Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Львиный Зев

ModernLib.Net / Елисеева Ольга / Львиный Зев - Чтение (стр. 12)
Автор: Елисеева Ольга
Жанр:

 

 


      - Ну? Тебе понравилось путешествие? - за спиной короля раздался тихий женский смех.
      Восхищение, которое Арвен испытал при виде Нитокрис, равнялось только его отвращению к мушиному членистоногому существу, медленно отползавшему в сухой тростник за спиной царицы.
      Супруга Бога протянула вперед точеную руку, но не для того, чтобы помочь королю подняться. Сквозь ее длинные, цвета старой слоновой кости пальцы на землю сыпались душистые лепестки лотоса.
      - Здесь немного холодно, - сказала она. - Ты не находишь?
      Король ошалело смотрел на нее, не говоря ни слова. Со спины Бельзебел к нему спрыгнуло существо, явно не принадлежавшее этому миру. Каждое ее движение сопровождалось легким пыльцеобразным сиянием. В первое мгновение Львиному Зеву даже показалось, что женщина одета в легкие прозрачные пелены, а на голове ее слабо высвечивается рогатая серповидная корона. Но когда Нитокрис приблизилась к королю, он понял, что все это лишь прихотливая игра луны.
      Теперь Супруга бога стояла перед ним такой, какой она покинула башню после вызова Бельзебел. На ней не было ничего, кроме тонкого ожерелья из золотых мух, смутно поблескивавшего на голой груди. Ее лунное, млечно-белое тело дразнило и раздражало норлунга. По длинным черным волосам тонкими струйками стекали благовония от душистого конуса, таявшего на голове у царицы. Их запах, резкий и навязчивый, ударял в нос королю. Он вызывал настойчивое желание подойти и потрогать рукой эти блестящие в темноте, змеистые локоны, прикоснуться пальцами к острому подбородку, взять незнакомку за раскосые скулы, чуть растянуть уголки чувственных, алых, как гранат, губ, впиться в их разлом и пить, пить дыхание лунной женщины, слегка касаясь языком ее острых, белых зубов. Откуда норлунг знал, что у Нитокрис острые зубы?
      Царица сделала шаг к нему, и новая душная волна запаха накатила на короля. Львиный Зев почувствовал такую сильную похоть, что еле удержал себя от откровенного нападения. Умом он понимал, что его возбуждает не красота незнакомки, а этот неотвязный аромат лотоса, но уже не мог обуздать своих желаний.
      Нитокрис скользнула в темноте к нему и приблизила свое лицо к лицу короля. Что это была за женщина! Арвена поразило необычное сочетание фаррадского облика незнакомки: ее острых, словно вырезанных из камня, черт лица, узких бедер, тонкокостных рук и ног - с совершенно белой кожей. Эта лунная кожа - знак высочайшего происхождения - сейчас казалась такой тонкой, такой невраждебно мягкой!
      Король осторожно дотронулся кончиками пальцев до округлого, точно выточенного из кости, плеча незнакомки, и в следующее мгновение их губы уже яростно терзали друг друга. Арвен не чувствовал, как длинные заостренные ногти Нитокрис полоснули его по спине, и все ее тело затрепетало от острого удовольствия.
      Шея царицы была душистой, по ней во впадинку между твердыми, как камень, грудями стекали капельки с благовонного конуса. Они струились вниз по животу. Король чувствовал, что не может и не хочет остановиться. Его разум быстро гас, убаюканный запахом лотоса. В нем росли самые необузданные, самые оскорбительные желания. Он слишком долго ждал! И вряд ли когда-либо получит от Астин такие удовольствия, какие сулила близость с лунной дьяволицей.
      Ему больше не хотелось ласкать Нитокрис. Он представил, как сладко было бы выкрутить эти длинные, непривычно сильные для женщины руки и, вцепившись в скользкие волосы, рвануть ее голову вниз так, чтобы незнакомка закричала от боли. Львиный Зев отодвинулся и наотмашь ударил царицу по лицу. На губах Супруги бога выступили капельки крови, она рассмеялась, но Арвен не дал ей опомниться. Он набросился на Нитокрис и дико, по-звериному овладел этим прекрасным телом.
