Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездные войны (№127) - Дети Джедаев

ModernLib.Net / Космическая фантастика / Хэмбли Барбара / Дети Джедаев - Чтение (стр. 5)
Автор: Хэмбли Барбара
Жанр: Космическая фантастика
Серия: Звездные войны

 

 


«Да, — ровным голосом повторил Джевакс, — они здесь были».

Он вновь сосредоточился на подъёме, пробираясь сквозь нависшие ветви, усыпанные сладкими ягодами и предупредительно отводя их в сторону перед идущими следом Леей, Хэном и замыкающим шествие Чубаккой. В тёплой влажной атмосфере Плавал Рифта деревья росли на каждом выступе поднимавшихся вверх естественных скалистых платформ. Среди тёмных листьев и серого мха, свисавшего со скал, виднелась гибкая виноградная лоза. Ярко выделялись кроваво-красные сладкие ягоды.

Лея повела плечами, испытывая неприятное чувство от прикосновения к телу её белой, свободно сшитой одежды. Липкая жара была здесь намного сильнее, чем на Иторе. Ощущалась большая влажность, но неприятный сернистый запах, оставшийся внизу, несмотря на очистные установки, почти исчезал здесь, в этой густой зелёной свежести листьев. Трудно было представить, что всего в ста пятидесяти метрах над головами поднимающихся людей свистят ледяные ветры, и что ледники там толще стен и выше башен многих городов.

Действительно, глядя вверх, можно было видеть лишь различные оттенки зелёного цвета, а также все разнообразие орхидей и фруктов разной величины, формы и зрелости, но все это великолепие смягчалось и скрадывалось вездесущим плотным туманом.

«Вы их помните?» На пути в Бельзавис она просмотрела статистические данные по населению этой планеты. Выходило, что в семь лет млуки считались уже подростками, а в тридцать лет -стариками. Джевакс, должно быть, был совсем ребёнком, когда Джедаи ушли отсюда. Белые длинные волосы, искусно заплетённые в косы, спускались по его плечам.

«Не совсем», — прозвучал ответ. Джевакс, не отличавшийся ростом среди соплеменников, был выше Хэна, и это было бы ещё заметнее, если бы он держался прямо. Вместо этого его тело было наклонено вперёд, так что длинные руки почти касались согнутых колен. На нём было много драгоценностей и переливающихся голубыми и серебристыми оттенками украшений из раковин, вывезенных из Эридау. Серьги из раковин красовались в мочках ушей… Напоминающие саронг штаны выделялись своей двухцветной красно-чёрной окраской. Как и все жители Плавала, он носил чёрные резиновые надувные ботинки, похожие на те, которые изготовлялись в Саллусте и продавались почти в каждом уголке галактики. Но они казались странными на этом нелепом, обросшем волосами существе. На ботинках были яркие оранжевые заплатки.

«Понимаете, прошли годы, прежде чем кто-либо из нас вспомнил, что здесь когда-то были Джедаи».

«Выходит, им было нужно сохранить все это в тайне, — Лея незаметно подтолкнула Хэна. — Может быть, они воздействовали на ваш мозг?»

"Думаю, что да. — Джевакс опять завернул за угол, и они миновали ещё один виток лестницы. На пути попадались все те же деревья и скальные выступы, и Лея отметила, как внимателен Чубакка — он был готов к отражению любой внезапной опасности. Окружавший их туман начал развеиваться, и бледность дневного света показалась слепящей после призрачного мрака подножия утёсов. Матово-серые очертания растений обозначили край утёса впереди — самого высокого уступа лестницы, по которой они поднимались.

