Современная электронная библиотека ModernLib.Ru

Полет к свободе

ModernLib.Ru / Лэки Мерседес / Полет к свободе - Чтение (стр. 9)
Автор: Лэки Мерседес
Жанр:

 

 


      «Как раз вовремя, — подумал он, подстраиваясь к вражескому звену сзади и оставаясь на большей, чем они, высоте. — Отсюда не более пяти минут лета до „Остина“. Что же там творится, почему ни один из их патрулей не засек этих субчиков?»
      Внезапно все истребители сделали крутой разворот и в том же тесном строю устремились к спокойно висящему перед ними крейсеру.
      «О, черт! Они уже начали заход для стрельбы ракетами!» — Хантер бросил свой «Дралтхи» вперед на максимальной скорости, занимая позицию позади истребителей килратхов. Маневрируя, чтобы выбрать оптимальный угол для атаки, он увидел одинокую «Рапиру», вылетевшую с «Остина», но было уже слишком поздно, чтобы помешать им атаковать.
      Хантер управлял истребителем одной рукой, другой лихорадочно шарил по пульту управления. «Я знаю, здесь где-то должна быть кнопка пуска ракет, обязательно есть, но где же она, дьявол ее забери, находится?, Вот она!»
      Он перевел ракеты в боевое положение, через долю секунды дал залп и тут же рванул ручку управления, в последний момент уходя на крутом вираже от того места, где ведущая «Гратха» превратилась в огненный шар, взорвав еще два ближайших к себе истребителя. Остальные две машины килратхов, отказавшись от намерения атаковать «Остин», резко повернули в сторону, чтобы не попасть под действие взрыва.
      Хантер радостно завопил и спикировал на одну из «Гратх», заняв прекрасную позицию для залпа из пушек. Он нажал гашетку и… ничего не произошло.
      «О боже! — Он резко отвернул в сторону, когда другая „Гратха“ пошла на него прямо в лоб, стреляя из всех пушек. — Черт побери! Проклятье! Почему пушки не стреляют? Здесь где-то должен быть предохранитель, я должен его найти, иначе я погиб!»
      Он резко толкнул ручку влево, круто завалив истребитель на борт, одновременно судорожно пытаясь отыскать органы управления пушками.
      «Гратха» преследовала Хантера неотступно, насколько это было возможно при его худшей маневренности, стараясь снова поймать «Дралтхи» в перекрестья своих прицелов.
      «Ну же, ну… О, черт!» — Он резко взял ручку на себя, почувствовав, как истребитель содрогнулся от близкого разрыва ракеты. Оглянувшись, Хантер увидел, что взрывом снесло половину одного из крыльев его «Дралтхи». Он с трудом удерживал истребитель прямо, со всей силой жал на ручку управления, чтобы предотвратить его вращение вокруг продольной оси.
      «Я ненавижу этот истребитель… Поганый кусок ржавого железа… Проклятая летающая сковородка… Я должен был угнать что-нибудь стоящее, ну хотя бы один из тех новоиспеченных истребителей „Ххрисс“…»
      Еще один разрыв, совсем рядом. На этот раз — залп из всех пушек «Гратхи». Одновременно завыли сразу несколько систем аварийной сигнализации, индикаторы мощности защитного поля мигнули один раз и совсем погасли. Хантер лихорадочно орудовал ручками и кнопками управления, пытаясь использовать преимущества «Дралтхи» в скорости и маневренности, чтобы избежать следующего прямого попадания. Он видел, как впереди стартовавшая с «Остина» «Рапира» сражается со второй «Гратхой», которая, пытаясь уйти, сделала резкий разворот совсем близко от громадного по сравнению с ней «Остина». Как оказалось, слишком близко. Она врезалась в борт крейсера и очень эффектно взорвалась. «Рапира» заложила крутой вираж и, включив форсаж двигателей, устремилась к «Дралтхи».
