Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Бригада (№3) - Преданный Враг

ModernLib.Net / Боевики / Белов Александр / Преданный Враг - Чтение (стр. 9)
Автор: Белов Александр
Жанр: Боевики
Серия: Бригада

 

 


Впрочем, сделать это сразу им не удалось. Пришлось уступить требованиям медиков и дать себя осмотреть. Космос отделался ссадинами на лице и руках, Белову повезло чуть меньше — он умудрился разодрать обо что-то плечо. Его заставили раздеться, и медсестра по всем правилам накладывала повязку на царапину рядом с татуировкой кельтского креста.

У Космоса зазвонил мобильник.

— Да! Что?! Какой, на хрен, протокол! — рявкнул в трубку Космос и повернулся к Саше. — Генку с врачом ГАИ тормознуло.

— Дай сюда, — протянул здоровую руку Белый и буркнул медсестре: — Да ладно, хватит, там царапина просто…

Космос сунул ему в руку мобильный.

— Гена, а ну дай мне его… — скомандовал в трубку Белов. — Алло, командир! Здравствуй, родной, с тобой говорит Саша Белый… Знаешь такого? Отлично. Фамилия твоя? Я сказал — фамилия твоя?! — вдруг взбешенно рявкнул он. — Егоров? Вот что, Егоров, там, в машине, хирург, который едет оперировать моего товарища. Ты не задерживай его, ладно? А то — сопроводи с мигалкой, а? По рации передашь? Вот молодец, не забуду… Алло, Гена! Все, давай, брат, гони…

Медсестра почти закончила перевязку — она уже разорвала край бинта, чтобы сделать завязки. Но потерявший терпение Белов поднялся со стула и холодно ей кивнул:

— Все, спасибо. Оставьте нас одних. Кос, завяжи… Медсестра молча передала Космосу тесемки бинта и торопливо вышла из кабинета. Завязывая тесемки бантиком, Космос мрачно спросил:

— Ну, что скажешь?

Натягивая рубашку, Белый задумчиво покачал головой:

— Если бы Вова Каверин не сложил в Чечне свою хитрую башку, я бы точно знал — кто. А так… Нет, не знаю…

Замолчав, Саша поднял глаза на Космоса.

— То-то и оно… — пробормотал тот.

Белов уселся в кресло главврача и откинулся на спинку. Космос с мрачным видом расхаживал по кабинету. С улицы донесся автомобильный гудок. Космос, раздвинув планки жалюзи, выглянул в окно.

— Братва подтянулась, — сообщил он.

— А Моисеич-то где? — спросил Белый. Космос вышел из кабинета в «предбанник» и открыл дверь в коридор. Там стоял бритоголовый охранник.

— Врач приехал?

— Звонил только что — подъезжает… — доложил парень.

Космос кивнул и скрылся за дверью. А по коридору уже шагали только что подъехавшие братки.

— Что с Валерой-то? Надежда есть? — спросил один из них.

— Почти никакой, — покачал выбритой головой охранник. — Полчерепа как бритвой снесло…

— Да… Жалко пацана. А кто заказал-то?

— А это пусть иваны репу морщат, — парень кивнул на дверь в кабинет.

Космос вернулся в кабинет и рухнул в жалобно скрипнувшее под ним кресло.

— Моисеич подъезжает, сейчас будет… — буркнул он.

Белов нервно закурил и подошел к окну. Какое-то время он молча смотрел на улицу, жадно затягиваясь табачным дымом и стряхивая пепел в кадку с фикусом. Докурив сигарету до самого фильтра, он повернулся к другу.

— Может, это Аслан? — не слишком уверенно предположил он.

— Белый, ему смысла нет, — покачал головой Космос. — Он на тебя живого завязан.

Саша и сам понимал, что чеченцам его смерть не давала ровным счетом ничего. Он давно уже мысленно перебрал всех своих знакомых и не нашел среди них ни одного, кому была бы выгодна его смерть. Вернее, одного такого человека он все-таки вычислил, но это его подозрение было настолько невероятным, что он никак не мог решиться высказать его вслух.

