Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Регентство (№1) - Подари мне поцелуй

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Хокинс Карен / Подари мне поцелуй - Чтение (стр. 20)
Автор: Хокинс Карен
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Регентство

 

 


Герцогиня кивнула:

– Не возражаю, лорд Хантерстон. Все же глаза дамы на портрете поразительно напоминают глаза вашей супруги, и я не буду соперничать с вами. Вы можете забрать портрет.

В тот же момент с другого конца зала раздался спокойный меланхоличный голос Ника:

– Триста фунтов.

От неожиданности герцогиня даже вздрогнула.

– Силы небесные!

Алек глухо чертыхнулся.

– Четыреста.

Чтобы снизить растущее напряжение в зале, герцогиня одобрительно сказала:

– Молодец, Хантерстон, я не сомневалась, что вы любите живопись.

Ленивой походкой Ник вышел вперед, ненадолго остановившись, чтобы иронически поклониться Джулии. Под одним его глазом красовался большой синяк, несомненный трофей, полученный в стычке с Алеком в «Уайтсе» предыдущей ночью.

– К вашим услугам, кузина.

Джулия едва кивнула ему. Независимо от того, кто задумал весь этот скандал, она была уверена, что граф наслаждается им от всей души.

Улыбаясь, Ник повернулся к герцогине:

– Я полагаю, что мой кузен обнаружил у себя гораздо большую любовь к искусству, чем рассчитывал. К несчастью для него, я разделяю эту страсть.

– Пятьсот фунтов, – сверкнул глазами Алек.

Ник негромко рассмеялся.

– Вы ставите против самого себя.

Алек не уступал.

– Шестьсот.

В зале послышались изумленные возгласы. Джулия еще никогда не видела мужа таким разгневанным: скрестив на груди руки, широко расставив ноги, он производил впечатление человека, который еле сдерживает ярость, готовую в любой момент выплеснуться наружу.

– Ну-ну. Как решительно вы настроены! Но и я не в силах упустить столь редкую и прекрасную возможность. – Он повернулся к полотну и принялся в упор рассматривать его, задержавшись любопытствующим взглядом на изгибе бедер. – Я непременно должен иметь эту картину у себя в спальне. Восемьсот фунтов.

В наступившей тишине все глаза обратились на Алека.

– Тысяча фунтов.

Джулия ошеломленно посмотрела на него, но Алек сохранял полную невозмутимость, в то время как его гневный взгляд скрестился со взглядом Ника.

Герцогиня сделала шаг вперед.

– Как великодушно с вашей стороны жертвовать такие суммы на нашу благотворительную деятельность, лорд Хантерстон! Я уверена, что лорд Бриджтон уступит вам право на владение этим великолепным портретом.

Стряхнув воображаемую пылинку со своей манжеты. Ник пожал плечами:

– В конце концов, это всего лишь картина...

Изящно кивнув, хозяйка бала дала знак лорду Данстону представить следующий лот для продажи, и аукцион продолжился.

Увидев, что Ник наконец потерял интерес к аукциону и смешался с толпой, Джулия облегченно вздохнула. Распродажа длилась еще почти час, но Алек не отходил от нее ни на шаг; тем не менее у нее не было возможности поговорить с ним, поскольку их повсюду окружали люди.

Когда с молотка ушел последний выставленный на аукцион предмет, музыканты по знаку герцогини заиграли вальс. Алек протянул Джулии руку и пригласил ее на танец. Теперь они могли говорить, не опасаясь быть услышанными.

Сурово взглянув на жену, Алек притянул ее ближе к себе.

– Мне бы следовало придушить кузена за его дерзость.

– Неужели? А вот я не уверена, что ваш кузен имеет к портрету хоть какое-нибудь отношение.

Губы Алека сжались в тонкую линию.

– Как вы можете так говорить? Это его идея...

– Или он просто воспользовался выгодной ситуацией. По-моему, автор затеи – Тереза. У меня такое чувство, что Ник был удивлен так же, как и вы.

