Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Фанаты: Триумфальное шествие футбольных хулиганов по Европе

ModernLib.Net / Контркультура / Бримсон Дуги / Фанаты: Триумфальное шествие футбольных хулиганов по Европе - Чтение (стр. 9)
Автор: Бримсон Дуги
Жанр: Контркультура

 

 


Немецким хулиганам хорошо известно, что, если любой английский клуб или английская национальная сборная проводят свои матчи в Германии, их всегда сопровождает огромный десант фанатов. Это является одним из определяющих факторов в отличиях двух фан-культур. Английскими хулиганами подобные игры рассматриваются как войны, тогда как немцы относятся к ним с позиции искателей приключений. Если большинство английских фанатов рождается с чувством любви и преданности к своей команде, то их немецкие коллеги сами выбирают свой клуб без всякого давления со стороны родителей, братьев и друзей. Особенно это относится к хулиганам, сопровождающим национальную команду. Во время международных матчей среди ее болельщиков присутствует дух товарищества, который объединяет даже самых непримиримых противников. Благодаря этому сборную

Германии во время ее выездов поддерживает все большее количество фанатов. В Бельгии в 1995 году их было 600 человек, немногим меньше в Роттердаме в 1996 году и почти 700 в Лансе во время чемпионата мира 1998 года. В том самом Лансе, где ими чуть ли не до смерти был избит французский полицейский Даниэль Нивель.

Единственное место в Европе, куда не выезжают немецкие хулиганы, это Англия. Конечно, существуют некоторые опасения относительно того, что может случиться в ходе такого визита, однако главная причина кроется в проблемах, связанных с дорогой. Колесить по Европе достаточно просто, но для того, чтобы пересечь пролив, вам необходимо брать билет на паром или поезд, что позволяет властям легко контролировать действия и перемещения хулиганов, многие из которых, как показала практика, часто задерживались на границе и отправлялись обратно домой. Сегодня немецкие фанаты не особо переживают по этому поводу, что, однако, не очень-то на них похоже! Тем не менее стоит англичанам самим приехать в Германию, как местные хулиганы тут же готовы дать им решительный бой.

В то же время англичане – не самые главные соперники. Такая честь принадлежит голландцам. Корни взаимной вражды, конечно же, уходят в историю Второй мировой войны, когда фашистская Германия завоевала Голландию всего за три дня. Неудивительно, что жители страны тюльпанов затаили на немцев глубокую обиду. Кроме того, нация испытывает чувство вины за то, что многие тогда сотрудничали с фашистским режимом. Теперь все это сказывается главным образом на футболе.

Первые наиболее ожесточенные столкновения фанатов двух стран произошли во время чемпионата Европы 1988 года, когда голландцам все-таки удалось взять верх над сборной ФРГ у нее дома. Голландские фанаты буквально сходили с ума, празднуя победу своей команды, когда во время этого пиршества пронесся слух, что один из игроков сборной Нидерландов демонстративно подтерся футболкой национальной команды ФРГ. В тот вечер вся Германия словно обезумела, а сотни местных хулиганов устроили крупную драку с голландцами в центре Гамбурга. Столкновения сопровождали игры двух сборных и в 1989 году.

Ненависть еще более окрепла годом позже, в 1990-м, когда наша команда встречалась со сборной Голландии на чемпионате мира в Италии. Волна негодования прошла в рядах немецких фанатов, когда с поля был удален Руди Фёллер, ответивший на плевок Франка Райкаарда, которому арбитр матча тоже показал красную карточку за неспортивное поведение. Сразу же после этого эпизода драки стали вспыхивать одна за другой по всем городам вдоль германско-голландской границы. Встречи двух национальных сборных в 1996 и 1998 годах также не обошлись без серьезных столкновений.

Упоминание о Второй мировой войне приводит нас к одному из наиболее значимых и существенных аспектов хулиганского движения в Германии – политике. Многие считают, что все хулиганы стройными рядами вливаются в состав сил неонацистов или принадлежат к движению крайне правых. Однако это не так. Конечно, они не отрицают силовых методов борьбы с противником тогда, когда их провоцируют, например, когда оскорбления переходят все границы. Но война закончилась около 60 лет назад, и немецкий народ даже стал вновь испытывать чувство национальной гордости. Во время чемпионата мира 2002 года по всей стране были проданы все государственные флаги, чего не случалось уже многие десятилетия.