      — Только не в меня, приятель! — завопил Хантер, когда истребитель стал пикировать на него. Через мгновение «Рапира» выпустила ракету. Глаза Хантера округлились, когда он понял, что ракета летит прямо ему в лоб. Она прошла над самой кабиной, и, обернувшись, он увидел, как она ударила в висящую у него на хвосте «Гратху». Та закрутилась, потеряв управление, и взорвалась.
      Хантер повернулся и, посмотрев вперед, остолбенел. «Рапира» продолжала лететь встречным курсом прямо на него. Через долю секунды истребитель сделал плавный переворот через крыло, ушел вверх и пролетел в перевернутом положении буквально в двух-трех метрах над головой Хантера, так близко, что он смог заметить надпись «Джаз» в окружении музыкальных нот на шлеме пилота.
      — Здорово сработано, Колсон! — прокричал Хантер, хотя отлично знал, что «Джаз» никак не может его услышать. «Совсем неплохо для малыша», — подумал Хантер, улыбнувшись, и потянул ручку управления на себя, чтобы сделать вертикальный разворот и тем самым избежать столкновения со стремительно вырастающим перед ним «Остином».
      Но поворота не получилось.
      — Что такое? — Хантер изо всех сил дернул ручку. «Дралтхи» продолжал лететь прежним курсом, неотвратимо сближаясь с «Остином».
      — Черт возьми, это нечестно! — завопил он. «Кажется, я собираюсь оставить миленькое мокренькое местечко на обшивке корабля, в точности как та „Гратха“… И я не знаю, где на этом проклятом истребителе включается аварийное торможение… Зато знаю, что здесь нет системы катапультирования, ничего нет…»
      В отчаянии он включил все каналы системы связи на передачу.
      — Ребята, если вы прослушиваете каналы килратхов… выловите меня лучом захвата, или я погибну смертью героя!
      «А если они не прослушивают…»
      Он освободился от пристежных ремней, загерметизировал шлем, проверил, не нарушилась ли герметичность комбинезона во время схватки, и быстро сполз вниз к выходному люку. Прошли бесконечно долгие две секунды, прежде чем он открыл замок крышки люка и откинул ее. Воздух, заполнявший кабину и устремившийся в образовавшийся проем, захватил его, протащил через люк и выбросил из истребителя в открытый космос. Нелепо кувыркаясь, он продолжал по инерции лететь прямо к серебристому борту «Остина». «О боже, ведь это будет больно…» — успел он подумать и закрыл глаза.
      Что-то с огромной силой тряхнуло его, заставив резко остановиться, смотровое окошко шлема вдавилось в лицо. Почувствовав, как из разбитого носа струйкой потекла кровь, он выругался и заморгал. «Остин» находился впереди, метрах в тридцати от него. Он успел увидеть, как продолжавший лететь прежним курсом «Дралтхи» врезался в борт «Остина» и рассыпался на куски. Сам же он, влекомый заветным лучом, продолжал, медленно вращаясь, дрейфовать вдоль борта крейсера.
      «Слава богу, что я не страдаю космической болезнью», — подумал он, закрыв на мгновение глаза. Внезапно охватившие его тишина и покой утихомирили бешено колотившееся сердце, он чувствовал, что напряжение покидает его, дыхание становится ровным и спокойным.
      «Плыть вот так в космосе, в полном одиночестве, — это совсем неплохо… Наверное, я должен поставить этому оператору захватного луча с „Остина“ добрую порцию выпивки… или две… нет, пожалуй, три…»
      Спустя несколько секунд захватывающий луч с «Остина», нежный, как прикосновение любимой, плавно подтянул его к огромному проему, ведущему на полетную палубу. Когда до палубы оставалось несколько метров, луч выключили, и Хантер продолжал плыть по инерции сквозь защитное магнитное поле, встретившее его коротким потрескиванием, прямо в руки с нетерпением ожидающих его членов палубной команды. Они помогли ему подняться на ноги, Хантер отсоединил шлем от комбинезона и снял его.
      — Спасибо, ребята, — произнес он, вытирая с лица пот и кровь.
