Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сердце обмануть нельзя

ModernLib.Net / Сентиментальный роман / Басби Шарли / Сердце обмануть нельзя - Чтение (стр. 5)
Автор: Басби Шарли
Жанр: Сентиментальный роман

 

 


      Но прежде чем мальчик успел ответить, раздался голос:
      - Мой Бог! Ты выбрал отличное время для приезда!
      Нахмуренное лицо Моргана озарилось улыбкой. На широких ступенях дома стоял его друг Джейсон Сэвидж. Морган кивнул головой, соглашаясь:
      - Знаю, знаю. Я сделал ошибку, поддавшись уговорам Гайозо остаться у него на несколько дней. - Улыбка сползла с лица Моргана, и он добавил:
      - Гайозо умер. По-видимому, перебрал прошлым вечером. Поверь, это ужасно.
      - Что? - воскликнул Джейсон. По его худому лицу было видно, что он тоже потрясен новостью. - Не может быть! О господи! Я только на прошлой неделе разговаривал с ним.
      - Но это действительно так, - медленно проговорил Морган. - Я прошлой ночью играл с ним в карты, и он выглядел неплохо. - И с бесстрастным выражением лица добавил:
      - Там еще был его друг Уилкинсон. Я полагаю, они крепко выпили, но ничего необычного не заметил. - Он пожал плечами. - Хотя, кто его знает?.. Не так ли?
      Густые брови Джейсона нахмурились:
      - Уилкинсон? Странно.
      Морган пожал плечами и, опережая следующую реплику, жалобно произнес:
      - Ты пригласишь меня когда-нибудь в дом или я навсегда останусь под палящим солнцем?
      Веселый смех прервал его слова, и, слетев со ступеней, Джейсон протянул руки навстречу Моргану:
      - О, мой дорогой! Как я рад тебя видеть! Как твоя семья, все здоровы?
      Пока Морган рассказывал о последних новостях из Натчеза, молодые люди поднялись по ступеням и вошли в дом.
      В просторных, элегантно убранных комнатах стояла прохлада. Проводив Моргана в гостиную, Джейсон угостил его напитками. Когда был накрыт стол, оба с удовольствием расположились за ним. Джейсон начал более подробно расспрашивать Моргана о смерти губернатора и о поездке в Нью-Орлеан.
      У молодых людей было много общего: оба смуглые, высокие, Джейсон, пожалуй, даже на дюйм выше, с иссиня-черными волосами, что говорило о креольском происхождении. Каждый по-своему был привлекателен, хотя оба не были классически красивы. На крупном лице Джейсона надменно выделялся нос, и, по принятым понятиям о мужской красоте, ему более соответствовали бы твердые черты лица Моргана.
      Их жизненные пути были во многом схожи, хотя существовала небольшая разница. Оба происходили из обеспеченных семей плантаторов Нью-Орлеана. Джейсон в отличие от Моргана был единственным ребенком в семье. Его родители не жили вместе. Мать Джейсона Антония жила в Нью-Орлеане, а Гай, его отец, - в имении Гринвуд в Вирджинии. У Джейсона, как и у Мортана, были родственники в Англии. Герцог Рокбури приходился ему дядей. Впервые юноши встретились во время учебы в Харроу, и с тех пор их дружба не прерывалась.
      Каждый из молодых людей был занят своим делом, и их жизненные пути пересекались нечасто. Но уж если они оказывались поблизости друг от друга, то один из них обязательно приглашал другого, и тот обязательно приезжал погостить. Отношения между ними складывались легко. Ко многому они относились одинаково: к картам, выпивке, лошадям, женщинам. В свои двадцать шесть лет Джейсон был далек от желания вступить в брак, с усмешкой утверждая, что родители подают пример, которому не надо следовать.
      Именно Джейсон когда-то познакомил Моргана с Ноланом. Было очевидно, что в разговоре это имя обязательно всплывет. Действительно, спустя некоторое время Морган спросил:
      - Ты слышал что-нибудь о Нолане? Джейсон, тряхнув темноволосой головой, ответил:
      - Нет.., но это ничего не значит. Филипп скрытный человек. И поверь мне, несмотря на мое восхищение им, у нею всегда останутся от меня секреты.
