Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Точка разрыва

ModernLib.Net / Ужасы и мистика / Браун Джим / Точка разрыва - Чтение (стр. 14)
Автор: Браун Джим
Жанры: Ужасы и мистика,
Триллеры

 

 


– Хирургия?

Еще ближе. Один стол между ними.

– Ты когда-нибудь слышал о такой хирургии? Эй? Доббс повернул голову вправо, влево.

– Никаких следов, шрамов, никакой хирургии. Это просто мертвая ткань. Оказывается, смерть очень полезна для кожи. Уж для моей точно.

Навязчивый страх снова заволок пеленой слух Дина. Неужели такое могло быть? Нет.

– Наука за последние несколько лет шагнула далеко вперед.

Уайти Доббс скрипнул зубами. Его рука промелькнула так быстро, что движение только угадывалось. Серная кислота, микроскоп, штатив – все слетело на пол.

– Наука? Не могу поверить, что ты все дудишь в ту же дуду. Так ничему и не научился? Наука для Вселенной – то же, что снег для Аляски, только внешнее покрытие. Есть вещи посильнее науки.

Беловолосый сократил расстояние до пяти шагов. Его карие глаза горели от внутреннего огня.

– Я – одна из них.

– Я не знаю…

– Ты не знаешь, дерьмо, – лицо ужасного человека раскраснелось, брови нахмурились, ноздри раздувались.

Только сейчас Дин осознал, что смотрит в самое настоящее лицо Уайти Доббса.

Уайти Доббс?

Время замерло. Доббс глубоко вздохнул и задержал дыхание на то время, пока ярость не улеглась в нем.

– Много лет прошло, но настал день расплаты. Киска, я пришел, чтобы составить коллекцию.

Клик.

Флип.

Дин не слышал этого звука двадцать два года, но вряд ли когда-нибудь мог бы его забыть. Он опустил глаза, ожидая увидеть вишневую рукоятку и блестящее лезвие отвратительного ножа-молнии Уайти Доббса.

Лезвие? Оно выглядело еще острее, почти ожило. Ни один металл не походил на него.

Доббс опять улыбнулся. Дин подумал, что, если бы акула обладала способностью выражать эмоции, она выглядела бы примерно так же. Доббс поднял лезвие, играя им, поворачивая так и эдак. Маленькие солнечные зайчики запрыгали по комнате.

– Ты же так и не понял, да? – сказал Доббс. Теперь его голос звучал тихо, как будто со стороны:

– Никогда не мог посчитать это. Никогда не осознавал, что ей на самом деле нужно.

– Я любил Джуди.

– Любил? Черт, ты даже не был там, когда она умерла. Так что же ты за муж? Поехал в школу, вместо того чтобы сидеть около жены, умирающей от инфаркта в интенсивной терапии.

Дин моргнул, слишком ошарашенный услышанным:

– Никто даже не предполагал возможность инфаркта. Я помчался туда, как только мне сообщили.

Доббс покрутил рукой над головой, словно раскручивающий лассо ковбой.

– Ох, какая гребаная забота. Ты помчался в больницу, но опоздал, ведь так?

Из глаз Дина потекли горячие слезы. Гудение ламп звучало как отдаленный стон.

– Ты, может, там и не был. Но я-то был, – Доббс положил левую ладонь на лабораторную стойку, накрыв что-то, всего в нескольких сантиметрах от Дина. – По крайней мере, она умерла не одна.

– Что? Что ты имеешь в виду?

– Разумеется, в этом только часть моей вины, но шок от моего появления вызвал остановку всех этих пульсаций на сердечном мониторе.

Ярость, страх и неверие – все сплелось в поток эмоций. Дин почувствовал, как ослабли его колени.

– Ну, не буду досаждать своим присутствием. Кроме того, у меня встреча за обедом.

Комнату осветила настоящая белая вспышка молнии, высекая тени и распространяя синие флуоресцентные блики. Через секунду грянул раскат грома.

Молния?

Дин взглянул в окно. Снова повалил снег.

Молния в снегопад?

Когда он повернулся, Уайти Доббс исчез.

