Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Умереть, чтобы угодить

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Ховард Линда / Умереть, чтобы угодить - Чтение (стр. 15)
Автор: Ховард Линда
Жанр: Остросюжетные любовные романы

 

 


Наблюдательный пункт он выбрал тщательно: со стоянки у банка открывался отличный обзор, а если бы из машины ему было плохо видно, он всегда мог просто выйти — например, поправить дворники.

Как всегда, ему сопутствовала удача. Правда, томительное ожидание заставило его понервничать — да что они тянут, безмозглые мужланы? Но когда он уже был готов взорваться и уехать домой — в конце концов, он не обязан ждать вечно, — он увидел, как Сара вышла из здания через боковую дверь. С ней был какой-то мужчина — видимо, инспектор который провел ее к служебной стоянке. Репортеры высмотрели их и успели снять, как оба беглеца садятся в неприметную машину. Один из журналистов метнулся к своей машине и бросился вдогонку, но Тревор ловко рассчитал время, плавно влился на своем «ягуаре» в поток транспорта и оттеснил репортера от машины, в которой уехала Сара. Вдобавок еще несколько машин невольно повторили его маневр.

Тревор продолжал следовать за неприметной машиной, держась поодаль. Процесс слежки начинал ему нравиться.

Куда незнакомец везет Сару? В дом Ланкфордов? Вряд ли. Но другого дома у нее нет. Значит, к подруге или в отель. Хорошо уже, что ее не арестовали, только задержали, допросили и решили отпустить. Тревор не разбирался в подобных процедурах, но знал, что если бы Сару арестовали, то продержали бы в заключении до предварительного слушания, после которого либо отпустили бы под залог, либо нет.

Оставалось только выяснить, куда ее везут, а потом решить, как лучше связаться с ней. На этот раз она уедет с ним. В этом Тревор не сомневался.

— У вас есть какие-нибудь пожелания? — спросил спутницу инспектор Ахерн. — Насчет отеля?

— Мне все равно.

Ахерн растерянно повернулся к ней. К допросу он приступил, будучи почти убежденным в ее виновности. Но ее поведение и логические рассуждения помогли ему понять, что она не убийца. Обычно реакция допрашиваемых оставляла его равнодушным — он просто делал свое дело, принимая соответствующие меры, когда подследственные впадали в истерику или начинали швыряться чем попало. Но на этот раз все было иначе: поскольку Сара была подругой Кахилла, Ахерн относился к ней, как к своей.

— Лейтенант запретил Доку встречаться с вами, пока подозрения не будут сняты. Газетчики озвереют, если узнают, что вы жили с ним.

— Я с ним не жила, — равнодушно откликнулась Сара. Ахерн понял, что сморозил глупость, но не умолк.

— Поэтому Док и старается не попадаться вам на глаза. Так надо. Кстати, он весь день убеждал нас, что вы ни в чем не виновны. Он верит вам, Сара. Мы старались доказать ему обратное, но…

— Инспектор Ахерн! — перебила она.

— Что?

— Помолчите. — Она закрыла глаза.

Ахерна спас телефонный звонок. Широко раскрыв глаза, он выслушал все, что ему сообщили, и яростно выругался. Сара вздрогнула: судя по всему, на несколько секунд она задремала.

— Что такое?

— Еще одно убийство. — Он прибавил газу. — Если не возражаете, я отвезу вас в «Маунтин-Брук» — он здесь рядом. А меня срочно вызывают.

— Вот и хорошо.

Ахерн заволновался:

— Сара, все детали совпадают. Нам потребуется время, чтобы убедиться в этом, но можно с уверенностью сказать, что вы уже оправданы. Журналисты не станут вас беспокоить.

— Почему? — Она озадаченно покачала головой. — Кто?..

— Не знаю, мне назвали только адрес. Но убийство произошло недавно, несколько часов назад. Вы никак не могли совершить его. — Он сжал пальцы на руле. — Черт, только маньяка нам не хватало!

