Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Проклятые: Фальшивое зеркало

ModernLib.Net / Фостер Алан Дин / Проклятые: Фальшивое зеркало - Чтение (стр. 1)
Автор: Фостер Алан Дин
Жанр:

 

 


Алан Дин ФОСТЕР

 

ПРОКЛЯТЫЕ II: ФАЛЬШИВОЕ ЗЕРКАЛО

 

ГЛАВА 1

      К тому времени, когда ему исполнилось двенадцать лет, Раньи уже знал, что ему нравится убивать. Родители всячески поощряли его в этом. Ко времени Испытаний, к четырем годам его опыта, образования и зрелости добавились еще рост, вес и сила. К его способностям добавились уверенность, надежность, которые импонировали и которыми восхищались другие солдаты, – ученики из его возрастной группы. Среди них не было ревности, это чувство было характерно для массы монстров, пришедших с единственной целью, – разрушить цивилизацию. Да и зачем кому-то ревновать его? Разве они стремились не к одному и тому же свершению, разве с энтузиазмом не добивались одной и той же цели? Достижения, которых добились друзья, вызывали всеобщее одобрение, а не зависть. Да и разве можно завидовать, что солдат, рядом с которым ты сражаешься, лучше владеет мастерством боя?
      Поэтому каждый ученик стремился превзойти своего соперника или соперницу, подталкивая тем самым и их к большим достижениям. Пока на сцену не прибыли монстры, цивилизация неуклонно распространялась по Космосу, туда, где когда-то был лишь хаос. Распространение это шло медленно, но результаты были неизменно положительны. Случавшиеся время от времени неудачи воспринимались спокойно и преодолевались, утерянное было влияние возвращалось. Но тысячу или около того лет назад был встречен союз монстров, и все изменилось.
      На некоторых из них было неприятно смотреть, уровень их интеллектуальною развития был низок, но другие ничем не отличались от Раньи и ему подобных. Самые худшие особи монстров были непредсказуемы, дики и беспредельно вероломны, в то же время они были чудовищно умны, что делало их крайне опасными на поле боя.
      С такими представителями в своем авангарде союз монстров наносил значительный ущерб цивилизации.
      Однако их последнее наступление было остановлено, а ситуация стабилизирована. Вскоре цивилизованные народы уже начали было вытеснять их, спасая по мере продвижения несчастных, погруженных монстрами во мрак векового угнетения.
      Раньи и его друзья знали, что это неизбежно. Их собственная подготовка и как солдат, и как цивилизованных граждан доказывала это. Какими бы сильными ни оказались силы хаоса, они никогда не сумеют победить силы цивилизации. Особенно теперь, когда в первые ряды защитников цивилизации выдвигались такие решительные бойцы, как Раньи-аар и его соратники.
      И хотя в истинном обществе не оставалось места ревности, всегда находила понимание гордость. В группе пятнадцати-семнадцатилетних их команда неизменно оказывалась впереди. На самом деле, на всем Коссууте только еще одна команда достигала подобных же результатов, сравнимых с результатами команды Раньи. Это была группа из города Киззмаат, находившегося по другую сторону гор Массмари, рядом с тем местом, где сливались реки Нерсе и Джутула. Совсем недалеко, чтобы они вступили в дружеское соперничество. По мере того как они продолжали упражнения, готовясь к завершению учебы, обе группы легко набирали количество очков, необходимое для выхода в планетарный финал.
      Его родители гордились достижениями своего сына и его друзей, достигаемые ими без особых усилий. Они всегда внимательно следили за достижениями сына. Их удовольствие приобретало особый оттенок еще и потому, что ни мать, ни отец Раньи не были солдатами. Отец Раньи работал на фабрике по выпуску компонентов нонотрона, а мать была педагогом. Конечно, ее педагогические способности облегчали успехи Раньи, как, впрочем, и успехи его младшего брата Сагио, и его сестренки Синзы. Хоти ревность и была неизвестна среди учеников, все же было хорошо, что не во всем Раньи был лучшим. Его друг Бирачии-уун был сильнее, Коссинза-иив – значительно быстрее в беге. Раньи же сочетал в себе наилучшим образом качества, необходимые для воина и отраженные в его индивидуальной характеристике. Конечно, он был самым сообразительным из всех.