Зябко поеживаясь, Саша вернулся за стол, взял листок бумаги и карандаш. Несколькими быстрыми штрихами он что-то набросал на бумаге и передал ее Космосу.

На листке была нарисована полосатая пчела с острым жалом и рядом с ней — жирный знак вопроса.

XXXXIII

По пути в Шереметьево Пчела велел бородатому шоферу притормозить у цветочного магазина.

— У вас гвоздики откуда? — спросил он у миловидной продавщицы.

— Эти — из Голландии, эти — из Польши… — девушка не без гордости стала показывать на пестрые, пушистые, очень эффектные цветы.

— А наши есть? Подмосковные? — оборвал ее Пчела — он собирался выполнить поручение отца в точности.

— Вот… — слегка разочарованная продавщица показала на обычные красные гвоздики, приютившиеся в самом углу прилавка. — Эти из Люберец, кажется…

— Годится, — кивнул Пчела. — Дайте одну.

Продавщица и вовсе потеряла к нему интерес.

Выдернув из корзины первый попавшийся цветок, она небрежно бросила его на прилавок, даже не предложив завернуть его в целлофан. Пчела так же небрежно бросил ей двадцатидолларовую бумажку и, взяв гвоздику, вышел на улицу.

«Вольво» помчалась в сторону аэропорта. Хмурый водитель, похожий на абрека, сосредоточенно молчал. Молчал и его пассажир. Пчела снова и снова возвращался мыслями к недавнему разговору с Белым. И чем больше он думал об этом, тем ему становилось яснее, какую большую ошибку он допустил.

Рассчитывать на то, что Белый согласится на этот проект, было полнейшей глупостью, но еще большей глупостью было настаивать на своем и пытаться его переубедить. После всего этого Белый не может не задать себе вопрос — а с чего это вдруг Витя Пчелкин с таким энтузиазмом старался впарить ему заведомо провальное дело?

Глупо… Черт, как все глупо! И как можно было так лажануться?!

От досады Пчела помотал головой. Через секунду он взглянул на запястье. Водитель-абрек тоже посмотрел на часы и успокоил:

— Успеваем.

— Все равно прибавь, — мрачно буркнул Пчела. — Ты вообще быстрее ехать можешь, нет?

Обиженно засопев, водитель добавил газу. Впереди уже показались здания Шереметьевского аэропорта, когда в кармане у Пчелы запиликал мобильный телефон.

— Слушаю! Да, Аслан… — чуть раздраженно ответил он и вдруг, подскочив на месте, проревел: — Что-о-о?!

Тут же опомнившись, Пчела быстро переложил телефон в другую руку и отвернулся к окну.

— Живы? Кто?… — напряженно бросал он в трубку. — Давай, жду…

Обратившись в слух, он ждал, пока ему ответят. Водитель покосился на него и обеспокоенно спросил:

— Что там, а?

Пчела не ответил.

— Ты что молчишь? — снова спросил бородач. — Все нормально, — бросил ему Пчела и снова обратился к трубке. — Да-да, слушаю… Это точно?

Он опустил руку с мобильником и застывшим взглядом уперся в лобовое стекло. После тягостной паузы Пчела уронил голову назад, на подголовник, и с ужасом прошептал:

— Кабздец…

XXXXIV

В операционной все было готово к началу работы. Все инструменты были разложены по своим местам, укрытый простыней Фил лежал на столе, и над ним уже горели яркие огни бестеневой лампы. Ждали только Бориса Моисеевича Боркера — светило отечественной нейрохирургии заканчивал приготовление к операции в соседнем кабинете.

А в кабинете главврача Белый продолжал водить карандашом по бумаге. Ниже полосатой пчелы на листе появилась цепочка горных вершин.

— Но что бы он выиграл, если это, конечно, он? — задумчиво проговорил Саша.

Космос — тут как тут! — привалился к его плечу и горячо затараторил:

— Доля в полумиллиардном проекте! Завязки с нефтяными и лаврушниками!

— Но с нами он получил бы больше, — покачав головой, возразил Белый.

Закончив с горами, он принялся за профиль индейца с дымящейся трубкой и в головном уборе из перьев.