Дин замер, чего-то выжидая. Какая-то часть его сознания говорила, что все это было простой галлюцинацией, сном наяву. Он просто не мог позволить себе думать иначе. Но когда Дин перевел взгляд на лабораторную стойку, где лежала ладонь Доббса, то понял, что не бредил наяву, не галлюцинировал.

На холодной черной поверхности стойки покоился пропавший медальон Джуди.

глава 28

Весь департамент шерифа Черной Долины был в сборе: три штатных помощника, Мегги Дейн, три диспетчера, два временных помощника и сам шериф. И все же в зале заседаний царило ощущение пустоты. Еще в недавнем прошлом этого контингента вооруженных мужчин и женщин в коричневой форме было более чем достаточно, чтобы справиться с любой ситуацией. Однако сегодня они казались жалкой кучкой испуганных людей, столкнувшейся с невероятно большими проблемами, которые все время росли.

Кроме штата департамента, присутствовали еще два человека: мэр Натан Перкинс и преподаватель истории Пайпер Блэкмор, последняя – по настоянию Мегги. С учетом предыдущих событий ни у кого не возникло вопросов по поводу ее присутствия. Некоторых это даже успокаивало.

Несмотря на свое традиционное облачение и галстук, Натан Перкинс производил впечатление человека, пребывающего в шоке.

Встреча происходила в городском зале заседаний, огромной комнате, в которой помещались столы, стулья и даже пианино, и которая была всегда доступна публике и служила помещением как для совещаний совета, так и для выступлений учащихся музыкальной, школы. Сюда же было снесено все уцелевшее и работающее оборудование – радио, компьютеры, копиры.

И все же комната пугала своей пустотой.

Сегодня здесь не было привычной болтовни, шуток, сплетен, пирожков и пирожных. Комната напоминала похоронное бюро, а измученное бессонницей лицо Джона по бледности не уступало маске покойника.

– Боже милостивый, шериф, что происходит? – с неприкрытым страхом в голосе обратился к нему Кой. – Мы отрезаны. С занесенной тропой и разрушенным мостом мы абсолютно отрезаны. Не можем даже взлететь. Не в такую погоду. Этот вертолет был внушительной штукой, но если уж он не смог, то и никто не сможет. А что случилось с этим бродягой Илией? Вот видите, шериф, я говорил Вам, что он пропадал, говорил, шериф.

– Хватит, Чиверс, – в глубоком баритоне Джона звучали командные нотки, но сегодня он не обладал такой силой внушения.

Помощник продолжал:

– Теперь он на свободе, Бог знает, где выжидает, а мы все здесь в ловушке у этого психа, серийного убийцы.

– Я сказал, хватит, – заревел шериф.

В комнате воцарилась тишина. Но Джон знал, что прекратил лишь разговоры, а мысли он не мог остановить. По лицам своих подчиненных он видел, что они дошли до предела, пытаясь оценить весь ужас положения.

– Вы не правильно поняли, Чиверс, – произнес наконец Джон. – Вы не правы. Мы не сидим в западне. Это мы поймали психа в ловушку. И мы собираемся обнаружить этого сукиного сына.

– А что с погодой? – спросил Натан. – Кажется, матушка-природа сошла с ума. Кто-нибудь припоминает такой ветер?

Минута прошла в гнетущем молчании.

– Я помню.

Все глаза устремились на Пайпер. Она смыла кровь и привела в порядок волосы. Лоб ее был отмечен тонкой черной линией шва.

– В 1845-м и в 1932-м, и что-то подобное в 1968-м. Кроме того, в 1974-м произошел микровзрыв.

– Микро… что? – спросил Кой.

– Взрыв – суперконцентрированные нисходящие потоки воздуха.

– Думаешь, такой взрыв и повредил офис? – спросил Джон.

– Возможно.

– Мне он микро не показался, – сказал Джерри.

По комнате пронесся нервный смех. Джон улыбнулся, благодарно кивнув помощнику за то, что тот несколько разрядил напряжение.

