Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Вавилон 5: Легионы огня - Долгая ночь Примы Центавра

ModernLib.Net / Дэвид Питер / Долгая ночь Примы Центавра - Чтение (стр. 3)
Автор: Дэвид Питер
Жанр:
Серия: Вавилон 5: Легионы огня

 

 


      Перед его глазами все время стояло лицо Сенны, и он ничего не мог с этим поделать. Сколько боли и гнева было на ее лице! И все же, иногда казалось, что она готова поверить в Лондо. В этой девочке, казалось, воплотился для него раскол между ним и его народом.
      Конечно, это было неправильно, нелепо и даже абсурдно. И тем не менее…
      Лондо вспомнил, как при первой же встрече с Г’Каром сразу узнал его. Ведь еще до встречи с ним Лондо посещали видения, в которых руки нарна сжимались на его горле, лишая его жизни. И когда он наяву встретил Г’Кара, то мгновенно узнал того, кому суждено сыграть роковую роль в его будущем.
      При встрече с Сенной ощущение было, конечно, не столь четким. Во-первых, он уже мимоходом встречался с ней раньше. Во-вторых, она никогда не являлась ему во снах. По крайней мере, до сих пор. И тем не менее, Лондо не мог избавиться от предчувствия, что этой девочке суждено сыграть какую-то очень важную роль. Что от того, как сложится ее судьба, зависит и судьба всего народа Примы Центавра, и его собственная судьба.
      Хотя, как теперь может его судьба от этого зависеть?
      Вернувшись во дворец, Лондо начал пить, и успел выпить уже довольно много, словно закаляя свою решимость свершить то, что он задумал. Поначалу он решил, что ему потребуется сначала убить Стража, а затем уже - очень быстро - себя. Так, чтобы Дракх не успел осознать убийство маленького монстра. Но теперь, когда содержание алкоголя в крови достигло приятного высокого уровня, Лондо показалось, что чувства Стража стали притупляться. Страж так переплел их нервные системы, что Лондо чудилось, будто прямо у себя в голове он слышит сонное похрапывание монстра.
      Получается, что он может споить своего маленького компаньона! Это открытие сильно воодушевило Лондо и принесло ему значительное облегчение. Хорошо, что ему не придется бороться со Стражем, ведь неизвестно, какими еще ресурсами тот обладает.
      Шанс необходимо было использовать немедленно. Лондо подумал, не стоит ли ему отравиться, но это показалось не правильно. Яд традиционно считался орудием убийства, а не самоубийства. Ему ли это не знать, когда в свое время он спланировал столько убийств, включая смерть своего предшественника, императора Картажи. Кроме, могло оказаться, что Страж в состоянии обезвредить яд. А меч - это классическое, достойное и почетное орудие самоубийства, традиции использования которого берут начало с самых ранних дней Республики.
      Ранние дни Республики?
      - Я родился не в тот век, - тихо пробормотал Лондо. - Мне бы жить тогда, мне бы стоять рядом с основателями Республики… что бы я только не отдал за такую возможность. Интересно, у них достало бы силы выстоять в том мире, который я собираюсь бросить на произвол судьбы? У меня таких сил нет. Вся моя жизнь - сплошные неудачи, и наверное, мне действительно пора покинуть это пиршество и уступить свое место другим.
      - Ваше Величество.
      Голос прозвучал так внезапно, что Лондо едва не подпрыгнул. Даже Страж шевельнулся в своей пьяной дремоте, хотя все-таки так и не проснулся.
      Лондо не стал утруждать себя тем, чтобы подняться с трона. Он просто полуобернулся, чтобы разглядеть вошедшего, и в этот момент снова прогремел гром. Это придало театральный эффект появлению гвардейца.
      - Прошу простить, что я потревожил ваш… - начал тот.
      - Да, да. Я все понял, - нетерпеливо махнул рукой Лондо. - Что там у тебя?
      - К вам пришел посетитель.
      - Я, кажется, ясно приказал, чтобы меня не тревожили.
