Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Перри Мейсон (№4) - Дело любопытной новобрачной

ModernLib.Net / Классические детективы / Гарднер Эрл Стенли / Дело любопытной новобрачной - Чтение (стр. 6)
Автор: Гарднер Эрл Стенли
Жанр: Классические детективы
Серия: Перри Мейсон

 

 


— Две тысячи немедленно и десять потом. Это он требовал от Роды. Сколько требовали с него, я не знаю.

— И что Рода? Как она поступила?

— Она не знала, что и делать… Она же только что вышла замуж. Ей казалось, что она любит своего мужа, что они с ним — неразрывное целое. И тут на сцене появляется этот негодяй! Требует денег. Она вовсе не обязана была ему что-то отдавать! Но он грозил раскрыть ее обман со страховкой. Обвинял ее в двоемужестве. Она понимала, что он может обратиться непосредственно к Карлу Монтейну, чтобы выжать из него деньги. Монтейн больше всего боится скандалов, которые могут опорочить его фамильную честь. Мокси был умным негодяем, он легко раскусил нелепый комплекс Монтейна, который всячески поддерживает в нем его отец…

— Что было дальше?

— Рода встретилась с Мокси и заявила, что если он не уедет, то она возбудит против него дело по обвинению в краже денег.

— Это вы ей посоветовали?

— Да.

— И вы же вручили ей пистолет, посоветовав пристрелить Мокси, если представится такой случай?

Доктор отрицательно покачал головой.

— Я дал ей пистолет на всякий случай… Чтобы она могла при необходимости защитить себя… Я знал, что этот Лортон лишен всякой совести, что он способен на клевету, подлость, воровство и даже убийство ради достижения собственных целей. Мне было ясно, что он угодил в какую-то западню, и выбраться из нее ему могут помочь только деньги. Я боялся, что Рода отправятся на встречу с ним одна и… Ведь он требовал, чтобы с нею никого не было…

— И вы передали ей свой пистолет?

— Да.

— Значит, вы знали, что она намерена была встретиться с Греггори?

— Конечно.

— Вчера ночью?

Доктор заерзал на стуле.

— Так знали или нет?

— Нет.

— Если в суде вы не будете лгать более правдоподобно, — усмехнулся Мейсон, — то Роде нечего ждать от вас существенной помощи.

— В суде? — воскликнул доктор Миллсэйп.

Мейсон утвердительно кивнул.

— Господи! Я не могу выступать в суде! Вы имеете в виду выступать в качестве свидетеля на стороне Роды?

— Нет, окружной прокурор призовет вас свидетельствовать против Роды. Он попытается вызвать к Роде максимум недоброжелательства. Он будет стараться показать мотив для убийства — сокрытие подлога, на который она в свое время пошла со страховой компанией. Вы сами понимаете, чем это грозит для вас. Так вы знали, что Рода должна была отправиться на свидание с Мокси в два часа ночи?

— Знал, — тихим голосом сказал доктор Миллсэйп.

— Уже лучше, — заметил Мейсон. — А теперь расскажите мне все подробно. Где вы сами находились в два часа ночи?

— Спал, конечно.

— Вы можете это доказать?

— Точно так же, как любой человек, ложащийся спать вечером и встающий утром. Как правило, для этого не требуется алиби. В этом случае, на мой взгляд, достаточно простого утверждения.

— Так оно и было бы, доктор, если бы окружной прокурор не стал расспрашивать вас и вашего слугу в отношении телефонного звонка в вашу квартиру в два часа ночи. Ваш слуга тогда ответил, что…

Выражение лица доктора заставило Мейсона замолчать.

— Так что же вы мне скажете, доктор?

— Господи!.. Откуда окружной прокурор узнал об этом звонке? Я даже не подумал о такой возможности… Слуга сказал мне, что звонил какой-то пьяный мужчина из телефона-автомата.

— Почему он решил, что мужчина был нетрезв?

— Вероятно, по голосу… Во всяком случае, он так мне сказал, когда я вернулся домой. Я хочу сказать…

— Переходите к фактам, доктор.

