Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Все изменить

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Берристер Инга / Все изменить - Чтение (стр. 5)
Автор: Берристер Инга
Жанр: Современные любовные романы

 

 


Под взглядом девушки гость умолк на полуслове, не докончив фразы. Сам он не слишком-то хотел жениться на Кэсси Смит, но отец настаивал. И, однако, обнаружив, что Джоэл Говард увел невесту прямо из-под его носа, Питер не мог прийти в себя от возмущения. Отцу он свирепо сказал, что не завидует Говарду и пусть негодяй подавится, когда Уильямс-старший отчитал наследника за то, что тот упустил “Кэсситроникс”. Но теперь Кэсси нежданно предстала его глазам воплощением хрупкой, трогательной, беспомощной женственности, и пульс экс-жениха участился, а гнев на Джоэла Говарда вспыхнул с новой силой. Не прошло и двух секунд, как легкомысленный Питер уже всерьез поверил, что всегда искренне любил Кэсси и что мерзавец из “Говард Электроникс” отнял у него не только богатство, но и обожаемую невесту.

— Ты разве не пригласишь меня войти? — Гость пожирал взглядом плавный изгиб груди, отчетливо обрисованный под махровым халатом. Он всегда считал невесту бесполым “синим чулком”, но вдруг понял, что ошибался.

— Ну и зачем ты это сделала, Кэсс? — тихо спросил Питер, переступая порог библиотеки.

Кэсси очень хотелось сказать экс-жениху правду, но тут в памяти воскресли слова Джоэла касательно планов Уильямса-старшего. Девушка никогда не обманывалась относительно истинных чувств Питера к ней; в конце концов, она и сама его не любила; но она рассчитывала, что и муж, и свекор сдержат обещание и она останется во главе “Кэсситроникс”.

— Так получилось, — уклончиво отозвалась она, и осторожно полюбопытствовала: — Питер, а если бы мы и впрямь поженились, что стало бы с “Кэсситроникс” после того, когда у нас родился бы ребенок?

Питер нахмурился, явно не понимая, куда собеседница клонит.

— Па обо всем позаботился, Кэсси. Он уже присмотрел надежного человека, Эндрю Кершо, чтобы тот управлял “Кэсситроникс” от твоего имени. Мы не хотели, чтобы ты разрывалась под двойным бременем. Жене и матери не так-то просто вести дела процветающей фирмы.

Доводы Питера звучали вполне убедительно и разумно, но Кэсси-то знала, что за ними стоит! Итак, Джоэл не солгал! Лица Питера она не видела, но чувствовала: собеседнику весьма не по себе!

— Так как же это случилось, Кэсс? — настаивал Уильямс-младший, багровея от гнева. — Говард соблазнил тебя? — Эта мысль, суда по всему, только что пришла ему в голову — и показалась вполне правдоподобной. — Соблазнил, да, Кэсс? Мерзавец поставил тебя в безвыходное положение, и тебе волей-неволей пришлось согласиться на брак?

А ведь Питер отчасти прав, подумала девушка. Джоэл, безусловно, поставил ее в безвыходное положение, но не соблазняя, нет! Невыразительное лицо Питера полыхало яростью; Кэсси никогда не видела жениха таким рассерженным. Надо бы поговорить с ним начистоту. Если Питер примется распускать грязные слухи про нее и Джоэла, это повредит репутации “Кэсситроникс”; а, судя по всему, отвергнутый жених не намерен держать язык за зубами…

— Не глупи, Питер, — спокойно отозвалась Кэсси. — Я тебе не викторианская скромница, знаешь ли. На дворе — двадцатый век. В наше время ни одна женщина не станет выходить замуж только потому, что утратила девственность.

— Так ты и впрямь спала с Говардом до того, как вы поженились? — прорычал Питер, удивляя собеседницу подобным неистовством. — Все это время ты разыгрывала неприступное целомудрие, держала на расстоянии кроткого, послушного жениха, — а сама вовсю развлекалась с любовником?

Подобной реакции Кэсси не ждала. Вот забавно: Питер вбил себе в голову, будто она и Джоэл были близки, и теперь готов поклясться, что сам мечтал о невесте. Классический случай самовнушения!