      - Мы знаем, Ваше Величество. Но эта юная особа утверждает, что она пришла сюда по вашему личному приглашению. Учитывая это, мы решили спросить вашего соизволения, прежде чем вышвырнуть её из…
      Лондо приподнялся на троне, опершись на подлокотники.
      - Юная девушка?
      - Да, Ваше Величество.
      - Её зовут Сенна?
      Гвардеец одновременно и удивился, и успокоился, поняв, что решение нарушить покой императора не будет иметь для него тяжких последствий.
      - Да, Ваше Величество, по-моему, это так.
      - Приведи её сюда.
      Гвардеец проворно поклонился и секунду спустя вернулся с Сенной. Она вымокла до нитки; ни разу еще Лондо не доводилось встречать кого-либо столь же мокрого. Позади Сенны оставался водяной шлейф, а когда девушка остановилась, безуспешно пытаясь скрыть пробиравшую ее дрожь, вода тут же начала собираться в лужу у ее ног.
      - Оставь нас, - приказал Лондо гвардейцу.
      - Ваше Величество, - начал тот, - ради вашей безопасности…
      - Безопасности? Посмотри на неё, - сказал Лондо. - Где, по-твоему, она прячет оружие? - Это было очень точное наблюдение. Одежда Сенны, насквозь промокшая, прилипла к ее телу, не оставляя возможности спрятать что-либо под платьем. - Может быть, она будет душить меня голыми руками? Что ж, в этом случае мне, конечно, не хватит сил самому защитить себя от столь дерзкого нападения.
      - У меня и в мыслях не было оскорблять вас, Ваше Величество, - смутился гвардеец. Похоже, он собирался добавить что-то еще, но передумал и счел за лучшее поспешно откланяться и покинуть тронный зал.
      На некоторое время воцарилось молчание, тишину нарушали только звуки капель, падавших с одежды девушки. Потом она чихнула. Лондо прикрыл ладонью невольную улыбку.
      - Я хочу знать, остается ли в силе ваше предложение, - сказала, наконец, Сенна.
      - Вот, значит, как. И зачем тебе это знать?
      - Частью вашего предложения были убежище и помощь семье, которая помогла мне в трудную минуту. И было бы… грубо… с моей стороны отвергать от их имени эту помощь. К тому же, - Сенна прочистила горло, собираясь с духом, - если я буду здесь… я смогу служить для вас постоянным напоминанием о нуждах вашего народа. Здесь, во дворце, так легко можно заиграться и запутаться в махинациях ради удержания власти, и забыть о тех, ради кого вы должны эту власть использовать. Я не позволю вам об этом забыть.
      - Понятно. Значит, ты желаешь жить здесь не ради тепла и комфорта, но потому, что твое пребывание здесь может принести пользу также и другим.
      Сенна кивнула.
      - Скажи-ка, есть ли у тебя какое-нибудь убежище на этот вечер? И не смей лгать мне! - резко добавил Лондо, и тон его стал более суровым. - У меня великолепное чутье на вранье. Пытаться обманывать меня - значит играть с огнем.
      Сенна облизнула губы и задрожала явно сильнее.
      - Нет. Семья, которая приютила меня… теперь выставила меня вон. Они очень рассердились, когда я отвергла ваше предложение. Они сказали, что, приняв его, я бы могла помочь им. Они сказали, что я думаю лишь о себе, и потому я такая же, как и вы.
      - Страшное обвинение. Если ты похожа на меня… то, конечно, как же тогда вообще жить дальше?
      Сенна опустила глаза.
      - И все же… ваше предложение по-прежнему остается в силе? Или я просто обманывала себя и напрасно потратила свое и ваше время?
      Лондо некоторое время раздумывал, а затем позвал:
      - Стража!
      Гвардеец, который привел девушку в зал, вернулся со всей подобающей поспешностью. Он слегка поскользнулся на входе, ступив ногой на мокрый след, оставленный девушкой, но сразу восстановил равновесие, сохранив столько самообладания, сколько было возможно в таких обстоятельствах.