      Морган кивнул. Это была правда. В Филиппе Нолане было нечто не располагавшее к откровению. Тем не менее Джейсон и Нолан были близкими друзьями, и, помня об их дружбе, о многочисленных переделках, в которых они вместе побывали, Морган спросил:
      - Ты был с ним как-то в одном из путешествий... Кажется, когда вы ездили на охоту за лошадьми.., не так ли?
      Странное выражение появилось на лице Джейсона.
      - Да, - медленно ответил он, - мне тогда было семнадцать. Ты помнишь Блада Дринкера, моего друга из Индианы? - И когда Морган утвердительно кивнул, Джейсон продолжил:
      - Блад и я вместе с Ноланом и команчами как-то охотились за лошадьми. Его зеленые глаза заблестели. - Это было замечательно. Честно тебе скажу, такого я еще никогда не испытывал.
      Морган улыбнулся при упоминании имени друга из племени команчей. Он порасспросил о Бладе Дринкере, и в такой непринужденной беседе друзья скоротали время до вечера.
      Когда наступили сумерки, к ним вошел дед Джейсона Арманд. С искренней доброжелательностью поприветствовав Моргана, он поинтересовался, собираются ли молодые люди оставаться и далее исключительно вдвоем, полностью игнорируя его особу. Друзья со смехом восприняли эту шутку, и вечер продолжился.
      Только когда Морган раздевался, чтобы лечь в постель, в его сознании возникло воспоминание о вчерашнем ночном приключении. Морган уже снял сюртук и собирался расстегнуть жилет, когда его пальцы нащупали в кармане золотую цепочку и распятие. Было мало вероятно, особенно после смерти Гайозо, что когда-нибудь представится возможность возвратить владелице это распятие. К собственному удивлению, Моргану не хотелось расставаться с этим украшением.
      "Память о мимолетной страсти," цинично подумал Морган.
      Возможно, так и было. В конце концов распятие придавало происшествию особый шарм. Оно будет напоминать, что все женщины, даже шлюхи, обманчивы.
      Леони обнаружила пропажу сразу же, как пришла домой. Она тихонько прокралась в боковую дверь, предусмотрительно оставленную Иветтой открытой, инстинктивно хотела прикоснуться к распятию, чтобы поблагодарить Бога за возвращение домой, но тут же испустила легкий крик, обнаружив его потерю.
      После всего, что произошло в этот ужасный вечер, потеря дорогой для нее вещи, единственной памяти о матери, стала последней каплей. Леони заплакала. Почему? Она сама не понимала - то ли из-за утраченной невинности, то ли из-за пропажи распятия.
      Рыдая, она медленно прошла в спальню, думая о том, сколько страданий пришлось перенести из-за проклятых векселей. Бросившись на кровать, Леони поняла, что это слишком дорогая цена. Завтра дедушка опять пойдет играть и подпишет новые векселя. Впервые в своей короткой жизни она пала духом и задумалась о нелегком будущем. Дедушка собирается все разрушить. Он заставляет ее выйти замуж за человека, которого она никогда не видела, и.., все ее старания окажутся напрасными.
      Усталое лицо Леони болело, рот пересох от жадных поцелуев незнакомца, под глазами обозначились темные круги, а между ног она чувствовала боль, которая, казалось, никогда не пройдет. Леони устало сняла с себя платье и, увидев на нем кровавое пятно, мучительно застонала. Она была полностью повержена. И за что? За карточные долги деда! Вспыхнув от охватившего ее гнева, Леони направилась в тот угол комнаты, куда она бросила старый ридикюль с векселями.
      "Я не должна так думать," решила она, собравшись духом.
      Леони была сильным, неунывающим человеком. И хотя насилие ее потрясло, она быстро приходила в себя. Нельзя сказать, что ее лишили невинности грубо и жестоко. Леони неохотно с этим согласилась. Незнакомец просто не знал, что она девственница. Ей так же нелегко было смириться с мыслью, что в произошедшем есть доля и ее вины. Это Леони рассердило. Если бы она не пошла в дом губернатора, если бы ей не пришлось красться, как преступнице, по его дому, она бы никогда не встретилась с тем мужчиной, а он бы не принял ее за какую-то шлюху, присланную Гайозо.
