Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Конан-заступник

ModernLib.Net / Джордан Роберт / Конан-заступник - Чтение (стр. 5)
Автор: Джордан Роберт
Жанр:

 

 


      - Пойдем ко мне, - сказал он, обвив ее талию рукой. Прижав девушку к себе, он ощерился в самой приветливой своей улыбке. - Поговорим о поэзии.
      Ариана не смогла сдержать смешка.
      - Если ты под этим словом подразумеваешь то, что я думаю, боюсь, что разговорами дело не ограничится. - Улыбка на ее лице погасла, и она ищущим взглядом посмотрела ему в лицо. - Есть более важные вещи. Но сначала ты должен мне поклясться, что никому не расскажешь о том, что тебе сообщат. Клянись.
      - Я клянусь, - медленно повторил Конан. Он внезапно понял, почему до сих пор не на службе. Несомненно, что любой отряд на службе у лорда или торговца будет обязан выступить в поддержку трона в случае народных волнений. Но Конану вовсе не хотелось принимать участие в уничтожении Арианы и ее друзей. Особенно Арианы.
      - Я все думал, - продолжил он, - когда же ты наконец решишься рассказать мне о восстании.
      - Так ты знал?! - изумилась она и, прижав палец к его губам, заставила его молчать. - Идем со мной.
      Они прошли через залу и вышли в небольшую комнату в задней части трактира. Находившийся здесь Стефано хмуро уставился на облезлую стену. Гракус, коренастый скульптор, оседлал скамейку и улыбался. Философ и обладатель большого носа, называвший себя Левкасом, сидел, скрестив ноги, на полу и задумчиво жевал свою губу.
      - Он знает, - просто сказала Ариана. Все повскакивали с мест.
      Конан ненавязчиво положил руку на меч.
      - Он знает! - вопил Стефано. - А я говорил! Он опасный человек! Мы не должны иметь с ним никаких дел! Это не для нас!
      - Приглуши голос, - посоветовала Ариана. - Ты что, хочешь, чтобы об этом узнали и все остальные?
      Стефано виновато опустил глаза. Она продолжила.
      - Да, это правда, что нанимать людей, подобных Конану, не входило в наши планы. Каждый из присутствующих выражал желание принят непосредственное участие в подготовке и проведении восстания.
      - Ты, по крайней мере, можешь писать стихи, - пробурчал Гракус. - А мне остается лишь переписывать да разбрасывать их на улице. Скульптурами народ на борьбу не поднять.
      - Король Гариан на троне сидит, - неожиданно произнес Конан. - Король Гариан на пищу глядит. - На него смотрели недоуменно. - Я видел один такой стишок. Это не ты написала?
      - Нет, это Галия, - сухо ответила Ариана. - Мои стихи намного лучше.
      - Это все дела не касается, - взвизгнул Стефано. - Мы знаем, почему ты ему доверяешь! - Он встретил ледяной взгляд Конана и нервно сглотнул. Я считаю, что это слишком опасно. Оставим нанимать бойцов Таэрасу. Он их знает, а мы нет.
      - Мы же знаем Конана, - возразила Ариана. - Кроме того, мы же решили - и ты, кстати, согласился - самим начать поиск нужных людей, что бы там Таэрас ни говорил по этому поводу. Вместе с Конаном мы получаем не одного воина, а сорок сразу!
      - Если они за ним пойдут, - усомнился Гракус.
      - Они последуют за мной туда, где им платят золотом, - заявил Конан.
      Гракус растерянно посмотрел по сторонам. Стефано насмешливо рассмеялся.
      - Да уж, золото!
      - Идиоты! - упрекнула их Ариана. - Сколько раз мы с вами говорили о тех, кто утверждал, что революция должна быть чистой. Что за нее должны сражаться только те, кто бьется за идеалы? Сколько из них избежало кола? И все из-за своей чистоты.
      - Наше дело правое! - выкрикнул Стефано. - Золото пачкает нашу революцию!
      - Снова спорим об одном и том же, - устало покачала головой Ариана. Давно пора прекратить эти препирательства. Как, по-твоему, набирает людей Таэрас? С помощью золота, Стефано! Золота!
