Современная электронная библиотека ModernLib.Net

МИФ - МИФфия невыполнима

ModernLib.Net / Асприн Роберт Линн / МИФфия невыполнима - Чтение (Ознакомительный отрывок) (Весь текст)
Автор: Асприн Роберт Линн
Жанр:
Серия: МИФ

 

 


Роберт Асприн
МИФфия невыполнима

ПРЕДИСЛОВИЕ

      Если эта книга – ваше первое знакомство с МИФОпохождениями Ааза и Скива, вы можете не тратить время на чтение моих замечаний.
      Переходите сразу к основному тексту и постарайтесь получить от него удовольствие.
      Однако в том случае, если вы уже знакомы с этим сериалом, мне придется вам кое-что пояснить.
      В первую очередь я хочу вам сказать, почему вы держите в руках эту книгу, а не давным-давно обещанный эпизод под названием “Какая-то корпорация М.И.Ф.”.
      Как я успел заметить в предисловии к предыдущему тому серии “Сладостный МИФ, или МИФтерия жизни” (который, кстати, тоже был написан с опозданием), на моем жизненном пути возникли серьезные трудности.
      После выхода в 1994 году упомянутого тома, мое существование в основном свелось к дуэли с налоговой службой страны по поводу якобы имевших место долгов за предыдущие пять-шесть лет.
      Однако чем меньше я буду распространяться на эту тему, тем лучше.
      После того как в апреле 2000 года проблема разрешилась, я вновь обратился к “МИФическим историям”. Но на моем пути, увы, возникли новые и совершенно непредвиденные сложности. Во-первых, прошло семь лет с тех пор, как я закончил описание похождений Ааза и Скива, и после столь длительного перерыва было крайне трудно вновь уловить ритм и стиль повествования, также как и характер диалогов, придававших этой серии уникальный характер.
      Мое положение затруднялось еще и тем, что история, которую я задумал вам поведать – “Какая-то корпорация М.И.Ф.”, – должна была быть самой сложной среди всех “МИФических историй”. Я предполагал, что действие в ней будет развиваться параллельно с событиями, происходящими в “Сладостном МИФе, или МИФтерии жизни”, а рассказ поведут разные персонажи.
      И когда я уже полгода изнемогал в борьбе с этими трудностями, меня навестил один мой друг и сказал:
      – А почему бы тебе для начала не написать что-нибудь попроще? Что-нибудь из раннего периода знакомства Скива и Ааза…
      По его мнению, это могло помочь мне вновь почувствовать стиль МИФОтворчества и плавно перейти к “Какой-то корпорации М.И.Ф.”.
      В результате появилась книга, которую вы сейчас держите в руках.
      Если у вас возникнет желание расставить все эпизоды серии на полке по порядку, то смело ставьте “МИФфия невыполнима” между книгами “МИФО-указание” и “Удача или МИФ”.
      Если план сработает, то ОЧЕНЬ скоро вы увидите давно обещанное творение.
      Как всегда, благодарю вас за верность и долготерпение.