«Не могу припомнить, что именно они делали, — продолжал Джевакс, с удивлённым видом потирая голову. — Моя мать тоже этого не помнит, а мне тогда было только три года. — Он улыбнулся. — Странно становится, когда пытаешься оглянуться назад. Уже десять или двенадцать лет не только я, но и другие не помнят их совсем, хотя руины Дома Плетта ясно свидетельствуют о том, что он жил здесь не меньше семидесяти лет до того, как другие Джедаи привезли и спрятали здесь своих жён и детей. Некоторые вспоминали позднее какие-то незначительные вещи, подчас не совсем совпадавшие с тем, что было известно другим. Это похоже на то, как если бы…»

Он покачал головой, пытаясь объяснить то, что он имел в виду. «Похоже, что мы в течение многих лет просто не думали о нашем прошлом».

«Я знаю людей, которые живут именно так», — заметил Хэн. Лея подумала, что значительную часть своей жизни он был одним из них.

«Конечно, это не означает, что мы не должны размышлять о настоящем и будущем, — продолжал Джевакс. — Джедаи, упокой, Господи, их души, понимали это».

Последний виток лестницы поднял их выше уровня тумана. Воздух здесь был изумительно чистым. Стало заметно теплее. Лёгкий ветерок развевал волосы Леи, шелестел в сероствольных деревьях, которые величавым заслоном вставали на краю утёса. Зеленовато-серое море листвы с летающими над ней яркокрылыми птицами и насекомыми осталось внизу.

Лея подняла вверх голову и застыла от изумления.

«Мы думаем, это сделали Джедаи», — с затаённой гордостью проговорил Джевакс.

От чёрного камня ребристых вулканических утёсов поднимались вверх ферма с колоннами толщиной в рост человека. Грациозные как птицы, эти конструкции парили над туманом и растительностью. Каждая кристаллическая грань узорчатой плексигласовой крыши, опиравшейся на них, находилась под углом, чтобы улавливать и умножать самые незначительные отблески слабого солнечного света.

Туман растекался потоками между висячими ярусами растительности, опутавшей ажурные соединения прозрачных сводов и куполов. Большие, как дома, подвесные гондолы колыхались в медленно перемещавшихся потоках тумана непосредственно под куполом или же спускались на тросах почти до уровня разрушенной верхушки приземистой башни, стоявшей на карнизе, которого как раз достигли Джевакс и остальные. Это было всё, что осталось от цитадели Джедаев.

«Вот результат инженерной деятельности тех, кто носится по галактике со своими мечами». Хэн, как обычно, старался сделать вид, что увиденное не произвело на него большого впечатления.

«Во время своих передвижений по галактике, — сказал Джевакс, улыбаясь и трогая белую прядь волос, — они встретились не только с умелыми инженерами, но и с торговыми фирмами, заинтересовавшимися теми экзотическими фруктами и овощами, которые выращиваются в наших уникальных климатических условиях. Эти фирмы оказались достаточно порядочными по отношению к населению наших вулканических долин и создали довольно приемлемые условия труда. Насколько я могу судить, первые представители Бретфлен Корпорейшн появились почти сразу после ухода Джедаев. Несколько позже развернула здесь свою деятельность и фирма „Гэлэктик Экзотикс“. Эти две фирмы объединились с „Империал Экспортс“ для возведения купола над долиной. По-видимому, это делалось для реализации плана, составленного самим Плетто — Мастером-Джедаем, и предусматривавшего выращивание виноградного кофе и виноградного шелка на регулируемых платформах под куполом».

Джевакс показал рукой вверх. Большая гондола, украшенная гирляндами из бледно-зелёных листьев, бесшумно скользила по одной из множества трасс, проложенных между опорами. Она остановилась в центре купола, а затем легко опустилась примерно на десять метров. При этом она установилась примерно на одном уровне с другим нависающим карнизом, с которого маленькие фигурки выбросили портативный мостик и второй кабель для использования в качестве поручня и начали спокойно перебираться по этому сооружению.

«Оба выращиваемых растения зависят от краткосрочных перепадов температур в тридцать градусов и более. Лишь немногие среды могут выдержать это, а те планеты, где подобные условия имеют место, оказываются недостаточно населёнными, чтобы оправдывались предполагаемые затраты. Эти воздушные плантации определяют около тридцати процентов нашей экономики».

