Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Перри Мейсон (№57) - Дело сумасбродной красотки

ModernLib.Net / Классические детективы / Гарднер Эрл Стенли / Дело сумасбродной красотки - Чтение (стр. 11)
Автор: Гарднер Эрл Стенли
Жанр: Классические детективы
Серия: Перри Мейсон

 

 


— Так… — сказал Гамильтон Бюргер и вытер платком влажный лоб. — Они не могут совпадать.

— Но совпадают, — миролюбиво заметил Мейсон. — Это совершенно очевидно. Высокий суд сам может это увидеть, и присяжные могут увидеть то же самое.

Так, одну минуту! — закричал Гамильтон Бюргер. — Это еще какой-то мухлеж. Настаиваю, чтобы прервали расследование ввиду отсутствия присяжных…

— Мы проделали все необходимое в присутствии присяжных, — сказал судья Флинт. — Думаю, для нас не составит труда проиграть позднее перед присяжными сию ситуацию… Итак, лейтенант, что же именно все это означает?

— Я не знаю, — невыразительно ответил лейтенант Трэгг.

— Я предполагаю, — сказал Мейсон, — это означает, что проецируемый отпечаток пальца, который я недавно помещал на экран, является отпечатком пальца обвиняемой. А обвинение прокурора в том, будто бы я подменил диапозитивы (как и его обвинение, что я подменил и отпечатки пальцев), а также все его замечания о должностном преступлении — есть неоправданные, необоснованные обвинения, сделанные в присутствии присяжных, что со стороны прокурора является должностным проступком.

— Итак, давайте говорить обо всем прямо, — сказал судья Флинт. — Лейтенант, взгляните сюда. Итак, лейтенант, верно ли, что между отпечатками пальцев обвиняемой и Дорри Эмблер имеется восемнадцать признаков сходства?

— Да, ваша честь.

— Как же такое могло случиться, лейтенант? Вы только что свидетельствовали под присягой, что двенадцать признаков сходства говорят об абсолютной идентичности, и, однако, у вас тут восемнадцать признаков сходства между отпечатками пальцев двух разных людей…

— Боюсь, здесь есть что-то такое, чего я не понимаю, — откашлявшись, сказал лейтенант Трэгг. — Я теперь замечаю еще больше признаков сходства.

Я мог бы продолжить и, возможно, нашел бы еще и еще…

— Так что же это означает? — спросил судья Флинт и выпил воды.

— Это означает, — сухо сказал Мейсон, — что либо рушится вся наука дактилоскопии, либо данная обвиняемая и Дорри Эмблер — одно и то же лицо, и в этом случае, стало быть, никогда не существовало никакой Дорри Эмблер, так что показания свидетеля Джаспера Данливи, будто он видел двух женщин сразу вместе и заметил их сходство, от начала и до конца являются лжесвидетельством. Высокий суд должен заметить, что другие свидетели говорили о сходстве внешности Дорри Эмблер, с одной стороны, и обвиняемой, с другой, однако не был представлен ни единый свидетель, который видел бы их сразу вместе, и ни один свидетель, так видевший их, не мог быть представлен, потому что существовало только одно лицо. Поэтому свидетельство Джаспера Данливи, что он видел их вместе, является…

— Пристав, задержите этого человека! — закричал судья Флинт. — Не позволяйте ему покинуть зал…

Джаспер Данливи, уже наполовину прошедший в дверь-вертушку, был тут же взят настигшим его приставом. Он извернулся и стал неистово вырываться. В зале суда поднялась суматоха.

— Зрителям оставаться на своих местах! — звонко закричал судья Флинт. — Присяжным оставаться на своих местах! Суд объявляет перерыв на пятнадцать минут!

Глава 15

Едва в напряженной и взволнованной тишине возобновилось заседание суда, Мейсон поднялся во весь свой немалый рост.