Глава первая

      А вот опять и мы!
Ситрипио

      Когда мой учитель и наставник Ааз ворчит или произносит филиппики по поводу моей тупости вообще или свершенных мною глупостей, я принимаю ужасно виноватый вид, хотя его болтовня меня нисколько не трогает.
      Я смотрю на это как на географический феномен и как на обязательную плату за уроки магии.
      Хочу пояснить, что термин “географический” в данном случае означает лишь то, что Ааз, будучи старше меня, болтался по миру больше, чем я.
      Значительно больше.
      Ааз – умудренный опытом “Демонстратор измерений” (в просторечии просто “демон”), и сравнивать его опыт и знания с моими было бы просто глупо.
      Измерение, с которого Ааз свалился на мою голову, называется Извр, и его обитатели славятся своим необузданным нравом и природной враждебностью.
      Другие путешественники по измерениям всеми силами стараются избежать Извр, а встретив зеленого, покрытого чешуей изверга в каком-нибудь другом измерении, обходят его стороной.
      И в довершение ко всему Ааз в свое время был могущественным магом, но утратил свои способности в момент нашей с ним встречи (“Еще один великолепный МИФ”).
      Наблюдая, как я спотыкаюсь и заикаюсь, изучая совершенно примитивные, с его точки зрения, заклинания, он время от времени начинает слегка сердиться. Особенно выводит его из себя то, что по части магии он теперь целиком зависит от меня.
      Я могу понять и принять его ворчание, когда он считает, что я совершаю какую-то глупость.
      Однако я не терплю замечаний в тех случаях, когда, лишь оглядываясь назад, понимаешь, что глупость, которую я совершил, действительно была глупостью.
      Мы наслаждались жизнью за стенами дворца королевства Поссилтум, после того как я получил завидную должность придворного мага. Эта работа досталась мне только потому, что Ааз сумел протащить меня через начальное прослушивание.
      Если быть точным, то жизнью наслаждался лишь Ааз. Для него жизнь во дворце означала комфорт и приличное жалованье. Для меня же она оставалась существованием бок о бок со вздорным демоном, требующим, чтобы я денно и нощно только и занимался тем, что изучал магию.
      По-моему, даже нет нужды говорить о том, что по прошествии некоторого времени все это начинает изрядно надоедать.
      Те несколько приключений, которые выпали на мою долю после знакомства с Аазом, подогрели во мне жажду странствий, и я рвался на волю сильнее, чем прежде.
      Однако, к моему великому сожалению, Ааз упорно отказывался учить меня самостоятельно скакать по измерениям, заявляя, что с моими хилыми познаниями в области магии это смертельно опасно.
      И вот я решился на совершеннейшую глупость. Мне захотелось перехитрить Ааза и заманить его в новые путешествия по измерениям, а билетом в эту сказочную жизнь должен был послужить предмет, который я держал в руках.
      – Ааз, – сказал я, протягивая ему свернутый вчетверо листок пергамента. – По-моему, тебе стоит на это взглянуть.
      Ааз посмотрел на мою руку так свирепо, словно находящийся в ней жалкий листок мог его укусить. А свирепый взгляд существа с Извра, поверьте, способен на кого угодно произвести сильное впечатление.
      – И что же это такое?
      Я пожал плечами:
      – Похоже на карту.
      Вообще-то я точно знал, что это и есть карта.
      Когда я вместе с Тандой странствовал по измерениям, чтобы прикупить подарок Аазу на день рождения, мне эту карту всучил на углу какой-то попрошайка. Поскольку Танда в этот момент обсуждала какой-то вопрос с местным дельцом и остановить меня было решительно некому, я приобрел карту за несколько медяков, подумав, что она может стать забавным дополнением к подарку. Я сунул покупку в сумку на поясе и начисто забыл о ней из-за проблем, связанных с Большой Игрой тремя измерениями позже.
      В принципе подобный провал в памяти был вполне простительным, поскольку Танда попала в плен и все мы сосредоточились на том, чтобы вызволить ее. А единственным средством освободить Танду была победа в Большой Игре.
      Поэтому у меня имелись все основания забыть об этой карте. У меня и без нее забот было выше крыши.
      Однако сегодня, запустив руку в сумку в поисках какой-то нужной мне вещи, я случайно наткнулся на этот листок.
      Поскольку я честно не знал, какое значение может иметь эта карта, я решил использовать ее в качестве наживки, способной заманить Ааза вместе со мной в иные измерения.
      Ааз по-прежнему не испытывал ни малейшего желания прикоснуться к пергаменту. Совсем напротив. Махнув рукой в сторону камина, он буркнул:
      – Отправь эту штуку туда и возвращайся к занятиям.
      – На сегодня занятия закончены, – ответил я. – Все сделано.
      – Ты никогда не закончишь занятия и не переделаешь всего, что надо.
      Я игнорировал это глубокомысленное замечание и продолжал гнуть свое:
      – Между прочим, я заплатил за эту карту неплохие деньги.
      Сказав это, я бросил на стол козырную карту. При всех своих многочисленных достоинствах Ааз люто ненавидит выбрасывать на ветер деньги.
      Например, он приходит в ярость каждый раз, когда мой дракон Глип что-нибудь ломает, резвясь, и расходы на ремонт приходится покрывать из моего жалованья.
      Все наши средства находились под полным контролем Ааза, и если его послушать, так мы постоянно пребывали на грани банкротства и нам вот-вот грозила голодная смерть.
      – Уверен, что тебя опять надули. – Ааз отвернулся. – Ты не можешь без того, чтобы не бросать деньги на ветер.
      Я задумался. Задача оказалась гораздо сложнее, чем я ожидал. В принципе, если есть возможность подзаработать, Ааз ни за что этого не упустит. И тут до меня дошло, что я забыл ему сказать, куда ведет эта карта.
      – Ааз, – сказал я, обращаясь к его спине.
      Ааз даже ухом не повел. Более того, демонстративно уставился в окно, выходящее на задний двор замка.
      – Ааз, тебе действительно следует на это взглянуть! Карта указывает путь к существу, именуемому “корова”.
      – Ну и что? – спросил Ааз, качая головой. – Ты помнишь то время, когда мы последний раз посещали Базар-на-Деве? Из чего, по твоему мнению, был изготовлен бифштекс, который ты там лопал?
      Я с недоумением уставился на него, так как не имел ни малейшего понятия о том, что бифштексы готовятся из коровы. Я был в полной уверенности, что их готовят из существ, именуемых “бифштекс”. Форель готовят из форели, лосося из лосося, а утку из уток. Кроме того, в этом измерении коровы не водились. Во всяком случае, я ни одной не встречал.
      – Послушай, – не сдавался я, глядя на пергамент. – Карта указывает путь к золотой корове, живущей в золотом дворце и дающей молоко с примесью золота.
      Ааз медленно повернулся и, сощурившись, посмотрел на меня, словно пытаясь решить, шучу я или говорю серьезно.
      Затем он в два шага перемахнул разделяющее нас расстояние и выхватил пергамент у меня из рук.
      – Значит, этот золотой зверь действительно существует? – спросил я, когда он принялся изучать карту.
      Ааз не ответил, и мне оставалось только пялиться на него, пока он пялился на карту.
      Карта казалась мне ужасно чудной. На ней были обозначены не дороги, как на всех нормальных картах, а энергетические точки и центры энергетических вихрей, не было названий городов и рек, зато в изобилии встречались упоминания о переходах из измерения в измерение.
      Ааз, как-то сказал мне, что измерений насчитывается великое множество, и их точного числа не знает никто. Перепрыгивая из одного в другое, можно заблудиться и не найти путь домой, добавил тогда мой наставник. После того как мы с Тандой в поисках подарка побывали то ли на тридцати, то ли на сорока измерениях (точно не помню), я начал ему верить.
      В конце концов Ааз соблаговолил на меня взглянуть. На его отвратительной физиономии явно читалась задумчивость. А в задумчивости Ааз, как вам известно, сразу становится похожим на злобного, хищного зверя. Его зеленая кожа, золотые глаза и рот, полный острых зубов, способны произвести весьма сильное впечатление на тех, кто к ним не привык. По счастью, я успел притерпеться к его облику.
      – Итак, скажи, где точно ты это раздобыл? – спросил он, помахивая пергаментом перед моим носом.
      – Купил у какого-то типа на улице, на углу, – ответил я. – По-моему, это был попрошайка.
      – В каком измерении?
      – Понятия не имею, – пожал я плечами. – В одном из многих, на которых побывали мы с Тандой. Если хочешь, спроси у нее.
      Ааз стал еще задумчивее.
      – Из каких соображений ты исходил, покупая эту карту?
      – Честно говоря, не знаю. – Я снова пожал плечами. – Вообще-то я думал, что мы вместе посмеемся на твоем дне рождения, когда я преподнесу тебе карту в качестве подарка. Кроме того, попрошайка сказал, что уже много лет не встречал существа, не только способного воспользоваться картой, но и имеющего шансы остаться после этого в живых, дабы поведать миру о своих приключениях.
      – Мог он увидеть твою истинную личину? – спросил Ааз, глядя мне в глаза.
      Я попытался припомнить весь тот день. В том измерении я использовал свое стандартное Заклинание личины. Поскольку большинство тамошних обитателей имели всего две ноги, а их средний рост не превышал четырех футов, изменить облик было совсем не сложно. Во всяком случае, по сравнению с тем измерением, где нам с Тандой пришлось выступать в образе улиток. Но нищий явно выделил меня из числа прохожих, да и сам он выпадал из толпы, поскольку ростом был не менее пяти футов. Я посмотрел на Ааза и кивнул:
      – Вполне возможно. Но как он это сделал, я не понимаю.
      Ааз глянул на меня с отвращением, безнадежно махнул рукой и произнес:
      – Знай, ученик, имеются тысячи способов определить истинную личину, особенно у такого, с позволения сказать, мага-недоучки, как ты.
      Я промолчал, понимая, что свои магические способности я доказать не смогу. Ааз всегда выигрывал подобные споры, предлагая мне свершить нечто такое, что находилось за пределами моих ограниченных возможностей. И так случалось всегда, когда речь заходила о магии. Но менять личины я действительно умел.
      Ааз развернулся на каблуках и вновь направился к окну, так и не отдав мне карту. Некоторое время он стоял глядя на двор, а тишина в комнате становилась все более и более зловещей. Надо признаться, что я терпеть не могу, когда кто-то думает и при этом не сообщает мне о чем.
      – Значит, золотая корова все-таки существует? – Я подошел к учителю и встал рядом с ним у окна. Теперь он не мог просто так меня игнорировать.
      Внизу во дворе Глип носился кругами, пытаясь ухватить себя за хвост. По счастью, рядом с ним не было никаких предметов, потому что, когда дракон ловит себя за хвост, эти предметы оказываются растоптаны, раздавлены или в крайнем случае просто разбиты. Особенно когда хвостоловством занимается юный дракон. Но наиболее удивительным было то, что Ааз, похоже, не замечал безумств Глипа. Карта, вне всякого сомнения, была ему небезразлична.
      – Эта золотая корова, – снова спросил я, – она действительно существует?
      Ааз неспешно повернулся, посмотрел мне в глаза и произнес:
      – Миф. Таких мифов в различных измерениях навалом.
      – Шутишь! Неужели есть и другие мифы о златокорове со златомолоком?!
      Поскольку я в жизни ни одной коровы не видел, мне было очень трудно представить подобное. Я понятия не имел, как может выглядеть единственная корова, а уж дюжина – и подавно. А может, расой коров заселено одно из измерений?
      Ааз вздохнул. Обычно такой вздох означал, что я особенно глуп или непонятлив.
      – Примерно в каждом десятом измерении бытует миф о животном или разумном существе, имеющем отношение к золоту. У одних это гусыня, откладывающая золотые яйца, у других рыба, которая своим прикосновением превращает в золото любой предмет, у третьих – утка с золотыми перьями.
      – Ничего себе птичка, тяжеленькая. Такая не поплывет, – заметил я, пытаясь воссоздать в воображении покрытую золотом утицу.
      – Перья становятся золотыми, только когда она их теряет, – с очередным вздохом сказал Ааз.
      – А ты сам когда-нибудь видел золотое животное? Или хотя бы был поблизости?
      Ааз расхохотался, и от этого демонического хохота затрясся весь дворец.
      – Неужели ты думаешь, что после встречи с подобным зверем я торчал бы в этом сыром и затхлом замке с тупицей учеником на шее?
      В глубине души я признал, что это вполне убедительный довод, но в то же время не мог согласиться с каждым его словом.
      – Значит, эта карта – подделка? – спросил я.
      – Скорее всего, – ответил Ааз, глядя во двор.
      Глип наконец поймал свой хвост и тут же отметил это радостное событие отчаянным визгом. Видимо, он в азарте охоты слишком сильно прикусил кончик. Вообще-то Глип весьма сообразительный дракон, но только не тогда, когда дело доходит до ловли хвоста.
      Я посмотрел на демона. Когда Ааз, не глядя на меня, сказал “скорее всего”, по тону я понял: есть шансы (хотя и очень малые) на то, что карта, открывающая путь к золотой корове, может оказаться подлинной.
      – Почему “скорее всего”, а не “точно”? – поинтересовался я.
      – Да потому что мне доводилось видеть золотой олений помет.
      – Олений помет? – Я снова не понял, что он хочет этим сказать.
      – Оленье дерьмо, – устало уточнил мой наставник, и по его тону я понял, что он устал отвечать на глупые вопросы. – Олений помет, оленье дерьмо, олений навоз, оленьи экскременты, оленье гов… – принялся уточнять он. – Впрочем, достаточно. Короче, в одном из измерений существует миф о своеобразном составе оленьих испражнений. Надеюсь, ты наконец понял? Итак, я видел один кругляк. И… – Он замолк и посмотрел на меня.
      – И что дальше?
      – И кроме того, на Базаре-на-Деве я видел крупный обломок лосиных рогов из чистого золота.
      Я был просто потрясен. Олень, который испражняется золотом, и золотые лосиные рога…
      – Значит, карта подлинная? – спросил я.
      – Сомневаюсь, – ответил Ааз, разглядывая пергамент.
      – Но точно ты не знаешь?
      – Нет, точно я не знаю. – Он покачал головой.
      – Так, значит, мы отправимся в путешествие, чтобы проверить? – с надеждой поинтересовался я.
      – Вернусь через час, – бросил он вместо ответа, а потом аккуратно сложил листок и сунул себе в карман.
      После этого он взял в руки И-Скакун и настроил это транспортное средство на путешествие в нужное измерение. До того, как мы встретились, Ааз был очень могущественным магом, способным перемещаться между измерениями без помощи прибора. Теперь же он не мог обойтись без И-Скакуна, и это его сильно угнетало.
      – Постой! – заорал я. – Ты не можешь отправиться на поиски без меня!
      – Я и не собираюсь ничего искать, – ответил Ааз и добавил: – Проследи за тем, чтобы этот глупый дракон ничего не сломал. Иначе нам снова придется понести убытки. Готовься к путешествию. Через час. И имей в виду – твой глупый дракон останется дома.
      Раздался слабый “БУМ!”, и Ааз исчез, чтобы появиться в ином измерении.