      Хотя ему исполнилось лишь шестнадцать лет, его часто назначали лидером для выполнения важных упражнений. Такое было неслыханным фактом. Стратегические лидеры всегда избирались среди старших: как правило, среди семнадцати– и восемнадцатилетних. Полностью отдавая себе отчет в оказанной ему чести, он прекрасно справлялся с поручениями. Его напористость, решительность, плюс исключительные организаторские способности редко разочаровывали тех, кто верил в него. Все эти способности признавались и одобрялись равными ему.
      Ему же собственные достижения доставляли удовольствие еще и потому, что вызывали одобрение родителей. Само по себе признание для нет значило мало. Его интересовала лишь работа, он стремился выполнить ее наилучшим образом. Именно поэтому он с нетерпением ожидал предстоящий выпускной финал.
      Пока он его не пройдет, всегда оставался шанс провалиться, не получить полный статус солдата. И даже такие же способные учащиеся, как Раньи, порой терпели провал и не выдерживали давления. Никаких дополнительных испытаний подобным учащимся не устраивалось. Их просто использовали в иных воинских подразделениях, где они могли использовать свои способности наилучшим образом.
      Раньи был спокоен и готов к финалу. Он не собирался потерпеть провал. Он не мог провалиться. Он не просто хотел стать сохатом, как и все здоровые существа, но должен был стать солдатом. Он знал, чувствовал, что рожден для этого. Убивать и, вероятно, быть убитым, защищая цивилизацию. Сражаться с врагом по-настоящему, а не только в учебных боях. Поэтому и к учебным боям он относился подобным образом. Он стремился убедить себя, что участвует не в обычных испытаниях, а защищает от монстров цивилизацию, своих друзей, свой мир, уничтожая чудовищ одного за другим.
      Не говоря уж о том, что необходимо было отомстить за своих настоящих родителей.
      Они, как и родители многих других учеников, погибли, когда монстры вторглись и уничтожили Хусилат. Он, его брат и его сестра были взяты на воспитание в Коссуут.
      Он еще в младшем возрасте изучил историю этого события, и самые мельчайшие его подробности были как будто выжжены навечно в его памяти. Как обрушились монстры без предупреждения в своем неутолимом желании разрушать, уничтожить до основания любой след цивилизации. Как они опалили поверхность планеты так, что она стала непригодна для разумной жизни. Он с восхищением вспоминал, как несколько кораблей-челноков сквозь сплошной огонь врага достигали поверхности планеты и вывезли оттуда его самого и его сородичей на другие звездные корабли, как всех их доставили на относительно безопасный Коссуут.
      Его учителя отложили объяснение истории до того времени, когда он станет достаточно взрослым, чтобы постигнуть, а может быть, и понять ее. Ему давали информацию лишь тогда, когда он об этом просил. По мере учебы он развивал в себе решимость, которая была ему присуща уже в подростковом возрасте.
      На каждом испытании он держал перед собой ужасный образ уничтоженного Хусилата. Это добавляло решительности его усилиям, помогая ему подняться над теми своими товарищами, чьи истории были не менее трагичными. Их было двадцать пять. Это же количество воинов насчитывала и боевая наступательная команда. Они тренировались и учились вместе с самого детства, нанося поражение одной школьной команде за другой. Теперь совсем близка была кульминация их неустанных усилий. Некоторые его друзья тревожились, некоторые испытывали неуверенность. Раньи весь горел от предчувствия испытания.
