Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тарантино

ModernLib.Net / Биографии и мемуары / Доусон Джефф / Тарантино - Чтение (стр. 15)
Автор: Доусон Джефф
Жанр: Биографии и мемуары

 

 


Время покажет, но, как сказал Джон Ронсон, пишущий для “Индепендент”, “процесс пошел”; “Недавно я смотрел фильм Хола Хартли “Любитель”, в котором два киллера рассуждают о достоинствах и недостатках мобильных телефонов перед тем, как убить свою жертву. На следующий день я присутствовал в Национальной киношколе на показе курсовых работ. Из пяти студенческих фильмов в четырех происходила жестокая перестрелка под саундтрэк, составленный из хитов 70-х, кульминация двух из них представляла собой момент, когда все главные герои одновременно стреляют друг в друга, а в одном два киллера обсуждали подробности фильма “Банда Брэди” перед тем, как прикончить свои жертвы. Второй раз со времен “Гражданина Кейна” один человек возник из относительной безвестности и по-новому определил границы кинематографа”.

Квентин Тарантино в роли Орсона Уэллса? Чертовски приятный комплимент. Или это был Герман Дж. Манкевич?..

Эпилог

Полночь, воскресенье, 5 апреля 1998 года — Нью-Йорк. Перед “Чайна-клубом”, престижным ночным заведением на окраине Манхэттена, Квентин Тарантино проходит через толпу журналистов — в основном теле— и радиорепортеров — и скрывается в темноте клуба. Но и там его не ждет покой. Как только начинают грохотать мелодии из звуковой дорожки “Криминального чтива” — фанфары, возвещающие о приходе Тарантино, — поклонники бросаются приветствовать героя-победителя.

Ночь медленно тянется, а дискотека продолжает пульсировать — песни в том же стиле: гимны 70-х, периода крутизны, ставшие визитной карточкой Тарантино. Сам он, весь в черном, погрузневший, уже не похожий на прежнего тощего актера, направляется к танцплощадке. Его окружают восторженные поклонники, а он, чтобы показать им, что и над ним можно посмеяться, пританцовывает по пути в стиле Траволты.

Девочки-подростки с дорогими сердцу ламинированными входными билетами, повешенными на шею, толпятся вокруг своего идола. Избранные члены толпы удостаиваются чести сказать несколько слов кинозвезде. На заднем плане актриса Роузи Перес — в полностью закрывающих бедра сапогах и мини-юбке и другие, представители нью-йоркских модных кругов проходят с важным, самодовольным видом, не обращая внимания на окружающих. Позже Тарантино проводят на огороженную канатами площадку для важных персон, его личный уголок. В противоположном углу комнаты за таким же ограждением сидит великолепная актриса Мариза Томей в облегающем, расшитом блестками платье. Это должен был быть ее вечер, но все важные персоны, такие, как Фэй Данауэй и знаменитая театральная актриса Бернадетт Питере, стоят в очереди, чтобы отдать дань восхищения Тарантино и поближе рассмотреть новые одежды императора.

Позднее, под возгласы одобрения, Тарантино поднимается на маленькую клубную сцену и танцует вместе с Маризой Томей. На нее опять направлен свет прожекторов. Некоторых из них. Скоро она уходит. Тарантино продолжает танцевать один...

Так что же это такое?

Развеселое мероприятие — вечеринка, посвященная открывающемуся на Бродвее спектаклю, в котором дебютировал Тарантино. Он называется “Подожди до темноты” — это новая версия пьесы, имевшей большой успех 32 года назад, о слепой девушке, терроризируемой в своей квартире злыми бандитами, ищущими спрятанный героин. Пьеса Фредерика Нотта стала сенсацией в 1966 году. Постановка, в которой участвовали Роберт Дюваль и Ли Ремик, имела такой успех, что в следующем году по ней был снят фильм, главные роли в котором исполняли Одри Хепберн и Алан Аркин. В версии 1998 года ведущие роли были сыграны Томей и Тарантино. Томей — Сюзи Хендрикс, незрячая, пронзительно кричащая девушка, а Тарантино — Гарри Роут, главный мучитель.