* * *

      К возвращению Ааза я успел разместить Глипа в стойле на конюшне и договориться, чтобы его кормили и выводили на прогулку до тех пор, пока я не вернусь из тех неизвестных мне мест, куда мы направляемся.
      Я стоял у изголовья своей кровати, когда воздух внезапно содрогнулся от очередного “БУМ!”. Я вздрогнул. Каждый бы на моем месте вздрогнул, если бы этот в общем-то негромкий “БУМ!” раздался всего в двух футах от него.
      Если быть совсем точным, то я скорее не вздрогнул, а подпрыгнул.
      Ааз вернулся не один. С ним был мой самый любимый демон из всего сонмища демонов.
      – Танда! – закричал я и шагнул навстречу этому красивейшему созданию с длинными зелеными волосами и совершенной фигурой, способной остановить на марше целую армию,
      – Скив! – с радостным смехом воскликнула она и заключила меня в объятия, которые, как я надеялся, продлятся вечно.
      Последний раз мы виделись всего месяц назад на дне рождения Ааза, и она была пьяна, как последний скунс. Однако я полагал, что каждая наша встреча служит достаточным поводом для объятий. Танда, судя по всему, тоже не возражала против такого горячего приветствия. В свое время Танда была профессиональной убийцей и даже состояла в Гильдии. Я не знал, чем она занимается сейчас, кроме бесконечных покупок и участия в разного рода авантюрах, и не имел ни малейшего желания это выяснять. Мы оставались друзьями – и достаточно.
      Ааз громко откашлялся, хотя мы простояли, обняв друг друга, совсем недолго. Он, видимо, возражал против того, что она не возражала против того, чтобы стоять, прижавшись ко мне. Ну и пусть. Я все еще верил, что нравлюсь Танде больше, чем он, – и это было самое главное.
      Она легонько оттолкнула меня и, притворившись, что сердится, спросила:
      – И почему же ты не сказал мне, что прикупил карту с сокровищем?
      – По правде говоря, я собирался тебе это сказать, как только остановимся на ночлег. – Я пожал плечами. – Но затем тебя схватили, состоялась Игра, и карта просто вылетела у меня из головы.
      – Не помнишь, за сколько измерений до Валлета ты ее купил? – уточнила она.
      – За три, – ответил я.
      – Ты в этом уверен? – рявкнул Ааз, и мне показалось, что из обращенных на меня золотых глаз вот-вот вылетят боевые стрелы.
      – Валлет был тем измерением, на котором проходила Большая Игра. – Я поднял руку, а другой рукой отвел вниз большой палец. – Так?
      Танда кивнула. Ааз обжег меня взглядом, заставив поторопиться. Я избегал раздражать своего наставника, когда в этом не было острой необходимости.
      – Если считать назад, – продолжил я, отгибая указательный палец, – то до этого мы оказались в измерении, где нам пришлось принять личину свиней с тремя пятачками.
      С этими словами я поводил перед их носами указательным пальцем.
      – Забавное местечко, – ухмыльнулась Танда.
      – А мне не очень понравилось, – возразил я, но Ааз посмотрел на меня так, что я счел за благо продолжить дальше.
      – До этого, – я ткнул в средний палец, – мы пребывали в измерении, в котором наш рост был восемь футов, а передвигались мы на трех ногах.
      – Это тоже было очень забавное измерение, – хихикнула Танда.
      Измерение было хуже некуда, потому что там у меня было три ноги, а передвигаться на трех конечностях, по-моему, ничуть не легче, чем летать, как птица, размахивая руками. Но на сей раз я решил из соображений собственной безопасности не выступать с возражениями и сразу перешел к следующему измерению.
      – А еще раньше мы побывали в измерении, – я ткнул в безымянный палец, – где я и купил карту. Получается, – я продемонстрировал им три пальца, – что это было третье от Валлета измерение.
      Я хотел было спросить у Ааза, не желает ли он, чтобы я для большей точности повторил подсчет, но увидев, как он мною недоволен, от этой мысли отказался.
      – Мини, – улыбнулась Танда. – Впрочем, я так и думала.
      – А что особенного в этом измерении? – поинтересовался я.
      Я нашел это место весьма заурядным, хотя Танда почему-то хотела покинуть его как можно скорее.
      – И это означает, – уныло произнес Ааз, – что карта скорее всего подлинная.
      – Почти наверняка подлинная, – со смехом согласились Танда.
      – Вы не шутите? – спросил я. – И полагаете, что золотая корова там есть?
      – Ничего подобного я не утверждал, – пробурчал Ааз, – я всего лишь сказал, что карта скорее всего подлинная.
      Я насупился, а Танда снова засмеялась и пояснила:
      – Дело в том, Скив, что обитатели Мини (их зовут миникенами) обладают ужасным свойством: они органически не способны врать, чего бы это ни касалось. Именно поэтому они себя очень скверно чувствуют, посещая Базар-на-Деве.
      – Но, может, тот парень, который продал мне карту, не был миникеном?
      – Кем бы ни был этот парень, он потерял способность лгать, если провел на Мини более суток. Следовательно, то, что он сказал тебе о карте, было чистой правдой. Именно поэтому мы с такой поспешностью убрались с Мини. Если ты занимаешься покупками, то абсолютная правдивость может нанести тебе непоправимый ущерб.
      Я понимал, что Танда пришла к подобному выводу вовсе не на основании собственного опыта. Но во всем, что касается торговли, она была экспертом.
      – Отправляемся, – повернулась она к Аазу. – Доставай карту, мы зря теряем время.
      – Не знаю почему, но у меня появились очень дурные предчувствия, – произнес Ааз.
      Он достал пергамент, развернул и положил на кровать так, чтобы мы все могли его видеть. Я не имел ни малейшего представления о том, на что смотрю, но Танда, похоже, понимала, что перед ней.
      – Вот здесь измерение миникенов, – сказала она, показывая на верхний левый угол карты.
      Теперь это понял даже я, поскольку там значилось “Мини”.
      – Мы начнем оттуда? – Этот вопрос, естественно, задал я.
      Ааз кивнул. То же самое сделала и Танда, за что я был ей очень благодарен. Если они оба подтверждают этот факт, то у меня нет никаких оснований сомневаться.
      Танда провела пальчиком по одной из линий, отходящих от Мини, Линия упиралась в черную точку, под которой было написано “Завихрение №1”. Некоторое время она смотрела на надпись, а потом подняла глаза на Ааза и спросила:
      – Тебе известно, что это и где оно находится?
      – Понятия не имею.
      Эти слова повергли меня в шок. Мой наставник крайне редко признавался в незнании чего-либо. Я даже не помню, когда это случалось в последний раз, если вообще когда-то случалось. У меня возникло желание сказать ему об этом, но время для подобных заявлений было явно неподходящим, и я вернулся к разглядыванию карты,
      От “Завихрения № 1” отходили три линии. Заканчивались они у черных точек без всяких надписей. А от этих шести точек, в свою очередь, шли линии к другим точкам, обозначавшим “Завихрения”. Кроме первого “Завихрения”, их было еще семь, а в правом нижнем углу карты стоял знак “X”, и рядом с ним значилось – “Корова”. К корове вела всего лишь одна линия, ведущая начало от точки с надписью “Завихрение №8”.
      Было ясно, что прямиком из Мини до коровы никак не добраться. И вообще к этой золотой скотине не было ни единого прямого пути.
      Даже беглого взгляда на карту было достаточно, чтобы убедиться: у нас по меньшей мере дюжина вариантов следования через разные “Завихрения” по различным линиям. Если мы и не отыщем корову, то все едино развлечемся, решая эту головоломку.
      Ааз неоднократно говорил мне, что скачки по измерениям – дело опасное, поскольку можно попасть в незнакомое место и не найти оттуда дорогу домой. Интересно, подумал я, насколько опасно путешествовать по измерениям, руководствуясь этой картой, учитывая то, что сама карта ужасно путаная.
      – Сдается мне, – сказала Танда, обращаясь к Аазу, – что без дополнительной помощи нам эту золотую тварь не отыскать.
      Ааз посмотрел на нее, медленно наклонил голову и сказал:
      – Я думаю, что ты не думаешь о том, о чем думаю я.
      – Я думаю именно о том, о чем думаешь ты, – ответила она.
      – Нет!
      По собственному опыту я знал, что, когда Ааз произносит “нет!” таким тоном, ничто не может заставить его поменять точку зрения.
      – Да, – сказала Танда и послала ему такую улыбку, от которой у мужчин мгновенно плавятся пряжки на ремнях, поддерживающих брюки.
      Затем она протянула руку и погладила демона по зеленой чешуйчатой щеке.
      – Нет, – повторил Ааз, но уже не столь решительно. Даже изверг не в силах противостоять чарам Танды.
      – Да, – повторила она, подбавив в улыбку еще немного шарма и почесывая шею Ааза где-то за ухом. Я возрадовался, что она проделала этот трюк не со мной, потому что, даже глядя со стороны, я едва не растекся лужей по полу. При этом я понятия не имел, о чем идет спор.
      Ааз, похоже, чувствовал себя почти как я.
      – Это – ошибка, – сказал он, покачивая головой. – Как мы иначе сможем определить то измерение, на которое нам следует перескочить с Мини?
      Она еще раз потрепала его по щеке и прижалась к нему всем телом. Ни одно нормальное существо мужского пола не способно противостоять подобной атаке. Ааз, естественно, тоже не устоял. Даже у меня свежевыстиранная рубашка насквозь пропиталась потом.
      – Ну хорошо, – произнес он так тихо, что я почти не расслышал. – Но, поверь, мы совершаем ошибку.
      – Не волнуйся, мы никому эту карту не покажем. – Танда отошла от Ааза и свела накал своих чар до нормального уровня.
      И Ааз, и я глубоко вздохнули.
      – Но тогда – зачем? – спросил Ааз.
      – Мы узнаем, что представляет собой этот энергетический узел и где он находится, – ответила Танда.
      – Может быть, мне объяснят, о чем идет речь? – не выдержал я.
      – Нет! – отрезал Ааз, взял меня за руку и встал рядом с Тандой.
      Уже через миг моему взору открылся Базар-на-Деве.