У Леи возникла мысль, что стоимость того количества лозового шелка, какое необходимо для изготовления приличного платья, настолько велика, что выращивание такого растения сделало бы честь экономике любой планеты. Когда Хэн подарил ей халат и плащ из такого материала, она чуть не лишилась дара речи. Эту одежду выбрала для неё её подруга Винтёр, так как Хэн не мог полагаться только на себя в таком важном вопросе, как одежда, приличествующая государственному лицу.

Чуви, глядя наверх, оценивающе присвистнул. Лея вспомнила о своих ужасных приключениях на родной планете Вуки — Кашууке, и её передёрнуло.

«Итак, вы думаете, что они обеспечили промышленное развитие планеты в знак своей благодарности к вам?»

«Ну… — Джевакс продолжал идти к полуразрушенным зданиям, образовывашим сплошную линию там, где уступ примыкал к подымавшемуся за ним утёсу. — „Бретфлен“, „Галактик“ и „Империал/Рипаблик“ полностью аннулируют все записи, касающиеся сведений о местном населении. В Основных Мирах работают самые различные фирмы, и нельзя считать простым совпадением то, что именно этим трём компаниям стали известны координаты нашей планеты».

Карниз, представляющий собой последнюю огромную ступень скальной породы, протянувшуюся в форме неравностороннего треугольника у отвесных утёсов, имел в ширину менее тридцати метров. Здесь взорам Леи, Хэна и Чубакки предстала башня. Её передняя стена была разрушена. В пятнадцать метрах от башни находилось то, что когда-то было, по-видимому, стеной. Во многих местах зияли дыры, словно здесь поработали гигантские зубы фантастического чудовища. Боковая стена башни тоже не сохранилась. Груда разломанных камней — вот всё, что от неё осталось. Это место, испещрённое воронками от давних разрывов, наполненными серебристой дождевой водой, сплошь заросло густой сочной растительностью и выглядело совершенно заброшенным.

«Сколько же их здесь было?» — Лея не могла скрыть некоторого удивления и разочарованности.

«Должно быть, не много, это точно, — Хэн, нахмурив брови, осматривал узкое пространство внутреннего дворика. — Конечно, все они не были большими друзьям».

«У них могли быть и другие, временные жилища, -предположил Джевакс, — сборные домики — они расположены немного ниже, там, где находится МуниЦентр, или в самой долине. Хотя до того, как был сооружён купол, долина периодически подвергалась воздействию холода. И потом, мне кажется, что если бы они жили среди млуки, то о них бы помнило больше людей».

«Насколько мне известно, здесь тоже были их жилища», -добавил Джевакс, указывая своей длинной рукой на лишённые крыш здания и на башню, сквозь каждый этаж которой просматривался находящийся позади неё утёс, обвитый местами виноградной лозой, усыпанной сладкими ягодами и папоротниковыми паукообразными растениями.

«Наверное, здесь располагалась только первоначальная лаборатория Плетта, — возразила Лея. — В этом месте невозможно разместить десять семей».

«Видно, что ты никогда не бывала в многоквартирном доме в Кискине, — пробормотал Хэн. Через разрушенную калитку он вышел во внутренний дворик, а затем пролез в отверстие стены квадратного здания, не имевшего крыши. — Так, значит, первым здесь поселился Плетт?»

«Он был ботаником и вообще крупным учёным, — проговорил Джевакс. — Его называли Ху-Дин с планеты Молток, он был великим Мастером Джедаем. По возрасту лишайника у подножия стен мы пришли к выводу, что он построил этот дом около сотни лет назад. За это время многие растения, выращиваемые в долине, он генетически приспособил к нашему климату, особенностями которого являются геотермическое тепло и малое количество света, и даже — к микроклимату нижней части долины с высокой кислотностью атмосферы. Мы думаем, что он был учёным-экологом, и вообще ему было подвластно очень многое. Легенды утверждают, что он мог разговаривать с птицами и животными. Он умел прогонять бури, которые здесь не редкость. Кое-что мы узнали от жителей других ущелий — Вуца и Бот-Уна, память которых не подверглась воздействию».