      - Да, Ваше Величество? - спросил гвардеец. В его голосе явственно прозвучала надежда на то, что сейчас все-таки представится возможность выбросить нарушителя вон из дворца.
      - Приготовьте покои для юной леди Сенны, - приказал Лондо. - Проследите, чтобы ей выдали сухую одежду и горячую пищу. Она останется жить во дворце. Прошу убедиться, однако, чтобы её комнаты не соседствовали с моими апартаментами. Мы определенно не хотим, чтобы нас неправильно поняли. А соседство с императорской спальней весьма вероятно породит дурную молву. Не так ли, юная леди?
      - Я… как прикажете, Ваше Величество, - Сенна чихнула еще раз, и посмотрела на Лондо извиняющимся взглядом.
      - Да. Именно так. Всегда так, как прикажет император. Иначе зачем быть императором? Теперь идите. Отдыхайте. А утром мы позаботимся о семье, которая вас приютила. И, если обстоятельства сложатся удачно, им не придется больше сердиться на вас.
      - Они очень сердились, Ваше Величество. Очень.
      - Я в этом не сомневаюсь. Но возможно, чем яростнее гнев, который обрушивают на вас, тем великодушнее должно быть ваше прощение?
      - Это… очень интересная мысль, Ваше Величество.
      - Ага, значит, и я иногда бываю прав, юная леди? Итак, до утра. Мы поговорим еще, да? За завтраком?
      - Я… - Сенна даже в лице переменилась, когда до нее дошел смысл сказанного императором. - Да, я с радостью принимаю ваше приглашение, Ваше Величество. Я буду с нетерпением ожидать встречи за завтраком.
      - Я тоже, юная леди. А раз так, то, как вы понимаете, похоже, я действительно буду здесь завтра утром. С моей стороны было бы неучтиво лишить вас возможности позавтракать в обществе императора. К тому же, мои советники доложили, что к утру шторм утихнет. Над Примой Центавра взойдет заря нового дня. И нет сомнений, что заря взойдет и для нас тоже.
      Сенна поклонилась еще раз и направилась к дверям, но в этот момент Лондо окрикнул:
      - Гвардеец, еще одно маленькое дело.
      - Да, Ваше Величество?
      - Ты видишь этот меч, который висит на стене?
      - Великолепнейший клинок.
      - Я бы хотел, чтобы ты забрал его и отдал в хранилище. Я не думаю, что он понадобится мне в ближайшем будущем.
      Гвардеец остался в некотором недоумении, но к счастью, понимания от него и не требовалось.
      - Будет исполнено, Ваше Величество. - Он поклонился, снял меч со стены и повел Сенну из тронного зала. Девушка замешкалась в дверях и оглянулась через плечо. Лондо слегка кивнул ей на прощание, стараясь, чтобы его лицо оставалось бесстрастным. И Сенна ушла в сопровождении гвардейца, оставив императора наедине с его мыслями.
 

* * *

 
      Лондо еще некоторое время сидел, прислушиваясь к дождю. Он больше не выпивал и чувствовал, как Страж понемногу оживает. Погруженный в собственные мысли и рассуждения, Лондо не обращал на это внимания. Наконец, он поднялся на ноги и вышел из тронного зала. Он шествовал по коридору, гвардейцы отмечали его приближение приветствием: «Ваше Величество».
      Впервые за долгое время Лондо не чувствовал себя мошенником, и ему стало любопытно, не девочка ли тому причиной.
      Он вошел в свои личные апартаменты, снял белый официальный мундир, вынул большую государственную печать и повесил её на ближайший крючок.
      В дальнем конце апартаментов была обустроена рабочая зона, Лондо повернулся, чтобы пройти туда и… его сердце на мгновение замерло.
      Перед ним был Дракх.
      - Что вы здесь делаете? - строго спросил Лондо.
      - Изучаю, - тихо ответил Дракх, его рука лежала на компьютерном терминале. - Земляне… Я вижу, они интересуют тебя. Ты много исследовал их.