— С позволения высокого суда, — начал он, — представляется, что никогда не существовало никакой особы по имени Дорри Эмблер, и с учетом известного теперь и прокурору факта, что от Джаспера Данливи было получено лжесвидетельство, я ходатайствую перед высоким судом дать указания присяжным признать обвиняемую невиновной и освободить из-под стражи…

— У прокурора есть какие-либо заявления? — спросил судья Флинт.

Гамильтон Бюргер удрученно поднялся со своего места.

— Я не понимаю этого, ваша честь, — сказал он, — и думаю, что странная лояльность и некая даже зачарованность высокого суда объясняется тем прискорбным фактом, что защита не раскрыла дело высокому суду ранее, но эффектно представила его в дурной, театральной манере. Впрочем, обсуждать с адвокатом манеру ведения защиты — личные трудности высокого суда… Что касается данного ходатайства, я еще должен удостовериться в факте лжесвидетельства Джаспера Данливи.

— Полагаю, — сказал судья Флинт, — в дело добавится ясность, когда его признание будет внесено в протокол по всем правилам… А сейчас вы не желали бы сказать свою речь, господин прокурор?

— Создается впечатление, — начал Бюргер, тщательно строя фразу, — что Джаспер Данливи, Барлоу Дэлтон и молодая женщина по имени Флосси Хендон украли этот «кадиллак» и отправились на юг. Теплая компания совершила разные преступления еще до того, как украла «кадиллак». Но и после того они время даром не теряли: например, ограбили отделение банка в Санта-Марии, где взяли примерно восемнадцать тысяч долларов. Восемь тысяч из этой суммы разделили между собой, а остаток в десять тысяч долларов был завернут в бумагу, закреплен резиновыми ленточками и помещен в отсек для сигарет и перчаток украденного автомобиля.

Они приехали в загородный клуб Монтроуза, намереваясь украсть из гардероба ценные меха, припугнуть и ограбить кассира: в сейфе, как они полагали, должна была лежать крупная сумма денег. Они оставили свой автомобиль для побега под присмотром Флосси Хендон, условившись, что она будет сидеть с включенным мотором, ожидая, когда дружки придут с добычей. Тем не менее Флосси, несколько заскучав в ожидании, поддалась женской слабости и заглянула в клуб, в танцевальный зал… Она отошла от машины лишь на считанные минуты, но этого оказалось достаточно.

А Минерва Минден за несколько месяцев до того лишилась водительских прав, будучи в нетрезвом виде за рулем. И вот, чтобы не потерять страстно любимую игрушку, а она обожала гонку, шикарные машины, знала в них толк, она создает себе alter ego, приняв имя Дорри Эмблер и арендовав квартиру в меблированных комнатах Паркхэрста, где иногда при случае останавливалась и понемногу создавала образ строгой, нравственной, добросовестной девушки на случай, если право на существование этих вторых водительских прав будет вдруг оспорено. Паника началась, когда служитель автостоянки заметил, что она пьяна, и захотел взглянуть на ее водительские права, а она и показала ему единственные, что у нее были: составленные на имя Дорри Эмблер…

Позднее она рассорилась со своим спутником и в запальчивости выбежала из клуба, высматривая такси.

И тут увидела ворованный «кадиллак» с включенным мотором, прыгнула в него и умчалась по направлению к дому. Мы можем лишь предполагать, что было дальше. Она совершила наезд, сбежала с места происшествия, поставила машину в гараж при меблированных комнатах Паркхэрста, и вот с того момента она стала умышленно замутнять ситуацию, чтобы не дать полиции себя поймать на еще одном дорожном происшествии, тем более связанном с управлением машиной в пьяном виде. Это ведь аннулировало бы ее условное освобождение и привело к длительному тюремному заключению…

И совершенно естественно, что трое преступников хотели вернуть себе украденный автомобиль, поскольку там, как они определяли, в отсеке для сигарет и перчаток, спрятали десять тысяч долларов. Они выяснили, что автомобиль угнан Дорри Эмблер. В конце концов проследили за Дорри Эмблер до меблированных комнат Паркхэрста и проникли туда, чтобы обыскать ее, предварительно арендовав в качестве подсобной базы квартиру восемьсот пять. Когда переворачивали вверх дном квартиру девятьсот семь, их застал на месте преступления Марвин Биллингс. Барлоу Дэлтон застрелил его из револьвера двадцать второго калибра, найденного в квартире, где, кстати, был и револьвер тридцать восьмого калибра.