– Я хорошо осведомлен о ваших чувствах, сударыня, – Алек сжал ее руку, – но мне нет до них никакого дела.

Джулия невольно покраснела. Он так легко, без всякого колебания отверг ее любовь! Пытаясь справиться с потрясением, она попробовала увеличить расстояние между ними, однако его пожатие тут же стало еще сильнее, и он почти вплотную прижал ее к себе, не обращая внимания на другие танцующие пары, многие из которых удивленно за ними наблюдали и уже начали перешептываться.

– Вам так хочется поскорее избавиться от меня, дорогая? Может быть, вы бы охотнее приняли приглашение потанцевать от моего кузена?

И тут Джулия по-новому увидела все кошмарные события сегодняшнего дня, которые вызывали у нее одну лишь злость: злость на Ника и Терезу за их интриги против нее, злость на людей, которые спокойно стояли и с явным интересом наблюдали за ее замешательством во время проведения аукциона, злость на Алека, насмехавшегося над той единственной ценностью, которая у нее осталась, – ее любовью к нему.

Вздернув подбородок, Джулия пристально посмотрела на него.

– По крайней мере ваш кузен настолько хорошо воспитан, что не истязает меня во время танца.

При этих словах лицо виконта словно окаменело.

– Если вы именно так настроены, сударыня, тогда я не буду беспокоить вас своим присутствием. – Не сказав больше ни слова, он резко отпустил ее руку, развернулся и пошел через зал.

Джулия осталась одна. С тоской она ловила на себе соболезнующие взгляды и злорадные усмешки. Как мог Алек так поступить с ней?

Пытаясь успокоиться, всеми силами скрывая кипевшие в душе возмущение и боль, она пошла мимо танцующих. Слезы застилали ей глаза и туманили взор. Но не успела она дойти до конца зала, как рядом с ней оказался Ник.

Он взял ее руку и поклонился.

– Как это любезно со стороны моего кузена – вспомнить, что вы обещали мне танец. – Обхватив ее за талию, он прикоснулся к ее руке. – Итак? – Видя что Джулия колеблется, он ласково прибавил: – Пойдемте, виконтесса, покажем всем, что вам нет нужды жаловаться на отсутствие кавалеров.

Судорожно кивнув, Джулия позволила Нику закружить ее в танце, хотя ее душу по-прежнему терзали обида и боль.

– Все смотрят только на вас, моя дорогая, – предупредил Ник. – Вам нужно улыбаться, если вы хотите разочаровать любопытствующих.

– Почему вас это так заботит? Меня удивляет, что вы вообще танцуете со мной, особенно после того, как Алек поставил вам синяк под глазом.

На миг его лицо исказила злоба, но он тут же скрыл ее под показной улыбкой.

– Прошлой ночью у нас произошла размолвка, и ничего более. – Он нежно сжал ее руку. – Я не переношу, когда Алек вымещает свои промахи на вас, и считаю, что вы два совершенно разных человека.

Джулии пришлось прикусить губу, чтобы унять дрожь.

– Вы до сих пор не сказали, почему помогаете мне сейчас. Не хочу показаться грубой, но я вам не доверяю.

Ник рассмеялся.

– Возможно, я страдаю от таких же донкихотских порывов, которые терзают и моего кузена. Впрочем, сейчас это не важно. Главное, чтобы вы не позволили никому подумать, будто вас оскорбила грубость Алека.

Джулия вздернула подбородок.

– Меня не интересует, что обо мне думают.

– Браво, кузина! Это как раз то, что мы должны демонстрировать. Полагаю, теперь нам лучше обсудить что-нибудь более близкое и дорогое вашему сердцу. Как успехи вашего уличного сорванца? Кстати, сегодня вы не захватили его с собой...

– Он простужен. – Джулия немного расслабилась, вспомнив улыбку Мака, когда он отправлялся спать с одним из знаменитых горчичных пластырей миссис Уинстон для согревания груди.

– А прелестная Дезире?

Джулия нахмурилась.