      До его сознания вдруг дошло, что вокруг собралась толпа, что его приветствуют радостными возгласами, хлопая по плечам, по спине. Но вот толпа расступилась, пропустив двух офицеров. Хантер узнал их. Это были: старший помощник командира корабля капитан 3-го ранга Джеймс Рэйли и командир эскадрильи истребителей «Остина» майор Петренков. В последний раз Хантер встречался с этими двумя офицерами, когда его удаляла с этого корабля военная полиция за дебош в кают-компании, учиненный им в пьяном виде.
      — Вот мы и снова встретились, капитан Сент-Джон, — сказал старший помощник, улыбаясь. — Веселенький денек выдался для вас сегодня, не правда ли?
      «Они всегда улыбаются, если ты умудряешься выйти победителем, казалось бы, из безнадежной авантюры. Но когда авантюра так и остается безнадежной, то тебя ждут одни неприятности».
      Хантер четко отдал честь, потом снова вытер продолжавшую течь из носа кровь.
      — Да, сэр. Очень впечатляющий день. А ведь до вечера еще далеко.
      — Я знаю, — сухо произнес старпом.
      У Хантера в голове вертелся вопрос, который он непременно должен был задать, вопрос, который мучил его с того самого момента, когда все это началось.
      — А что случилось с вашими патрулями, сэр? Ведь корабль мог быть взорван, а вы бы даже не узнали, кем и каким образом!
      — Мы полностью отдаем себе в этом отчет, капитан, — ответил старпом, обмениваясь взглядом с майором Петренковым. — Но есть обстоятельства, о которых вы не знаете…
      — Хантер прав, сэр, — сказал майор сдавленным голосом. — Мои ошибки чуть не стоили жизни всему личному составу корабля. Если бы не Хантер, все мы были бы уже покойниками. Вы должны принять мою отставку.
      — Как я уже говорил, я не приму вашей отставки, Николай. По крайней мере, до тех пор, пока мы не вернемся в ставку Верховного командования Конфедерации, — тихо ответил Рэйли.
      — Тогда я надеюсь, что вы примете ее сразу же, как только мы вернемся на станцию «Сол», сэр, — мрачным тоном сказал майор.
      — Очистить палубу! На посадку идет истребитель! — раздалось из динамика. Хантер вместе со всей толпой бросился из посадочной зоны главной палубы в безопасное место. Ему удалось догнать капитана 3-го ранга Рэйли у шлюзовой камеры.
      …В конце концов, не зря же он слыл отчаянным парнем. Почему бы не попытаться использовать такой благоприятный случай!
      — Поскольку, капитан третьего ранга, похоже, что вам скоро может понадобиться новый командир эскадрильи… так вот, у нас на «Когте» есть несколько подходящих кандидатур, которые вы обязательно должны рассмотреть. Вот, например…
      — Я уже думал об этом, капитан, — перебил его старпом. — Если вы согласны побеседовать об этом в кают-компании, то я хотел бы выслушать ваши предложения.
      Хантер сдержал улыбку. Опять подтвердилось правило, что дерзость вознаграждается.
      — Я буду рад, сэр. Насколько я помню, в вашей кают— компании подают отменное австралийское пиво.
      На палубу плавно села «Рапира». Пилот открыл кокпит, не дожидаясь полной остановки машины. Даже на таком расстоянии Хантер разглядел улыбку Джаза Колсона, вокруг которого сразу же стала собираться вся палубная команда, горячо приветствующая его.
      — Черт возьми, а парень что надо, — весело сказал Хантер, без тени зависти отдавая должное мастерству своего соратника. Он снова вытер кровь под носом. — Я думаю, он далеко пойдет.
      — Уверен в этом, — согласился Рэйли. — Ну так что, пошли выпьем этого вашего пива ?
 

x x x

 
      Спустя четыре часа, после обеда с капитаном 3-го ранга Рэйли и командиром «Остина» и после нескольких кружек пива, выпитых в компании Джаза Колсона и его приятелей, Хантера доставил на «Коготь» шаттл, переправлявший туда нескольких техников. 
      «Теперь я должен найти Ангел. Эта новость не может ждать ни минуты».