Премьера тоже имела большой успех, судя по реакции толпы. Театр был до отказа заполнен фанатами Тарантино и шумными компаниями горячих поклонников: его поддерживали ребята из “Мирамакс”, Боб и Харви Вайнстейны, Лоуренс Бендер, в настоящее время преуспевающий продюсер, и актер Роберт Фостер, очередной выпускник Школы возрождения карьеры им. Тарантино, отдававший долг бурнымиапло-дисмеитами.

Предварительные кассовые сборы уже составили три миллиона долларов, гарантируя, что пьеса будет идти по крайней мере шестнадцать недель (недурной результат для переменчивого .Бродвея). А благодаря слухам о том, что Тарантино продлил договор аренды на снимаемую им квартиру в Манхэттене до сентября, появились все шансы на то, что пьеса будет идти и того дольше. Тарантино на седьмом небе. Он неоднократно говорил о своей мечте быть признанным прежде всего как актер. Кажется, мечта наконец-то осуществилась. А признание на Бродвее — это признак рождения живой легенды...

Но вот тут-то идиллия и была нарушена. На следующий день вышли рецензии. Какова бы ни была репутация Тарантино как кинорежиссера, критики практически в один голос поносили постановку — более того, игру Тарантино. Негативное отношение зрело со времен вызвавших разочарование “Дестини включает радио” и “Четырех комнат”. Ведущая роль в “От заката до рассвета” была гораздо лучше — Тарантино на самом деле хорошо сыграл, -а пресса разнесла его в пух и прах.

Тарантино должен оставить навязчивую идею стать драматическим актером и заняться тем, что у него хорошо получается. Это был боевой призыв, надежный метод проверки актерского характера, по бродвейским меркам. Театральные критики, традиционно язвительные, продолжают нападать, заявляя, что громкие имена деятелей кино и телевидения все больше и больше используются для поддержания по” средственных театральных постановок и обеспечивают им, несмотря ни на что, высокие кассовые сборы. Хотя шеубизнес всегда делал -особый акцент на слове “бизнес”, этого, кажется, никто не замечает. На шоубизнесе энергично срывают злобу. “Когда вы слушаете, как Тарантино дает интервью, его тонкий, бодрый голос, не умолкающий ни на секунду, как бы отражает его пульсирующие идеи, а надменность Тарантино привлекает, — пишет “Энтертейнмент уикли”. — Но когда вы заменяете его мысли обычным диалогом, остается только голос Квентина Тарантино, голос не по годам дерзкого вундеркинда”. “Господину Тарантино нужно следить за своими словами, — вторит “Нью-Йорк обзервер”, вышедший с заголовком “Квентин, нью-йоркский танцующий дурачок”. — На премьере, исполняя роль итальянца-ресторатора, он походил скорее на Эйпу, владельца магазинчика из сериала о Симпсонах”.

Потом дела пошли еще хуже. “Кое-что пока недоступно человеческому пониманию, — скрипит зубами “Ньюсуик”. — Например, никто никогда не видел черных дыр — звезд настолько плотных, что они поглощают собственный свет. К счастью, сегодня астрофизики могут толпой валить на Бродвей, где они наконец-то увидят черную дыру. И имя у нее соответствующее — “Подожди до темноты”. Спектакль настолько плох, что он поглощает свой актерский состав... Бедная Мариза Томей, получившая “Оскар” за фильм “Мой кузен Винни” и достойно сыгравшая на сцене, трудится как пчелка, беспомощно пытаясь спасти Положение. А Квентин Тарантино ведет себя как подонок, развлекаясь за счет публики...”

Тарантино пропустил эти комментарии мимо ушей, заявив, что скорее прислушается к советам своих друзей Роберта Де Ниро и Джона Траволты, которые полностью поддерживают его занятия драматическим искусством, чем к истерическим крикам журналистов. Хотя это и не значит, что он настолько толстокож, как любит себя изображать. В то время когда “Криминальное чтиво” находилось на гребне успеха, обаятельная личность Тарантино внесла свежую струю в Голливуд, но в последние месяцы своим поведением он несколько запятнал репутацию.