– Либо взрыв, либо небольшой ураган, – сказала Пайпер. – Кто-нибудь видел вихревую воронку?

Все отрицательно потрясли головами. Пайпер продолжала:

– Согласно преданиям, в начале восемнадцатого века сильнейший горячий ветер снес половину рощи Дугласа и объял огнем землю, поглотив племя коренных индейцев, живших здесь.

– Пожар. Это был жаркий ветер, почти обжигающий, – заметил Джерри.

– В начале девятнадцатого века новые поселенцы были сметены яростным смерчем, атаковавшим долину.

Пайпер подождала, пока замер нервный шепоток, потом продолжила:

– Вьгжившие после событий 1968 года рассказывали, что такой же горячий ветер налетел как раз перед тем, как случился пожар в начальной школе, – Пайпер поморщилась при воспоминании, а потом и от боли в потревоженных швах.

– Чем бы это ни было, оно пронеслось с севера на юг, – вставил Джон.

– Точно, – глаза Пайпер заблестели. – Я совсем забыла сказать, что так было и во время тех событий. Как указывают все выжившие очевидцы, эти странные ветра дули с севера на юг.

– Может быть, дело в расположении долины? Понимаете, рельеф? – предположил Джерри. – Может быть, наше географическое положение порождает такой феномен?

Кто-то закашлялся. Кофеварка, уцелевшая при взрыве, булькала, не переставая.

– А как быть с молниями? Молнии в снежной буре? – спросил Кой. – Это было совсем недавно: все небо всколыхнулось, и она держалась несусветно долго.

– Поступали и такие сообщения, – сказала Пайпер. – Есть свидетельства о странных разрядах молний, длившихся несколько секунд, а в одном сообщении говорилось о целой минуте. Последний раз это случилось в ночь, когда умерла моя мать.

– Но это невозможно, – сказал Кой.

– Нет, возможно, – вставил Джон, – Я ее тоже видел.

– Я помню ту ночь, – сказал Натан. Он посмотрел на Джона. – В ту ночь мы похоронили Уайти Доббса.

Брови Мегги взлетели вверх.

– Вот уже второй раз я слышу это имя, – заметил Джерри. – Кто такой, черт побери, Уайти Доббс?

– Ты хочешь сказать, что такое этот чертов Уайти Доббс? – прошипел Натан, затем внезапно замолчал, провалившись в сонную дремоту транквилизаторов.

– Все, что я понимаю, так то, что мы в ловушке, – твердил Кой. – Среди нас завелся серийный убийца. Мы погребены под кучами снега. И Бог еще знает что. И мы ничего не в состоянии сделать. Ничего.

– Хватит. Мы же копы. Где-то рядом бродит убийца, и наша задача поймать его, – проговорил Джон.

– Ненавижу мрачные предсказания, – ответил Джерри. – Но у нас нет доступа в криминалистическую лабораторию, нет возможности провести анализ трупов. И почему никто не упомянул другую чертовщину, например стеклянный дождь, уничтоживший Мередит Гэмбел. А что говорить о грузовике? Откуда появился этот проклятый грузовик?

Джон грохнул кулаком по столу. Звук удара прозвучал как пистолетный выстрел.

Вновь повисло молчание.

Убедившись, что завладел вниманием всех, Джон заговорил. Он был вновь уверен в себе и спокоен.

– Вы все знаете, кто такой доктор Дин Т. Трумэн, – все согласно закивали. – Если верить публикациям журнала «Ньюсуик», то он входит в десятку самых способных людей мира. В то время когда мы сидим здесь, сбившись в кучу, как испуганные школьницы, Дин работает в своей школьной лаборатории, чтобы дать ответы на все наши вопросы.

Он помолчал, вглядываясь в их лица. Казалось, никто не дышал. Они отчаянно хотели поверить, им нужно было поверить. Шериф взглянул на своего заместителя:

– Ты прав, Джерри. У нас нет криминалистической лаборатории, и вокруг нас творятся дерьмовые дела, но зато у нас есть кое-что другое. Настоящий гений. И если бы я любил спорить, то я бы поставил все на ум Дина Трумэна против самого дьявола.

