Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Меч Истины (№9) - Девятое правило волшебника, или огненная цепь

ModernLib.Net / Фэнтези / Гудкайнд Терри / Девятое правило волшебника, или огненная цепь - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 5)
Автор: Гудкайнд Терри
Жанр: Фэнтези
Серия: Меч Истины

 

 


— Кто мог сделать такое? — шептал Виктор, тоже явно не заинтересованный в отъезде, пока не найдет виновников.

— Человек не мог сделать такое, — спокойно и обвиняющее ответила Кара.

Ричард ступал очень тихо, он словно ощущал вес тишины, покрывавшей лес. Не было слышно ни единого крика птицы, ни гудения жука, ни крика белки. Тяжелое пасмурное небо и дождь только добавляли густоты и плотности этой жуткой тишине.

Кровь стекала с ветвей и листьев, покрывала траву. Кровью были обрызганы стволы деревьев, она стекала сквозь кору, словно деревья медленно истекали кровью. Безоружные руки, пальцы, открытые и слабые, лежали на склоне холма, вперемешку с крупными кленовыми листьями.

Ричард узнал их собственные следы, тут он, Никки, Кара и Виктор прошли еще совсем недавно. Многие из останков лежат в девственном лесу, куда ни один из них уйти не мог. На месте резни не было никаких особенных следов, хотя были места, где земля была словно разорвана. Некоторые разрывы проходили прямо через толстые корни.

Присмотревшись внимательно, Ричард понял, что глубокие раны на земле были местами, где люди были разорваны с такой силой, что это повредило место, где они стояли. В некоторых местах на концах расколотых корней еще остались частички плоти.

Кара ухватила его за одежду на плече, пытаясь вернуть его назад. — Лорд Рал, я хочу, чтобы вы ушли отсюда.

Ричард высвободил плечо из ее пальцев. — Тихо.

Он тихо ступал среди останков, в его сознании звучали бесчисленные голоса тех, кто владел мечом в прошлом.

Не сосредоточивайся на том, что ты видишь, что уже сделано. Следи за тем, почему это случилось, и что еще может случиться. Сейчас время для бдительности.

Ричард едва ли нуждался в таком предупреждении. Он сжал рукоять меча с такой силой, что чувствовал надпись «Истина», выложенное тонкой золотой нитью. Слово словно впилось в его ладонь и кончики пальцев.

У своих ног он увидел голову, смотревшую на него из куста сумаха. На лице застыло выражение немого крика. Ричард знал его. Его звали Нури. Все, чему научился этот молодой человек, все, что он испытал, все, что планировал, мир, который он начал создавать для себя, было окончено. Для всех этих людей мир кончился. Единственная жизнь, которая была у них, ушла навсегда.

Агония этой ужасной потери, безысходная окончательность, которые угрожают затопить его горем, заглушив даже гнев меча. Всех этих мужчин кто-то любит, беспокоится о них, ждет их возвращения. Каждого из них кто-то будет оплакивать, страдание навсегда отравит чьи-то жизни.

Ричард заставлял себя идти дальше. Теперь не было времени для огорчения. Сейчас необходимо найти виновника и совершить правосудие и возмездие прежде, чем у них будет возможность проделать это еще раз с кем-то еще.

Ричард осматривал лес вокруг, но как ни искал, он не смог обнаружить ни единого целого человеческого тела — вся местность, где ждал отряд, была засыпана останками. В ближайшем лесу тоже были останки тел, как если бы некоторые из людей пытались бежать. Но ни один из них не смог уйти далеко. Пока Ричард двигался между деревьями, ища любые следы, которые могли бы помочь ему понять, кто же убил этих людей, краем глаза он следил за тенями в отдалении. Он видел следы людей, которые пытались бежать, но он не видел никаких следов тех, кто бы преследовал их.

Он обошел древнюю сосну, на расколотой ветке которой вниз головой висела верхняя половина тела человека. Она была как раз над головой Ричарда. То, что осталось от безоружного туловища зацепилось за сломанную ветку, словно мясо за крюк. На лице застыло выражение непередаваемого ужаса. Поскольку тело висело вниз головой, было ощущение, что волосы поднялись и застыли, будто от испуга.

