Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Доминик Флэндри (№4) - Все круги ада

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Андерсон Пол Уильям / Все круги ада - Чтение (стр. 3)
Автор: Андерсон Пол Уильям
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Доминик Флэндри

 

 


Пугающая картина, ничего не скажешь. Будь экспедиция законной, Флэндри бы следовало вернуться за подкреплением. Но в данных обстоятельствах приходилось действовать на свой страх и риск. Попросту говоря, он испытывал жалость к Джане. Хотя по способности к любви, нежности и состраданию его спутница находилась на уровне отбойного молотка, она была красива (тоненькая, миниатюрная, с правильными чертами лица; голубые глаза размером походили на блюдца, а золотистые волосы по цвету напоминали мед), а красота в глазах любого мужчины может сойти за нравственное достоинство. За исключением спора о том, кто должен готовить пищу, — тут, вне всякого сомнения, Доминик проявлял куда больше умения, — Джана выносила лишения корабельной жизни с неизменным добродушием. В течение трех недель полета начинающая космическая путешественница щедро одаривала компаньона своим искусством, которое принесло ей на Ирумкло заслуженное признание. Несмотря на скудное образование, у нее хватало живости ума занять Флэндри веселой болтовней. Тот, в свою очередь, позволил себе роскошь слегка влюбиться в очаровательную девушку, совсем позабыв о том, что она вполне может оказаться врагом. Он чувствовал себя в долгу перед этой женщиной: никогда еще разведывательный рейс не доставлял ему столько удовольствия.

Но сейчас Джана очутилась лицом к лицу с истиной, которая рано или поздно открывается каждому, кто попадает в открытый космос: единственный достоверный факт, известный нам о Вселенной, состоит в том, что она безжалостна. Доминику захотелось утешить свою подружку.

Однако судно уже входило в атмосферу. Сильный гул начал проникать сквозь вибрирующую оболочку.

— Давай, «Джеки»! — умолял Флэндри. — Будь хорошей девочкой.

— Почему ты всегда называешь корабль «Джеки»? — спросила Джана, явно стараясь отвлечь себя от вида надвигавшихся горных кряжей.

— «Якобини-Циммер» звучит слишком длинно, а из начальных букв мне не удалось составить ничего непристойного, — ответил он, а про себя подумал: «Я бы предпочел не спрашивать о том, как тебя звали в детстве. Боюсь услышать рассказ о каком-нибудь, скажем, Эрминтруде Баглвейте, который вложил деньги в такую-то компанию, а также финансировал разработку пластических операций…» — Помолчи, пожалуйста. Мне предстоит ювелирная работа: разреженный воздух означает ветры высоких скоростей.

Двигатель выбивался из сил. Внутренняя центрифуга не успевала компенсировать наклон — кабину начало покачивать. Флэндри молниеносно двигал руками, нажимал на педали, время от времени произносил приказания центральному компьютеру, полному, надо сказать, идиоту. Такого рода работу ему приходилось делать и раньше, часто в более сложных условиях. Он бы спокойно посадил корабль…

И тогда прилетели птицы.

Стая неожиданно выскочила из-за серой, быстро движущейся тучи. Джана завизжала. Металлические существа ярко сверкали в лучах Мимира и серпа Регина, видневшегося на горизонте. На широких рифленых крыльях неслись продолговатые туловища, гротескные хвосты, клювы и лапы. Каждая птица была значительно меньше корабля, однако вместе их было более двух десятков.

Стая пошла в атаку. Птицы не могли причинить судну прямых повреждений. Их тельца били и царапали обшивку, отчего та нещадно гудела. Но хоть и хрупкая по стандартам космических кораблей, «комета» была построена с расчетом на гораздо более сильные удары.

И все же судну пришлось очень плохо. Кружась вокруг корабля, птицы закрыли обзор. Они, что еще хуже, испортили радар, лучеиспускатель, датчики приборов. Флэндри был вынужден пилотировать вслепую. Летательный аппарат сильно кренило от ветра.