Это случилось, как раз когда Перри Мейсон и Пол Дрейк подошли к двери квартиры. Бандиты, забаррикадировав двери на кухню, спустились по лестнице черного хода в квартиру восемьсот пять, арендованную как плацдарм для операции; позднее они прочитали в газетах о связи с этим делом Перри Мейсона, о сходстве личностей и пришли к заключению: либо Дорри Эмблер, либо Минерва Минден нашли украденные ими десять тысяч долларов… Приблизительно в это же время Флосси Хендон, молодая преступница, связавшаяся с бандитами, как сама призналась, потехи ради, сильно забеспокоилась по поводу убийства Марвина Биллингса. Ей нравились шальные деньги, беспутная жизнь, гульба, вино, веселые дружки, но к убийству человека она не была готова. Убийство подавило и отрезвило ее.

Что, естественно, быстро заметили.

Итак, Джаспер утверждает, именно его компаньон, Барлоу Дэлтон, пригласил ее покататься и убил из револьвера тридцать восьмого калибра, украденного там, в меблированных комнатах Паркхэрста. Конечно, теперь, когда Дэлтон мертв, Джаспер беспрепятственно вешает на него все, что хочет… Позднее, когда Джаспер попался на ночной краже со взломом, а Барлоу Дэлтон там же был убит, Джасперу пришла во время навязанного ему тюремного досуга идея добиться освобождения, признавшись в похищении Дорри Эмблер с участием Минервы Минден. Флосси Хендон была убита, она не могла ничего разболтать (видимо, обнаруженное лейтенантом Трэггом сильно разложившееся тело и принадлежало Флосси Хендон), а не отягощенный предрассудками практичный Джаспер рассчитывал, что быстрое гниение сделает невозможной попытку идентификации…

Между тем обвиняемая, посетив квартиру, которую арендовала под именем Дорри Эмблер, узнала о совершенном там убийстве и покинула дом в замешательстве и волнении. Это и было как раз, когда ее встретила свидетельница с собакой, — сделав паузу, Гамильтон Бюргер вздохнул. — С позволения высокого суда, мне не хотелось бы делать последующее за этим признание, но в наше время, к сожалению, мы, прокуроры, вынуждены доверяться тем уликам, что сдаются нам на руки, словно карты в игре… Нам казалось, что Джаспер Данливи говорит правду. Мы собирались использовать его, чтобы вынести обвинительный приговор женщине-убийце. То, что дело не сладилось, мы понесли моральный ущерб и сами оказались обманутыми, — печальный финал, но он естествен, когда возникают попытки обойти закон…

Я заявляю это, чтобы прояснить протокол. Мы возобновляем дело против Джаспера Данливи за преступления, которые он за собой признал, а также возбудим против него дело по обвинению в двойном убийстве:

Марвина Биллингса и Флосси Хендон…

И собрав все свое сильно потрепанное достоинство, Гамильтон Бюргер повернулся и гордой поступью вышел из зала суда, оставив младшим своим коллегам малоприятную перспективу переваливать через заключительные стадии слушания дела.

— Присяжным рекомендуется, — звонка сказал судья, — в данном деле народа штата Калифорния против Минервы Минден вынести решение о ее невиновности…

Глава 16

Мейсон, Делла Стрит и Пол Дрейк сидели в кабинете адвоката.

— Когда вы поняли, что не было никаких двух женщин? — допытывалась Делла Стрит.