      Неожиданно не осталось больше команд, которые необходимо было разбить, не осталось больше ослепленных собой противников, которых нужно было бы запугать и победить. Раньи и его друзья достигли пика свершений: планетарного финала для своей возрастной группы. Из сотен команд, вступивших в соревнование чтобы стать безусловными стратегическими победителями, на пути Раньи и его друзей стояла лишь команда из города Киззмаат. Загадочные, таинственные киззмаатане из-за гор Массмари. Команда эта продемонстрировала быстроту и умение, равное быстроте и умению Раньи и его друзей, в боях с соперниками.
      Он не тревожился. Какими бы ни были боевые качества соперников, Раньи и его друзья всегда относились к ним серьезно. Эта предосторожность, как и многие иные их таланты, были переданы им их преподавателем и наставником. Инструктор Коууад был ниже ростом, чем казался. Множество боев и полученный опыт делали его как будто выше ростом. В общем-то, назначать столь опытного бойца преподавателем к будущим бойцам было делом необычным. Когда Раньи и его товарищи стали достаточно взрослыми, чтобы это понимать, они осознали, насколько же им повезло иметь наставником Коууада. Военная карьера Коууада была прервана страшным ранением, которое отказались излечить самые опытные врачи. Ходили слухи, что рана эта была нанесена ему в рукопашном бою с одним из самых ужасных монстров. Его коллеги-преподаватели испытывали восхищение в отношении бывшего бойца. Его репутация оказывала глубочайшее воздействие и на учеников. Поговаривали, что учеба под началом столь выдающегося преподавателя давала ученикам Сиилпаана явное преимущество над другими их ровесниками. Но официальные власти отметали подобные протесты. В конце концов испытания предстояло пройти ученикам, а не учителю. Раньи со своими товарищами с удовольствием отдавали должное тому вкладу, которое внес в их обучение Коууад, понимая, что ему обязаны своим успехом.
      – Я предупреждаю вас теперь, – сказал им однажды утром почтенный солдат, когда они собрались на занятия. – До сих пор вы побеждали и обходили своих соперников. Но теперь вам предстоит не очередное учебное испытание. Это планетарный финал вашей возрастной группы. В течение нескольких дней вы можете себе обеспечить карьеру. И ученики из Киззмаата знают об этом. Вы также должны это хорошенько обдумать. Запомните, что их характеристики столь же хороши, как и ваши. Их будет сложно одолеть. Я видал их в действии. Они жестче и изобретательнее, чем любая иная группа, с которыми вам приходилось сталкиваться до сих пор.
      – Коууад расхаживал взад-вперед перед учебным экраном. – Не позволяйте предыдущим успехам вскружить вам голову. Все, чего вы достигли до сих пор, – история. Все ваши успехи в прошлом. Имеет значение лишь предстоящее состязание. Все остальное обратилось в прах. Это касается и учебного, и настоящего боев. Имейте в виду и следующее – я сейчас даю вам наставление, но и они получают подобные же советы. Они будут подготовлены к испытанию в равной степени. – Он остановился и гордо улыбнулся, кося глазами, которые видели слишком много смерти.
      – Вы ответили на каждый вызов, который вам бросали. Вам осталось лишь состязание в своей группе на чемпионате Коссуута. Не забывайте, что за этим следует подлинное сражение с монстрами. Если вы запомните этот день, если подойдете к предстоящим состязаниям как к настоящим военным действиям, думаю, вы выйдете победителями. Осознайте, что вам предстоит биться не ради награды или ради удовлетворения своей гордости, но ради того, чтобы спасти цивилизацию.
      На его лице показалась улыбка.
      – Хотя брать призы, тоже хорошо. Запись о вашем испытании, и индивидуальном, и командном, останется навечно. И хорошо, чтобы эта запись была положительной.
      – Не беспокойтесь, почтенный наставник, – сказал Биелон с энтузиазмом. – Мы намерены выиграть. – Ропот одобрения раздался вокруг.
      – А каковы методы команды Киззмаата? – спросил кто-то с последнего ряда.