      Созвездия тихо гасли на белесых небесах. Тонкий, чуть раздвоенный язык царицы скользил по шее Львиного Зева. Арвен всегда считал свою кожу грубой, но сейчас мурашки пробегали по всему его телу. Он не хотел, чтобы незнакомка снова касалась ранки на его шее и в то же время страстно желал, чтоб Нитокрис изо всей силы сжимала губами именно ее.
      Тонкая боль пронизывала шею короля. Он чувствовал, как что-то теплое льется ему на плечо, течет по груди. Норлунг расслабился в объятиях царицы, ему было сладко и больно. Единственное, чего он желал - продолжения тихой усыпляющей муки. Его шея от уха до плеча начала неметь, вскоре Арвен перестал ощущать что-либо, кроме слабого покалывания. Силы быстро оставляли его. Краем угасающего сознания он понимал, что причиной этого была Нитокрис. На мгновение она показалась ему огромной, лоснящейся от благовоний пиявкой. Львиный Зев погрузил руку в ее густые липкие локоны и с усилием оттянул голову царицы в сторону от своей шеи. Прекрасный ухмыляющийся рот Нитокрис был полон крови. Эта картинка последней вспыхнула перед глазами Львиного Зева, прежде чем он окончательно погрузился в темноту.
      Молочная накипь тумана окутала берег реки. Царица была сыта. Мужчина, тяжелой скалой придавивший ее к земле, лежал без движения. Нитокрис с наслаждением потянулась, высвобождая свои поцарапанные руки и ноги. Такой бури она не испытывала давно. Странно, что он все еще жив! Супруга Бога не могла больше пить, а норлунг все не умирал. Алая тонкая струйка жизни продолжала сочиться из вспухшей посиневшей жилы на его шее. Сейчас царица была слишком сыта и неповоротлива, чтобы прикончить короля сама. Но Нитокрис помнила об обещании, данном Бельзебел. Щелчком пальцев подозвав свою отвратительную спутницу, она отступила, пропуская ее к жертве.
      - Допей все, - коротко приказала царица. Ей жаль было расставаться с этим крепким, как камень, и жарким, как огонь, телом, но Супруга Бога знала, что в здравом уме и твердой памяти норлунг никогда не повторит сделанного. В конце концов он был с ней очень груб!
      Арвен лежал, запрокинув голову и смежив веки. Он не спал, не грезил, не думал, не желал. Его душа пребывала в пустоте, повиснув между небом и землей. Король слабо соображал, что происходит. Он знал: ни одна женщина на земле не смогла бы дать ему таких ощущений, как Нитокрис - но Львиный Зев не был уверен, приятны ли они ему.
      Арвен досадливо провел рукой по своей онемевшей шее, до которой снова дотронулось что-то щекочуще мохнатое. Король открыл глаза, намереваясь отбросить наконец надоевшие волосы Нитокрис со своего плеча, и вздрогнул. Над ним склонялось отвратительное членистоногое существо с выпуклыми сетчатыми глазами на унылом женском лице. Это оно трогало своей скрюченной лапкой беззащитную шею короля.
      Львиный Зев закричал. Такого с ним не происходило никогда. Тварь величиной с корову перебралась к нему на грудь и по мушиному потирала свои отвратительные конечности. Норлунг хрипел, изнемогая под тяжестью новой гостьи. Лапа Бельзебел нажала на горло короля, чтобы прекратить неудобные трепыхания пищи. Арвен не мог больше дышать. Лицо норлунга сначала налилось кровью, а потом посинело. Его рука судорожно цеплялась за пояс, стараясь нащупать меч, но оружие вместе с ремнем сдвинулось назад, и Львиный Зев сейчас придавливал клинок спиной к земле.
      Чтобы удобнее перекусить жертве шею, Бельзебел крутанула тело короля на бок, и в этот миг вывернутая рука норлунга все-таки дотянулась до меча. Из последних сил он вытащил клинок и снизу резко ударил Царицу Мух в отвратительное белесоватое брюхо. Бельзебел спасли только прочные ороговелые пластины, закрывавшие ее живот. Однако обломок меча проник между ними и поцарапал неестественно нежное тело твари. На лезвии осталась клейкая матовая слизь.