— Да, я там был… Не в два часа, а позднее… Я проснулся и не мог уснуть… Я знал, что Рода поедет к этому негодяю. Посмотрел на часы и с тревогой подумал о Роде. Все ли в порядке у нее? Я поднялся, оделся и поехал на Норвалк Авеню. Машина Роды стояла в соседнем переулке. Я посмотрел на окна квартиры Мокси. Света не было. Тогда я позвонил, но мне никто не ответил… Я продолжал давить и давить на звонок, сам не понимая, чего дожидаюсь. Почему мне никто не открывал? Если бы не машина Роды в переулке, то я посчитал бы, что Мокси спит. Поскольку мне никто не открывал, я решил обойти вокруг дома и проверить, нельзя ли как-то попасть в дом иным путем. Мне не хотелось оставлять свою машину перед домом, поэтому я объехал вокруг квартала и поставил автомобиль на параллельной улице. По дороге к дому Мокси я вдруг увидел, что в его квартире появился свет. Мне голову пришла мысль, что мои звонки все же разбудили его, поэтому я ускорил шаги, намереваясь позвонить еще раз, но, к счастью, заметил, что машины Роды уже нет.

— Когда вы звонили, то стояли на ступеньках крыльца, не так ли?

— Естественно.

— Вы слышали дребезжание звонка наверху?

— Нет.

— А звуки борьбы до вас не доносились?

— Нет. Я вообще ничего не слышал.

Мейсон нахмурился.

— Я сейчас дам вам один совет, а вы потом не будете о нем вспоминать, — сказал адвокат. — Договорились?

— Какой именно совет? — недоуменно спросил доктор Миллсэйп.

— Вы плохо выглядите.

— Господи! Да что ж тут удивительного? Все эти дни я только и думаю об этой истории. Я совершенно не могу спать по ночам. Лортон в городе и шантажирует Роду… Я не могу есть и сосредоточиться на своей работе. Моя работа идет кое-как… Я…

— Я сказал, что вы неважно выглядите, — перебил его Мейсон.

— Вполне естественно… Я чувствую себя совершенно разбитым. Я только еще не схожу с ума.

— Что бы вы посоветовали пациенту, если бы он явился к вам в таком состоянии, как у вас? Да к тому же если бы он еще и плохо выглядел?

— Что вы имеете в виду?

— Скорее всего, вы посоветовали бы ему отправиться в длительное морское путешествием.

— Разумеется, перемена обстановки…

Миллсэйп не договорил, его глаза заблестели.

— Как я заметил в самом начале, я не хочу, чтобы мое имя упоминалось в связи с этим вопросом. Прежде всего, я не врач, — сказал Мейсон, вставая с кресла. — Чтобы все выглядело совершенно естественно, вы можете проконсультироваться у какого-нибудь знакомого врача. Вам не обязательно рассказывать ему, что именно вас беспокоит, но охарактеризуйте ему ваше состояние и намекните на возможность морской прогулки.

— Короче говоря, вы мне советуете уехать в такое место, где окружному прокурору до меня не добраться? Но не будет ли это ударом в спину Роде?

— Извините за откровенность, но ваше присутствие принесет Роде больше вреда, чем пользы. Лично я интересуюсь только состоянием вашего здоровья. Вы выглядите неважно, под глазами синева, нервничаете, вздрагиваете. Вам следовало бы посоветоваться с каким-нибудь авторитетом в этой области. Пусть он поставит диагноз. Ну, а на всякий случай, вот вам моя визитная карточка. Если вдруг что-то случится, то, незамедлительно обращайтесь ко мне.

Мейсон положил на стол свою визитку.

Миллсэйп вскочил с кресла, схватил руку Мейсона и крепко пожал ее.

— Огромное вам спасибо, мистер Мейсон! Прямо скажу, я не подумал о такой возможности. А ведь лучшего и не придумаешь!

Мейсон собрался было что-то сказать, но не успел, поскольку за дверью послышался какой-то шум и где-то хлопнула дверь. Зазвенел негодующий голос секретарши доктора Миллсэйпа.

Мейсон повернул ключ и распахнул дверь.

Те самые полицейские, которые арестовали Роду в аэропорту, посмотрели на адвоката изумленными глазами.