Перед церемонией вручения наград Академии в 1997 году, например, он оскорбил Криса Коннели, корреспондента, бравшего у звезд интервью. Коннели, бывший редактор журнала “Премьер”, был обвинен Тарантино в опубликовании неприятной статьи о биологическом отце Тарантино. Потом поднялся еще больший шум в лос-анджелесском ресторане ночью 22 октября 1997 года, когда Тарантино избил продюсера “Прирожденных убийц” Дона Мерфи. Мерфи, давно критиковавший Тарантино (его высказывания приводятся ив этой книге), принял на себя основной удар ярости Тарантино по поводу бестселлера “Инстинкт убийцы” — дневника создания “Прирожденных убийц”, написанного Джейн Хэмшер, партнером Мерфи по продюсерской работе. В книге Тарантино является в основном предметом насмешек, прежде всего самого Мерфи. “Если ему не нравится моя критика, он может обратиться в суд”, — заявил Мерфи. Тарантино задержала полиция, но Мерфи отказался предъявить обвинения, хотя выступление Тарантино в последующем ток-шоу, где он радостно и во всех подробностях описывал, какую хорошую трепку задал, явно шло вразрез с духом установленного между ними мира и вполне могло привести к возобновлению судебного разбирательства.

Продолжается полемика и в профессиональной сфере. Не прекращается ожесточенный спор с Оливером Стоуном; ссора с Гильдией кинорежиссеров Америки, прихлопнувшей планы Тарантино снять один из эпизодов “Секретных материалов” из-за его отказа вступить в их организацию; а еще этот Спайк Ли. Хотя Ли, ведущий чернокожий режиссер, снял Тарантино в яркой эпизодической роли в фильме “Девушка-6”, он выступил против того, что Тарантино постоянно употребляет слово “ниггер” в своих фильмах. Тарантино возразил, довольно неуклюже, что “ходил в школу, где учились одни чернокожие” (за исключением, надо думать, самого Тарантино), что взрослыми, обладающими качествами, которые он ребенком хотел бы видеть в отце, были чернокожие (и сам бы он стал на путь преступления, если бы не карьера), и, вообще, он говорил “нига”.

Хотя понятно, что у художника должна быть свобода творчества, но крестовый поход Тарантино за достоверное отражение жизни улицы кажется излишним на фоне всего, чего он достиг. Нельзя отмахнуться от всей критики, как от простого злорадства...

Итак, давайте отбросим предубеждения, зависть и мелочность и посмотрим, что же действительно представляет собой Тарантино сегодня. Создав только “Криминальное чтиво”, Тарантино мог бы уже завтра “уйти в отставку”. Фильм, на съемки которого было потрачено всего 8,5 миллиона, принес 215 миллионов долларов прибыли, а после выхода его на видеокассетах цифра продолжает расти. Тарантино уже не живет в тесной квартирке в Западном Голливуде. Его коллекция настольных игр переехала в Голливуд-Хиллз, в особняк, некогда принадлежавший поп-певцу Ричарду Марксу. В действительности, когда Маркс выехал, Тарантино — в угоду своей сентиментальности — сохранил его громоздкую мебель, украшенную, естественно, непременным орнаментом, так что “Оскар” на ее фоне кажется ничтожной наградой за один из самых значительных фильмов поколения.

Хотя революционный дух еще жив, а молодые фильммейкеры гордятся тем, что снимают “в манере Тарантино”, Тарантино, нравится ему это или нет, стал частью голливудского истеблишмента. Его покровительство, через компанию “Роллинг Сандер”, таким иностранным фильмам, как “Чункинский экспресс”, говорит о том, что он все еще может быть человеком из народа. Но в действительности он мультймиллионер, центральная фигура регулярно публикуемых в Голливуде списков самых влиятельных людей. Он позволяет себе отказаться от возможности стать режиссером “Скорости” (первоначальный сценарий был рассчитан на малобюджетный детектив) и “Людей в черном” — одного из самых прибыльных и популярных фильмов 1997 года. У Тарантино даже есть силы самостоятельно взяться за продюсирование и постановку фильма о Джеймсе Бонде. Но его недавняя попытка снять новую версию “Казино Рояль” закончилась неудачей. В Голливуде очень мало людей, способных заставить семейство Брокколи, владеющее торговой маркой Бонда, хотя бы обсудить возможность выхода проекта 007 за пределы клана.