— Плюс банк, Саня! Плюс банк! — продолжал наседать на него Космос. — Если нас нет — он полный хозяин! Делает, что хочет, работает с кем хочет — с Гансами, шмансами… И вообще, что тут рисовать?! Ты что, Репин? Ты не хуже меня знаешь, что ему надо на самом деле!

— То же, что и тебе, Кос, — усмехнулся Белов.

— Верно! Независимость от Саши Белого, собственное движение! — почти кричал не на шутку разошедшийся Космос. — Но! Это я был с тобой в машине, а не он!

Саша потер лоб ладонью и прикрыл глаза.

— Я все равно не могу поверить, что это Пчела, — медленно покачал головою он. — Не могу, хоть тресни!

Космос приблизил к нему лицо и медленно, раздельно, изо всех сил сдерживая клокочущую в груди ярость, проговорил:

— Белый! Он. Не сел. К нам. В машину! Он поехал на их тачке!

Саша промолчал — против этого аргумента ему нечего было возразить. Сдвинув брови, он словно в оцепенении разглядывал свои рисунки. Вдруг на листок опустилась рука Космоса — он поставил перед Беловым маленькие, на три минуть!, песочные часы. И следом положил рядом с ними своего громоздкого «Стечкина».

— Через час он улетит, — веско произнес он и отошел в дальний угол кабинета.

Белый молчал. Остановившимся взглядом он следил за тоненькой струйкой песка, соединявшей две колбочки часов. Его лоб разрезала глубокая вертикальная складка, брови соединились, губы сжались в тонкую бесцветную полоску. Он думал.

Два года назад в схожей ситуации он заподозрил в предательстве Космоса. Более того — он поверил в это. А потом, когда все объяснилось, Саша вдруг понял, что уже не может доверять другу так искренне и безоглядно, как доверял раньше. Не может, как бы это ему ни хотелось!

Чисто внешне в их отношениях с Космосом все оставалось по-прежнему. Но, как ни старался Белов убедить себя в обратном, факт оставался фактом — после того злосчастного покушения стопроцентно надежного и абсолютно верного друга по имени Космос у него не стало. Остался старинный приятель — добрый, симпатичный, давно и хорошо знакомый — и только.

Вот почему сейчас Саша отчетливо понимал: стоит ему хоть на мгновение поверить в то, что взрыв организовал Пчела — и у него станет еще на одного настоящего, полноценного друга меньше. И с кем он тогда останется? С одним только Филом? Но Фил…

Один. Он останется совсем один…

Белов начал было еще раз перебирать все возможные варианты в поисках виновника взрыва, и тут же бросил — бесполезно. По всему выходило: кроме Пчелы — некому.

В верхней колбе часов еще оставалось почти половина песка, но Саша уже знал, что он скажет, когда время закончится. Он просто оттягивал неизбежное.

Когда последняя песчинка упала вниз, Белый поднял голову и произнес ледяным голосом:

— Звони Шмидту.

Космос тут же выхватил из кармана мобильник и торопливо набрал номер.

— Шмидт, это Космос, ты где? Отлично. С тобой кто? Ага. Вот давай в Шереметьево, тебе рядом, найди там Пчелу и привези к нам в больницу… Да. Ну, не мне тебя учить…

* * * * *

В операционную стремительным шагом вошел Борис Моисеевич Боркер. Держа перед собой обтянутые резиновыми перчатками руки, он со спины подошел к лежащему на боку Филу и внимательно осмотрел его затылок.

— Давление? — сухо и коротко спросил он. Ему так же лаконично ответили:

— В норме.

Хирург повернул руки ладонями вверх и произнес:

— Салфетку… Скальпель…

В его руках тут же появились инструменты. Борис Моисеевич склонился к затылку Фила, время от времени бросая отрывистые команды:

— Зажим… Еще зажим… Распатор… Трепан — Операция началась.

XXXXV

«Вольво» остановилось на верхнем пандусе аэропорта, возле лестницы на нижний ярус. Первым из машины, сжимая в руке гвоздичку, выбрался Пчела. Он был бледен и растерян. Облокотившись на крышу машины, он взъерошил свою шевелюру.

Водитель-абрек хлопнул дверцей и окликнул своего странного пассажира:

— Ну что, идем?