      - Я был бы благодарен, если бы вы не совали свой нос в мои личные файлы, - раздраженно сказал Лондо. И тут же упрекнул себя за несдержанность. В конце концов, даже если ему это не нравится, помешать он бессилен.
      - Кое-кто из нас… изучал людей. Много веков назад, - неожиданно заявил Дракх.
      Лондо замер. Он даже не попытался скрыть свое удивление.
      - Вы хотите сказать, что Дракхи бывали на Земле?
      Шив’кала кивнул.
      - Некий Дракх… жил там. Немногие видели его. Но молва о нем распространилась. Молва о темном и чудовищном существе, живущем в тени. Которое высасывает души своих жертв… а потом управляет ими, - и он склонил голову в сторону Стража. - Они звали его Драк»хул. Эта легенда жива до сих пор, по крайней мере, так мне говорили.
      Закончив свою речь, Дракх надолго погрузился в молчание, словно затраченные усилия истощили его. В самом деле, Лондо никогда не слышал, чтобы Дракхи произносили столь длинные речи. Теперь они оба молча и неподвижно стояли в темноте, словно два воина, ожидающие, что противник первым сделает движение.
      Набравшись смелости, Лондо спросил:
      - А как они называют вас? Как мне звать вас? Ведь, похоже, мы будем связаны друг с другом в этой адской жизни навсегда.
      Дракху пришлось долго раздумывать над этим вопросом.
      - Шив’кала, - сказал он наконец. Потом еще подумал и добавил: - Девчонка.
      - При чем тут девчонка?
      - Она не нужна.
      - Возможно, но вас это не касается.
      - Если я сказал… значит, касается.
      - Я желаю, чтобы она осталась. Она не создает никакой угрозы ни для вас, ни для ваших планов.
      - Пока не создает. Потом может создать.
      - Это странно, - скептически заметил Лондо. - Она маленькая девочка, и теперь она просто вырастет, станет молодой женщиной и займет подобающее ей место в центаврианском обществе. Вот если бы я бросил её на улице, где её негодование могло вырасти и прорваться наружу, то кто знает, что она могла бы натворить? Так что я сделал лучше для всех нас.
      - Неужели? - похоже, слова Лондо не убедили Шив’калу. К тому же, Лондо трудно было улавливать какие-либо изменения в настроении Дракха, при его неизменном выражении лица и улыбке, от которой мороз шел по коже. - Нам не нравится девчонка. Нам нравится Дурла.
      - Дурла? А он здесь при чем?
      - У него есть… потенциал.
      - Что за потенциал?
      Дракх не стал отвечать сразу. Вместо этого он начал перемещаться по комнате, словно скользя над полом.
      - Мы… не монстры, Моллари… не важно, что ты о нас думаешь, - произнес он наконец. - Во многих отношениях, мы не отличаемся от вас.
      - Со мной у вас нет ничего общего, равно как и у меня с вами, - ответил Лондо, не в силах сдержать горечь в голосе.
      Шив’кала едва заметно пожал плечами.
      - Мы предлагаем сделку. Мы не обязаны, но мы предлагаем. Девчонка останется… А Дурла станет министром Внутренней Безопасности.
      - Никогда! - мгновенно откликнулся Лондо. - Я знаю Дурлу, я знаю этот тип людей. Он жаждет власти. Но если такой властолюбивый тип получит власть, это лишь еще больше разожжет его аппетит. Единственный способ обходиться с таким субъектом - это посадить его на голодный паек прежде, чем он узнает вкус власти.
      - Он будет министром Внутренней Безопасности, или девчонки не будет.
      У землян имелась поговорка, хорошо подходившая к нынешней ситуации, и Лондо использовал её теперь…
      - Только через мой труп.
      - Нет, - спокойно ответил Дракх, - через её труп.
      Глаза Лондо сощурились.
      - Вы не посмеете.
      Это замечание было настолько нелепым, что Дракх даже не стал утруждать себя ответом.
      - Она невинна. Зачем лишать ее жизни? - настаивал Лондо.
      - Только от тебя зависит, чтобы никто не лишал ее жизни, - ответил Дракх. - А это означает… что прежде всего никто не должен пытаться лишать жизни тебя… иначе её смерть последует незамедлительно.