Да, в Германии, как и во всех других странах, присутствуют крайне правые элементы, но их деятельность главным образом разворачивается на востоке. На западе можно увидеть большое количество хулиганов из других стран, на востоке же – в основном немцы. Так, многие из хулиганов бывшей ГДР принадлежат к движению ультраправых, среди которых нельзя не заметить многочисленных бритоголовых.

Объединение Германии в 1989 году сыграло очень важную роль в развитии хулиганского движения. Как-никак национальный футбол пережил ряд важных перемен, и хулиганы с запада повалили в поисках новых ощущений на восток. Полиция там была доведена до отчаяния, а драки не прекращались. Восточные хулиганы очень быстро извлекли уроки из сложившейся ситуации и сейчас являются достаточно мощным противником, с ненавистью относящимся ко всем клубам Западной Германии. Наиболее жестокие хулиганы собраны в Берлине, особенно среди поклонников «Динамо», бывшего клуба ШТАЗИ. Так же серьезную силу представляют фанаты из Магдебурга, Дрездена и Лейпцига. Тем не менее, как и все восточные клубы, они редко куда выезжают, поэтому основные столкновения происходят во время визитов команд с запада.

Удивительно, что, в то время как многие из них принадлежат к ультраправому крылу, они часто провоцируют нас песнями и флагами бывшей ГДР!

Для большинства немецких хулиганов соперничество запада и востока носит крайне жестокий характер. Об этом говорят долгие годы, но до сих пор ничего грандиозного так и не произошло. Однако в один прекрасный день все может измениться, как только две стороны сойдутся лицом к лицу. Вот тогда-то мы и узнаем, кто в Германии самый крутой.

«Хулиганы ФРГ!»

Глава 8

ИТАЛИЯ

В 1980 году, когда хулиганское движение в Англии еще стремилось к своему зениту, а ваш покорный слуга был младшим техником в Королевских ВВС, мне посчастливилось провести несколько недель на Сардинии, где нам пришлось потрудиться в эскадрилье истребителей «Харриер».

На следующий день после нашего прилета мы узнали от одного местного жителя, что в субботу «Кальяри» встречается с «Ювентусом». Так как многие из нас были фанатами футбола, которые ни разу в жизни не посещали матчей итальянского первенства, то мы решили почтить эту игру своим присутствием и показать итальянцам, что на самом деле представляют собой настоящие английские болельщики.

К сожалению, огромное количество работы и жуткое похмелье внесли существенные коррективы в наши планы, так что на игру смогли отправиться только трое самых стойких. Среди них оказался уроженец Глазго, именуемый нами, ясное дело, не иначе как Джоком <джок, джоки – презрительное прозвище, данное шотландцам англичанами, потешающимися над забавным, по их мнению, именем Джок. В свое время, кстати говоря, сборную Шотландии возглавлял Джок Стин.>, который славился тем, что все его тело покрывала вытатуированная футболка «Селтика». К нему присоединился гигант габаритами шесть на шесть футов, «гунер» <полупрезрительное прозвище, присвоенное болельщикам «Арсенала» в противовес их официальному названию «ганнерс» (gunners – «канониры). Тем не менее фанаты „Арсенала“ достаточно спокойно относятся к нему и даже пользуются этим менем, содержащим игру слов. Его можно понимать и как „громила“, „головорез, „неприятный тип“, и как „тупица, «болван“, «неумеха“.> по кличке Малыш (а как иначе?), ну и, конечно же, я.

Наш итальянский на тот момент не позволял заказать даже три традиционные бутылки пива, но, чтобы не нарушать привычный ритуал во время шествия на стадион, мы накупили себе различных шарфов и флагов в качестве сувениров, после чего расположились в секторе за воротами в ожидании начала матча.

Мы быстро поняли, что итальянские футбольные фанаты – истеричные типы. Даже угловые удары сопровождались самыми неимоверными воплями, а в один из моментов, когда игрок «Кальяри» угодил в штангу, я думал, что скакавший передо мной фанат покончит жизнь самоубийством.

