Совет Вселенной стоит насмерть.

– Вы думаете, я обречен?

– Исходя из вашей линии жизни, это не совсем так. Но шансы не велики.

– Вы смотрели мою линию жизни?

– Прежде чем кому-то помогать, Советник, нужно быть хотя бы уверенным, что можно помочь. Бывает ведь, что и нельзя. Зачем бы я тратил время, если бы у вас не было шансов?

– Спасибо, до ваших слов, я почему-то был уверен, что шансов нет. Если вы не будете возражать, я бы вернулся к себе отдохнуть. – Креил поднялся, он и правда почувствовал утомление. Сейчас он ясно увидел, какие проблемы его ждут на Земле, мысленно он уже был там, восстанавливая в памяти детали различных теорий, которые он разрабатывал для других цивилизаций. И в первый раз ему показалось, что у землян есть шанс спастись.

***

Аолла вышла из своей комнаты и застыла. Рон удивлял их каждый день. Невозможно было угадать, какой именно пейзаж ждет за дверью. В течение первого месяца природа плавно менялась. Лето превратилось в осень, и однажды Аолла увидела далеко в небе улетающую стаю уток. Слышался протяжный унылый звук, который напомнил ей детство.

Но сегодня Аоллу встретил разгневанный океан. Волны вздымались на многометровую высоту, ветер мгновенно разметал ее волосы. Черные тучи неслись с неестественно быстрой скоростью, почти сливаясь с взбудораженной сливово-синей водой.

Аолла поежилась от пронизывающего ее легкую одежду влажного ветра. Она вспомнила, что вчера Нигль-И вел себя как-то странно, словно хотел ей о чем-то сказать, но не решался. Сейчас, увидев взбешенную стихию прямо за своей дверью, Аолла сразу поняла, что скрывал инопланетянин: их путешествие подходило к концу. Может быть это был последний день, когда они пронзали пространство в чреве Корабля Рона. Впереди была Земля.

Глаза стали влажными, то ли от брызг океана, то ли потому, что пришла боль осознания того, что Рон выполнил свое обещание и больше ни разу не появился. Несколько раз Аолла спрашивала Нигль-И, почему Рон снова решил прятаться, но инопланетянин уклонялся от прямого ответа.

«Прощание, он так прощается со мной,» – подумала Аолла, ощутив ноющую тянущую боль в области сердца. Ей стало вдруг безумно жаль себя, словно ею пренебрег кто-то очень близкий, а потом пришла злость. Она подумала, что если чего-то немедленно не предпринять, возможно, уже завтра их разделят миллионы парсеков равнодушного Космоса. Она сосредоточилась, пытаясь ощутить присутствие других существ, осторожно прощупывая пространство. «Здесь!» – Аолла переместилась в место, где по ее ощущениям был кто-то живой, но не Креил и не Нигль-И. Она очутилась в круглом помещении и по разорванности восприятия сразу поняла, что попала как минимум в Четырехмерность. Это означало, что не было возможности без специальных приспособлений пройти регрессию в тело инопланетян, даже если бы она имела представление об их генетических особенностях.

Существо стояло к ней спиной, но мгновенно обернулось. До того как ей стало плохо, Аолла успела еще подумать, что существо было очень похоже на землян. Потом все поплыло, а очнулась она в своей комнате.

– Ну зачем было нужно рисковать собой?

Аолла открыла глаза и посмотрела на Рона.

– Ты могла бы попросить Нигль-И, он бы сказал мне, что ты хочешь меня видеть, – продолжал Рон.

– Это был ты? – она имела в виду существо, которое видела в том помещении.

– Это был не я.

– Но ты такой же?

– Не понимаю тебя. Я, конечно же, другой. Разве люди на Земле все одинаковые?

– Я имею в виду, ты той же расы?

– Не скажу, – Рон мысленно улыбнулся. – Зачем тебе это знать?

– Мне все равно. Но если вы хотя бы отдаленно похожи на землян, мне это как-то ближе, понятнее, не знаю, как объяснить, легче что ли принять.