— Ну и ну! — воскликнул один из них. — Вы действительно проворный малый!

— Большое спасибо, доктор, за ваш совет, — поклонился Мейсон Миллсэйпу. — Если вам когда-нибудь потребуется адвокат, без колебаний обращайтесь ко мне. Я вижу, что эти два господина хотят с вами поговорить. Возможно, вы не знаете, что они — детективы из Отдела по раскрытию убийств. Не стану вас больше задерживать. Между прочим, как юрист, я могу вам подсказать, что если у вас нет желания отвечать на их вопросы, вам не обязательно это делать…

— Хватит! — рявкнул полицейский, с угрожающим видом делая шаг в сторону Мейсона.

— И если вам понадобится адвокат, доктор, — даже не взглянув на полицейского, продолжал Мейсон, — на карточке есть номер моего телефона. Я не знаю, чего хотят эти господа, но на вашем месте я не стал бы отвечать на их вопросы.

Мейсон прошел мимо полицейских, не удостоив их взглядом.

10

Кабинет Мейсона наполняли лучи утреннего солнца. Зазвонил телефон, и почти одновременно в дверь, выходящую в коридор, раздался условный стук. Мейсон открыл дверь и впустил Пола Дрейка, Делла Стрит подняла трубку.

— Тебя к телефону, шеф! — сообщила секретарша.

Мейсон неторопливо пошел к аппарату, но вдруг передумал и сказал:

— Делла, узнай в чем там дело.

Дрейк вытащил из кармана газету и устало махнул рукой.

— Твоя клиентка оказалась слабовата…

Мейсон лишь усмехнулся в ответ.

Делла Стрит неожиданно бросила трубку на место.

— Что случилось, Делла? — спросил Мейсон.

— Звонил какой-то наглец из Отдела по раскрытию убийств. Ты бы слышал, с каким торжеством в голосе он сообщил, что Рода Монтейн только что подписала заявление в окружной прокуратуре. Она обвиняется в совершении убийства первой степени, так что они будут рады предоставить тебе свидание с клиенткой в любое время. Ни о каком Habeas corpus не может быть и речи.

— Почему ты не передала трубку мне? — спокойно спросил Мейсон.

— Потому что они хотели посмеяться над тобой!

— Хм, — улыбнулся адвокат. — Еще не известно, кто в итоге над кем посмеется… Если еще кому-то захочется позабавиться подобным образом, то сразу же соединяй со мной. Я не слабонервная дамочка, нечего меня оберегать. — Он повернулся к Дрейку: — Есть новости, Пол?

— Сколько угодно, — ухмыльнулся детектив. — В газетах не сообщают о том, что она подписала заявление, но недвусмысленно дают понять, что это будет сделано с минуты на минуту.

— Что Рода сказала им?

— Что Мокси пытался ее шантажировать, настаивал на том, чтобы она пришла к нему в два часа ночи. Поэтому она тайком от мужа улизнула из дома и поехала к Мокси. Там она звонила на протяжении нескольких минут, но ей никто не отвечал, поэтому она уехала домой.

— И после этого они потребовали объяснений, как ее ключи оказались в комнате, где было совершено убийство, верно?

— Совершенно верно. Она ответила, что была там днем, и, видимо, обронила их.

Мейсон невесело усмехнулся.

— А тем временем, — продолжал детектив, — Карл Монтейн настаивает, что он запер дверь гаража, когда ставил туда машину. Таким образом, Рода не могла бы поставить туда свой автомобиль, когда вернулась домой. Мало того, она сказала мужу, что забыла в машине сумочку, так что поздно вечером ей пришлось спускаться в гараж и отпирать дверь. Остается лишь надеяться, что кто-то из присяжных ей все же поверит…

— Нет, Пол. После того как обвинение ознакомит суд с имеющимися в его распоряжении фактами, ей никто не поверит. Они заставили ее сделать самое опасное признание.

— Не понимаю.