— Добрые духи, — прошептал Виктор. Гнев исказил его лицо. — Это Ферран.

Ричард осмотрелся, но в тени не было никакого движения. — Что бы тут ни произошло, я не думаю, чтобы кто-нибудь мог убежать. — Он заметил, что на земле, куда капала кровь Феррана, не было никаких следов.

Так же, как не было следов Кэлен.

Боль, ужас, предположение, что такое же могло случиться с Кэлен, заставила задрожать его колени. Даже гнева меча было недостаточно, чтобы оградить его от такой боли.

Сзади к нему наклонилась Никки. — Ричард, — произнесла она тихим шепотом, — мы должны уходить.

Кара наклонилась рядом с Никки. — Я согласна.

Виктор взялся за свою булаву. — Мне нужны те, кто это сделал. — Его рука сжимала рукоять так, что суставы побелели. — Ты можешь выследить их? — спросил он Ричарда.

— Не думаю, что это хорошая идея, — сказала Никки.

— Хорошая или нет, — ответил обоим Ричард, — я не вижу никаких следов. Он смотрел в синие глаза Никки. — Может, попробуешь убедить меня, что это мне тоже показалось.

Она не отвела глаз, но и на вызов тоже не ответила.

Виктор пристально смотрел на Феррана. — Я обещал его матери, что присмотрю за ним. Что я теперь скажу его семье? Слезы бессилия и гнева блестели в его глазах, когда он указал булавой назад на другие останки. — Что я скажу их матерям, женам и детям?

— Что их убило Зло — ответил Ричард. — Что ты не будешь знать отдыха, пока не свершится правосудие. Пока они не будут отомщены.

Виктор кивал, его гнев слабел, теперь его голос заполняло страдание. — Мы должны похоронить их.

— Нет, — сказала Никки с мрачной силой. — Я понимаю, что вы хотели бы позаботиться о них. Но ваши друзья больше не здесь, среди этих частей растерзанных тел. Ваши друзья — теперь с добрыми духами. Что до нас — наша задача не присоединиться к ним.

Гнев Виктора вспыхнул снова. — Но мы должны…

— Нет, — отрезала Никки. — Оглянитесь. Это было кровавое безумие. Мы не должны попасть в ловушку. Мы не можем ничем помочь этим людям. Мы должны уходить.

Прежде чем Виктор начал спорить, Ричард наклонился к колдунье. — Что ты знаешь об этом?

— Я уже предупреждала, Ричард, что нам нужно поговорить. Но сейчас не время и не место, чтобы делать это.

— Согласна, — рыкнула Кара. — Мы должны уходить.

Переведя взгляд от останков Феррана на кровавый беспорядок возле клена, Ричард внезапно почувствовал ощущение подавляющего одиночества. Кэлен была нужна ему до боли. Он хотел ее поддержки, ее надежности. Было невыносимым мучением не знать, жива она или нет.

— Кара права. — Никки настойчиво захватила руку Ричарда. — Мы мало знаем о том, что нам противостоит. Но что бы эти ни было, ты с твоим мечом так же не можешь защитить нас от этого, как и я. Если оно все еще находится поблизости, здесь в этом лесу, сейчас не время сражаться с ним. Мы должны отомстить, должны свершить правосудие. А для этого мы должны быть живыми.

Тыльной стороной руки Виктор стер со щеки слезы горя и гнева. — Очень не хочется признавать это, но, думаю, Никки права.

— Это нечто искало вас, лорд Рал, — сказала Кара. — Я не хочу, чтобы вы были тут, если оно надумает вернуться.

Ричард вдруг заметил, что каким-то образом Кара в ее красной коже больше не казалась неуместной в этом лесу. Теперь ее одежда уже сочеталась со всей окружающей кровью.

Все еще не готовый оставить поиски того, что убило людей, чувствуя поднимающуюся в душе темную тревогу, Ричард, нахмурившись, глядел не Морд-Сит. — Что заставляет тебя думать, что оно искало меня?

