Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Огонь (№1) - Неистовая принцесса

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Дрейк Шеннон / Неистовая принцесса - Чтение (стр. 18)
Автор: Дрейк Шеннон
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Огонь

 

 


Вряд ли он слышал ее, но продолжал глотать. Содрогнувшись, он открыл глаза.

— Боже мой! — прохрипел он. — Ведро! Ради Бога, ведро!

Аларик оттолкнул Фаллон и спрыгнул с кровати. Он широко раскрыл глаза, увидев, что комната полна народу. Ругаясь, он бросился к ночному горшку. Здесь его вырвало. Ричард держал наготове воду. Он плеснул себе водой на лицо и голову, и внезапно им снова овладела слабость. Он тяжело обвис, Ричард и Роже подхватили его и отвели к кровати.

Фаллон услышала нечто похожее на шипение. Повернувшись, она увидела, что лысый рыцарь высоко поднял боевой топор. Она вскрикнула, поняв, что на нее сейчас обрушится смертельный удар.

— Стой! — громко скомандовал Роже. — Остановись, приятель!

— Она убила его!

— Нет, ты лучше взгляни сюда!

Рыцарь шагнул вперед. Аларик медленно открыл глаза. Он был в ясном сознании. Он сделал попытку улыбнуться, но глаза его закрылись.

— Видишь, он просто заснул, — глухо сказала Фаллон, еще не пришедшая в себя после потрясения. — Он спит, и его будет тянуть в сон, пока не поправится. Сейчас его надо оставить в покое. Он выживет.

Улыбнувшись лысому рыцарю, она закрыла глаза и горячо поблагодарила Бога за то, что ей удалось сделать все правильно. После этого она опустилась на кровать и потеряла сознание.

Болезнь Аларика длилась почти неделю, в течение которой он едва узнавал окружающих. За это время пришло несколько вестей от герцога, которого тоже свалила горячка. Вильгельм лежал больной в разрушенной башне и раздавал своим людям окрестные деревни.

В Лондоне провозгласили Эдгара Ателинга королем Англии. Услышав эту новость, Вильгельм пришел в бешенство. Однако не было слышно, чтобы английское войско собиралось бросить вызов норманнам.

О коронации пока тоже молчали. Фаллон обо всем узнавала от Джин. После того как заболел Аларик, Фаллон обрела заметно большую свободу. Ей разрешалось спускаться в зал и даже выходить из дома. Она наблюдала за жатвой, видела, как Хат поселился с семьей в Хейзелфорде. Этот громадный сакс, как и некоторые другие беженцы, был занят в строительстве пристроек к усадьбе. Фаллон говорила с его женой, Марлой, которая уверяла ее, что Хат вовсе не жестокий человек, он просто тогда был не в себе.

— В Гастингсе вмешался какой-то рок, — со вздохом добавила Марла. — Хат слишком верил королю, и поражение вызвало у него что-то вроде затемнения разума.

— Я думаю, он решил, что Бог отвернулся от Англии, — сказала Фаллон и проглотила ком в горле, чтобы не разрыдаться при воспоминании об отце. Он и родина были ее болью.

Джин сочувствовала принцессе, однако ближайшей ее подругой стала Марла. Однажды она сказала Фаллон, что не понимает, зачем ей убегать, а когда Фаллон ошеломленно посмотрела на нее, Марла пояснила:

— Я видела, как опустошают и грабят города и деревни… Видела, как молодую красивую девушку насилует дюжина бандитов. Видела, как убивали сопротивляющихся мужчин… Вы — королевская дочь, Аларик — граф и близкий к Вильгельму человек. И если он предложил вам свою любовь и покровительство, вам вряд ли следует это отвергать.

— Вы отдаете Англию, Марла… Я не могу себе этого позволить… Мой отец никогда не отдал бы страну иноземному королю, и я ни перед кем не намерена склонять голову.

— Я не вижу, чтобы с вами незаслуженно сурово обращались, — спокойно сказала Марла, и краска залила щеки Фаллон. Люди Аларика и в самом деле относились сейчас к ней вежливо и уважительно. Конечно, ее держали в поле зрения. Она пользовалась определенной свободой, но кто-то обязательно находился неподалеку от нее. Если она выходила из дома, тут же оказывался нормандский страж. Она мечтала о свободе, но ей следовало проявлять величайшую осторожность. Нужна лошадь, иначе придется до Лондона добираться пешком. Но конюшни тщательно охранялись. Фаллон лихорадочно перебирала планы побега.