— Не понимаешь? Проще всего ей было бы утверждать о вынужденной самообороне. Тут ей никто не смог бы возразить, поскольку единственный свидетель мертв. Обвинение ничем не смогло бы опровергнуть ее историю. Если бы Рода изложила ее в нужное время и в нужной форме, она завоевала бы симпатии не только присяжных, но и публики. Теперь же возможность ссылаться на самооборону отпала. Сейчас ей придется либо доказывать, что она так и не попала в квартиру Мокси, либо ее поймают на каких-то мелочах и обвинят в убийстве без смягчающих обстоятельств.

— Ты прав, Перри, я как-то не задумывался над ее показаниями. Положение действительно скверное.

В кабинет вошла Делла Стрит и плотно закрыла за собой дверь.

— Шеф, тебя хочет видеть отец Карла…

— Кто? — удивленно переспросил Мейсон.

— Филипп Монтейн из Чикаго.

— Вот видишь, Пол, я же говорил, что он сам явится сюда, — усмехнулся адвокат. — Делла, что он из себя представляет?

— С первого взгляда не поймешь… Ему чуть больше шестидесяти, но глаза ясные и внимательные, как у хищной птицы. Коротко подстриженные седые волосы, небольшие усики, ничего не выражающее лицо, тонкие губы. Вид довольно респектабельный. Знает себе цену.

— Нам необходимо подобрать ключик к этому человеку, — сказал Мейсон, переводя взгляд с секретарши на детектива. — Я хочу повернуть дело так, чтобы ему пришлось заплатить за защиту Роды. Между прочим, я представлял его себе совсем другим. Думал, что это самодовольный эгоист, привыкший командовать людьми в силу своего богатства… Я рассчитывал напугать его скандалом в прессе, где будет фигурировать имя Монтейнов… — Он снова посмотрел на секретаршу. — Скажи хоть словечко, Делла!

Она улыбнулась и покачала головой.

— Давай, выкладывай! — настаивал Мейсон. — Ты же хорошо разбираешься в человеческих характерах. Мне интересно, какое он произвел на тебя впечатление.

— Обычными средствами ты с ним не справишься, шеф.

— И почему же?

— Потому что он уже тщательно продумал и спланировал свои действия. Не знаю, что именно ему нужно, но могу поспорить, что он уже обдумывал, как подобрать ключик к тебе.

— Отлично! — сказал Мейсон с азартным блеском в глазах. — Я постараюсь его раскусить! — Он повернулся к Дрейку. — Знаешь, Пол, выйди отсюда через приемную, у тебя будет возможность посмотреть на этого миллионера из Чикаго. Возможно, впоследствии твоим людям придется следить за ним, так что тебе не помешает познакомиться с его внешностью.

— Хорошо, — кивнул Дрейк. — Если понадоблюсь, я буду у себя. — Он хитро подмигнул Мейсону, подошел к выходу в приемную, распахнул дверь и громко сказал с порога: — Большое спасибо, господин адвокат. Если у меня возникнут новые затруднения, я обязательно обращусь к вам.

Когда Дрейк захлопнул дверь, Мейсон сказал Делле Стрит:

— Я думаю, что Филипп Монтейн сразу же попробует показать мне, что представляет собой важную персону и…

Внезапно дверь резко распахнулась, и в кабинет вошел взволнованный Пол Дрейк:

— Простите, господин адвокат, но я совсем забыл об одном серьезном моменте… — Он плотно закрыл за собой дверь и шагнул к столу Мейсона. — Скажи, Перри, когда эта тип появился у нас в городе?

— Ты имеешь в виду Филиппа Монтейна?

— Да, того, что сидит в твоей приемной.

— По всей видимости, сразу же после того, как прочитал в газетах об убийстве Мокси. Младший Монтейн рассказывал мне, что отец страшно занят и…

— Если человек, сидящий в приемной, действительно Филипп Монтейн, — сказал Дрейк, — то он приехал сюда еще до убийства Мокси.

Мейсон свистнул в удивлении.

— Помнишь, — продолжал Дрейк, — я рассказывал, что когда Рода вышла из твоего офиса, то я заметил, что за ней ведется слежка, и решил разобраться, что к чему?

— Ты хочешь сказать, — спросил Мейсон, — что за ней шел этот человек?