— Я уже сказала, — сквозь сжатые зубы ответила Никки, поддерживая настойчивость Кары, — что сейчас не время и не место, чтобы обсуждать это. Тут мы ничего не добьемся. Мы уже ничем не можем помочь этим людям.

Не можем помочь. Так же, как не можем помочь Кэлен? Он не мог позволить себе даже подумать об этом.

Он посмотрел на север. Ричард не знал, где ее искать. То, что камень, который был сдвинут с места находился к северу от их лагеря, вовсе не означало что тот, кто захватил Кэлен пошел в том направлении. Возможно, они пошли севернее, просто чтобы избежать встречи с Виктором и его отрядом, а заодно и с солдатами, охраняющими обоз. Вероятно, они всего лишь хотели остаться неузнанными, пока не отошли подальше. Потом они могли пойти куда угодно.

Но куда?

Ричард понимал, что ему нужна помощь.

Он пытался обдумать, кто мог бы помочь в таком деле. Кто бы поверил ему? Мог бы поверить Зедд, но Ричард сомневался, что его дедушка сможет предложить ту помощь, которая нужна в таких обстоятельствах. Он сейчас очень далеко, да и способностей Зедда недостаточно, чтобы справиться с этой непростой задачей.

Кто захотел бы помочь, и знал бы как это сделать?

Ричард резко повернулся к Виктору. — Где нам найти лошадей? Нам срочно нужны лошади. Где ближайшее место?

Такой вопрос застал Виктора врасплох. Он подвесил булаву к поясу, другой рукой вытер со лба дождевые капли, обдумывая вопрос. Его брови поползли вверх. — Алтур`Ранг, вероятно, ближе всего, — ответил он после минутного раздумья.

Ричард вложил меч обратно в ножны. — Идем, мы должны поспешить.

Довольная его решением, Кара слегка подтолкнула его в направлении Алтур`Ранга. В глазах Никки мелькнуло подозрение, но она была так довольна, его отъездом из этого леса смерти, что даже не стала спрашивать, зачем ему понадобились лошади.

Забыв об усталости, четверо спутников оставили товарищей, которым уже не могли ничем помочь. Подавленные тем, что вынуждены оставить их в таком состоянии, они тем не менее осознавали, что остаться и похоронить всех этих людей было бы слишком опасно. Похороны были слишком большим риском для их жизни.

Гнев угас, как только меч оказался в ножнах. Место гнева заняла сокрушительная боль, скорбь по мертвым. Лес, казалось, плачет вместе с ними.

Но всего хуже был страх за то, что могло случиться с Кэлен. Если она в руках этого зла…

— Думай о решении , — напомнил себе Ричард.

Чтобы ее разыскать, ему понадобится помощь. Чтобы получить помощь, ему нужны лошади. Это было первым шагом к решению проблемы. У них была еще половина светлого времени суток. И он не намерен потратить впустую ни одного мгновения.

В изматывающем темпе Ричард повел их через густой лес. Никто не жаловался.

Глава 7 (MagG)

В сгущающихся сумерках Ричард и Кара, использовали крепкие, как проволока, корни сосны, чтобы связать тонкие стволы. Виктор и Никки на густо заросшем деревьями склоне собирали ветви бальзамина. Ричард придерживал деревья вместе, пока Кара связывала их корнями, похожими на веревку. Ричард обрезал излишек корня, чтобы использовать в другом месте, и сунул нож обратно в чехол на поясе. Надежно скрепив стволы под укрытием скального выступа, он начал выстилать землю ветвями бальзамина. Пока он выстилал мягкое основание, Кара укрепляла выбившиеся ветки, чтобы удержать их вместе. Виктор и Никки таскали все новые и новые охапки мягких ветвей.

Участок под нависающей скалой был достаточно сухим, жаль только, что недостаточно большим. Навес расширял убежище, давая достаточно места, чтобы можно было лечь. Без огня было не слишком тепло, но, по крайней мере, сухо.