Он поручил им собрать как можно больше информации, точные данные о том, где началась буря, где закончилась; расстояние рассеивания обломков; список всех обломков – все эти листочки почти скрыли от глаз стол Мегги.

– Факты и цифры, друзья, факты и цифры, – наставлял Джон. Распределив все обязанности, он послал их работать, назначив встречу через час.

С помощью копира и фотоснимка был сделан приличный фоторобот Илии. Джон хотел, чтобы плакаты расклеили по всему городу.

Пока все его приказания выполнялись, шериф отправился в колледж, проверить, как идут дела у Дина.

Пайпер уже собиралась выйти из комнаты отдыха, как ей на глаза попался один из наспех сделанных плакатов с мистическим Илией. Она думала, что никогда его не видела, а поэтому, встретив, не сможет узнать.

Опустила глаза на фотографию.

Как дым над водой, в ее памяти возникло неясное ощущение.

Это лицо? Оно выглядело знакомым.

Рябь на воде, волна и, наконец, настоящее цунами. Неожиданно Пайпер вновь очутилась в водовороте той бурной ночи, когда умерла ее мать, стоя над дорогой мамой, глядя, как жизнь уходит из нее, но не понимая, не зная, что делать.

– Мамочка? Мамочка, что случилось?

Белые зубцы молний озарили лицо матери, небеса ревели, как раненый зверь. Ее мама лежала на полу в луже собственной крови. Тоненькими дрожащими пальчиками Пайпер перебирала ее волосы.

– Мамочка больна?

– Пайпер, нет, дорогая, возвращайся в постель, – мама захлебнулась собственной кровью.

– Мамочка, вставай.

– Все в порядке, дорогая, иди спи. Мамочка просто отдыхает.

– Я боюсь.

– Это всего лишь буря… – она с трудом выталкивала слова из горла. – Не бойся.

– Я не боюсь бури, – сказал ребенок, вставая между лежащей матерью и открытой дверью. – Боюсь злого человека.

Пайпер повернулась лицом к матери. Тонкая струйка крови стекала из ее носа.

– Пайпер?

Пайпер взглянула на дверь. Вспышка молнии озарила силуэт мужчины, стоявшего в дверном проеме.

Мужчины? Как же она могла об этом забыть?

– Все в порядке, малышка. Все в порядке, – произнес этот человек. Его голос напоминал мягкое падение снежных хлопьев.

Еще одна вспышка, теперь было видно его лицо.

– С тобой все будет в порядке, я обещаю.

Лицо? Лицо, которое она ни до этого, ни после никогда не видела. Пайпер посмотрела на листок в руке. До теперешнего момента.

Воспоминания не отпускали ее, но постепенно ослабили хватку. Она переключилась на окружающий мир. Боже, откуда это взялось? Ее руки тряслись. Она почувствовала какое-то неудобство на лице и подняла руку.

Кровь.

Из носа текла кровь.

Дин держал сердечко кулона на ладони.

Медальон Джуди.

Он провел большим пальцем по гравировке из роз, ощущая каждый изгиб металла. Сколько раз он хотел это сделать!..

Если бы я только мог почувствовать это опять.

И что тогда? Все было бы хорошо? Не было ли это лишь его фантазией? Как будто медальон Джуди служил волшебным талисманом, охраняющим от боли.

А теперь…

Вот он наконец-то у него в руках, но…

Ухмыляющееся, блудливое лицо Уайти Доббса промелькнуло перед глазами.

Неожиданно медальон отяжелел, утратил свою привлекательность, оскверненный прикосновениями этого невообразимого человека, вневременного монстра, надсмеявшегося над всей жизнью Дина.

«Может быть, мой вид спровоцировал сердечный приступ…»

Слова Уайти Доббса звенели в голове, как назойливый клаксон. Сколько поисков, но медальон не был найден. Теперь Дин понимал почему.

Уайти Доббс забрал его.

Но это невозможно. Невозможно.

Ничуть не постарел, ни на секунду.

«Она умерла не в одиночестве».