— Нет, — усмехнулся детектив. — Он сидел в машине, которая стояла у тротуара. У него такие глаза, от которых мало что может укрыться. Он видел меня, видел Роду и видел ее преследователя. Только не знаю, догадался ли он о наличии связи между нами троими.

— Ты уверен в своих словах, Пол? — спросил адвокат.

— Абсолютно.

— Но Карл утверждал, что отец из-за дел не может покинуть Чикаго.

— Значит, врал или папочка, или сынок.

— Скорей всего, папочка, — решил Мейсон. — Если бы Карл знал, что его отец в городе, он бы, когда приходил ко мне, притащил его с собой, чтобы тот оказал ему моральную поддержку. Он всю жизнь прячется за папочкину спину. Наверняка старик приехал сюда, не предупредив сына.

— Но зачем?

— Пока не знаю, — ответил Мейсон. — Он тебя видел сейчас?

— Конечно. Более того, я уверен, что он меня помнит. Но, может быть, его все же обманули громкие крики, и он поверил, что я всего лишь твой клиент. Все, Перри, я смываюсь. Жаль, что у меня нет на него никаких данных.

— А вдруг этот человек вовсе не Филипп Монтейн? — вдруг предположил Мейсон.

Дрейк с сомнением покачал головой.

— Но с какой стати подставному лицу являться к нам, шеф? — спросила Делла Стрит.

— Окружной прокурор может допустить, что я попытаюсь нажать на старика, вот и направил сюда своего человека, чтобы выяснить мои намерения.

— Прошу тебя, шеф, будь осторожен.

— Но это означало бы, — заметил Дрейк, — что прокуратура следила за Родой еще до убийства Мокси. Знаешь, Перри, я бы посоветовал тебе сначала все разузнать об этом типе, а потом уже начинать серьезный разговор.

Мейсон кивнул на дверь.

— Ладно, Пол, покажи теперь столь же артистический выход.

Детектив приоткрыл дверь и проговорил, словно заканчивал фразу:

— …рад, что подумал об этом именно сейчас. Это осложнение все время меня волновало. Еще раз огромное спасибо.

Дверь закрылась.

— Больше тянуть нельзя, Делла, — сказал Мейсон, — иначе у Монтейна появятся подозрения. Не исключено, что он запомнил Дрейка по прошлому разу. Естественно, он может подумать, что тот вернулся специально, чтобы предупредить меня. Так что приглашай его в кабинет.

Делла Стрит открыла дверь.

— Мистер Мейсон ждет вас, мистер Монтейн!

Монтейн вошел в кабинет и поклонился, не протягивая руки.

— Доброе утро, господин адвокат, — сказал он.

Мейсон показал на черное кресло для посетителей. Делла закрыла за собой дверь.

— Несомненно, господин адвокат, — сказал Монтейн, — вы догадываетесь, зачем я здесь?

— Я рад, что вы пришли, мистер Монтейн, — сказал Мейсон. — Мне очень хотелось с вами поговорить. Однако ваш сын сказал мне, что вы заняты чрезвычайно серьезной финансовой операцией, поэтому… Видимо, вы бросили все, узнав про убийство, и…

— Да, я заказал частный самолет и прилетел вчера вечером.

— Значит, вы уже виделись с сыном?

— Я думаю, господин адвокат, — холодно сказал Филипп Монтейн, — что будет правильным сначала объяснить вам мое дело, а потом вы можете задавать вопросы.

— Как вам будет угодно, — согласился Мейсон.

— Давайте будем вполне откровенны и искренни друг с другом. Я финансист. Те адвокаты, с которыми я привык иметь дело, специализировались в вопросах финансового права. Вы — первый адвокат по уголовным делам, с которым мне довелось столкнуться. Мой сын с вами консультировался. Он очень заинтересован в том, чтобы его жена была полностью оправдана. Однако, поскольку он Монтейн, то не желает лгать. Он не скажет ни больше, ни меньше, чем было на самом деле, независимо от того, во что эта правда ему обойдется.

— Пока я не услышал от вас ничего нового, — сказал Мейсон.

— Я подготавливаю почву.

— Это лишнее. Переходите к делу.