Привыкшие к напряженной и взрывоопасной атмосфере, царившей на матчах в Англии, мы стали относиться к такому роду эмоциональной разгрузки с некоторым чувством юмора. Однако с началом второго тайма Малыш заметил, что вокруг наших мест образовалось пустое пространство и, не обращая внимания на продолжавшуюся игру, злые глаза смотрели уже не на поле, а на нас.

Как говорится, мы попали. Последние сомнения исчезли с приближением одного из местных, смачно плюнувшего нам под ноги.

В то время как мы разрабатывали планы побега из сектора, под завязку набитого сумасшедшими итальянцами, многие из которых хорошо помнили о погромах, учиненных толпами наших земляков несколькими месяцами ранее в Турине, к нам подошел парень средних лет, сказавший: «Они думают, что вы враги. Машите вашими флагами». Раздираемый на части желанием сохранить для своей коллекции флаг «Кальяри» в девственной чистоте и выбраться отсюда живым, скоро я уже вовсю махал им над головой, как и мои коллеги. И хотя пустое пространство вокруг нас по-прежнему сохранялось, мы перестали чувствовать на себе испепеляющие взгляды фанатичных хозяев.

Когда мы возвращались домой, меня вдруг поразила одна мысль. Как и большинство тогдашних английских болельщиков, я справедливо полагал, что равных нам футбольных фанатов просто не существует, мы непобедимы. Сама идея, что кто-то посмеет бросить нам вызов, была смешной. И даже если бы такое произошло, то мы бы без особых проблем отпрессовали таких героев, потому что... потому что мы англичане. Именно так.

Я абсолютно уверен, что до сих пор многие думают так же. Достаточно посмотреть репортаж о бесчинствах английских хулиганов в Марселе во время чемпионата мира 1998 года. Но вечер, проведенный на стадионе «Кальяри», преподал мне хороший урок.

С того дня я стал пристально наблюдать за всем, происходящим вокруг итальянского футбола, и хотя сама игра меня почти не интересовала, события вне футбольных полей просто поражали своим размахом. В последние годы обстановка на трибунах итальянских стадионов претерпела существенные изменения, и то, что сегодня на них происходит, вызывает изумление даже у англичан. Дело в том, что за всем этим стоят группировки ультрас.

Термин «ультрас», как правило, ассоциируется с простыми хулиганами, однако это не всегда так. Хулиганов можно определить по одной лишь агрессии, тогда как ультрас в футбольном понимании – это всеобъемлющий термин, уходящий своими корнями глубоко в политическую историю Италии. Действительно, политика занимала центральное место в движении ультрас с самого его зарождения в конце 60-х годов.

Основной причиной такого положения дел в послевоенной Италии стало довольно быстрое распространение политического конфликта на все сферы жизни общества, включая спорт. В футболе же политические разногласия привели к тому, что одни команды стали считаться левыми, а другие – правыми, в зависимости от социального статуса их сторонников. Например, в Милане одноименный клуб стал командой традиционно левого рабочего класса, тогда как «Интернационале» представлял более богатый средний класс, что в результате обусловило большую поддержку правых.

Неудивительно, что политические пристрастия, распространившиеся на футбольные трибуны, создали благоприятную почву для деятельности экстремистских элементов, что особенно коснулось правого крыла. Когда итальянскому «Общественному движению» было запрещено проведение акций на улицах городов, оно обратило свои взоры в сторону антисоциальных элементов, наводнивших стадионы, рассчитывая на их поддержку и по ходу дела вербуя новых сторонников. В результате многие футбольные клубы, включая «Лацио» и «Интер», стали колыбелью правого экстремизма.

Одним из последствий такого политического влияния стало появление непримиримых противников и возникновение клубных альянсов. Примером тому может послужить «Болонья», чья группировка ультрас, объединив усилия со своими левыми коллегами из «Милана», повела борьбу с крайне правой группировкой ультрас «Лацио». Это также привело к появлению у различных групп ультрас своеобразной униформы: зеленые парки или камуфляжные военные куртки и брюки, кепки с банданами, повязанными вокруг шеи так, чтобы их легко можно было в случае стычки натянуть на лицо.