Весь день шел дождь, медленный и непрерывный. Пока они двигались, им было достаточно тепло, но теперь, когда они остановились на ночевку, холод непреклонно начал охватывать их. Даже в не слишком холодную погоду влажность высасывает из человека необходимое тепло, лишая его сил. Ричард знал, что даже не очень холодная, но влажная погода могла достаточно остудить тело, чтобы истощить, или даже убить человека.

Учитывая, как мало спали в последние три дня Никки и Кара, принимая во внимание свое собственное ослабленное состояние, Ричард признавал, что сухое и теплое место для отдыха просто необходимо, или они все окажутся в беде. А он не мог позволить ничему задерживать его.

В течение всего дня и части вечера они в неизменном быстром темпе двигались к Алтур`Рангу. После зрелища зверской резни, ни у кого из четверых не было аппетита, но они все понимали, что им необходимо поесть, чтобы сохранить силы для путешествия, поэтому, пробиваясь по бездорожью через дикую местность, они на ходу жевали вяленое мясо и сухари.

Ричард был настолько измучен, что едва мог стоять. Чтобы хоть как-то сократить путь, а заодно избежать нежелательных встреч, он вел своих спутников через густую чащу, где невозможно было найти никаких дорог. Это было изнурительное путешествие. У него болела голова. У него болела спина. У него болели ноги. Если бы они вышли рано утром и поддерживали такой же напряженный темп, они могли бы достичь Алтур`Ранга еще через день пути. А уж после того, как они раздобудут лошадей, их путешествие будет легче и быстрее.

Он сожалел, что должен уходить так далеко, но пока он не представлял, что еще может сделать. Он не мог осмотреть все леса в округе, но, во всяком случае, когда он найдет еще один камень, который был бы сдвинут так же, он может получить подсказку, в каком направлении увели Кэлен. Он может никогда не найти второй такой камень, и вообще не было никакой уверенности, что это направление приведет его к Кэлен. Кто бы ни захватил ее, он всегда может изменить свой путь, не сдвинув по пути ни одного камня.

Их следы пропали. Ричард не знал никакого способа выследить кого-то, когда магия заставила следы исчезнуть. Дар Никки не был в состоянии помочь. Бесцельное блуждание ничего не решит. Неохотно покидая места, где он нашел след Кэлен, Ричард все же понимал, что другого выбора у него нет. Он должен пойти за помощью.

Погруженный в свои мысли, он машинально занимался сооружением убежища на ночь. В закатном свете Кара, обеспокоенная его состоянием, наблюдала за ним краем глаза. Похоже, она каждую минуту ждала, что он упадет, и намеревалась поддержать его.

Во время работы Ричард подумал, что вполне вероятно, если солдаты Имперского Ордена будут искать их в лесу. В то же время, он предполагал, что то, что убило людей Виктора, могло тоже преследовать их. Он обдумывал, какие еще мог бы принять меры предосторожности и размышлял, как он мог бы сразиться с тем, что способно на такое насилие.

Но одновременно со всем этим он упрямо пытался думать, где может быть Кэлен. Он перебрал в уме все, что мог вспомнить. Он размышлял, действительно ли она была ранена. Он ломал голову над тем, что он, возможно, сделал неправильно. Он представлял, как она, должно быть, испугана и встревожена, задаваясь вопросом, почему он не приходит, чтобы спасти ее, и успеет ли он прийти вовремя, прежде чем похитители убьют ее.

Он изо всех сил пытался выбросить из головы грызущее опасение, что она уже может быть мертва.

Он старался не думать о том, что могли сделать с ней в плену. Такая судьба могла быть бесконечно более ужасной. Джегань имел достаточно причин желать, чтобы она жила как можно дольше; только живые могут чувствовать боль.