— Я не желаю продолжать этот разговор, — холодно отрезала девушка. — Мы с Джоэлом женаты, Питер. Прости, если я тебя обидела…

— Обидела? Да мы были помолвлены, черт тебя дери! — выругался экс-жених, подступая к ней. — Это Говард подговорил тебя закинуть удочку в мою сторону? Он-то знал, что отцу позарез нужна… — Питер прикусил язык, но было уже поздно.

— Позарез нужна моя фирма? — услужливо подсказала Кэсси. — Да, Джоэлу об этом отлично известно.

“Как только развяжусь с этим фиктивным браком, сделаю все возможное и невозможное, чтобы раз и навсегда обезопасить “Кэсситроникс”, — горестно подумала девушка. Она хорошо усвоила урок!

— Оставь его, Кэсс! — выпалил Питер. — Оставь его и вернись ко мне, ты ведь знаешь, как я тебя люблю…

Кэсси с трудом сдержала истерический смех. — Питер…

Гость стремительно пересек комнату. Бросил заинтересованный взгляд в сторону письменного стола.

— Новый проект?

Кэсси подавила инстинктивное желание заслонить записи от любопытных глаз.

— Может, и так, — небрежно отмахнулась она. — Судить пока рано.

Питер заметно помрачнел.

— Итак, мерзавец не только похитил мою нареченную, но ему и успех подают на блюдечке! — глухо подвел он итог. — Ну что ж, пусть не жалуется, если я возьму свое…

Не успела Кэсси уклониться, как Питер схватил ее за плечи и рывком притянул к себе. Девушка и не подозревала в женихе подобной прыти!

Бедняжку охватила паника. Кэсси отпрянула назад, но, вместо того, чтобы охладить пыл гостя, сопротивление произвело прямо противоположный эффект.

— Итак, подо льдом и впрямь пышет огонь, — выдохнул Питер. Противные влажные губы прильнули к ее шее.

Отчаянно отбиваясь, Кэсси почувствовала, как развязался пояс халата. Девушка непроизвольно потянулась закрепить завязки. Но поздно: Питер, пожирая взглядом высокую грудь, запустил пальцы в волосы девушки и привлек ее ближе.

“Еще мгновение — и он коснется моей груди”, — с отвращением подумала Кэсси. Этого она не вынесет. А ведь пришлось бы, если бы они поженились, напомнила себе девушка. И как это она прожила на свете столько лет и так плохо себя знает! До встречи с Джоэлом Говардом она считала себя бесчувственной, но теперь… Кэсси вздрогнула, едва не задохнувшись: дыхание Питера обожгло ей губы. Сил для сопротивления не осталось: тело отказывалось повиноваться, мысли путались.

— Кэсси, милая…

— Какого черта тут происходит?

Заслышав голос Джоэла, Питер тут же выпустил жертву и обернулся навстречу сопернику.

Кэсси поплотнее запахнула халат. Пальцы ее заметно дрожали — не столько от облегчения, сколько от страха. Джоэл был вне себя, сапфирово-синие глаза испепеляли ее презрением. Неужели муж решил, что она по доброй воле заигрывала с Питером? Похоже, что так!

Словно подслушав ее мысли, Питер издевательски протянул:

— Дурацкий вопрос, Говард. В конце концов, мы с Кэсси были помолвлены, сам знаешь… — Он подмигнул девушке. — А ты говорила, будто муж сегодня не вернется, милая, — мстительно промурлыкал бывший жених. — Жаль, а я-то только-только разошелся!..

— Пошел вон, — рявкнул Джоэл. — А то я, чего доброго, забуду о хороших манерах и сверну тебе шею.

Питер бросился к двери. Джоэл проводил его недобрым взглядом. В гробовом безмолвии слышно было, как хлопнула входная дверь. Тишина сгущалась и уплотнялась; нервы бедняжки натянулись, точно струны. Гул мотора затих в отдалении.

6

— Ах, какой благородный рыцарь! — фыркнул Джоэл, едва Уильямс-младший укатил. — Бросил свою даму на растерзание разгневанного супруга… Ну и на черта вы заявились в библиотеку? — осведомился он. — Вам что, спальни мало?