— Когда Минерва Минден обнажила живот, на котором не было никакого шрама, — ответил Мейсон, уютно устраиваясь в кресле.

— Я что-то не понимаю… — сказала Делла Стрит, быстро взглянув на Пола Дрейка.

— Когда я спросил Минерву, нет ли у нее шрама от операции аппендицита, она сразу же показала ту именно точку, где у Дорри был такой шрам. Вопрос возник стихийно, застал ее врасплох, вряд ли она читала специальную медицинскую литературу о месторасположении такого шрама, и откуда же, спрашивается, эта мгновенная реакция: совершенно безошибочно навскидку демонстрировать нужное место? Другое дело, если вы уже прошли через операцию, — вы знаете, где именно это все располагается. В противном случае вы ничего не знаете, если только вы не врач, не медсестра и не усердный читатель медицинской газеты.

— Теперь понимаю, — кивнула Делла Стрит, — но что за шрам, который она показывала, впервые придя к нам?

— Окрашенная прозрачная ленточка и коллодиевый клей, — ответил Мейсон. — Помнишь ее застенчивость?

Она забралась в угол, подальше от света, на миг обнажилась, потом застеснялась, принялась поспешно одеваться… Она же никому из нас не дала по-настоящему рассмотреть. Окрашенная ленточка и коллодиевый клей на расстоянии могут выглядеть почти как безупречный хирургический шрам.

— Но почему же, черт возьми, ты раньше не поставил суд в известность о том, что узнал? — спросил Дрейк.

— Потому что, если бы я это сделал, — сказал Мейсон, — Минерву Минден обвинили бы в убийстве Марвина Биллингса. Там Джаспер Данливи только и ждал повода заявить, что независимо от его лжесвидетельства Минерва Минден и в самом деле убила Марвина Биллингса. Вспомните, что и Флосси Хендон убита из револьвера Минервы… Мне пришлось умело тасовать факты именно так, чтобы финал прошел в столь драматической манере, что Джасперу все время приходилось отступать.

— Но теперь окружной прокурор возбудит иск против Минервы по обвинению в наезде и бегстве с места происшествия, — сказал Дрейк, — так что я не уверен, что ты выиграл это дело.

— Он не будет возбуждать иска против нее, — сказал Мейсон.

— Почему ты считаешь, что не будет?

— Потому что, — сказал Мейсон с ухмылкой, — она вот-вот добровольно предстанет перед тем судьей, который дал ей испытательный срок за прежние шалости с правилами дорожного движения. И она осознает свою вину и получит по заслугам.

— Так она еще что-то получит? — протянула Делла. — Я думала, она уже достаточно наказана суровым испытанием, через которое прошла.

— Там нечто такое, — сказал Мейсон, — о чем нам нет ни малейшей нужды беспокоиться. Это уж дело того судьи. Он может продлить испытательный срок по обвинению, а может аннулировать испытательный срок и отправить ее в тюрьму… А мое личное предположение таково: судья решит, что суровые испытания этой последней ее проделки привели к перерождению сумасбродной наследницы Монтроуза в раскаивающуюся смиренную молодую девушку, которая теперь осознает, что не может сталкивать величие закона со своим пылким характером, своим богатством и своими стройными ножками в нейлоне…

— Вы хотите сказать, что он даст ей испытательный срок? — спросила Делла Стрит.

— Думаю, это вполне возможно, — сказал Мейсон. — Он, разумеется, аннулирует ее водительские права на длительный срок и распорядится, чтобы она выплатила щедрую компенсацию жертве наезда. Не забывайте, что в некоторых грехах она пыталась мне сознаться, но я не дал ей вымолвить ни слова. Мне пришлось так поступить.

— А почему? — спросил Дрейк.

— Потому что я официальное должностное лицо в суде, — сказал Мейсон. — Я не хотел, чтобы она сознавалась в наезде и бегстве с места происшествия, пока не обеспечу ее освобождения от обвинения в убийстве. Я не хотел слышать из ее уст никаких бесповоротных признаний, пока обвинение в убийстве не будет снято.