Еще одним политическим аспектом в деятельности ультрас с самых первых дней их существования стала организация членства. Это позволяло группировкам развиваться в нечто большее, чем в простое объединение фанатов. Они становились настоящими общественными организациями, основной целью которых была поддержка любимой команды.

Движение ультрас также переняло обычную практику из области политики, заключавшуюся в выкрикивании лозунгов и изготовлении флагов и транспарантов, выражающих чувства футбольных болельщиков. Не так давно, а именно в феврале 2000 года, министр внутренних дел Италии запретил демонстрацию всех политических флагов на стадионах, после того как «Иридучибили» <«непримиримые (ит.)»>, группировка фанатов «Лацио», вывесила транспарант, прославляющий сербского лидера Аркана.

Однако необходимо отметить, что выступления и атрибутика ультрас во время футбольных матчей в основном носят довольно аполитичный характер. Не политика, а постановка впечатляющих театрализованных представлений, в ходе которых может использоваться все – от транспарантов, сигнальных ракет и хорового пения до лазера, – является одной из главных особенностей поведения итальянских болельщиков, резко отличающей их от английских коллег.

В то время как английские фан-клубы являются не чем иным, как питейными заведениями или местами, где можно достать билет, а связь болельщиков со своими клубами практически отсутствует, в Италии все обстоит совсем иначе.

Причина этого достаточно проста. Так как планирование различных мероприятий в день матча требует времени и больших финансовых расходов, ультрас приходится организовывать сбор крупных денежных средств. Поэтому практически каждая такая группировка пополняет свой бюджет за счет организации специальных автобусных рейсов на выездные матчи и продаж сувениров – шарфов, шапок и наклеек с названием клуба или его эмблемой. Такая деятельность настолько выгодна для некоторых богатых клубов, что они уже сейчас выставляют товар подобного рода в собственных магазинах, где продают его наряду со своей официальной продукцией. Проще говоря, значительная часть доходов от такой деятельности поступает непосредственно группировке, которая использует вырученные средства для производства флагов и транспарантов, а также закупки пиротехники.

Кроме того, многие группы разработали такую схему членских взносов, которая позволяет собирать значительную сумму денег перед началом каждого сезона. Другим положительным аспектом является то, что это дает возможность каждому участнику группы почувствовать, что он является неотъемлемой частью движения ультрас и играет в нем свою собственную роль, какой бы она ни была на самом деле.

Совершенно очевидно, что организация, стоящая за подобной деятельностью, носит достаточно разветвленную сеть, что подводит нас к другому важному аспекту жизни и работы итальянских ультрас – структурности.

Центральное звено группировок крупнейших клубов, состоящее из старших и наиболее уважаемых ее членов, определяет все – начиная с дизайна флагов и заканчивая текстами песен, распеваемых в день матча. Их окружают люди, отвечающие за финансовые вопросы, транспорт, закупки и даже приобретение билетов у клуба. Возможно, кто-то удивится, когда узнает, что среди этих людей иногда встречаются женщины.

Нет сомнения в том, что итальянская фан-культура оказала огромное влияние на европейский футбол, и хотя подобный уровень редко где встретишь, такая практика показывает, чего можно достичь, когда у фанатов появляется желание и стремление к созданию собственной организации. К сожалению, хотя многое в итальянском футболе является положительным примером, у группировок ультрас есть и своя темная сторона.

Подобно тому, как это было в Англии, столкновения итальянских болельщиков на протяжении десятилетий носили постоянный характер, а с рождением движения ультрас и эскалацией клубных противостояний в начале 70-х годов эта проблема приобрела совершенно иное измерение. Наконец, Федерация футбола Италии провозгласила день 21 декабря 1975 года «днем дружбы», с тем чтобы фанаты забыли о прежних конфликтах и начали заново строить свои отношения.

Можно сказать, что в некоторой степени эта акция увенчалась успехом, который во многом был обусловлен спадом в деятельности различных политических движений в середине 70-х.

Однако спустя два сезона проблемы не только вернулись к прежнему уровню, но и усугубились, на что повлиял ряд существенных факторов. Одним из наиболее важных следует признать гнев итальянцев из-за крушения их политических надежд, что сказалось в ходе многочисленных уличных стычек между сторонниками правых и левых. Более того, Италия того времени переживала бум развития молодежной культуры, в частности движения скинхедов. Вкупе с ксенофобией и расизмом оно привело к стремительному росту количества правых, особенно среди тех групп ультрас, которые являлись сторонниками именно этого политического направления.