Доминик пытался отстреливаться из единственной расположенной на носу пушки. Одна металлическая тварь разлетелась на куски, другая, с разорванным крылом, вошла в штопор и разбилась. Птиц, однако, от этого не стало меньше, и они действовали стремительно.

— Нужно сматываться отсюда — и побыстрее! — услышал Флэндри свой собственный крик и увеличил тягу.

«Комету» сильно качнуло. Раздался металлический скрежет. Мир на экранах пошел колесом. На мгновение пилоту удалось увидеть, что произошло. Лишившись показаний датчиков, в сутолоке воздушного боя он спустился значительно ниже, чем предполагал. Направление ускорения отклонилось от вертикали. И судно ударилось одним бортом о вершину горы.

Ругаться не было времени. Флэндри слился с кораблем в единое существо. Неповрежденными остались лишь два сопла: маловато для того, чтобы улететь из этого проклятого места, но, может быть, достаточно, чтобы сесть, не разбившись вдребезги. Перестав обращать внимание на птиц, Доминик попытался управлять крайне разбалансированным гравитационным ускорителем. Если резко подать назад, сила тяги отразит нападение. В его распоряжении появится исправный кормовой сканер, сигнал которого можно будет передать на один из экранов пульта управления для поиска небольшой посадочной площадки. Конечно, все это будет возможно только в том случае, если ему удастся выровнять «комету».

Если нет, пора прощаться с жизнью.

Гул стих настолько, что в нем стали различимы вой ветра, сбивчивая речь двигателя и громовые удары металлических клювов. Сквозь путаницу звуков таинственным образом пробился голосок Джаны. Флэндри мельком взглянул на девушку. Ее глаза были закрыты, руки молитвенно сложены ладонь к ладони, с губ снова и снова слетали древние слова: «Пресвятая Дева, Благодатная Мария…»

Неужели это она? А он-то думал, что хорошо знает свою спутницу.

Глава 5

При посадке так тряхнуло, что головы чуть не оторвались. Плохо закрепленные предметы внутри корабля послетали со своих мест. Но корабль все же сел.

Первым делом Флэндри склонился к прицелу пушки. В небе, в том месте, где кружилась атакующая стая, стали появляться голубые вспышки. Одна крылатая тварь резко пошла на снижение и упала на краю кратера, в который села «комета»; две другие получили серьезные повреждения и полетели прочь. Остальные птицы последовали за ними. Через несколько минут последняя черная точка исчезла из виду.

Нет… погоди-ка… что это блестит среди серых туч, высоко, вне поля досягаемости корабельного орудия? Флэндри навел смотровой экран на резкость и включил увеличение.

— Так и есть, — кивнул он. — Один из наших приятелей решил остаться и присмотреть за нами.

— О-о-о, — застонала Джана.

— Давай-ка, соберись, — оборвал ее Доминик. — Сама знаешь как. Вставь деталь А в паз Б, присоедини к секции В и так далее. В том случае, если тебя этому не научили, положение безнадежно.

Освободившись от креплений, Флэндри первым делом занялся тем, что проверил внутренние датчики. В результате падения судно потеряло часть воздуха. Пришлось компенсировать нехватку из аварийных запасов. К счастью, дальнейшей утечки не наблюдалось. По всей видимости, образовавшаяся в момент удара трещина оказалась не очень большой и произошло самозакупоривание оболочки. И все же оставались сомнения, сможет ли корабль выйти в космос без серьезного ремонта. На борту дело обстояло гораздо хуже: искусственная сила тяжести напрочь отсутствовала. Флэндри двигался в поле гравитации Велунда, которая равнялась половине терранской, легкой подпрыгивающей походкой, не вызывавшей в нем ни малейшего энтузиазма. Как и ожидалось, случилось самое худшее: атомный реактор был мертв. Свет, отопление, очистка воды и воздуха — все это работало на аккумуляторах.