— Но почему же она с такой тщательно продуманной предосторожностью дурачила нас? — спросила Делла Стрит. — К чему эта стрельба холостыми патронами в аэропорту?

— Потому что она нашла в отсеке автомобиля десять тысяч долларов, — сказал Мейсон, — узнала, что «кадиллак» угнан грабителями, вот ей и пришлось дать мнимой Дорри Эмблер растаять в зыбком воздухе, чтобы сбросить бандитов со своей собственной шеи. Вот потому она и поместила то объявление в газету, потом сама на него и откликнулась, одурачила детективную фирму, а потом позвонила мне из суда, едва судебное слушание закончилось, что она в своей квартире, неизвестные держат ее под наблюдением и чтобы мы немедленно приехали к ней… А потом Минерва повесила трубку.

Вы ведь помните, детектив Дрейка докладывал, что она зашла в телефонную будку сразу же после окончания слушания дела. Вот тогда-то она и решила дать Дорри исчезнуть, оставив меня в очень сильном беспокойстве по поводу исчезновения. Это был отличный план, он мог сработать именно так, как Минерва замыслила. Случилось, однако, что, когда она мне звонила, угонщики светлого «кадиллака» воспользовались жильем на нижнем этаже и уже были в ее квартире, отыскивая там десять тысяч долларов. Тот детектив накрыл их и был застрелен Джаспером Данливи.

— А ведь могло бы случиться, — сказала, поежившись, Делла, — что вам не удался бы драматический финал, когда Джаспер Данливи теряет голову и пробует бежать, — что бы тогда произошло? Господи, ведь тогда Минерву Минден могли бы обвинить в ее же собственном убийстве! — Она мгновение подумала и спросила: — А откуда же Джаспер мог узнать все эти факты, шеф?

— А он узнал факты уже позднее, — засмеялся Мейсон. — Наш разговор с Трэггом в комнате, которая прослушивалась, с последующей шумихой в газетах — и ему дана чудная возможность представить свою басню полиции и Гамильтону Бюргеру. Джаспер — парень хитрый. Ему безумно хотелось получить освобождение, и, конечно же, это он нашел принадлежавший Минерве револьвер тридцать восьмого калибра в той квартире у Паркхэрста. Могу побиться об заклад, что полицейский допрос дал массу дополнительных сведений для его стряпни… Полиции, естественно, очень уж хотелось распутать клубок, а Джаспер, арендовавший квартиру восемьсот пять и наблюдавший девушку из девятьсот седьмой квартиры, знал бездну деталей, которыми щедро пользовался, чтобы сделать свою басню убедительной. Поскольку мой старинный друг Гамильтон Бюргер очень уж горел желанием навесить что-нибудь на меня и вынести обвинительный приговор моей клиентке, Джаспер Данливи был принесен в жертву.

Да, вот еще… Минерва Минден поведала мне, как выскочила тогда на улицу, на автостоянку. Служитель заподозрил, что она нетрезва, и попросил ее показать водительские права. Она и показала ему единственные права, которые были на имя Дорри Эмблер. Служитель автостоянки запомнил ее данные и сказал Джасперу Данливи фамилию женщины, угнавшей автомобиль. Но Джаспер, конечно, не осмелился сообщить об этом полиции, потому что тогда разрушилась бы вся басня, которую он перед ними так старательно исполнил. Потому он и свидетельствовал тогда на суде, что отыскал этот автомобиль через связи в преступном мире.

Зазвонил телефон. Делла Стрит, взяв трубку, подняла на шефа глаза:

— Генриетта Халл хочет узнать, какой гонорар вы намерены получить.

Мейсон откинулся в кресле.

— Скажи, сто пятьдесят тысяч долларов, и пусть направят платежеспособный чек в детскую больницу. В конце концов, я не думаю, что Минерва должна отделаться так легко.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11