      – Да, – сказал кто-то еще. – Насколько он отличается от того, с чем нам уже приходилось сталкиваться?
      – В стратегическом отношении мы не знаем, чего ожидать, – объяснил Коууад. – Их тактика непредсказуема. В этом заключается одна из их сильных сторон, как, впрочем, и ваших. Они известны своей способностью к импровизации, своей быстротой и решительностью. Те, кто командует группами, должны будут нести на поле боя дополнительную нагрузку. Остальные должны безоговорочно подчиняться своим командирам. В этом состязании не будет места для длинных, оживленных тактических дебатов. Все будет происходить очень быстро. Команда Киззмаата действует быстро. – Он тяжело поглядел на них. – Я рассчитываю, что вы окажетесь быстрее. – Довольно долго он молчал. – Это планетарный финал. Если вы проиграете, новых испытаний не будет. В поражении тоже не будет позора. Стать вторыми среди тысяч – величайшее из достижений.
      – Мы не будем вторыми! – выкрикнул кто-то из задних рядов. Коууад слегка вскинул голову и улыбнулся.
      – Вы уже превзошли достижения большинства своих ровесников. И хотя самая большая награда уже в досягаемости, об этом также не стоит забывать.
      – Он поглядел на хронометр. – Мне нечему больше вас научить. Я предлагаю всем идти по домам и как следует выспаться. Завтра утром мы отбываем на место, где будут проходить состязания – к подножию Джултасикских гор. Приятели Раньи заговорили все разом. До сих пор им не говорили, где именно будут проходить состязания. Обеспечение этого секрета гарантировало, что ни одна из сторон тайком не сумеет изучить обстановку и не получит таким образом преимуществ перед противником. Раньи был доволен. Джултасик – пересеченная местность, а он чувствовал себя увереннее в разнообразной обстановке.
      – Как ты думаешь, какие у нас шансы? – спросил он той ночью своего отца. Они сидели за обеденным столом: отец и мать на противоположных углах, Раньи, его брат и его сестра у основания треугольника.
      – Вы их убьете, выметете их вон. Как вы уже поступали с остальными. – Не имея никакого оружия, Сагио потряс прибором для еды. Раньи кинул на младшего брата снисходительный взгляд.
      – Я хочу, чтобы вы сражались смело, дорогой, но и чтобы ты был осторожен. Я не хочу, чтобы тебя или кот-то из твоих друзей ранило. – Мать наполняла их стаканы свежим фруктовым соком. – Репутация команды из Киззмаата равна вашей. Они будут биться до последнего.
      – Я знаю, мама.
      – Вы им мозги выбьете, – Сагио пытался говорить и жевать пищу одновременно.
      Раньи с любовью поглядел на брата. Сагио, когда вырастет, будет выше и сильнее своего брата. Но умнее он не станет. Соответствующий тест это уже определил. Однако он все равно не опозорит их род.
      Не их нынешнюю семью, подумал Раньи мрачно. А ту, которую безжалостно уничтожили монстры. Завтра они одержат верх. Все, что нужно сделать, это представить, что команда из Кизмаата – монстры.
      – Мы победим, Сагио.
      Подняв стакан, его отец сделал движение рукой:
      – Никогда не переоценивай свои силы, Раньи. Никогда не надейся на то, что излишняя самоуверенность поможет тебе. Это может тебе дорого стоить во время боя. Мне все равно, выиграешь ты завтра или нет. Уже выход в финал является большим достижением. Но я не хочу, чтобы ты проиграл на настоящем поле битвы.
      – Не беспокойся, отец. В бою против монстров я никогда не переоцениваю свои силы. – Он взялся за еду. Удивительно, насколько монстры внешне похожи на нас. Я много раз садился и изучал картотеку, пытаясь понять, насколько они похожи на нас, пока наконец различие не стало для меня очевидным.
