Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Возлюбленный горец

ModernLib.Net / Сентиментальный роман / Беннет Сара / Возлюбленный горец - Чтение (стр. 10)
Автор: Беннет Сара
Жанр: Сентиментальный роман

 

 


      Они вышли из дома, под ногами зашуршал гравий, которым была посыпана узкая дорожка, ведущая в сад, огороженный стеной из серого камня. В долине жизнь шла своим чередом: тут и там мелькали огни; легкий ветерок доносил сильный запах горящего торфа. Грегор толкнул деревянную калитку, и они вошли в мир головокружительного благоухания.
      Мег сделала глубокий вздох, пытаясь различить запахи знакомых трав. Вот краем платья она задела лаванду, тут же окружившую ее облаком бодрящего аромата. А здесь великолепные розы, белые и красные: весенние сорта уже отцвели, летние были усыпаны яркими соцветиями. Чего здесь только не было: розмарин, укроп, тимьян, душистая жимолость и нежные лилии. Вокруг всей этой красоты кружились и жужжали ночные мошки; серые мотыльки вились над цветущими растениями, упиваясь сладким нектаром. В дальнем уголке сада у каменной стены журчал ручей, стремительно убегавший под старый мост и дальше в долину.
      – В мою бытность этот сад был таким запущенным, – сказал Грегор, оглядываясь вокруг.
      – Таким мы его и нашли, когда переехали в имение. Меня всегда привлекало садоводство, поэтому я приказала починить ограду, убрать погибшие растения и сорняки и посадить новые. Шона регулярно сюда приходит, чтобы пополнить запасы целебных трав для своих настоек.
      Некоторое время они молча шли между клумб и грядок, пока не оказались у круглого прудика.
      – Я вдруг подумала о герцоге Аберколди, – тихо сказала Мег. – Как вы думаете, я должна ответить на его письмо? Конечно, я могу снова написать, что не согласна выйти за него замуж, но он будет уверять, что я нахожусь во власти глупых страхов и сомнений, которые должна отбросить, как это сделал он. А потом герцог примется расписывать, как счастливо мы заживем после свадьбы.
      Несмотря на ночной мрак, который почти скрывал лицо Грегора, Мег почувствовала, как меняется его выражение. Вот он хмурится, пытается заглянуть ей в глаза, смотрит очень внимательно, заставляя ее ощущать неловкость, но с пониманием и сочувствием. В отличие от герцога он действительно ее слушал.
      – Он настроен решительно и не отступится от вас, Мег, не так ли?
      – Именно так, – сказала она еле слышно, почти шепотом.
      – Генерал сказал тоже самое. Мег, ваш отец раскаивается и очень переживает, что так поступил с вами. И он не сможет обрести покой, пока эта ситуация благополучно не разрешится.
      – Но как это сделать? Я знаю, что он мучается, и мне его безумно жаль. Я уже давно простила его. Но где найти выход?
      Вдруг он коснулся ее лица. Мег замерла. Грубой натруженной ладонью Грегор нежно провел по ее щеке, затем взял ее за подбородок и начал поглаживать большим пальцем кожу, будто хотел навсегда сохранить в памяти это ощущение. Он наклонился и зашептал:
      – Я могу это сделать, Мег.
      Его теплое дыхание щекотало ухо, и непроизвольная дрожь пробежала по ее телу. Его рука скользнула по огненным волосам и потревожила локон, покоившийся на плече.
      – Вы теперь не одна, Мег.
      Все мысли разом исчезли, время остановилось. Когда он был так близко и так ласково касался ее, она не могла думать. Надо бежать, спрятаться, взять себя в руки. Надо…
      Она ощутила прикосновение его губ, осторожное, чувственное, мягкое, словно невесомый лепесток розы коснулся щеки. Легкие, едва ощутимые поцелуи неумолимо прокладывали себе путь к ее губам. Мег стало трудно дышать. Она подняла голову, чтобы… что? Приказать ему остановиться? Она почти убедила себя, что хочет именно этого, но Грегор опередил ее, с глубоким вздохом прильнув к розовым полуоткрытым губам, и они замерли в нежном, фантастическом поцелуе – такого она не испытывала никогда.