      Лондо почувствовал, как холодок пробежал по его спине.
      - Я не понимаю, о чем вы говорите.
      - Хорошо, - сказал Дракх. - Раз так, все будет хорошо. Завтра ты сообщишь Дурле о его назначении.
      Лондо ничего не ответил, в этом не было нужды. Они оба понимали, что Дракх не оставил ему никаких лазеек.
      Шив’кала глянул наружу из окна апартаментов Лондо. Дождь постепенно стихал.
      - Завтра будет отличный день, Моллари. Насладись им. В конце концов, это будет первый из последних дней твоей жизни.
      Лондо подошел к выключателю и включил освещение, а затем повернулся в Дракху, чтобы еще раз выразить протест по поводу назначения Дурлы.
      Но Дракха не было. Лондо остался один.
      Но потом он глянул на Стража на своем плече. Страж следил за ним немигающим пристальным взглядом.
      Нет, он никогда не будет один.
 

* * *

 
      В тайном месте, скрытом в самых темных тенях самой темной части дворца, Шив’кала протянул руку и словно обернул сумрак вокруг себя. Укутавшись тьмой, словно одеялом, он наслаждался ее прохладой и тем ощущением умиротворения, которое она несла с собой.
      Но в этом сумраке он был не один. Общность Дракхов ждала Шив’калу, чтобы через ментальный контакт с ним получить новые сведения о том, как продвигаются дела на Приме Центавра. К своему удивлению Шив’кала почувствовал некоторое раздражение у части Общности. Конечно, его не бранили и ему не делали замечаний. У него слишком безупречная репутация, слишком высокий статус, чтобы с ним можно было обходиться бесцеремонно или унизительно. И, тем не менее, Шив’кала ощутил в Общности определенную озабоченность и желание разобраться, почему им предприняты некие не совсем понятные действия.
      «В какую игру ты играешь, Шив’кала? Ты посмел назвать ему свое имя».
      «Он спросил. Значения это не имеет».
      «Зачем ты торгуешься с Моллари? Почему бы тебе просто не приказать ему исполнить то, что от него требуется?»
      «С какой целью? Чтобы лишний раз продемонстрировать ему, что мы сильнее?»
      «Да. Он должен знать, кто хозяин».
      «Он знает. Он знает, и все равно не хочет с этим смириться. Он сопротивляется прямым приказам. Он раздумывал о том, не лишить ли себя жизни».
      «Ты уверен?»
      «Да. Я уверен. Он пытался скрыть эту мысль от меня, хотя это ему не под силу. Но он считает себя способным на многое. Если он не сможет свыкнуться со Стражем, мы потеряем его».
      «Потеряем, так потеряем. Он лишь один из многих. Пешка. Ничего более».
      «Нет», - неожиданно резко сказал Шив’кала. Строгость его тона задела Общность. - «Моллари не пешка. Он больше, намного больше. Моллари незаменим, и хотя он, конечно, дорого нам обходится, его нельзя отбросить так же легко, как других. Он провидец. Мы можем помочь в том, чтобы его предвидения стали реальностью. И наша миссия будет гораздо легче, если наши видения станут его видениями».
      «И что ты предлагаешь?»
      «Пока - не делать ничего лишнего, проявлять осторожность, насколько это возможно. Мы позволим событиям идти своим чередом, вместо того, чтобы силой вмешаться в них. Пусть Моллари сам пойдет нашим путем, мы не станем принуждать его к этому. Он верит в неизбежность некоторых событий, и именно потому нам будет легче использовать его в своих целях. В конечном счете, это гораздо быстрее и эффективнее приведет нас к успеху».
      «Не важно, грубо или тонко ты будешь влиять на него. Он все равно никогда добровольно не согласится с некоторыми деталями нашего плана. Надо сломать его дух, а не нянчиться с ним».
      «С чем это он не согласится?» - скептически спросил Шив’кала. - «Моллари помогал истреблять целые расы. И перед чем же он остановится?»