«Ясно, что Джедаи не остались здесь», — Лея ещё раз оглядела квадратные стены из лавы толщиной более метра, цвет которых напоминал запёкшуюся кровь. Несмотря на сходство с крепостью, от Дома Платта веяло каким-то особым покоем.

«Хорошие люди жили здесь, — подумала она, не понимая, почему в ней так окрепло это ощущение, схожее с запахом забытых цветов. — Сила и любовь подобны солнечному свету…» — она закрыла глаза, и ей показалось, что стоит прислушаться, и можно разобрать голоса игравших здесь детей.

«Да, это так, — услышала она голос Джевакса, удалявшегося от неё по мере того, как вместе с Хэном они обходили внутреннюю стену помещения. — Наверное, Платт выбрал это место не только из-за своеобразного климата долин и ущелий. Ледяные ветры и экстремальные атмосферные условия делали чрезвычайно трудным приземление здесь космического корабля любого вида. Почти невозможна была передача каких-либо сигналов».

«Да уж, не говорите мне об этом», — вмешался Хэн. Он испытал несколько жутких минут при посадке своего «Сокола» по узкому наводящему лучу. Посадка происходила практически вслепую и осуществлялась в вертикальную стометровую посадочную башню.

«А что насчёт туннелей?» — спросила Лея.

Джевакс обернулся на её вопрос, и его седые брови удивлённо поднялись вверх. Хэн в это время рассматривал отверстия в стене, раздумывая, были ли это окна или двери, хотя для дверей они были, пожалуй, узковаты, в них могли проскользнуть лишь такие стройные люди, как Лея или Люк. После вопроса Леи он оставил своё занятие и посмотрел на Джевакса.

«Уверяю вас, Ваша Честь, — проговорил Джевакс, — здесь нет туннелей. Нет никаких „тайных склепов“, несмотря на слухи. Через каждые несколько месяцев кто-нибудь выдвигает новые предположения и приступает к поискам, и, поверьте мне, никто до сих пор ничего не нашёл».

Небольшой лоснящийся зверёк — Лея не смогла его определить — пробежал по верхней части стены. Зелёный, с желтоватым отливом, он устроился на одной из оконных арок и принялся взбивать свои перья, поглядывая на пришельцев яркими рубиновыми глазками. Вероятно, его завезли сюда иторианцы из фирмы «Бретфлен Корпорейшн» — автоматически подумала Лея. В течение дня ей попалась, по меньшей мере, сотня таких зверьков.

«Они спрятали детей в колодце, — упрямо повторила она. -Никос упоминал о туннелях. Мне кажется, что и Маккам имел в виду, что под крепостью Плетта находятся тайники. Может быть, это и есть та самая „шахта“?» — Кивком головы она указала на тяжёлый диск из прочной стали, видневшийся в каменном полу.

«Одна из них, — сказал Джевакс. — Когда-то все эти долины в расщелинах называли колодцами из-за горячих источников. Все это, — он махнул рукой в направлении зелёного нависшего купола, видневшегося далеко над неимевшими крыш стенами, — все это место с частыми туманами и микроклиматом, определяемым горячими источниками и грязями, расположенными вверх и вниз по расщелине, эти вздымающиеся тёмные утёсы с их висячими спиралями зелени и цветов — все это и есть Колодец Плетта».

Пройдя через пустой дверной проём в форме дверной скважины, что было характерно для старых домов, построенных из лавовых блоков и образовывавших первоначальный город в верхней части долины, он вновь оказался в заднем дворике. Насекомые поразительно яркой расцветки взлетали над травой. Казалось, что прогретая горячими источниками земля разбрасывала перед людьми пригоршни праздничного конфетти.

«Но ведь слухи же существуют», — заметила Лея.