      Конечно, Мег целовалась раньше. Иногда она делала это неохотно, иной раз из любопытства, порой ей просто хотелось, чтобы ее поцеловали. Но никто и никогда не целовал ее так, как он. Это был особенный поцелуй. Многие мужчины, которые претендовали на ее руку и состояние, обнимали и целовали Мег, но ни один из них не разбудил ее чувств, не вызвал восторга и желания. Но как только Грегор Грант коснулся ее губ, она поняла, что перед ней родная душа, что эти губы, эти нежные руки искала она всю жизнь.
      Она доверчиво прижалась к его мускулистому телу. Мег чувствовала себя так уютно в его добрых руках, что не обращала внимания ни на серебряные пуговицы, впившиеся ей в грудь, ни на жесткие накрахмаленные кружева рубашки, щекотавшие кожу.
      И вдруг нежность растаяла, как иллюзия, уступив место страстному, безудержному, пылкому натиску – Грегор впился в розовый бутон, останавливаясь лишь на мгновение, чтобы провести языком по ее губам, повторяя их изысканную форму. Его язык, влажный, пылающий, ненасытный, проникал все глубже, рождая сладкую боль внизу живота.
      Мег почувствовала горячую влагу между ног. Ее пальцы судорожно теребили его волосы, пока в отчаянии не ухватились за черную ленту, будто это могло помочь ей удержаться на ногах. А его жадные губы продолжали свой натиск, спускаясь вниз по стройной шее к молочно-белой пышной груди.
      – Морворен, – пробормотал Грегор незнакомое Мег слово, но ей понравилось его ласковое звучание.
      Лента, в которую она вцепилась, соскользнула, освободив его волосы. Она погрузила в них руки, наслаждаясь новым ощущением. Грегор опять поймал ее губы, дразня, маня обещанием чего-то большего.
      Мег попыталась отстраниться. Но Грегор не отпускал ее, лишь немного ослабив объятия, чтобы она могла отдышаться. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась, их сердца бешено колотились.
      И вдруг Мег почему-то захотелось смеяться. Еще в юности ей достаточно было рассмеяться серебристым ледяным смехом в лицо очередному охотнику за ее состоянием, чтобы навсегда отбить у него желание изображать страстную влюбленность.
      – Не забывайтесь, капитан Грант! Вам не кажется, что вы совсем потеряли голову?
      От неожиданности Грегор разжал руки. Мег, покачиваясь, неловко отступила назад, подальше от опасности, но в ту же секунду пожалела об этом, ощутив пустоту и горечь утраты. Теперь он был лишь черным силуэтом на фоне усыпанного звездами неба – большой, широкоплечий, с горящими удивленными глазами.
      – Наверное, вы правы, – сказал он наконец мрачно своим грудным голосом. – Я, очевидно, потерял голову.
      – Советую вам найти ее до завтрашнего утра, – сказала Мег, слегка запинаясь. – Запомните, я не какая-нибудь молоденькая дурочка, у которой земля уходит из-под ног от ваших поцелуев. Если вам так хочется… то есть я хочу сказать, если вам необходимо женское общество, поищите его где-нибудь в другом месте.
      Грегор издал звук, подозрительно напоминавший презрительное фырканье.
      – Если вы говорите о проститутке, то мне это не нужно. Я просто не смог удержаться, чтобы не поцеловать вас, Мег. Меня непреодолимо влечет к вам, и вы мне нравитесь. Вот и все.
      Но все было не так просто.
      – Я должна идти, – сказала Мег, не в силах справиться с волнением. Куда подевалась чопорная недоступная леди? Где сильная женщина, которая поклялась держаться холодно, на расстоянии? Она обратилась в бегство. – Спокойной ночи, капитан Грант.
      И Мег быстро пошла прочь, чтобы укрыться в стенах замка, Слишком поздно обнаружив, что комкает в руках черную ленту, которую сорвала с его волос.
 
      Калитка со скрипом закрылась, и вскоре ее шаги затихли. Грегор стоял и смотрел в темноту. Что вдруг на него нашло? В его планы не входило набрасываться на Мег с поцелуями, тем более пугать или злить ее. Она была девственницей – это он понимал, – но ведь не молоденькой, дрожащей от страха девчонкой. Она была взрослой. И он безумно хотел ее.