Глава вторая

      Ну и базар!
Рипли

      Другого места, хотя бы отдаленно смахивающего на Базар-на-Деве, не сыскать во всей вселенной. По крайней мере так утверждает Ааз. И я, исходя из собственного опыта, полученного после немногих посещений Базара и знакомства с некоторыми измерениями, начинаю ему верить. Обитателей Девы зовут деволами, и деволы считаются лучшими торговцами во всех известных измерениях.
      Изверги, к которым принадлежит Ааз, трясутся над каждым грошом, но любой девол, как утверждает мой наставник, без труда вытянет этот грош из кармана ваших штанов, и вам еще повезет, если эти штаны останутся на вас. Девол может пустить вас гулять по свету голышом и при этом убедить, что вы совершили чрезвычайно выгодную для себя сделку.
      Базар-на-Деве являлся материальным воплощением подобных талантов. Он был торговой столицей всех измерений, и у меня сложилось впечатление, что Базар тянется в бесконечность. Когда я спросил у Ааза, сколько мне потребуется времени, чтобы дойти до другого конца Базара, он ответил, что на это уйдет пять или шесть месяцев, не забыв присовокупить, что живым мне туда все едино не добраться.
      Надо признать, что Базар-на-Деве действительно место весьма опасное, поэтому, протискиваясь через толпу, я старался держаться как можно ближе к Тан-де и Аазу.
      Я не мог понять, почему местность, где мы оказались, просто кишела демонами. Вонь стояла такая, словно кто-то решил варить поблизости старые сапоги, а большинство демонов покрывала красно-белая чешуя, и чешуйки сыпались с них при малейшем прикосновении. Поскольку мы очень спешили, я то и дело на кого-нибудь натыкался.
      К тому времени, когда мы остановились перед совершенно незаметной палаткой с опущенным клапаном входа, я вспотел, словно в жаркий летний день, и был облеплен чешуей с головы до ног.
      – Будет неплохо, если ты стряхнешь с себя эту дрянь, – заметил Ааз, глядя на меня и покачивая головой.
      Ни к нему, ни к Танде не прилипло не единой чешуйки. Я недоумевал, как им удалось остаться чистыми,
      – Зачем стряхивать, сами отвалятся, – сказал я.
      – Они кислотные, – пояснила Танда и сковырнула полированным коготком чешуйку с моего лба.
      Я принялся лихорадочно стряхивать сотни прилипших к одежде чешуек. Танда и Ааз, глядя на мои потуги, весело смеялись.
      – Не могли бы вы, вместо того чтобы веселиться, очистить от чешуи мою спину? – возмутился я.
      Танда рассмеялась еще громче. Я повернулся к ней спиной и ощутил, как по моим плечам, спине и чуть ниже спины прошлись ее ручки. В других обстоятельствах я бы расслабился и постарался получить удовольствие, но сейчас мне было не до того. Какое можно получить удовольствие – расслабляйся не расслабляйся, – если ты стоишь в толпе, тебя толкают со всех сторон, ты переминаешься с ноги на ногу, а с тебя обирают чужие чешуйки?
      Ааз стоял в стороне и, покачивая головой, взирал на палатку. Тем временем чистка закончилась, и Танда на всякий случай проверила мои волосы, шею и уши в поисках застрявших чешуек.
      Одну мы все-таки пропустили, и я узнал об этом лишь после того, как увидел, что у меня задымился ботинок. Это была моя лучшая пара! Я стянул ботинок с ноги и вытряхнул кислотную чешуйку на пол. Ааз посмотрел на меня, осклабился, продемонстрировав все свои остроконечные зубы, и сказал:
      – Благодари небеса, что ни одна из них не завалилась тебе в штаны.
      Ничего не ответив, я посмотрел на прожженную в подошве дыру и содрогнулся.
      – Если хочешь, могу проверить, – ухмыльнулась Танда.
      – Спасибо, – буркнул я, надевая ботинок, – как-нибудь в другой раз.
      – Не нравится мне эта затея, – сказал Ааз, поворачиваясь лицом к палатке, которая, видимо, и была целью нашего визита на Деву.
      – Я тоже не в восторге, – пожала плечами Танда, – но другого варианта у нас нет. Ты знаешь еще кого-нибудь, кто мог нам сказать, что такое “Завихрение” и где его искать?
      Ааз покачал головой, явно пытаясь что-то вспомнить. Не добившись успеха, он сказал:
      – Больше всего мне не нравится цена, которую нам придется за это уплатить.
      – Не думаю, что цена окажется чрезмерной, – возразила Танда.
      Ааз промолчал.
      Я закончил контрольную проверку на чешуйчатость и посмотрел на палатку, перед которой мы находились. На ней не имелось никакой вывески, и ничто не указывало на то, что в ней вообще кто-то есть. Посетители рынка почему-то обходили ее стороной.
      – Мне хотелось бы знать, куда мы идем, – заявил я. – Достаточно лишь крошечного намека.
      – Ты никуда не идешь, а остаешься здесь, – ответил Ааз.
      – Ни за что! – Я оглядел толпу красно-белых кислотных демонов и для пущей убедительности потряс головой.
      – Нам следует держаться вместе, – заметила Танда, принимая мою сторону. – Возможно, нам придется быстро отсюда сматываться.
      – Не нравится мне это, – проворчал я, копируя наставника.
      Ааз внимательно посмотрел мне в глаза, что-то прорычал и буркнул:
      – Ты там не проронишь ни единого слова. Понял?
      – Само собой, – кивнул я и приложил ладонь ко рту, давая понять, что отныне он на замке.
      – Давай я тебе помогу, – улыбнулась Танда, прикоснувшись своей прекрасной ручкой к моим губам. Прикосновение было нежным, а аромат кожи напоминал благоухание цветов. Она провела пальцами по моему рту и потрепала меня по плечу.
      – Это было… – начал я и умолк. Мой pot перестал открываться.
      Я сделал еще одну попытку выразить свое восхищение, но все слова почему-то остались внутри меня, а на волю вырвалось:
      – Тррргггг Врргггг. – Я попытался крикнуть: “Что ты со мной сделала?”, но до моих ушей долетело лишь: – Вггггхххх дггггхххх йиггггхххх дггггхххх.
      Губы склеились накрепко. И чем сильнее я старался их разлепить, тем больнее мне становилось.
      – А я и не знал, что ты это умеешь, – сказал Ааз Танде, не обращая внимания на мои убогие попытки.
      – Мне раз сто хотелось применить это заклинание, – ответила она. – Ты обо мне еще многого не знаешь.
      Что касается меня, то мне вовсе не хотелось, чтобы Танда заклеивала мне рот. Я предпочел бы, чтобы все ее действия с моими губами ограничивались поцелуями.
      Я попытался высказать ей это, но не смог.
      – Вперед, – скомандовал Ааз, которого мое состояние, судя по всему, вполне устраивало, и шагнул к палатке.
      – Не беспокойся, я это сделала для твоего же блага. И для нашего тоже, – сказала Танда, глядя на мои безуспешные попытки разлепить губы. – Это пройдет. – Она подхватила меня под руку и повлекла вслед за Аазом.
      В первый раз за все время до меня дошло, что постоянно твердящая об отсутствии магических способностей Танда обладает гораздо большим могуществом, чем ваш покорный слуга – придворный маг королевства Поссилтум.
      Подойдя к входу в палатку, Ааз и не подумал постучать. Хотя, по правде говоря, не знаю, есть ли какой-либо толк от стука в палатку. Он решительно вошел внутрь, а Танда провела меня за ним следом. Внутри палатка оказалась просто гигантской. Нет, слово “гигантской” здесь явно не подходит. Противоположной стены палатки я не видел, и у меня сложилось полное впечатление, что я шагнул в бесконечность. Впервые в жизни я увидел палатку, которая изнутри была больше, чем снаружи. Ааз упоминал о существовании на Базаре подобных торговых помещений, но до тех пор, пока я сам не вошел внутрь через откинутый полог, я не представлял, что подобное возможно. В палатке царил полумрак, полы там были из мрамора, а стены каким-то образом оказались деревянными. Мебель практически отсутствовала. Лишь чуть в стороне от нас располагался простой деревянный стол. На стене за столом красовалась огромная карта измерений. А за самим столом восседала женщина. На наше появление она вообще не среагировала.
      Поначалу я никак не мог взять в толк, чего так опасались Ааз и Танда. Помещение выглядело странным, но ничего угрожающего в нем не было, если не считать того, что оно было в сотни раз больше той палатки, в которой находилось. Мы остановились перед столом, и Ааз выдвинулся чуть вперед, так как именно он собирался держать речь.
      Женщина подняла на него взгляд и улыбнулась. У нее были оранжевые глаза и нос пуговкой, сильно смахивавший на свиной пятачок. На Танду дама совершенно не походила. Подобного демона женского пола мне ранее видеть не доводилось.
      – Да? – сказала она, и я чуть не упал.
      У нее оказался низкий, грубый, явно мужской голос. И именно этот голос заставил меня посмотреть на нее – или на него – внимательнее. Я не мог понять, почему вдруг решил, что передо мной женщина. Ее руки и плечи были скроены как у мужчины, а волосы острижены коротко, по-мужски. Тем не менее до того, как он заговорил, я был готов дать голову на отсечение, что нас встретила женщина. Словом, от всех этих мыслей моя голова пошла кругом. Ааз сразу взял быка за рога.
      – Нас интересует, как можно попасть в измерение, именуемое “Завихрение”, – сказал он.
      Мужчина, который вроде был как бы женщиной, улыбнулся. Теперь это, несомненно, снова была женщина. Ее свиной пятачок куда-то исчез, и на его месте появился носик прекрасной формы. О губах я молчу, так как, глядя на них, можно было вообще лишиться дара речи, которого, впрочем, я уже был лишен. Я следил за тем, как постепенно меняется ее лицо. Изменения были просто невероятными. Глаза из оранжевых сделались голубыми, кожа посмуглела, щеки порозовели, а волосы выросли до плеч.
      – Как вы… – Я пожелал спросить, каким образом удается ей подобная трансформация, но склеенные губы не позволили мне этого сделать.
      Ааз и Танда ничего не спросили, так как, видимо, ожидали увидеть демона-трансформера.
      Создавалось впечатление, что она беспрестанно творит Заклинание личины. Любопытный трюк, подумал я.
      – Скажите, – произнесла она нежным, тихим и весьма соблазнительным голосом, – какое из Завихрений вас интересует?
      Прежде чем ответить, Аазу, очевидно, пришлось выдержать серьезную внутреннюю борьбу. Поскольку возникла пауза, я хотел встрять в беседу и заявить, что нам нужны все Завихрения от №1 до №8 включительно. Но по счастью, мой рот был плотно заклеен. Я не мог понять, откуда у меня возникло желание вдруг это заявить.
      – Завихрения от №1 до №8 включительно, – сказал Ааз.
      Демон за столом продолжал неторопливо менять свой облик. Теперь она превращалась в статую. Одежда слилась с телом, а сама она стала похожа на покрытую чешуей каменную глыбу с мощными, как стволы деревьев, руками. Я обратил внимание на то, что кресло под демоном тоже выросло, чтобы вместить эту массивную тушу. Мне даже показалось, что кресло само стало частью этой туши.
      – Назовите причины, в силу которых вы желаете попасть в указанное измерение? спросило существо, и голос его в безграничных просторах палатки прогремел, словно раскат грома.
      Ааз снова начал бороться с собой, а я вдруг ощутил, что мне не терпится выложить все, что мне известно о карте, указывающей путь к сокровищам. В этой твари, видимо, было нечто такое, что вынуждало стоящих перед ней демонов говорить правду. Теперь я был благодарен Танде за то, что она заткнула мне рот. Я не понимал, как Аазу и Танде удается хранить молчание. Вне всякого сомнения, мы были в руках могущественного мага, способного контролировать мысли.
      – Мы ищем сокровища, – ответил Ааз, взвешивая каждое слово. – и наш путь лежит через Завихрения, начиная с измерения Завихрения №1.
      – Логично. – сказало существо, постепенно трансформируясь в свинью, – но вам это, друзья, обойдется в десять процентов от общей стоимости находки.
      Танда подняла руку выступила вперед.
      – Цена за указание направления слишком высока, – сказала она. – Мы готовы дать не более пяти процентов от общей стоимости того, что обнаружим в ходе данного предприятия. Если эти условия неприемлемы, мы будем вынуждены обратиться за помощью в другое место.
      Создание теперь обрело свинообразную форму – такого типа демонов мне уже приходилось встречать здесь, на Деве, во время предыдущих путешествий.
      – Кроме меня, вам, ребята, никто не поможет, – заявил трансформер, – но ваше предложение представляется мне справедливым, и я его принимаю.
      – Вот и ладненько, – в один голос произнесли Ааз и Танда.
      Создание, успев вновь сделаться прекрасной женщиной, произнесло:
      – Что ж, я смогу вам помочь. – Теперь она говорила твердо и решительно. – Поскольку у меня появился финансовый интерес, я хочу, чтобы ваша экспедиция закончилась успешно. Предупреждаю – все измерения Завихрений требуют самого внимательного к себе отношения. Они полны опасностей, и в них легко заблудиться.
      Затем она посмотрела на меня, и взгляд ее голубых глаз пробуравил мне сердце. В моих самых лучших снах я до конца дней своих буду видеть это дивное создание. Она была настолько прекрасна, что мне захотелось приблизиться к ней, прикоснуться – и уже не покидать никогда. По мере того как ее взгляд все глубже, и глубже, и глубже проникал в мое сердце, ноги мои постепенно слабели, а желудок начал исполнять сальто. Мне хотелось, чтобы мои губы разлиплись и я смог прошептать, как сильно я ее люблю.
      – Ты должен заботиться о своих друзьях, – сказала она, и при звуках ее чудного голоса я расплавился окончательно. – Ты меня понял.
      Я каким-то непостижимым образом ухитрился кивнуть.
      – Бот и славно, – сказала она, подмигивая. – Мне сразу станет известно, победили вы или проиграли. Желаю удачи.
      Палатка и прекрасная женщина вдруг исчезли. Вокруг нас под ветром гнулись деревья, а в лицо мне летел песок.
      – Завихрение №1! – гаркнул Ааз, пытаясь перекрыть рев ветра.
      – Мы на месте! – прокричала в ответ Танда.
      Неужели им трудно было меня заранее предупредить, что мы прыгаем в другое измерение, подумал я и высказал все, что о них думаю:
      – Пгггхххирр угххххар мгррррббб, мгррррббб!