      Леони передернуло. Неужели женщина действительно способна предлагать свое тело мужчине, которого никогда раньше не видела и больше никогда не увидит. Вспоминая при ясном свете дня о незнакомце, который овладел ее телом, Леони невольно содрогнулась.
      Нет, Леони не хотела вновь оказаться лицом к лицу с этим человеком. Ее щеки вспыхивали только при одной мысли о возможной когда-нибудь встрече с ним.
      "О, мой Бог! - думала Леони. - Я бы умерла со стыда или вырвала ему глаза."
      Легкий стук в дверь заставил Леони вскочить на ноги. Она открыла дверь и обнаружила за ней бледную от волнения Иветту в длинной полотняной ночной рубашке.
      - О, Леони, наконец-то ты дома! - воскликнула Иветта. - Я так волновалась.
      Леони зашикала на нее и, бросив выразительный взгляд на спальню деда, затащила сводную сестру в комнату.
      - Я пришла буквально несколько минут назад, - сказала она..
      - Знаю, я все время заглядывала к тебе, - призналась Иветта. - Сначала я хотела дождаться тебя. Но когда твой дедушка пришел домой, он сказал, чтобы я шла спать. Чтобы меня не обнаружили у двери, я решила пойти к себе и периодически проверяла, вернулась ли ты. - После некоторого колебания Иветта добавила:
      - Ну, как, удалось добыть векселя?
      С наигранной легкостью Леони ответила:
      - Конечно! Это было очень просто, как я и ожидала.
      В поведении Леони не было и намека на ложь, но ее выдавал болезненный вид и нездоровый блеск зеленоватых глаз. Внимательно присмотревшись к ней в неясном свете наступающего утра, Иветта настороженно спросила:
      - Ты странно выглядишь... Действительно, все в порядке? Леони кивнула:
      - Ах! Ты всегда беспокоишься зря. Все нормально. Я довольна, что по крайней мере нынешней ночью наши долги не увеличились.
      - Но нельзя же всегда это делать, - резонно возразила Иветта. - Не ходить же каждый раз за дедушкой. И ты не всегда сможешь узнать, кому именно он проиграл. Я думаю, что тебе просто повезло этой ночью, но.., в другой раз может не повезти.
      Леони с трудом подавила нервный смешок. Повезло... Если бы Иветта только знала... Но после нескольких вопросов, на которые Леони ответила довольно легко, сомнения Иветты рассеялись, и она, довольная, что все хорошо кончилось, выскользнула из комнаты.
      Наконец-то Леони опять легла в постель, чувствуя себя физически и морально разбитой от всего, что пришлось пережить. Как только голова коснулась подушки, девушка погрузилась в глубокий сон...
      Леони проснулась после полудня. Она чувствовала себя опустошенной событиями предыдущей ночи. Она упорно старалась забыть ощущения, испытанные в объятиях незнакомца.
      - Было и прошло, - твердила Леони, связывая в узел коричневое шерстяное платье и разрывая в клочья нижнюю юбку. Затолкав эти тряпки в сумку, она вышла из дома через боковую дверь и выбросила все в мусорную яму.
      "Если бы так же легко можно было освободить память от того, что произошло", - думала Леони, возвращаясь домой.
      Вспомнив о векселях, которые все еще лежали в ридикюле, она занялась поисками Иветты. Леони не знала, что с ними делать? Порвать? После того, как пропажа обнаружится, хранить их у себя будет опасно.
      Иветта заметила, что Леони стала слишком молчаливой. Она чувствовала, что с ее сводной сестрой что-то произошло, как будто какая-то искра угасла в ней. Хотя векселя были возвращены, Леони не праздновала победу. Это волновало Иветту. Она подозревала, что Леони что-то не договаривает.
      Клод ничего необычного в поведении внучки не заметил. Проснувшись, он перекинулся с Леони несколькими словами. В это утро кроме обычной головной боли его мучило сердце.