      Он желал ее с момента их встречи в «Черной собаке», когда она стояла перед ним, пытаясь выяснить, насколько он пьян. Грегор честно стремился избавиться от этого чувства, говорил себе, что это глупо, что он никогда не получит ее. Но сегодня, когда Мег стояла посреди большого зала в зеленом платье, с огненной копной рыжих волос, такая задумчивая, печальная, отрешенная, он все понял. Ее запах, вкус ее губ только подтвердили эту уверенность. Теперь он точно знал, что ему нужна только она и что ради этого он готов на все.

Глава 15

      Мег тихонько постучала в дверь спальни генерала. Раскрасневшаяся и взволнованная, она никак не могла прийти в себя после прогулки с Грегором. Все ее планы сохранять спокойствие и хладнокровие пошли прахом; на опухших губах после его дикого натиска появились кровоподтеки.
      «Меня непреодолимо влечет к вам, и вы мне нравитесь». Неужели он говорил правду? Она не могла в это поверить. Весь ее предыдущий опыт говорил об обратном – ее лицо и фигура не обладали теми качествами, которые могли произвести впечатление на такого породистого красавца. Она и раньше встречала мужчин, подобных Грегору Гранту. Против сильных красивых горцев не могла устоять ни одна женщина, и они всегда получали то, что хотели. Эти неотразимые мужчины редко удостаивали Мег даже взглядом, а в тех редких случаях, когда они все-таки обращали на нее внимание, их интересовало только одно – как прибрать к рукам землю и деньги ее отца.
      Так почему же Грегор выбрал именно ее, если мог с легкостью получить любую женщину? Мег решила пока не задумываться над этим.
      Она вошла в комнату отца. Единственная свеча отчаянно боролась с темнотой, наступавшей со всех сторон, нагоняя тоску и уныние. Генерал сидел в полном молчании, вглядываясь незрячими глазами во мрак, который теперь был его миром. Чувствуя себя виноватой, что так надолго оставила отца одного, Мег подошла к нему. Да, он причинил ей боль, но она не должна отвечать ему тем же. Старый и больной отец – все, что у нее осталось, и кто знает, сколько времени им отпущено на этом свете? Как бы ей хотелось обуздать свой гнев и забыть обиды, но это было так трудно. Сначала герцог Аберколди, а теперь Грегор – эти двое встали между отцом и дочерью, разрушая тепло их отношений.
      – Папа?
      Услышав ее голос, он обратил к ней сияющее от счастья лицо.
      – Мег? Наконец-то ты пришла! Я уж подумал, что впал в немилость.
      – Надо сказать, ты это заслужил.
      – Не говори так! Я забочусь только о твоем счастье и безопасности, Мег. Пора тебе это понять, дочка.
      – О Господи, папа…
      Он никак не хотел понять, что не прав. Он свято верил, что действует только в ее интересах и она должна послушно следовать его советам. Но Мег была не из тех, кто покорно склоняет голову перед слепой судьбой. Это было так же невозможно, как если бы солнце вдруг перестало всходить над долиной.
      – Элисон сказала мне, что Грегор все утро обучал наших мужчин военному делу.
      – Да, это правда, – отвечала Мег, радуясь, что нашлась нейтральная тема для разговора. Она присела на маленькую скамеечку у ног отца. – Им было трудно, но никто не жаловался.
      Довольно посмеиваясь, генерал шлепнул ладонью по ручке кресла.
      – Как бы мне хотелось на это посмотреть!.. – На короткий миг боль и жалость к самому себе омрачила его лицо. Затем он протянул руку к дочери и сжал ее нежную кисть узловатыми пальцами. – Ты поговорила с Грегором Грантом?
      «Мы целовались в саду», – чуть не вырвалось у нее. Но она не могла говорить об этом, ведь Грегор приехал сюда, чтобы обучать мужчин военному делу и от имени генерала возглавить его людей.
      – Мы поужинали вдвоем и вели светскую беседу, если ты это имеешь в виду.