      Сойдя с шаттла, Хантер обвел глазами полетную палубу, ища Жаннет Деверо, но возле выстроившихся в ряд истребителей ее не оказалось. Да и самих истребителей было совсем немного. Похоже, что все, что может летать, отправили на задание в космос, что тоже выглядело несколько странным.
      Хотя… это являлось бы странным в условиях нормальной оперативной обстановки. Но, принимая во внимание события последних дней, это никак не следовало считать странным. Забавно, но Хантер совершенно не чувствовал усталости. Видимо, благодаря тому самому адреналину у него открылось второе дыхание.
      И все же ему было необходимо отыскать Ангел. Он помахал рукой Кафрелли, который трудился над разобранным двигателем истребителя в дальнем углу палубы, и направился к каютам. «Возможно, она сейчас спит, если только что вернулась из утреннего патрулирования».
      В казарме не было ни души, если не считать Маньяка, который храпел, развалившись на своей койке. Хантер секунду— другую раздумывал, будить ли ему Маршалла, потом взял его за плечо и сильно встряхнул.
      — А-а… Что? — пробормотал Маньяк, протирая глаза.
      — Где Ангел, Тодд?
      Маньяк как-то странно посмотрел на него.
      — Я видел, как она шла с полковником в его кабинет, — ответил он, широко зевая, и затем, насмешливо скосив глаза на Хантера, спросил: — Что случилось с твоим носом, Хантер? А впрочем, нет, не утруждай себя ответом… Лучше уходи, я хочу спать.
      И Маньяк, повернулся спиной к Хантеру. Ни тебе «Как дела?», ни тебе «А где ты был?».
      — Ладно, приятель, — сказал Хантер и вышел, размышляя над тем, что ему сообщил Тодд. Странно. Очень странно. Ерунда какая-то. В кабинете у полковника люди оказывались лишь по одной причине: если они попадали в какую-нибудь неприятную историю, если полковник считал нужным их как следует «пропесочить» за тот или иной проступок. Уж Хантер-то знал это достаточно хорошо. Ему настолько часто приходилось бывать в кабинете полковника, что он в точности помнил его внутреннее убранство. Но ведь Ангел представляла собой полную противоположность Хантеру, она была дисциплинированным, искусным пилотом, все делала по правилам и имела великолепный послужной список за время своей службы во флоте. Именно благодаря всему этому у него и появилась та сногсшибательная новость, которую ему так не терпелось сообщить ей…
      Сам не зная почему, он вдруг направился в кают-компанию. Ему было хорошо известно; что там сейчас никого нет, потому что бармен Шотглас встанет за свою стойку не раньше чем через пару часов, и сейчас там. можно поживиться только ужасной газированной водой с сиропом из автомата.
      «Конечно, вероятность невелика… Но Ангел почему-то любит эту мерзкую газировку, черт меня побери, если я знаю почему».
      И удача ему сопутствовала. Он распахнул дверь и, увидев ее, заулыбался. Ангел сидела одна за столиком, перед ней стоял стакан с той самой розоватой гадостью. Он опустился на стул напротив нее, не в силах перестать улыбаться.
      — У меня есть новость для вас, леди… — начал он и замолк.
      Она плакала. Негромко, почти незаметно. Слезы тихо струились по ее лицу. Он замер, у него перехватило дыхание. Он наклонился вперед, осторожно взял ее за руку.
      — Что случилось, голубка? — спросил он так деликатно, как только мог. Вероятно, произошло что-то ужасное.
      — Боссмэн погиб, Хантер, — проговорила она еле слышно.
      — О, проклятье, — выдохнул он. — Только не Кьен.
      Кьен, один из лучших пилотов в эскадрилье, который всегда был непоколебим, как скала. Перед мысленным взором Хантера пронеслись вечера, которые они провели вместе в кают-компании, попивая пиво; боевые вылеты, в которых они бок о бок дрались с котами, и те нередкие случаи, когда они спасали жизнь друг другу…
      — Как же это произошло? — спросил он.