Возле отеля Сара обратилась к спутнику:

— Высадите меня и поезжайте. Я справлюсь сама. Думаю, теперь никому не придет в голову искать меня здесь. Телефон можно отключить, а ломиться в номер никто не посмеет. В свете последних событий ее роль изменилась: вместо главного подозреваемого она стала… но кем? Единственной свидетельницей, которой дважды крупно не повезло?

— Сделайте мне одолжение, — попросил Ахерн, — зарегистрируйтесь под вымышленной фамилией — например, назовитесь Джеральдиной Ахерн. Так зовут мою мать. Тогда нам будет проще найти вас.

— Хорошо, — согласилась Сара, совершенно не беспокоясь по этому поводу. Сейчас для нее ничто не имело значения. Она просто хотела остаться одна и уснуть.

Взяв сумочку, она выбралась из машины. Ахерн окликнул ее:

— Одежду вам привезут. Только никуда не уходите.

Провожая Ахерна взглядом, Сара опять подумала, что ей некуда идти. Да и машина осталась возле дома Ланкфордов. Ее вымотали долгие часы ожидания, даже послеполуденное солнце не могло согреть ее — озноб пробирал до костей. А если ее выгонят из отеля? Администратор наверняка смотрел новости по телевизору, а ее показывали во всех выпусках. Возможно, кто-нибудь даже решит, что она сбежала и по неизвестной причине решила поселиться в ближайшем отеле.

События уходящего дня обрушились на нее, вытягивая остатки сил. Сара пошатнулась и закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки.

— Мисс Стивенс! — послышался робкий голос. — Сара!

Удивившись, она открыла глаза и увидела перед собой мужчину, который показался ей знакомым. Но где они встречались, ей никак не удавалось припомнить. На его лице была написана озабоченность. Сара не слышала, как он подошел, даже не подозревала, что посторонний человек стоит совсем рядом.

— С вами все в порядке? — смущенно спросил он, и Сара вдруг все вспомнила. Субботний вечер. Один из гостей Ланкфордов.

— Мистер Денсмор?

Ему явно польстило то, что она запомнила его фамилию.

— Прошу вас, зовите меня Тревором. Господи, я думал о вас весь день! Это какой-то кошмар. Вы, должно быть, до смерти перепугались.

У Сары перехватило горло, она уставилась на собеседника. После всех сегодняшних испытаний первое же проявление сочувствия мгновенно обезоружило ее.

— В новостях передали, что полицейские подозревают вас, но это же абсурд! Вы просто не способны совершить преступление. Вы собираетесь на время переселиться в отель?

— Я… — Сара сглотнула. — Я туда еще не заходила.

— Тогда давайте зайдем вместе и выберем вам номер. Наверное, вы сегодня ничего не ели? Кажется, здесь есть кафе. Буду очень рад составить вам компанию.

Этот совершенно незнакомый человек доверял ей — в отличие от Кахилла. Осознав это, Сара опять пошатнулась, но заметила это, только когда мистер Денсмор поспешил поддержать ее.

— Дорогая, да вы на грани обморока! Пойдемте скорее. Как только вы перекусите, вам сразу станет легче.

Сара охотно подчинилась ему. Сейчас она не смогла бы позаботиться о себе и потому с облегчением доверила другому человеку право принимать решения. Вскоре они уже сидели в кафе, Тревор заказывал горячий чай и суп для нее, не ждал ответов на сочувственные замечания, создавал вокруг нее нечто вроде буферной зоны, оберегал, избавлял от необходимости сосредотачиваться. Целый день в памяти у нее прокручивались одни и те же сцены, ее преследовали пугающие мысли, а Тревор прогнал их. Слушая его, Сара позволила себе забыть о недавней трагедии, пусть даже ненадолго.

Мягко, но неумолимо он убедил ее перекусить. Саре было приятно видеть, как кто-то волнуется за нее. Она сумела съесть полтарелки супа и выпить горячего чая. Немного согревшись, она отметила, что в голове у нее по-прежнему царит туман, и удивилась, когда из этого тумана вдруг выплыла фраза мистера Денсмора.

— Вы по-прежнему предлагаете мне работу? — изумленно уточнила она.