      Генерал улыбнулся, в его взгляде затаилось лукавство.
      – Ты, наверное, хочешь узнать, о чем мы говорили вчера?
      – Да, хочу.
      – Опять ты сердишься на меня, Мег. Я чувствую это. Не думай, что я совсем одряхлел и выжил из ума, я ведь нашел решение наших проблем, и ты должна меня выслушать. Только пообещай, что ничего не будешь говорить, пока я не закончу, как бы тебе этого ни хотелось.
      – Ты, похоже, наперед знаешь, что я буду возражать, отец.
      На его лице появилось страдальческое выражение, и он крепко сжал ее пальцы.
      – Будешь, дочка, обязательно будешь.
      Мег не смогла сдержать улыбку.
      – Раз ты так уверен в этом, обещаю держать язык за зубами. Начинай.
      Генерал молчал, собираясь с мыслями. Мег терпеливо ждала, с любовью наблюдая за отцом: то, что он был рядом, и полумрак, царивший в комнате, успокаивали ее. Припухшие губы все еще горели от поцелуев Грегора, тело помнило прикосновение его рук. Да, ей было страшно, но голова кружилась от радости и восторга.
      Все эти годы Мег с легкостью отказывала своим поклонникам, уверенная в том, что ей нужна лишь настоящая любовь или ничего. Но теперь она сомневалась, стоит ли дожидаться этой самой любви, если Грегор Грант пробуждает в ней такие сильные чувства. Может быть, этого достаточно для жизни?
      – Мне кажется, Мег, я нашел достойный выход из нашего кошмара. Это защитит тебя от притязаний Аберколди и поможет избежать свадьбы, которую я так неосмотрительно тебе навязал, дочка. Если ты примешь мой план, герцогу придется отказаться от своих настойчивых ухаживаний, а ты останешься со мной в Глен-Дуи. Ты ведь хочешь остаться здесь, Мег?
      – Да. Это мой дом, и я не мыслю жизни вдали от него.
      – Очень хорошо. – Генерал глубоко вздохнул и, сияя от сознания своей ловкости и ума, наклонился к Мег: – Вместо того чтобы играть свадьбу с Аберколди, я хочу, чтобы ты вышла замуж за Грегора Гранта!
      На долю секунды Мег показалось, что все это ей снится. В комнате ничего не изменилось: сквозь открытое окно вливался ароматный ночной воздух; так же мерцала одинокая свеча, а прямо перед ней сидел отец, с улыбкой ожидая ее ответа. И вдруг смысл его слов озарил ее сознание, как яркая вспышка. Все поплыло и закружилось у нее перед глазами.
      Генерал был абсолютно уверен, что выход найден. Мег выйдет замуж за другого мужчину, герцог будет вынужден отказаться от нее, генерал обретет долгожданный покой, он искупит свою вину перед дочерью и восстановит справедливость по отношению к Грегору. Убить одним выстрелом двух зайцев. Блестящий план! Счастливый конец, как в сказке.
      – О Боже, папа! – растерянно сказала Мег, не зная, что делать в такой ситуации – смеяться или плакать. Она выдернула свою руку из его цепких пальцев и вдруг ощутила, что кисть совершенно окоченела. – Выйти замуж за Грегора Гранта? Не верю своим ушам. Как ты можешь предлагать мне такое?! Неужели ты всерьез думал, что я вообще соглашусь выйти замуж за кого бы то ни было, после того как герцог… Нет, нет и нет! Это просто смешно, я не могу переступить через себя. Как тебе могла прийти в голову такая нелепая идея?!
      – Мег! – взмолился генерал дрожащим от волнения голосом. Его лицо помрачнело, морщины и складки стали заметнее, мгновенно превратив его из уверенного в своей правоте человека в дряхлого старика. – Подумай немного, прежде чем ты разозлишься и убежишь отсюда, хлопнув дверью! Что ты будешь делать, когда я умру? Ты останешься совершенно одна, и, даже если тебе удастся каким-то чудом избавиться от герцога Аберколди, жадные до богатства хищники не перестанут толпиться у твоих дверей! Они будут охотиться за тобой днем и ночью, и тебе, Мег, не удастся отмахнуться от них с такой же легкостью, как от меня. Рядом с тобой должен быть сильный мужчина, защитник.