– Я как раз хотела поговорить с вами об этом. Вы ведь были уверены, что ее узнают, не так ли?

– Сознаюсь, я действительно рассчитывал на это. – Ник пожал ей руку, но не попытался уменьшить расстояние между ними. – Вы поступите мудро, если будете и впредь стараться сохранить мою благосклонность к вам, Джулия, – в этом случае, завладев наследством, я обещаю пожертвовать часть денег на ваши проекты.

– Неужели? – Она изобразила легкое изумление. Ник меланхолично улыбнулся.

– Естественно, в обмен на некоторые ваши услуги.

– Напрасно вы так уверены, что получите наследство, Ник. Завтра мы встречаемся с душеприказчиками и все им объясним. Они поймут: все случившееся произошло не по нашей вине. – По крайней мере Джулия на это очень надеялась. Возможно, ей удастся также убедить некоторых членов Общества поговорить с поверенными.

Самодовольный голос Ника прервал ее мысли:

– Боюсь, от этого вам будет мало пользы. Хоть я и не принимал участия в подготовке сегодняшнего представления, оно, по сути, стало последним гвоздем в очень хорошо сделанном гробу.

– Как только поверенные узнают о вашей роли во всех этих событиях, они в любом случае не позволят вам распоряжаться наследством.

– Ну, вы совсем их не знаете в отличие от меня. Мой дед, превратившись в старого маразматика, окружил себя филантропами, у которых абсолютно отсутствует вкус к жизни и еще меньше понимания того, сколько они от этого теряют. – Ник пожал плечами. – Когда они прочитают газетную статью, их особенно оскорбит тот факт, что вы в своей благотворительной деятельности руководствовались, мягко говоря, не совсем искренними мотивами.

– Не может быть, чтобы они поверили в явную клевету и ложь. Я сама с ними поговорю и все объясню.

– Скоро до их ушей дойдет история с вашим портретом, и меня очень удивит, если они вообще согласятся разговаривать с вами.

К облегчению Джулии, танец закончился прежде, чем ей пришлось что-либо отвечать.

– Благодарю вас за то, что вы пришли мне на помощь, Ник. – Она притворно улыбнулась. – А теперь, с вашего позволения, я должна найти леди Бирлингтон.

Внезапно Ник бросил взгляд куда-то мимо нее, и на его лице промелькнуло удивление, когда ее руки коснулась чья-то рука.

Джулия обернулась и увидела рядом с собой леди Бартон – ее резкие черты на сей раз смягчала улыбка.

– Леди Хантерстон, я надеялась встретиться с вами здесь в этот вечер. Мы с лордом Бартоном хотим пригласить вас с лордом Хантерстоном навестить нас в нашем имении Бартон-Парк этой осенью.

Леди Бартон говорила гораздо громче, чем это было необходимо, и Джулия, оглянувшись, заметила, что окружающие внимательно следят за их разговором. Сразу все поняв и испытывая бесконечную благодарность, она приветливо улыбнулась.

– Лорд Бартон много раз говорил мне о парке и о том, как он красив. Мы посетим вас с огромным удовольствием.

– Вот и отлично. – Леди Бартон ласково погладила Джулию по руке и улыбнулась; ее серые глаза весело заблестели. – Моему мужу будет приятно узнать, что вы согласились приехать к нам. – Любезно кивнув, она удалилась в сопровождении своего племянника.

Обернувшись, Джулия поискала глазами леди Бирлингтон, но тут Ник крепко схватил ее за руку.

– Скажите мне, кузина, вы часто встречались с леди и лордом Бартон?

Удивленная его поведением, Джулия выдернула руку.

– Ну, несколько раз. Ее муж – один из членов Общества. Сегодня я разговаривала с леди Бартон впервые и должна признать, что она чрезвычайно любезна.

Меж его бровей залегла легкая морщинка.

– В самом деле?

Джулия принялась осматривать присутствующих в зале: ее сердце замирало каждый раз, когда она видела темноволосую голову, возвышавшуюся над толпой, но, к се разочарованию, это оказывался не упрямый муж.