— Питер только что приехал, — машинально отозвалась Кэсси, не сознавая, насколько двусмысленно прозвучали ее слова. Джоэл шагнул к ней. Даже без очков девушка отчетливо видела: каждое движение мужа дышит сдерживаемым гневом. Кэсси захотелось обратиться в бегство, но гордость удержала ее на месте.

— Итак, ледышка умеет превращаться в женщину, — тихо отметил Джоэл, подходя вплотную. Запустил пальцы ей в волосы — и Кэсси поморщилась от боли. — И вести себя, как женщина, тоже? Не пора ли проверить?

Непроизвольный протест умолк на полуслове под жадным напором его губ: этот поцелуй, словно клеймо, подтверждал права мужа на жену. Железные пальцы до боли впились в кожу. Поцелуй был намеренно-жестоким, — ни искры нежности! — и однако некая часть ее существа исступленно откликнулась на яростный натиск. Губы девушки инстинктивно приоткрылись, веки отяжелели…

— Черт тебя дери, — хрипло выругался Джоэл, отстраняясь от ее губ. — Черт тебя дери тысячу раз, я не допущу, чтобы другой мужчина посягал на мою собственность.

Выпустив пленницу, Джоэл потянулся к поясу халата. Осознав, что муж делает, Кэсси задохнулась в испуганном протесте. Надо объяснить Джоэлу, что он ошибается; что она не искала объятий Питера. Властное, собственническое отношение мужа озадачивало девушку; она не ждала ничего подобного и не знала, как отвечать. А логика казалась бессильной. Губы ее, размягченные и израненные, еще помнили вкус его поцелуя. Кэсси осторожно облизала их языком, уперлась ладошками в грудь Джоэла и попыталась оттолкнуть его. Даже сквозь рубашку она ощутила жар его тела — и сама затрепетала в ответ.

— Что ты делаешь? — прохрипел Джоэл, справившись, наконец, с поясом. Кэсси охватила паника — паника с оттенком головокружительного, пьянящего упоения. — Сравниваешь его вкус с моим?

Упрек привел девушку в ужас. Ладони Джоэла легли на отвороты ее халата, развели их в сторону, скользнули по упругому телу, властно обхватили груди.

— А Питер дарит тебе такие ощущения?

Теперь язык Джоэла играл с ее губами, дразнил их и мучил, будил трепетный отклик, пока припухшие уста не приоткрылись навстречу неодолимому натиску. Никто еще не целовал Кэсси настолько чувственно. Лицо ее горело, каждый нерв дрожал от томительного возбуждения. Словно зная, что происходит с женой, Джоэл блаженно вздохнул, поглаживая большими пальцами напрягшиеся вершины грудей. Кэсси невольно устыдилась своей уступчивости. Тело ее горело во власти горького унижения и неодолимого желания. Разум борется с сердцем, и чувства побеждают, слабо подумала она. Волна за волной накатывал мучительно-сладкий восторг. Прикосновения Джоэла лишали ее воли, превращали в покорную, бездумную марионетку.

Джоэл отстранился от ее губ, и девушка вздохнула с облегчением. По мере того, как Кэсси выходила из-под власти его физического обаяния, к ней возвращался здравый смысл. Руки Джоэла по-прежнему покоились на ее груди, но она попыталась высвободиться, полагая, что муж закончил ее наказывать.

Однако Джоэл не выпустил пленницу. Напротив, удержал за плечи. Кэсси отпрянула, он подался вперед и припал губами к ее шейке.

Слабость лишала ее возможности сопротивляться. Каждая клеточка ее тела так чутко отзывалась на близость Джоэла, что каждое его прикосновение стало утонченной, сладостной пыткой. Губы его неспешно скользили по ее коже, словно Джоэл отлично знал: жертва не вырвется. Лавина эмоций лишала ее последних сил. Девушке захотелось коснуться его в ответ, провести пальчиками по твердым мускулам груди и спины, ощутить на губах солоноватый привкус кожи, и… Дрожь сотрясла все ее тело; Кэсси тщетно пыталась совладать с собой. Язык Джоэла, шершавый и чувственный, ласкал впадинку у основания шеи. Но вот губы сместились ниже. Кэсси напряглась, рванулась прочь: инстинкт самосохранения подсказывал ей сопротивляться, пока это еще возможно. Но одна рука Джоэла обвила ее за талию и притянула ближе, а вторая властно легла на грудь.