      – Я способна защитить себя сама, отец!
      – Ты не сможешь, Мег! Ты очень сильная, и я горжусь тобой, но выжить в стае волков невозможно. Они будут травить тебя, пока не загонят в угол, и тогда они возьмут то, что хотят. – Его голос сорвался, и генерал замолчал. Он был ужасно расстроен.
      У Мег сдавило грудь, словно в комнате вдруг стало нечем дышать.
      – Мег, – вновь заговорил генерал. Она с ужасом смотрела на его седую трясущуюся голову и слезы, увлажнившие незрячие глаза. – Ты, наверное, думаешь, что я делаю это ради Грегора? Признаюсь, я рад, что парень вернулся в Глен-Дуи. Он не по собственной воле оказался замешанным в этом политическом фарсе, ему пришлось поддерживать отца. И только из-за любви и уважения к отцу, который, к несчастью для него, оказался якобитом, Грегор потерял все. Его благородство и преданность выше всяких похвал, и он заслуживает, чтобы ему вернули родовые земли. Но прежде всего я пекусь о тебе. Перед тем как сойти в могилу, я должен быть уверен, что моя девочка в полной безопасности. Пожалуйста, Мег, подумай! Тебе надо только сказать «да», и это будет самым прекрасным, самым верным решением. Что может быть лучше, чем объединение таких славных кланов, как Гранты и Макинтоши, которые дадут начало новой династии в Глен-Дуи? Но самое главное, с Грегором ты, Мег, будешь под надежной защитой…
      «Под надежной защитой от всех, кроме самого Грегора Гранта», – печально подумала Мег.
      И вдруг ужасная догадка поразила ее – именно об этом генерал говорил с Грегором, и, когда они были в саду, он уже все знал, но ничего не сказал ей.
      Мег шаг за шагом вспоминала все моменты, которые они провели вдвоем, пока не дошла до встречи в саду, и теперь каждое слово, каждое прикосновение Грегора приобретали совершенно иной смысл. Неповторимое очарование и магия этих моментов исчезли, уступив место горькому разочарованию. Неужели он лишь манипулировал ею? Мег вновь почувствовала себя ущербной, неуверенной, недостаточно красивой, чтобы ее любили ради нее самой, а не из-за богатого наследства. Скорее всего, он совсем не хотел на ней жениться, но тогда зачем так крепко сжимал ее в объятиях, с такой неподдельной страстью?
      Ну конечно, все дело в Глен-Дуи. Как могла она упустить из виду, что им движет только корысть, что честь и достоинство уже давно стали пустым звуком для этого человека?! Он так страстно желал вернуть Глен-Дуи, что ради этого был готов на все, даже жениться.
      – И что сказал капитан Грант, когда ты поделился с ним этим чудовищным планом? – спросила Мег дрожащим от возмущения голосом.
      Генерал выглядел озадаченным.
      – Он сказал «да». И это естественно, ведь Грегор не глуп. Но только при твоем согласии на этот брак. Грегор прекрасно понимает, что мое предложение выгодно для вас обоих.
      Мег задыхалась. Она встала и прошлась по комнате.
      – Отец, но я не могу… не могу…
      – Мег, девочка моя, успокойся! Я не думал, что Грегор так неприятен тебе… мы найдем другой выход.
      Окно было распахнуто настежь, Мег подошла и облокотилась на подоконник, подставив пылающее лицо под струю свежего ночного воздуха. Она сделала глубокий вдох, потом еще один. Выйти замуж за Грегора Гранта? Полный абсурд, нелепая мысль.
      Вступить в брак с бывшим лэрдом Глен-Дуи, чтобы защитить себя от притязаний герцога Аберколди и вернуть Грегору его родовое гнездо, которое он потерял двенадцать лет назад?
      Быть женой Грегора Гранта – значит просыпаться с ним рядом каждое утро. Она сможет родить ребенка, которого никакие превратности судьбы не разлучат с родным домом. Она проживет здесь всю жизнь, в этом прекрасном месте, которое она полюбила всем сердцем, с человеком, которого она…
      О Боже, она размышляет об этом! Она всерьез рассматривает эту возможность!