      - И с самого начала я возражал, - вспыхнул скульптор. - Народ...
      - Народ последует за нами и поднимется, - перебила она. - Он поднимется. А мы ничего не знаем о ведении войны. Их всех перережут!
      - Но наши идеалы!
      - Одних идеалов недостаточно! - она обвела взглядом заговорщиков, и они нервно задвигались, почувствовав себя неуютно.
      Конан понял, что самый сильный дух был заключен в ее пленительное тело. Остальные ей не ровня.
      - Все, что я хочу, - заявил Гракус, - это шанс биться с мечом в руках. Конан, можно мне быть рядом с тобой в этот день?
      - Я вроде бы не говорил, что присоединяюсь к вам, медленно произнес киммериец.
      Ариана онемела от изумления, нервно сцепив руки. На ее лице было написано разочарование. У Гракуса отвисла челюсть.
      - Я предупреждал, ему нельзя верить, - пробормотал Стефано.
      - Мои люди пойдут за мной, - продолжил Конан, - если только я не поведу их прямо на дыбу или на кол. Я не имею права связать себя обещанием, пока у меня не будет представления о ваших шансах на победу. А для этого я должен знать ваши планы.
      - Он может предать, - быстро сказал Стефано.
      - Тихо! - велела Ариана, всматриваясь в лицо Конана.
      - Я не столь цивилизован, - тихо ответил киммериец, - чтобы предавать друзей.
      Девушка неуверенно кивнула. Стефано попытался заставить ее молчать, но она его отстранила.
      - Таэрас нанимает воинов. Он утверждает, что нам нужно, по крайней мере, тысячу бойцов, и у него они скоро будут. Но основная наша сила - в простых людях. Их гнев - и голод - настолько велики, что будь у них возможность, они бы голыми руками стащили Гариана с трона. Некоторым сказали, что они получат оружие. За ними последуют другие. У нас найдется оружие для десяти тысяч человек - оно доставлено через границу. Кое-что, несомненно, твоим другом Ордо.
      - ДЕСЯТЬ тысяч? - изумился Конан, припомнив цифру пять, о которой говорил его товарищ.
      - Десять, - твердо ответил Гракус. - Я все это видел. Таэрас показал. Целая куча оружия!
      Пусть тогда Таэрас и считает, усмехнулся про себя Конан.
      - Чтобы вооружить десять тысяч человек, пускай даже плохо, вы должны были потратить целую уйму золота. Еще больше уйдет на тысячу экипированных воинов Таэраса. Золото вы достали сами?
      - По крайней мере, частично, - перешла к защите Ариана. - Но, как ты знаешь, с доходами у нас не очень хорошо, а большая часть того, что мы получаем от... от других источников, идет на содержание трактира.
      - Есть еще те, - гордо сказал Стефано, - кто, как бы ни были они богаты, видят нашу правоту. Они видят, что Гариан губит страну. Они и дают Таэрасу деньги на приобретение всего необходимого.
      - И кто же они? - спросил Конан. - Выступят ли они открыто, под собственными именами, как только начнутся волнения?
      - Ну конечно, - сказал Стефано и сник. Похоже, у него возникли сомнения в правоте собственных слов. - То есть, я думаю, они поддержат нас. Видишь ли, до сих пор они желали оставаться неизвестными. - Он дребезжаще засмеялся. - Никто из нас их не видел. Деньги поступают прямо в руки Таэраса. Он умолк.
      - Стефано хочет сказать, - пояснила Ариана, - они боятся, что нас постигнет неудача. Их пугает призрак палача. Возможно, они надеются использовать нас и революцию в собственных целях - для обогащения. Если так, они забывают, на чьей стороне народ. И еще тысяча бойцов.
      Да, и еще тысяча воинов, которые взяли золото таинственных благодетелей, устало подумал Конан.
      - Но каков же ваш план? Не собираетесь же вы просто выйти на улицы и начать раздачу оружия?
      Гракус широко расплылся в улыбке.