В самом начале Кэлен удалось разрушить амбициозные планы Джеганя и иногда даже наносить ему поражения. Первая экспедиция армии Имперского Ордена в Новом Мире, в числе прочих вырезала всех жителей галеанского города Эбиниссии. Кэлен наткнулась на ужасные следы набега вскоре после того, как это обнаружил отряд галеанских новобранцев. В своем слепом гневе эти мальчики решили отомстить и собирались атаковать вражеских солдат, чья численность в десять раз превышала их собственную. Молодые воины готовы были погибнуть на поле боя, но настигнуть солдат, которые мучили, изнасиловали и убили их любимых.

Кэлен натолкнулась на новобранцев во главе с капитаном Бредли Райаном прямо перед тем, как они намеревались вступить в бой по плану из учебника, бой, который — поняла она — будет для них последним. В их отважной неопытности они были убеждены, что могут одержать победу, несмотря на то, что противник значительно превосходит их по численности.

Кэлен знала, как сражаются опытные солдаты Имперского Ордена. Также она знала, что если позволит этим новичкам воплотить в жизнь их план, они все погибнут в этой беспощадной мясорубке. В результате их близоруких представлений о справедливой и славной войне, имперские солдаты продолжат убивать и грабить невинных людей, не встречая сопротивления.

Кэлен приняла на себя командование новобранцами, но прежде постаралась развеять их иллюзии относительно возможности войны по законам чести и справедливости. Она заставила их понять, что единственная цель войны — убивать захватчиков. Не имело значения, каким способом галеанцы будут добиваться этого, важно было лишь то, что они готовы на это. В таком способе ведения войны не было никакой славы, это было лишь возможностью выжить. Они убивали ради жизни. Кэлен научила мальчишек-новобранцев тому, что им необходимо было узнать о противостоянии противнику, превосходящему их численностью, и под ее руководством они превратились в мужчин, которым оказалось под силу справиться с этой жестокой задачей.

Ночью, перед тем как послать молодых людей в бой, Кэлен одна пробралась во вражеский лагерь и убила их волшебника и нескольких командиров. На следующий день те пять тысяч молодых людей сражались на ее стороне, следовали ее инструкциям, учились у нее и, хотя понесли в той битве ужасные потери, но, в конечном счете, уничтожили пятидесятитысячную армию Имперского Ордена. История знает мало деяний, подобных этому.

Это был первый из многих ударов Кэлен в борьбе в Джеганем. В ответ он послал за ней наемных убийц. Они потерпели неудачу.

В отсутствие Ричарда, когда Никки увела его в сердце Древнего Мира, Кэлен присоединилась к Зедду и армии Д’Харианской империи. Она нашла их удрученными и потерянными после трехдневного сражения. Вместо Ричарда вооруженная Мечом Истины, Мать-Исповедница повела армию в немедленную контратаку, застав врага врасплох и утопив его в крови. Она вернула азарт и уверенность силам Д’Хары. Она вдохновила их на борьбу. Люди капитана Райана присоединились к ней в борьбе против вторжения орд Джеганя. В течение почти года, когда Кэлен командовала войсками Д’Харианской империи, они вдребезги разбили планы Джеганя стремительно подчинить себе Новый Мир. Она не давала войскам Ордена ни дня передышки. Она помогала разрабатывать планы, в результате которых армии Джеганя потеряли сотни и тысячи солдат.

Тактика Кэлен изматывала Имперский Орден, задерживала его и мешала быстро захватить Эйдиндрил. Зимой она организовала эвакуацию жителей Эйдиндрила, которые ушли с основными силами в Д`Хару. Силы д`харианцев перекрыли проходы и сдерживали Имперский Орден, не давая ему захватить Д`Хару и завершить введение по всему Новому Миру зверских законов Братства Ордена.

Больше чем Кэлен Джегань ненавидел только Ричарда. Последний раз Сноходец послал против них чрезвычайно опасного волшебника по имени Николас. Ему почти удалось захватить Ричарда и Кэлен.

Ричард знал, что приходится выносить пленникам Ордена. После него Джегань больше всего хотел бы заполучить в свои лапы Мать-Исповедницу

Император уже припас для Кэлен самую чудовищную и отвратительную пытку. Никакие расстояния не остановят его в стремлении добраться до нее.