Великий Боже, сделай это невозможным.

Дин провел пальцем по краю медальона, нащупал пружину. Потом большим пальцем аккуратно открыл медальон.

Справа красовалась фотография Джуди – красотки Джуди, как раз такой он ее и помнил. А слева, куда Джуди с любовью поместила снимок Дина столько лет назад, ухмылялся отвратительный образ Уайти Доббса.

Значит, мы вместе навсегда.

***

Они собрались в конференц-зале ровно через час, как было условлено. Отсутствовали только Джон и Дин. Кой остался снаружи, поджидая их, примостившись на маленьком раскладном стульчике.

Пайпер с такой яростью терла руки, словно собиралась высечь искру для огня, мысленно все время обращаясь к незнакомцу, Илии. Чем больше она об этом думала, тем яснее становились воспоминания. Мужчина, которого она видела той ночью, был высокого роста. Конечно, ребенку все взрослые кажутся высокими, но она помнила и другое, например, его одежду: голубые джинсы, потертые ботинки, длинный армейский зеленый плащ и черную майку под ним, ковбойскую шляпу с нависшими полями.

Такая же одежда оказалась на Илии в тот момент, когда его арестовал Джерри. Как такое могло быть? И о чем это говорило?

Пайпер взглянула на часы. Джон уже должен был вернуться с Дином на буксире. Что же их задержало? Хотя он всегда не достаточно ей доверял, Пайпер безумно хотела увидеть Дина.

Где же они?

Кой понял: дело плохо – как только увидел отрезанную голову, влетевшую в дверь, как окровавленный шар для боулинга. Во-первых, подпрыгивая и ударяясь о дверь конференц-зала, она оставляла пятнистый кровавый след и ошметки сосудов на желтовато-коричневом ковре – а шерифу Эвансу не понравилась бы кровь и ошметки на его ковре. Во-вторых, вид отрезанной головы должен был вызвать обморок у помощника, а шериф Эванс не любил слабаков.

Но Кой ничего не мог поделать, и весь мир погрузился во мрак.

Удар в дверь был сильный и уверенный.

Натан Перкинс, чье сознание более-менее прояснилось, оказался ближе всех к двери. Он сразу среагировал, приняв удар за стук. Он ожидал увидеть бесстрастное лицо помощника Чиверса, который пришел сообщить, что прибыли шериф и Дин. Но вместо этого взору открылся пустой коридор…

А у его ног… Человеческая голова!

Натан завизжал, совершенно не контролируя себя. Звук заставил всех подбежать к дверям…

Теперь уже Натан визжал не один.

***

– Ничего не трогайте, – выпалил Джерри, одновременно расстегивая кобуру своего табельного револьвера. Голос у него был на грани срыва. Нильс перешагнул через голову, призывая своего напарника.

– Чиверс, – повторил он в глубину коридора.

Там в вестибюле, включив яркий свет, Джерри увидел Коя, распростертого на полу. Профессиональным взглядом Нильс сразу же определил, что его напарник дышит.

– Пайпер, проверьте Чиверса. Я выйду на улицу.

Ночной воздух принес ему сильное облегчение. Октябрьский мороз пощипывал ноздри. На улице было тихо, воздух замер. Снег засыпал голову, плечи, руки.

Грузовик с эмблемой Весткрофтского колледжа резко и неуклюже остановился. Мотор не был заглушён. Дверь открылась. Джерри быстрым движением выхватил оружие. На светлый снег ступил Дин.

– Док Трумэн? – окликнул Джерри.

Дин взглянул на револьвер. Потом поднял руки. Джерри опустил ствол.

– Слава Богу, вы здесь. Кое-что произошло. Где шериф? У Дина опустились руки и обвисли плечи.

– Шериф? Я думал, он с вами.

Морщинка беспокойства прорезала лоб Джерри.

– Нет. Он поехал за вами с час назад.

– Я его не видел.

Новый вопль сотряс воздух. Он шел изнутри. Джерри ринулся в офис, уловив неясный крик Дина позади себя, звук закрывающейся двери машины. Видимо, тот полез выключить мотор.