— Держи ухо востро, — предупредил Доминик. — Если заметишь что-нибудь необычное, не стесняйся, ори погромче.

Мимо хаоса носовой части судна и камбуза, мимо относительно уцелевших приборного отсека и отсека жизнеобеспечения он прошел в машинное отделение. Осмотр, продолжавшийся в течение часа, не подтвердил ни самых розовых надежд, ни самых худших ожиданий. Возможность отремонтировать «Джеки» оставалась, и в довольно короткий срок, но для этого понадобилось бы притащить на Велунд целую верфь.

— Чем-то нас еще порадуют? — спросил он самого себя и вернулся к пульту управления.

Джана хлопотала. Она собрала все оружие, какое только находилось на борту, и сложила его на сиденье за спиной. Исключение составила электрическая дубинка, которую девушка решила оставить при себе и которая сейчас висела у нее на бедре. Рука новоявленной амазонки покоилась на иридиевой рукоятке этого на вид вполне безобидного предмета.

— Какая муха тебя укусила? — воскликнул Флэндри. — Я бы даже сказал, не муха, а слон.

Он двинулся было к девушке, но та подняла дубинку.

— Стой! — звонкий в другое время голосок Джаны на сей раз звучал глухо.

Флэндри повиновался. Здесь, в тесной кабине управления, где совершенно не оставалось места для маневра, сумасшедшей девчонке ничего не стоило одним разрядом повалить его на пол и связать, прежде чем к нему вернется сознание. Конечно, он легко сможет развязать любой узел, завязанный ее неумелой рукой, но… Флэндри подавил в себе испуг и внимательно взглянул на девушку: отчаяния двухчасовой давности как не бывало. Только бледность лица и искривленная линия губ говорили о пережитом ужасе.

— Что случилось? — мягко спросил Доминик. — Мои намерения мало чем отличаются от прежних.

— Может быть, ничего не случилось, Ники, — попыталась улыбнуться Джана. — Элементарные меры предосторожности. Сам посуди: ты — имперский офицер, а я — агент Леона Аммона. Впрочем, не исключено, что мы сможем работать вместе. Что происходит на судне?

Флэндри попытался собраться с мыслями.

— Интересный вопрос, — сказал он. — Если ты думаешь, что это ловушка, то… Подумай хорошенько, милая. Разве нужно устраивать тебе западню таким сложным образом? Я не меньше тебя сбит с толку и расстроен, если мои чувства могут кого-нибудь утешить. В данный момент мне ничего не нужно, лишь бы вернуться целым и невредимым к доброму вину, изысканной пище, теплой беседе, хорошей музыке, книгам, табаку, к обществу очаровательных женщин — одним словом, ко всему, что только способна предложить цивилизация.

Молодой сибарит на девяносто девять процентов говорил правду. Оставшийся процент содержал в себе желание положить в карман обещанный миллион. Впрочем, не только…

Девушка не проявляла признаков дружелюбия.

— Ну и каковы наши шансы?

Флэндри описал состояние корабля.

Джана кивнула, отчего заколыхались длинные локоны янтарного цвета, обрамлявшие ее нежное, с высокими скулами лицо.

— Я примерно так и представляла себе ситуацию. Что ты собираешься делать?

Флэндри переступил с ноги на ногу и почесал затылок.

— Еще один интересный вопрос. Как ты понимаешь, очень долго мы здесь не протянем. Принимая во внимание температуру за бортом и другие факторы, можно сказать, что, если свести работу всех систем к минимуму и не стрелять больше из пушки, энергии аккумуляторов хватит месяца на три. Пищи значительно больше. Впрочем, когда температура на корабле упадет до минус ста, сандвичи можно будет использовать только в качестве холодной грелки. Не знаю, правда, зачем нам в таком случае понадобится грелка.