Ричард осознал, что давно уже стоит неподвижно, сжимая в дрожащих пальцах ветки бальзамина.Кара молча наблюдала за ним. Он опустился на колени и опять принялся укладывать ветви. Все его усилия были сосредоточены на попытке выбросить из головы эти ужасные мысли. Кара тоже вернулась к своему занятию. Он же постарался сосредоточиться на оборудовании их убежища. Чем скорее они лягут спать, тем более отдохнувшими будут, когда проснутся, тем быстрее смогут продвигаться вперед.

Хотя они старались двигаться в стороне от любых дорог, и на пути им не попадалось ничьих следов, Ричард все еще не хотел разжигать огня, чтобы вражеские разведчики не могли выследить их. Конечно, в дождь трудно увидеть дым от костра, но в такую погоду дым перемещается низко над землей и любой патруль Имперского Ордена в состоянии почувствовать запах дыма. Такая возможность была достаточно реальной, поэтому никто не настаивал на разведении огня. Намного лучше было померзнуть, чем подвергнуться новому нападению и снова отстаивать свою жизнь.

Никки подтащила охапку ветвей бальзамина поближе к Ричарду, пока он продолжал сооружать навес. Никто не произнес ни слова, опасаясь, что нечто, убившее их товарищей, могло быть рядом, скрываясь среди углубляющихся теней, выслеживая их четверку, ожидая пока они уснут в своем укрытии из ветвей бальзамина.

Первый день их путешествия к Алтур`Рангу был скорее похож на бегство ради спасения жизни. Но то, что убило отряд Виктора, не преследовало их. По крайней мере, Ричарду считал именно так. Не мог же он, в самом деле, думать, что нечто, имевшее силу убить стольких людей таким зверским способом, не могло бы догнать их, если бы следило за ними. Особенно нечто, заполненное безумием крови, как описала это Никки.

Кроме того, находясь в лесу, Ричард всегда чувствовал, если рядом были животные, и, как правило, он знал, если рядом были люди. Если бы отряд Виктора остановился чуть ближе от стоянки Ричарда, Кэлен и Кары, он знал бы, что они там. Он также остро чувствовал, если кто-то преследовал его, или следил за ним. В качестве лесного проводника ему не раз доводилось искать заблудившихся людей. Иногда он с другими проводниками устраивали соревнования, выслеживая друг друга. Ричард знал, как проследить за кем-то, кто следит за ним.

Однако сейчас это был не вопрос подозрения, что кто-то может следовать за ними, это было больше чувство леденящего страха, как будто их преследует смертельно опасный призрак, обезумевший от крови. Это опасение и заставляло их бежать. Он также понимал, что часто бегство жертвы само по себе заставляет хищника атаковать.

Тем не менее, Ричард осознавал, что это может быть игрой воображения, заставляющей его чувствовать горячее дыхание преследователей. Зедд учил, что всегда важно понять, почему ты испытываешь определенные чувства, а потом решать, вызваны эти чувства чем-то, что действительно требует внимания или нет. Кроме ощущения опасности, вызванного жестокостью совершенной резни, Ричард не видел других свидетельств преследования, поэтому старался держать эмоции под контролем.

Однако самой большой угрозой оставался страх. Он заставляет людей совершать необдуманные поступки, которые часто ввергают их в неприятности. Под действием страха люди не в силах трезво мыслить. Когда же они прекращают думать, они часто поступают глупо.

В юности Ричарду доводилось искать людей, потерявшихся в лесах вокруг Хартленда. Одного мальчика он искал в течение двух дней, тот бежал в темноте пока, в конце концов, не упал с утеса. К счастью падение не было долгим. Ричард нашел его у подножия крутого холма с раненой лодыжкой, которая сильно распухла, но не была сломана. Мальчик очень замерз, устал и был напуган. Он очень обрадовался, увидев Ричарда, и крепко держался за его шею всю дорогу до дома.