* * *

      Мимо меня, сводя видимость к нулю, неслись облака пыли. Демон-трансформер на Деве сказал, что Завихрения таят опасность и рождают у путешественников странные желания. Лично я испытывал лишь одно желание – вернуться как можно скорее домой. Надо сказать, что ничего странного в этом желании я не находил.
      – Сюда! Скорее! – крикнула Танда, приглашая нас взмахом руки следовать за ней. Поскольку в клубах пыли ничего не было видно, я решил, что терять все равно нечего, и последовал ее призыву.
      Танда не обманула, сказав, что мой рот запечатан лишь на время, и к тому моменту, когда мы, спотыкаясь, добрели сквозь ураган до древнего бревенчатого строения, я снова обрел дар речи.
      Хижина, в которую привела нас Танда, была сложена из неотесанных бревен, а на вид ей было лет сто, не меньше.
      Танда распахнула дверь, и мы ввалились внутрь. Через сотни щелей в стенах ветер проникал в помещение, а единственными обитателями дома были крысы.
      – Что за нелепая спешка? – спросил Ааз, стряхивая с одежды песок.
      – Разве ты ничего не заметил? – спросила Танда. – Там что-то двигалось. Двигалось в нашу сторону.
      – Я вроде бы ничего не видел, – сказал Ааз и посмотрел на меня.
      Я в ответ лишь покачал головой и пожал плечами. Я тоже ничего не заметил, не Танда явно была напугана.
      В центре комнаты я запалил приличный костер, использовав для этого лишь силу разума и разбросанные по помещению деревяшки. Танда тем временем создала по периметру энергетическое поле, защищающее нас от ветра.
      Как я теперь понимал, Ааз и Танда, входя в палатку, были готовы к всяческим неприятностям, и теперь, когда неприятности не заставили себя ждать, мои спутники не растерялись. Я скорбел лишь о том, что они не предупредили меня. Когда я покончил с добыванием огня, Танда повесила мне на шею кулон-переводчик, еще один – на шею Ааза. Это было сделано для того, чтобы мы могли понять тех, кого встретим, покинув хижину.
      – Ну и что дальше? – спросил я, грея руки над огнем. – Не могли бы вы объяснить мне, что случилось, кто был этот постоянно меняющий личины демон, как мы сюда попали и где, собственно, находимся?
      – Знаешь, – сказал Ааз, обращаясь к Танде и полностью игнорируя мой вопрос, – малыш мне нравился гораздо больше, когда у него была запечатана пасть.
      – Нехорошее это дело, затыкать другим рот, – сказал я, но вспомнив о том, что хотел сообщить, находясь в палатке, добавил: – Хотя я, кажется, понимаю, почему вы так поступили. Заклинание недержания, не так ли?
      Ааз посмотрел на меня с нескрываемым изумлением, а Танда засмеялась:
      – Похоже, твой ученик кое-что усвоил. Однако ты мог бы и удовлетворить его любопытство. Ааз уселся на пол и вздохнул:
      – Палатка, в которую мы вошли, принадлежит Перемещальнику. Существо, с которым мы говорили, зовется Перемещальник. Нас сюда переместил Перемещальник, и, насколько я понимаю, это замечательное местечко зовется Завихрение номер раз.
      Пришлось признать, что он ответил на все поставленные мною вопросы, хотя ответы удовлетворили меня не полностью.
      – Почему ты не хотел обращаться к Перемещальнику за помощью?
      Танда, услыхав вопрос, громко расхохоталась (она уже успела устроиться на полу) и сказала:
      – Я тоже не хотела, но у нас не было другого выхода.
      – Почему?
      – Да потому, малыш, – пояснил Ааз, – что Перемещальники строят свое благосостояние на знании географии. Помнишь, как я тебе говорил, что для путешествия в иное измерение надо создать в уме четкий образ этого измерения и одновременно представить его в системе других измерений?
      Я утвердительно кивнул. Каждый раз, когда я начинал донимать Ааза просьбами научить меня перемещаться по измерениям, он убивал меня именно этим аргументом.
      – Если бы ко мне вернулись мои способности, – продолжал мой наставник, – то я смог бы перепрыгнуть в несколько сотен измерений. На пару с Тандой мы смогли бы одолеть штук четыреста-пятьсот. С помощью весьма дорогого И-Скакуна мы могли бы к этой цифре приобщить еще несколько сотен. Однако в мире существуют тысячи и тысячи измерений. Может быть, даже миллионы. Точной цифры я не знаю. Перемещальники выступают в роли своего рода туристических агентов при путешествиях по измерениям.
      – А что такое туристический агент? – поинтересовался я, взглянув вначале на Танду, а затем на Ааза.
      Оба в ответ покачали головами.
      – Это не важно, – бросил Ааз, сопроводив слова знакомым мне жестом. Когда наставник вот так от меня отмахивался, это означало, что вопрос чрезвычайно глуп и отвечать на него не имеет смысла.
      – Итак, они взимают плату за информацию и за перемещение, – сказал я. – Что ж, это, как мне кажется, справедливо.
      – И да, и нет, – вмешалась Танда. – Никто не знает, откуда появились Перемещальники. Они великие мастера по смене личин, а те, кто пытается их надуть, исчезают навсегда.
      – В каком-нибудь из смертельно опасных измерений, – добавил Ааз и покачал головой.
      – Таким образом, мы должны будем сделать все, чтобы они получили свои пять процентов от стоимости золотой коровы – после того, как мы ее найдем, естественно.
      – Надеюсь, что дело этим ограничится, – сказал Ааз.
      Танда кивнула, видимо, разделяя его надежды. Мне же это крайне не понравилось. Исчезновение навсегда в моих жизненных планах вовсе не значилось. У меня были гораздо более грандиозные и значительно более приятные задумки на будущее. И вот теперь я, очертя голову и рискуя при этом жизнью, бросился на поиски какой-то золотой коровы. Не очень-то умно с моей стороны. Я попытался сменить тему, чтобы забыть о грозящем мне вечном исчезновении.
      – Каким образом Перемещальники ухитряются так быстро менять облик? – спросил я. – Заклинание личины, наверное?
      – Не знаю, – пожала плечами Танда. – Во всяком случае, я не видела, чтобы они хотя бы ненадолго задерживались в одном и том же образе.
      Я считал себя специалистом по смене личин, но чтобы творить то, что умели делать Перемещальники, мне надо было еще учиться, учиться и учиться. Кроме того, это означало, что, имея такие способности, один из них мог находиться вместе с нами в хижине, приняв, к примеру, облик бревна. Эта мысль заставила меня содрогнуться, и я внимательно оглядел древнюю хижину, пытаясь обнаружить в ней что-нибудь странное или пугающее. Но там не было ничего, кроме грязного пола и бревенчатых стен. В то же время мне стало казаться, что за нами ведется наблюдение.
      – Что ж, попробуем уяснить, где мы сейчас находимся и что нам следует предпринять, – сказала Танда, быстро пересаживаясь поближе к Аазу,
      Я же обошел всю небольшую комнату и остановился возле того места, где мой учитель расстелил карту.
      – Взгляните-ка на это! – Танда указала на карту, Я сразу же понял, о чем она говорит. Карта изменилась. Я смотрел на нее, пытаясь сравнить с тем, что видел прежде. Линии, идущие от Завихрения №1, шли совсем в другие стороны, а в точках, где они заканчивались, появились надписи.
      – Удивительно, – произнес Ааз, почему-то переходя на шепот. – Настоящая карта, указывающая на сокровище.
      – Как это получилось? – спросил я.
      . – Магия, малыш, – усмехнулся Ааз. – Так же, как и все остальное. Это подлинная магическая карта, , указывающая путь к золотой корове.
      – Я о подобных вещах только слышала, – • сказала Танда, а потом протянула руку и привлекла меня к себе. Я же, как всегда, хотел, чтобы это дружеское объятие длилось вечно. – Ты совершил великую покупку, малыш, – продолжила она, чуть оттолкнув меня от себя, видимо, для того, чтобы лучше видеть.
      – Если она куда-нибудь ведет, – скромно потупился я.
      – Весьма тонкое и очень верное замечание, малыш, – кивнул Ааз, возвращаясь к изучению карты.
      Я тоже склонился над листком. Вообще-то там не было ничего, кроме нескольких точек, нескольких линий и каких-то надписей. Мне карта казалась совершенно бестолковой. Ориентируясь по ней, я даже не смог бы вернуться на то место, где мы появились, не говоря уж о том, чтобы прыгнуть в иное – предпочтительно родное – измерение.
      – Итак, карта меняется. Что это может значить? – спросил я.
      На мой вопрос, естественно, никто не удосужился ответить.
      – Стараниями Перемещальника мы сейчас находимся здесь. – Танда показала на точку с надписью “Завихрение №1”. – Отсюда мы можем отправиться в одно из пяти измерений. Из этих пяти наиболее многообещающим мне представляется измерение, именуемое Кол-Доб.
      – Да, к нему ведет самая прямая линия, – заметил Ааз.
      – Вы знакомы с миром Кол-Доба? – спросил я. – Или с другими, отмеченными на карте? Танда в ответ лишь покачала головой.
      – А как ты, Ааз?
      – Нет, малыш, не знаком.
      Я посмотрел на него, затем перевел взгляд на Танду, Интересно, как они рассчитывают туда перепрыгнуть? Ведь они оба утверждали: чтобы попасть в другое измерение, надо его хорошо знать.
      – В таком случае получается, что мы здесь застряли капитально. Означает ли это конец путешествия?
      – Нет, – ответил Ааз, вытаскивая из-за пояса И-Скакун.
      Затем, быстро просмотрев перечень обозначенных на И-Скакуне измерений и сверив их с надписями на карте, вздохнул и сунул прибор обратно за пояс.
      По этому вздоху я понял, что нам конец. Названия всех пяти измерений, на которые мы могли прыгнуть с Завихрения номер раз, на И-Скакуне отсутствовали.
      – Проклятие! – воскликнула Танда. – Я с самого начала чувствовала, что случится нечто подобное. – С этими словами она поднялась с пола и отряхнула пыль с брюк.
      – Не нравится мне это, – глубокомысленно заключил Ааз, встал с пола, тщательно сложил карту и сунул ее в поясную сумку.
      – Ну и что же нам теперь делать? – поинтересовался я.
      Танда поманила меня к себе, а когда я приблизился, запечатала мне рот. Это произошло настолько быстро, что я и опомниться не успел.
      – Прости, – улыбнулась она, – но рисковать мы не имеем права.
      Я попытался возразить, но вместо слов у меня получилось уже хорошо знакомое “Вгггххх!”.
      Мне это начинало изрядно надоедать. Еще одна подобная операция – и мои губы будут болеть целую неделю.
      Мгновение спустя мы – без всякого предупреждения со стороны Танды или Ааза – оказались в большой палатке. Перемещальник сидел за столом на своем месте.