Он вспыхнул, завертел в руках ложку, принялся помешивать чай, сахар в котором давным-давно растворился, а потом аккуратно положил ложку на блюдечко.

— Понимаю, я не вовремя, — произнес он. — Прошу меня простить. Я не хотел вас обидеть…

— Нет-нет, — торопливо перебила Сара, — это мне следует извиниться. Никак не могу сосредоточиться. Огромное вам спасибо за предложение, мистер Денсмор, но… это слишком рискованно. Как видите, прежних моих работодателей… — Она осеклась, не в силах продолжать; у нее задрожали губы.

— Вы тут ни при чем, — решительно заявил он. — Произошло ужасное совпадение. Недавно в новостях сообщили про еще одно убийство — вот доказательство вашей непричастности.

«Сегодня журналисты демонстрируют похвальную оперативность, если даже о последнем убийстве уже сообщили новостях», — устало подумала Сара. Наверное, все они переполошились, ловят переговоры полицейских, прослушивают звонки в службу 911, прибывают на место происшествия, опережая патрульные машины…

Погиб еще один человек. Ей следовало бы ужаснуться посочувствовать его родным, но она испытывала лишь чувство признательности.

— Мое предложение остается в силе, — продолжал Тревор с робкой улыбкой. — Ваши таланты произвели на меня неизгладимое впечатление, еще когда я впервые увидел вас по телевизору и потом, в прошлую субботу. Прошу вас, подумайте как следует. У меня большой дом, я предпочитаю иметь дело с приходящей прислугой, но постоянный надзор гораздо лучше. Я веду уединенную жизнь, в доме прекрасная система сигнализации…

Саре казалось, что в голове у нее вата. Только одна мысль была отчетливой: предложения работы на дороге не валяются, на этот раз найти место будет гораздо труднее, чем после убийства судьи. После того, что случилось с Ланкфордами, многие в городе сочтут, что она приносит горе. Мало кто согласится жить с ней в одном доме. Наверное, и мистер Денсмор отказался бы от своих планов, если бы не познакомился с ней раньше и не понял, что она за человек.

Искать новое место надо без спешки. Дать объявления в газетах Атланты, Палм-Бич, может, Нового Орлеана. Некоторое время пожить у родителей — конечно, если с нее не возьмут подписку о невыезде. А это еще большой вопрос.

Работа сама плыла к ней в руки, проще всего было принять предложение. У нее появится жилье и возможность хоть чем-нибудь занять себя. А когда она оправится от удара, станет прежней рассудительной Сарой, тогда и решит, как быть дальше.

— Буду откровенна с вами, мистер Денсмор. После всего случившегося мне не хотелось бы оставаться в городе. Я благодарна вам за предложение, и если вы согласитесь взять меня на работу временно…

— Конечно, — перебил он. — Я прекрасно понимаю вас. Но когда шумиха утихнет и вы увидите мой дом, то наверняка передумаете уезжать.

Сара глубоко вздохнула:

— В таком случае я принимаю ваше предложение.

Глава 26

Убитый, пятидесятишестилетний Джейкоб Ванетта, был президентом рекламного агентства. Он жил на Чероки-роуд и на пару с женой увлекался гольфом. В тот день он работал, был бодр и весел, когда подруга заехала за его женой после ленча — они собирались пройти все девять лунок в загородном клубе, потом выпить по коктейлю. Джейкоб помахал им с порога, его видела не только жена, но и ее подруга, а когда его жена вернулась домой после партии гольфа и порции джина, она обнаружила мужа распростертым у камина, с простреленной головой.

Оперативная группа нашла гильзу, закатившуюся под диван, и сразу отправила ее на экспертизу, чтобы выяснить, совпадает ли она с гильзами из дома Ланкфордов. Судя по отверстию, пуля была того же калибра, но эксперт пока не дал официального заключения. Очевидно, выстрел произвели так же, как два предыдущих. Миссис Ланкфорд пуля угодила между глаз, у остальных погибших раны находились ближе к левому виску — следовательно, убийца стоял слева от них и стрелял, держа пистолет в правой руке. Одинаковое относительное расположение преступника и его жертв могло быть чистой случайностью. А может, преступник-правша умышленно становился слева от жертвы, чтобы выстрелить беспрепятственно. Если бы он стоял справа, при стрельбе ему пришлось бы повернуться, и тогда жертвы могли бы успеть среагировать и уклониться.