Люди могли свободно ездить из деревни в деревню, и Фаллон узнавала от них все необходимое. Население Хейзелфорда росло, беженцев, желающих работать на нового нормандского господина, принимали охотно.

Внезапно Фаллон сжала руки Марлы.

— Марла, поверь мне! Возможно, Хат не может понять это, но мой отец считал своим долгом сражаться, а когда пал, наверно, думал, что так повелел Бог. Но его убили эти люди!.. Аларик — справедливый человек, я знаю его много лет… Но я дочь Гарольда, моя честь велит мне вернуться к своему народу, к братьям, возможно, к тете. Я мечтаю добраться до Лондона, Марла! Ты можешь отправлять и получать послания. Ах, Марла, если бы я могла убежать! Помоги мне!

Марла вздохнула и с грустью посмотрела на Фаллон. Она знала мнение мужа на этот счет.

— Не знаю, смогу ли я вам помочь. Но если будет возможность, постараюсь.

Это был самый лучший ответ, на который Фаллон могла рассчитывать.

Любопытные отношения возникли между Фаллон и Роже. Аларик был еще очень слаб и большее время спал, и всем в Хейзелфорде командовал Роже. Она вспоминала то время, когда он вместе с Алариком приезжал с визитом к ее отцу. Тогда они нравились друг другу. Они были почти ровесниками, и Роже всегда был любезен и галантен с ней.

Постоянно доходили слухи о грабежах, чинимых войском Вильгельма по мере его продвижения в глубь страны. Однажды, заметив, как побледнела Фаллон, услышав подобную весть, Роже заговорил с ней.

— Вильгельм не стремится опустошить страну, Фаллон. Но он идет с огромным войском. Людям надо есть. Поверьте, что ущерб ограничивается лишь маршрутом передвижения. — Поколебавшись, он добавил: — Вильгельм всегда проводил политику опустошения и устрашения. Я видел это в Нормандии, Анжу и Мэне… Если он захочет разрушить Англию, то вся страна станет такой, как Ромни сегодня.

Фаллон насмешливо скривила губы и отвернулась.

— Людям надо есть, и потому они забивают весь скот, грабят усадьбы и торговцев, хватают всех женщин подряд от двенадцати и до восьмидесяти лет.

Роже ничего не ответил. Она часто думала о побеге в эти дни. Ночи она проводила с Алариком, спала у камина, часто поднималась, чтобы убедиться, не требуется ли ее помощь. Но он дышал ровно, и, хотя не просыпался и не разговаривал, Фаллон знала, что он выздоравливает и опасность позади. Иногда, подходя к нему, она думала, насколько он уязвим во сне. Он привык командовать, и это отражалось на его лице. Он казался властным и уверенным. Даже сейчас сила проглядывала в нем, когда он пробуждался.

Сама себе в том не признаваясь, Фаллон восхищалась его сильным стройным телом.

Он воевал, а красота в нем ждала, подумала она и закусила губу, ибо за этим последовала мысль, которой она испугалась. Она быстро отодвинулась от Аларика и обрадовалась, когда пришел Ричард, чтобы сменить ее.

Первого ноября Аларик открыл глаза и посмотрел на Фаллон — посмотрел в полном смысле этого слова. Она чинила сорочку, но почувствовала его взгляд и замерла.

— Ты не убежала. — Шепот его был хриплый, прерывистый. Фаллон покачала головой. — А почему? — спросил он. Она не ответила. Аларик улыбнулся и закрыл глаза.

Фаллон встрепенулась, отложила шитье, переплела пальцы рук и посмотрела на него.

— Я не хотела, чтобы ты умер от горячки, — сказала она.

Он снова открыл глаза. На его губах играла еле заметная улыбка, но глаза были серьезны.

— Спасибо.

— Не надо меня благодарить. Когда-нибудь храбрый сакс пронзит тебе сердце, и я обрадуюсь этому.

— У этого сакса есть имя?