Ник взял ее под руку и проводил к стулу.

– Если вы ищете Алека, то напрасно: сразу после окончания вальса он ушел в комнату для игры в карты.

– Но я никого не искала, – сказала она жестко, надеясь, что Алек видел, как она танцевала с его кузеном. Если она весь остаток вечера будет ходить с Ником под руку, ему это вряд ли понравится, и поделом...

– Не хотите ли что-нибудь выпить, Джулия? По крайней мере разрешите мне оправдать себя в ваших глазах, предложив вам бокал миндального ликера. – Ник загадочно улыбнулся, чем-то на мгновение напомнив ей Алека. – Это все, о чем я вас прошу.

Джулия вздохнула. Все же весь вечер – это слишком; однако не случится ничего страшного, если она побудет с ним еще несколько минут. Алека нигде не было видно, а леди Бирлингтон, как она заметила, полностью увлеклась беседой с герцогиней.

– Ну хорошо. Хотя я бы предпочла херес.

Ник учтиво поклонился.

– Как пожелаете, моя дорогая. Когда я вернусь, мы выпьем за душеприказчиков и за то, чтобы они сделали правильный выбор. – Еще раз улыбнувшись, он исчез в направлении комнаты, где были расставлены столы с закусками и прохладительными напитками.

Внезапно Джулия подумала, что вечер прошел впустую. Вопреки многообещающему началу потом все пошло наперекосяк, и оставаться здесь больше не было никакой необходимости. Ей следует найти Мэдди, извиниться перед ней и на этом закончить тягостное испытание.

Возвратившись, Ник вручил ей бокал.

– Хереса уже не осталось, поэтому мне пришлось удовольствоваться миндальным ликером.

Джулия сделала глоток и скорчила мину.

– Слишком сладко.

– Все же выпейте. Мы должны вернуть на эти щечки хоть немного румянца. – Он поднес руку к ее лицу, но Джулия отвернулась.

– Не забывайте, Ник, мы в общественном месте.

– А если бы мы были наедине?

– Тогда у вас вместо одного синяка стало бы два. – Она быстро отпила еще глоток. Чем быстрее она все выпьет, тем быстрее сможет уйти отсюда.

Ник рассмеялся.

– Вы никогда не смущаетесь, не так ли?

Джулия пропустила его вопрос мимо ушей и сделала еще один глоток. В первый раз, начиная с сегодняшнего утра, она ощутила спокойствие и смогла расслабиться, словно у нее не было никаких проблем и забот. Возможно, ей следовало бы пойти поискать мужа и сказать ему, какой нелепой была их ссора. Но нет. Алеку она не нужна.

От этой мысли к глазам неожиданно подступили слезы. Она быстро сделала еще глоток, чтобы исчез возникший в горле комок. Теперь в бокале оставалось совсем немного напитка.

Сделав последний глоток, Джулия ощутила, что ликер стал неожиданно горьким, и вздрогнула.

Наклонившись ближе к ней, Ник придвинул вплотную свой стул.

– Я давно хотел сказать вам, как прелестно вы выглядите без этих проклятых очков.

Хотя его близость и действовала ей на нервы, но приятное ощущение усталости унесло прочь всю досаду на него.

– Я бы очень хотела, чтобы они были у меня с собой сегодня, поскольку еле смогла разглядеть портрет.

– Меня удивило, как быстро вы определили, что позировала Тереза. – Голос Ника теперь звучал совсем близко от ее уха, его рука поглаживала ее плечо. – Редко мне достается такой достойный противник. – Он поднял ее руку и запечатлел медленный поцелуй на запястье.

Джулия знала, что следует отдернуть руку, но ей вдруг показалось, что рука налилась невероятной тяжестью. Она близоруко моргнула, глядя с почти посторонним интересом, как стакан с ликером выскользнул из ее руки.

Ник поймал его на лету.

– Вам, вероятно, не помешало бы освежиться, моя дорогая.