      – Мег? – Генерал произнес ее имя каким-то неуверенным, странным голосом. Мег обернулась. Отец протягивал к ней руку, она подошла и взяла ее. – Мег, – сказал он со вздохом. – Я опять все испортил? Я хотел помочь…
      Мег встала перед ним на колени и прижала его руку к своей щеке.
      – Я знаю, папа, почему ты это сделал. И я обязательно подумаю. Обещаю, что все обдумаю, прежде чем принять решение.
      Генерал выглядел измученным. И вновь чувство вины перед отцом напомнило о себе – ее упрямство и несговорчивость, ее постоянное желание поступать по-своему лишают его последних сил. Ну почему она не может быть такой, как другие дочери, которые послушно следуют советам родителей и спокойно выходят замуж за мужчин, которых даже не видели до свадьбы?
      – Ложись спать, папа, – мягко сказала она. – Я пришлю кого-нибудь из слуг, чтобы тебе помогли раздеться. Хочешь, я попрошу согреть воду? Шона оставила специально для тебя один из своих магических порошков, он поможет тебе уснуть.
      Генерал устало кивнул:
      – Очень хорошо, Мег, спасибо. Мне необходимо выспаться. Я так много думал, пытаясь найти выход из этого кошмара, что толком не спал с тех самых пор, как Шона поведала нам правду о жене Аберколди.
      – Поэтому тебе надо хорошенько отдохнуть, – строго сказала Мег. – Теперь я буду решать, что делать. Ты уже предпринял все, что в твоих силах. Пообещай мне, что выспишься и не будешь ни о чем волноваться.
      – Хорошо, Мег. – Генерал протянул руку и потрепал дочь по щеке.
      Мег нисколько не сомневалась, что отец желал ей только добра – он нашел сильного здорового мужчину, который способен защитить ее при жизни отца и после его смерти. Он должен быть доволен, что решил все их проблемы. И Мег было стыдно, что ее это не радовало.
 
      Грегор поднимался по лестнице. Он ощущал невероятную усталость во всем теле. Для раненой руки, которая только начала заживать, прошедший день оказался слишком напряженным. Но дело было не только в этом. Его пребывание здесь, ощущение родного дома разрушали психологическую защиту, которую он выстраивал годами.
      Он и представить себе не мог, насколько трудно будет удержаться от воспоминаний. Они обрушивались на него нескончаемым потоком, окружали со всех сторон, заполняли все его существо, отнимая силы. Грегор был уверен, что годы лишений закалили и укрепили его характер. Да, они сделали его сильным, иначе бы он не выжил, но память о былом, как вода, упорно просачивалась сквозь защитные баррикады.
      Вот, к примеру, эта лестница. Он помнил, как мальчишкой бегал по ней вверх и вниз и каждая ступенька казалась ему огромным препятствием. Он помнил, как, став старше, он попытался съехать вниз по перилам и неудачно приземлился, смешно распластавшись на каменных плитах пола. У матери случилась истерика, а отец хохотал до слез.
      – Какой смелый парень! – заявил отец. – Настоящий Грант!
      Теперь здесь уже никогда не будет настоящих Грантов. Зал казался огромной пустотой, где бродили призраки, и сам он был одним из них…
      – Грегор, это вы?
      Наверху стояла она, держась рукой за опорную стойку перил, мерцание свечей в настенных канделябрах позади нее превращалось в сияющий венец вокруг копны рыжих волос. Он не видел ее лица, только темный изящный силуэт.
      Каждая клеточка его тела застыла в напряженном ожидании.
      Они долго стояли не двигаясь, не проронив ни слова, всматриваясь в полумрак. Затем Мег повернулась, и Грегор увидел слезы, блестевшие на ее щеке.
      – Мег, что случилось?
      Грегор бросился вверх, но она замотала головой и вытянула руки вперед, чтобы он не смог к ней прикоснуться.
      – Я только что разговаривала с отцом, и он рассказал мне о ваших планах. И я не знаю, что делать – кричать от злости или рыдать от бессилия.