      Царица Мух издала вой и, затрещав крыльями, взмыла в воздух. Она не ожидала, что после пиршества Нитокрис жертва найдет в себе силы подняться на ноги. Арвен, тяжело покачиваясь, встал, высоко вскинув обломок меча, на котором угрожающе вспыхивала огненная чаша.
      Бельзебел описала полукруг в воздухе и подхватила бледную, как само утро, Нитокрис. Арвен проводил взглядом две быстро удалявшиеся тени и с трудом перевел дух.
      Глава 12.
      До реки было не близко, особенно в том состоянии, в каком находился сейчас король. Дорогой он несколько раз упал лицом в мелкую болотную воду, проклиная траву и коряги, за которые цеплялись его ноги.
      Добравшись до берега, Арвен сел на землю и тихо заскулил, понимая, что сам не переберется на другую сторону. В утреннем холодном тумане от воды поднимался белый пар. Войти в него, затеряться, ничего не видеть и просто так, без усилий, поддаться течению было единственным желанием норлунга. Вместо угрюмой злобы его охватило равнодушие. "Я всегда должен, усмехнулся он, - и ни у кого даже на минуту не возникает вопрос, а что будет, если я не смогу?"
      Львиный Зев подошел к реке. "Если хорошенько поискать, - думал он, в воде у берега всегда найдется бревно или хотя бы пень". Искать пришлось действительно хорошенько. Полуутопленный сосновый ствол не вполне устраивал короля, но стоило рискнуть. Вцепившись в него обеими руками, путник выворотил кусок дерева из вязкого ила и пустил по воде.
      Держась за скользкое, поминутно проворачивавшееся под ладонями дерево, Арвен плыл наугад в густом молочном тумане. Река вынесла его к другому берегу не раньше чем через час, и теперь он находился далеко вниз по течению от логова волков. Последние звезды догорали в небесах. Королю ничего не оставалось делать, как брести мимо удручающе одинаковых кустов ивняка и пытаться изо всех сил припомнить, как выглядело то место, от которого он вчера начал свой путь.
      Но судьба подарила ему удачу. Арвену не пришлось искать тропинку и тыкаться в каждый просвет между кустами. В рассеивающемся тумане он заметил впереди согнувшуюся женскую фигурку на песке. Астин сидела, обхватив босые грязные ноги. Ее длинные спутанные волосы едва шевелил ветер. Принцесса зябко поежилась, не отрывая взгляда от воды, и поправила на плечах изодранную белую рубашку.
      - Где наши лошади? - без всякого приветствия спросил Арвен, подходя к ней сзади.
      Девушка вздрогнула и обернулась к нему.
      - Я думала, ты уже никогда не придешь, - тихо сказала она.
      Норлунгу стало невыносимо тяжело от того, что она ждала его. Астин ничего не могла знать о недавних похождениях своего спутника, но Арвену меньше всего хотелось, чтобы принцесса сейчас рассматривала его. Он провел ладонью по лбу и опустился на песок рядом с ней.
      - Где оборотни? - устало спросил король и добавил уже мягче: Девочка, если б ты знала, как мне плохо.
      - Львиный Зев, если б ты знал, как мне хорошо, - слабо рассмеялась Астин, скользнув под его тяжелую руку.
      Арвен с удовольствием почувствовал тепло человеческого тела. Он знал, что ее слова относятся к его возвращению, но от этого королю становилось на душе еще тяжелее.
      - Я спросил, где наши лошади? - повторил он. - И куда подевались оборотни?
      - В полночь они снова стали волками и убежали в лес, - ответила принцесса. - Я поняла, что ты победил, и пошла на берег. Лошади у логова. Почему ты так долго не возвращался?
      Арвен сделал над собой усилие и улыбнулся.
      - У меня были еще дела, - он склонил голову, и в этот миг Астин увидела его шею.
      - Что с тобой? - дрожащим голосом спросила она. - Где ты был?
      - Я не обязан отчитываться перед тобой! - вспылил норлунг, резко поднимаясь на ноги. - Пойдем, заберем наших кляч. У меня нет никакого желания оставаться здесь!