Да, это было именно то, что ей нужно: свежий воздух, чтобы развеять паутину, опутавшую ее мысли. Джулия попыталась встать, но колени подогнулись...

Ник крепко подхватил ее рукой за талию, и Джулия оперлась на него.

– Здесь так жарко! Я задыхаюсь...

– Держитесь за меня, дорогая, идти нам не слишком далеко.

Ей казалось, что он ведет ее по направлению к балкону, а бальный зал превратился в длинный темный тоннель. На нее смотрели какие-то лица, в ушах громким эхом отдавалось перешептывание окружающих. Джулия сосредоточилась на том, чтобы поочередно переставлять ноги, ставшие почему-то непослушными и тяжелыми.

Похоже, миновал целый час, когда в конце концов они дошли до балкона. Она ощутила свежий воздух, который быстро охладил тело сквозь тонкий шелк, но ясности в мыслях все не прибавлялось. Наоборот, голова стала еще более тяжелой, так что она была вынуждена прислониться к Нику, чтобы не упасть.

Все вокруг нее кружилось и мелькало.

– Господи, да что это со мной? – еле выговорила она. Джулия ощутила его дыхание прямо перед собой, когда он крепко обнял ее.

– Ничего страшного, обыкновенное снотворное.

Эти слова, явно означавшие для нее угрозу, прозвучали где-то вдалеке, но у Джулии не осталось сил ни на что большее, как только пробормотать несколько протестующих слов.

– Пойдемте, Джулия. – Его вкрадчивый голос раздался близко от нее. – Нам осталось пройти совсем немного. – Ник почти волоком повел ее через сад и дальше по тропинке к поджидавшему экипажу. В окружавшей их тишине в голове у нее гулко отдавался шум шагов, в то время как огни дома все дальше удалялись от них.

– Граф, – послышался из сада резкий голос. – Что вы здесь делаете?

Джулия различила женскую фигуру в серебристом платье и, присмотревшись, узнала кузину. Казалось, Тереза была в бешенстве.

– Я увожу жену моего кузена домой, – спокойно ответил ей Ник, как будто разговор шел о погоде или о том, чтобы поправить булавку на шейном платке. – Ей стало плохо.

Тереза окинула Джулию внимательным взглядом.

– Да она пьяна!

Он усмехнулся и неожиданно нежным жестом поправил волосы Джулии.

– Уходите, Тереза! Я знаю, что делаю.

– Похоже, это так, – фыркнула она. – И что вы собираетесь с ней делать дальше?

Ник пожал плечами, слегка задев лацканом сюртука щеку Джулии, потом повернулся к наемному вознице, который молча стоял в ожидании:

– Открывай.

– Слушаюсь, милорд.

Дверца открылась, и Ник, втащив свою спутницу в коляску, уложил ее на сиденье. У Джулии даже не было достаточно сил, чтобы держаться прямо, и голова ее бессильно опустилась на грудь. В темноте голоса казались ей неестественно громкими, отдаваясь в ушах с болезненной ясностью.

– Если вы увезете ее с собой, я расскажу об этом всем.

– Рассказывайте, кому вам будет угодно, Тереза. Я буду на полпути в Лэнгли еще до того, как вы дойдете до бального зала.

Тереза яростно взвизгнула:

– Лэнгли? Это там, где мы впервые...

– ...Где вы впервые поделились со мной своими трогательными воспоминаниями. Мой охотничий домик будет для этого как раз кстати. Это мое частное владение, расположенное в стороне от людских глаз; там нас никто не найдет.

В тишине послышались громкие рыдания.

– Будьте вы прокляты, Ник! Вы не можете так поступить со мной после всего, что я для вас сделала!

Он вздохнул.

– Вы имеете в виду вашу проделку с портретом? Это было, конечно, чересчур, но зато очень эффективно. Но как вам удалось уговорить такого труса, как Бентем, на такую отчаянную авантюру?

Рыдания внезапно прекратились.