      Она говорила с отцом? Теперь она знает все! И она плачет! Вряд ли она согласна. Грегор остановился в нерешительности, растерянно наблюдая, как она достала из рукава белый платочек и вытерла мокрое лицо. Мег презрительно фыркнула и горько рассмеялась:
      – Ну что же вы? Скажите что-нибудь! Я хочу знать, что у вас на уме, Грегор. Отец сказал, что вы согласились участвовать в этом… фарсе. Если так, скажите почему. Хотя я уже догадалась, в чем причина.
      Грегору нетрудно было понять ход ее мыслей, особенно принимая во внимание, что он попросил плату за свое возвращение в Глен-Дуи. Он молча пропустил ее вперед и пошел за ней вниз по лестнице. Несомненно, она решила, что он женится на ней, чтобы вернуть себе Глен-Дуи. В какой-то степени это так и было. Но не только из-за этого. Он страстно желал эту женщину, и мысль о том, что он ее не получит или что кто-то другой отнимет ее у него, была невыносима.
      Грегор еле сдерживался, чтобы не прикоснуться к Мег. Он жаждал взять ее за плечи и притянуть к себе, провести пальцами по нежным губам, отбросить со лба спутанные вьющиеся локоны. Но он чувствовал, что сейчас этого делать нельзя. Мег явно не хотела, чтобы он прикасался к ней. Ей стоило большого труда даже смотреть на него! Грегор знал, что не завоюет её сердце, взывая к чувствам, возлагая надежды на плотское вожделение. Сейчас гораздо разумнее обращаться к ее здравомыслию и практичности.
      – Да, я хочу на вас жениться. Если вы успокоитесь, Мег, то поймете, что это единственный способ избежать брака с герцогом Аберколди, который так вам ненавистен. И думаю, вы согласитесь со мной, что я представляю для вас гораздо меньшую опасность, чем герцог. – Мег сморщила носик, однако ничего не сказала. Она внимательно слушала, и Грегор решил этим воспользоваться. – Брак со мной – это способ уберечь вас от Аберколди и единственная возможность пресечь его попытки прибрать к рукам имение. Если даже это не поможет, то хуже, чем сейчас, уже не будет. Вероятно, он потребует компенсацию и может попытаться силой отобрать то, что ему не принадлежит. И если он с самого начала замышлял поступить именно так, то обязательно это сделает. Но если мы поженимся, я возглавлю наших людей и поведу их в бой против герцога как лэрд Глен-Дуи, вдохновленный на подвиги своей верной леди. В отличие от Аберколди, Мег, я здесь не для того, чтобы отбирать у вас имение или посягать на ваше с отцом право владения землей…
      – Неужели? – сказала Мег, все еще не глядя на Грегора. – Я и одна справлюсь. До сих пор никто не помогал мне управлять имением и заботиться о людях.
      – И в бой вы сами их поведете, Мег? Будете рубить врагов мечом? Неужели вы действительно думаете, что такое испытание вам по плечу? Но если даже вы справитесь с этим, пойдут ли за вами Дункан Форбс и ему подобные? – Увлекшись, Грегор сделал особый упор на последние слова, но не заметил этого. Он отчаянно пытался достучаться до Мег.
      – Вы и мой отец не оставляете мне выбора.
      – Возможно, у вас его никогда и не было, просто вы старались этого не замечать. Ваш отец хочет, чтобы вы вышли замуж за меня, но вас это ни к чему не обязывает, Мег. Найдется немало желающих стать вашим суженым. Например, я точно знаю, что старик Джейми Фаркуарсон подыскивает себе жену.
      Мег посмотрела на него, в ее глазах отражались горящие свечи.
      – Вы шутите?
      – Да, конечно. – Его губы дрогнули в улыбке.
      Она вздохнула и прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться. Мег выглядела усталой и совершенно измученной.
      – Так вы согласились на предложение моего отца?
      – Да, но только при условии, если вы не возражаете.