      Голос ее звучал очень тихо; она говорила, глотая слезы; ее акцент, который всегда придавал ей особый шарм, сейчас звучал так, как будто она играла роль трагической героини в домашнем спектакле. Но трагедия произошла на самом деле, и это не был домашний спектакль.
      — Согласно полученному приказу мы патрулировали зону вокруг точки прыжка. — Она всхлипнула, и голос ее дрогнул. — Все произошло неожиданно. Внезапно вокруг нас стали появляться корабли ударной группы килратхов. Крейсер типа «Фралтхи», несколько сторожевых кораблей, два танкера типа «Лумбари». Боссмэн знал, что, если мы попытаемся уйти, сторожевики настигнут нас, что нам не оторваться от них, поэтому он…
      Ангел замолчала, не в силах продолжать. Хантер крепче стиснул ее руку, и она, овладев собой, вновь заговорила:
      — Он приказал мне возвращаться на :"Коготь», а сам ринулся в атаку на «Фралтхи». Он отвлек их, и это дало мне возможность уйти. Он продолжал передавать мне все сведения, какие только мог сообщить: количество истребителей, их курс, сколько еще кораблей килратхов появилось в точке прыжка… А потом он сказал: «Ангел, скажи моей жене, что я люблю ее». — Затем я услышала в наушниках сильный разряд статического электричества, а потом стало очень тихо…
      Она на какое-то мгновение подняла голову и посмотрела на него, но у Хантера появилось такое чувство, что она даже не видит его. И он не был уверен, что ему хочется знать, что же она видит в этот момент.
      — Я хотела повернуть назад, но понимала, что один из нас должен уцелеть, чтобы сообщить о случившемся на авианосец…
      — Ты сделала именно то, что должна была сделать, голубка, — сказал Хантер, понимая, что такого утешения ей явно недостаточно, зная, что его недостаточно для него самого, но тем не менее он обязан ей это сказать. И если много людей скажут это ей достаточно много раз, то, может быть, она и сама начнет верить в это.
      — Он был совершенно один, он умер там один, я должна была быть вместе с ним, рядом. — Она вытирала слезы, но они продолжали течь по ее щекам. — Это так ужасно, мон ами, знать, что Боссмэн погибает и что я ничего не могу сделать, чтобы помочь ему… — Она зарыдала и закрыла лицо свободной рукой.
      Он не знал, что еще ей сказать, поэтому сидел молча, продолжая держать ее руку, как бы давая ей тем самым некоторую опору, и старался придумать способ хоть немного облегчить ей переживания. Через несколько минут она подняла голову, посмотрела на него и попыталась улыбнуться.
      — Ну, ты ворвался сюда такой радостный, хотел что-то сообщить мне. Так что же это за новость, Хантер? И… что случилось с твоим носом?
      — А-а… ничего особенного, — ответил он нарочито небрежно. «Наверное, это поможет ей хоть немного. Продемонстрирует нашу убежденность в том, что во всех ситуациях она выбирает наилучшее из возможных решений». — Так, некоторое продвижение по службе. Твое. Командир «Остина» предлагает тебе принять командование их эскадрильей истребителей.
      — Что? — Глаза Ангел широко раскрылись, лицо все еще было мокрым от слез, но его выражение говорило о том, что ее мысли возвращаются к настоящему. — Ты ведь пошутил, да?
      Он погладил ее по руке.
      — Это еще не утверждено, но он считает, что у Верховного командования не может быть никаких возражений против твоего назначения. Он уже переговорил с полковником Хэлсиеном по этому вопросу, я присутствовал при этом. Полковник сказал, что станет сожалеть о твоем уходе, но будет рад, если ты получишь повышение.
      «Наверное, это было как раз перед тем, как она возвратилась из патрулирования и сообщила о гибели Боссмэна».
      — Но почему именно я? — Она вытерла слезы, румянец постепенно возвращался на ее лицо. — Это должен быть кто-то более достойный. Такой, каким был Боссмэн.
      Хантеру нужно было что-то ответить, неважно что.