Легкие касания языка обжигали и мучили, словно Джоэл знал, как разрывается Кэсси между желанием бежать от него и потребностью уступить страсти, прижаться крепче. Нервная дрожь усилилась. Неужели это происходит с ней? Ни один мужчина не в силах привести ее в бездумное состояние физического возбуждения. Да, гормоны разыгрались, не более того, — отчитывала себя девушка. Надо взять себя в руки, призвать на помощь самообладание. Прикосновения Питера вызывали в ней отвращение, и только, — напомнил предательский внутренний голос. Эта мысль привела девушку в ужас, она попыталась обуздать страсть, но язык Джоэла сладострастно вычерчивал круги вокруг ее соска, — и голова у Кэсси закружилась, вихрь подхватил ее и унес за пределы здравого смысла, туда, где вселенная сосредоточена в трепетном, волнующем касании его языка. Сердце ее мучительно-сладко замирало в груди; всем своим существом Кэсси стремилась к новым, более интимным ласкам.

Когда язык Джоэла наконец-то коснулся пульсирующего соска, Кэсси отказалась от всякого сопротивления. Кулачки ее сами собою разжались, руки уже не стремились оттолкнуть мужа, но обняли его за плечи, головка откинулась назад, с губ срывались бессвязные всхлипывания.

— Бог ты мой, неудивительно, что он до сих пор о тебе мечтает! — сквозь зубы пробормотал Джоэл.

Девушка расслышала слова, но смысла не поняла. Джоэл прошептал нечто совершенно неразборчивое, глухо застонал, жадно прильнул к ней, губами потянулся к груди.

Его зубы легонько затеребили чуткую кожу; девушка тихонько вздохнула, выгнулась всем телом и прижалась к нему, позабыв обо всем, кроме неутоленной жажды, что терзала ей душу. Джоэл ритмично втягивал воздух; девушка громко вскрикнула, во власти пронзительного, доселе неизведанного экстаза.

— Ты мне нужна… — Ладони Джоэла скользнули ниже, легли на бедра, губы потянулись ко второй груди. Он весь горел, дышал тяжело и прерывисто, руки слегка дрожали; с каждой минутой ласки делались все более жадными и исступленными.

Джоэл возбужден — и его влечет к ней, осознала Кэсси, и внезапно с ужасающей отчетливостью поняла, что на большее рассчитывать нечего. Она нужна ему, чтобы утолить чисто мужскую, физиологическую потребность, в то время как она сама… разум ее отказывался анализировать эти чувства. Что — она? — упрямо спрашивала себя девушка. Она любит Джоэла? Но как можно? Она почти не знает мужа. И все-таки затаенная мысль упрямо настаивала на своих правах. Девушка замерла на мгновение — и резко рванулась назад. Джоэл озадаченно глядел на жену, явно не понимая происходящего. Глаза лихорадочно блестят, лицо раскраснелось…

— Нет, — пролепетала Кэсси, поплотнее закутываясь в халат.

— Почему нет? Мы ведь женаты — забыла? — Джоэл все еще разгорячен страстью, это Кэсси понимала, и в то же время не могла допустить, чтобы муж использовал ее вместо девочки-на-час. А как личность она Джоэлу не нужна.

Как остановить Джоэла? Здравый смысл тотчас же подсказал ответ. Стараясь, чтобы голос звучал ровно, Кэсси холодно произнесла: — Я не принимала таблеток… я могу забеременеть.

— Полчаса назад, когда я застал тебя с Уильямсом, это тебя ничуть не тревожило, — резко возразил Джоэл.

Что ей ответить? Что домогательствам Питера она бы ни за что не уступила? К каким выводам подтолкнет Джоэла это двусмысленное признание? Кэсси ни питала ни малейших иллюзий. Если тиран догадается о ее склонности, он непременно воспользуется слабостью жены для того, чтобы отобрать у нее “Кэсситроникс”.