Кроме всего этого, есть просто жизнь. У Тарантино серьезные отношения с актрисой Мирой Сорвино, и он, кажется, уже не так одержим кино, как раньше. Он даже назвал свою новую продюсерскую компанию “Майти-Майти Эфродит” в честь Сорвино (Сорвино получила “Оскар” за роль в фильме Вуди Аллена “Могущественная Афродита”).

Тем временем Тарантино продолжает оставаться культовой фигурой (“интернет”, тарантиновский фестиваль кино в Остине, в штате Техас, где показывают его любимые фильмы), а его фильмы приходят и уходят...

“Дестини включает радио”, выпущенный в США в мае 1995 года, был забыт первым. Тарантино плохо в нем сыграл, но несколько восстановил свою репутацию благодаря “Отчаянному” Роберта Родригеса. Родригес сделал имя на этом фильме, хотя предыдущий — “Эль Марьячи” — тоже имел кассовый успех. Яркая эпизодическая роль Тарантино — один из кульминационных моментов фильма.

Однако “Четыре комнаты”, выпущенные к Рождеству 1995-го, — абсолютная катастрофа. Когда о фильме впервые заявили, он показался очень интересным проектом. Его снимали четыре ярких режиссера, каждый по одному из четырех эпизодов, но ко времени выхода фильм даже не был суммой частей, слава Тарантино превосходила славу его коллег.

Хотя Тарантино честно защищал фильм — в том числе и неуклюжий нарциссизм собственного эпизода, — чувствовалось, что “Четыре комнаты” был сделан на скорую руку. Четыре “я” втиснули его между более важными проектами и обязательствами по контрактам, надеясь, что имя Тарантино поможет привлечь публику.

Месяц спустя появляется “От заката до рассвета”, который, напротив, стал откровением. Фильм лидировал по продажам билетов в США и имел успех на международном рынке. Немалая заслуга в этом кассовой звезды Джорджа Клуни (вскоре он сыграл Бэтмена в новой экранизации). Отзывы о фильме были самые разные — критиков смущало то, что картина скорее является двумя отдельными фильмами, соединенными вместе, — но он, очевидно, нашел своего зрителя.

Тарантино не сдавался как актер, он играл психа, брата героя Клуни. Эта парочка бежит от правосудия и захватывает фургон Харви Кейтеля, чтобы добраться до Мексики (и нечаянно попадает в гнездо вампиров). Первая часть фильма — по существу “дорожная лента” — сохраняет все черты классического Тарантино, после чего начинается отвратительная вторая, где кровь льется рекой.

Тарантино только возбудил аппетит критиков. Если учитывать то, что сценарий “От заката до рассвета” был написан задолго до взлета Тарантино, а в “Четырех комнатах” он сделал всего лишь одну четвертую часть, возникает вопрос, а когда же он поставит что-то новое?

Ответом стал фильм “Джеки Браун”...

За основу этого проекта Тарантино взял “Ромовый пунш”, один из романов Элмора Леонарда, находившихся у него на опционе. Тарантино прочитал его еще в гранках, когда снимал “Криминальное чтиво”. И хотя он заявлял, что следующим хочет сделать “Ромовый пунш”, уже развернувшаяся рекламная кампания “Криминального чтива” не дала ему такой возможности. А “Ромовый пунш” чуть не снял кто-то другой.

Леонард, чей роман “Достать коротышку” был удачно экранизирован, был вполне уверен, что в надежных руках его произведение ждет успех. Долгие годы роман брали на рассмотрение, кромсали, но так и не поставили по нему фильм. Надежда вновь появилась, когда за роман взялся Тарантино. Леонард дал ему свое благословение. “Ты — режиссер. Делай с романом что хочешь и снимай фильм”, — сказал он, а Тарантино так и поступил. Он перенес историю, рассказанную Леонардом, — об уже немолодой стюардессе, вовлеченной в махинации по незаконному ввозу оружия и отмыванию денег, — из Флориды в родной Лос-Анджелес. Кроме того, он изменил главную героиню Джеки Берк — она стала Джеки Браун, борющейся чернокожей женщиной, а ее имя вынесено в название фильма.

Это дало Тарантино великолепную возможность выстроить картину вокруг одной из своих постоянных героинь, Пэм Грир, отлично сыгравшей в таких фильмах, как “Коффи” и “Фокси Браун” (сейчас ей приходится перебиваться мелкими ролями в фильмах типа “Побег из Лос-Анджелеса”).