– Это вас не касается.

– А по-моему, очень даже касается, – угрожающе произнес Ник.

– Вы обещали жениться на мне!

– Нет, моя дорогая. Это всего лишь иллюзия, которую создали вы сами. – Помолчав немного, Ник добавил: – Кроме того, я нашел другую, более соблазнительную добычу.

Джулия почувствовала, как его рука нежно погладила ее по щеке. На мгновение она даже обрадовалась, что слишком пьяна, чтобы ощущать нечто большее, чем просто безразличную смену ощущений, так как иначе она определенно была бы оскорблена.

Тереза пронзительно закричала, а затем последовала возня, закончившаяся звуком пощечины и истерическими рыданиями.

– Леди Франт слишком много выпила. Отвезите ее на бал и проводите к матери, – крикнул Ник своему кучеру, стоявшему поодаль. Не дожидаясь выполнения своего указания, запрыгнул в экипаж рядом с Джулией. Уложив к себе на колени, он прикрыл ее плащом, словно она была ребенком.

Вскоре после этого охватившее ее тепло и мерное покачивание экипажа погрузили Джулию в глубокий сон без сновидений.

Глава 29

– Вот вы где! – Голос Люсьена раздавался со стороны ступенек, ведущих на балкон.

Алек стоял у дерева, прислонившись к нему спиной, и пытался изобразить на лице полное безразличие к происходящему.

– Что вам нужно? – Прохладные струи фонтана охладили его злость, но оказались бессильны уменьшить боль, терзавшую его сердце.

Люсьен достал сигару и зажег ее; его глаза были суровы.

– Какого черта вы здесь делаете, оставив Джулию в таком положении?

Алек стиснул зубы.

– Она меня разозлила.

Злость, ярость, ревность... Черт, он испытал за этот вечер такие разнообразные чувства, на которые уже давно не считал себя способным. И все из-за того, что его жена любит другого. Эта мысль камнем давила его.

Люсьен недовольно хмыкнул.

– О да, у вас для злости очень веские причины. Ваша жена взяла на себя заботу о беспризорном ребенке, спасла молодую женщину от поругания, превратила вашу холостяцкую обитель в живой и полный жизни дом да еще потратила часть ваших денег на благотворительность. Я удивлен, как вы еще не требуете принести се голову вам на блюде.

– Вы не знаете и половины того, что знаю я. Она неисправимая, дерзкая и...

– И вы ее любите.

Боль в груди усилилась. Алеку пришлось глубоко вдохнуть, прежде чем он смог продолжить:

– Джулия не верит, что Ник имеет прямое отношение к этому последнему скандалу.

Герцог пожал плечами:

– Ничего странного. Я удивляюсь, как она до сих пор не нашла для него места в вашем доме. Если бы вам удалось разлучить его со спиртным, из него вышел бы неплохой дворецкий.

– Это совершенно не смешно!

– Да уж, смешного мало, – сухо обронил Люсьен. – Если бы вы видели лицо Джулии, когда бросили ее посередине зала, вы бы со мной согласились.

На мгновение Алека охватило раскаяние, но ему быстро удалось его подавить. Он не хотел причинить ей боль, но и не способен был смотреть на нее, не испытывая при этом смертельного жжения ревности. Именно поэтому он оставил ее посередине зала, словно какой-нибудь невежа или грубиян.

Чувствуя, как в сердце заползает ледяной холод, Алек провел рукой по волосам. Он понимал, что виноват, но у него не хватало смелости признать свои ошибки. Всю жизнь он представал перед окружающими эгоистичным и невоздержанным, гоняясь за пустыми удовольствиями, пока ему не повстречалась серьезная, полная жизни и очарования девушка из далекой Америки, которая верила, что может изменить мир.

Его пронзила острая горечь раскаяния. Он любил Джулию всеми силами души. До встречи с ней он и не подозревал, что такое вообще возможно, но теперь не было никакого смысла это отрицать. Он ее любит, а она, черт возьми, любит Ника, человека, который словно создан для того, чтобы все разрушать и делать всех несчастными.