— Нет, мой господин, но не может быть сомнения, что тебя и твоих захватчиков ждет этот удел.

— Ты все продолжаешь жить в фантазиях, — сказал он сухо. Он попробовал подняться, но, видимо, не смог. Скрипнув зубами, он прижал пальцы к вискам, затем со вздохом снова лег на спину. — Сколько я здесь пролежал?

— Неделю.

— Неделю?! — Потрясенный услышанным, он снова попытался встать. Фаллон сняла с колен шитье и поднялась. Что-то пугающее было в сосредоточенности и решимости, которые отразились в его лице. Бисеринки пота выступили у него на лбу, однако ему удалось сесть в кровати. Плечи у него бессильно опустились, дыхание стало хриплым и неровным. — Господи Иисусе, — пробормотал он. — Оказывается, эта горячка собирает тяжелую дань.

Он снова бросил на Фаллон взгляд.

— Выходит, та дрянь, что ты мне дала и которая воняла дерьмом, а на вкус была и того хуже, не была ядом.

— Конечно.

— Еще раз спасибо.

— Еще раз не за что. Я лечила тебя только потому, что иначе твой лысый приятель задал бы мне головомойку.

Аларик снова засмеялся, на сей раз уже погромче.

— Ролло. — Его глаза с любопытством смотрели на нее, сам он продолжал улыбаться. — Ролло наполовину язычник. Он швед, викинг. Он считает, что мы, норманны, тоже викинги, но ты не стала бы этого утверждать, если бы видела, как мы строим корабли… Ролло с самого начала был убежден, что ты ведьма… Он говорит, что ты слишком красива, чтобы быть простой смертной, и что тебя нужно вернуть в царство тьмы, откуда ты пришла.

— Скажи ему, что я саксонская женщина, а не ведьма.

— А это не одно и то же?

— Похоже, ты вполне выздоровел, — пробормотала Фаллон и, повернувшись, собралась уходить.

— Фаллон!

В его голосе послышались властные нотки, которых она как будто не услышала.

— Фаллон, я говорю…

— Да, ты говоришь, — вкрадчиво сказала она, — но, как видишь, мне неинтересно это выслушивать.

Несмотря на слабость, он соскочил с кровати и шагнул к Фаллон. Он схватил ее за кисть с неожиданной силой и впился в нее взглядом.

— Почему ты не пыталась убежать, если так меня ненавидишь? Почему не дала мне умереть?

— Я уже сказала тебе…

— А, ну да… Что некий сакс когда-нибудь перережет мне глотку. Но где истина?

Он был совсем рядом. Фаллон боялась, что он может отгадать ее колебания. Она резко выдернула руку.

— Не воображай, что я забыла, кто ты такой! — отрезала она. — И не думай, что я стану более терпимой к тебе или другим норманнам в моем королевстве! Я презираю тебя, но ты поймешь это только тогда, когда я возьму верх над тобой.

Она повернулась, чтобы уйти.

— Фаллон!

Она все же выскочила, с силой хлопнув дверью. Услышав прозвучавшие ей вслед проклятья, она, несмотря на свой гнев, улыбнулась.

Было очень приятно иметь последнее слово за собой.

— Фаллон?!

Она услышала, что ее окликает Ричард, спеша навстречу по лестнице. Он обеспокоенно посмотрел на нее.

— Он проснулся… Правда, очень слабый, думаю, он голоден… Принеси ему поесть. Он нуждается именно в твоих услугах. — Она побежала мимо него вниз.

— А вы куда идете? — спросил Ричард.

— Подышать свежим воздухом, — ответила она, чувствуя какую-то необыкновенную легкость.

Внизу, в зале, она обнаружила Роже Боклара, который пытался объясниться с Хэмлином. Кажется, они оба преуспевали в изучении иностранных языков. Роже взглянул на появившуюся Фаллон.

— Мы охотились. На ужин будет кабан, оленина и перепелиное мясо, и еще предстоит много засолить и заготовить впрок на зиму.

На зиму? У нее сжалось сердце, когда она подумала о будущем. Она постоянно опасалась, что Аларик устанет от нее и отправит в темницу в Нормандию. Но ради спасения чести, напомнила она себе, она предпочтет ссылку своей нынешней судьбе.