      К четырем часам дня Клод, почувствовав себя немного лучше, решил поговорить с мсье Слейдом, пока трезв. Он направился в дом губернатора и очень расстроился, узнал о смерти Гайозо. Но известие об отъезде мсье Слейда его огорчило куда больше. Подавленный Клод бесцельно побрел из дома губернатора.
      "Бог мой, что же теперь делать? - думал он. - Мсье Слейд так подходил на роль жениха!"
      Горестно качая головой, Клод спустился к излюбленному кафе на углу улиц Рампарт и Тулузской, намереваясь залить горе коньяком. Но не прошел он и двух кварталов, как увидел высокого черноволосого мужчину, идущего по Королевской улице. Мсье Слейд! Клод заторопился, свернул с Тулузской улицы и вскоре настиг его у входа в одно из многочисленных кафе.
      - Мсье Слейд! Морган Слейд! Постойте, - крикнул он.
      Молодой человек остановился и, полуобернувшись, равнодушно взглянул на Клода.
      - Да? - вежливо спросил Эшли Слейд, не считая нужным сообщить Клоду, что он не тот, за кого его принимают. Его голубые, как у Моргана, глаза оглядели стройного аристократического вида старика и мгновенно с точностью до пенни оценили стоимость хорошо сшитого сюртука, после чего потеплевшим голосом Эшли добавил:
      - Чем могу служить?..
      Глава 6
      Клод так никогда и не узнал, что ошибся. Эшли вполне мог сойти за Моргана для каждого, кто не знал их обоих достаточно хорошо. Клод лишь дважды видел Моргана, причем оба раза будучи основательно пьяным, а Эшли решил не сообщать старику об ошибке до тех пор, пока не узнает, какую пользу сможет извлечь для себя.
      Приезд Эшли в Нью-Орлеан был вынужденным. Он уже десятки раз проклинал судьбу, заставившую его покинуть добрую старую Англию ради американского континента. Раздобыть деньги было практически невозможно, если, конечно, не заработать их честным трудом. Такую мысль Эшли категорически отвергал. Ему пришлось кочевать из одного пограничного города в другой на побережье Мексиканского залива, добывая средства к существованию обманным путем.
      Решив, что отец уже, вероятно, остыл и простил грехи, заставившие сына покинуть Англию, Эшли наконец достиг Нью-Орлеана с твердым намерением возвратиться домой. Он надеялся заполучить деньги на обратный путь в Старый Свет и таким образом выпутаться из ситуации, которая становилась опасной. Эшли был вынужден объехать Натчез стороной, так как Морган мог помешать ему, да и на теплый прием со стороны дядюшки и его сыновей рассчитывать не приходилось. Несколько месяцев Эшли провел в маленьком городишке Батон Руж и именно оттуда написал отцу о своем намерении побывать в Нью-Орлеане.
      Это письмо было рассчетливым ходом. Благодаря ему Эшли хотел получить прощение отца и деньги на обратную дорогу. Кроме того, сообщая о своем местонахождении, он надеялся на некоторое облегчение своего положения.
      Эшли пришлось задержаться в Батон Руж, так как там он в своей обычной манере очаровал, а затем и соблазнил молодую вдову. Связь получила огласку, и родственники вдовы решили положить этому конец. Не желая терять обеспеченную жизнь, Эшли вызвал на дуэль одного из родственников вдовы и убил несчастного юношу. Естественно, Эшли ждала месть, и он вынужден был срочно покинуть Батон Руж, прикарманив при этом у своей любимой кое-какие драгоценности.
      Средства, вырученные за украденные вещи, позволили Эшли некоторое время продержаться на плаву. Но пробыв в Нью-Орлеане неделю, он понял, что деньги подходят к концу, а его местопребывание может стать известным родственникам убитого юноши.
      Эшли был готов на все, когда его окликнул старый француз и назвал именем кузена. Он решил выяснить, какую пользу можно извлечь из этой ошибки. Мужчины устроились за отдельным столиком и некоторое время настороженно разговаривали, попивая крепкий кофе, сдобренный изрядными дозами рома и коньяка. Клод обдумывал, как бы подипломатичнее изложить свое предложение, а Эшли - как скрыть свое истинное имя.