Призвав на помощь всю свою храбрость, Кэсси подняла взгляд — и солгала:

— Если бы я забеременела от Питера, я бы только порадовалась. В конце концов, как только брак будет расторгнут, Питер и я…

— Бог ты мой, она опять за свое! — взорвался Джоэл, бесцеремонно обрывая собеседницу на полуслове. — Пораскинь-ка мозгами, Кэсси! Я намного богаче Питера Уильямса и всей его семейки вместе взятой. Ты только подумай: если бы ты от меня забеременела, я, пожалуй, не стал бы расторгать брак!

Набрав в грудь побольше воздуха, Кэсси возмущенно обрушилась на мужа.

— Может, для тебя деньги — смысл жизни, Джоэл, но я смотрю на мир чуточку иначе. Кроме того, не забывай: я и сама не нищая, и зарабатываю достаточно, чтобы содержать ребенка без чьей-либо помощи. Я никогда не стану вешаться на шею мужчине только потому, что родила от него ребенка; и я никогда не обзаведусь ребенком от человека, которого не уважаю, и…

— Ладно, ладно, — хрипло оборвал Джоэл. — Основную мысль я уловил. Отцом твоего ребенка я быть недостоин. Но помни, Кэсси: пока мы женаты, ты будешь вести себя пристойно. Если я узнаю, что за моей спиной ты резвишься с Уильямсом, вы оба пожалеете, что родились на свет. Если ты станешь его любовницей…

— С чего ты взял, что этого до сих пор не произошло? — ехидно поддразнила Кэсси. Джоэл явно полагает, что у особы столь несимпатичной любовников и быть не может. Чистая правда, конечно; да только как обидно это слышать! Муж и прежде потешался над ее целомудрием, а ведь всякому терпению есть границы!

— Есть один надежный способ проверить, — негромко проговорил Джоэл, подходя вплотную. — Ты этого от меня добиваешься, Кэсси? Хочешь оказаться со мной в одной постели?

— Нет! — Девушка отпрянула — и поспешно отвернулась, скрывая предательский румянец.

— Так вы с Питером не были близки? — настаивал Джоэл.

Что тут ответишь? Что, пока на сцене не появился соперник, Питер и не думал заигрывать с ней? Нет, это слишком унизительно.

— Пока нет, — небрежно уронила Кэсси. Во взгляде собеседника отразилось явное удовлетворение… впрочем, наверное, ей просто померещилось — ведь без очков она в двух шагах ничего не видит.

— И, пока мы женаты, этого не произойдет, — тихо предупредил Джоэл. — Так и знай, моя Кэсси.

Владелец “Говард Электроникс” не стал расписывать в красках грядущее возмездие, но Кэсси неуютно поежилась и подумала про себя, что подробностей ей лучше не знать.

— Я привез тебе компьютер, — объявил Джоэл, резко меняя тему. — Я установлю его здесь — тебе будет удобно? — Он искоса глянул на разбросанные по столу заметки и нахмурился. — Никак, новая игрушка?

— Может, и так, — пожала плечами Кэсси.

Джоэл недобро сощурился.

— Надеюсь, тебе не пришло в голову отомстить мне, подарив новую игрушку Уильямсу, а, сердце мое?

Девушка закусила губку. Почему муж всегда думает о людях самое худшее?

— Я вообще не собираюсь никому ее дарить. Пока это только наброски, — коротко отозвалась она.

— Но ты развлекала Уильямса здесь, в моем доме, одетая лишь в купальный халат, — насмешливо указал он.

— На мне был купальный халат, потому что горячая ванна — единственный способ согреться. Я тут до костей замерзла, — горько упрекнула Кэсси. — Питер объявился неожиданно. Собственно говоря, заслышав шум мотора, я подумала… — Девушка прикусила язычок, вспомнив, как опрометью бросилась вниз, к дверям, надеясь, что вернулся муж.

— Ну же, — тихо настаивал Джоэл. — Что ты подумала?

— Я подумала, что гость, кто бы он ни был, чего доброго, решит, что в доме нет ни души, и уедет восвояси, — храбро солгала Кэсси, глядя в пол.

— Хмм… Ступай-ка оденься: в халате особо не согреешься. А я тем временем включу отопление.

Девушка послушно направилась к двери.