Глава третья

      Бесплатных поездок не бывает.
Управление городского транспорта

      – Десять процентов за ответ на ваш вопрос, – сурово и решительно произнес Перемещальник, разглядывая Танду и почесывая, если можно так выразиться, шею.
      Не обращая внимания на то, кем было в данный момент это существо, я следил, как оно постоянно меняет личину. Какая-то его часть казалась аморфной, так как находилась в процессе превращения.
      Менялись волосы, цвет кожи, удлинились руки. Словом, ничто в его теле не сохраняло форму более чем на несколько секунд. Его голос, кресло под ним и глаза тоже менялись. Картина была весьма впечатляющей.
      Когда я творил Заклинание личины, я мог менять одежду, размер и форму тела, но с глазами у меня ничего не получалось. Судя по глазам Перемещальника, в нем одновременно слились не менее сотни различных существ. Я хотел спросить, как у него это получается, но, осознав, что мой рот запечатан, от этой идеи отказался.
      – Десять процентов?! – переспросил Ааз, пытаясь из последних сил держать себя в руках.
      – Да. Сверх тех пяти, о которых мы с вами уже достигли соглашения.
      Мне показалось, что жилы Ааза вздулись так, что вот-вот вылезут из-под зеленой чешуи. Танда, судя по ее виду, была готовя в любой момент залепить пасть и ему.
      Мне очень хотелось обвинить Перемещальника в алчности, но, по счастью, подобной возможности у меня не было.
      – Нет, так не пойдет, – покачала головой Танда. – Мы дадим тебе еще пять процентов и будем добавлять еще по пять, когда нам потребуется твоя помощь в этом путешествии.
      Перемещальник превратился в высоченное создание с вытянутой физиономией и сотней крошечных зубов в отвратительного вида пасти. Услышав слова Танды, создание улыбнулось – или изобразило нечто такое, что я принял за улыбку.
      – Согласен, – сказало оно. Ааз выглядел так, будто у него вот-вот начнется припадок ярости, но усилием воли он сумел сдержаться. Я был весьма удивлен. У него отхватили большой кусок прибыли, а он ничего при этом не уничтожил и не разломал. Подобное с ним случалось нечасто. С деньгами Ааз расставался с великой неохотой, и, если мы найдем золотую корову, он вряд ли добровольно захочет делиться золотым молочком, подумал я. Но сейчас у него не оставалось иного выбора, кроме как обещать минимум десять процентов от стоимости находки. У меня не было сомнений в том, что в ходе этой нелепой авантюры нам еще не раз придется побывать в этой палатке.
      – И куда же вы теперь направляетесь? – спросило существо.
      – На Кол-Доб.
      Перемещальник, похоже, испытывал некоторые сомнения, поскольку процесс трансформации на миг замедлился.
      – Ну что ж, будь по-вашему, – произнес он почти печально, и в следующий миг мы оказались посреди обширного луга, поросшего какими-то растениями с толстыми стволами и усыпанного оранжевыми цветами. Небо над нашими головами было окрашено в голубые и розовые тона, а луговину окружали деревья с темно-зеленой листвой. Далеко на горизонте розовели горные вершины. Я был готов сотворить Заклинание личины, чтобы защитить нас всех от любого урагана, но теплый и чуть влажный воздух был совершенно неподвижен. По правде говоря, это было одно из самых красивых измерений из тех, где мне удалось побывать. Интересно, какие счастливцы здесь обитают? Танда быстро повернулась вокруг собственной оси, и я был уверен в том, что она увидела нечто такое, за что не мог зацепиться мой взгляд.
      – Десять процентов, – пробормотал, скрипя зубами, Ааз.
      Танда приложила пальчик к губам моего наставника, чтобы тот помолчал. Я принялся всматриваться в линию деревьев, стараясь разглядеть угрожающую нам опасность.
      Ничего.
      Но судя по реакции Танды и тем колебаниям, которые испытывал Перемещальник, мы попали в место, не отличающееся гостеприимством. Красивое, но негостеприимное.
      – Давай карту, – прошептала она Аазу. – Быстро!
      Она знаком велела нам пригнуться, что мы и сделали. Растения и цветы на лугу были нам по колено, в них не укроешься, а запах у них был точно такой, как у моего дракона, когда тот мочится под себя. Я считал, что нам надо как можно быстрее двигаться к опушке леса, где мы сможем дать бой в случае нападения, но в нашей компании лишь Танда была когда-то профессиональной убийцей, и лишь она знала, что надо делать. Во всяком случае, я надеялся, что знала.
      Ааз развернул карту и осторожно расстелил ее поверх растений. С первого взгляда стало ясно, что карта изменилась снова. От Кол-Доба – измерения, где мы находились в данный момент, – шла лишь одна линия, ведущая в тот волшебный мир, где обитало золотое жвачное. Линия упиралась в надпись “Завихрение №4”. Не №2, как можно было ожидать, или в крайнем случае №3, но №4.
      Танда кивнула и знаком велела побыстрее сложить и убрать карту.
      После этого мы выпрямились. Едва подняв голову, я заметил какое-то движение. Собственно, это было вовсе не движение. Просто растения, покрывающие луг, начали дергаться и раскачиваться, словно кто-то очень низенький бежал среди них по направлению к нам.
      Затем примерно в сотне шагов от нас из травы высунулась голова – змеиная голова, величиной значительно превосходившая мой череп. У нее были желтые щели-глаза, а из пасти торчали два здоровенных клыка. Длину гадины определить было невозможно, так как ее тело скрывала растительность, а заняться измерениями у меня не было настроения. Мгновение спустя справа от первой головы возникла вторая. Затем еще одна. И еще. Я сделал пируэт, словно завзятый танцор, и увидел, что змеи окружают нас со всех сторон. Если мы не сумеем ничего предпринять – и при этом очень быстро, – у нас много шансов оказаться главным лакомством на их обеде.
      – Прекрасное местечко, – заметил Ааз, а трава тем временем шевелилась все ближе и ближе к тому месту, где мы стояли. – Уже скоро.
      Я попытался внести предложение, но из запечатанного рта вырвались ставшие уже знакомыми звуки:
      – Агггххх, тгггхх, нгггхх.
      – Что случилось? – спросила Танда. – Неужели мальчик испугался малюсенькой змейки?
      Я в ответ яростно закивал. Еще одна чудовищная змеиная голова вынырнула из травы в каких-то пятидесяти шагах от нас. Эта тварь выглядела не только голодной, но и очень сердитой.
      – Хорошо тебя понимаю. Я тоже боюсь.
      Едва она успела это произнести, как мы снова оказались под ударами пылевой бури на Завихрении № 1.
      – Берегись, Скив! – взревел Ааз, когда на нас обрушился удар урагана.
      – Не беспокойся, – сказала Танда, прежде чем я успел что-то сделать. – Ему ничего не угрожает.
      В тот же миг мы оказались в палатке Перемещальника, который на сей раз был почти точной копией кол-добской змеи.
      – Ничего себе, – фыркнул Ааз.
      – Завихрение №4, пожалуйста, – сказала Танда, сразу беря быка за рога.
      – Это означает пятнадцать процентов.
      – Я помню наш уговор, – бросила Танда, прежде чем Ааз успел вставить хотя бы слово, и повторила: – Подбросьте нас на Четвертое Завихрение, пожалуйста.
      Смахивающий на змею Перемещальник кивнул, мы оказались в очередном измерении, и на нас снова обрушилась эта идиотская пылевая буря. Вынужден признать, что, опять оказавшись в измерении, на котором бушевал ураган, я испытал чудовищное потрясение. Танда знаком велела нам следовать за ней. Только добравшись до места, я догадался, где мы находимся. Раньше я этого определить не мог, потому что для меня все пылевые бури похожи друг на друга как две капли воды. Лишь увидев бревенчатую хижину, маячащую в полутьме, словно корабль в тумане, я догадался, что мерзавец Перемещальник заслал нас на Завихрение №1. Итак, мы оказались снова в первом квадрате. В первом-то первом, но не совсем. Все-таки это было Завихрение №4, а не Завихрение №1.
      Окончательно я в этом убедился, когда вошел в бревенчатую хижину. Помещение теперь было заполнено ветками, и там даже стояла какая-то обшарпанная мебель. На полу не было никаких следов от моего костра.
      – Надеюсь, на сей раз ты их видел? – спросила Танда.
      – Кого их? – мрачно буркнул Ааз.
      – Мне удалось их как следует рассмотреть. Там, в клубах пыли, – продолжала Танда.
      – Ну и кто же это был?
      – Пылевые зайцы. Целая стая. – С этими словами она обхватила себя за плечи, чтобы унять дрожь.
      Мы с Аазом переглянулись в недоумении и дружно пожали плечами. В который раз мой наставник и я продемонстрировали полное незнание предмета, который так тревожил Танду.
      К тому времени, когда я разжег костер посередине хижины, а Танда навела защитный экран, мне была возвращена способность говорить. Губы растрескались и болели, но по крайней мере снова могли двигаться.
      – Итак, Завихрение №4 очень похоже на Завихрение №1, – сказал я.
      – В этом есть смысл, – кивнула Танда. – Не будь они так похожи, каждое измерение получило бы свое название.