      Король развернулся и быстро пошел к кустам ивняка. Астин, торопливо спотыкаясь, поспешила за ним. Она еле успевала за размашистым шагом норлунга, ее тревожный взгляд то и дело пробегал по синей, вздувшейся шее спутника.
      Когда ровная малиновая полоса всплыла над горизонтом, Арвен почувствовал себя еще хуже. Ему захотелось заслониться рукой, но он боялся подставить ладонь под этот смертоносный, с каждой минутой набиравший силу свет. Львиный Зев представил себе, как кожа вздуется и клочьями поползет с пальцев, обнажая гниющее мясо. Ему казалось, что его кости стали хрупкими и вот-вот, не выдержав тяжести тела, раскрошатся в пыль. Это было ужасно.
      Король чувствовал, что единственное спасение в тени. Пока его защищал туман, с каждой секундой становившийся все более прозрачным. Потом раскидистые кроны елей, хранившие сырой полумрак, сомкнулись над головой Арвена, и он ощутил облегчение. Но вот впереди замаячила поляна, на котором перед логовом оборотней стояли лошади. Завидев норлунга, они резко шарахнулись в сторону, дико заржали и забились у привязи, стараясь оборвать веревки. Астин прикрикнула на них и обернулась к спутнику. Арвен с ужасом смотрел в небо, солнечные лучи все ярче пробивались сквозь ветки.
      - Я не знаю, где ты был и что с тобой случилось, - сказала она, глядя в серое лицо короля, - но тебе нельзя здесь оставаться, - принцесса взяла спутника за руку и почти силой втолкнула его под густую сень вывороченной ели.
      Оказавшись в логове оборотней, Арвен почувствовал себя лучше. Он провел ладонью по лбу, вытирая крупные капли пота. Астин вопросительно смотрела на него, но ему ни о чем не хотелось говорить.
      - Если тебе нечего сказать, - серьезно, без тени улыбки произнесла принцесса, - тогда я с твоего позволения лягу. Я ждала тебя всю ночь и имею право наконец выспаться, - она помедлила, - под твоей надежной защитой.
      В последних словах девушки Арвену почудилась издевка, но он не отреагировал на нее. Король опустился на пол и обхватил голову руками. "Что мне делать? - его мысли метались, как загнанные лисы на травле. - Эта тварь меня укусила. Она пила мою кровь. Кто я теперь?" Острая боль в шее была ему ответом.
      Астин тихо лежала рядом на груде еловых веток. Казалось, она заснула сразу, как только ее голова коснулась темной пожухлой хвои. Дыхание принцессы было ровным, маленький исцарапанный кулачок подпирал грязную щеку со светлыми дорожками от слез. Арвен глубоко вздохнул. Его нежность к ней была больше, чем страх перед тем, что сейчас происходило с ним самим. Король протянул руку, чтобы поправить волосы Астин. Пальцы норлунга прикоснулись к ее шее, обнажив пронзительно белую полоску горла. Он видел, как ровно пульсирует кровь под тонкой кожей девушки.
      Львиный Зев вдруг понял, что больше не может сдерживать острое чувство голода. Он помимо воли потянулся к беззащитной плоти, обещавшей несказанное наслаждение одного глотка свежей молодой крови. Только она могла утолить мучительный, иссушавший голод. Страшным усилием воли Арвену удалось отклонить отяжелевшую голову в сторону и ткнуться лицом в жесткую хвою. Но это не уменьшило голода и жажды, они сжались в глубине и стали нестерпимо распирать короля изнутри.
      Глаза норлунга заволокло красным туманом, он перестал видеть перед собой спутницу, вместо нее ему представилось тугое, пульсирующее неровным светом переплетение жил, полных необходимой ему жизненной влаги. "Я потерял много крови, - мелькнуло у него в голове. - Мне нужно. Нужно!"
      Не в силах противиться властной тяге, король наклонился над головой спутницы. Он чувствовал, что его зубы сами собой оскалились, а рот свело отвратительной судорогой. "Если я не получу этого, я умру..."
      Астин слабо шевельнулась, ее ладонь скользнула по щеке, а губы сложились в мягкую улыбку. "Арвен", - тихо прошептала она во сне. Тело короля обмякло.