— Отлично. Мой сын нанял вас защищать и представлять его жену. Я понимаю, что вы ждете оплаты за свои услуги. У моего сына, в полном смысле слова, нет ничего. Следовательно, вы рассчитываете эти деньги получить с меня. Я не дурак и, как полагаю, вы тоже. Я не сомневаюсь в выборе сына. Я уверен, что он нашел отличного адвоката. Но я хочу, чтобы вы не ошибались в отношении меня. Если будут выполнены известные условия, я заплачу, и весьма щедро, за защиту Роды. Если же нет, то вы не получите с меня ни цента.

— Продолжайте, пожалуйста. Теперь вы говорите дело.

— К сожалению, есть вещи, которые я не могу рассказывать. Прокуратура предприняла ряд шагов, о которых вы не должны знать. Я связан словом. С другой стороны, мне известно, что вы человек чрезвычайно проницательный, господин адвокат.

— И что?

— Если я не могу рассказать вам об этих шагах, то вы ведь можете просто о них догадаться, и тогда мы смогли бы обо всем поговорить.

— Догадаться несложно, — усмехнулся Мейсон. — Вы, видимо, имеете в виду положение, в силу которого, пока Рода и ваш сын считаются женой и мужем, обвинение не может использовать Карла в качестве свидетеля. Поэтому они предпримут меры, чтобы аннулировать их брак.

— Благодарю вас, господин адвокат, — улыбнулся посетитель. — Я надеялся, что вы упомянете об этом факте. Думаю, что вам ясна и моя позиция в данном вопросе.

— Вы считаете, что Рода не пара для вашего сына?

— Безусловно.

— Почему?

— Она вышла за него только ради денег. Ее прошлое далеко не безупречно. Она продолжает назначать свидания своему бывшему мужу, а также врачу, находившемуся с ней в близких отношениях.

— Вы находите их отношения непристойными?

— Я этого не говорил… Да к тому же, это не имеет особого значения. Вы задали мне вопрос, на который я дал вам откровенный ответ. Допускаю, что вы не согласны со мной, но каждый имеет право на собственную точку зрения…

— Я спросил вас только потому, что хотел разобраться в вашем отношении к сложившейся ситуации. Теперь мне ясно, что вы стремитесь любыми способами добиться признания этого брака незаконным. Что же касается меня, то, по вашему мнению, хотя я всеми мерами должен защищать Роду Монтейн, противодействовать расторжению брака мне не рекомендуется. Далее, когда дело дойдет до перекрестного допроса вашего сына, мне нельзя выставлять его в смешном свете. Таким образом, если я выполню эти условия, то получу, как вы выразились, «щедрое вознаграждение». Если же нет — то ни цента. Не так ли?

— Вы несколько сгустили краски, — сказал Филипп Монтейн.

— Зато поставил все точки над «i».

— Что ж, вы все изложили совершенно точно. Разумеется, вы не знаете, о каком вознаграждении идет речь. Оно будет значительно больше того, которое вы до сих пор получали за равнозначное дело. Вы меня понимаете?

— Да, теперь я вас понял, — сухо сказал адвокат. — Подводя итог, можно сказать так: не торопись, Мейсон, с выводами. Ведь что получается? Если Рода позволит окружному прокурору аннулировать ее брак с Карлом, вы, мистер Монтейн, согласны, чтобы ее оправдали в деле об убийстве. Если же она будет настаивать на законности брака, вы попытаетесь избавиться от нее, способствуя ее осуждению за убийство. Карл — человек слабовольный. Вы знаете об этом не хуже меня. Если Роду оправдают, и она останется его женой, то может оказаться не очень покладистой и сговорчивой. Если же она согласится отказаться от Карла, вы дадите денег на ее защиту. Если она станет цепляться за Карла, вы совместно с окружным прокурором сделаете все, чтобы осудить ее. Короче, вы любой ценой добиваетесь того, что устраивало бы вас. Разве не так?

— Вы несправедливы ко мне.

— Почему же? — поднял брови Мейсон. — Я вполне объективен.

— Зачем вам добиваться моих признаний в отношении ваших догадок?