      Они говорили о неожиданной смерти губернатора. Из разговора с помощью ловких наводящих вопросов Эшли узнал, что мсье Сант-Андре видел кузена только дважды. И хотя весть о том, что Морган находится в городе, была для него неприятна, Эшли После некоторых колебаний решил продолжить начатую игру.
      Через несколько минут вежливой беседы общие темы оказались исчерпаны, и Клоду ничего не оставалось, как перейти к тому, что беспокоило его больше всего. Отхлебнув глоток кофе, он сказал напрямик:
      - Мсье Слейд! Не сомневаюсь в вашей порядочности, а потому хочу.., сделать вам одно предложение.
      Эшли насторожился. Надеясь, что речь пойдет о деньгах, волновавших его более всего, он равнодушно ответил:
      - В чем дело?
      Клод колебался. У Клода возникли некоторые сомнения по поводу молодого человека. При ближайшем рассмотрении, не будучи одурманенным алкоголем, Клод засомневался в правильности своего выбора. Что-то в нем было... Тяжелый оценивающий взгляд, полные губы - все свидетельствовало о склонности к удовольствиям. Этого Клод ранее не замечал. Но отбрасывая охватившие его сомнения, он сказал:
      - У меня есть внучка, которую я хотел бы выдать замуж. И я предлагаю вам стать ее мужем.
      Эшли с трудом сдержал гнев. Зачем ему жениться? Да за последние несколько лет он мог это сделать не один раз, став совладельцем крупного состояния.
      Клод не торопил с ответом. Устремив взгляд на чашку кофе, он продолжал:
      - Я знаю, многие мужчины бывают рады, когда жена приносит не только себя на брачное ложе. У внучки большое приданое. В случае моей смерти, а врач сказал, что дни мои сочтены, она унаследует сотни акров плодородной земли выше по реке в нескольких милях отсюда. - Клод поднял голову. Его старое лицо выглядело усталым. Он спокойно спросил:
      - Вам достаточно будет пяти тысяч испанских дублонов?
      Эшли задохнулся:
      - Боже милостивый! Достаточно ли ему пяти тысяч дублонов? Это огромная удача! Только как бы их заполучить, не вешая себе на шею жену? Впрочем, почему на свою? На шею Моргана!
      Мозг Эшли напряженно работал. Чтобы выиграть время, он достал тонкую сигару и несколько минут раскуривал ее, устремив взгляд в пространство. Стараясь не подать вида, что слишком легко принимает предложение и боясь упустить счастливый случай, он медленно ответил:
      - Мне надо все обдумать. - И выпустив клуб дыма, продолжил:
      - Многое, конечно, зависит от вашей внучки. Я хотел бы побольше узнать о женщине, которая, возможно, станет моей женой.
      Облегченно вздохнув, но вместе с тем чувствуя некоторую бестактность разговора, Клод рассказал Эшли о Леони. Он, конечно, скрыл истинное положение дел с имением и постарался поподробнее описать достоинства Леони - ее молодость, красоту и покладистый характер. Последнее было явной ложью.
      Неожиданно для себя Эшли заинтересовался. Но он был достаточно умен и опытен, чтобы понимать впасность такого сватовства. Если бы девушка обладала всеми достоинствами, о которых столь красочно говорил ее дед, то от претендентов на ее руку не было бы отбоя. Тогда почему же старик выбрал Моргана?
      Оставив выяснение этого вопроса до лучших времен и пытаясь понять, какую выгоду можно извлечь из этой встречи, Эшли вкрадчиво спросил:
      - Если мы с вами придем к соглашению, скажем, уже сегодня вечером, то как скоро, по-вашему, мог бы состояться брак? Хотели бы вы задержаться с помолвкой или есть повод для спешки? Когда вы отдадите приданое?