      «Шеридан. Он никогда не согласится на смерть Шеридана. И не станет стоять в стороне, когда будет уничтожаться раса Землян. Он должен понять, что у него нет выбора».
      «Не надо недооценивать нелюбовь Моллари к Шеридановскому Альянсу. А что касается Землян… он без угрызений совести позволил всей их расе самой дойти до грани уничтожения, во время войны с Минбаром. Теперь, когда персональные ставки гораздо выше, вероятность того, что он вмешается, еще меньше.
      Нет, братья мои… Положитесь в этом на меня. Лондо Моллари наиболее эффективен, когда он чувствует, что в некоторой степени сам контролирует события. Даже, если это всего лишь иллюзия, которую мы дозволили ему. Такого, как он, нельзя быстро сломать. Его дух нужно укрощать постепенно. Это надо делать с осторожностью. Мы должны понять и его силу, и его слабость, и обратить и то, и другое к нашей выгоде».
      «Шив’кала… Бывают моменты, когда нам кажется, что тебе нравится это существо».
      «Я чувствую в нем огромный потенциал… И мне было бы жаль, если бы этот потенциал был растрачен понапрасну. Вот и все, братья мои».
      «Хорошо, Шив’кала. Ты вернул наше доверие и уважение. Мы оставляем на твое попечение Приму Центавра и Лондо Моллари. Делай с ними то, что сочтешь подобающим».
      «Благодарю вас, братья мои».
      «Но, конечно, закончиться все должно единственным возможным способом».
      «Унижением и смертью Лондо Моллари и разрушением Примы Центавра?» - безрадостно улыбнулся Шив’кала. - «Уверяю вас, братья мои… Я не допущу иного исхода».
      Он ощутил, что внимание Общности Дракхов покинуло его, словно тень, рассеянная светом. И Шив’кала остался наедине со своими мыслями и своими планами…
      Но он никогда не будет один.
 

Интерлюдия

 
      Дремотник спал, затаившись в темном закоулке Вавилона 5.
      Он и сам не помнил, кто он такой. Он считал себя бродяжкой, которому наконец-то посчастливилось найти если не дом, то хотя бы убежище, не столь враждебное к нему, как другие места во Вселенной.
      На нижних уровнях царило зловонье, но привыкнуть к нему оказалось нетрудно. Зато здесь всегда можно было найти работу, если только не задавать лишних вопросов насчет её легальности.
      Не очень здорово, но жить можно, и он был доволен.
      И он не знал, что все его воспоминания - это фальшивка.
      Он думал, что очень хорошо знает свой мирок, и понимает все его входы и выходы. Но на самом деле он не понимал ничего.
      Но он поймет; придет время, и он поймет. Единственная проблема, что в то время, когда он поймет… будет уже слишком, слишком поздно.
 

Глава 4

 
      Сенна лежала на спине на газоне, глядя в небо на проплывавшие в вышине облака.
      - Что ты видишь? - прозвучал вопрос. Задал его лежавший рядом Телис Эларис.
      Так обычно и завершались их занятия, Сенны и Телиса. Телис говорил, что только так ему удается понять, на сколько в этот день удалось расширить кругозор ученицы. Сенна, однако, пришла к выводу, что учитель просто пытался оправдать свою любовь к дольче фар ниенте.
      В отличие от Сенны, которая обычно ложилась прямо на траву, Телис никогда не забывал захватить с собой циновка, на которой и устраивался.
      - Я не так молод, как ты, - оправдывался он, и это казалось Сенне весьма смешным, ведь учителю едва перевалило за тридцать. Телис, однако, всегда утверждал, что возраст определяется не годами, а накопленным жизненным опытом.
      После того, как восемь месяцев назад Сенна поселилась во дворце, к ней было приписано множество учителей. Та давняя ночь, когда она повстречалась с императором, вспоминалась ей теперь, как смутный сон, и с трудом верилось, что это она, молодая придворная дама, была той самой бездомной сиротой.