— Чтобы знать определенно ваши намерения. Ведь ваши мотивы могут иметь решающее значение.

— Вы все еще не ответили, принимаете ли мое предложение?

— Ни в коем случае! — улыбнулся адвокат. — Я призван защищать Роду. Я считаю, что ей выгодно закрыть рот вашему сыну, настаивая на законности их брака. Поэтому я буду против его расторжения или признания незаконным.

— А вы уверены, что сумеете этого добиться?

— Вполне.

— Окружной прокурор убежден, что этот брак незаконен. Тут не может быть сомнений. Я приехал к вам только потому, что высоко ценю вашу изворотливость.

— Вы имеете в виду мою сообразительность или все же изворотливость? — усмехнулся Мейсон.

— Изворотливость.

— Надеюсь, что мне удастся убедить вас, что помимо ловкости бог наградил меня еще и умом. Давайте вернемся к анализу ваших мотивов. Вы гордитесь своим именем. Если Рода, являясь законной женой вашего сына, будет осуждена за убийство, это ляжет черным пятном на вашу фамилию. Поэтому вы, естественно, будете всеми мерами способствовать ее оправданию. Если же Рода не будет считаться вашей невесткой, то вам ее судьба совершенно безразлична. Ваше предложение мне еще раз доказывает, что вы не остановитесь ни перед чем, чтобы отторгнуть Роду из своей семьи. И все же я уверен, что вы понимаете, что Рода имеет большое влияние на вашего сына. Такие вещи случайно не узнаются и получаются не из третьих рук. Отсюда следует сделать вывод, что вы выехали из Чикаго вовсе не вчера вечером, как только что сказали мне, а находитесь в нашем городе уже несколько дней, скрывая это и от сына, и от невестки. Я могу пойти дальше и предположить, что вами нанят детектив для слежки за Родой, чтобы выяснить, что она из себя представляет, чем занимается и какова ее сила влияния на Карла. Я догадываюсь, мистер Монтейн, что вы вынашиваете мысль о повторной женитьбе вашего сына, которая была бы выгодна для вас в финансовом отношении. Вот для чего вы стремитесь получить свободу для Карла.

— И все это вы вывели, анализируя мои мотивы? — бесстрастно сказал Филипп Монтейн, вставая с кресла.

— Разве я в чем-то ошибся? — улыбнулся Мейсон. — Разве мои рассуждения не верны?

— Рассуждаете вы просто превосходно! Значит, не зря этот детектив возвращался еще раз в ваш кабинет, когда увидел меня в приемной. Вероятно, он сообщил вам нечто интересное. Признаюсь, проделал он это весьма умно.

— В таком случае, вы действительно находитесь в нашем городе уже несколько дней и следите за Родой?!

— Я бы назвал это сбором необходимых сведений.

— Ваш сын знает об этом?

— Нет.

— Вы наняли детективов для слежки за Родой?

— Мне думается, что я ответил на ваши вопросы. Теперь мне остается предупредить вас, что вы сильно ошибаетесь, если воображаете, будто ничего не потеряете, отказавшись принять мои условия. Я могу оказаться основным вашим противником.

Мейсон распахнул дверь в приемную:

— Вы слышали мой окончательный ответ, — сказал он. — Если вы хотите начать войну, я не могу вам в этом воспрепятствовать и принимаю вызов.

Монтейн остановился в дверях, хотел было что-то сказать, но тут же шагнул за порог и хлопнул дверью.

Мейсон с минуту постоял в глубокой задумчивости, потом подошел к телефону и набрал номер кабинета Дрейка.

— Пол, — сказал он, когда тот поднял трубку, — нам нужно поторопиться. Здесь что-то нечисто. Давай пораскинем мозгами. Мокси был мошенником и специализировался на обмане женщин. Известно, что ему кто-то звонил незадолго до убийства. Этот «кто-то» требовал денег. Весьма вероятно, что это была женщина. Мы знаем, что как минимум один раз ради денег он согласился на брак. Слушай, Пол, необходимо проверить всю его жизнь. Нам известен целый ряд вымышленных имен, которыми он пользовался. Отправь своих людей по гостиницам, отелям, частным пансионатам. Пусть поищут женщину, носящую одну из его многочисленных фамилий, которая сравнительно недавно приехала в город. Понимаешь, нам необходимо раньше полиции выяснить, кто же шантажировал Мокси!