“Пэм — настоящий кумир, — говорит Тарантино. — Так или иначе, это равноценно участию в фильме Джона Уэйна”. (Конечно, приглашение Грир стало достаточным оправданием для использования образности 70-х, времени хиппи, и не только на звуковой дорожке.)

Экранизация не была непосредственной задачей. Тарантино признается, что работа над романом продолжалась около года. “Это был интересный проект, — объясняет он. — Было очень интересно заниматься экранизацией. Я написал оригинальный текст. Проект в корне отличался от предыдущих работ. Я не хотел, чтобы люди считали, что мне нечего им больше предложить, кроме того, что уже сделано. А я видел, что именно так они и думают. Сам факт экранизации совершенно иного материала все меняет. Это уже не старая добрая вещь”.

В конечном итоге получилась следующая сюжетная линия. Служащая аэропорта, сопровождающая пассажиров к самолету (Грир), с помощью утратившего вкус к жизни героя Роберта Фостера надувает торговца оружием (Сэмюэль Л. Джексон), полицейских (предводительствуемых Майклом Китоном) и невероятную парочку: бывшего заключенного (Роберт Де Ниро) и мертвецки пьяную любительницу посещать пляжи (Бриджет Фонда). Вопрос о том, что великий Де Ниро снимается в сравнительно небольшой роли, даже не обсуждается, настолько крепка репутация Тарантино. Съемки продолжались все лето и до середины августа 1997 года держались в тайне.

Но задолго до того, как они начались, в вебсайтах появились подпольные версии сценария. Поклонники Тарантино ожидали от него самый большой подарок к Рождеству (премьера в США была назначена на 25 декабря 1997 года) — очередную причудливую историю о болтающих чепуху убийцах и других подонках. Но Тарантино сделал то, что и собирался, и в этом его .заслуга. Новый фильм — гораздо более зрелая работа, тщательно продуманная, только герой Сэмюэля Джексона (Ордел) очень напоминает Джулса из “Криминального чтива”. В фильме нет похожих на автоматные очереди диалогов, ставших отличительным признаком предшествующих лет. Это картина другого класса благодаря также технике видеоряда, очаровательной. Грир и, конечно, музыке, включая незабвенную “Сто десятую удицу”.

“Я считаю, что это фильм для чернокожих, — говорит Тарантино. — Он в действительности сделан для чернокожих зрителей. Он сделан для всех, но прежде всего для чернокожих”. Однако, несмотря на восторженные отзывы об игре Грир, когда дело дошло до наград Киноакадемии, выбрали не ее,а Фостера, и он получил своего заслуженного “Оскара” за роль Макса Черри в номинации “Лучший актер второго плана”. Тарантино опять совершил чудо, возродив карьеру еще одного старого профи — на этот раз ветерана телевидения, актера, чьи лучшие дни, казалось, уже прошли. “Это затмевает все, что я сделал прежде, — изливал чувства Фостер. — Первый акт моей карьеры длился пять лет, а второй — 25. Для меня открылось новое поле деятельности, теперь все будет по-другому для меня, моих детей и бывших жен!..”

Несмотря на напряженное время года и серьезную конкуренцию в виде “Лучше не бывает”, “Разбирая Гарри”, “Оскара и Люцинды”, “Отблеска” и даже “Почтальона” Кевина Костнера, “Джеки Браун” оправдал себя кассовыми сборами в Соединенных Штатах. И хотя на международном рынке его не ждал такой же успех, как с предыдущими фильмами, он продолжает привлекать зрителей.