Но убийца не дал им ни единого шанса. Погибшие и глазом моргнуть не успели — все, кроме Мэрилин Ланкфорд: она точно пыталась позвонить в полицию.

Джейкоб Ванетта был пышущим здоровьем, атлетически сложенным мужчиной. Если кто и должен был оказать сопротивление убийце, так именно он. Но Джейкоб пал, как и остальные. В комнате не обнаружилось ни опрокинутых стульев, ни сбитых ламп — ничего. Кроме свежего трупа.

Джейкоба убили, пока Сара находилась в полиции. О ее причастности к последнему преступлению не могло быть и речи, и поскольку Джейкоба и Ланкфордов явно убил один и тот же человек, журналисты на время забыли о Саре. Начальник полицейского управления сделал заявление, подчеркнув, что полиция заботилась о безопасности мисс Стивенс, но ни на минуту не подозревала ее. Это была откровенная ложь, но благодаря ей журналисты утратили всякий интерес к Саре.

Ахерн сообщил, что высадил Сару у отеля «Маунтин-Брук», посоветовав ей зарегистрироваться под именем его матери — Джеральдины Ахерн. Кахилл досадовал на то, что Ахерн не помог Саре устроиться в номере, но понимал, что ему было не до того. Когда миссис Ванетта в истерике позвонила в службу спасения, все полицейское управление было поднято по тревоге, а его сотрудники заметались, как пилоты истребителей, отражающие атаку бомбардировщиков.

Они изнемогали, пытаясь одновременно заниматься привычными делами и расследовать три убийства. Именно поэтому лейтенант Уэстер решил не отстранять Кахилла от дела Ланкфордов: специалистов в отделе было всего пять, Уэстер не мог пожертвовать ни одним из них. Что касается Кахилла, приказ держаться подальше от Сары пришлось отменить, поскольку он не обращал на него ни малейшего внимания. И все-таки он обрадовался, зная, что теперь не рискует схлопотать нагоняй.

Ближе к полуночи Уэстер понял, что его подчиненные окончательно вымотались. Отчеты экспертизы еще предстояло подготовить и изучить. Всех соседей и друзей уже допросили, отпустили по домам и, по выражению Нолана, начали «необратимо тупеть».

Весь день Кахилл думал о Саре. Внезапно спохватившись, он спросил:

— Ахерн, ты поручил кому-нибудь отвезти Саре одежду? Ахерн хлопнул себя по лбу и застонал.

— Черт, совсем забыл! — Он взглянул на часы. Два часа назад он звонил жене и уверял, что скоро будет дома.

— Я сам, — пообещал Кахилл.

Уэстер выслушал обоих и промолчал, и Кахилл понял, что его никто не станет удерживать.

— Может, не стоит? — заколебался Ахерн, поглядывая на него. — Выдержи хотя бы несколько дней…

— А вот это — ни за что.

Его так же клонило в сон, как и остальных, — и даже сильнее, поскольку прошлой ночью они с Сарой слишком увлеклись экспериментами с шоколадным сиропом. Однако Кахилл не собирался отказываться от встречи с ней перед сном. Сара вряд ли будет рада видеть его — и не только среди ночи, но и в любое другое время. Хуже не придумаешь.

Сначала он собрал ее одежду, рассудив, что в таком случае Саре придется встретиться с ним. Он сложил все до последней вещицы, обшарил шкафы и комоды, уверенный, что сюда Сара уже никогда не вернется. Она прожила в бунгало совсем недолго, но успела создать в нем особую атмосферу — с помощью книг, фотографий, коллекции дисков. Кахилл хотел собрать все сразу, но вспомнил, что в номере отеля коробки с вещами некуда деть, да и времени у него мало. Главное — отвезти Саре одежду, а остальное может подождать.