      — Ангел, очень больно сознавать, что его нет, но жизнь продолжается, мы должны жить и действовать дальше. Ты нужна им на «Остине». У тебя есть дар работать с людьми. — Он вспомнил доводы, которые привел старшему помощнику «Остина» в поддержку ее кандидатуры, и теперь пересказывал их . ей. — Ты можешь быть лидером, чего не может, например, Кнайт. Ты можешь настроить людей так, что они будут делать то, что нужно, добровольно, а не по приказу, чего не может Айсмен. У тебя есть то… такие качества, которых нет у нас, рядовых пилотов, качества, которые дают тебе право быть лидером, вести за собой нас, людей в кабинах истребителей. А еще, — продолжил он тихим голосом, — ты болеешь душой за тех, кто находится рядом с тобой, а это важнее всего остального.
      — А почему ты не предложил на эту должность свою кандидатуру? — спросила она растерянно. Трудно сказать, что оказалось для нее большей неожиданностью — его аргументы, высказанные так эмоционально, или сама эта ситуация.
      Он покачал головой:
      — Да ты что, мне отвечать за целую свору пилотов? Наверное, ты не в своем уме, голубка. Ведь это все равно что поставить Маньяка во главе эскадрильи. Мою кандидатуру может утвердить только совсем ненормальный человек. — Он мягко улыбнулся ей. — Нет, именно ты лучше всего подходишь для этой роли, и сама знаешь это.
      Он резко выпрямился на стуле, когда из громкоговорителя в кают-компании донеслось:
      — Всем пилотам немедленно явиться в конференц-зал.
      — Вы идете, леди? — спросил он. Она покачала головой:
      — Нет, полковник Хэлсиен не хочет, чтобы я сегодня вылетала на боевые задания. «Молодец .полковник».
      — С тобой все будет в порядке, голубка? Она медленно кивнула.
      — Думаю, да, — тихо ответила она. — Спасибо тебе, Хантер. За все…
      Он встал, затем, повинуясь внезапному порыву, нагнулся и поцеловал ее.
      — Я разыщу тебя потом, ладно?
      «Понятно, почему Хэлсиен не хочет, чтобы она сегодня летала», — подумал он, быстро шагая по направлению к конференц— залу. Он чувствовал, что адреналин все еще будоражит его кровь, и был рад этому. Она знал, что позже поплатится за это, но это — позже, а сейчас — это сейчас. Кроме того, возможно, медики сделают ему укол или еще что-нибудь, чтобы мобилизовать его внутренние резервы. Это должно заменить «зеленый кисель».
      «Старый Хэлс понимает, что если сейчас отправить Ангел на задание, то она может начать жертвовать собой. Психологи называют это комплексом вины оставшегося в живых».
      Он стал вспоминать своих бывших ведомых, и каково ему пришлось, когда Литтлхок разбился на полетной палубе, после того как их истребители получили тяжелые повреждения в операции у Веги. Он увидел клуб огня, когда уже делал последний заход на посадку, и сумел уйти, не стать второй жертвой этой трагедии. Он уже не помнил, что конкретно чувствовал, когда несколько часов спустя он все же совершил посадку, когда с палубы убрали обломки, но хорошо помнил, что в последующие несколько дней после этого он не делал ничего, а только пил.
      Он выбрал себе место и задних рядах. Рядом с ним сидела Спирит. Он наклонился к ней и спросил шепотом:
      — Что здесь происходит? Я думал, будет передышка после того, как мы дважды подряд вылетали в патрулирование. Я собирался хоть немного поспать.
      — А ты разве не слышал новость? — спросила она его, также шепотом. По выражению ее лица он понял, что новость эта вряд ли хорошая.
      — Какую новость? — Ему вовсе не хотелось это узнать, но что поделаешь…
      — Пять авианосцев, три легких крейсера, четыре танкера и не менее восьми сторожевиков совершили прыжок в систему час тому назад. — У нее был такой вид, словно она сама с трудом верила в это. — «Тигриный коготь» и «Остин» отступают из системы и ждут указаний Верховного командования Конфедерации о своих дальнейших действиях.