— По чести говоря, холода я в тебе не почувствовал, — насмешливо бросил ей вслед Джоэл. — Скорее наоборот…

Кэсси с силой захлопнула дверь, прежде чем оскорбитель успел докончить фразу. Горячий румянец затопил щеки. “Ненавижу негодяя! — сердито подумала девушка. — Честное слово, ненавижу!”

В течение последующих нескольких дней Кэсси обдумывала эту мысль, наблюдая, как Джоэл устанавливает для нее компьютер, загружает рабочие программы, проверяет их на “вирусы”. И вынуждена была признать, что вовсе не ненавидит мужа — напротив, очень близка к тому, чтобы полюбить его. А пути назад уже нет. Бедняжка радовалась уже тому, что живет с Джоэлом под одной крышей — и дрожала в преддверии будущего. Как это произошло? Джоэла Говарда она почти не знает… Поневоле приходилось признать: есть на свете вещи, логическому объяснению не поддающиеся, в том числе — ее любовь к Джоэлу Говарду. Оставалось одно: уповать на милость судьбы и надеяться, что муж никогда не догадается об ее чувствах.

7

— Начнем с самого главного, — объявила Миранда на следующее утро. Нико уже ушел в офис, и дамы завтракали вдвоем. — Женщина, которая считает себя красивой, держится раскованно и уверенно, хотя и без заносчивости; каждое ее движение исполнено достоинства. Милая Кэсси, я записала тебя в частную школу, где девушки из хороших семей, вроде Фонтини, проводят неделю-другую после выхода из пансиона.

— Вроде как краткосрочные курсы? — пролепетала Кэсси. Услужливое воображение уже нарисовало картину: полная комната девочек-подростков, любопытные взгляды… Бедняжка похолодела от страха.

— Ну да, в Британии это называется “школа хорошего тона”, — согласилась Миранда. — Но тебе нечего стесняться. Я обо всем договорилась: ты будешь брать частные уроки. Мадам Бонэр станет приходить на виллу каждое утро. В свое время она блистала на балетной сцене; даже сейчас, в возрасте семидесяти лет она — одна из самых элегантных женщин во всей Флоренции. Мадам Бонэр поможет тебя понять собственное тело, оценить его достоинства и недостатки, и при помощи первых скрыть вторые.

Кэсси благоговейно вздохнула.

— Славно, что ты такая стройненькая, — похвалила Миранда, — в отношении одежды это дает тебе немалые преимущества. — Она окинула взглядом песочного цвета юбку и бежевую блузку гостьи, и состроила гримаску. — А вот сейчас у тебя такой вид, словно ты стремишься слиться с обоями. Беж тебе вообще не к лицу, Кэсси… и прическу надо бы изменить… Я поговорю с Карло… Ох, пока ты здесь, мы поразвлечемся на славу! — Миранда заговорщицки подмигнула снохе и, не удержавшись, захлопала в ладоши.

* * *

Спустя час явилась мадам Бонэр. Ощущая себя крайне неуютно в заимствованном у Миранды трико, Кэсси робко улыбнулась гостье. Дам торжественно представили друг другу, и Миранда оставила сноху наедине с наставницей в просторной галерее, что проходила через всю виллу.

— Ну что ж, — объявила мадам Бонэр, внимательно приглядевшись к Кэсси, — Миранда права. Налицо превосходные данные, но вы не используете их на все сто процентов, верно?

Приговор потряс Кэсси до глубины души: она-то ждала, что элегантная старушка сурово объявит, что с таким исходным материалом и возиться бесполезно!

— Не надо сутулиться, — приказала она, кладя ладони на плечи Кэсси и рывком выпрямляя девушку. — У вас превосходная фигура и черты лица, — продолжала она. — Вы стройны, и это тоже хорошо, но держитесь неважно. А зачем вы так сгорбились?

Кэсси горестно объяснила, что стесняется своей высокой груди.

— Если бы вы собирались стать манекенщицей, это одно дело, там и впрямь каждый дюйм важен, — отозвалась мадам Бонэр. — Но для женщины пышные перси — всегда достоинство!

Заслышав выражение столь высокопарное, Кэсси не сдержала улыбки, а наставница, мудро воспользовавшись тем, что ученица наконец-то расслабилась, заставила ее пройтись по галерее взад и вперед.