      – Значит, если имеются иные, похожие друг на друга измерения, – продолжал рассуждать я, – они тоже должны быть пронумерованы.
      – Скорее всего, – согласилась Танда, – но я о существовании других близнецов-измерений ничего не слышала.
      – Итак, мы отдали этим жуликам еще пять процентов, – произнес Ааз с явным отвращением. – Нам следовало отправиться на поиски самостоятельно.
      Я не имел ни малейшего представления о том, как мы могли это сделать, но промолчал, поскольку мои познания в области перемещений между измерениями были крайне ограниченными.
      – Сомневаюсь, – покачала головой Танда. – Сейчас мы очень и очень далеко от Завихрения № 1. Мне ни разу не приходилось удаляться на такое число измерений от Базара-на-Деве.
      – О-о-о… – протянул Ааз.
      – Откуда ты знаешь? – спросил я. – Может быть, я не замечаю каких-то верстовых столбов, когда мы в один миг переносимся из измерения в измерение?
      – О столбах мне ничего не известно, – рассмеялась Танда.
      – Понимаешь, малыш, когда у существа есть способность прыгать из измерения в измерение, он шестым чувством знает, сколько измерений осталось между ним и тем местом, с которого он совершал прыжок, – пояснил Ааз. – Точное число определить невозможно, но порядок ощущается довольно верно.
      – И чем дальше измерение, тем труднее совершить скачок, – добавила Танда. – А риск промахнуться и заблудиться многократно возрастает.
      – Так вот, значит, почему мы с Кол-Доба возвращались через Завихрение №1, – догадался я.
      – Да. Так было безопаснее.
      – Неужели это означает, что каждый новый прыжок по этой карте уводит нас все дальше и дальше от дома? – спросил я жалобно, поскольку понятия не имел, что такое возможно.
      Мой пост придворного мага, конечно, не лучшая должность во вселенной, но во дворце я чувствовал себя несравненно лучше, чем в этом далеком измерении с отвратительным климатом.
      – Пока да, – ответила Танда. – Но мы должны следовать указаниям на карте. Сокровище спрятано основательно, не всякий дурак его найдет.
      Мне ее слова тоже почему-то не понравились.
      Ааз стянул перчатки и расстелил карту на полу так, чтобы мы могли ее видеть в свете костра.
      Как мы и предполагали, карта снова претерпела изменения.
      От Завихрения №4 теперь отходили шесть линий, каждая из которых завершалась названием места.
      Все шесть линий вели в направлении сокровища, но ни одна из них строго не указывала на него. Да, Танда оказалась права, карта не скупилась на новые и новые пакости.
      Названия в точках, которыми заканчивались линии, звучали более чем странно. Все они были комбинацией одних и тех же букв. Если читать слева направо, то измерения шли в следующем порядке; Ит, Акд, Алее, Ита, Кдал и Ее.
      – Ты знаешь хотя бы одно из этих измерений? – спросил Ааз.
      – Нет, – призналась Танда. – А ты?
      – Тоже не знаю, – ответил Ааз, – и наше невежество обойдется нам еще в пять процентов.
      – Ничего не поделаешь, – пожала плечами Танда. – Думаю, что нам следует отправиться в первое из обозначенных измерений.
      – Значит, это будет Ит, – пояснил я. Ааз в ответ то ли застонал, то ли зарычал, а потом поднялся и стал складывать карту.
      – Надеюсь, что мы возвращаемся сразу на Завихрение №1, – сказал я. – Еще одна встреча со змеями мне почему-то не улыбается.
      – Прыжок будет гораздо безопаснее, если мы сделаем промежуточную остановку на Кол-Добе, – серьезно произнесла Танда. – Полагаю, что лишний риск нам ни к чему.
      – Надеюсь, ты шутишь? – поинтересовался я. При мысли о том, что снова придется встретиться со змеями, мое сердце упало куда-то в район желудка.
      – Не беспокойся, малыш, – улыбнулась она. – Отсюда я смогу перемахнуть на Завихрение №1. Так что встреча со змеями отменяется.
      Ааз уже был готов к перемещению, и ровно в следующую секунду мы совершили скачок.
      Пыль засыпала меня с ног до головы за те несколько мгновений, которые потребовались Танде, чтобы убедиться, что мы на Завихрении №1, и подготовиться к следующему скачку.
      На сей раз Перемещальник встретил нас, приняв форму дивана. Круглые глаза размещались в торцах валиков, а уши превратились в пару огромных диванных подушек. Если бы нам захотелось присесть, пришлось бы садиться на его здоровенный розовый язык. Я подозревал, что, начиная с этого момента, стану присаживаться на любой диван с долей опаски.
      – Нам необходимо попасть в измерение Ит, – сказала Танда.
      – Теперь мои – двадцать процентов, – заметило чудовище. Его огромный язык двигался так, что создавалась полная иллюзия, будто кто-то невидимый взбивает подушки.
      – Знаем, – ответила Танда, и мы в тот же миг оказались посреди широкой и, по счастью, совершенно пустынной улицы.
      Вдоль улицы, по ее обеим сторонам, стояли простые деревянные здания. Небо на Ите было затянуто серыми, унылыми облаками, а воздух оказался чистым и довольно прохладным. Я порадовался тому, что в моем арсенале личин хранились теплые пальто и шапки.
      Оглядевшись по сторонам, я еще раз убедился, что во вселенной попадаются весьма необычные измерения. Улица, теряясь в бесконечности, уходила в обе стороны, а вдоль нее стояли совершенно одинаковые дома. У всех домов была довольно странная форма, каждый имел по две двери и по два окна. Мы видели только фасады; как выглядят дома сбоку или сзади, рассмотреть было невозможно, потому что улица больше всего походила на неширокий каньон. Я не понимал, как местные жители ухитряются в этом единообразии отыскивать свое жилище. Помимо одинаковой высоты и формы, все дома имели один и тот же цвет, и ни на одном из них не было опознавательных знаков.
      – Интересно, куда подевались все жители? – спросил я.
      – Давайте-ка взглянем на карту, – предложил Ааз. – Может быть, там найдется ответ.
      – Не нравится мне этот ландшафт, – заметила Танда. Судя по напряженному виду, она и здесь ожидала каких-то неприятностей.
      Ааз вынул карту и расстелил ее на краю проезжей, если так можно выразиться, части. Измерение, в котором мы находились, было обозначено четко, и от него исходила всего лишь одна линия.
      Очередной станцией назначения должно было стать Завихрение №6. Меня утешало лишь то, что мы благополучно миновали Завихрение №5, а равно и Завихрения под номерами 2 и 3. Танда взглянула на карту и покачала головой. На какой-то момент мне показалось, что Ааз готов скомкать клочок пергамента и выбросить его прочь, но здравый смысл, судя по всему, взял верх, и мой наставник, аккуратно сложив листок, сунул его в сумку.
      Внезапно окно ближайшего к нам дома распахнулось, и в нем появилось какое-то создание.
      – А у нас гости, – негромко произнес я.
      Ааз и Танда безмолвно уставились на второе создание, появившееся рядом с первым. Я огляделся и увидел, что в каждом окне маячат обитатели домов. Все они были похожи друг на друга как две капли воды.
      Серые костюмы, серые волосы, серые лица и пара рук. Само собой разумеется, что все они были одинакового роста и телосложения. Как я смог заметить, когда одно из этих существ двигалось, все остальные совершенно строго воспроизводили его движение.
      – Они меня пугают, – сказала Танда, и через миг мы уже оказались в туче пыли.
      – Предупреждать надо, – проворчал Ааз.
      – Это Завихрение №4, – крикнула Танда, пытаясь перекрыть рев урагана. – Мы совершим следующий скачок до того, как зайцы успеют нас схватить.
      Пылевая буря прекратилась, но лишь для того, чтобы мгновение спустя обрушиться на нас с новой силой.
      Я понял, что мы уже прыгнули на Завихрение №1. Еще один скачок – и мы оказались в палатке Перемещальника.
      – Завихрение №б, пожалуйста, – сказала Танда хозяину палатки, который, утратив форму дивана, превратился в существо, явно появившееся на свет в результате скрещивания кошки и обеденного стола.
      – Двадцать пять процентов, – произнес кошко-стол (или столо-кошка, если последнее вам больше по вкусу).
      Ааз заскрипел зубами настолько громко, что скрежет заполнил всю палатку.
      – Вы раздражаете моего друга, постоянно повторяя одно и то же, – сказал я и тут же понял, что выложил все, что у меня на уме. Танда забыла запечатать мне рот.
      Ааз ожег меня взглядом, я в ответ лишь пожал плечами.
      – Уговор дороже денег, – ответил Перемещальник.
      Я хотел было сказать ему, что договор с деволом и гроша ломаного не стоит, но Танда положила ладошку на мой рот и повторила:
      – Завихрение №6, пожалуйста. Мы согласны на комиссионные в двадцать пять процентов.
      Перемещальник кивнул (это означало, что стол слегка помахал одной из своих ножек), и мы снова оказались под ударами пыльной бури. Буря была не слабее, чем на двух предыдущих Завихрениях. Но когда мы оказались рядом со старой бревенчатой хижиной, я заметил, что Завихрение №6 существенно отличается от №1 и №4. В хижине горел свет. На сей раз кто-то был дома.