      "Что дальше? - горькая усмешка тронула губы норлунга. - Убить единственного человека, который остался со мной? А потом прятаться днем и рыскать ночью по этим болотам? Душить хорьков в ожидании более крупной дичи? Забыть свое имя, разучиться разговаривать, помнить лишь этот изматывающий голод и в один прекрасный день сдохнуть от тоски?"
      Отделить прошлое с его борьбой, славой, наслаждениями и болью от кромешного ужаса настоящего могла лишь одна светлая полоса, и Львиный Зев чувствовал, что, не колеблясь, проведет ее. Может быть он был плохим королем, и уж, наверное, плохим человеком. Но все же человеком, и знать не хотел той отвратительной, голодной твари, которая сейчас пожирала его изнутри.
      Король встал, его рука легла на рукоятку меча. Чаша жарко пылала, предупреждая его о собственной опасности. Пальцы норлунга обожгло, но Львиный Зев не убрал ладонь. Зачем теперь? Достоинство требовало, чтобы воин умирал с мечом в руке, даже если он не пускает его в дело.
      Бросив короткий тяжелый взгляд на Астин, король шагнул к выходу. Мерзкая тварь, сосавшая его естество, затрепетала при одной мысли о солнце. Арвену показалось, что он слышит, как она зашипела и сжалась, сдавив его грудную клетку. На мгновение застыв на пороге, Львиный Зев стиснул зубы, подавляя безотчетное желание броситься обратно в тень. Он высоко поднял меч и шагнул на свет.
      Норлунгу показалось, что его обожгло солнечными лучами. Всего, от макушки до ступней ног. Каждый волос затрепетал и съежился. Арвена обдало жаром, как из открытой печи. Однако кости его не раскрошились, а плоть не поползла с них вниз, как истлевшая ветошь. Лишь в самом центре груди, где в отчаянии билось неведомое королю чудовище, было так больно, словно между ребрами Арвена ворочали раскаленным ломом.
      Потом и эта боль утихла, как прогоревший костер, и лишь иногда вспыхивала внезапными злыми угольками, покалывая норлунга то в бок, то в сердце. Арвен чувствовал, что меч больше не жжет ладонь, и медленно открыл глаза. Он был жив. Жив! И свободен!
      Король осторожно дотронулся пальцами до шеи. На ощупь она была все еще опухшей, но болела уже не так сильно. Если б Арвен мог видеть себя со стороны, он заметил бы, что на месте синего пятна у него появился ожог, который необычайно быстро съеживался и исчезал, открывая здоровую кожу.
      - О Боже! - простонал король, с облегчением проводя ладонью по лицу. С самого начала путешествия он не чувствовал себя лучше.
      Сзади кто-то коснулся его плеча.
      - Ты и правда великий воин, - Астин стояла, прижавшись лицом к его спине.
      - Ты не спала? - спросил он, подняв брови.
      - Разве рядом с тобой можно заснуть? - хмыкнула девушка, стараясь унять свою дрожь.
      - Почему же ты не убежала? - в голосе короля зазвучало раздражение. Зачем было притворяться? А если б я тебя укусил?
      - Значит, мы погибли бы вместе.
      Арвен обнял ее за плечи и подтолкнул к лошадям.
      Глава 13.
      - Что мне делать с этим чертовым амулетом? - спросил норлунг, когда спутники уже уселись верхом и пустили лошадей легкой рысцой к берегу.
      Животные больше не шарахались от Арвена, и ему было приятно сжимать коленями их ровно вздрагивавшие бока. Львиный Зев коснулся пальцами массивного кольца из белого металла и показал его Астин. Принцесса изумленно присвистнула, ее рука сама собой потянулась к странному предмету. Король усмехнулся: бедняжка за время путешествия с ним набралась дурных манер! Он-то по крайней мере провел время с пользой и мог теперь запросто разложить свое имя по буквам.
      - Тебе это знакомо? - Арвен подал спутнице амулет.
      - Знакомо? Шутишь? - Астин осторожно взяла кольцо. - Это лунное серебро, - сказала она, - его секретом владели только оберонские принцы-оборотни. Считается, что оно исчезло с лица земли вместе со своими хозяевами. Но, как видишь, это не так. Говорят, при помощи такого кольца в полнолуние можно вызвать волков и повелевать ими.