      Император протянул руку дружбы девочке, которая бросила в него камень. А у нее хватило безрассудства шлепнуть по протянутой руке. Но той же ночью она сама приползла к нему, уверенная, что сейчас ее вышвырнут вон, весело посмеявшись над жалкой малявкой, которая думала, что ей почему-то полагается нечто большее, чем презрение.
      Вместо этого, ей предоставили все, о чем только можно было мечтать.
      - Почему? - спросила Сенна императора на следующий день за завтраком. Она чувствовала, что нет нужды расшифровывать свой вопрос. Иногда одно слово вмещает в себя целую речь.
      И Лондо понял.
      - Потому, - ответил он, - что если я окажусь не в состоянии спасти тело и душу одной-единственной женщины… то, как посмею я надеяться, что смогу сделать что-нибудь для целой планеты?
      - Итак, мне суждено быть живым символом?
      - А ты имеешь что-нибудь против?
      После некоторого раздумья Сенна ответила:
      - Нет, Ваше Величество.
      И на этом вопрос был исчерпан.
      Гораздо более жаркие дебаты вызвал выбор учителей для нее. В список тех, кто должен был заняться обучением Сены, Лондо без колебаний включил всех самых лучших ученых и репетиторов. Но этот список, однако, не вызвал одобрения со стороны Дурлы, бывшего капитана гвардии, которого Лондо - по причинам, совершенно не понятным Сенне - назначил на ключевой пост министра Внутренней Безопасности. Сенна была уверена, абсолютно, на сто процентов уверена, что Лондо не доверяет этому человеку. Но, Великий Создатель, как же можно назначать министром Внутренней Безопасности человека, которому не доверяешь?
      Сенна припомнила, как однажды услышала особенно громкие дискуссии, проходившие в тронном зале. Лондо и Дурла не могли прийти к соглашению по какому-то вопросу чрезвычайной важности. Когда-то, в прежние времена, Дурла немедленно отступился бы, но теперь все было иначе. Дурла больше не боялся высказывать императору все, что он думает, и объяснять, почему император будет дураком, если не прислушается к его мнению.
      В тот запомнившийся ей день Сенна услышала, что обсуждались несколько имен. И все это были имена наиболее любимых учителей Сенны. Одно из них обсуждалось на особо повышенных тонах, и это было имя Телиса Элариса.
      И это не удивило её…
      Сенна перевернулась на живот, и Телис лукаво на неё посмотрел.
      - Ну? - спросил он голосом, исполненным серьезности. Телис принадлежал к числу тех, кто открыто насмехался над обычаями и традициями. У него были длинные черные волосы, но вместо того чтобы зачесывать их в гребень, Телис позволял своим волосам свободно падать на плечи. Этот стиль ненавидели большинство стариков, и его обожали большинство молодых женщин, что возбуждало еще большую ярость у первых.
      - Что, ну? - переспросила Сенна.
      - Что ты думаешь, глядя на облака?
      - Да к Великому Создателю эти облака, - раздраженно ответила девушка. Несколько месяцев назад Лондо, по ее же собственной просьбе, назначил Телиса ее учителем исторической философии. Сенна с давних пор увлекалась чтением трактатов Телиса, после того как однажды, когда еще ребенком, случайно увидела, как отец выбросил в мусор одну из книг Телиса. Девочка спасла книгу из мусорного бака, и с тех пор чтение трудов Элариса стало её тайным запретным удовольствием. В этих трудах рассказывалось о различных философских течениях, которые внесли вклад в формирование облика ранних лет Республики, изучалась взаимосвязь этих философские течений с политикой, и именно это было особенно интересно Сенне. - Почему мы должны глазеть на эти бесполезные облака, когда у нас прямо под носом происходит сейчас множество важнейших событий?
      С этими словами Сенна махнула рукой в направлении той части столицы, которая представляла собой, по сути, одну гигантскую стройплощадку. Целый район, практически полностью разрушенный во время бомбардировок, был блокирован, расселен, и теперь быстрыми темпами застраивался заново. Можно даже сказать, захватывающе быстрыми.