Его грозная спутница топнула ногой:

— Брось свои дурацкие шутки!

— А я-то думал, у меня получается, — небрежно ответил Флэндри. — Кстати, это твое движение в плотно облегающем свитере производит потрясающее впечатление. Ну-ка повтори!

Джана с трудом сдержала раздражение.

— Мы нуждаемся в помощи, — сказала она.

— Нет смысла пытаться послать сигнал по радио. В здешнем разреженном воздухе слишком тонкий слой ионосферы, чтобы радиоволна могла перемещаться на большие расстояния. Тем более что солнце, хоть и яркое, находится так далеко. Есть еще вариант отразить сигнал от Регина или какой-нибудь другой луны, но для подобной операции необходимо радиолокационное оборудование, о котором моя «Джеки» может только мечтать.

Девушка посмотрела на него с изумлением:

— Радио?

— Пора связаться с главным компьютером горнодобывающего центра. Обычно в таких заведениях держат машину высшего уровня. Будем надеяться, с ней ничего не случилось. В подчинении компьютера находятся ремонтные и грузовые механизмы. Если нам удастся получить положительный ответ, уже через несколько часов здесь будут роботы, а через несколько дней я продолжу свое задание. — Флэндри криво усмехнулся. — Мне бы надо было радировать в центр с орбиты. А теперь, после тех летающих железяк, остается только двигать туда пешком и на месте смотреть, что можно сделать.

Джана снова встала в стойку.

— Так я и думала, что ты это предложишь, — сказала она. Повеяло лютым холодом: — Ничего не выйдет, дружок. Слишком много риска.

— А что еще…

— Не считай меня дурой. Прежде чем согласиться лететь с тобой, я изучила, насколько смогла, ситуацию. В том числе выяснила, какое оборудование стоит на корабле. У тебя есть несколько автономных курьеров. Любой из них уже через пару недель доставит на Ирумкло послание о том, где мы находимся и что с нами случилось.

— Но послушай, — запротестовал Доминик, — вполне возможно, что нападение повторится. Нет никакой гарантии, что нам снова удастся выстоять. Лучше остаться здесь, зарывшись среди холмов.

— Лучше или нет — обсудим, когда дойдет до дела. Я не собираюсь упускать главный шанс на спасение. Нужно во что бы то ни стало вызвать сюда военный корабль.

Джана рассмеялась жалобным смехом, который больше походил на истерический визг.

— Я знаю, — продолжала она, — ты думаешь: корабль прилетит и обнаружит здесь меня. Сколько законов будет нарушено? А ведь власти не станут останавливаться на полдороге. Они непременно узнают о полученной от Аммона взятке. Частное поручение во время официального задания — какой будет приговор? Пожизненная каторга, не меньше.

— А как насчет тебя? — возразил Флэндри.

Она опустила ресницы, сжала губки и пошевелила бедрами.

— Я жертва обстоятельств. Мне было страшно отказаться, когда несколько здоровенных мужиков начали ставить свои условия… Зато, как только представился удобный случай, я постаралась исправить положение. Думаю, что смогу убедить командующего взглянуть на случившееся именно таким образом и даровать мне свое высочайшее прощение. А может быть, и награду. Мы ведь с ним большие друзья, с адмиралом Юлиусом.

— Ты не сможешь дожить до прилета корабля без моей помощи. Особенно если птицы снова начнут атаку, — сказал Доминик.

— Может, да, а может, нет, — ответила Джана. Выражение ее лица потеплело: — Ники, милый, зачем нам ссориться? У нас будет время составить план действий. Выдумать какую-нибудь историю или найти место, где бы ты мог спрятаться вместе с припасами, а я бы потом прилетела за тобой. Клянусь, мне очень хочется… — Она чуть было не бросилась к нему в объятия. — Клянусь, мне очень хочется тебя спасти. Ты такой чудесный! Я ни за что не позволю тебе пропасть.