      Арвен хмыкнул, он не любил колдовских ухищрений и старался от них отделаться побыстрее.
      - Если эта штуковина тебе так нравится, - беспечно сказал он, можешь взять ее себе. Волки разбежались, у них теперь все равно не хватит мозгов вспомнить, что это такое.
      Принцесса подняла на Львиного Зева серьезный взгляд.
      - Арвен, - ее голос зазвучал укоризненно, - ты делаешь подарки, которым не знаешь цены. Если б волшебные вещи не доставались тебе так легко, ты бы трижды подумал, прежде чем расстаться с ними.
      - Да уж, легко, - король потер ободранные колени. - Подбирай слова, девочка. Не хочешь - не надо, я заброшу эту дрянь в болото.
      Он привстал на стременах и размахнулся, но Астин с визгом вцепилась ему в руку.
      - Я в жизни не видела такого остолопа! - возмутилась она. - Я не принимаю от тебя этого подарка, но храниться амулет будет у меня. Ты все равно не знаешь, как им пользоваться.
      - А ты знаешь? - оскорбился Львиный Зев.
      Девушка молчала.
      - Знаешь? - Арвен придержал коня и повернулся к спутнице.
      Астин нехотя кивнула.
      - Откуда? - голос короля прозвучал требовательно, как звучал на совете, и Астин внутренне сжалась под прямым испытующим взглядом его голубых глаз.
      - Откуда ты вообще все это знаешь?
      Принцесса почувствовала, что дальнейшее молчание только усилит недоверие спутника. Рано или поздно ему все равно придется все рассказать. Она было раскрыла рот, но внезапный треск сучьев в кустах справа помешал ей ответить. На дорогу вышли трое коренастых рыжих мужчин, вооруженных луками.
      Как ни внезапно было их появление, но Арвен все же успел сдержать лошадь и одним движением вытащить из-за спины меч. Его жеребец заплясал, перебирая ногами, встав поперек дороги и боком оттеснив назад лошадь принцессы.
      Незнакомцы так же быстро вскинули свои луки. Их грубые непроницаемые лица не выражали ни удивления, ни какого-либо другого чувства, хотя в душе беотийцы были неприятно удивлены безупречной реакцией короля.
      Повисла гнетущая тишина. Норлунг смотрел на лучников, лучники, прищурив глаза, разглядывали своего врага, с удовольствием выбирая мишени на его громадном, не защищенном броней теле. Арвен понимал, что пошевели он рукой, и противники за минуту превратят его в ежа. Но сдаваться просто так он тоже не собирался.
      - Что вам надо? - спросил Львиный Зев по-беотийски, желая оттянуть время выстрела.
      - Разве ты не догадываешься? - старший из лучников сделал шаг вперед, но не опустил оружия.
      - Мой отец говорил, - усмехнулся король, - что величайшее наслаждение для охотника, это охота на человека. У зверя есть чутье, но лишь двуногие способны думать. Кажется, я не сумел воспользоваться его советом, раз вы здесь.
      - Твой отец был мудрым человеком, - ответил капитан лучников, - а ты сам хороший следопыт. Нам пришлось нелегко, пока мы петляли за тобой по лесу, - он вытер лоб. - Король Беота Хаген Дагмарсон посылает тебе свой меч, - с этими словами капитан сделал знак одному из лучников, и тот вышел вперед, сжимая в руках завернутый в грубую буйволовую кожу клинок.
      Арвен сразу узнал его. Это был тот самый меч, который Хаген бросил ему на арену. Смысл послания казался норлунгу неясен.
      - Твой государь что-нибудь приказал мне передать на словах? - спросил король.
      - Он просит тебя о встрече, - ответил лучник, которого собственная миссия удивляла не меньше, чем арелатского короля. - Он сказал, что готов прийти в любое место, какое ты назовешь, один и без оружия.
      - Зачем? - вырвалось у Арвена. Астин, тронув поводья лошади, подъехала к нему и положила руку королю на запястье. Едва ли капитан мог ответить на заданный вопрос, и Львиный Зев это понимал.