      - Мы не такие идиоты, как ты думаешь. Те из нас, что распределяли хлеб в трущобах, нашли людей, которым можно доверять; отметили тех, кто готов следовать за нами по сигналу. Они получат оружие. Мы с ними окружим королевский дворец, в то время как Таэрас со своими людьми захватит городские ворота и запрет городскую стражу в казармах.
      - А вы берете в расчет состоящие на службе у богачей отряды и отдельных телохранителей? - спросил Конан. - Таких будет в городе около трех тысяч, и они наверняка выступят в поддержку короля.
      - Это так, - согласилась Ариана. - Но их хозяева будут держать их при себе - пока не разберутся в происходящем. Мы просто будем их игнорировать. Если придется, выкорчуем, один за другим, но позже. Отряд в сотню воинов едва ли справится с тысячей отверженных, для которых смерть - лишь избавление от голода.
      Похоже, она готова возглавить такую силу, подумал Конан. Голова откинута чуть назад, плечи расправлены, грудь вперед Конан знал, что она права. Люди без страха смерти - опасные противники в стычке. В то же время с ними легче вести затяжную войну. Что бы сегодня ни случилось, его люди должны быть готовы в любой момент выехать на улицы.
      Однако он лишь спросил:
      - А как же армия?
      Ему ответил снова Гракус.
      - Ближайшие гарнизоны - это тысяча человек в Эраниуме и две - в Иеракулуше. Им нужно пять дней, чтобы достичь Бельверуса - это считая с момента отдачи приказа. Их не хватит на что-либо серьезное, пока мы держим в руках городские укрепления. Что касается войск на аквилонской границе им еще нужно решиться оттуда уйти. Их будет беспокоить мысль - а что же станут делать аквилонцы.
      - Десять дней на переброску от границы значительных сил, - задумался Ордо. - Два дня на то, чтобы верховой курьер доставил приказ. Значит, вы можете рассчитывать на двенадцать дней, прежде чем под стенами Бельверуса появятся осадные машины и войска в количестве, достаточном для штурма. Чуть побольше, если повезет. Но преувеличивать не следует.
      - У тебя верные сведения, - отозвался Гракус. - Наш план рассчитан именно на двенадцать дней.
      - Нам столько не потребуется, - пренебрежительно махнул рукой Стефано. - Задолго до этого все нищие и голодные поднимутся на борьбу. Сотня тысяч плечом к плечу встанут на стены города. Мы обратимся к Гариану с требованием отречься.
      - Что, отречься?! - выкрикнул Конан. Все недоуменно посмотрели на него, а потом на стены.
      - Вы устраиваете восстание, а затем собираетесь просить об отречении? - уже тише спросил киммериец. - Вы спятили. Золотые Леопарды могут удерживать замок хоть полгода. А то и больше. А у вас в распоряжении всего двенадцать дней.
      - Это не моя идея, - с отвращением согласилась Ариана. - Я с самого начала утверждала, что мы должны захватить королевский дворец в первые же минуты.
      - И убить в нем всех, - заявил Стефано. - А как же наши идеалы? Чем мы тогда лучше Гариана?
      - Я не помню, - признался Гракус, - кто первым предложил идею отречения. На первый взгляд, возможно, действительно лучше было бы поступить так, как предлагает Ариана. То есть напасть на дворец, пока Золотые Леопарды не поняли, что это не просто очередные беспорядки. Но ведь мы не можем попирать наши идеалы. Идеалы, ради которых мы готовы пойти на смерть. Кроме того, - с улыбкой, будто найдя необходимое решение, закончил он, - всем известно, что холм, на котором расположен королевский дворец, пронизан сотнями тайных проходов. Любой из них поможет нам попасть внутрь.
      - Все слышали об этих туннелях, но известен ли тебе хоть один из них? - ядовито спросила Ариана. - Хотя бы один?
      - Ну... можно копать, - неуверенно предположил коренастый скульптор. Ариана фыркнула, и он стушевался.
      - Гариан не станет отрекаться, - покачал головой Конан. - Ни один король не стал бы этого делать. Вы потеряете время, которого у вас и так немного.
      - Если же он не отречется, - заявил Стефано, - толпы людей штурмом возьмут его дворец и разорвут Гариана на части.