      – Мне понятна ваша логика, – сказала Мег, тщательно разглаживая несуществующие складки на платье, только чтобы не смотреть на Грегора. – Вы хотите вернуть Глен-Дуи, и таким образом сделать это будет проще простого. Этакая безболезненная переуступка прав владения землей. Ни борьбы, ни кровопролития. Росчерк пера – и вы снова лэрд. Да и мой старик отец будет очень рад этому. Его перестанут мучить угрызения совести, к тому же он вас любит как сына, которого у него никогда не было. Итак, вы снова становитесь лэрдом Глен-Дуи. Все продумано до мелочей, комар носа не подточит. И все счастливы.
      – Но вы от этого тоже выигрываете, Мег. Аберколди оставит вас в покое, а если он начнет войну, я встану на вашу защиту. Это одно из главных условий сделки.
      – Неужели вы думаете, что меня беспокоит только это? – еле слышно пробормотала Мег, автоматически продолжая водить руками по платью. – Как я могу доверять вам или вашим словам, когда я знаю ваши истинные цели?
      – Мои истинные цели?
      – Все, что вам нужно, – это вернуть Глен-Дуи. Ваши слова и поцелуи ничего не значат. Вы такой же, как и все остальные, капитан.
      Грегор задел самые чувствительные струны ее души. Мег решила, что он пытался соблазнить ее ради своих корыстных интересов. Грант тут же вспомнил, что она говорила о многочисленных поклонниках, которые толпились у ее дверей, как только она достигла совершеннолетия. Прикидываясь влюбленными, они преследовали единственную цель – завладеть ее состоянием. Неудивительно, что бедная девушка не могла поверить, что кто-то может полюбить ее ради нее самой. Что на этом свете найдется мужчина, которого будет интересовать только Мег Макинтош, независимо от того, насколько богат ее отец.
      Грегор сразу все понял по ее напряженной позе и взгляду раненой лани. Ее опыт говорил ей, что он очередной хищник, изображающий страсть, чтобы завоевать ее доверие, чтобы потом манипулировать ею.
      Ее боль, которую Грегор ощущал почти физически, всколыхнула в нем самые благородные порывы, лишив благоразумия и осторожности.
      – Мег, скажите своему отцу, что я отказываюсь от Глен-Дуи и готов подписать любой документ. Имение ваше. Если вы выйдете за меня замуж, земля по-прежнему будет принадлежать вам.
      Он выпалил эти слова не задумываясь. Не сошел ли он с ума? Глен-Дуи его по праву и всегда принадлежал только ему. Как мог он с такой легкостью отказаться от единственного шанса вернуть его назад только ради того, чтобы успокоить ее уязвленную гордость?
      Однако его слова возымели действие – Мег подняла голову и удостоила его взглядом.
      Мег побледнела, отчего веснушки на ее лице стали заметнее, а губы приоткрылись, образовав очаровательную щелку между белыми зубами. Но она тут же спохватилась и попыталась взять себя в руки.
      – Но люди все равно будут считать вас своим лэрдом, какой бы документ вы ни подписали.
      – Но мы-то с вами будем знать правду, Мег, – настаивал Грегор. – Разве не это самое главное?
      Наконец-то его усилия убедить Мег были вознаграждены. В ее глазах он видел смятение – такого поворота событий она никак не ожидала. Еще минуту назад он и сам не догадывался, что все так обернется. Грегор с горечью подумал, что опять не смог удержаться от очередного героического поступка. И почему у него всегда так получается? Видимо, он был готов сделать и сказать все, что угодно, лишь бы на лице несчастной женщины вновь засияла улыбка и высохли слезы. Но это была не просто женщина – это была Мег.
      Мег некоторое время стояла молча, пытаясь собраться с мыслями.
      – Я должна подумать, – едва слышно прошептала она. – Так нечестно. Вы должны дать мне время все обдумать.
      – Несомненно, миледи. – Грегор вежливо поклонился.
      Не успел он поднять голову, как Мег уже исчезла, лишь ее зеленое платье мелькнуло в конце коридора.
      Грегор остался в одиночестве. Что же он натворил? Малькольм Бейн со свету его сживет, если узнает об этом. Опять он выставил себя героем и защитником слабых. В тишине огромного дома до него донесся звук приглушенных рыданий. Мег.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20