      Что-то в последнем вопросе насторожило Клода, но он не понял, что именно. Раньше мсье Морган не казался ему ни расчетливым, ни меркантильным. Клод забеспокоился, не ошибся ли он в этом человеке. Но Эшли, как будто поняв Клода, обворожительно улыбнулся:
      - Как, наверное, неприятен вам подобный разговор! Поверьте, я обычно не столь прямолинеен, но, - здесь он сделал небрежный жест, - никто и никогда не предлагал мне свою внучку в жены.
      Сомнения Клода рассеялись. Тепло улыбнувшись молодому человеку, он ответил:
      - Да и мне никогда не приходилось выступать в роли сводника. Значит, мы квиты, не так ли?
      Чувствуя облегчение от того, что ситуация прояснилась, Клод признался:
      - Буду искренен с вами, молодой человек. Я бы организовал бракосочетание хоть завтра! Золото вы получите в тот же день, как женитесь на Леони.
      - А почему, собственно, вы так спешите выдать внучку замуж? - едва сдерживая радость, спросил Эшли.
      Клод грустно нахмурился:
      - Дни мои сочтены. Когда я умру, Леони останется одна на всем белом свете. Покидая этот мир, я бы хотел обеспечить ее будущее.
      - Я вас понимаю, - наигранно посочувствовал Эшли. Его хитрый мозг напряженно работал, прикидывая, как лучше распорядиться полученными сведениями. В конце концов он самоуверенно решил, что главное - прибрать к рукам золото, а потом можно и удрать от этой девчонки. Одарив Клода очаровательной улыбкой, он продолжал:
      - Я понимаю, что вы хотели бы получить ответ немедленно, но мне необходимо время, чтобы обдумать ваше предложение. Лишиться свободы нелегко. - Бросив взгляд на золотые часы, вынутые из маленького кармашка расшитого желтого жилета, Эшли добавил:
      - Мне необходимо хорошо обдумать ваше предложение. Будет ли удобно навестить вас вечером?
      Клод кивнул. Его смущала реакция Слейда на его предложение. Она была несколько иной, чем ожидал Клод. Кроме того, молодой человек оказался не таким приятным и обаятельным, как при встрече у губернатора.
      - Я старею, - уверял себя Клод, - юноша все-таки красив, хотя во время игры в карты казался более привлекательным, чем сейчас.
      Вопреки разочарованию от собственной затеи Клод ответил:
      - Конечно, приходите, скажем.., в девять часов. - И когда Эшли кивнул, добавил:
      - В случае положительного ответа я представлю вас внучке.
      Эшли ощутил чувство полной удовлетворенности собственной персоной:
      - Господи, если все пройдет, как надо, еще до конца недели у меня в руках будет золото. А тогда - на корабль и в Англию.
      Мужчины раскланялась. Клод возвратился в свой дом на Тулузской улице, а Эшли решил навести о нем кое-какие справки. То, что он узнал, вызвало у молодого человека злобную ухмылку. Стало понятно, почему Сант-Андре выбрал для подобного предложения незнакомца.
      Оказалось, что никто никогда не слышал о богатом приданом, а потому не нашлось ни одного охотника взвалить себе на шею многочисленные долги Клода.
      Новость о появлении в их доме жениха расстроила Леони. Она не знала, плакать ей или сердиться. День не принес облегчения. Ее тело и разум были на грани шока, испытанного накануне вечером. Еще не пережив насилия, ей предстояло встретиться с будущим мужем. Какое-то время ею даже владела мысль о побеге. Но вскоре растерянность прошла, уступив место здравому смыслу. Леони поняла, что ей не избежать борьбы. Она встретится с этим человеком и найдет какой-нибудь способ спасти себя, Иветту и даже дедушку вопреки ему самому.
      Леони равнодушно позволила Иветте причесать себя, стянув волосы тесьмой, и надела абрикосовое платье, которое ей очень шло. Это было единственное нарядное платье, с высокой талией и прямой зауженной юбкой, придававшее ей соблазнительный вид. На ногах у нее были белые атласные туфельки, а в волосах, по настоянию Иветты, - ветка жасмина. Посмотрев на свое отражение в зеркале, Леони показала ему язык:
      - Подумаешь! Не имеет значения, как я выгляжу. Ведь мсье Слейда интересует только приданое.