      - Кстати, о народе, - Конан уставился на густобрового мужчину. - Ты тут говорил о желании предотвратить бойню, которая может запятнать ваши идеалы. А как же те тысячи людей, что погибнут при штурме дворца? Если они вообще смогут его взять.
      - Мы и так компрометируем наши идеи, нанимая бойцов за золото, упорствовал Стефано. - Дальше уже нельзя. Все, кто умрет в битве, станут мучениками, пострадавшими за святое и правое дело.
      - Ну и когда наступит этот святой и правый день? - Конан не мог скрыть сарказма.
      - Как только Таэрас соберет свою тысячу, - ответил Гракус.
      - Иначе говоря, дату начала определяет Таэрас? - Гракус медленно кивнул, и по его лицу пробежала тень сомнения. Конан продолжал. - Тогда я должен говорить с Таэрасом, а не с вами.
      Ариана широко распахнула глаза.
      - Ты хочешь сказать, что все еще можешь отказаться? После всего, что мы тебе открыли?
      - Мы же рассказали ему все! - визг Стефано набирал силу. - Он нас всех предаст! Мы преданы; преданы этим варваром!
      Лицо Конана окаменело. Взяв меч обеими руками, он поднял его так, что рукоять оказалась напротив его глаз. Стефано закричал, как женщина, и отскочил назад. Гракус поднялся на ноги. Ариана стояла ни жива, ни мертва.
      - Этой сталью и Кромом клянусь, - торжественно произнес Конан, - я никогда не предам вас. - Он отыскал глазами Ариану. - Я скорее умру.
      Ариана нерешительно шагнула вперед. Лицо ее было полно удивления.
      - Ты не такой, как другие, - прошептала она. Ее голос стал громче. Я ему верю. Мы договоримся о встрече с Таэрасом. Согласны? Стефано, Гракус? - Скульпторы торопливо кивнули. - Левкас? Левкас!
      - Что? - переспросил тощий философ, словно очнувшись. - Что бы ты ни сказала, Ариана, я целиком и полностью согласен. - Он заметил блеск клинка и откинул назад голову, стукнувшись о стену. Он так и остался сидеть, не сводя с меча испуганных глаз.
      - Философы, - усмехнулась Ариана.
      - Мне пора идти, - заявил Конан, сунув меч в ножны. - Я должен встретить Ордо.
      - Увидимся вечером, - бросила Ариана. Если судить по лицу Стефано, его моментально скрутил острый приступ желудочных колик. - И знаешь что, Конан? Помни - я доверила тебе свою жизнь.
      Да уж, подумал Конан, покидая гостиницу. Ввязалась в самую гущу. Да, у восстания есть небольшой шанс. Если у Таэраса действительно будет тысяча хорошо вооруженных и обученных бойцов. Если народ поднимется и последует за ними. Если люди не разбегутся при встрече с железным строем пехоты, лавой тяжелой кавалерии и гигантскими осадными башнями. Если мятежники решат подождать со своими идеалами и захватят дворец прежде, чем Золотые Леопарды организуют сопротивление. Слишком много "если". Она связала свою жизнь с заранее проигранным делом. Но, преисполнившись гордости, Конан дал еще одну клятву - самому себе. Он спасет ее, несмотря на нее саму.
      9
      Когда солнце начало клониться к закату, народ стал заполнять улицу Сожалений. К ночи сотня жонглеров мячами, ножами, булавами и факелами станет тысячей. Сотня разряженных, нарумяненных и надушенных проституток, прохаживающихся сейчас по улице, вечером превратится в две тысячи. Кое-где можно было видеть залетную птицу - богатого купца с вооруженным эскортом предвестника сотен таких же. Дюжины носилок, влекомых мускулистыми рабами, везли авантюристок, ищущих новизны. А под ногами у них у всех шныряли нищие.
      Не обращая внимания на окружающих, Конан продвигался по улице..
      Заметив вывеску таверны "Знак полной луны", он невольно расхохотался. На вывеске была изображена со спины сидящая на коленях и нагнувшаяся обнаженная женщина. Очевидно, это должно было говорить о тех сладостных утехах, которым предавался здесь среди прочих и Ордо.