Обезьяноподобное бровастое лицо осклабилось в улыбке. «Ваша Честь, несмотря на всю свою красоту, Плавал — довольно скучное место. Центральная библиотека, муниципальные архивы и все городские службы арендуют пространство в компьютерной системе, которую „Бретфлен“, „Галактик“ и „Империал/Рипаблик и Куат“ совместно установили двенадцать лет тому назад. Осталось очень мало участков памяти для каких-либо развлечений. Тем людям, у которых нет семей, остаётся лишь работа на консервных или шелкоупаковочных фабриках и в барах, расположенных вдоль Космодромной улицы. Конечно, некоторым хотелось бы думать, что существуют подземелья под единственными руинами в городе, которые не используются для фундаментов при стандартном строительстве. От этих мыслей их однообразная жизнь кажется им интересней».

Своей волосатой длинной рукой он опять обвёл пространство вокруг себя. «Вы можете остаться здесь и продолжить поиски. Но я хочу предупредить, что всю эту местность уже прочёсывали, используя различные датчики. Если вы захотите спуститься в Муни-Центр и заняться там исследованием массива данных, я готов оказать вам в этом всяческую помощь».

Из кармана он извлёк три пластинки и протянул их Хэну, Лее и Чубакке. "С их помощью можно открыть любое помещение Муни-Центра, попасть на космодром, в городские гаражи или на эскалаторы, которые ведут к поверхности ледника. Однако я очень советую, если вам понадобится выйти на лёд, не делать этого без меня или ещё кого-нибудь из местных. Вы пойдёте со мной в Муни-Центр или останетесь здесь? Кстати, единственное приличное кафе в городе — это «Пузырчатая Грязь».

«Мы ненадолго останемся, — неуверенно проговорил Хэн. -Спасибо вам за все».

«Хотелось бы ещё спросить вас об одном, — обратилась к Джеваксу Лея. Тот вежливо выждал. — Видели вы когда-нибудь этого человека?»

Лея вынула из кармана оптический кубик с изображением спящего Маккама. Хэн тоже взглянул на измождённого человека с закрытыми глазами и опять удивился его разительной непохожести на того краснощёкого толстяка, которого он знал когда-то как Драба Маккама.

Джевакс отрицательно покачал головой, белая полоска его бровей изогнулась в недоумении. «Мне незнакомо это лицо, -ответил он. — Вы можете навести справки в Банке Данных сегодня же вечером, хотя, если этот человек был контрабандистом, то данных о нём может и не оказаться. В течение последних десяти лет у нас были проблемы с контрабандистами — имперское правительство держало очень небольшой штат таможенников. А позднее и их не осталось».

"Пожалуй, я так и сделаю, — Лея отправила кубик обратно в карман. -Спасибо,

Джевакс, за вашу память".

«Благодарю вас, Ваша Честь, генерал Соло. — Уродливое лицо млуки осветилось новой ухмылкой. — Ваше общество было для меня дороже любого подарка». Сказав это, он направился по тёмно-зелёной траве сквозь рой ярко раскрашенных насекомых. Бледный свет вспыхивал и загорался на его многочисленных украшениях.

Раздалось тихое рычание Чуви.

«Ты прав, — спокойно заметил Хэн. — Думаю, он сказал неправду».

«Или же кто-то солгал ему».

Хэн кивнул в направлении зияющих выбоин, образовавшихся во внутренней стене. «Если бы имперские силы серьёзно занялись этим, этой стены бы не было, — проговорил он. — Это похоже на два или три бортовых космолёта или на группу TIE, в крайнем случае. Но это не истребители. Если бы они знали, что здесь находятся Джедаи, — на этом месте ничего бы не осталось, кроме развороченной земли. Зачем тогда им вообще понадобилось атаковать?»

Лея покачала головой, продолжая осматривать разрушенные стены, маленькую кухню во флигеле и те комнаты, которые могли быть мастерскими. Она всё ещё была охвачена ощущением исчезнувшего счастья, тихой и глубокой аурой покоя.