— А ты-то куда? — повернулся к нему Пчела. — Поезжай назад.

— Как назад? — вскинул брови бородач.

— Езжай назад! — раздражаясь, повысил голос Пчела. — В город-герой Москву! Понятно?

— А как же самолет? — не отступал водитель. — Мне Ваха сказал тебя проводить…

— Ну ты что, тупой, что ли?! — прикрикнул на него Пчела, ему осточертело это препирательство.

— Нет, я так не могу, — упрямо покачал головой чеченец. — Я должен Вахе позвонить.

Пчела отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и настороженно огляделся по сторонам. От шоссе к въезду на стоянку приближался черный джип, как две капли воды похожий на тот, в котором ездили головорезы Фила. Кто был в этом джипе, Пчела, понятно, не видел, но его вдруг охватило нехорошее предчувствие.

— Не волнуйся, абрек, — пробормотал Пчела, поднимая на всякий случай воротник плаща и пятясь вниз по лестнице. — С тобой все будет хорошо.

Пчела снизу проследил за джипом и разглядел в его окне бритую голову Шмидта. Шмидта, бывшего офицера спецназа внутренних войск, в Бригаду привел именно Пчела. Это был человек без нервов, ему поручались самые грязные, самые кровавые дела. Он был по-военному исполнителен, не знал жалости и страха. Когда Пчела увидел его, он понял — Шмидта послали за его, Вити Пчелкина, головой. Он достал авиабилет и швырнул его в воздух. Все, Германии ему уже не видать, как своих ушей.

— Э, а что мне Вахе передать? — окликнул его абрек.

— Передай, что Пчела спекся!

— Не понял…

— Ничего, он поймет! — Пчела взмахнул гвоздикой и стремительно сбежал по лестнице.

Оказавшись на нижнем ярусе, он поднял руку. Рядом с ним тут же остановилась черная «Волга». Пчела рванул на себя дверцу и бросил водителю:

— В город!

— А куда?

— Сейчас решим, — не дожидаясь согласия водителя, Пчела уже садился в машину.

Он понял, что попал в наикрутейший переплет. И хуже всего было то, что он оказался совсем один. Помощи ждать было неоткуда. Впрочем…

Нет, кажется, один человек все-таки мог бы ему помочь!

— Сколько заплатишь-то? — спросил шофер.

— Не обижу, шеф, быстрее!

Хлопнула дверь, и «Волга» неожиданно резво взяла с места.

А над нею, на пандусе верхнего яруса аэропорта, в зоне вылета, из черного джипа выгружались крепкие ребята во главе с бритоголовым крепышом Шмидтом. Поочередно тыкая пальцем в грудь своим бойцам, он быстро распределил между ними обязанности:

— Так, тебе рейс, тебе регистрация, ты в «Люфтганзу», ты со мной… Вперед!

С мрачной решительностью команда прошла сквозь разъехавшиеся двери и растворилась среди людской толчеи.

XXXXVI

В том, что Пчела окончательно скурвился, что взрыв «мерса» — его рук дело, Космос был убежден на все сто процентов. Но он совсем не был уверен в том, что так же считает и Белый. Наоборот, он видел, что Саша до сих пор мучается сомнениями, что он никак не может смириться с мыслью, что его ближайший друг — предатель.

Да, Саша отправил за Пчелой Шмидта, но это была только половина дела. Для того чтобы раз и навсегда покончить с подлым предателем, Белова нужно было каким-то образом дожать, убедить, заставить…

Как это сделать — Космос не знал, но когда Саша позвонил домой, чтоб успокоить жену, он понял, о чем ему еще нужно сказать.

Белый, стол спиной к Космосу, говорил по телефону.

— Все нормально, Оль. Да у меня ни царапинки! Нет, Оль, приезжать совсем не обязательно, я в норме абсолютно… — Ольга жутко переживала и хотела немедленно приехать, но здесь бы она была явно лишней — ведь еще предстояла разборка с Пчелой. Вот почему Саша старался ее отговорить. — Ну куда ты поедешь? А Ваньку на кого оставишь? Нет, не стоит, правда, а если что — звони на мобилу, ладно? Макс рядом? Ну все, Оль, пока!