Она легонько вздохнула и посмотрела на Роже. Нет, ее не будет здесь зимой независимо от того, что думал на этот счет Аларик.

— Он здоров, уже разговаривает и даже смог встать и сделать несколько шагов, — сказала Фаллон.

— Слава Богу! — радостно произнес Роже. Он поцеловал ее в щеку и бросился наверх.

Седовласый Хэмлин остался в зале. Он кивнул Фаллон.

— Вы выглядите бледной, миледи… Нам только что доставили вино… Не хотите ли выпить?

— Да, спасибо, Хэмли, — кивнула она. Она села на подоконник и стала смотреть на строения и поля позади усадьбы. Люди возвращались после жатвы, а каменщики и плотники заканчивали работы по возведению стен.

По лестнице сбежал Ричард, требуя принести корыто, воду и еду. Хэмли подал Фаллон вино и стал слушать оживленный рассказ Ричарда о том, что приказал ему Аларик.

— Он сказал, что так голоден, что может съесть целого кабана!

— Отлично! — порадовался Хэмли. — Скажи моему господину, что ему немедленно подадут великолепное мясо и что очень рады его выздоровлению.

Фаллон потягивала вино, наблюдала и предавалась горестным размышлениям. Чему это они рады? Она отвернулась и стала смотреть в окно.

Внезапно сердце у нее замерло. Фаллон с трудом подавила крик.

К усадьбе приближались трое молодых мужчин. Все они были в рабочей одежде и, по всей видимости, взяты на кухню, потому что в усадьбе прибавилось работы, а значит, и людей.

Среди них был Делон.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди Фаллон. Делон жив! Огромным усилием воли она удержала себя, чтобы не броситься к нему навстречу. Почему он здесь? Возможно, он что-то задумал, и если она выдаст его своей радостью, то нарушит его планы. Но как можно оставаться спокойной, когда сюда приближается Делон? Она всмотрелась в него. Он сбрил бороду и подстриг волосы. Норманны, утверждая свою власть, сбривали мужчинам волосы, чтобы лишний раз унизить их. Здесь же, в Хейзелфорде, местные мужчины перенимали нормандские прически.

Внезапно ее обожгло чувство стыда. Ее нареченный идет спасать ее, а она лишена невинности. Правда, она верила, что Делон не станет презирать ее за это. Но еще больше ее мучила мысль, что Аларик разбудил в ней чувственность. То, что она испытала в его объятиях, было совсем не похоже на сестринскую привязанность, которую она питала к Делону.

Мужчины вошли во двор усадьбы.

Фаллон не мешкая побежала к кухне, горя желанием увидеть Делона. Она открыла дверь — он стоял возле разделочного стола, неподалеку от центрального очага. Они были одни.

— Делон! — воскликнула она. — Делон! — Он протянул руки, и она бросилась к нему в объятия. — Ты цел и невредим!

Он кивнул, нежно проводя пальцами по ее лицу и пытаясь заглянуть в глаза.

— У меня есть люди в лесу — это настоящие англичане, которые всей душой ненавидят норманнов… Вот мой план: ты должна прийти сюда в полночь. Твои братья собирают войско, ты нужна в Лондоне. И я тоже в тебе нуждаюсь, Фаллон… Я люблю тебя. И без тебя нам всем очень плохо.

Дверь скрипнула, и Фаллон быстро отпрянула от Делона.

— Фаллон!

Она испуганно обернулась и увидела Роже Боклара.

— Фаллон, Аларик хочет, чтобы вы немедленно поднялись к нему. А ты, парень, принеси котелок с водой. — Роже обратился к Фаллон. — Он понял меня? Скажите ему, пожалуйста, по-английски.

Но она была не в состоянии вообще что-либо сказать, слова застряли у нее в горле.

— Фаллон, вас что-то беспокоит?

Она покачала головой и сумела выдавить:

— Роже, скажите Аларику, что я скоро приду.

Роже нахмурился.

— Он сказал, чтобы вы пришли немедленно, а если станете возражать, чтобы я привел вас силой.

И он сделает это, с горечью подумала она. Делон повернулся и сделал попытку уйти через другую дверь, но ему преградил путь рослый Ролло с боевым топором на плечах.