– Мы очень разные. Внешнее сходство, Аолла, этого так мало! Ты даже не представляешь, КАК этого мало. У тебя намного больше общего с Дирренганами, чем со мной. Увы, это так. Важно количество мерностей, из которого происходит существо, потому что это означает сходные физические законы, течение времени, восприятие жизни, наконец. Что такое для тебя вода? То, что легко перемещается из одного положения в другое. Но ты знаешь, что на Дорне существует «висячая» вода. И она – никуда не течет и не может течь. Есть «океаны», по которым можно легко ходить, но можно погрузиться и «под воду» – только для этого придется приложить большие усилия. А человек – на 90% – вода. У тебя есть такой орган как сердце, который перемещает воду по твоему организму, у Дорнцев – его нет. Ты же знаешь, как они не похожи.

– Почему ты говоришь о Дорне, а не о себе?

– Потому что это ты еще можешь понять. Пятимерный мир был бы для тебя уже совсем непонятным, потому что исчезнет само понятие материи, как чего-то непроницаемого. Ты привыкла, что если сквозь «твердое» на Земле прошло другое «твердое» – это приведет к повреждению или изменению обоих или одного из них. В Пятимерности – это не так. И живое и «твердое» пройдут друг через друга, никак при этом не взаимодействуя. Как если бы одно тело из воды могло пройти через другое, тоже из воды, но при этом они бы никак друг с другом не сливались.

– Призраки. Мир призраков, вот что это означает.

– Призраки?

– Нематериальные сущности. Говорят, иногда это случается на Земле.

– Зачем ты хотела меня видеть?

– Я вышла из комнаты и поняла, что завтра тебя уже не будет.

– Понятно. Ты себя получше чувствуешь? Давай, прогуляемся?

Океан немного успокоился. Небо посветлело, и теперь гребни волн уже реже покрывались пеной. Аолла опустилась на мокрый песок. Ветер, уже не такой пронизывающий, трепал ее волосы. Рон сел рядом, а Аоллу удивило, что его волосы, светлые, почти до плеч, лежали, словно приклеенные. На голове инопланетянина был надет обруч из мягкой ткани. Изредка по нему пробегали сверкающие искорки энергии.

– Почему ветер не шевелит твои волосы?

– Из-за обруча. Они у меня очень легкие, был бы шар вокруг головы.

– Странница носила что-то похожее. Но я никогда не задумывалась, почему. Я вообще понимаю теперь, что мы никогда не воспринимали ее как обычное существо, исключительно как богиню.

– Почему ты заговорила о ней?

– Не знаю, вы чем-то похожи. Но я не могу объяснить… наверное, потому что ты так же могущественен.

– Для тебя это так важно?

Аолла подняла на него свои темные глаза. Рон не пытался уклониться. Он поднял руку и осторожно стер слезу, ползущую по ее щеке.

– Вода, как странно. Ты… плачешь… – он словно вспоминал нужное слово и сказал его по Аль-Ришадски. – Почему?

Бесконечная равнина с сиреневатым отливом от низкого ирреального солнца, могучие деревья, скрученные в плотные спирали, прижимающиеся к поверхности планеты, в стремлении противостоять беспощадному, все сметающему на своем пути, урагану, – Аолла вслушалась в его странную телепатему.

– Так печально, Рон. Такая тоска!

Он взял ее голову в свои руки, приблизил ее лицо и поцеловал медленно тягуче в губы.

– Не будешь потом жалеть?

– Нет, слишком поздно жалеть. – Она закрыла глаза, ей было легче так отдаваться его ласкам. Она вдруг подумала, что кто-то может прийти и застать их здесь на берегу океана.

– Никто не придет, Креил уже в капсуле, Нигль-И – и так знает. А больше некому.

Он осторожно снял с нее платье, и сразу же воздух потеплел. Ветер ласково обволакивал ее тело приятным потоком. Аолла легла на ставший сухим песок. Она отчетливо слышала, как успокаивается океан, как рев разгневанной воды становится мягким, чуть слышным.

– Если хочешь, я отнесу тебя в спальню?

– Мне все равно. – Аолла открыла глаза, и увидела расслабленное такое обычно-человеческое лицо Рона. – Тебе ведь это не доставит никакого удовольствия? – она спросила, хотя при этом где-то внутри нее больно кольнуло.

– Ты очень красива, Аолла. Мне доставляет удовольствие, даже если бы ты просто позволила быть мне рядом, видеть тебя. Сядь.

Она удивилась, но послушно села. Рон повернул ее к себе спиной и крепко обнял. Аолла чувствовала, как под его одеждой трепещет его тело, словно старается разорвать ее. И от этого трепета по телу Аоллы прошла волна возбуждения. «РОН!» – она почти простонала. Он отпустил ее, и Аолла снова легла на песок.