      – Физическое сходство ничего не значит, – сказала мать мягко. Она тронула его лоб, затем грудь. – Вот здесь они радикально от нас отличаются, они запрограммированы, чтобы убивать, чтобы быть безжалостными, чтобы разрушать цивилизацию везде, где ее обнаружат. Они не умеют строить, они умеют лишь разрушать.
      – Поэтому их необходимо остановить. – Отец вздохнул. – Если ты со своими соратниками сумеешь этому способствовать, ты завоюешь благодарность не только от нас, но и от иных цивилизаций.
      – Раздери их в клочья, Раньи, – прорычал его брат.
      – Я сделаю все, что смогу, – ответил Раньи.
      – Ты всегда так делаешь. – Его мать повернулась к Синзе, которая начала хныкать и колотить руками по столу. Его сестра была сущим наказанием. Раньи внутренне улыбнулся. Когда она достигнет зрелости, то, вероятно, станет более жестким бойцом, чем он и его брат. Они трое станут гордостью своих приемных родителей, и не опозорят свой род. Но сначала – финальные испытания. Завершение обучения, а потом только бой. Он мечтал о завтрашнем дне столько, сколько помнил себя. Он и Бирачии, и Коссинза, и все остальные. Теперь уже конечная цель совсем рядом. Только еще один вызов, на который нужно ответить, осталась только одна группа, которую нужно деморализовать и разбить наголову. Еще одна высота, которую нужно взять.
      Он стал доедать остатки пищи. Он не был голоден, но знал, что горючее ему потребуется.
      Все знали о Финальном Лабиринте. Если ты учишься, то как минимум раз в месяц о нем слышишь. Внешне он мало отличается от аналогичных лабиринтов на иных состязаниях. Конечно, будут перегородки. Отвесные, непрозрачные, ровные, непроницаемые керамические стены, возвышающиеся над головой самого высокого члена команды. Они делят лабиринт на коридоры и арены, проходы и колодцы. Каждая отдельная часть различается по размеру и форме от тех, которые следуют непосредственно за ней.
      Лабиринт содержит различные виды местности, о которых заранее ничего не говорится. Те, кто пойдут через лабиринт, могут столкнуться с жаркой пустыней, замерзшей тундрой, влажными джунглями или обычным лесом. Лабиринт может оказаться наполненным водой, пресной или соленой. Кроме того, что им нужно биться с соперниками, командам придется немедленно приспосабливаться к любому месту и любой климатической обстановке, которую запрограммировали для полевых испытаний. Команда могла разбить своего вооруженного противника, использовав течение речного потока. Лидер групп вел своих людей через Лабиринт с целью овладеть штабом своего противника и разбить его. Цели были ясны, но достигнуть их сложно. Солнце стояло высоко, и лишь несколько облаков затеняли бледно-голубое небо. Дело, однако, было не в них. Внешние условия не имели никакого значения для лабиринта. Он вырабатывал собственную внутреннюю погоду. Раньи не обращал внимание на суету вокруг себя, он внимательно проверял свое оборудование. Специальный пистолет для учебных состязаний оставит ложную рану или даже вызовет «смерть» противника, если только луч его коснется. Во всех отношениях их вооружение было идентично настоящему военному. Разница заключалась лишь в том, что им нельзя было убить. Хотя доступ на учебную территорию был ограничен, собралась изрядная толпа. Финал привлекал заинтересованных наблюдателей и репортеров со всего Коссуута. Членам семьи присутствовать запрещалось. Они должны были довольствоваться передачей репортажа по телевидению. Отмечалось, что обе команды, вышедшие в финал, жили совсем недалеко друг от друга, но, тем не менее, еще ни разу не встречались. По какой-то странной прихоти расписания всех состязаний составлялись таким образом, что эти две комары поочередно бились с самыми различными противниками, и лишь теперь им предстояло испытать силу друг друга. Продолжая свои приготовления, Раньи регулировал дыхание, стремясь поддерживать его ровным и медленным, используя для этого специальную биоконтролирующую технику, которой его обучили для регулирования уровня адреналина в крови. Никто ничего не говорил. Это была их последняя возможность погрузиться в свои мысли. Оказавшись в Лабиринте, им придется действовать в унисон, а все внимание должно быть сосредоточено на ближайших задачах.