Делон остановился, не сводя взгляда с топора.

— Ролло! — обратился Роже к великану. — Граф выздоровел, уже на ногах и раздает приказы. Думаю, скоро мы отправимся к герцогу.

— Очень добрая весть, как думаешь, парень? — повернулся Ролло к Делону и бодро хлопнул его по плечу.

Фаллон с тревогой подумала, что Делон может оскорбиться таким обращением, забыть свою маску и ответить так, как должно рыцарю.

— Скажите этому парню, чтобы он принес наверх воду, и поднимайтесь с ним.

Фаллон посмотрела на Делона, зная, что он все отлично понял. Она лихорадочно пыталась вспомнить, сколько раз Аларик и Делон смотрели друг другу в лицо. Впрочем, Аларик сейчас болен, а Делон очень изменился. К тому же у них не было выбора. Она быстро заговорила по-английски, надеясь, что ее не поймут Ролло и Роже.

— Нам придется делать так, как говорят. Поторопись и постарайся не показываться Аларику. Я жду тебя снаружи через минуту.

Он кивнул. Выбора у них не было.

Глава 20

Для купания требовалось больше воды, но Аларик, не дожидаясь, пока ее принесут, влез в корыто. Он слушал Ричарда, который рассказывал о Фаллон.

— Она была такая нежная, такая заботливая! — возбужденно говорил Ричард. — Она так беспокоилась о вас!

Аларик скептически улыбнулся. Скорее всего, она днем и ночью думала, как ей убежать.

— А вот и она! — нервно произнес Ричард. Аларик открыл глаза и увидел, что в дверях появились Фаллон и деревенский парень с водой.

Парень? Мышцы у Аларика напряглись, хотя он не изменил позы. Горячую воду нес молодой крепкий мужчина — высокий, мускулистый и, должно быть, отлично владеющий оружием. Это был Делон. Один из приближенных Гарольда. Жених Фаллон.

Аларик сделал вид, что он закрыл глаза, хотя продолжал внимательно наблюдать за молодым человеком. Или они думают, что Аларик слеп? Или полагают, что эта стрижка может ввести его в заблуждение? В лесу собирается войско? Или Делон пришел сюда один?

Значит, Фаллон знала о плане и ждала назначенного часа. Она спасла его лишь для того, чтобы убить сейчас.

— Парень, поставь котелок на пол, — небрежно сказал он. — Да, погоди малость… Ричард, подойди сюда!

Фаллон стояла в дверях ни жива ни мертва. Аларик наблюдал за ней из-под опущенных ресниц. Она нервно облизала губы и стала ломать пальцы.

Ричард замер в ожидании. Глядя на него, Аларик задумался: знает ли этот парнишка, что за мужчина стоит рядом с ним? Скорее всего, не знает. Ричард мечтал о том, чтобы стать рыцарем. Близко он видел только нормандских рыцарей, которые и были для него примером. В то же время его нельзя упрекнуть в равнодушии к Богу, королю и Англии, потому что он едва ли имел какое-либо убеждение на этот счет.

— Иди вниз и найди сэра Роже. Скажи ему, что я услышал вой волков. Они очень голодны, и ими нужно заняться.

Нахмурившись, Ричард кивнул. Уж не стал ли Аларик снова бредить? Никакого воя волков не было слышно, но он, конечно, передаст это странное сообщение.

— Слушаюсь, мой господин, — проговорил Ричард, опрометью бросившись выполнять приказание.

Когда дверь закрылась, Аларик обратился к Фаллон:

— Подойди, пожалуйста, сюда, и добавь воды в корыто.

Не говоря ни слова, Фаллон направилась к корыту, чтобы выполнить приказание. Ослушаться — значит насторожить Аларика, даже если он не узнал Делона. Фаллон осторожно долила в корыто воды.

Не выпуская из поля зрения человека, напряженно стоящего у двери, Аларик взял Фаллон за запястье. Она уронила ведро и напряженно застыла.

— Слышала бы ты Ричарда, — улыбаясь, проговорил Аларик. Он протянул руку и коснулся ее щеки, оставив на ней мокрый след, затем дотронулся до шеи и положил руку ей на грудь.