Он действовал быстро и точно, собирая туалетные принадлежности и косметику в ванной, вытаскивая белье из ящиков комода. Укладывать вещи было очень просто: у Сары они лежали аккуратными стопками. Наверное, еще не успели перепутаться в ящиках и на вешалках. Кахилл упрямо надеялся, что в один прекрасный день одежда Сары потеснит в шкафу его джинсы, и уже подумывал о просторной гардеробной. Он питал немало надежд, и все до единой были связаны с Сарой.

Наконец он перенес багаж в машину, выехал на шоссе и набрал номер сотового телефона Сары, но услышал, что абонент временно недоступен. Кахилл знал, что Сара постоянно держит телефон при себе, а на ночь ставит на подзарядку, поэтому дозвониться до нее можно в любое время. Недовольно хмурясь, он узнал в справочной номер отеля «Маунтин-Брук» дозвонился туда и попросил соединить его с Джеральдиной Ахерн.

Сара принадлежала к тем людям, которые просыпаются мгновенно, готовые к схватке, к пробежке, к приготовлению завтрака. Но в трубке уже слышался четвертый гудок, а Сара все не брала трубку. На шестом она взяла трубку, ее голос звучал тускло:

— Алло…

— Я везу тебе одежду, — сообщил Кахилл. — В каком ты номере?

Сара помедлила:

— Оставь внизу.

— Нет.

— Что?

Вот так-то лучше: голос немного изменился.

— Если хочешь получить одежду, впусти меня.

— Это шантаж?

Еще лучше. В голосе Сары уже слышалось возмущение.

— Если одежда тебе не нужна, я увезу ее к себе. Заедешь — получишь.

— Черт побери, Кахилл… — Сара осеклась и шумно выдохнула, сдерживая раздражение. — Хорошо. — Она назвала ему номер комнаты и бросила трубку.

Прогресс, несомненный прогресс. Кахилл не возражал против непродолжительной ссоры — лишь бы увидеться и поговорить с Сарой. Пока она согласна общаться с ним, пусть даже по необходимости, у него есть шанс.

В отеле он перегрузил вещи на тележку и покатил ее к лифту под бдительным взглядом администратора у стойки. Проходя мимо, Кахилл нарочно распахнул пиджак, сверкнув полицейским жетоном, и администратор отвернулся.

Должно быть, Сара стояла у двери, потому что открыла сразу, едва он успел постучать. Наверное, она услышала скрип колес тележки. Она уже протянула руку за сумкой, как вдруг заметила, что вещами нагружена вся тележка.

— Я привез все сразу, — объяснил Кахилл, понижая голос, чтобы не привлечь внимания других постояльцев. Ему чудом удалось вспомнить о правилах приличия: Сара открыла ему дверь, кутаясь в покрывало. — Решил, что ты больше туда не вернешься.

— Да. — Ее передернуло. — А как же…

— Остальное получишь потом. — Воспользовавшись ее замешательством, Кахилл взял два чемодана и шагнул вперед. Саре пришлось посторониться, пропуская его. Кахилл поставил чемоданы и повернулся за остальными вещами. Быстро разгрузив тележку, он вернулся в номер и закрыл за собой дверь. Сара сделала все возможное, чтобы обстановка не выглядела интимной, — зажгла все лампы, даже оправила постель.

Но одеться она не успела. Под покрывалом она была обнаженной. Интересно, понимает ли она, что этим выдает себя? В любом другом случае Кахилл ответил бы утвердительно, но после всего, что пережила сегодня Сара, понимал, что ей все равно.

Она покрепче вцепилась в покрывало и вскинула подбородок.

— Спасибо. А теперь уходи.

— Прямо девственница викторианской эпохи, защищающая свою честь, — усмехнулся Кахилл.

Сара по-прежнему была бледна, ее лицо выглядело осунувшимся, но после его слов она зло прищурилась и слегка покраснела. А она неплохой стратег, подумал Кахилл: заподозрив, что он намеренно злит ее, она сдержала возмущение.

— Уходи.

Он шагнул к ней. Если повезет, она разозлится и бросится на него с кулаками. Но для этого ей понадобится избавиться от покрывала.