      Положение было не из легких. Его наверняка заманивали в ловушку. Лучники с северного побережья близ Гандвика действительно оказались прекрасными охотниками, раз смогли разыскать норлунга. Но им, как видно, пришлось разбиться на небольшие группы, чтоб прочесать весь лес. Теперь они не решаются даже втроем напасть на арелатского короля. "Меня сейчас легко убить, - думал Арвен, - если обстрелять из луков, но, видимо, у них приказ привезти добычу живой. А значит, единственный выход - заманить волка в яму и там уже наброситься всем вместе. А меч?" Меч и правда не укладывался в его рассуждения. Не мог же Хаген, ради такого унизительного дела, вручить этим деревенщинам свой родовой клинок!
      Единственным способом отделаться от посыльных беотийского короля было дать им согласие и постараться по дороге к месту улизнуть, сбив лучников со следа. Поэтому Арвен кивнул капитану и протянул руку к подарку Хагена.
      - Скажи своему господину, что я глубоко удивлен его предложением, произнес король, - но в память об этом мече согласен встретиться с ним в пяти днях пути отсюда на юг под развалинами старого оберонского моста через приток Арна - Секвену. Пусть приезжает один.
      Лучники молча кивнули. Не говоря больше ни слова, они поклонились и исчезли за кустами.
      - Что ты обо всем этом думаешь? - спросил король, поворачиваясь к Астин.
      - Что Хаген починил меч, - спокойно ответила девушка. - Значит, он очень дорожит родовым оружием и не стал бы без крайней необходимости отдавать его в руки простым следопытам. Они действительно посланцы.
      Арвен озадаченно почесал затылок.
      - Я еще могу понять, как эти головорезы доберутся дней за пять до Лотеаны, - озабоченно продолжала принцесса, - но как Хаген успеет к месту встречи? Мы ехали сюда неделю...
      Львиный Зев смерил ее снисходительным взглядом.
      - Зигурдцы, не смотря на свой рост, хорошие бегуны, - усмехнулся он. - Их спасает не скорость, а выносливость. Я бывал на побережье у Гандвика.
      - Говорят, там жить нельзя?
      - Жить можно везде, - рассмеялся король, - Даже у меня дома на севере. Море там ревет, как стадо диких буйволов, и набрасывается на песок с такой силой, что по нему можно бежать, не увязая ногами, настолько он утрамбован приливом. Ветер сбивает человека с ног. Тот, кто привык к таким условиям, вряд ли потратит много времени на обратный путь по уже известной дороге. Мы ехали неделю, потому что плутали, останавливались и искали, куда идти дальше. Если у них есть лодка, то все становится еще проще. А уж Хаген-то точно поплывет вниз по Арну на корабле.
      - Вопрос в том, собираешься ли ты с ним встречаться на самом деле? принцесса испытующе посмотрела на Арвена. Она чувствовала, что красочным рассказом о лучниках он заговаривает ей зубы.
      - Почему я должен ему доверять? - угрюмо спросил Львиный Зев. - До сих пор я жив только потому, что до конца не доверял никому. А Хаген мой враг.
      - Мне ты тоже не доверяешь? - уязвленно спросила принцесса.
      - Ты мне слишком нравишься, чтоб тебе доверять, - усмехнулся король. - Считаешь: я должен с ним встретиться?
      Астин кивнула.
      - Мне кажется, что Хаген начал большую игру, и тебе не плохо узнать о ней, если, конечно, ты еще намерен вернуть Арелат.
      Тело рыжего следопыта изогнулось и дернулось два раза.
      - Конец, - презрительно бросил Аль-Хазрад, вынимая из груди несчастного свою окровавленную руку, которой сжимал скользкое, еще трепещущее сердце. - Уберите это. - он пнул ногой останки лучника и повернулся к двум "могильщикам", разводившим костер полу.
      "Значит, Хаген решил меня предать?" - теперь маг знал достаточно, чтобы сложить воедино осколки разноречивых сведений, которые доходили до него в последние дни, и связать их со странным поведением беотийского короля. "Что ж, неверный союзник должен выйти из игры. Жаль, конечно, - на тонких губах "могильщика" змеилась слабая улыбка, - но ничего не поделаешь, бедный Хаген!"