Не меньшая роль принадлежала полиции, которая стала большой проблемой для ультрас из-за своего твердого намерения взять под контроль ситуацию на футбольных стадионах. В результате это заставило футбольные группировки переместить поле своих битв со стадионов на улицы, кульминацией чего стала гибель одного из фанатов во время римского дерби «Рома»-«Лацио» в 1979 году.

К концу 80-х феномен ультрас распространился на клубы низших серий итальянской футбольной лиги, и на фоне общего снижения политической активности акцент стал смещаться в сторону более склонной к мятежу провинции. Группировки ультрас, принадлежащие таким клубам, как «Верона», «Аталанта» и «Брешия», строили собственную политику, направляя все усилия на защиту своей территории и своих цветов.

То же самое относилось и ко многим более богатым клубам, фанаты которых неожиданно столкнулись с тем, что им пришлось делить свои сектора и трибуны с мелкими группами, состоящими в основном из подростков, рассматривающих посещение футбольных матчей как повод для драки. У этих итальянских казуалов, известных под прозвищем «Кани Шиолти» («Бродячие псы»), не было времени на заключение всяких там альянсов и соблюдение правил. Вместо всех этих церемоний они старались создать как можно больше проблем не только для своих соперников, но и для полиции, у которой вновь появился интерес к происходящему вокруг футбольных матчей.

Приводимая ниже статья создает достаточно ясную картину того, что происходит сейчас в Италии и почему. Она написана Лоренцо Контуччи и переведена на английский абердинцем Стэном Теином и Ивонной Скотт, за что я им очень благодарен.

Однако, прежде чем перейти непосредственно к самой статье, я должен остановиться на трех важных моментах, касающихся итальянского футбола, и в первую очередь стоит обратить внимание на средства массовой информации.

В такой фанатично относящейся к спорту стране, как Италия, никого не должно удивлять наличие большого количества спортивных изданий, на чьих страницах первое место, конечно же, принадлежит футболу. Тем не менее, как и во многих других европейских странах, журналисты не склонны замечать позитивные моменты, связанные с национальным футболом, обращая все внимание только на негативные.

Такая тенденция получила свое развитие в начале 70-х, когда любой инцидент с участием футбольных фанатов получал самое поверхностное освещение. Но начиная с середины 70-х событиям на трибунах и деятельности группировок ультрас за их пределами стали посвящаться целые газетные разделы. В конечном счете такое внимание прессы привлекло полицию, которую все больше стал тревожить тот факт, что подобные публикации оказываются не сдерживающим фактором для футбольного насилия, а, наоборот, его катализатором.

В результате пресса разразилась критикой в адрес полиции, которая, в свою очередь, ужесточила меры по борьбе с ультрас.

Однако сенсационный характер статей и репортажей привел к тому, что ультрас стали обвинять журналистов в домыслах и лжи, устроив на некоторых из них настоящую охоту. Некоторые группы даже стали писать имена таких нерадивых журналистов на своих транспарантах. Один из наиболее заметных инцидентов связан с Альдо Бискарди, ведущим популярного спортивного шоу «Иль Процессе Дель Лунеди» («Разбирательство по понедельникам»).

После гибели болельщика «Ромы» накануне игры с «Миланом» Бискарди выступил с яростной критикой в адрес ультрас, и когда полиция по горячим следам задержала трех подозреваемых, ультрас «Милана» пришли в негодование, обвинив во всех своих бедах непосредственно журналиста. Их ответ не заставил себя долго ждать. Уже на следующей домашней игре «Милана» они представили публике специально изготовленный транспарант, на котором было написано: «Бискарди, ты – ублюдок!»

Следующее, на чем мы должны остановиться, – это поддержка итальянской национальной сборной. Надо сказать, что к поддержке своей сборной команды ультрас относятся с некоторой апатией – только потому, что не в силах забыть о взаимной вражде. Поэтому и отказываются выступать единым фронтом.