      Вдруг Конан вздрогнул. Ему показалось - да нет же, так оно и есть! что носилки с пурпурными занавесями были те же самые, что встретились ему в первый же день его пребывания в городе. С одной стороны золоченых носилок ткань была отдернута в сторону, и Конан снова встретился взглядом с таинственной женщиной под вуалью. Даже с такого расстояния, хотя он и не мог разглядеть цвет ее глаз, они казались ему мучительно знакомыми. Он где-то видел эту женщину раньше - но где?
      Он тряхнул головой. Память и воображение иногда играют с ним очень странные шутки. Да ведь у сотни знакомых ему женщин и еще, может, у тысячи тех, кого он никогда не узнает, глаза точно такого же цвета. С этой мыслью Конан зашел под вывеску.
      Сквозь шум толпы до него донесся то ли женский смешок, то ли приглушенное рыдание. По спине у него пробежал холодок. Черт, еще вот-вот, и он вспомнит! Он обернулся, но носилки уже исчезли в толпе.
      Конан попробовал, как двигаются в ножнах меч и кинжал, как будто это могло помочь ему успокоиться. Я слишком беспокоюсь за Ариану, решил киммериец. Совсем не вредно немного развеяться, взять пример с Ордо: выпить вина, поглядеть на прославленную танцовщицу. Он вошел внутрь.
      Зал пропах кислым вином и затхлыми благовониями. Уставленный грубо сколоченными деревянными столами, он был заполнен едва на треть. Посетители пытались утопить в вине свои страхи. Семеро танцовщиц извивались под звуки двух флейт и ситара. Из одежды у них оставалось только по кусочку полупрозрачного красного шелка, которым они попеременно закрывали то лицо, то грудь. Изогнутые бронзовые пластинки, пристегнутые к золоченому поясу, прикрывали их лоно. У каждой на пластинке значилась цена, за которую можно было познакомиться с танцовщицей более тесно в комнатах наверху.
      Конечно, у всех у них весьма неплохие фигуры, подумал Конан. Но вряд ли какая-нибудь из них способна серьезно увлечь нашего Ордо. Может быть, у них есть еще танцовщицы, которые выступают по вечерам? С этой мыслью Конан уселся недалеко от платформы с танцовщицами. Пышнотелая служанка, у которой были прикрыты только бедра, возникла у него за плечом.
      - Вина! - небрежно бросил Конан. Служанка испарилась.
      Он устроился поудобнее, созерцая представление. Но его покой был нарушен появлением тощего философа, Левкаса.
      - Мне нужно... Можно мне поговорить с тобой, Конан? Философ нервно оглянулся, словно боясь быть подслушанным. Единственными в зале, кто не пил вино, были трое черноволосых хотиан. Их волосы были вплетены в металлические браслеты, а на предплечьях крепились карпалийские кинжалы. Похоже, они спорили, стоят ли танцовщицы тех денег, которые требуется за них заплатить. Все равно, Левкас чуть не свалился с табурета, пытаясь пододвинуться поближе к Конану.
      Торопливо, словно боясь опоздать, он прошипел:
      - Я должен поговорить с тобой, Конан. Я следил, да. Твой меч. Когда я увидел его, я понял. Ты - тот самый. Ты - тот человек, который способен это сделать. Я же... Я не такой. Я просто не... Сражения, кровь, мечи - не для меня. - Пот градом катился по его лбу. - Ты ведь понял, не так ли?
      - Ни слова.
      Левкас зажмурился и что-то пробормотал про себя. Похоже, это помогло ему взять себя в руки.
      - Ты согласен с тем, что Гариана необходимо лишить короны?
      - Что вы и планируете сделать, - нейтральным тоном заметил Конан.
      - Но... - воскликнул Левкас и тут же понизил голос. Это следует изменить! Мы не можем больше ждать. Тут такое произошло несколько дней назад! Земля трясется. Среди бела дня гаснет солнце и сверкают молнии. Боги отвернулись от бедной Немедии. Это знак свыше! Знак, что мы должны убрать Гракуса прежде, чем боги с ним рассчитаются. Потому что вместе с ним они уничтожат и Бельверус.