— Тем не менее ты настаиваешь на том, чтобы послать курьера.

— Да.

— А что, если я откажусь тебе помогать? Сможешь справиться без меня?

— Тогда я разряжу в тебя дубинку, свяжу и стану пытать, пока ты не согласишься, — ответила девушка, немедленно подавив все эмоции. — Мне хорошо известно, как это делается. — Внезапно ее прорвало: — Ты представить себе не можешь, как хорошо я умею пытать. Ты умрешь раньше, чем я закончу. Помнишь, ты хвастался трудностями, стоявшими на твоем пути: бедный мальчик, который пытается продвинуться по службе, не имея ничего, кроме способностей. Я целовала тебя, а внутренне давилась от смеха. Потому что сама я прошла через рабство. В черной дыре Джиганната мне приходилось видеть вещи, после которых самые страшные фантазии жителей Старого Города покажутся детскими играми. Никому не заставить меня вернуться в этот ад! Бог свидетель, никому не заставить!

Джана перевела дыхание. Ее лицо снова превратилось в каменную маску. Из кармана она достала листок бумаги:

— Вот послание.

У Флэндри появился хороший шанс. Если он будет достаточно расторопным и удача проявит свою благосклонность, ему почти наверняка удастся схватить девушку.

Но внезапно пришло понимание, что рисковать не стоит. Юноша облегченно вздохнул.

— В чем дело? — Судя по голосу, состояние Джаны было близко к истерике.

Он покачал головой:

— Все в порядке. Твоя взяла — пошли отправлять послание.

Автономно пилотируемые курьеры располагались возле главной шлюзовой камеры. Доминик шагал впереди. Девушка, хотя и знала расположение отсеков на корабле, решила, что безопаснее остаться сзади. Самое удивительное состояло в том, что она легко смогла бы запустить курьера и без посторонней помощи.

После того как Флэндри согласился из соображений предосторожности дать некоторые инструкции, космическая амазонка довольно быстро разобралась, каким образом задать кораблю курс по направлению к дому: загрузить координаты пункта назначения в автопилот, отключить ручное управление и так далее. Работа с курьерами-автоматами, которых на судне было четыре, представляла еще меньше трудностей.

Курьер имел форму торпеды длиной сто двадцать сантиметров и весил сравнительно немного: любой здоровый мужчина в условиях терранской гравитации мог бы поднять подобную тяжесть без особых усилий. Внутри каждой торпеды находилось небольшое количество реактивных и гравитационных механизмов, навигационный компьютер с датчиками для отслеживания заданного курса, радио для подачи сигнала при приближении к цели, аккумуляторы энергии и крохотный отсек для груза. Грузом обычно служило письмо, или пленка, или какой-нибудь другой предмет подходящих размеров.

Нарочито покорный, Флэндри открыл один из аппаратов и отступил в сторону, ожидая, пока Джана положит послание и закроет крышку. Для удобства пользователя координаты Ирумкло были нанесены краской на корпусе машины, поэтому девушка получила возможность проверить, верно ли ее пленник поворачивает ручку наведения. Доминик выкатил аппарат на стартовую позицию. Помедлив, он сказал:

— Если не возражаешь, я поставлю в программу шестидесятисекундную задержку.

— Зачем?

— Тогда у нас останется время вернуться к пульту управления и понаблюдать за стартом. Нужно удостовериться, что курьер улетел.

— Разумно. — Джана подняла дубинку. — Но пока дело не закончено, я буду держать тебя под прицелом.

— Логично. Однако после мы можем отпраздновать наше воссоединение?

— Успокойся.

Флэндри запустил двигатель, они вернулись в кабину и принялись смотреть.