Белов отключил мобильник и повернулся к Космосу.

— Волнуется, что с бабой сделаешь… — немного смущенно сказал он.

Саша опустился на диван рядом с другом. Какое-то время они молчали. Космос мялся, не зная как подступиться к щекотливой теме. Наконец, он угрюмо произнес:

— Сань, я никогда в это не лез, не мое это дело, но лучше повода, чем сейчас, не будет…

— Ты про Пчелу, что ль? — недовольно перебил его Белов. — Да я знаю все. Мне Ольга рассказывала.

Космос нахмурился и со значением сказал:

— Понимаешь, он запал на нее еще с вашей свадьбы…

— Ну и что? Я знаю, — снова оборвал его Саша и раздраженно повернулся к другу. — Ну и что мне теперь — под ствол человека ставить?!

Саша и в самом деле давно знал, что Пчеле нравится его жена. Ольга не раз заводила об этом речь, беззлобно подтрунивая над его другом. Да Белов и сам замечал, как теплели глаза Пчелы, когда он смотрел на Ольгу. Но правдой было и то, что у Саши никогда не было ни малейшего повода сомневаться в жене или друге.

Наоборот, частенько такое положение дел ему льстило. Иногда даже хотелось по-мальчишески похвастаться перед ним — вот, дескать, Пчелка, у меня есть, а у тебя нет!

Правда, изредка случалось и по-другому… Как, например, неделю назад, когда жена застукала их с Анькой в боулинге… Как Пчелкин тогда увивался возле несчастной Оленьки — и в щечку ее целовал, и в глазки ей заглядывал, и по плечику гладил! Утешитель, блин!

Вдруг в дверь кабинета коротко постучали, и к ним заглянула медсестра, делавшая Белову перевязку.

— Александр Николаевич, там жена Филатова приехала, — сообщила она.

Белов с Космосом сумрачно переглянулись, синхронно поднялись с дивана и направились к дверям.

— Будьте любезны, приготовьте нашатырь, — хмуро попросил медсестру Саша.

В приемном покое к ним бросилась заплаканная Тамара. Она неистово рвалась к мужу, и Саше пришлось приложить силу, чтобы ее удержать.

— Тома, туда нельзя, он в операционной! — успокаивал он бьющуюся в истерике женщину. — Ну-ну, Тома, успокойся! Операция идет нормально, там лучший хирург… Все будет нормально, Тома, верь мне! Слышишь, верь мне, Тома!

Саша усадил ее на стул.

— Как это случилось? — сквозь рыдания спросила Тамара.

— Том, мы ничего толком и не сообразили — все так быстро произошло… Короче, будем разбираться… — он продолжал нашептывать ей что-то нейтральное, успокаивающее.

Космос держался в сторонке.

— Дайте кто-нибудь часы, — вполголоса обратился он к охранникам (свои он потерял, когда выпрыгивал из «мерса»).

Ему подали сразу двое, но тут у Космоса зазвонил мобильник, и он поднес телефон к уху.

— Алло! Нет, это Космос… — он повернулся к Белову и, прикрыв трубку ладонью, прошептал: — Виктор Петрович…

Саша молча показал ему раскрытую пятерню. Космос кивнул и сообщил в трубку:

— Виктор Петрович, Саша вам через пять минут перезвонит, он на перевязке сейчас… Да он-то цел, у нас с Валерой худо… — озабоченно пробормотал он.

Услышав это, Тома захлебнулась новым приступом плача. Космос понял свою оплошность и быстро свернул разговор.

— Да, он сразу позвонит, — пообещал он Виктору Петровичу и выключил телефон.

Обняв Тамару, Саша терпеливо гладил ее по плечу. Наконец она отстранилась, достала из сумочки носовой платок.

— Саш, я уже все, все… — утирая слезы, прошептала она. — Я спокойна, спокойна, спокойна… Саш, ты сам-то как? Космос, а ты?

Космос без слов с виноватым видом развел руками, а Саша в который уже раз повторил:

— Все нормально, Том. Все будет нормально…

Пожилая медсестра подала Тамаре стакан воды с валерьянкой.