«Я никогда не имела дела с внушённым убеждением, -сказала она через некоторое время. — А Люк имел. Он считает, что это может быть очень стойкое состояние. Единственное, что мы знаем, — что Джедаи убедили путём внушения Никоса и мать Крей не следить за ними при их уходе. Разрушения представляются довольно сильными, так что этим людям должна была понадобиться помощь извне после всего, что случилось. Обращение за помощью к иторианской фирме, по крайней мере, позволило уберечься от того, чтобы это стало известно кому-либо, связанному с Императором. Но даже если они внушили всем местным жителям мысль о том, что здесь никогда не было тайных подземных помещений, Джедаи уже ушли к тому времени, когда сюда начали прибывать фирмы и их представители. Может быть, иторианцы, управляющие делами фирмы „Бретлен“, обращаются честно и справедливо с местными жителями, но я не могу согласиться, что они опровергают слухи о тайниках. Вы заметили, как Джевакс попытался уйти от вопроса о „имеющихся слухах“? Вероятно, здесь что-то кроется».

Разговаривая, они вернулись к треугольнику, образуемому руинами с остатками крепости и куполом под массивными опорными конструкциями с нависающей зеленью и гирляндами цветов. Посадки виноградного кофе располагались над развалинами Дома Плетта наподобие тучных птиц. Самые кончики гибких лоз были лишь на дюжину метров выше крепости. Дальше сквозь разорванный туман виднелся купол и небо, и Лея удивилась тому, каким тёмным оно казалось.

В одном из внутренних помещений сохранились остатки трубопровода от горячего источника. Здесь, в верхней части ущелья вода была как в горячей ванне и не имела сероводородного зловония обжигающих источников, располагавшихся ниже. Рядом с отверстием для трубопровода краснели и желтели отложения шлака. Отломив кусочек, Лея повертела его в руках. «Кажется знакомым?»

«Доказывает, что здесь нет никаких колодцев», — иронично заметил Хэн.

«Это не значит, что драгоценность в кармане Драба связана с каким-либо местным источником, расположенным неподалёку. Источник с идентичной комбинацией серы и сурьмы мог иметь несколько выходов».

«Ты говоришь достаточно убедительно».

Лея усмехнулась. «Я постоянно имею дело с политиками».

«Конечно, — согласился Хэн, бросив взгляд в направлении разрушенных ворот, через которые удалился Джевакс. — Думаю, тебе придётся иметь дело ещё с одним».

В одной и вытесанных в скале комнат Чубакка нашёл старую лестницу. Они решили воспользоваться ею и теперь перетаскивали её с одного этажа на другой, карабкаясь по остаткам крепости. Лея осторожно двигалась через пустые дверные проёмы и выбоины, служившие раньше окнами. С высоты открывался захватывающий дух вид на долину. Туман заполнял землю подобно крутящейся воде в тёмном бассейне, белые и зелёные пластиковые крыши заводов поднимались на дальнем конце долины, подобно кучке беспорядочно разбросанных айсбергов. Там за счёт более высокой температуры воздух нагревался и приходил в движение вместе с туманом.

Над головами людей перемещались гондолы с посадками виноградного кофе, направляясь к окутанной лозами Станции Обеспечения. Стоя на разрушенном полу крепости, Лея смотрела вниз на миниатюрную экосистему расселины, где душные постоянно испаряющиеся джунгли уютно соседствовали с самыми ужасными ледяными полями галактики.

Как же выглядели эти места, думала она, когда они были здесь, эти дети, чьи пронзительные голоса, казалось, звучали у неё в ушах? Семьи, чья мудрость и взаимная любовь словно пропитала камни этих стен…

В отсутствие купало температурные перепады здесь были очень значительны. Это заставляло тех, кто прибыл сюда, строить каменные дома вблизи горячих источников. Дикие джунгли росли тоже недалеко от них, дальше — начинались голые пространства.

Почему же Мастер Джедай Плетт выбрал именно это место? Кто убедил его сделать это?

Пара сильных рук обхватила её сзади за талию. Не говоря ни слова Хэн привлёк Лею к себе и она подчинилась этому движению. Закрыв глаза, она позволила себе расслабиться. Самые разные мысли теснились в её голове.