— При ходьбе вы глядите в пол: не надо этого делать! Ступайте гордо, смело, словно знаете себе цену! Держитесь увереннее, раскованнее!

Два часа спустя, измученная и обессиленная, Кэсси распрощалась со своей наставницей. Она как раз выходила из ванны, когда в дверь постучали и в спальню ворвалась возбужденная Миранда.

— Нина очень тобою довольна, — сообщила она изумленной Кэсси. — Она говорит, англичанки славятся утонченностью, и ты — живой тому пример.

— А еще мадам Бонэр сказала, будто у меня хорошая фигура! — поделилась радостью девушка.

— Чистая правда, — согласилась Миранда. — Я поговорила с Карло; сегодня вечерком мы к нему заглянем. А потом зайдем в косметический салон. — Миранда ободряюще улыбнулась снохе. — Красоту нужно холить и лелеять, как редкий, экзотический цветок, дорогая моя, но все наши усилия окупятся, вот увидишь!

И усилия с лихвой окупились, размышляла про себя Кэсси примерно неделю спустя, разглядывая свое отражение в зеркале трюмо. Благодаря двухчасовым упражнениям под надзором мадам Бонэр, личико ее разрумянилось; волосы, подстриженные и уложенные в модную прическу, вьющимися локонами спадали до плеч, отливая золотом в лучах солнца.

Днем раньше в салоне красоты состоялся первый урок макияжа, и девушка с удивлением отметила, насколько преобразилось ее лицо благодаря умело наложенной косметике. Кэсси завороженно гляделась в зеркало, недоумевая: неужели эта изысканная красавица с высокими скулами и огромными, зеленовато-карими глазами, и в самом деле — Кэсси Говард?

Но можно ли прятать новообретенную красоту за преградой стекла или пластика? Миранда с пристрастием допросила сноху и дозналась-таки о затаенном желании девушки избавиться от очков. За несколько часов флорентийские оптики провели необходимые тесты, и на улицу Кэсси вышла, часто-часто моргая и радуясь, что видит город и себя саму ясно и отчетливо: а все благодаря новым мягким контактным линзам!

Волосы, что некогда казались ломкими и чахлыми, в умелых руках Карло превратились в роскошную, густую волну рыжевато-каштановых кудрей. Если верить Карло, под лучами итальянского солнца пряди вскорости посветлеют до оттенка темного золота. Эффектная прическа выгодно дополняла тонкие черты лица.

Благодаря ежедневным упражнениям, цвет лица изменился к лучшему, а движения обрели уверенность. Кэсси расцветала на глазах. Еще недавно девушка и думать не смела, что и в самом деле похорошеет; действительность превзошла самые дерзкие ее мечты, — и все благодаря Миранде.

Если Кэсси отчаивалась, если у бедняжки вдруг опускались руки, матушка Джоэла всегда была рядом, чтобы поддержать или посочувствовать. Если мадам Бонэр бранила свою ученицу, называя ее неуклюжей неумехой, Миранда всегда интуитивно чувствовала горе снохи и не позволяла ей пасть духом: к месту сказанное словечко одобрения возвращало девушке веру в себя.

— Превосходно! — объявила мадам Бонэр этим утром, когда Кэсси прошлась по галерее из конца в конец. — Просто превосходно — вот теперь вы, наконец, объявляете миру: “Я — женщина редкого обаяния и исключительных достоинств; взгляните на меня и убедитесь сами”, — и поверьте мне, именно так мир вас и воспримет, cara, — так, как сами вы себя цените. Дайте понять окружающим, что вы собою вполне довольны, и окружающие с вами согласятся; скажите, что почитаете себя ничтожеством и пустым местом — и на вас так и посмотрят.

— Кэсси?

— Иду! — отозвалась девушка, узнав голос свекрови. Этим вечером дамы собирались походить по городу и полюбоваться на витрины магазинов. Нет, делать покупки еще рано. На первый раз они просто изучат разные фасоны и цветовые гаммы.

— Женщина, уверенная в своей красоте, инстинктивно знает, что ей к лицу, и не обращает внимания на прихоти моды.