Есть сколько угодно способов погибнуть в лесу. Ричард слышал о людях, на которых напал медведь или пума, которых укусила змея. Но он никогда не мог вообразить такое, что убило людей Виктора. Он никогда не видел ничего подобного. Он знал, что это не были солдаты. Он предполагал, что это могло быть использование жуткой магической силы для уничтожения людей, но не считал, что это все объясняет.

Тогда он понял, что думает об этом нечто, как о звере.

Независимо от того, что убило тех людей, как только они двинулись в путь, Ричард принял меры предосторожности. Они двигались по руслам ручьев, пока не прошли достаточное расстояние от места резни. Он делал все возможное, чтобы вести их через быстрые водные потоки, стараясь меньше двигаться по ровной земле, чтобы труднее было выследить их. Не раз в течение дня он заставлял их лезть по голой скале или по руслу реки, причем делать это способом, максимально затруднившим поиск их следов даже для отличного следопыта, который мог бы следовать за ними. Убежище тоже было устроено так, чтобы сливалось с окружающим лесом. Его было трудно заметить, если не подойти совсем близко.

Виктор подтащил тяжелую охапку ветвей бальзамина и положил его поближе к ногам Ричарда. — Принести еще?

Носком сапога Ричард потыкал груду ветвей, проверяя ее плотность, прикидывая размеры незастланного пространства. — Нет, думаю с тем, что принесет Никки, должно быть достаточно.

Никки сбросила свой груз рядом с Виктором. Ему казалось странным, что Никки выполняет такую работу. Даже перетаскивая охапки ветвей бальзамина, она имела королевский вид. Кара тоже была поразительно красива, но ее смелая манера держаться заставляла воспринимать ее совершенно естественно — сооружала ли она убежище в лесу или поднимала тяжелую булаву, чтобы убить врага. Никки же в лесу выглядела абсолютно неуместной — как будто она вот-вот начнет жаловаться на грязную работу и доставленные неудобства, хотя она никогда такого не делала. Она вообще не была склонна жаловаться, чего бы Ричард не просил ее сделать, только выглядела она совсем не приспособленной для такого занятия — ее вид был слишком благородным и величественным для перетаскивания ветвей и сооружения шалаша.

Теперь, когда она принесла достаточно веток бальзамина, нужных Ричарду, Никки спокойно стояла под каплями дождя, стекающими с ветвей деревьев, обхватив себя руками, вся дрожа. Пальцы Ричарда оцепенели от холода, пока он быстро связывал оставшиеся ветки. Он видел, как работала Кара, изредка засовывая руки подмышки, чтобы отогреть. Только Виктор никак не показывал, что замерз. Ричард подумал, что большую часть времени кузнеца согревает его негодование.

— Почему бы вам троим не поспать — сказал Виктор, когда Ричард пристроил последние ветки. — Я подежурю, если никто не возражает. Я не очень хочу спать.

По голосу, в котором слышался затаенный гнев, Ричард понял, что Виктор не сможет спать весьма долго. Он отлично понимал горе Виктора. На его месте он не один час провел бы, пытаясь думать о том, что он скажет матери Феррана и родным других своих товарищей.

Ричард понимающе положил руку на плечо Виктору. — Мы не знаем, что нам угрожает. Пожалуйста, разбуди нас, если услышишь или увидишь что-то необычное. И не забудь забраться внутрь и поспать; завтра будет долгий путь. Мы все должны быть сильными.

Виктор кивнул. Ричард наблюдал, как кузнец накинул на плечи плащ, перед тем, как схватиться за корни и виноградные плети, чтобы забраться на скалу над убежищем, откуда удобнее было наблюдать. Ричард задумался, что было бы, если бы Виктор остался с отрядом. Он вспоминал о расколотых деревьях, глубоких разломах в земле, сделанных с такой силой, что опрокинуло тяжелые камни и разорвало толстые корни. Он вспоминал разорванную кожаную броню, разбитые кости, разбросанные части тел, и был рад, что в момент нападения Виктора не было с его людьми. Даже тяжелая булава, мощное оружие кузнеца не смогло бы остановить то, что там произошло.