— Не убивайся так, девочка. Выпей вот…

Взяв стакан дрожащей рукой, Тома послушно выпила лекарство. Саша помог ей подняться и передал ее медсестре.

— Пойдемте со мной, — сказала она и, придерживая Тамару под локоть, повела ее по больничному коридору.

Белов подошел к насупленному Космосу и растерянно спросил:

— А если он умрет? Кос, что делать-то будем? Космос задумчиво пожевал губы. Он думал о своем и ответил явно невпопад:

— И Шмидт молчит…

В полном молчании они вернулись в кабинет главврача. Долгожданный звонок прозвенел минут через десять.

— Да! — схватил трубку Космос.

— Космос, это Шмидт, — послышался его ровный, невозмутимый голос. — Его нет нигде… Сто процентов, самолет уже на взлетной… Что нам делать?

Прикрыв трубку рукой, мрачный как туча Космос повернулся к Белову.

— Саня, его не было на рейсе.

Белый выдавил беспомощную улыбку и в полной растерянности покачал головой:

— Блин, это дурной сон какой-то!

— Шмидт спрашивает, что ему делать. Прикрыв глаза, Белый секунду молчал, а потом чеканным голосом скомандовал:

— Пусть возвращаются. Надо снять часть людей отсюда, пусть пасут везде, где он может засветиться. И Макса предупреди.

XXXXVII

На улице уже было совсем темно, когда Ольга в сопровождении неотлучного Макса вышла из подъезда городского дома Беловых. Она все-таки решила пренебречь уговорами мужа и поехать в больницу — сердце у нее было не на месте. Она села в машину и решительно приказала:

— В больницу, Макс.

Охраннику было известно о мнении Белого на этот счет, и он сделал последнюю попытку отговорить упрямую женщину.

— Оль, может не стоит? У Саши там свои заморочки, а тут еще и мы притащимся… Он же мне голову открутит!

— Расслабься, Макс! — отрубила Ольга. — Если до сих пор не открутил — значит, цел будешь!

Недовольно покачав головой, Макс тронул машину. Джип выехал со стоянки и направился в сторону Кутузовского проспекта. Ни Макс, ни, тем более, Ольга не заметили, что следом за ними последовала неприметная черная «Волга».

В ней сидел Пчела. Он показал водителю на джип и попросил:

— Командир, видишь этот «Крузер»? Постарайся от него не отстать, заплачу сколько скажешь…

Когда машины свернули на проспект, Пчела достал мобильник и набрал номер Оли. Он видел, как она достала из сумочки телефон и услышал ее голос.

— Алло…

— Алло, Оль, привет, не удивляйся, это Витя, — стремительно затараторил Пчела. — Только не называй меня по имени и не говори Максу ни слова. Я еду прямо за тобой, в соседнем ряду, в черной «Волге»…

Не отнимая трубки от уха, Оля обернулась и увидела на освещенном проспекте следующую за ними «Волгу». Внутри машины на секунду включился свет — в сидящем рядом с водителем мужчине она без труда узнала Витю Пчелкина.

Пчела тоже увидел в движущейся впереди машине силуэт обернувшейся к нему Ольги.

— Оля, послушай меня, только не останавливай машину и ничего не говори Максу…

— Ничего не понимаю, — перебила его Ольга. — Ты один?

— Один…

— А что случилось?

— Нам нужно срочно поговорить с глазу на глаз, — голос Вити был напряжен и взволнован. — Это очень важно. Только не останавливай машину!

— Но как же тогда? — в полном недоумении спросила Ольга.

— Через два квартала будет дежурная аптека, попроси Макса остановить. Скажи — за лекарством, ну или придумай что-нибудь… Ладно?

— Ну хорошо, хорошо…

— Спасибо, Оль… — тихо сказал Пчела и скомандовал своему водителю: — Обгоняй.

Тот послушно дал по газам, и «Волга», слегка подрезав машину Оли, устремилась вперед.

— Сдурел, ур-р-род! — прорычал вслед наглецу Макс.