Джерри Нильс не стал ждать. Он вломился в конференц-зал. В проеме стояла трясущаяся Пайпер и громко кричала. У ее ног лежала человеческая голова. Она была повернута лицом вверх.

И Джерри понял, что смотрит в мертвое белое лицо Джона Эванса.

глава 29

Мейсон обрадовался, что «Приют лесопильщика» был открыт, и там шла оживленная жизнь, несмотря на погоду. Если уж ему предстояло узнать друга своей дочери, то он предпочитал сделать это там, где подавали пиво. Дэвид Левин обнял Тину. Она так и таяла в его объятиях.

Мейсон его ненавидел. Но он кивнул и заставил себя улыбнуться. Предполагалось, что эта встреча поможет навести мосты, а потом, как сказал ему Джон, намечалось грандиозное празднество.

Вся неразбериха закончилась.

Бродяга, запугавший весь город, теперь, слава Богу, под арестом. А насчет «полароида» Джон сообщил, что эффект фотоснимка оказался редким трюком, а не галлюцинацией – Дин сумел это установить. Значит, Мейсон не сходит с ума.

Но почему Уайти Доббс? Почему открылась именно эта страница памяти? Неважно. Теперь все кончено. Пусть загадки остаются Джону и Дину. Теперь, когда проезд закрыли, а мост уничтожили, у Мейсона возникли своего рода каникулы.

Он окинул взглядом ресторан, который был заполнен наполовину, несмотря на ненастье. Жители Черной Долины были крепкими малыми. Они гордились тем, что «утерли нос» разгулявшейся природе. Что ж, ему это нравилось.

– Разве не здорово, папочка? – ворковала Тина, не выпуская руки своего молодого возлюбленного.

Мейсон почувствовал прилив ревности. Он с трудом преодолел его и солгал:

– Здорово, да здорово, дорогая.

Счастливый Дэвид Левин улыбнулся. Это был приятный молодой человек, отлично одетый, с поставленной речью. Оказалось, что он весьма успешно начинал свое дело. Тем лучше для него. Но все же Тина оставалась для Мейсона маленькой дочкой. И то, что произошло с фотографией, трюк то был или нет, только усилило страх потерять ее.

Тина вытянула руку перед собой, любуясь колечком с жемчугом, которое ей подарил Дэвид Левин перед обедом. Кольцо? Очень личный подарок. В следующий раз он ей подарит бриллианты? Как скоро Мейсон потеряет свою малышку?

Но мысленно он напомнил себе: «По крайней мере, это не Уайти Доббс».

Дин бежал по коридору навстречу им. Пайпер подняла на него глаза, затуманенные слезами, пытаясь понять, что происходит.

– О Боже, Дин, это ужасно, – она бросилась к нему на шею. – Слава богу, ты жив.

Остолбеневший Трумэн с минуту стоял без движения, потом крепко обнял ее.

– Что случилось? – спросил он.

– Мы думали, что ты тоже умер, – вторил ей Натан.

Он сидел на раскладном стуле, обернув лоб мокрой тряпкой. Пайпер неохотно выпустила Дина из своих объятий, отступила назад и посмотрела ему в лицо. Облегчение сменилось беспокойством. Он выглядел больным.

Его лицо было пепельного цвета, глаза потухли.

«Что-то с ним случилось, – поняла Пайпер. – Что-то очень-очень плохое».

– Это Джон, – сказал Джерри.

В углу на столе возвышалось нечто, накрытое белым льняным полотенцем. Очертания напоминали по форме шар.

– Джерри? – переспросил Дин.

– Это шериф. Он убил его, – помощник судорожно вздохнул и снял полотенце. – Его обезглавили, доктор Трумэн.

Дин беспомощно моргнул и уставился на отрезанную голову своего старого, лучшего друга.

– Джон? – спросил он.

Как член суда присяжных, доктор Трумэн видел достаточно в своей практике, чтобы сразу же понять, что имеет дело с реальным фактом, как бы тяжело ни было осознать его. Рот закрыт, челюсти стиснуты, но глаза, мутные, как будто запотевшее стекло, смотрели прямо на Дина.