Ей вспомнился Итор — эта прекрасная, такая зелёная и одновременно деловая планета.

Потом — сообщение о бессмысленной смерти Стины Дрезинг Ша в Секторе Сенекс, убитой профессиональным и высокооплачиваемым киллером.

Её тревожило то обстоятельство, что глава Дома Вандронов, на чьей территории произошло убийство, препятствовал любому расследованию преступления.

Неожиданно перед её глазами всплыло лицо Драба Маккама.

Они спрятали детей в шахте.

До неё опять явственно донеслись голоса. Дети играли в большой квадратной комнате внизу, тренируясь в метании дротиков. Их было здесь довольно много, самого разного происхождения — представители человеческого рода, иторианцы, вуки, твилеки, биты… Женщина, чинившая неисправный стерилизатор за одним из столов, мягко предупредила одного из только начавших ходить малышей, чтобы он не приближался к бронзовой, в форме цветка решётке, закрывавшей колодец в центре пола. Однако отверстия в решётке были слишком малы, чтобы туда мог кто-нибудь упасть, — разве что самая маленькая игрушка. Из отверстий, согревая комнату, поднимался пар, а призрачный солнечный свет усиливался с помощью кристалоплекса, установленного в имевшем форму замочной скважины окне. Темноволосый мужчина играл на красной лакированной мандолине. Ярко окрашенные птички прыгали по подоконнику.

Дверь в задней стене открылась, и появился старый Хо-Дин. Высокий — ростом в два с половиной метра с тронутыми сединой волосами, он был изящен в своём чёрном плаще Джедая. Чем-то он напоминал Люка — от него исходило такое же ощущение силы и покоя, купленного дорогой ценой.

Она открыла глаза.

Не имевшее крыши помещение, в котором она находилась, было пусто. Слабый дневной свет почти исчез, оставив после себя одни тени.

Никакой двери в задней стене не было.

«Они её каким-то образом заделали. — Хэн пощупал гладкий тёмный камень, там, где когда-то была высечена задняя стена дома Плетта. — Хорошо сработано! Никаких следов!»

«Но здесь должна была быть дверь». Лея вновь прикрыла глаза, пытаясь восстановить картину прошлого. Сердце ныло, словно она только что потеряла что-то очень дорогое. Почему от этих помещений исходило такое ощущение покоя и счастья?

Она подумала, глядя на Хэна, — испытывал ли он в своём детстве похожее ощущение покоя и счастья?

Чуви что-то вопросительно прорычал, и Хэн его успокоил: «Да, я думаю, что эхолокатор ещё работает, — если Ландо не позаимствовал его в прошлый раз, когда отправился на „Соколе“ в какую-то экспедицию за сокровищами кокомами».

«Едва ли даже эхолокатор сможет найти тот туннель, Мастер Джедай, — сказала Лея. Она обернулась, чтобы ещё раз осмотреть пустое помещение. Джедаи… — Она засомневалась, думая о тех вещах, которым учил её Люк и о которых говорил старый Джедай Вима-Да-Бода. — Если Джедаям так удалось замести свои следы, что все проживавшие в долине забыли о них и о бомбовых ударах, повлекших жестокое разрушение, то я не думаю, что эхолокатор окажет сколь-нибудь существенную помощь».

«Думаю, ты права, — Хэн опять ощупал камень стены, думая о том, что исчезновение двери больше похоже на иллюзию. Такая же мысль мелькнула и у Леи. — Но мы теперь знаем, по крайней мере, две вещи».

«Какие?»

«Здесь был вход, — сдержанно заметил Хэн, — и второе -это то, что Драб им воспользовался».

Глава 6

Рыцари Джедая убили его семью.