      Когда маг вышел из подвала, была уже ночь. Молча оглядев черный, грозно притихший дворец, Аль-Хазрад остановил взгляд на приземистой угловой башне, где находились покои беотийского короля. В узком окошке верхнего яруса теплился слабый свет. Значит, Хаген еще не спит? Маг был удивлен, но не смущен этим. "Пусть так. Нам все равно надо поговорить".
      Тяжелой поступью Аль-Хазрад поднялся по лестнице. Часовые не остановили его, ибо знали, что колдун посещает их господина в любое время дня и ночи. Они лишь отставили пики в стороны и с силой стукнули ими об пол, приветствуя гостя.
      Аль-Хазрад улыбнулся. Славные ребята! Ему начинали нравиться знаки мирской власти. О да, из нее можно извлечь много пользы, иногда даже больше, чем из бесплодных бдений над магическим котлом.
      У самой двери королевской спальни дежурили два пажа. Маг знаком отослал их, и они не посмели даже подать голос, чтобы предупредить господина.
      - Вон, - тихо прошипел колдун.
      Мальчишек и след простыл. Аль-Хазрад прислушался. За дверью царила абсолютная тишина. Казалось, там никого нет. Тяжелые створки были заперты, но маг наложил на них заклинание, размыкающее замки, и проник внутрь.
      Масляная лампа тлела на столе, отбрасывая на стены причудливые тени. Король Беота Хаген Дагмарсон неподвижно сидел в кресле. Казалось, он спит. На его коленях покоился тяжелый ларец для письменных принадлежностей. Правая безвольно опущенная рука сжимала резную черную коробочку. В воздухе витал слабый запах опиума.
      О боги! Аль-Хазрад задохнулся от неожиданной догадки. Белый порошок! Опиум рыцарей Золотой Розы! Проклятый вор! Значит, он успел наложить руку на наследие ордена раньше, чем "могильщики" забрали рукописи и магические реликвии "еретиков"? Вот он ключ к частым исчезновениям короля! Вот объяснение его немыслимой осведомленности!
      Маг подошел ближе и аккуратно извлек из плотно сжатых пальцев Хагена коробочку. "Значит, мы путешествуем? - усмехнулся Аль-Хазрад. Не трудно было догадаться, куда направляется король Беота. На встречу с Арвеном. Надо признать, я недооценил тебя, Хаген сын Дагмара. Но все можно исправить..."
      Маг осторожно вдохнул маленький шарик порошка, и окружающий мир вдруг осветился мириадами огней, наполнился множеством звуков и незнакомых запахов. Необыкновенная легкость охватила "могильщика". Он почувствовал непреодолимое желание выйти из своей бренной оболочки. Одновременно колдун увидел, что от бездыханного тела Хагена тянется тонкая серебряная нить, уходившая куда-то за стену.
      Усилием воли Аль-Хазрад заставил свое "я" остаться в тяжелом и душном теле, двигать его и говорить неповоротливыми губами. Из темных складок одежды он достал острый нож со змеевидным лезвием. Сплав небесного металла с грубой рудой, извлекаемой из недр земли, делал кинжал магическим. Таким оружием Аль-Хазрад мог разрезать тонкую нить, связывавшую душу короля с его телом.
      Маг взмахнул рукой, нож прошел через нить, как сквозь лунный свет. Но в отличие от ночного светила, которому невозможно причинить вреда, нить оказалась перерублена. Ее слабое серебряное свечение быстро иссякло. Аль-Хазрад издал удовлетворенный смешок.
      Где-то далеко над самыми дебрями Иггдрасилева леса король Хаген испытал адскую боль. Он с ужасом смотрел на обрывок нити. Последние полчаса владыка Плаймара ощущал сильное беспокойство. Он чувствовал, что там, во дворце, с его телом не все в порядке, но заставлял себя не обращать на это внимания. Хаген торопился, очень торопился, он так обрадовался, узнав, что его давний враг Арвен готов с ним встретиться... Что ж, торопливость не довела его до добра. Сжав рукой расползающийся край нити, Хаген, повинуясь последнему зову покинутого тела, бросился назад. Но было поздно!

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26