– Джон, – прошептал Дин.

– Что? – раздался сзади мощный баритон.

Все как один обернулись. Воздушное пространство комнаты было опустошено глубоким вздохом всех присутствующих. Джерри, Мегги, Дин, Кой, Натан и Пайпер в недоумении уставились на входную дверь.

В дверях стоял шериф Джон Эванс, живой и здоровый, с головой на плечах. Джерри пнул стол.

Отрезанная голова скатилась на пол, упав со стуком, как спелая дыня, прокатилась по ковру и остановилась прямо у огромных ботинок шерифа. У Джона нервы были крепче канатов, а самообладание поистине сверхчеловеческое. Он нагнулся и поднял голову за серебристо-черные волосы. Из раны на шее текли кровь и лимфа. Джон приблизил голову к глазам и, не мигая, уставился в свое собственное лицо.

– Черт, – вот все, что он сказал.

Стон умирающего динозавра послышался в стороне, когда помощник Чиверс снова потерял сознание.

Тина рассказывала про учебу, про общежитие, но больше всего про Дэвида. Про великолепного, уникального Дэвида. Они так недавно познакомились, но он уже назначил ей романтическое свидание на озере. Мейсон решил, что должен позвонить ее матери, как только вернется в Портленд. Может быть, ей удастся предотвратить столь раннюю, скоропалительную связь.

Тина пустилась в нескончаемые рассуждения о своем преподавателе истории, без конца меняющем одежду, а Дэвид Великолепный поощрял ее улыбкой, когда Мейсон вдруг услышал этот невнятный звук.

Клик.

Флип.

Такой негромкий звук, почти потонувший в звоне посуды и болтовне. Однако Мейсону звук показался смутно знакомым. Он не знал, что это было, но точно знал, где он слышал подобное. Этот звук приходил к нему в ночных кошмарах…

Они снова сгрудились в конференц-зале – все в нервном потрясении и с красными глазами. Пайпер обхватила себя руками, не веря, что когда-нибудь согреется.

Джон объяснил, как автокатастрофа задержала его по дороге и как он, не обнаружив Дина в школе, вернулся сюда.

– Мне все это не нравится. Нет, сэр, нисколько, – жалобно сказал Натан. – Это не правильно. То чудовище… Этот маньяк, напавший на мою Аву, – не человек.

– Давайте успокоимся, – сказал Джон твердым, но раздраженным голосом.

Ему удавалось держать себя в руках, хотя Пайпер заметила, как он сжимает портупею, застегивая и отстегивая ремешок кобуры. – Здесь много странного происходит…

– Это несколько слабо сказано, – выпалил Натан.

– Но мотив остается неясным. Однако, я думаю, у нас появилась ниточка…

– Ниточка, ниточка, – воскликнул Натан. – О каких ниточках ты толкуешь?! Это целая петля, аркан. Без обид, Джон, но ты спятил? Твоя голова вон там, в холодильнике, а ты несешь чушь про мотивы!

– Не вижу смысла паниковать.

– Смысла ни в чем нет, – завопил Натан на пределе, всплеснув руками. – Мы в ловушке, Джон. Чиверс прав. Как бы ты ни кружился, мы все равно в ловушке. Пойманы Бог знает чем.

– Я скажу вам чем, – вдруг произнес Кой с вытаращенными глазами. Воздух был наполнен тяжелым запахом кофе, смешанным со страхом.

– Я думаю, это колдовство!

– Колдовство, – повторил Джерри.

Он покачал головой и рассмеялся, глазами поискал у других поддержки, но безуспешно. Улыбка увяла.

Дин молчал. Он сидел понурив голову.

Пайпер почувствовала, как будто у нее в желудке переворачивается гремучая змея.

Что-то случилось с Дином.

– Друзья, мы должны поддерживать город, – сказал Джон. – Если нас охватит паника, то шанса уже ни у кого не останется.

Потом Джон повернулся к мэру.