      Последнее сообщение подействовало на него как удар бутылкой по голове. Весь адреналин куда-то исчез, Хантер был почти в шоке.
      — Так что же здесь, в конце концов, творится, черт побери? Это же окраина, что может быть нужно килратхам в такой удаленной системе?
      Спирит покачала головой:
      — Никто не говорит о том, что происходит. Но начальство знает. Они долго сидели, закрывшись, с командиром сдавшегося килратхского корабля и беседовали об этом.
      Значит, отступление. Вот о чем он сейчас думал. И о том, что это означает.
      — Но мы же не можем бросить на произвол судьбы фирекканцев! Это мирные существа, у них нет ни боевых кораблей, ни планетной или космической системы обороны. Они будут совершенно беззащитны в случае нападения килратхов!
      — Тс-с, — прошептала она, когда полковник Хэлсиен направился к возвышению.
      Полковник выглядел таким же усталым, как и все они, может, даже еще более усталым.
      — Как все вы уже знаете, сегодня утром мы потеряли Боссмэна. Он погиб героически, обеспечив Ангел возможность сообщить нам о том, что в эту систему вторгается множество кораблей килратхов, которые намерены провести здесь религиозную церемонию, называемую «Сивар-Есхрад». Мы не можем противостоять такому количеству кораблей, поэтому предпринимаем стратегическое отступление, но не бросаем систему Фирекки. Фирекканцы сейчас эвакуируют максимально возможное число своих жителей, и мы помогаем им в этом всеми имеющимися в нашем распоряжении средствами. Как только у нас появится достаточное подкрепление, мы вступим в сражение с этими килратхскими кораблями. А до тех пор будем придерживаться иной тактики. Некоторые из вас, возможно, уже слышали о «веселенькой прогулке» Хантера сегодня утром вблизи «Остина» на угнанном «Дралтхи»… — Головы всех пилотов разом повернулись в сторону Хантера, который вдруг принялся внимательно разглядывать потолок. — …И поскольку такая тактика имела успех, мы собираемся использовать «Дралтхи» в наших последующих боевых вылетах, чтобы привести в замешательство и дезориентировать противника, — сказал, заканчивая свое сообщение, полковник. — Технический персонал на «Рас Ник'хре» сейчас готовит для нас эти истребители.
      — К черту! — пробурчал Хантер достаточно громко, так что полковник замолчал и посмотрел на него. — Я не намерен больше никогда садиться на эту дырявую, ржавую сковородку… сэр, — добавил он вежливо.
      Полковник вздохнул и продолжил инструктаж, сделав вид, что не слышал реплики Хантера. И поступил весьма разумно. Было бы очень нелегко убедить Верховное командование в необходимости предать военно-полевому суду за несоблюдение субординации пилота, который дважды подряд вылетал в патрулирование и чудом не погиб при аварии истребителя.
      Хантер это знал. Знал и полковник. И все остальные тоже.
      — Объявляю состав звеньев. Кнайт и Айсмен — звено «Альфа»…

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

      Пробившись сквозь облака, «Дралтхи» сбросил скорость, заложил вираж и, взяв курс на главный континент Фирекки, начал спуск. Хантер взглянул на приборы, чтобы еще раз убедиться в отсутствии здесь кораблей килратхов. По пути сюда он заметил два их тяжелых десантных корабля, лежащих в дрейфе на орбите, других видно не было. 
      «Конечно, они рыщут вокруг, пытаясь обнаружить „Тигриный коготь“, — трезво рассудил он. — Я должен быть чертовски осторожным на обратном пути, чтобы не привести их к „Когтю“ и „Остину"“.
      Когда он посадил «Дралтхи» на взлетно-посадочную площадку для шаттлов, ночь еще не кончилась, только на самом горизонте обозначилась золотистая полоска. Над площадкой дул сильный ветер, его порывы сотрясали и раскачивали истребитель. Он выбрался из машины через нижний люк, и ветер сразу же набросился на него. Он был горячий и нес с собой много песку, который больно хлестал его по лицу.