Через минуту Оля показала Максу на приближающуюся аптеку и попросила:

— Макс, останови здесь, я в аптеку забегу…

Джип еще толком не успел остановиться, как она выскочила из него и повернулась к открывшему дверь Максу:

— А ты куда?

— Оль, я тебя охраняю и…

— Блин! Ты можешь оставить меня в покое хоть на минуту, а?! Сядь, я сказала! — гневно осадила его Ольга и торопливо зашагала к двери.

Как только она скрылась в аптеке, из машины вышел Макс и, закурив, внимательно осмотрелся.

Войдя в пустой аптечный зал, Оля негромко позвала:

— Витя!

— Я здесь, Оль… — послышался голос Пчелы из-за стеллажа с лекарствами.

Она зашла за стеллаж и с недоумением посмотрела на взволнованного Пчелу:

— Что за конспирация-то?

— Привет, — кивнул ей Витя.

— Привет…

— Оль, короче, так, — Пчела в затруднении потер ладонью лоб и тяжело вздохнул. — Понимаешь, вышло так, что с этим взрывом все стрелки на меня сошлись. А я не при делах на сто процентов, я мамой тебе клянусь!

— Бред какой-то! — недоверчиво фыркнула Ольга.

— Это не бред, — грустно покачал головой Пчела. — Это нормальная правда жизни. Меня ищут уже.

— Ну, блин, с вами не соскучишься… — возмутилась Оля.

— Оля, Оля, ты дослушай, — остановил ее Пчела. — Я тебе одно хочу сказать: что бы ни случилось, ты должна знать, что я этого не делал. И Сашке это скажи обязательно… В любом случае, даже если меня грохнут!

Они пристально смотрели друг на друга и не видели, как в нижнем углу большого аптечного окна в зеленоватом люминесцентном свете вывески появилось лицо Макса, заглядывающего вовнутрь. Он быстро обшарил торговый зал цепким взглядом и через секунду исчез, словно его и не было.

— Да я скажу, конечно, — с готовностью кивнула Оля. — Это не вопрос, но…

Пчела снова ее перебил:

— Оль, поверь — я знаю, что говорю. Не первый год замужем…

— Ты ошибся, Витя, — мягко улыбнулась Оля. — Это я не первый год замужем.

Нервно усмехнувшись, Пчела осторожно выглянул из-за стеллажа и тут же принял серьезный вид.

— Теперь вот что, — он внимательно посмотрел ей в глаза. — Тебя же Фил подвозил, во сколько он уехал?

Оля на секунду задумалась и сказала:

— Ну, после обеда уже. У нас с Ванькой прием был в половине второго.

— Ага, вот как… — кивнул Витя и задумался. — То-то он опоздал. Потом пацаны сели в машину и… ба-бах. Скажи, Оль, а до тебя он никуда не заезжал — на сервис там или какие-нибудь другие дела? Может, встречался с кем — он ничего не говорил?

Пожилая аптекарша подозрительно поглядывала на укрывшихся за стеллажом с дорогими лекарствами парня с девчонкой.

— Да нет… — покачала головой Ольга. — Но к нам он после съемок приехал.

— А что за съемки?

— Какое-то кино про бессмертных пацанов… — она недоуменно пожала плечами. — Заводы какие-то… Не знаю, Вить…

— Так-так, съемки, значит…

Тетка-аптекарша, наконец, не выдержала и проверещала противным, визгливым голосом:

— Эй, молодые люди, здесь вам аптека, а не дом свиданий!

Пчела повернулся к аптекарше:

— Да не волнуйтесь вы так, мы уйдем сейчас — нам недолго осталось…

XXXXVIII

Развалившись в кресле, Белов разговаривал по городскому телефону.

— Хреново дело… — грустно рассказывал он. — Ему сейчас трепанацию делают, парень два часа на операционном столе. Крови потерял море. Ну, будем надеяться…

Его собеседник, Виктор Петрович Зорин, прижав плечом трубку, одновременно разговаривал по телефону и подписывал документы из красной кожаной папки.

— Да, жалко парня, — согласился чиновник. — А что ты в целом думаешь?

— Да есть тут одна идейка, — замялся Саша. — Может, уже сегодня решу этот вопрос.