      Она была совершенно права. Эшли явился в городской дом Сант-Андре в девять часов вечера. Приданое подействовало на Эшли, как кровь на акулу. Если золото существует, то он должен им овладеть, пусть даже под именем Моргана. Какое ему дело до громадных долгов Сант-Андре? Когда правда раскроется, платить за них придется не ему, а Слейду. Пусть он тогда и решает эти проблемы.
      За короткое время, прошедшее после прощания с Клодом, Эшли не только успел вникнуть в финансовые дела Сант-Андре, но и побывал в гавани Нью-Орлеана. Он узнал, что в ближайшую пятницу в Англию отправится корабль "Огненный ангел", намеревающийся пробыть в пути неделю. Молодой авантюрист решил, что это именно тот корабль, на котором он отплывет, набив карманы золотом.
      Эшли был само очарование, когда предстал вечером перед Клодом, и тот избавился от остатков сомнений по поводу личности мсье Слейда. Мужчины беседовали в гостиной, единственной комнате, сохранившей приличный вид. Пол был украшен кремовым ковром, а стены - бургундскими шпалерами. Тусклый свет свечей скрадывал некоторые недостатки ее обстановки.
      Неожиданно Эшли повел себя иначе, чем утром. Он заявил, что почтет за честь жениться на мадемуазель Сант-Андре, если, конечно, мсье Сант-Андре сочтет его достойным руки своей внучки. Клод был польщен. Мужчины распили бутылку отличного французского коньяка, которая была припасена специально для таких случаев. Каждый из них остался доволен совершенной сделкой, но они забыли о невесте.
      Когда несколькими минутами спустя Леони вошла в комнату, ее зеленые глаза дерзко блестели, а маленький, красивый подбородок был упрямо вздернут. Леони не сомневалась, что найдет выход из создавшегося положения, пусть даже понадобится умолять мистера Слейда.
      Она была очаровательна. Ее роскошные волосы в мерцающем свете свечей отливали золотом. Эшли вдруг пожалел, что на ухаживания не остается времени. На какое-то мгновение он даже допустил возможность поездки в Англию с молодой женой. Это был большой риск. Поразмыслив, Эшли отбросил эту идею, увидев в ней для себя коварную ловушку.
      Леони сразу же невзлюбила Эшли. Красивое лицо жениха, голубые глаза под густыми черными бровями, чувственные губы, готовые для поцелуя, произвели на девушку неприятное впечатление. Его привлекательность казалась красотой распутника. После случившегося ночью Леони была твердо уверена, что никогда больше не захочет ощутить вкус мужского поцелуя. Ничто в молодом человеке не могло ее привлечь.
      Клод сиял, представляя жениха и невесту друг другу. Леони, помня о хороших манерах, позволила мсье Слейду поцеловать свою маленькую ручку. Глядя на Клода, Эшли восхищенно подумал:
      "Бог мой! Да какой же он глупец!"
      С умильной улыбкой глядя на высокого юношу, стоящего бок о бок с Леони, Клод любезно произнес:
      - Ничто не доставляет мне большего удовольствия, чем ваше намерение, мсье Слейд.
      Эшли окинул Леони взглядом собственника:
      - А вы, моя дорогая, хотели бы видеть меня своим мужем?
      Произнесенные слова были не более, чем формальностью. Эшли уже ощущал в руках тяжесть золота! Он не сомневался, что девушка поступит так, как хочет ее дед. Да он и не ждал ответа. Смущение, легкий кивок, радостная улыбка лучше всяких слов выразили бы согласие. Но Эшли не знал чту молодую леди. Ее слова прозвучали неожиданно и неприятно.
      Не желая слепо подчиниться судьбе, Леони дерзко ответила:
      - Нет! С чего бы это?
      Эшли был ошеломлен, а Клод рассвирепел:
      - Ты что, забыла про наш уговор? Уверенность Леони поколебалась. Она сжала губы и с глубокой грустью примирительно произнесла:
      - Нет, дедушка! Но прежде чем принять предложение мсье Слейда, я хочу побеседовать с ним наедине. Надеюсь, ты не откажешь мне в этом единственном желании?