— Попробуй выгони.

— И не подумаю. — Сара покачала головой. — Если понадобится, я позвоню твоему начальству и обвиню тебя в домогательствах. Все кончено. Ничего у нас не вышло. Конец истории.

— Нет, — не согласился он. Однажды Шеннон сказала. что он мог бы давать уроки упрямства, и не ошиблась. — Сара, я люблю тебя.

Она вскинула голову, в ее глазах блеснула ярость.

— Нет. Не любишь.

Он прищурился:

— Мне виднее.

Сара шагнула к нему, придерживая покрывало одной рукой и указывая на него пальцем.

— Ты даже не знаешь, кто я такая! — гневно выпалила она. — Если бы знал, ты обращал бы на меня внимание, не только когда тебе хотелось потрахаться, и никогда, ни на одну секунду не поверил бы, что я убила человека — да не кого-нибудь, а Мэрилин, которую я искренне любила! — У нее задрожал подбородок. — И судью я тоже любила, — дрогнувшим голосом добавила она, стараясь не расплакаться. — Но любить можно только того, кого знаешь, а я для тебя — чужой человек.

Теперь дрожал не только ее голос: ее всю била крупная дрожь. У Кахилла в груди что-то сжалось. Слова Сары больно задели его: ему не понравилось ни выражение, которое она выбрала, ни то, что оно подразумевало. Да, они занимались страстным, бурным, приземленным сексом. Но это был не только секс. Они предавались любви, а не трахались.

Сара вдруг сжалась и метнулась к нему. Выругавшись, Кахилл подхватил ее, прижал к себе, без труда отразив попытку ударить его в грудь. Сара безудержно и горько разрыдалась.

Кахилл сел на кровать и усадил ее к себе на колени, шепча слова утешения и упрекая себя за то, что не сделал этого утром. Сара цеплялась за его одежду, покрывало сползло с ее груди. Кахилл сбросил пиджак и снова прижал к себе Сару.

Он упал на постель, уложив Сару на спину, приподнялся над ней и окончательно убрал мешающее покрывало. Плачущая Сара попыталась удержать покрывало, но он отстранил ее руку, одновременно целуя ее, поглаживая обнаженную грудь и скользя вниз, до нежных складок.

Ее губы были солеными от слез. Дерзкие ласки сначала вызвали у нее протест, но прошло несколько секунд, и она сама прильнула к нему и обвила его шею рукой. Кахилл лег между ее ног, направляя орудие в цель. Внутри было недостаточно влажно, поэтому он проник туда не сразу.

Сара всхлипнула и затихла, глядя на него сухими глазами.

Кахилл плавно задвигался у нее внутри. Обычно Сара откликалась на любое его движение, не отставала от него ни на тренировках, ни в любви, но сейчас была уязвима и беспомощна. Возможно, он совершил ошибку, набросившись на нее именно сейчас, но он не мог придумать другого способа разрушить возникшую между ними стену. Он спешил вновь создать плотские узы — не просто секс, а единство двух тел, самое древнее утешение и надежное спасение от одиночества.

Если бы понадобилось, он утешал бы ее всю ночь. Чувствуя приближение оргазма, он останавливался, некоторое время лежал неподвижно, а потом неторопливо возобновлял движения. Он постоянно целовал ее, ласкал, уверял, что любит, надеясь услышать ответное признание. Никогда прежде он не сосредоточивался на женщине так, как сейчас на Саре, замечая каждый глубокий вздох, взмах ресниц, шевеление ног. Таким наблюдательным и ласковым он еще никогда не был. Он понимал, что от этого зависит, выживет ли их любовь.

Прошло немало времени, прежде чем Сара наконец приподняла бедра и впилась пальцами в плечи Кахилла. Он не торопился, наслаждаясь игрой ее мышц. У основания ее шеи судорожно забилась жилка, соски набухли и порозовели. Все маленькое, подтянутое тело напряглось, начало отвечать на каждый удар. Сара вскинула ноги и обвила ими талию Кахилла, словно пытаясь удержать его. Она склонила голову набок и издала протяжный стон. Он продвинулся глубже и почувствовал ее готовность. Он сам был готов излиться каждую минуту и не выдержал, как только ее мышцы в первый раз с силой стиснули его. Сдерживаясь и продлевая ее удовольствие, он таял, как воск.