Небо стало глубоко синим, но при этом солнца не было, хотя его тепло ощущалось везде. Рон осторожно провел рукой по ее животу. Аолла вздрогнула, и почувствовала, что снова начинает плакать.

– Тебе плохо? – Рон остановился.

– Мне хорошо, от хорошего на Земле тоже плачут. – Она протянула руку, чтобы приласкать его, но встретила мягкую ткань одежды. – Ты бы не мог раздеться?

– Это невозможно.

– Почему? – Она вспомнила, что и в тот первый раз он не стал раздеваться и так и остался в своей одежде, похожей на тунику.

– Это неважно. Доверься мне. Все будет хорошо.

Мир кружится, то сжимаясь до крохотной точки, то становясь огромным как Вселенная. Их осталось только двое, и от этого иногда пронзительное одиночество окрашивает все в серо-лиловый цвет. А потом взрывается цветная радуга, и они скользят по ней, крепко взяв друг друга за руки, неразлучные, вечные, бессмертные. А потом приходит наслаждение в каждую клеточку дрожащего тела. Аолла слышит свой пронзительный долгий крик от невозможности сдержать себя.

– Все хорошо?

– Хорошо, еще, пожалуйста…

– Я боюсь за тебя. Ты не готова ко всему этому.

– Готова, готова, Рон, мне хочется испытать все это и умереть, – неожиданно говорит она, и все исчезает. Нет берега океана, она в своей комнате на кровати, Рон сидит рядом в кресле, не пытаясь прикоснутся к ней. Печаль, пронзительную, прозрачную, скользящую тенью, – излучает его мозг.

– Рон! Иди ко мне! Ну последний раз, – она вспоминает вдруг, что никогда и никого не просила об этом. Смущается. – Прости… Я… не знаю, что со мной.

– Больше нельзя. Не потому, что я бы не хотел. Тебе не выдержать. Ты можешь умереть, я не хочу этого.

– Умереть? От чего?

– От наслаждения. Тоже умирают.

– Не на Земле, – уверенно возражает она. – Не на Земле.

– Я все равно буду бояться, – он виновато улыбается. – Не сердись. Сейчас ты поспишь, а мне и вправду пора.

Она послушно пьет напиток, который он ей протянул.

– Ты не будешь возражать, если тебя осмотрит врач? Это не больно.

– Мне все равно. – Она ощущает, как освобождается место внутри нее. Пустота. Пустота.

Врач долго возится в этот раз. Аолла успевает несколько раз задремать и снова проснуться. Лицо Рона как в тумане.

– Мне пора. Ты слышишь? Мне нужно уходить. Прости.

– За что я должна тебя прощать? – Она берет его руку и подносит к своему лицу. – Спасибо тебе. За все.

– Прощай.

***

Аолла проснулась и в первую минуту, как это бывает после глубокого сна, не могла вспомнить, что произошло накануне. Вспомнив, она сразу вскочила, и как была, обнаженная, выбежала в коридор.

Не было больше ни океана, ни леса. Унылые белые коридоры Корабля тянулись в разные стороны, унылый свет зажигался, когда она входила в очередной отсек, и гас за ее спиной.

Аолла опустилась на теплый, похожий на пластик, пол. У нее не было сил идти, не было сил думать, ничего больше не было впереди.

– Нигль-И! – слабо позвала она, уже теряя сознание. – Нигль-И!

***

Креил приподнял тяжелую голову. Его ужасно тошнило, каждую клеточку тела пронизывала боль.

– Скоро будет полегче. Это мы вошли в окрестности Солнечной системы. – Нигль-И ввел ему очередной препарат. – Мы вышли в реальность через две недели после нашего последнего контакта с Землей.

– Хорошо. – Креил ответил просто, чтобы что-то сказать. Ему было так худо, что думать ни о чем другом он не мог.

– Я связался с Землей, передал, что нам будет нужно. Они обещают подготовить к нашему прибытию необходимое для вас помещение. И Советник, мне нужна ваша помощь.

– Моя? – Креил удивился, хотя это скорее было возмущением, что его заставляют сейчас думать о чем-либо другом, кроме той боли, которая его так безжалостно терзала.

– У Аоллы психотравма.

Креил собрал все свои силы и сел.