      Бог самого Конана, Кром, Черный Лорд Могильных Курганов, давал новорожденному жизнь и волю. Конан еще не сталкивался с богами, которые могли бы делать что-то большее. Что касается молний - то скорее всего кто-то, несмотря на королевский указ, балуется волшебством. Конан не любил чародеев. Однако, поскольку в этот раз колдовство лично его не коснулось, киммерийцу было на это наплевать.
      Он спросил:
      - Похоже, вы решили поспешить? А зачем ты говоришь об этом мне?
      - Ты не понимаешь, нет. Не эти планы. Другое, более скорое я имею в виду. - Лицо его лоснилось от пота, голос дрожал. - Нас впустят во дворец. С кинжалами. Гариан должен умереть. Немедленно. Но я не могу этого сделать. Я не такой. Ты - человек грубой силы. Займи мое место!
      - Я не убийца, - проворчал Конан.
      - Не говори так громко! - воскликнул Левкас, лихорадочно блестя глазами. - Ты не понимаешь. Ты должен...
      - Я отлично понял, - холодно заявил Конан. - Спроси об этом еще раз и можешь распрощаться с зубами. - Внезапно ему в голову пришла мысль. Ариана знает об этом?
      - Не говори ей. Никому не говори, - всхлипнул философ. Зачем только я все рассказал?
      Он встал и направился к выходу, пятясь и спотыкаясь. Подумай об этом, Конан! Просто подумай хорошенько, а?
      Конан угрожающе приподнялся, и Левкас, проявив неожиданную резвость, исчез.
      Конан скривился. Да как смел этот человечишка называть его убийцей? Да, ему приходилось убивать, и еще придется, наверное. Но он убивал из необходимости, а не за деньги.
      Но больше всего его волновала Ариана. Конан не мог поверить, что такой человек, как Левкас, который от страха едва на ногах держится, может попасть во дворец незамеченным. Его схватят. На первом же допросе от одного вида щипцов он обложится. И заложит всех, включая родную маму. В худшем случае сам Конан мог бежать, но Ариане сделать это было бы затруднительно. Ладно, появится Ордо, поговорим, и я пойду предупрежу девушку об этом слизняке.
      Подумав о Ордо, Конан вспомнил и о выпивке, которой давно бы уже пора было стоять на столе. Куда же запропастилась проклятая служанка? Конан огляделся. Во всем помещении двигались только танцовщицы, да трое хотианских воинов, шаркая, подходили к платформе, очевидно, чтобы иметь лучшее обозрение.
      В поисках служанки Конан привстал. В этот момент один из воинов заорал на него:
      - Я тебя предупреждал! Это моя женщина, варвар!
      Отработанным жестом все трое скрестили руки и выхватили кинжалы. Музыка смолкла, девушки с визгом разбежались. Хотианцы кинулись на него.
      Одной рукой киммериец опрокинул стол.
      - Ослы! - заорал он, вскочив на ноги. - Не на того напали!
      Двое сумели ловко отбежать в разные стороны, а третий нападавший упал, приземлившись на колени перед Конаном и отчаянно работая кинжалами. Киммериец втянул живот, и кинжалы скользнули по кирасе, не причинив вреда. Прежде чем противник успел двинуться, Конан могучим ударом колена вышиб ему все зубы. Оружие выпало из его рук. Пока он валился без сознания на пол, Конан успел достать свое оружие. Он держал свои меч и кинжал наготове - в нижней позиции.
      - Вы меня с кем-то путаете, - сказал Конан. Двое разделились и начали осторожно обходить его. Судя по их движениям, это были профессионалы. Сидевшие за столиком оживились, делая ставки на исход поединка. - Я никогда не видел ни вас, ни вашей женщины.
      Двое продолжали обходной маневр, держа кинжалы лезвием вверх. Они готовились нанести удар, который прошел бы между пластин кирасы.
      - Ты тот, кто нам нужен, - крикнул один и, когда Конан перевел взгляд на него, второй бросился вперед.
      Киммериец ждал именно этого. В тот же момент его меч блеснул, и хотианец закричал, заливая пол кровью из обрубленной руки. Отчаянно пытаясь остановить кровь, человек осел на пол. Кровь хлестала рекой.