Благодаря визитам к частному косметологу Миранды, кожа Кэсси уже не выглядела тусклой и безжизненной, но лучилась здоровым румянцем, манеры обрели живость и непосредственность, замкнутость и робость исчезли бесследно. Девушка обнаружила, что с нетерпением предвкушает “выход в свет”; ее уже не пугала перспектива оказаться в центре внимания новообретенных родственников.

Кэсси в последний раз провела расческой по волосам и глянула в зеркало, оценивая эффект.

— Очень хорошо, — одобрила Миранда, переступая порог и придирчиво разглядывая макияж своей протеже. — Ты все схватываешь на лету, cara, а уж хорошенькая — глаз не оторвать!

Как всегда, похвала Миранды согрела ей душу. С тех пор, как Кэсси уехала из дома, Джоэл ни словом ни дал о себе знать. Неужели он напрочь позабыл о жене? Сердце девушки мучительно сжалось. Неужели муж и вправду за ней приедет, как повелела Миранда? Иногда бедняжке казалось, что этому не бывать никогда.

* * *

Семь дней превратились в десять; вторая неделя близилась к концу, и Кэсси уже не удивлялась, краем глаза подметив собственное отражение в зеркале или в витрине, и не гадала, кто же такая эта хрупкая, улыбающаяся красавица с нежной, кремового оттенка кожей, в ореоле густых, золотисто-каштановых волос.

Под ненавязчивым руководством Миранды девушка полностью обновила гардероб, обогатив его сапфирово-синими, медово-золотистыми и пастельных оттенков шелками. Бежевый цвет был объявлен запретным, равно как и все, отдаленно с ним схожие. С каждым днем уверенность девушки в своих силах росла и крепла; теперь, зная, что выглядит неплохо, Кэсси стала относиться к людям более сердечно и открыто. Продавцы в магазинах, от которых прежде бедняжка отпрянула бы в страхе, теперь приветливо улыбались гостье. Со временем девушка набралась храбрости и пару раз прошлась по магазинам сама, без Миранды, заодно поупражнявшись в итальянском языке.

Спустя три недели после приезда снохи во Флоренцию Миранда в первый раз упомянула о сыне.

— А Джоэл до сих пор не давал о себе знать? — осведомилась она как-то за завтраком.

Кэсси покачала головой. С враждебным молчанием Джоэла она уже примирилась. Вместе с новообретенной уверенностью пришло горькое осознание того, что даже теперь, когда она преобразилась до неузнаваемости, Джоэл вряд ли бросится к ее ногам. А нужно ли ей это? Да, Кэсси любила мужа всей душой, но ей требовалась любовь ответная: Джоэл должен оценить в ней личность, а не приукрашенный манекен.

— Не тревожься, скоро объявится, — заверила Миранда и проницательно добавила: — Если, конечно, тебе до сих пор этого хочется?..

— Я люблю его по-прежнему, — призналась Кэсси. — Но…

— Понимаю. — Миранда легонько коснулась ее руки. — Кэсси, мне ужасно приятно принимать тебя здесь, на вилле, и я надеюсь, что бы там ни произошло между тобою и Джоэлом, но во мне ты всегда будешь видеть по меньшей мере друга…

— Добрую фею-крестную, — заверила Кэсси, ничуть не погрешив против истины. Что бы там ни сулило ей будущее, в сердце у нее всегда останется уголок для Миранды, и для Нико, который не скупился на одобрения и похвалы при виде первых неуклюжих попыток девушки измениться к лучшему. Неудивительно, что Кэсси привыкла видеть в муже Миранды любящего, щедрого, славного дядюшку.

— Ты расцвела на диво: превзошла самые смелые мои ожидания! — сообщила Миранда. — Знаешь, в честь твоего “волшебного превращения” и дня рождения Нико мы устроим настоящий бал!

Прежде званые вечера и приемы внушали Кэсси безотчетный ужас, но теперь девушка с энтузиазмом занялась приготовлениями и охотно взяла на себя роль неофициальной секретарши Миранды. Она все больше восхищалась предусмотрительностью свекрови.

— Нам обеим понадобятся новые вечерние туалеты, — объявила Миранда, в последний раз проглядев список гостей. — Сад будет иллюминирован; так что и нам ради такого случая позволено превратиться в светлячков. Бернардо тоже приедет. Он звонил вчера из Брюсселя и клятвенно обещал не опаздывать.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8