– Они виделись еще раз? – не столько спрашивая, сколько утверждая, сказал он. – Где она?

– В соседнем зале.

«Господи, дай мне силы выдержать все это!» – подумал он, увидев беспомощное тело Аоллы на операционном столе.

***

– Ну вот, хорошо, девочка, – родной голос Креила ворвался в мозг и сразу вернулся свет.

Аолла открыла глаза и увидела пси-экран над головой.

– Что случилось?

Креил переглянулся с Нигль-И.

– А мы не знаем. Нашли тебя в коридоре. Наверное психотравма.

– Креил, зачем ты врешь? Психотравмы не бывают ни от чего. Я – могу не помнить, но ты-то должен знать, что произошло!

– Понятия не имею. Правда.

– Что-то настолько плохое, что ты мне не хочешь рассказать? – спросила Аолла и тихо добавила: – Так нечестно. Нигль-И?

– Да мы и правда не знаем. Корабль вышел в Трехмерность, была небольшая свистопляска с мерностями, вот, Советника Креила еле в чувство привел.

– Вы думаете, это перепад мерностей? – Аолла пыталась понять, говорит ли инопланетянин правду, но она была еще слишком слаба, чтобы отличить правду ото лжи. Приходилось верить.

***

– Она ничего не помнит, и, может быть, это к лучшему, Нигль-И, – сказал Креил, когда Аолла уснула.

– Да, но может вспомнить в любой момент.

– Для этого нужно, чтобы что-то натолкнуло ее мозг на «вспоминание». А какие такие ассоциативные воспоминая у нее могут быть с Роном на Земле?

– Пожалуй, вы правы. Но тогда вам тоже придется скрывать, что вы что-то знаете. Потом, вы сами говорили, Советник Строггорн во время Слияния может заняться ее головой.

– Не будет. Слишком большой риск. А когда касается Аоллы, он не любит рисковать.

– Хорошо. Через пару недель мы пересядем в посадочную капсулу. Мне не провести Корабль до Земли. Слишком большие гравитационные возмущения он вызывает. Так что – еще недели три у вас есть на то, чтобы прийти в себя. Да и для Аоллы это неплохо.

– Запроси материалы с Земли. Пора начинать работать.

– Правда? – Нигль-И улыбнулся. – Честно говоря, когда вы очнулись, я подумал, что вы вообще не сможете работать.

– Так был плох? Уже очухался. Хорошие препараты. Поживем еще. Я верю Рону. Раз он сказал, что у меня есть шанс, это так и есть.

***

Экран посадочной капсулы не был таким огромным, как в Корабле Нигль-И, но и на нем зрелище планет Солнечной системы было впечатляющим.

Прошло почти три недели полета, пока на экране возникла и стала час за часом увеличиваться Земля. Из-за Креила воспользоваться для перемещения Гиперпространственым окном было невозможно.

– Так, Советник Креил – вы готовы к посадке? – спросил Нигль-И, собираясь совершить гиперпространственный прыжок на поверхность планеты. – Сейчас мерности поплывут.

Нигль-И попросил Корабль создать канал связи с Землей. Планета исчезла с экрана, и появилось озабоченное лицо Лингана.

– У нас все готово к прыжку, – отчитался Нигль-И.

– Мы готовы вас принять, – Линган продиктовал координаты космодрома в системе Многомерного исчисления.

За несколько секунд до прыжка Земля приблизилась и заняла почти пол-экрана. Аолла вглядывалась в такое знакомое изображение голубой планеты и вдруг поняла, что панически боится возвращаться домой. У нее еще было несколько мгновений, чтобы понять причину этого, но потом пришла тошнота, сопровождающая прыжок, и страх отступил на второй план.

Глава 8

Только Линган и Строггорн находились в непосредственной близости от места посадки. Охрана из военных расположилась на значительном удалении.

Линган вглядывался в поверхность космодрома, где с минуту на минуту должна была возникнуть капсула с Креилом. Он нервничал. Нигль-И не стал скрывать, что жить Креилу оставалось считанные месяцы и шансов, что он успеет закончить разработку теории генетических изменений почти не было.

Над космодромом собиралась гроза. Часть неба стала темно – лиловой, но ветра, предвестника дождя, еще не было. Линган надеялся, что Нигль-И успеет с посадкой до дождя.