Представший с экрана вид производил тягостное впечатление. «Джеки» лежала на дне кратера рядом со стеной, которая уходила вверх и заканчивалась лишь на высоте трех километров. Диаметр кратера был так велик, что край противоположной стены терялся за линией горизонта. Темный камень во многих местах имел белый налет: диоксид углерода и аммиачный снег. Занималось утро. Теперь солнце будет в течение шестнадцати терранских дней поднимать к небу клубы пара. Повсюду были видны сгустки тумана и белые полосы дымки на фоне голубоватого свечения вечного льда.

Над головой висело темно-фиолетовое, почти черное небо. Неясно светили звезды. В столь ранний час Мимир только начинал свое безжалостное дело там, где стена кратера уходила за горизонт. Одна часть Регина представляла собой бледный полумесяц, испещренный замысловатыми узорами облаков, а другая горела, как раскаленная сталь.

Сквозь оболочку корабля проникал слабый вой ветра. Позади Флэндри раздался неожиданно просительный голосок Джаны:

— Когда курьер улетит, ты обнимешь меня, Ники? Ты будешь добр ко мне?

Тот не ответил. Его напряжение дошло до крайней точки.

Торпеда покинула наконец корабль. Некоторое время она висела в ожидании, пока бортовой идиот-компьютер распознает, что судно стоит на твердой почве, и сообразит, в какой стороне находится верх, а затем начала подниматься. Выйдя за пределы атмосферы, аппарат сумеет сориентироваться по неподвижным светилам, таким, как Бетельгейзе, и лечь на курс по направлению к Ирумкло.

Помешать ему может только… Да! Джана застонала с досады. Флэндри ликовал.

Яркая точка высоко в небе пошла в атаку. Выстроившись в одну светящуюся линию, к ней на помощь спешили другие птицы.

Доминик подошел к экрану и включил увеличение. Торпеде было нечем защищаться. Острые птичьи клювы быстро разодрали ее тонкую алюминиевую оболочку, в то время как когти крепко держали свою жертву.

Курьер обладал достаточной силой, чтобы стряхнуть с себя нападавших, но для этого ему не хватало сообразительности. К тому же полученная встряска непоправимо испортила его устройство. Долго такой подъем продолжаться не мог. Крылатым тварям удалось наконец повредить какой-то существенный элемент механизма, несчастный курьер замер и камнем полетел вниз.

— Я знал, что так случится, — прошептал Флэндри. Птица-наблюдатель заняла исходную позицию. На этот раз к ней присоединились три новые подружки.

— Они, должно быть, учуяли торпеду или получили вызов, — предположил Доминик. — Больше нет смысла пытаться, правда? Энергетические заряды курьеров могут нам еще пригодиться.

Джана, которая до сих пор не произнесла ни слова, отбросила дубинку и со слезами на глазах бросилась в объятия своему пленнику. Тот гладил ее по волосам и шептал на ухо успокаивающие слова.

Наконец девушка немного пришла в себя, взглянула на Доминика и, по-прежнему всхлипывая, произнесла:

— Ты рад, да?

— Не могу отрицать, — согласился он.

— Т-ты бы предпочел умереть, лишь бы…

— Лишь бы не быть рабом? Да, боюсь, что так.

Она долго смотрела ему в лицо, а затем, совсем уже ровным голосом, прошептала:

— В этом мы с тобой похожи.

Глава 6

Жуки обнаружили Флэндри, едва он выбрался на край стены.

Джана задержалась на корабле, чтобы собрать припасы для длительного перехода. Доминик решил тем временем осмотреть птицу, упавшую на внешний склон горы. Конечно, парящие в воздухе твари могли обнаружить его и броситься в атаку, но это было не самым страшным из того, что ожидало впереди. Скорее всего, ему удастся найти на шероховатой кромке кратера какую-нибудь яму, расселину, — одним словом, укрытие, недоступное для крылатых монстров. Если подпустить птиц поближе, можно пустить в ход бластер. По поражающей силе это оружие мало чем уступит корабельной пушке. Конечно, если мерзкие животные вызовут подмогу, на всех не хватит зарядов.