      В команде было двадцать пять человек.Четырнадцать юношей и одиннадцать девушек. На противоположной стороне двадцать молодых мужчин и женщин из города Киззмаат в этот же самый момент думали о том же самом, что и Раньи со своими друзьями. После состязания будет устроено празднество, прием, где победитель и проигравший встретятся в атмосфере искренней дружбы и веселья. Но до того как это произойдет, они сделают все от них зависящее, чтобы в учебном бою убить друг друга. Мысли Раньи были заняты экозонами. Он надеялся, что Лабиринт не будет превращен в арктическую тундру. Тундра слишком облегчала их задачу. Негде было спрятаться, нет достаточного разнообразия. Ему бы больше подошли непроходимые джунгли. Или голый гранит. Хорошо бы, не было слишком много воды. Ему не нравилось сражаться мокрым.
      Чтобы им ни встретилось, он и его друзья были готовы. Они прошли подготовку к бою в любых условиях.
      Он был одним из пяти командиров. Бирачии был тоже командиром. Коссинза – третьим. Милая блондинка Гжян с окраин города – четвертым, а Кохмадду – пятым. Неповоротливая и медлительная, она обладала блестящим умом и бесспорной храбростью и отвагой. Каким бы трудным не было состязание, ее отряд всегда одерживал победу. Они были готовы к встрече с киззмаатанами. Все, что им оставалось сделать, – это войти и взять их.

ГЛАВА 2

      Бледная заря оповестила о восходе солнца Коссуута, и осветила пять отрядов, включающих испытательные группы, собравшиеся для последнего собрания у Коууада.
      – Нет смысла вам говорить о том, как я горд вашими достижениями. – Инструктор команды поглядел на них с отцовской снисходительностью. – Вы превзошли не только мои ожидания, но и ожидания своих родителей и соучеников. Я особенно доволен выступлением тех из вас, кто является выходцами из разрушенного Хусилата. Ваши достижения стоят значительно больше, потому что на ваши плечи легло значительно большее бремя. В скором времени вам будет предоставлена возможность найти компенсацию. Помните об этом, когда начнете испытания. – Он обвел их всех взглядом. – Пусть испытания станут для вас удачными, – сказал он наконец. – Пусть каждый проявит себя с лучшей стороны. Какими бы ни были результаты, я буду рядом с вами, когда все закончится.
      Они ожидали в почтительном молчании, пока инструктор не закончил. Речь была выдержана в его характерном стиле: он был немногословен, говорил по существу, избегая цветистостей, к которым любили прибегать другие инструкторы. Это все неважно. Им не нужны красивые слова. Они учились. Раньи знал, что они не подведут своего старого воина. Определенная доза помпезности и церемониальности была все-таки неизбежна, когда они прошли к южному входу в Лабиринт и им дали последние инструкции к предстоящим испытаниям. Где-то к северу от их внешней позиции располагался штаб команды из Киззмаата, двадцать пять человек, столь же жаждущих выиграть, как и они сами. Их разделяли непреодолимые керамические стены, делившие Лабиринт на многочисленные изгибы и площадки. Раньи вполуха слушал торжественную речь официального представителя властей на предстоящих Испытаниях. Он и его соратники знали все правила наизусть. Они все уже собрались неподалеку от входа в Лабиринт, планируя предстоящие действия в ожидании противника, хотя и знали, что Испытания еще не начались.
      Раньи был полон ожидания, все его мышцы напряглись, хотя он и отдавал себе отчет в том, что это лишь учебные занятия, подготовка к настоящему бою. Этот бой вскоре наступит. Но прежде всего необходимо пройти это финальное испытание. Это их последний бой, когда добытая слава будет не настоящей.