Отвернувшись, Алек устремил в темноту мрачный взгляд.


За его спиной вновь послышался голос Люсьена:

– Что же такого ужасного совершила Джулия?

Алек заставил себя вновь повернуться к нему.

– Я дал слово моему деду...

– Черт побери, Алек, оставьте это наконец! Ваш дед, уверяю вас, только обрадовался бы, узнав, что вы влюблены в кого-то еще, а не только в самого себя. Думаю, он посчитал бы это первым шагом на пути к изменению вашего образа жизни.

Алек сердито взглянул на герцога. Что ж, возможно, Люсьен прав. Он вздохнул.

– Я знаю, вы обещали своему деду, что постараетесь сберечь наследство от Ника, – продолжал Люсьен, – но ваша жена важнее денег.

И опять он прав – Джулия для него и в самом деле важнее всего на свете.

– Я ей не нужен, Люс. Ей нужен Ник.

– Откуда вы знаете?

– Она при каждой возможности его защищает. Например, сегодня вечером она заявила, что Ник не имеет никакого отношения к истории с портретом и что это дело рук Терезы.

Люсьен сел на скамью рядом с фонтаном и устало вытянул ноги.

– Возможно, она права: Тереза имеет очень большое влияние на Бентема.

Внезапно один из близлежащих кустов ожил, и из него, шурша ветками и листьями, перед глазами изумленных приятелей предстал взволнованный Эдмунд.

– Слава Богу, вы здесь! – В его голосе явственно слышалась паника. – Джулия исчезла вместе с Ником! Тетя Мэдди сказала, чтобы вы немедленно шли к ней.

Алеку показалось, что в один миг весь мир опрокинулся вверх дном. Не успев еще полностью осознать случившееся, он стремительно промчался по дорожке парка и, ворвавшись в зал, принялся расталкивать окружающих, чтобы поскорее добраться до Мэдди.

– Черт возьми, Хантерстон, – прошипела леди Бирлингтон, когда он приблизился к ней. – Разве мой глупый племянник не сказал вам, чтобы вы не устраивали сцен?

– Где она?

Мэдди вздернула подбородок и внезапно стала выглядеть на свои семьдесят лет. Сжав трость худой узловатой рукой, она некоторое время собиралась с мыслями, затем, нахмурившись, произнесла:

– Этого мы не знаем. Ник проводил ее на балкон минут десять назад или чуть больше.

– Они вели себя, словно давние друзья, – добавил Эдмунд. – Он одной рукой держал ее за талию, а она опиралась на него, как...

Мэдди стукнула тростью так близко от ноги племянника, что он невольно подскочил.

– Ни слова больше! Я не потерплю в моей семье сплетников!

– Но, тетя Мэдди, я сам видел! Джулия прошла прямо рядом со мной и не сказала ни слова. Она выглядела...

Алек впился в Мэдди взглядом.

– Черт возьми, почему вы не остановили их?

Ее блестящие голубые глаза сверкнули.

– «Почему вы не остановили их»! Я уже не так молода, как когда-то. Пока я добралась до балкона, они уже исчезли.

– А потом Тереза... – Эдмунд замолчал и густо покраснел. – Но никто ей не поверил.

Алек схватил Эдмунда за лацканы сюртука и поднял его так, что он был вынужден встать на кончики пальцев.

– Никто не поверил чему?

– Тереза на весь зал кричала, что Ник ее обманул, хотя обещал на ней жениться. У нее случилась настоящая истерика. Она рыдала и говорила, что он увез Джулию в свой охотничий домик. – Эдмунд попробовал разжать руки Алека. – Вот и все, что она сказала, клянусь.

Внезапно осознав, что еще держит Эдмунда, Алек ослабил свою хватку.

– Прошу меня извинить.

– Что толку извиняться, – Эдмунд поправил смятый шейный платок, – когда все катится к чертям. Я беспокоюсь о Джулии и ничего не понимаю.