Глава четвертая

      Никогда не берите к себе в машину автостопщиков!
Д.Адамс

      Желтоватый свет в окне хижины послужил своего рода предупреждающим сигналом. Мы остановились шагах в двадцати от дверей и уставились сквозь клубы пыли на свет. Что касается меня, я был несколько встревожен. После двух посещений этого измерения бревенчатая хижина казалась мне продолжением собственного дома.
      Кто посмел поселиться в моей избушке?!
      – Ну и что же нам теперь делать? – проорал я Аазу, пытаясь перекричать рев бури.
      – Здесь есть еще что-нибудь? – спросил он у Танды.
      Зеленая чешуя на физиономии моего наставника была забита пылью. Ааз был чистюлей, и после того как ему пришлось отдать часть еще не найденного сокровища туристическому агенту (не помню, как еще он величал Перемещальника), пыль, грязь и ветер его настроения явно не улучшали.
      – Я знаю только, что здесь водятся пылевые зайцы, – сказала Танда. – Перемещальник внушил мне лишь общее направление первого скачка. Никаких других сведений он в мой мозг не вложил.
      – Придется постучать, – громко произнес я.
      У Танды и Ааза других предложений не оказалось, поэтому я прошел по сугробам пыли к дверям и постучал. Танда встала слева от меня, Ааз остановился в пяти шагах и прикрыл лицо руками. Я был готов в случае необходимости быстро поменять ему личину: зеленая чешуя демона обычно приводила большинство живых существ в трепет.
      Внезапно дверь распахнулась, и я увидел перед собой девушку. На ней была рубашка с длинными рукавами, черные брюки, а волосы она зачесала назад. Она улыбнулась, карие глаза радостно блеснули, и все мое существо наполнилось теплом. По моей прикидке, мы с ней были примерно одного возраста.
      Увидев меня, она улыбнулась еще нежнее.
      – Ты, наверное, Скив, – произнесла она. – Проходи. Папа сказал, что ты рано или поздно появишься.
      Я стоял в клубах пыли и с изумлением смотрел на нее. Ее слова потрясли меня безмерно. Она знала, как меня зовут. Она меня ждала. Она ждала моего появления, дыша пылью на расстоянии тысячи измерений от моего дома!
      Мне захотелось повернуться и как можно скорее бежать назад в ураган. И я бы это сделал, если бы ноги не отказались мне повиноваться.
      – Входи, – повторила девушка. – Здесь слишком ветрено.
      Несмотря на повторное приглашение, я не смог сдвинуться с места. Я, наверное, так бы и погиб, погребенный пылью, если бы Танда довольно грубо не толкнула меня в спину. Девушка отступила, давая нам возможность войти в хижину.
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2, 3