      Когда официальное выступление закончилось, некоторые товарищи Раньи начали бег на месте, другие стали делать ритмическую гимнастику, чтобы расслабиться. Пятерка Коссинзы была особенно оживлена. Так как они были самыми быстрыми из всех отрядов, то получили задание выдвигаться первыми и нанести удар по штабу противника в надежде захватить кого-либо из защитников врасплох. Стратегия была рискованной, но они уже к ней прибегали. Чтобы она сработала, Коссинзе предстояло обнаружить кратчайший путь через Лабиринт – это станет начальным испытанием. Остальная часть группы будет продвигаться более целенаправленно, осторожно, не ускоряя начало атаки. Безжалостность и настойчивость были их отличительной чертой, их естественным качеством, мудро вдохновляемым Коууадом. Что же касается Раньи, он считал, что оборона – уже сама по себе означает наполовину проигранные состязания.
      Ни военная музыка, ни воющие сирены не объявили о начале Финальных Испытаний. Офицер просто сделал знак, командиры ответили ему аналогичными жестами. Молодые представители Сиилпаана вошли в Лабиринт, ведомые людьми Коссинзы.
      Немедленно они разбились по отрядам. Двигаясь бегом, отряд Раньи пересек ворота, которые вывели их на мягко катящуюся пустыню. Сердце его утаило, хотя температура начала тревожно подниматься. Ему не нравились бои в пустыне. Автоматически он и его коллеги произвели необходимые изменения в своем оборудовании и в своей одежде.
      Маленькие песчинки отливали забытым цветом ржавчины, создаваемым движущимися дюнами. Справа от них небольшое озерцо собралось в конце высохшей ложбины. Чуждо выглядевшие колючие растения были единственными видимыми представителями жизни на этом искусственном ландшафте. Раньи напомнил друзьям, чтобы они избегали этих растений. Лабиринт был таким же их противником, как и представители Киззмаата. Команды Четыре и Два держались противоположных стен, а остальные три двигались вперед. Четвертый занял несколько более высокую позицию, чтобы прикрыть продвижение Второго, люди Раньи двигались по середине. Было непохоже, чтобы их противники уже так далеко продвинулись, но тем не менее, никто из Сиилпаана не рисковал. Команда из Киззмаата не пользовалась репутацией бездельников.
      Отряд Раньи вошел в ложбину. Они использовали ложбину и ее меньший приток в качестве прикрытия. Раньи же думал, как далеко уже ушли люди Коссинзы. Они исчезли в другом коридоре Лабиринта. Он взглянул на коммуникатор, надетый на запястье, но не стал переориентировать его. Связь была позволена, но ее можно было осуществлять лишь в отдельно взятом отсеке Лабиринта. Разбив команду на группы, они получали больше возможностей для атаки, но уменьшали свои способности координировать стратегию и защищать собственный штаб. Самые решительно настроенные команды рисковали разбиваться на пять групп и как правило терпели поражение. Те же, кто оставался в постоянном составе, оказывался обойденным с флангов.
      Сиилпаанам это было неважно. Они были готовы к чему угодно. Подобная тактическая гибкость лежала в основе цепи их успешных боев. Большую часть дня они шли по отсеку, представлявшему пустыню.
      Продвигались они быстро, но осторожно. Вечер преподнес им первый сюрприз. Блестящие стены сузились, чтобы вывести их в промежуток между различными секциями. Над ними мерцала белизна. Но это не был гипс, но лишь лед и снег. Через ворота подул резкий ветер. Люди Раньи были вынуждены срочно внести необходимые изменения в свою одежду. Когда они прошли через ворота, температура и видимость резко упали. Вокруг них взвились столбы снега. Чистое небо пустыни, которую они только что пересекли, сменилось ветром и стремительно движущимися темными облаками.