Критики в целом отнеслись к нему хорошо, хотя в их рядах были разногласия. Претензии в основном высказывались к продолжительности картины — 154 минуты. Не обошлось, конечно, без колкостей в адрес Тарантино. Но Тарантино, разумно отказавшийсяснимать себя самого в фильме, все же сыграл практически незаметную эпизодическую роль-его голос звучит на автоответчике Джеки. “Это, конечно, гораздо приятнее, чем видеть его на экране”, — саркастически замечает журнал “Тайм” в статье под названием “Он плохо сыграл зуммер”, “Несмотря на искусность видеоряда, это наименее образный из всех фильмов Тарантино, и его пустота меня несколько волнует, — говорит Пол Татара из “Си-Эн-Эн”. — Я не чувствую, что за камерой вполне развившееся человеческое существо, пытающееся рассказать нам что-то о мире, в котором оно живет, или о героях, которых оно снимает. Все, что Тарантино говорит фильмом “Джеки Браун” (уже в который раз), — это то, что он пересмотрел кучу других фильмов. Но таких людей пара миллионов, и, честно говоря, об атом не стоит снимать картину”. “Каждый эпизод снят методично, неторопливо, как будто за ним последует сногсшибательная развязка. Но ничего сногсшибательного не происходит”, — ворчит “Энтертейнмент уикли”. Хотя появляется и много хвалебных отзывов, компенсирующих критику.

“Тарантино опять удалось бросить вызов критикам и снять фильм, позволивший ему прочно утвердиться в звании самого значительного режиссера десятилетия”, — возвестила британская “Эмпайр”, голос из страны, где Тарантино все еще больше всего поддерживают. “Фшт ревью” заставляет задуматься, намекая на то, что действия Тарантино — часть крупного проекта: “От Тарантино уже не ждали многого. Если бы “Джеки Браун” появился во времена “квентиномании”, все были бы разочарованы. Но сегодня, когда публика готова сбросить Тарантино со счетов либо как умственно дефективное лицо, проявляющее незаурядные способности в ограниченной области, либо как полного идиота, — “Джеки Браун” выглядит вполне приличной работой. Это может быть и мудрым шагом в карьере — создать фильм, не такой сильный, чтобы задеть врагов, но достаточно хороший, чтобы никто не мог отрицать наличие таланта”.

Кто знает? Было это преднамеренным шагом или нет, понятно одно — Тарантино доказал, что он может смело сменить курс и взяться за более мягкий и добрый фильм о людях за сорок. Как сказал Ричард Корлисс из журнала “Тайм”: “Тарантино, кажется, играет в прятки со своим значительным талантом. “Джеки Браун” ~ это веха на пути от “Криминального чтива” к следующему грандиозному проекту. Будем ждать”.

Действительно, единственное, о чем можно сокрушаться, — что спустя шесть лет после написания “Криминального чтива” (созданного по следам успеха “Бешеных псов” в 1992 году) Тарантино еще предстоит создать незаурядный сценарий, ведь, как считают, многие, лучше всего у него получается писать.

Только Тарантино знает, что произойдет дальше. “Всегда ли будет так? Конечно же, нет, — делает вывод Тарантино. — Если я могу что-то гарантировать, то я хотел бы гарантировать это. Я не говорю о творческом подъеме или его отсутствии, о том, чтобы быть в моде сегодня, а завтра нет. Это -жизнь. Я снял 22 фильма. И я думаю о карьере на всю жизнь. Теперь я знаю, что такое вдохновение и его отсутствие, когда у меня что-то получается, а когда нет, я знаю, что могу снимать фильмы всю жизнь...”

ФИЛЬМОГРАФИЯ

1992

“Бешеные псы” (Reservoir Dogs). Сценарист, режиссер.


1993

“Настоящая любовь” (True Romance). Сценарист.


1994

“Убить Зои” (Kitting Zoe). Продюсер.

“Спи со мной” (Sleep With Me). Камео.

“Криминальное чтиво” (Pulp Fiction). Сценарист, режиссер, актер.

“Прирожденные убийцы” (Natural Вот Killers). Автор идеи.

“Любить кого-то” (Somebody To Love). Камео.


1995

“Отчаянный” (Desperado). Камео.

“Дестини включает радио” (Destiny Turns On The Radio). Актер.

“Четыре комнаты” (Four Rooms). Сценарист, режиссер, актер — одна из четырех новелл.


1996

“От заката до рассвета” (From Dusk Till Dawn). Продюсер, сценарист, актер.

“Девушка-6” (Girl 6). Актер.

“Запекшаяся кровь” (Curdled). Продюсер.


1997

“Джеки Браун” (Jackie Brown). Сценарист, режиссер.


1998

От заката до рассвета-2. Дочь палача” (From Dusk Till Dawn-2. Hangman's Daughter). Исполнительный продюсер.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15