Фаллон выдернула руку и отодвинулась.

— Что ты хочешь? — хрипло спросила она. Он покачал головой, продолжая так же широко и беззаботно улыбаться.

— Просто мне интересно знать… Ричард божится, что ты делала все, чтобы спасти мою жизнь. Даже Ролло теперь за тебя. Чем объяснить такое твое отношение?

Фаллон бросила быстрый взгляд на стоящего у двери блондина.

— Так чем же? — повторил свой вопрос Аларик.

— Я… я н-не знаю… Я вылью оставшуюся воду в корыто, а этот молодой человек может идти исполнять свои обязанности.

— Ну, я думаю, его обязанности могут подождать… Я с тобой разговариваю, Фаллон.

Она стояла рядом с рыцарем и корытом, и Аларик сгреб ее, вынудив опуститься на колени. Фаллон гневно сверкнула очами. Однако она не удержалась от нервного взгляда в сторону Делона, в котором читалась мольба, чтобы Делон не двигался и не вмешивался.

Внезапно Аларик почувствовал жалость к этому блондину, стоящему неподвижно словно статуя, с бледным как полотно лицом. Он не выдержит этой сцены, Аларик был уверен в этом. И понимал его, ибо на месте Делона он испытывал бы муки ада.

— Я хочу услышать ответ, миледи, — спокойно сказал Аларик. — Хотя, мне кажется, я и сам его знаю. Ты, должно быть, вспоминала наши пылкие ночи?

Молнии сверкнули в глазах Фаллон.

— Мерзкая крыса! — зашипела она, пытаясь вырвать руку.

Он засмеялся и, взяв ее за волосы, повернул лицом к себе.

— Или ты уже забыла об этом?

Он прикоснулся к ее губам — и в то же мгновение оттолкнул ее. В его руках оказался меч. Белокурый сакс застыл с ножом в руке, когда острие меча уперлось ему в горло.

Боя не произошло. Аларик был слишком быстр. Фаллон рванулась к Делону, но Аларик тут же остановил ее — не мечом, а зловеще произнесенными словами:

— Стой! Еще один шаг, миледи, и меч проткнет ему горло. Я предпочитал бы его не убивать. Я искренне жалею всех, кто любит вас.

Делон молчал, ибо стальное острие у горла не располагало к разговору. Аларик затруднялся вспомнить, сколько раз, сидя у Гарольда, он видел, как этот молодой человек не сводил влюбленных глаз с Фаллон. Аларик жалел его, ибо был уверен, что, став королем, Гарольд не выдаст за него дочь. К тому же рыцарю нравилось мужество этого человека.

— Аларик, прошу тебя, — прошептала Фаллон.

Не обращая на нее внимания, Аларик начал допрос.

— Этот нож предназначался для моей спины? — негромко спросил он у Делона. Внезапно он почувствовал смертельную слабость во всем теле. Тело его покрылось потом. Сила покинула мышцы, в глазах потемнело, и он был близок к тому, чтобы упасть.

Он взглянул на Фаллон, которая пятилась от него. Наверное, если бы у него были силы, он бы рассмеялся.

— Убей меня, принцесса, — хрипло сказал Аларик. — Убей, иначе я тебя затравлю.

— Делон, мы должны бежать! Немедленно!

— Может быть, нам следует…

— Убить его?

— Ты права, мы не можем, нужно немедленно бежать.

Она схватила Делона за руку и потащила его к двери. Аларик упал, и кромешная тьма сомкнулась над ним.

Фаллон и Делон сбежали по лестнице вниз. Там слышался звон оружия: Ричард предупредил Роже о «волках».

Волки находились в зале: два сакса пробивались к выходу, но нормандские рыцари были сильнее.

— Боже милостивый, снова гибнут люди! — воскликнула Фаллон.

Делон схватил ее за руку и потащил к выходу.

— Принцесса со мной! — крикнул он. — Уходим!

Сердце Фаллон наполнилось благодарностью — люди пришли, чтобы спасти ее. Они с Делоном пересекли зал. Прикрывавшие ее саксонские воины издали боевой клич.

Снаружи их ожидали лошади. Фаллон запрыгнула на мышастую кобылку, Делон — на гнедого жеребца, и они помчались к лесу.