Никки прижала руку ко лбу Ричарда, проверяя нет ли лихорадки. — Ты должен отдохнуть. Сегодня ты охранять не будешь. Мы справимся втроем.

Ричард хотел возразить, но знал, что она права. Это не сражение, которое он должен выиграть, он просто кивнул, соглашаясь. Кара, готовая поддержать Никки в этом споре, снова высунула голову наружу через маленький просвет между ветками.

В сгущающейся темноте окружающие звуки стали перерастать в пронзительный треск. Теперь, когда постройка укрытия была закончена, этот шум стало трудно игнорировать. Весь лес стал казаться заполненным трескучими звуками. Никки, наконец, заметила это и замерла оглядываясь.

Она нахмурилась. — Что это? Что за звуки?

Ричард отщипнул со ствола пустую шкурку. Вокруг все деревья были покрыты этой бледной шелухой размером с палец.

— Цикады. — Ричард улыбнулся про себя легкому призраку того существа, что когда-то жило в шкурке, лежащей сейчас на его ладони. — Это остается после того, как они линяют.

Никки глянула на пустую кожицу в его руке и обвела быстрым взглядом других насекомых, цепляющихся за деревья. — Хотя большинство моей жизни прошло в городах, под крышами закрытых помещений, после отъезда из Дворца Пророков я много времени провожу под открытым небом. Эти насекомые необычны для леса; я не помню, чтобы раньше видела или слышала их.

— Ты и не могла. В последний раз, когда я их видел, я был ребенком. Этот вид цикад появляется из-под земли один раз в семнадцать лет. Сегодня первый день, как они начинают появляться. Они будут тут еще несколько недель, в это время они спариваются и откладывают яйца. Потом мы не увидим их еще семнадцать лет.

— В самом деле? — спросила Кара, втягивая голову назад. — Каждые семнадцать лет? — Мгновение она обдумывала услышанное, затем нахмурилась и глянула в сторону Ричарда.Им лучше не мешать нам спать.

Из-за их количества, их звук оставляет незабываемое впечатление. Их песня перемещается в лесу, повышаясь и понижаясь, словно музыкальная волна. Тихой ночью их крики могут казаться оглушающими, но этот звук легко убаюкивает. Хотите — верьте, хотите — нет.

Удовлетворенная тем, что шумные насекомые не будут мешать ей спать, Кара снова высунула голову наружу.

Ричард вспоминал свое удивление, когда Зедд впервые показал ему этих необычных существ и рассказал об их семнадцатилетнем жизненном цикле. Для ребенка это было незабываемое впечатление. Зедд тогда сказал ему, что в следующий раз он их увидит, когда будет уже взрослым мужчиной. Пораженный Ричард тогда обещал себе, что когда в следующий раз встретит эти существа, он проведет больше времени, чтобы хорошенько рассмотреть их, пока они не спрятались обратно под землю.

На него накатила волна грусти и сожаления по тому невинному времени его жизни. В детстве возвращение цикад представлялось ему самым удивительным событием его жизни, и семнадцатилетнее ожидание казалось ему самой трудной задачей, которая предстояла ему в жизни. И вот они вернулись.

И теперь он был взрослым. Он бросил пустую шелуху.

Ричард снял мокрый плащ и следом за Никки заполз в их убежище, тщательно закрыв за собой вход. Толстый слой ветвей приглушил тонкое пение цикад. Непрерывное гудение навевало сон.

Он был доволен, что ветви бальзамина не пропускали дождь, и убежище оставалось если не теплым, то хотя бы сухим. Пол был застлан толстым слоем веток, так что у них будет относительно мягкая и сухая постель. Хотя дождь не проникал через навес, но влажный туман пронизывал все вокруг. Легкие облачка пара образовывались при каждом выдохе.

Ричард устал от сырости. После постройки убежища он был весь покрыт корой, иглами и грязью. Руки были липкими от древесного сока. Он не помнил, чтобы когда-нибудь еще был таким несчастным от ощущения грязи и песка, налипших на влажную одежду и кожу. Но, по крайней мере, от сосновой хвои и листьев бальзамина стоял приятный запах.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10