      Несколько фирекканцев, покружив в воздухе, опустились на землю вокруг «Дралтхи». Ему показалось, что с ними что-то неладно, они двигались в воздухе почему-то не так грациозно, как в тот раз, когда он наблюдал их изящные полеты. Но потом, когда висевшие у них на груди тяжелые лазерные ружья были подняты и направлены на него, он понял почему.
      — Эй, ребята, не стреляйте в меня! — закричал он, поднимая руки над головой. — Я прилетел, чтобы встретиться с К'Каи. Вы знаете К'Каи? К'Каи?
      Они смотрели на него с подозрением, их круглые блестящие глаза моргали, следя за ним из-за прицелов грозных ружей.
      «Прилететь сюда, проскользнув мимо всех этих килратхских патрулей, только затем, чтобы быть застреленным кем-то из соотечественников К'Каи, — вот уж настоящая глупость», — подумал он.
      — Ну же, ребята, дайте мне встретиться с К'Каи, хорошо?
      Наконец один из них кивнул и движением ружья предложил Хантеру идти вперед.
      Хантер остановился у края площадки и в неясном утреннем свете увидел за висячим мостом то, что когда-то было родным поселением К'Каи. Высокие, стройные башни, которыми он так восхищался прежде, стояли теперь обожженные и почерневшие, со следами многочисленных взрывов. У некоторых башен отсутствовала верхняя часть, в стенах других зияли страшные пробоины.
      От этого зрелища у Хантера заныло сердце, он ощутил горячее желание увидеть в перекрестье своих прицелов корабль килратхов и обрушить на него всю свою огневую мощь. Стоявший у него за спиной фирекканец ткнул его в бок стволом ружья, и капитан двинулся по висячему мосту, каким-то чудом уцелевшему после нападения килратхов.
      Фирекканцы привели его к одной из башен. Он вошел внутрь и огляделся по сторонам.
      Один фирекканец лежал на полу, его тело было обмотано окровавленными бинтами. Другой фирекканец склонился над третьим, накладывая повязки ему на крыло, разорванное почти пополам. У Хантера перехватило дыхание, он отвернулся.
      — Хан-тер? — послышался знакомый голос откуда-то сверху.
      К'Каи опустилась на пол перед ним. Он с облегчением увидел, что она была невредимой, если не считать небольшой повязки на правом бедре.
      — Привет, К'Каи, — сказал он. Она наклонила голову и с любопытством посмотрела на него:
      — Почему ты здесь, Хан-тер? Все другие земляне ушли с Фирекки.
      — Я воспользовался одним из захваченных нами истребителей «Дралтхи» и пролетел сквозь расположение кораблей килратхов, — ответил он. Увидев, что в ее взгляде мелькнула тревога, он добавил: — Не беспокойся, у нас уже привыкли к тому, что я делаю подобные вещи. Полет сюда из этой зоны, где сейчас скрывается «Тигриный коготь», занял немало времени, но ядерный двигатель «Дралтхи» проявил себя наилучшим образом. — Он неловко переступил с ноги на ногу. — Я только… Мне нужно было снова увидеть тебя, К'Каи. Мы уходим из этой системы. Наше начальство знает, почему коты стремятся захватить вашу планету именно сейчас. Это связано с какой-то дурацкой их религиозной церемонией. Мы ничего не можем сделать, и Конфедерация не намерена посылать нам подкрепление. У них, правда, есть некий безумный план отправить сюда отряд морских пехотинцев, чтобы разогнать сборище килратхов и сорвать их религиозную церемонию. Но они не дадут нам достаточно войск, чтобы защитить вашу планету.
      — Я знаю, Хан-тер, — тихо сказала она. — Ваши дип-ло-ма-ты сказали нам об этом, когда покидали Фирекку. Килратхи уже высаживались здесь, — продолжала она. — Два дня тому назад, здесь и на северном континенте. Мы изгнали их с нашей земли, используя оружие, оставленное нам твоими соотечественниками, но они снова сюда вернутся. И в конце концов победят… Мой народ — это хорошие бойцы, но они бессильны против той техники, которой владеют килратхи.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16