– Натан, я знаю, ты переживаешь из-за Авы, но мы надеемся на тебя. Ты нам нужен. Теперь больше, чем когда-либо. Разве можно быть в таком настроении? Как народ отреагирует?

Натан все еще сидел с упавшим видом.

– Люди все издергались. Но большинство думает, что дело в буре. Я убедил их не прекращать дела.

Джон кивнул и повернулся к помощникам.

– Нет следов пропавшего Илии?

– Никаких, – сказал Джерри. – Телефонная связь прерывистая, но насколько я понял, его снимки не вызвали тревоги у ФБР. Кроме того, я расклеил его портреты на всех оживленных точках. Ничего.

– Может быть, нам стоит расклеить фотографии Уайти Доббса? – Дин спросил это безжизненным голосом, но его слова взбудоражили группу.

– Доббса? – Джон почесал подбородок мозолистой рукой. «Этот подбородок только что упирался в ковер», – подумала Пайпер, не в силах остановить свои мысли.

– Кто такой Уайти Доббс? – спросил Джерри уже второй раз за день.

– Подросток, которого мы зарыли заживо двадцать два года назад за то преступление, что он не совершал, – ответил Дин.

– Б-б-боже милостивый, – запинаясь, простонал Кой.

– Зарыли? – повторил Джерри, как будто разом утратив способность понимать по-английски.

– Это было наказание, – Джон посмотрел на Дина. – Мы думали, что он изнасиловал мою сестру.

– Джуди? – спросила Мегги, а потом обратилась к Дину: – Вашу жену?

Дин кивнул.

Каждая клеточка сердца Пайпер пульсировала от страха.

– Это не может быть Доббс, – сказал Натан. – Несмотря на все, что я слышал. Он давно мертв.

– Это Доббс, – сказал Дин беззвучным и тусклым голосом. – Я знаю. Я его только что видел.

– Что? – непонимающе спросил Джон. – Когда?

– Меньше часа назад. Он проник в школу. Джон, он не состарился ни на минуту. Ни на минуту.

– Это невозможно.

– А ты держишь собственную отрезанную голову! – с вызовом бросил Дин. – Это был он. Уайти Доббс.

– Двойник, – также с вызовом сказал Джон.

– Такой же голос. Тот же смех.

На лице Джона проступили красные пятна – от раздражения или ярости, точно Пайпер не могла определить.

– Он оставил вот это, – Дин Трумэн раскрыл ладонь, на которой лежал медальон в форме сердца.

В тишине комнаты было слышно, как вздохнул Джон:

– Медальон Джуди? Дин кивнул:

– Он исчез из больницы в ту ночь, когда она умерла. Кой тихонечко завыл.

– Чушь собачья! – слова Джона резко рассекли воздух. – Совершенная чушь собачья! Если ты кого и видел, то парня нашего возраста, побывавшего у пластического хирурга, или кого-то, загримированного под Доббса.

– Не настолько. Никакая пластическая хирургия не справилась бы.

– Никто не мог сделать такой полароидный снимок, но они сделали, – сказала Пайпер, поднимаясь со стула. – Близкая наука, не так ли ты говорил, Дин? Технология – уже открытая, но еще не освоенная. Если они могут делать подмигивающие фотографии, я могу поверить, что им удалось превратить тридцатидевятилетнего мужчину в подростка. – Джон кивнул, впервые одарив Пайпер подобием одобрительной улыбки. – Ты же сам говорил, Дин. Кто-то пытается сбить тебя с катушек. Подтолкнуть к краю. Что может быть лучше, чем заставить тебя думать, что Уайти Доббс вернулся? Я понимаю, что это притянуто за уши, но звучит гораздо убедительней, чем другие доказательства.

Джон глубоко и почти облегченно вздохнул и обхватил друга за плечи:

– Послушай меня. Ты мне нужен, Дин. Мне так нужен твой ум. Они хотят заставить тебя поверить в то, что ты сумасшедший. Если ты на это поймаешься, они победят. Ты меня слышишь? Они победят.

– Кто победит? – требовательно спросил Дин. – Какого черта и кто мог все это сделать только для того, чтобы победить меня?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20