Ничего не случилось. Покрутив ручку переносной радиостанции, Флэндри отыскал частоту, на которой велась передача: щелчок и пауза, щелчок и пауза. Шифр барабанил с такой скоростью, что звучал в ушах, как непрерывное завывание. Флэндри хотелось вставить несколько реплик в этот неестественно высокий писк, но он решил не привлекать к своей персоне излишнего внимания. Он надеялся, что на такой высоте птицы не заметят притаившуюся человеческую фигуру.

В остальной части спектра, если не считать бессмысленного треска помех, радио молчало. Молчал и Велунд. Только ветер стонал над головой, под ногами скрипел снег и громыхали камни, из груди Доминика вырывалось шумное дыхание, а сердце громко стучало. Каменное дно кратера было покрыто льдом, пятнами снега, полосами тумана и издавало слабое свечение, которое тем не менее сожгло бы терранину лицо, не надень он защитного экрана. На фоне неизвестных созвездий и беспокойного диска Регина высоко в небе бежали растерзанные клочья облаков. Флэндри предстояло взобраться по почти отвесной скале.

Подъем оказался на удивление легким делом. Эрозия предоставила ему широкий выбор впадин — можно было ухватиться рукой или поставить ногу. Кроме того, при здешней силе тяжести человек в скафандре весил меньше, чем на Ирумкло без скафандра. Доминик сам не заметил, как приспособился к изменившемуся соотношению веса и инерции. Он не обратил бы на этот факт никакого внимания, но его беспокоило, что Джана не сумеет справиться со своим полегчавшим телом и таким образом замедлит их движение. К необходимости постоянно поглядывать на небо прибавилась новая неприятность: начали барахлить системы терморегуляции и обновления воздуха. Прошло совсем немного времени, и телу в скафандре стало невыносимо жарко. Флэндри покрылся потом и почувствовал неприятный запах.

«Обязательно надо будет исправить скафандры, прежде чем мы отправимся в путь, — думал он. — Когда я вернусь — если вернусь, — техническая служба получит хорошую взбучку. — Однако уже в следующее мгновение его настроение резко упало. — Что толку сердиться? Люди давно работают спустя рукава: ближние боссы ничего не понимают, дальние — далеко, а самой Империи просто наплевать, удержим мы эту часть границы или не удержим. Во времена наших дедов Терра была еще в состоянии отстаивать свои владения. Во времена отцов появился термин “мирное урегулирование”, который на деле означал не что иное, как отступление. В наши дни, то есть, иными словами, в отведенное мне и моим сверстникам короткое мгновение света между двумя темными вечностями, это самое мгновение так и норовит превратиться в беспросветную ночь.

Ну нет, — горячился он, скрипя зубами и крепче цепляясь за камни, — если от меня хоть что-нибудь зависит, этому не бывать».

Вот тут-то и появились жуки.

Они выпрыгивали из-за камней и льдин — двадцать или двадцать пять крупных насекомых длиной сантиметров по тридцать — и летели по направлению к своей жертве. Каждая тварь имела десять когтистых ножек, раздваивающийся хвост и полдюжины шевелящихся антенн. В лучах Мимира их заключенные в панцири тельца горели пурпурным светом.

На несколько секунд Флэндри показалось, что он сошел с ума. Старые записи утверждали, что Велунд необитаем — и всегда был необитаем. Странно было бы ожидать чего-то другого. На планете, где царит вечный холод, где воздух разрежен, а почва перегружена металлами, где уровень радиации превышает все мыслимые нормы, ни о какой жизни не может быть и речи. Но даже если не принимать в расчет местных условий существования, остается последнее: Мимир был слишком молод. Его планетарная система образовалась всего несколько сотен мегалет назад из туманности, обогащенной тяжелыми металлами более ранних поколений звезд. Процесс конденсации еще не закончен, о чем свидетельствуют туманная дымка, обволакивающая солнце, и высокая скорость движения гигантских метеоритов. Должно пройти немало времени, прежде чем здесь могла бы начаться жизнь.