      - Ты спрашиваешь «почему»? Да потому, что эти события ровным счетом ничего не значат, - сказал Телис. - то, что мы строим сами, по определению, не вечно. Облака, с другой стороны…
      - Проживут и вовсе одно мгновенье, - вместо учителя закончила Сенна. - Посмотри. Налетит легкий ветерок, и развеет их. Скоро от них останутся только воспоминания, а здания будут по прежнему стоять там.
      Телис криво усмехнулся.
      - Я слишком хорошо тебя выучил. Возражать учителю в такой манере… И что мне теперь с тобой делать? - Затем выражение его лица вдруг стало серьезным. - Я имею в виду не эти конкретные облака, Сенна. Я имею в виду природу, красоту, свет. Все это останется после того, как уйдем и ты, и я… После того, как во мгле времен скроется сама память о Республике Центавра.
      - Вот уж этого никогда не случится, - с уверенностью заявила Сенна. - Нашему народу предначертано исполнить еще столь многое.
      - Это, - Телис ткнул в неё пальцем, - слова императора, а не твои.
      - Почему? Тебе не нравится, что я позволила себе хоть раз во что-то просто поверить? - Сенна опять перевернулась на спину, подложив ладони под голову. - Иногда ты бываешь просто невыносим, Телис. Все, все, все на свете ты постоянно ставишь под сомнение. Ничего не принимаешь за данность. Все-то тебе нужно обсудить, проанализировать, опять обсудить и опять проанализировать…
      - Что с тобой, Сенна?
      - Неужели тебя самого это не печалит? То, что нет ничего, во что бы ты просто верил?
      - Так вот что ты думаешь?
      Уловив печаль в голосе Телиса, Сенна подняла голову и удивленно взглянула на учителя.
      - Так вот что ты думаешь? - повторил тот. - Если так, то значит, за все эти месяцы обучения у меня ты так ничему и не научилась.
      Сенна вовсе не собиралась огорчать наставника, потому что, по правде говоря, Телис Эларис был её любимым учителем. Но, поднявшись на ноги, девушка вдруг почувствовала желание на этот раз отстоять свое мнение.
      - Хорошо, а что еще я должна думать? Ты оспариваешь любое мое умозаключение. Даже когда я говорю о самых основах нашей жизни, ты продолжаешь спрашивать «почему». Иногда мне кажется, что ты стал бы оспаривать даже само существование Великого Создателя.
      - Да, стал бы.
      Услышав такое заявление, Сенна побледнела.
      - Неужели ты это серьезно?
      - Вполне.
      - Но почему?
      - Чтобы заставить тебя думать, конечно, - ответил Телис. - Чтобы заставить тебя в свою очередь задавать вопросы, чтоб подтолкнуть тебя к размышлениям. Ты всегда должна искать, что скрывается за внешней стороной дела.
      - Ты говоришь мне, что я никогда ничему не должна доверять.
      - Неужели?
      Сенна в изнеможении вновь шлепнулась на землю.
      - Ну вот! Опять! Вместо ответа новые вопросы.
      - Это должно приветствоваться в свободомыслящем обществе, - Телис устремил взгляд куда-то вдаль и добавил тихо, - и потому меня очень беспокоит… что сейчас это приветствуется далеко не всеми.
      Сенна заметила, что ее наставник смотрел в сторону дворца, стоявшего поодаль на холме.
      - Телис, - сказала она твердо, - не может быть, чтобы ты имел в виду императора. Он выдержал целую битву за то, чтобы ты стал моим учителем.
      - Да. Он сражался. Ему пришлось сражаться, потому что во дворце слишком много тех, кто не переносит свободу слова… свободу мысли. Потому что свобода им не нужна. Им нужно, чтобы вы без раздумий принимали то, что вам преподносят.
      Если, как ты говоришь, император сражается за свободу, что ж, этому можно только аплодировать. Но, дорогая моя Сенна… императоры приходят и уходят. Общество остается… по крайней мере пока что. И часто бывает так, что те, кто на самом деле направляет общество… предпочитают делать это спрятавшись.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18