Сара лежала под ним, тяжело дыша, слезы выкатывались из уголков ее глаз, сбегали по вискам и терялись в волосах.

— Не может быть… — хрипло выговорила она.

Кахилл приподнялся на локте и вытер большим пальцем ее мокрую щеку.

— Если бы я мог, я бы отменил этот день, — сказал он. — я очень виноват перед тобой. Дело не в том, что я полицейский: после того как я сглупил, доверившись Шеннон…

— Я не твоя бывшая жена! — яростно выкрикнула она и оттолкнула его. — Мне плевать, что она натворила. Убирайся, твой жетон царапает мне живот!

Черт! Он перекатился на бок. Снять кобуру он тоже не успел. Хорошо, что Саре не пришло в голову выхватить пистолет и пристрелить его.

Она резким движением села на постели и уставилась на него мокрыми глазами.

— Вот что я тебе скажу, — заговорила она. — Ты дал мне жестокий урок. Раньше в аду станет холодно, чем я поверю… — Она оборвала себя и устало вздохнула. — Ну вот, теперь я заговорила совсем как ты.

Он поднялся и направился в ванную, где привел себя в порядок и застегнул брюки. Сара тоже встала, не обращая внимания на свою наготу. Они мылись, стоя рядом и встречаясь взглядами в зеркале.

— Я люблю тебя, — сказал он. — Как прежде.

У нее поникли плечи.

— И я тоже. Но думать об этом пока не хочу.

— Я подожду. — Он провел ладонью по ее голове. — Сколько понадобится. Только не руби сплеча. Не принимай поспешных решений. Поживем — увидим, что будет дальше.

Сара посмотрела на него в зеркало и обреченно вздохнула:

— Хорошо. Если бы во мне не осталось любви, я не впустила бы тебя сегодня… Только не торопи меня, ладно? Дай хоть немного прийти в себя.

Кахилл вздохнул. Ему казалось, что он выиграл в лотерею или избежал казни. Сара поморщилась.

— Кстати, одно поспешное решение я уже приняла. Я нашла новую работу.

Кахилл оцепенел.

— Что?.. Как? Когда?

— Здесь. Встретила знакомого, он предложил поработать у него. Сразу же, не сходя с места. Я согласилась.

— Как его зовут?

— Тревор Денсмор. — Ее голос прозвучал устало, временный прилив энергии завершился.

Этого имени Кахилл не помнил.

— Ты никогда не говорила о нем.

— Ты не спрашивал.

— Тогда почему же ты сразу приняла его предложение?

— Чтобы спрятаться, — откровенно призналась она.

Глава 27

На следующее утро Сара проснулась от ноющей боли во всем теле. Она лежала в постели, стараясь придумать, ради чего стоило бы встать. Ночью она спала крепко, но теперь чувствовала себя такой же измученной, как вчера вечером. Да еще этот ночной приезд Кахилла…

Вчера она отправила его домой. Он не хотел уезжать, но на этот раз своего не добился. У Сары он забрал ключи от машины, чтобы доставить ее на стоянку отеля. Сара подозревала, что он сделает это собственноручно, чтобы загладить вину, и не знала, радоваться ей или плакать. Наверное, все сразу.

Ей по-прежнему не верилось, что вчера она занималась с Кахиллом любовью — после всего, что случилось. Но он был сокрушительно нежен, а она нуждалась в ласке. Его тело было горячим, запах — привычным, вселяющим спокойствие, она так хорошо знала рельеф его тела, шероховатость подбородка, форму пальцев на ногах. Больше всего она мечтала свернуться клубком в его объятиях и уснуть, потому и не стала сопротивляться.

Никогда прежде он не был таким нежным и внимательным. Сара уснула, чувствуя, как ее тело медленно покидает возбуждение. А проснулась от боли: казалось, все ее мышцы свела судорога.