Ее волосы развевались по ветру. Громко стучали копыта. Чуть позже к ним присоединились люди Делона.

— Нас преследуют? — Делон обернулся назад.

Темноволосый сакс, так и не сбривший бороду, покачал головой.

— Пока что нет.

— Но погоня будет, — сказал Делон.

— Надо быстрее достичь леса, — преодолевая шум ветра, крикнула Фаллон.

Они скакали по старой римской дороге — кавалькада численностью примерно в пятьдесят всадников, поднимая облако пыли. Фаллон летела как на крыльях. Она была свободна!

Однако на какое-то мгновение упоение свободой отступило, и ей вспомнился Аларик. Ведь он мог убить Делона, однако не сделал этого!

«Нам следовало убить его!» — прозвучал в ней какой-то голос. Нет. Он унизил ее, но зачем лгать себе: он силой не заставлял ее вкушать сладость любви. Она была тогда словно под влиянием каких-то чар. Она не может желать ему смерти. Она желала ему долгой жизни и здоровья — и лучше бы это было на нормандской земле.

Триумф! Победа! Господи, она свободна!

И все же ей будет недоставать Аларика, его иронической усмешки, прикосновений его ласковых рук.

Она проглотила подступивший к горлу комок и приказала себе не думать о нем. Англия пришла ей на помощь.

Лошади замедлили шаг и вскоре остановились.

— Здесь! — раздался чей-то голос. Они находились в густом лесу. Бородач, всячески подчеркивая свое уважение к Фаллон, поехал впереди, показывая ей путь. Через некоторое время они оказались на большой поляне, где их ожидали несколько женщин. Здесь горели костры, жарилась оленина и видны были кувшины с добрым английским элем.

Фаллон удивленно взглянула на Делона. Ее громко приветствовали, когда она въехала в круг костров. Фаллон поблагодарила людей.

— За королевскую дочь! — провозгласил кто-то, и радостные восклицания возобновились с новой силой. Делон спешился и помог Фаллон слезть с лошади.

Начался настоящий пир. Мужчины весело смеялись и разговаривали. А затем пришла ночь, отодвинув веселье на второй план. Бородач, которого ввали Фразьер, находился неподалеку от Гарольда, когда короля убили. Фаллон должна была выслушать горестный рассказ.

— А герцог… принимал участие в этом варварском убийстве? — спросила она.

Молодой сакс покачал головой.

— Нет, хотя слухи такие и пошли. Как бы я ни презирал этого нормандского ублюдка, должен сказать, что я его не видел.

— А граф? — продолжала допытываться Фаллон, чувствуя при этом, как запылали ее щеки, и зная, что за ней наблюдает Делон.

— Нет, госпожа, графа Аларика среди этих мясников не было.

После пиршества началось обсуждение плана дальнейших действий. Братья Фаллон должны были встретить их утром недалеко отсюда. Делон сказал, что они направятся в Лондон и продолжат собирать войско. Фаллон кивнула. Она встретилась с ним взглядом.

— Если что-то случится, Фаллон, ты не должна забывать о нашем великом деле — освободить страну от нормандского ига.

— Что ты хочешь сказать? — спросила она. Делон улыбнулся, сел рядом и взял ее за руку.

— Если что-то случится с кем-то из нас. Твои братья нуждаются в тебе.

— Делон, мы живы и будем жить.

Их окружал густой лес. На небе сияла луна, освещая призрачным светом землю, спящих под деревьями людей и догорающие костры.

Делон улыбнулся, дотронувшись до ее щеки, и как-то странно посмотрел на нее. Она почувствовала трепет. Он любил ее, хотя и знал, что она стала любовницей норманна. О чем он попросит ее этой ночью? Она с ужасом подумала, что не хочет его.

— Делон, — шепотом сказала она.

— Молчи… Мы должны идти спать. На заре двинемся к Лондону. Здесь небезопасно.

Он положил руки ей на талию и слегка прижал к себе. Фаллон молча смотрела на луну.

Ей не спалось. Она была во власти противоречивых чувств. Свобода — это хорошо, но какая-то частица ее осталась там. Несмотря ни на что, она не могла забыть графа Аларика.