— Ну дай бог, Саша, дай бог… От меня что-нибудь требуется?

— Разве что моральная поддержка, — невесело ухмыльнулся Белов.

— Можешь на меня рассчитывать, — уверенно пообещал ему Зорин. — Звони, если что.

В трубке запиликали сигналы отбоя. Опустив трубку на аппарат, Саша повернулся к Космосу. Тот успел уже отыскать где-то белый халат, стетоскоп, нацепил все это и с важным видом совал нос в какие-то баночки с лекарствами.

— Кос, ты что — опять что ли? — Саша выразительно чиркнул себя пальцем по носу.

— Да нет, завязал я, ты что?! — испуганно вытаращился на него Космос и признался: — Просто с детства мечтал доктором стать…

— Тебе в цирковое надо было идти… — мрачно посоветовал ему Белый. — Карандаш! А Пчела, кстати, водолазом хотел стать. Аквалангист хренов!

Подумав, Саша снова снял телефонную трубку и набрал еще один номер.

— Алло, Кабан? Здорово, брат. Это Белый, — он говорил ленивым и важным тоном — так, как было принято среди «крутых». — Слыхал? Беда у меня… Да нет, я-то в поряде, а брат вот в отключке… Нет, зверье здесь ни при чем. Есть маза, что сука среди нас, будем молиться, что это поклеп… Ты это… профильтруй там у себя, может что нароешь. Давай, брат, пока…

Саша положил трубку и задумчиво протянул:

— Беда-а-а…

К нему подошел Космос — уже без халата и стетоскопа. В руке у него был мобильник, который зазвонил во время последнего Сашиного разговора.

— Да, Сань, беда, — мрачно кивнул он и протянул ему телефон. — Это Шмидт, ему только что Макс отзвонился. Пчела сейчас разговаривает с Ольгой.

— Та-а-ак… — Белый мгновенно подобрался, криво ухмыльнулся и недобро прищурился. — Значит, Пчела в городе?! А что же его тогда до сих пор здесь нет?!

— А что его тогда до сих пор здесь нет?! — яростно проревел Космос в трубку.

XXXXIX

Пчела снова выглянул из-за стеллажа, окинул быстрым взглядом зал, посмотрел в окно. Все было спокойно, если не считать демарша вредной аптекарши. Но уходить все равно было пора. В любую минуту в аптеку мог нагрянуть Макс, да и тетка-аптекарша тоже запросто могла поднять шум.

— Ладно, Оль, ты иди, — сказал Пчела.

— Витя, а как же ты? — встревоженно спросила Ольга. Только сейчас до нее стало доходить, что ее муж, Саша Белый, действительно собирается расправиться со своим другом. — Я могу для тебя что-нибудь сделать?

Пчела подмигнул ей в ответ.

— Все нормально…

— Ой, ребята, что ж вы делаете! — судорожно вздохнула она.

— Ничего-ничего, как-нибудь выберемся. Ну, иди… Нет, погоди… На вот, — Пчела подал Ольге красную гвоздику, которую повсюду таскал с собой уже почти полдня. — В знак дружбы… и любви…

Растерянно взяв гвоздику, Оля коснулась его руки.

— В Берлин вез, да не довез, — объяснил Пчела. — Ну, вроде все. Давай, иди…

— Витя, я все сделаю, что смогу… — взволнованно прижимая к груди полуувядший цветок, пообещала Оля. — Я постараюсь… Я все для тебя сделаю…

— Все нормально, иди.

Пчела согласно прикрыл глаза и легонько подтолкнул ее к дверям. У порога Оля оглянулась. Она словно хотела сказать еще что-то, но, видно, передумала. Только качнула ему на прощание гвоздикой и вышла. Пчела из-за своего укрытия проследил, как она подошла к машине и скрылась в ней. Оглядевшись по сторонам, Макс сел за руль, джип тронулся.

— Ну что, мужчина, милицию вызывать или сами уйдете?! — грозно спросила аптекарша.

Сдержав вздох, Пчела повернулся к ней и поэтому не увидел, как на освободившемся месте тут же остановился другой джип — «Гранд Чероки». Из него вышли Шмидт и его люди.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10