      Конан повернулся к третьему, но у того пропал всякий интерес к делу. Он смотрел на своих товарищей, на его лице было большими буквами было написано разочарование.
      Киммериец направил меч в его сторону.
      - А сейчас ты расскажешь мне...
      Внезапно в дверях показалось человек двенадцать стражников с мечами в руках. Шедший впереди, очевидно, начальник, указал на Конана.
      - Вот он!
      Стражники ринулись вперед, снося все на своем пути.
      - Кром! - выругался Конан. Похоже, вопросы они начнут задавать потом, да и то - разве лишь трупу. Выскочив на сцену, Конан рванулся к двери, за которой исчезли танцовщицы. Дверь оказалась заперта.
      - Взять его! - вопил стражник. - Живым или мертвым! Топча поверженных посетителей (которые и сами бы с радостью отошли в сторону, будь у них такая возможность), городская Стража ринулась к сцене.
      Отступив на шаг, Конан плечом разнес дверь в щепы. Сбившиеся в кучку танцовщицы завизжали. В глубине помещения киммериец заметил запасной выход. Расталкивая девушек, Конан подбежал к двери, возле которой задержался. Повернувшись к девушкам, он сделал страшное лицо и зарычал, размахивая мечом. Энтузиазма в криках значительно прибавилось. Танцовщицы ринулись в сторону сцены. Судя по крикам, стражники надолго застряли в потоке истеричной женской плоти.
      Надеюсь, это их задержит, подумал Конан, сунув меч в ножны. Он двинулся по узенькой, чуть шире его плеч, аллейке, выходившей на задний двор. Не отличавшаяся прямотой улочка вся пропахла дерьмом. Он почти бежал, отгоняя наглых мух.
      Прежде чем ему удалось скрыться за поворотом, он услышал позади себя крик.
      - Вот он, бежит! - Похоже, удача ему сегодня изменяет, решил Конан, когда из дверей трактира высыпали стражники. Может быть, они не любят женщин? Черт, попадется же такое - единственный в Бельверусе патруль городской стражи хоть с каким-то понятием о долге!
      Бряцая оружием и оскальзываясь в дерьме, фигуры в черных плащах устремились за ним.
      Конан побежал, стараясь удержаться впереди, с трудом вписываясь в повороты. Он свернул в первый попавшийся переулок, другой, третий. Но ругань за спиной не утихала.
      Наконец Конан понял, что находится в лабиринте проходных дворов. Конечно, район окружен нормальными дорогами. А эти здания, того и гляди, развалятся. Дома здесь обычно начинались с одного этажа, а остальное достраивалось по мере необходимости, так что все вместе это выглядело как куча гнилых ящиков.
      Будет чистой случайностью, если ему удастся выбраться отсюда, прежде чем его настигнут преследователи. А случайности сегодня, судя по всему, на стороне противника. Впрочем, для того, кто был рожден среди скал и ледников Киммерии, существовала другая возможность.
      В отчаянном прыжке он ухватился за край крыши и перевалился через него. Лежа на спине, Конан прислушался. Крики приблизились и стали удаляться.
      - Он наверху! - закричал кто-то. - Я вижу его ногу!
      - Дерьмо собачье! - выругался киммериец. Неудачи сыпались одна за одной.
      Стражники начали взбираться, а Конан рванул по черепичной крыше, вскарабкался на верхний уровень, пробежал немного, спрыгнул вниз. Крыша не выдержала, и он провалился.
      Не совсем еще придя в себя, Конан приподнялся. Он стоял в куче черепицы. Похоже, он был здесь не один. Стоявший у стены мужчина - тень скрывала его лицо - выругался с явным акцентом уроженца трущоб. Черная бородка обрамляла покрытое оспинами лицо второго мужчины, который недоуменно смотрел на Конана.
      Главным здесь был, похоже, черноволосый мужчина с сединой на висках. Серый плащ прикрывал его алую тунику. Орлиное лицо походило на королевское.
      - Убейте его, - последовал приказ.
      Кром! - подумал Конан и взялся за меч. Похоже, на него сегодня объявлена охота. Бородатый взялся за рукоять меча.