      По разным причинам мужчины колебались. Клод опасался, что несмотря на их прежнюю договоренность, Леони будет бороться до последнего шага к алтарю, и вполне обоснованно ей не доверял. Эшли был напуган. Он уже считал своими и деньги, и плотские удовольствия с этой малюткой перед отплытием в Англию. Теперь все было под угрозой. Эта девчонка может помешать осуществлению его плана.
      Зная, сколь упрямой может быть внучка, и не желая с ней спорить, когда все так удачно складывается, Клод неохотно согласился:
      - Хорошо! Короткий разговор наедине с будущим мужем - это твое право. Но, - глаза Клода потемнели, и в них мелькнула угроза, - не забывай о том, что я тебе говорил! Я выполню свое обещание, если ты меня вынудишь!
      Губы Леони сжались.
      - Конечно. Ну а теперь я могу поговорить с мсье Слейдом.., наедине?
      Клод бессильно сжал кулаки. Не желая продолжать препирательства при постороннем, он виновато посмотрел на молчащего Эшли:
      - Понимаете ли, она временами бывает немного упряма. И, возможно, лучше, если вы поговорите с ней без меня. Я скоро вернусь.
      Леони еще не знала, что скажет за эти несколько минут. Время ее подгоняло. Решив, что лучше всего попросить мсье Слейда взять назад предложение, Леони умоляюще произнесла:
      - Мсье, я надеюсь, что вы не обидитесь. Но я не хочу выходить замуж за вас. Пожалуйста, скажите дедушке, что мы не подходим друг другу. Ну что вам стоит? Это очень важно для меня.
      Эшли пристально посмотрел на Леони. Перед ним стояло отнюдь не покорное создание, о котором говорил Клод. Но было очевидно, что дед имеет на нее влияние. Как лучше поступить? Стараясь выиграть время и побольше узнать, Эшли грубовато спросил:
      - Вы любите кого-то другого, кто не нравится вашему дедушке?
      Улыбка осветила лицо Леони:
      - О нет, мсье! Я вообще не хочу выходить замуж, неужели вы не понимаете?
      Конечно, этого Эшли понять не мог. Хорошо, что здесь не маячит какой-то щенок, который испортил бы все дело. Если эта девчонка не врет, то по крайней мере можно попытаться прибрать золото к рукам. Эшли доверительно проговорил:
      - Я не буду ничего требовать от вас, моя дорогая. Женитьба не изменит вашу жизнь. Вы лишь получите мою фамилию, а я - ваше приданое.
      Чувствуя, что заинтересовал девушку, Эшли продолжал:
      - Этот брак мы заключим исключительно ради обоюдного удобства. Можете продолжать жить в Луизиане, а я останусь в Натчезе. Это будет просто деловое соглашение.
      Кошачьи глаза Леони на мгновение задумчиво застыли, и она полюбопытствовала:
      - А зачем же тогда жениться? Решив показать, что ему не чуждо понятие чести, Эшли продолжил игру:
      - Видите ли, на самом деле я совсем не хочу жениться.
      - Тогда зачем вы делаете мне предложение? - резонно спросила Леони. И пока Эшли колебался, стоит ли ему раскрывать истинные намерения, в ее глазах неожиданно появилось сочувствие, и с искренним беспокойством она поинтересовалась:
      - Неужели вас тоже заставляют жениться? Оценивая возможности, предоставляемые этим невинным вопросом и подыгрывая сочувствию Леони, Эшли постарался принять смущенный" и одновременно обольстительный вид:
      - В том-то все и дело, моя дорогая! Отец грозится совсем оставить меня без средств к существованию, если я не вернусь в Натчез с женой.
      - Но если мы будем жить раздельно, женитьба его не удовлетворит!
      - Ну, я не имел в виду, что надо будет непременно представлять вас отцу, поторопился исправить ошибку Эшли, - достаточно будет просто сказать о женитьбе.., можно будет показать копию брачного свидетельства.
      И доверительно улыбнувшись, добавил:
      - Он никогда не говорил, что я должен жить с женой... Речь шла лишь о том, чтобы обзавестись ею.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25