Она впала в дрему, когда услышала крики. Делон поднял ее на ноги.

— Беги! Скорее беги в лес!

— Боже мой, что произошло?

А творилось что-то невообразимое. Мужчины кричали, вытаскивали мечи, женщины плакали и пытались скрыться в лесу.

— Он нашел нас! Аларик обнаружил нашу стоянку!

Аларик пришел за ней! Холодок пробежал у Фаллон по спине. Она увидела нормандских рыцарей, одетых в броню.

— Беги! — приказал Делон.

— Нет! Я не оставлю тебя!

Фаллон бросилась к лошадям, чтобы достать из седельной сумки меч. К тому моменту, когда меч оказался у нее в руках, их окружили норманны. Слышались крики, некоторые воины пытались скрыться в лесу, но их ждала засада. На Фаллон неслась лошадь. Отбросив свой страх, девушка подняла меч, готовясь защищаться. Всадник остановился. Это был Роже.

— Господи, помоги нам! — перекрестилась Фаллон и бросилась назад.

Однако Господь не внял молитвам Фаллон, как раньше не услышал ее отца. Остановившись с поднятым мечом, она увидела Аларика, который мчался к ней и Делону.

Он спрыгнул там, где стояли Делон и Фаллон. Вдали слышался шум боя, здесь же царила зловещая тишина. Аларик поднял меч, вызывая Делона на поединок. У Фаллон сжалось сердце, ибо она любила обоих этих сильных, гордых людей. Делон поднял свой меч, и сталь зазвенела о сталь.

Снова и снова скрещивались мечи. Выпад и защита. Чудовищная сила против хитрости и ловкости, быстрота против мощи. Они двигались, танцевали вокруг дерева, и Фаллон, затаив дыхание, наблюдала за ходом поединка.

Меч отлетел в сторону, и сердце у Фаллон замерло. Аларик стоял, над лежащим Делоном, приставив острие к его горлу.

— Нет! Нет! — закричала Фаллон и бросилась с поднятым мечом на Аларика.

Норманн повернулся и отразил ее удар. Фаллон зашаталась — такой силы был удар Аларика. Рассвирепев, он бросился на нее. Уверенная в том, что он убьет ее, Фаллон решила сражаться до конца. Но силы бойцов были неравны. Фаллон оказалась прижатой к дереву. Размахивая перед ней мечом, он кричал:

— Убей же меня, леди.

Ее душили слезы. Она отразила его удар, отдавая себе отчет в том, что долго не продержится. Но по крайней мере он не убил Делона. Английский рыцарь оставался недвижим на земле.

— Аларик…

— Я сегодня не такой слабый.

Глаза Аларика излучали ненависть. Он наступал на Фаллон, и у нее не хватало сил сдержать его натиск. Он сделал резкий неожиданный взмах — и ее меч со звоном упал на землю.

Фаллон обняла дерево и молча уставилась на Аларика. Их уже окружили. Кто-то поставил Делона на ноги и подвел к ней.

— Фаллон, похоже, я снова одержал над тобой верх, — сказал Аларик.

Она разразилась рыданиями. Аларик перевел глаза на Делона. Его глаза сверкнули.

— Я должен убить тебя, — сказал он молодому саксу.

— Нет! — закричала Фаллон. — Нет, прошу тебя! — Ей никогда не приходилось видеть Аларика таким разъяренным. Фаллон сделала шаг в сторону Аларика и опустилась у его ног на колени.

— Умоляю тебя…

— Фаллон, Господи! — прохрипел Делон. — Он обесчестил тебя!

— Что такое честь сейчас, Делон? — с горечью сказала она.

— Я бы хотел это знать, — вмешался Аларик.

Фаллон повернулась и посмотрела на него — он был холоден и суров. Лишь в глазах его читался гнев, в остальном это была глыба льда. Он шагнул к ней, схватил ее за волосы.

— Ты шлюха? — спросил он ее тихо. — Отдаешься каждому, кто тебе больше предложит?

— Ублюдок! — прошипела она, пытаясь ногтями расцарапать ему щеку. Он крепко схватил ее за запястье. Делон выступил вперед и произнес слова, которые она сама ни за что не сказала бы:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26