      - Смотрите! - раздался радостный возглас. - Там дыра в крыше. Туда! Один серебряный тому, кто прольет первую кровь!
      Лицо орлиноносого почернело, и он поднял руку, как бы намереваясь ударить киммерийца через всю комнату. Над головой послышались шаги.
      - Нет времени, - заявил он.
      Орлиноносый повернулся и вышел. Двое последовали за ним. Конану вовсе не улыбалось дожидаться стражи или следовать за этой троицей. Есть ли еще выход? Так, что это за тряпка на стене? Долой! Вот и дверь. За дверью оказалась пустая комната, за ней - еще одна, откуда киммериец попал в коридор. Конан осторожно прикрыл за собой дверь. Судя по звукам, стражники начали прыгать вниз.
      К его удивлению, он вышел прямо на улицу. В обе стороны она была пустынна, если не считать престарелой шлюхи, которая одарила его приветливой улыбкой. Конан содрогнулся и прибавил шагу.
      Первым делом, войдя в "Знак Тестис", он наткнулся на Ордо, мрачно нянчившего кубок вина. Конан присел рядом.
      - Ордо, ты посылал мне просьбу встретиться в "Знаке полной луны"?
      - Что? - вскинулся Ордо. - Нет. - Он покачал головой, грустно глядя в кубок. - Может, ты мне объяснишь, Конан? Прихожу я сюда и говорю, "Керин, твои глаза самые прекрасные во всей столице!" - А она меня - раз! - по морде и заявила, что для меня, дескать, ее грудь недостаточно велика. - Он тяжело вздохнул. - Теперь она со мной не разговаривает.
      - Наверное, я смогу пролить свет на некоторые вопросы, - ответил Конан и, понизив голос, рассказал ему о послании, якобы от одноглазого мужчины, требующего встретиться в "Знаке полной луны".
      Ордо мигом ухватил смысл.
      - Значит, они гоняются именно за тобой. Не прикончат кинжалы, так загонит стража. Правда, я не представляю, кто такие "они".
      - Согласен. Когда стражники так долго за мной бегали, я понял, что их хорошенько подмазали. Но кто и зачем?
      Расплющенным пальцем Ордо размазал вино по столу.
      - Может, нам лучше покинуть Бельверус? Я слышал, в Офире начались волнения. Там нас примут с распростертыми объятиями. А здесь тебя хочет убить кто-то неизвестный. Мне это не по душе. Уж лучше бы ты послушался того предсказателя.
      - Знаешь, Ордо, - Конан покачал головой. - Если я направлюсь на юг, то потеряю отряд. Кое-кому из моих ребят здесь очень нравится, а у меня не хватит золота на плату до прихода в Офир. Кроме того, у меня здесь есть дела.
      - Дела? Конан, ты часом не вляпался в это... в этот заговор малолеток?
      - Не совсем.
      - Не совсем, - пробурчал Ордо. - Тогда скажи мне, только точно, что ты намерен делать?
      - Найти того, кто хочет моей смерти. Разобраться с ним. И спасти Ариану от палача. Ты бы не хотел, чтобы голова твоей Керин попала на плаху?
      - Наверное, нет, - скрепя сердце, согласился одноглазый.
      Конан огляделся и увидел Керин. Знаком он подозвал ее к столу. Она подошла не сразу.
      - Ариана здесь? - спросил он. Первым делом надо предупредить ее о Левкасе.
      - Она отсутствует, - игнорируя Ордо, ответила Керин. Пошла, кстати, договариваться о твоей встрече.
      - Керин, я хочу тебе сказать... - начал было Ордо, но девушка опрокинула на него кувшин вина и убежала.
      - Ее мало обезглавить! - совсем испортилось настроение одноглазого. Похоже, нас обоих бросили. Пойдем на улицу Сожалений, я знаю там один уютнейший уголок. Там царит такой разврат, что шлюхи, услышав о нем, краснеют!
      - Надеюсь, это не "Знак полной луны"? - рассмеялся Конан.
      - Ну совершенно никакого сходства, - заявил Ордо и, напоминая своим голосом раненого шакала, затянул песню.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12