— Разумно, — согласился детектив. — Ну, а что насчет Монтейна-старшего? За ним не следует установить наблюдение?

— Нет. От этого не будет никакого толку. Он не приходил ко мне в офис до тех пор, пока не подготовился. С этого момента его жизнь будет проходить у всех на виду. Мы можем следить за ним до Судного дня, но ничего не узнаем. Ибо все, что было задумано, уже организовано и осуществлено.

— Значит, я не ошибся, утверждая, что он здесь находится уже несколько дней?

— Да, Пол, ты был прав, — подтвердил Мейсон.

— Он это признал?

— Лишь после того, как я его прижал. Он тебя заметил и догадался, что ты детектив.

— Зачем он приходил к тебе?

— Об этом можно только догадываться. Не слишком-то он откровенничал. И я уверен, что мы многого еще не знаем, Пол.

— Он, должно быть, следил за Родой до самой твоей конторы.

— Должно быть, — согласился Мейсон.

— Тогда Карл, обратившись к тебе, уже должен был знать от отца, что Рода у тебя побывала.

— Безусловно.

— В таком случае, папочка и сынок действовали заодно.

— Вполне возможно. Пол, нам придется пробиваться наугад, помня, что боремся с организованной силой.

— Послушай, Перри, — возбужденно сказал Дрейк, — если Монтейн следил за Родой, он должен был знать о существовании Мокси!

— Он знал.

— И об их встрече в два часа ночи?

— Об этом он ничего не говорил.

— А ты его спрашивал?

— Нет, — усмехнулся Мейсон, — но спрошу.

— Когда?

— В подходящий момент. Знаешь, ты не забивай себе голову Монтейном. Он умен и безжалостен. Со всей своей пресловутой семейной гордостью он, не задумываясь, жертвует жизнью Роды ради удовлетворения собственных интересов.

— Но ты не спускай с него глаз, не давай ему возможности вылезти из воды сухим.

— Не беспокойся, Пол! — рассмеялся Мейсон. — Не знаю, что меня сейчас больше интересует — утереть нос этому старому наглецу или научить проучить его недоросля.

Он положил трубку телефона на место.

Делла Стрит вошла в кабинет.

— Посыльный только что принес бумаги по делу Карла Монтейна, — сказала она. — Заявление о признании брака незаконным. Кроме того, звонил доктор Миллсэйп и сообщил, что его всю ночь продержали в Управлении полиции, но ничего не добились. Похоже, он очень гордится собой.

— К сожалению, — мрачно сказал Мейсон, — для него еще ничего не закончилось.

11

Мейсон осторожно, придерживаясь в сгустившихся сумерках темной стороны улицы, подошел к подъезду Колмонт-апартментс. Респектабельная Норвалк Авеню поражала своей тишиной. С главного бульвара изредка доносились автомобильные гудки, да пронзительный визг тормозов машины, резко остановленной во время ночной прогулки.

Подъезд Колмонт-апартментс был погружен во тьму, зато Бейллэр-апартментс, находящийся рядом, сиял многочисленными огнями и манил сверканием стекол, через которые виднелся современный холл с телефонами, баром, смазливыми горничными и почтовыми ящиками. Этот блеск отражался на боковых улочках и незаметно подбирался к странному в своем одиночестве зданию, где был убит Греггори Мокси.

Мейсон минут пять постоял в тени подъезда, проверяя обманчивую тишину и прислушиваясь, не раздадутся ли рядом тяжелые шаги полицейского патруля.

Днем Мейсон обратился в агентство по продаже и сдаче внаем недвижимости и арендовал весь этот особняк. Три квартиры из четырех пустовали уже нескольких месяцев. Четвертую, с полной мебелировкой, снимал Греггори Мокси.

Беспощадное время обрекало старинное здание на медленное разрушение. Сейчас люди требовали для себя более современного жилища. Владельцы особняка с радостью согласились на предложение адвоката, не задавая никаких вопросов.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11