Чертыхнувшись, Сара с трудом подавила желание перекатиться на живот и зарыться в подушку. У нее начались месячные — вот откуда взялась эта боль. Точно в срок, как всегда. Но вчерашние события заставили ее забыть обо всем.

Застонав, она поднялась. Хорошо, что вчера Кахилл привез ей все вещи, иначе сейчас она очутилась бы в затруднительном положении. Отыскав в чемоданах и сумках все необходимое, она направилась в ванную, принять горячий душ.

Ей требовалось хоть чем-нибудь занять себя, но занятий не находилось. После смерти судьи Робертса все было иначе: она знала его родных, привыкла к ним, они ей доверяли. А с дочерями Ланкфордов, Бетани и Меррил, она ни разу не виделась. Она искренне сочувствовала им, но понимала, что для них она чужой человек, которого вряд ли попросят о помощи. Да и она сама на этот раз никому не в силах помочь. Она слишком опустошена и измучена.

Мытье утомило ее, но ей захотелось не спать, а поговорить с близким человеком. Вытащив из сумочки телефон, Сара набрала мамин номер.

— А, привет, дорогая! — откликнулась ее мать необычно взвинченным голосом.

Сколько Сара помнила себя, ее мама была воплощением спокойствия и организованности. Она сразу насторожилась.

— Мама, что случилось?

К ее ужасу, мать разразилась слезами, но почти сразу взяла себя в руки. Сара уже не знала, что и думать.

— Мама!

— Я не хотела говорить тебе, но вчера ночью папе стало плохо. Заболело в груди. Мы провели ночь в больнице. Его обследовали и выяснили, что это не сердечный приступ…

Сара перевела дыхание и села.

— А что же?

— Не знаем. Боль немного утихла, хотя не прошла, но держится он молодцом. Сегодня ему предстоит новое обследование. — Мама вздохнула. — Наверное, я перепугалась только потому, что привыкла видеть его здоровым. Вчера, когда вдруг стал таким беспомощным, я совсем растерялась.

— Я могу прилететь дневным рейсом… — начала Сара и осеклась, не зная, разрешат ли ей покинуть город. Что говорил ей Кахилл после убийства судьи Робертса? «Никуда не уезжайте из города». Но с нее уже сняты подозрения. Вдруг она вспомнила про мистера Денсмора и застонала: вместо ездки к родителям ей придется приступить к новой работе.

— Не вздумай! — заявила ей мать. — Это не инфаркт и не инсульт. Какой смысл нестись сюда сломя голову из-за сильно приступа изжоги? Если сегодня что-нибудь выяснится, позвоню тебе.

— А может, я все-таки приеду?

— Это ни к чему. И хватит об этом. Как у тебя дела на новой работе?

Саре безумно хотелось выплакаться на мамином плече, но обременять ее в такой день она не решилась.

— Привыкаю, — объяснила она. — Кстати, запиши мой новый номер.

— Мне казалось, Ланкфорды тебе понравились.

Так и было. У Сары перехватило горло.

— Дело в том, что им пришлось неожиданно уехать, а мне искать новую работу, — придумать более убедительную ложь она не успела.

— В жизни всякое случается. — Как жена военного, мать Сары привыкла к кочевой жизни. — Я уже взяла ручку. Диктуй номер.

Сара записала этот номер вчера вечером. Открыв блокнот на нужной странице, она продиктовала матери несколько цифр.

— Я не расстаюсь с сотовым телефоном, но мне хотелось предупредить тебя о новой работе — на всякий случай.

— Постарайся устроиться поудобнее. С папой все будет в порядке — он уже сейчас ворчит, что никакое обследование ему не нужно. Наверное, придется насильно тащить его к врачу.

— Обязательно позвони мне, ладно? В любом случае.

— Позвоню.

Повесив трубку, Сара долго сидела неподвижно, пытаясь справиться с приступом тревоги. Ничего предпринять она не могла, по крайней мере, пока; сначала следовало позаботиться о себе — на случай если ее помощь вдруг понадобится родителям.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18