Один из наиболее ярких примеров того, насколько абсурдным может оказаться поведение болельщиков на матче с участием сборной, имел место на чемпионате мира 1990 года в Италии, когда фанаты «Наполи» отказались поддерживать национальную команду, удостоив этой чести своего кумира Марадону. В итоге фанаты других итальянских клубов стали болеть за все команды, игравшие против Аргентины. И даже скинхеды (!) самозабвенно болели за Камерун.

В наши дни дело уже не доходит до таких крайностей, но основные идеалы фанатов остаются неизменными, так что поддержка национальной сборной в основном ложится на плечи семей и корпораций.

И последнее, на что стоит обратить внимание в итальянском футболе, – это его будущее. Несмотря на всю ту поддержку, которую оказывают группировки ультрас своим командам, в национальном футболе находится место и для негативных моментов. Зачастую противостояние фанатов принимает самые крайние формы насилия, как, например, в феврале 1995 года. Тогда по всей стране были отменены все спортивные состязания, назначенные на выходные дни, в знак протеста против убийства одного из фанатов «Дженоа» накануне игры с «Миланом».

Прежде всего я говорю о давлении, которое оказывают ультрас на свои клубы. Истории о том, как группы фанатов угрожали клубам массовыми беспорядками, если те откажутся предоставлять им бесплатные билеты, стали уже частью истории, несмотря на то что Федерация футбола Италии называет такую практику незаконной. Также доподлинно известно, что определенные группы имеют непосредственное влияние на заключение контрактов с игроками и их трансферы и даже преуспели в том, что некоторые решения, связанные с жизнью клуба, принимаются в их пользу.

Проблема для футбольных клубов заключается в том, что, позволив ситуации развиваться в данном направлении, они уже не способны справиться с таким положением дел. И тогда как жизнь многих из них завязана на фондовый рынок, деятельность ультрас напрямую влияет на будущее благосостояние команды. В конце концов, какую пользу и кому приносят вырванные сиденья, буйствующие фанаты и сжигаемые на трибунах стадионов флаги?

Трудно представить, как клубы будут решать эту сложную задачу. Но, учитывая статус и важную роль ультрас, не будет неожиданностью, если за столом переговоров по решению данной проблемы в качестве одной из сторон мы увидим именно эти группы.

Теперь сама статья.

«Движение ультрас зародилось в Италии в конце 60-х и окрепло на волне политического протеста, который охватил страну с середины 60-х годов, когда многочисленные группы студентов и „синих воротников“ <рабочие высокой квалификации, относимые ныне многими социологами к инженерно-техническим кадрам> начали выражать свое недовольство руководством страны.

В эпоху, когда уличные столкновения различных политических течений были повседневным явлением, эти группы формировались на основе определенных политических пристрастий, хотя центральное место в сердцах тысяч болельщиков по всей стране занимала их фанатичная и непоколебимая преданность команде.

Не меньшее значение для развития ультрас имели организационные навыки, приобретенные итальянской молодежью на городских площадях и улицах. Такой опыт очень пригодился при стремительном развитии таких групп, как «Ля Фосса Деи Леони» («Львиное логово») у «Милана» в 1968 году и немногим позже «Бойз С. А. Н.» у «Интера» и «Ред энд Блю Коммандос» у «Болоньи».

Впервые термин «ультрас» был использован фанатами двух клубов – «Сампдории» («Ультрас Тито Куччиарони») и «Торино» («Гранатовые ультрас»). Однако именно фанаты «Торино» первыми оставили свой след в истории итальянского футбола, устраивая практически на каждом матче пестрые театрализованные представления.

Следствием этого почина стало появление групп ультрас при всех крупных клубах, и, с учетом опыта английских фанатов и итальянской трибунной культуры, начал быстро формироваться новый стиль поддержки любимых команд.

Однако, в отличие от спонтанности, присущей англичанам, все, что делали группы ультрас, отличалось предельной организованностью. Буквально каждый фанат знал, с чем ему следует прийти на стадион – с барабаном, дудкой, флагом или транспарантом. Этот военный стиль нашел свое отражение в названиях и символике групп, которые выбирались с целью навести ужас на противников, возможно еще не привыкших к такому милитаристскому стилю поддержки.