Группа Джедаев напала на город, где он вырос. Сгущая туман с помощью Силы, они двигались сквозь холод и тишину ночи, и глаза их сверкали в темноте зелёным болотным огнём. Он бежал, задыхаясь, чувствуя, как на его мозг оказывается сильнейшее давление и что его пытаются вернуть обратно и схватить. Он упал и видел себя лежащим под деревьями за городом.

(деревья?)

…он видел, как они выстраивали в одну линию женщин и не обращая внимания на их крики, выхватывали у них из рук детей и разрубали их на части своими Огненными Мечами. Он видел эти ужасные, разбросанные по земле обрубки человеческих тел, слышал душераздирающие крики, отдававшиеся эхом в ночном воздухе. Джедаи искали его, они охотились за ним на спидерах, оглашая окрестности оскорбительными выкриками. Он убегал от них по холмам, через грязные мутные потоки воды.

(грязные, мутные потоки? Я же вырос в пустыне…)

…Затем они повернули обратно, чтобы продолжать убивать детей. Он видел своего младшего брата и сестру…

(Какого брата?)

…и их тоже уничтожили, а они так просили сохранить им жизнь…

Кто же это сделал?

Это была правда. Всё здесь было правдой.

Или чем-то очень похожим на правду.

Люк отключил свой мозг. Он глубоко дышал, преодолевая чувствовавшуюся в груди боль. Концентрируя внутри себя Силу, он отдавался своей памяти, которая текла свободно как вода со смазанного оружия. Он понимал, что эти воспоминания похожи на те, что были у Никоса и оставались запечатлёнными в его мозгу. Слова, исполненные мощи, но абсолютно без каких-либо образов. Слова, которые свидетельствовали о том, что это была правда.

У Люка болела голова, болело всё тело. Процесс концентрации в нём Силы ослабился, и к нему вернулось ощущение предательства, поразившее сердце острой болью. Джедаи предали его.

Он опять погрузился в темноту.

Лёжа на койке Хэна в «Тысячелетнем Соколе» с перевязанным обрубком правой руки, он чувствовал приближение агонии, несмотря на обезболивающее средство, которое дал ему Ландо. Хуже боли было понимание того, что Бен солгал ему. Бен лгал, а правду говорил Дарт Вейдер.

«Остаётся мстить, — нашёптывали голоса. — Отомсти за это».

Став на какой-то момент тем, двадцатилетним, он вновь почувствовал, что душа его содрогается от предательства.

Почему ты солгал, Бен?

Вернувшись мысленно назад, он понял, почему Бен солгал. В свои восемнадцать лет, если бы он узнал, что его отец жив, его потянуло бы к отцу — и это было бы естественно. И то, что отец так изменился, не сыграло бы решающей роли. В свои восемнадцать лет Люк не обладал ещё ни опытом, ни достаточной Силой, чтобы оказывать необходимое сопротивление, и он вполне мог оказаться на Тёмной Стороне Силы. Бен это понимал.

Сила затеплилась в нём, подобно одинокому огоньку в бурную ночь.

«Люк?!»

Отомсти Джедаям за их вероломство. Убей их и сожги, как они сделали это с твоими родителями.

В его сознании опять возникло видение обугленных трупов во дворе дома, всегда остававшегося для него единственным и родным. Он опять ощущал маслянистый жар пламени и запах горящего пластика. Сердце было опустошено как высохший колодец, уводящий в бесконечную темноту.

Та ферма в пустыне была не просто место его проживания -она была единственным, что он вообще имел в этом мире.

Когда он вновь оказался на Таттуине, чтобы спасти Хэна от Джаббы Хатта, он посетил свою разрушенную ферму, находившуюся на краю Моря Дюн. Никто не захватил эту землю. Джавасы разграбили то, что ещё оставалось от дома, возможно, ещё прежде, чем остыли угли. Помещения вокруг осевшего внутреннего дворика развалились. Обвалившиеся руины, полузасыпанные песком.

Надгробные знаки, поставленные им у могил людей, считавшихся его родителями, исчезли.

Всю свою жизнь отдал дядя Оуэн своей ферме. Сейчас же казалось, что его вообще никогда не было.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25