Удивлять Флэндри пришлось недолго. Смертоносные твари достигли наконец цели.

Две из них сели на шлем. Доминик услышал звон и почувствовал на удивление сильный толчок. Другие насекомые цеплялись за грудь, лезли на плечи, ползали по ногам. Челюсти грызли, когти царапали. Жуки отыскали места соединений в скафандре и принялись за дело.

Считалось, что ни одно живое существо, если оно меньше, чем словновый волк с Ллинатавра, не в состоянии оставить даже царапину на стали и пластике, которые служили защитой Флэндри. На глазах у ничего не понимающего пилота от поверхности скафандра начала отделяться и опадать блестящим дождем металлическая стружка. Белый клуб водяного пара вырвался из первого отверстия возле левой щиколотки. Трудолюбивое создание, проделавшее эту микроскопическую дырку, прилежно продолжало свою работу.

Флэндри грязно выругался. Ему удалось стряхнуть с себя одно из насекомых и наподдать паршивцу ногой. В результате этой удачно проведенной операции пострадали пальцы человека. Жук отлетел на незначительное расстояние, оправился и снова полез в драку. Доминик попытался было стряхнуть еще одного забияку, но тот лишь крепче уцепился за скафандр.

Пришлось вынимать бластер. Установив наименьший диаметр и наименьшую интенсивность луча, Флэндри установил дуло напротив первого попавшегося панциря и нажал на курок.

Мерзкая тварь и не подумала задымиться, или взорваться, или сделать какое-либо другое подобающее нормальному организму действие. Однако прошло две или три секунды, насекомое ослабило хватку, скатилось на землю и осталось лежать неподвижно.

Остальные продолжали свою яростную атаку. Флэндри обработал всех по очереди, а затем серией энергетических разрядов обезвредил тех жуков, которые не успели добраться до лакомой добычи. Несмотря на довольно крупный размер, немалую мощь и крепкий панцирь, его противники оказались на редкость уязвимы для коротких, экономных выстрелов бластера.

Двух последних, продолжавших трудиться на спине, никак нельзя было достать. Доминик увеличил диаметр луча и пустил разряд поверх системы обновления воздуха. Настырные создания упали на землю. Жар выстрела резко повысил температуру в скафандре, отчего газ начал быстрее вытекать из полученных в схватке пробоин. У Флэндри заложило уши, шумело в голове. Мысли путались.

На помощь пришла тренировка. Едва сознавая, что делает, он заклеил заплатами отверстия, восполнил недостаток воздуха из резервного баллона и лишь затем сел, глубоко вздохнул, содрогнулся от отвращения и наконец смочил пересохшие губы водой из трубки.

Придя в себя, Доминик положил пару экземпляров жуков в сумку и продолжил подъем. Добравшись до кромки кратера, он заметил останки упавшей птицы и заспешил вниз, оскальзываясь на осыпях и оледенениях. От удара о камни тело металлического хищника разлетелось на куски. Не теряя времени, терранин подобрал разбросанные части и снова полез в гору.

Обратный путь Флэндри проделал в мрачном расположении духа. Привычный вид корабля не смог улучшить его настроения. Подавленная неопределенностью и одиночеством, Джана поспешила навстречу своему спутнику, но тот, едва поцеловав ее и пригубив горячего кофе, прямо прошел в мастерскую.

Глава 7

Им предстояло пройти двести километров. Такое расстояние, согласно картам, сделанным еще на орбите, отделяло корабль от вершины, служившей пунктом назначения. Флэндри решил, что на вершине их передатчик окажется в зоне прямого действия радиоантенн центрального компьютера.

— Совсем не обязательно подходить слишком близко, — объяснил он девушке. — Если выяснится, что центр захвачен какой-нибудь гадостью, которая поедает людей, понадобится фора, чтобы унести ноги.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14