Люсьен поморщился.

– Вы думаете, Тереза не лгала?

Эдмунд кивнул:

– Скорее всего. Она так унижалась, так кричала... – Он покачал головой и серьезно добавил: – Алек, я думаю, это ловушка. Ник знает, что вы приедете за ней.

Пытаясь успокоить сердце, бешено колотившееся в груди, виконт холодно кивнул:

– Одно сражение мой кузен уже выиграл.

Он повернулся, собираясь уходить, но Люсьен удержал его за руку.

– Подумайте хорошенько, Алек! Не далее как сегодня вечером я слышал от Гренвиля, что у Ника большие денежные затруднения. Его положение просто отчаянное, поэтому ради наследства он пойдет на все.

Виконт отдернул руку.

– Ник не оставил мне выбора.

Сейчас он думал только о Джулии и молился, чтобы не оказалось слишком поздно.


Джулия медленно приходила в себя после долгого сна. В пересохшем горле чувствовалась странная горечь, голова страшно болела.

– Я уже начал думать, что вы никогда не проснетесь.

Моргнув, она посмотрела в ту сторону, откуда раздавался голос Ника. В свете камина перед ней смутно вырисовывалась высокая фигура с золотистыми волосами.

Джулия с трудом села на маленьком диване. Помимо тяжести, которую она ощущала во всем теле, ее движения стесняло узкое бальное платье.

– Вам не стоит пока вставать – действие снотворного еще не закончилось, – предупредил Ник.

Снотворное! В памяти возник ряд воспоминаний о вчерашнем вечере, а с ними и страх, который она раньше не могла ощутить из-за действия лекарства.

Джулия откинула голову на спинку дивана. Прежде чем что-нибудь предпринять, ей нужно собраться с мыслями.

Глубоко вздохнув, она внимательно осмотрелась. Комната с низким потолком, довольно широкая, была обставлена темной тяжеловесной мебелью и, судя по ее убранству, явно предназначалась для мужчины. В углу находился огромный каменный камин.

Ник гостеприимно взмахнул рукой.

– Добро пожаловать в мой уединенный охотничий домик. Он достался мне от матери по наследству.

– Очень приятное место. – Джулии показалось, что ее голос звучит, словно скрип старой несмазанной двери.

По его лицу пробежала хмурая тень. Подойдя к столу, Ник наполнил чашку из кувшина.

– Вот, выпейте.

Подозрительно взглянув на него, Джулия не выказала, ни малейшего желания взять чашку.

– Что это?

Ник улыбнулся и, прежде чем снова предложить ей чашку, сделал из нее большой глоток.

– Всего лишь вода, и ничего больше, уверяю вас.

Когда Джулия взяла чашку, ее рука задрожала даже от столь небольшого усилия.

– Со стороны вашей матери было очень любезно оставить вам такое приятное прибежище.

– Когда-то оно принадлежало одному пожилому дворянину. Я часто задаюсь мыслью о том, сколько раз моя мать оказывала ему услуги, известного рода, чтобы получить этот дом. Она была падшей женщиной, знаете ли.

Ник сказал это самым обычным голосом, но Джулия заметила, как в его голубых глазах мелькнула боль. Он походил на ребенка вроде тех, которых опекало их Общество: постоянно оскорбляемые и унижаемые в повседневной жизни, они становились дерзкими и безжалостными, не дорожили ни своей, ни чужими жизнями и использовали любой случай, чтобы узнать, на что они способны.

– Все же очень приятно, что вам достался этот дом.

Ник пожал плечами и оглядел комнату.

– Это все, что она мне оставила. – Его взгляд вернулся к Джулии. – Но мы здесь не для того, чтобы говорить о моей матери.

– Правда? – Джулия убрала с лица прядь волос. Не сдерживаемые заколками, се волосы свободно разметались по плечам. – А для чего же?

Она не видела выражения его глаз, но знала, что он следит за каждым ее движением.

– Может быть, я решил, что мне нужно не наследство, а вы.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22