Порыв неожиданного ветра вздыбил космодромную пыль, первые крупные капли ударили в бетон, и в тот же миг в точно обозначенном большим белым кругом месте возникла капсула. Она еще какое-то время «мерцала», то становясь материальной, то растворяясь. Дождь не успел вовсю припустить, как из капсулы опустился трап и показался Нигль-И. Инопланетянин легко спрыгнул на землю, слегка встряхнулся, словно примеряя на себя земное притяжение, и уверенно шагнул навстречу Лингану.

Над бетоном, приподнявшись над поверхностью не более чем на двадцать сантиметров, скользила машина скорой помощи. Приблизившись к капсуле, она резко затормозило.

– Где все? – обеспокоено спросил Линган, не выпуская из вида выход из капсулы.

– Советник Креил – без сознания, Аолла с ним. Подгоните «скорую» как можно ближе к трапу и давайте носилки.

– Мне можно помочь вам? – Строггорн шагнул вперед. Нигль-И встретился с ним взглядом и секунду помедлил.

– Хорошо. Пойдемте.

Строггорн вошел внутрь капсулы. Сразу после входа шел шлюз.

– Здесь другая атмосфера. Я думаю, вам это не повредит? – уточнил инопланетянин.

– Я могу проходить регрессию.

Внутри капсула оказалась большего размера, чем могло показаться вначале. Они прошли через несколько длинных белых коридоров, прежде чем попали в рубку. Креил лежал в амортизационном кресле, Аолла закрепляла на его лице прибор-фильтр, позволяющий находиться в земной атмосфере. Почувствовав Строггорна, она на секунду обернулась, внимательно посмотрела на него и словно слегка вздрогнула.

– Я могу взять Креила на руки. Так будет быстрее, чем тащить носилки сюда, – предложил Строггорн.

– А какой вес вы сможете поднять? – спросил Нигль-И.

– Ну, вес Креила, без сомнения, подниму, – усмехнулся Строггорн.

– Не думаю, что вы правы, потому что его вес около 500 килограммов.

Строггорн удивленно посмотрел на Креила: он никак не выглядел поправившимся.

– Его тело – искусственное и содержит множество встроенных приспособлений для поддержания жизни, – пояснил Нигль-И.

Строггорн вышел на улицу и вернулся с Линганом. Носилки послушно следовали за ними. Линган подошел к креслу, где сидел Креил, примерился, и медленно поднял того на руки, а потом переложил на носилки.

– Правда, тяжелый. Что такого вы напихали в его костюмчик?

– Боюсь, мне не хватит знания вашего языка, чтобы объяснить в деталях, – уклонился от прямого ответа Нигль-И.

***

Для Креила была специально сконструирована большая «квартира». Она включала в себя помимо трех спален несколько лабораторий и операционных залов. Особенностью каждого помещения было наличие шлюзов вместо обычных дверей, что позволяло создавать в разных комнатах разный состав атмосферы. Двери были выполнены из прозрачного пластика. Помещение приспосабливалось для длительной работы Советника с максимально возможным для него комфортом, с учетом необходимости поддерживать внутри постоянно изменяющуюся неземную атмосферу.

Носилки с Креилом ввезли в операционный купол. Земляне едва успели собрать необходимую аппаратуру.

Креила переложили на операционный стол. Нигль-И подключил «костюм» Креила к Машине и скомандовал «раскрытие». А через секунду Линган со Строггорном в ужасе уставились на то, что осталось от настоящего тела Креила.

– Пожалуйста, контролируйте свои эмоции, – попросил Нигль-И. – Это счастье, что Креил без сознания. Аолла, помогите мне.

Вместе, они с трудом справились с подключением теперь уже настоящего тела к Машине, а потом Нигль-И занялся введением препаратов. Строггорн, преодолев себя, внимательно следил за всеми действиями инопланетянина. Ясно было, что когда тот покинет Землю, земные врачи должны были быть готовыми справляться без посторонней помощи.

Аолла села в параллельное кресло, подключилась и дублировала действия Нигль-И. Несмотря на несколько месяцев обучения, Нигль-И считал, что она пока еще плохо справлялась с аппаратурой.

В какой-то момент Креил очнулся и с этой секунды непрерывно кричал, даже не пытаясь себя сдерживать. У него уже давно не было сил как-либо контролировать себя. Он успокоился только, когда Нигль-И закончил ввод препаратов и снова облачил его в «тело».


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32