      Раньи улыбнулся сам себе. Обо всем этом он слышал раньше. Говорили, что им придется не только прокладывать путь через крайне недружелюбный Лабиринт, избегая естественных трудностей и ловушек, как и их противники. Им также придется приспосабливаться к окружающей среде, которая станет изменяться с каждым новым отделением Лабиринта. Это означало соответственно меняющуюся тактику. Такой вызов могли принять лишь самые изобретательные воины.
      Среди прочего это означало и то, что они не могли заранее распределить свои запасы воды и пищи. Ведь могло случиться, что они проведут несколько дней в лесу, а затем в бесплодной тундре. Это все усложняло. В этом, собственно, и заключался замысел тех, кто проектировал Лабиринт.
      Следующее отделение представляло собой более влажную и высокорасположенную пустыню.
      Густая поросль изображала холмы с пышной растительностью. Среди низкорослых кустов шныряли какие-то существа. Неожиданный ливень застал их врасплох, все вымокли насквозь и стали несколько менее жизнерадостными, чем предыдущим утром.
      Но до сих пор представители Киззмаата им не встретились. Четвертый отряд был вне досягаемости, потому что они решили изучить другой отсек. Однако связь со Вторым отрядом Четвертый поддерживал. И опять Раньи подумал, где именно могут находиться сейчас люди Коссинзы и пожалел, что коммуникаторы не в состоянии проникнуть через керамические стены.
      Затем сухой воздух наполнился движущимися лучами разноцветного света, и он стал слишком занят, выкрикивая приказы, чтобы задумываться о том, где находятся его коллеги.
      Продираясь через густые заросли кустарника, он с восхищением подумал о том, насколько быстро передвигаются жители Киззмаата. Ему неоднократно говорили, что они движутся очень быстро, но обнаружить, что они так быстро вступили в игру, – стало своего рода шоком. По количеству огней определить, как много их было, – невозможно. Он лишь догадывался, что это был как минимум один полный отряд, но не больше трех отрядов. Огни вспыхивали в поисках мишеней.
      Быстрая проверка показала, что среди его людей было два «легко раненых» и ни одного «убитого». Они были в полной силе. Это означало, или что их противники никудышные стрелки, или то, что они тоже не ожидали так быстро наткнуться на «врага». Быстрая перекличка со Вторым Отрядом Бирачии показала, что и они тоже были в отличной форме. Раньи почувствовал себя лучше.
      – Я думаю, наше появление для них стало неожиданностью, – голос Бирачии по коммуникатору звучал уверенно. Раньи говорил прямо в микрофон.
      – Взаимно. Не пытайся двигаться слишком быстро. Мы должны суметь поддержать друг друга.
      – Понял. Как их много, по-твоему?
      – От одного до двух отрядов.
      – Согласен. Мы находимся за небольшим холмом. Я попытаюсь проложить дорогу на запад. Они станут ожидать нашего появления сверху.
      – Не рассчитывай на это. С этими ребятами нельзя быть ни в чем уверенным. Будьте начеку.
      Бирачии что-то прорычал, Раньи и его товарищи заулыбались.
      – Они не теряли времени. – Турмаст-ейр использовал специальные линзы, чтобы попытаться проникнуть взглядом через заросли кустарника. – Клянусь своими предками, они движутся очень быстро.
      – К счастью, они того же мнения о нас, – сказал кто-то. Он держал пистолет двумя руками. – Возможно, они выйдут прямо на нашу линию огня.
      – Интересно, они прошли большую часть Лабиринта или нет? – заметил четвертый член команды. Его люди не должны так думать.
      – Никто не покрывает расстояния так быстро, как Сиилпаан, – резко сказал Раньи. Неважно, что он сам так не думает. Важно, чтобы его люди так думали.
      – Верно, – пробормотал Турмаст-ейр. Он пополз на животе направо. – Попытаемся обойти их с тыла.
      – Нет, – Раньи удержал товарища за ногу. – Первое, чего они станут ожидать в данной ситуации, – обходной маневр. Они готовы к этому.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19