Вместе с тем в Италии продолжали существовать фирмы, придерживавшиеся английского стиля, отличительными чертами которого всегда были шумные толпы, особое чувство юмора и непременная глумежка с обеих сторон. Одной из таких групп стала «Бригада Джьяллоблу» футбольного клуба «Верона». Предшественница подобных ей групп фанатов «Лацио» и «Интера», она превратила своих членов на какое-то время в подлинных ультрас, для которых на первом месте стояла собственная организация и только потом – команда. Такой корпоративный дух делал их очень грозной силой, способной устрашить любого противника.

Конец геройским подвигам бойцов из Вероны пришел после ареста лидеров группы, обвиненных в организации преступного сообщества, ответственного за многочисленные акты мародерства, вандализма и насилия. Несмотря на протесты арестованных, отказывавшихся нести ответственность за действия каждого участника группы, их дни на свободе были сочтены, и в конечном счете «Бригада Джьяллоблу» прекратила свое существование.

В то время, когда болельщики все еще отождествляли себя с игроками и командой, когда еще не было проблем современного футбола, поддержке команды, обеспечиваемой ультрас, отводилась гораздо большая роль, нежели какой-то там ненависти в отношении соперников. Тем не менее, хотя и редко, неприятности все же случались, и уже очень скоро многие группы стали понимать, какую силу они представляют. На этом фоне стала обостряться борьба за пальму первенства среди фанатов, в чем определенную помощь оказала полиция, упорно не желавшая понимать, что в итальянском футболе появилось новое явление – движение ультрас.

Однако инциденты с участием ультрас не всегда ограничивались драками на стадионах. Группы тщательно планировали диверсионные вылазки на территорию противника, чтобы его унизить, захватив драгоценные флаги и транспаранты. Такая форма организации, типичная для ультрас начала 70-х, получила свое развитие и совершенствование уже в следующем десятилетии.

Конечно, с развитием движения ультрас некоторые группы на фоне остальных стали выделяться. Одной из таких групп стала «Ультракоманда Южной трибуны» («Commando Ultra Curva Sud» – CUCS) столичной «Ромы». Образованная в 1977 году на основе слияния небольших групп, она первой выдвинула идею хореографической поддержки на итальянских стадионах, которая вскоре была перенята фанатами по всему миру, добавив экспрессии к обычному способу выражения болельщиками своей страсти и преданности команде.

К великому сожалению, эта же группа стала ответственной за первую смерть футбольного болельщика в Италии. 28 октября 1979 года фанат «Лацио» погиб в результате выстрела сигнальной ракеты, запущенной из сектора, где расположились сторонники CUCS.

В результате судебного разбирательства по этому инциденту CUCS была названа «вооруженной группой», которой запретили вывешивать свои транспаранты на всех играх национального первенства. Несколькими годами позже санкции с группы были сняты, что привело к новому расцвету фанатской атрибутики.

Спад активности CUCS начался в 90-х годах, когда после ряда внутренних разногласий группа стала терять контроль над Южной трибуной. В начале сезона 1999-2000 годов ей на смену пришло новое объединение, носящее название «Ультрас ФК „Рома“.

К концу 80-х годов уровень насилия, связанный с участием ультрас, достиг небывалых размеров, и многие группы из числа зачинателей движения начали угасать, так как ветераны движения стали приходить в уныние от всего происходящего вокруг. Одной их главных причин такой реакции стал отказ многих новых групп от основополагающих принципов и идеалов, провозглашенных на заре становления движения ультрас. В «Лацио», например, на смену традиционному «итальянскому стилю» поддержки, принесшему огромную популярность «Игле Саппортерс», пришел «английский стиль», который стал привлекать все большее количество фанатов по всей Европе. Именно на волне этого подражания в 1987 году появилась группа под названием «Иридучибили».

Эта новая группа, не скрывающая своих крайне правых взглядов, вскоре подчинила себе Южную трибуну Олимпийского стадиона Рима и стала распевать песни, перенятые у английских болельщиков.

Поначалу некоторые из таких групп не воспринимались всерьез, и хотя они успели показать свою хорошую организованность и силу, их лидеры постоянно слышали обвинения в предательстве идеалов итальянского футбольного движения и заботе только о собственных кошельках.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19