Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хомка

ModernLib.Net / Юмористическая проза / Каганов Леонид Александрович / Хомка - Чтение (стр. 1)
Автор: Каганов Леонид Александрович
Жанр: Юмористическая проза

 

 


Леонид Каганов

Хомка

Стасик вращал карандаш долго. Резинка натягивалась, скручиваясь в штопор, а затем появился и первый барашек. Руки устали. Сосед по парте, вредный толстяк Женя Попов, искоса наблюдал за приготовлениями. «Если сейчас зачешется нос, — подумал Стасик, — я никак не смогу его почесать». В тот же миг нос действительно жутко зачесался. Но приходилось терпеть и крутить карандаш, придерживая свободной рукой линейку. Нос чесался нестерпимо. «А вот Майор Богдамир бы вытерпел!» — думал Стасик, сжимая зубы. Когда Ольга Дмитриевна перешла к разбору третьей задачи, резинка уже целиком покрылась барашками и катапульта была готова.

— Подержи линейку минуточку, — шепнул Стасик.

— Чтоб вместе с тобой выгнали? — Женя отвернулся.

— На перемене в лобешник получишь, — пригрозил Стасик.

Женя Попов ничего не ответил. Пришлось прибегнуть к шантажу.

— Скажу Ольге Дмитриевне, что ты копался в ее столе…

— Я не копался! — возмутился Женя Попов.

— А я скажу, что копался.

— Так нечестно!

— Зато интересно.

На Женю Попова было жалко смотреть. Но все-таки он еще колебался. Тогда Стасик набрал в легкие воздуха и поднял подбородок, словно собираясь привстать за партой и сделать громкое заявление. Это подействовало.

— Где подержать? — торопливо прошептал Женя.

Стасик кивнул на свободный конец линейки. Женя воровато оглянулся на Ольгу Дмитриевну, заливающуюся соловьем у доски, отодвинул перо с планшетом и прижал линейку локтем. Теперь можно было отпустить пальцы и почесать нос. Стасик нагнулся под парту и вытащил из ранца хомку. Словно чувствуя неладное, хомка тревожно водил пушистым носиком и шевелил всеми своими лапами. Стасик аккуратно посадил его в бумажную корзинку катапульты. Хомка не сопротивлялся.

— Руженко, ты чем занят? — недовольно гаркнула Ольга Дмитриевна, всматриваясь в дальний угол класса.

— Записываю, — торопливо сказал Стасик.

— Что ты там записываешь? — проскрипела Ольга Дмитриевна самым противным тоном, каким только умела. — Ты решил уравнение?

— Решаю…

— Выходи и решай на доске!

Стасик посмотрел на Женю, виновато пожал плечами и отправился к доске. Женя остался за партой, не в силах пошевельнуться. Локоть его держал взведенную катапульту. В глазах застыло страдание.

На экранной доске красовались развалины уравнения. Стасик взял из рук учительницы еще теплый магнитный маркер и остановился в нерешительности.

— Где у нас переменная? — проскрипела Ольга Дмитриевна.

Стасик нерешительно ткнул маркером в нижнюю строчку.

— Руженко, я тебя оставлю на второй год! Покажи мне числитель?

Стасик замялся, указал на верхнюю часть строки, но по брезгливому лицу Ольги Дмитриевны понял, что снова не угадал.

— Кто поможет? — проскрипела Ольга Дмитриевна, оглядывая притихший класс. — Сосед поможет. Попов?

— Числитель справа! — испуганно сказал Женя Попов.

— Для ответа положено вставать!

— Извините, — пробормотал Женя, но не встал. — Числитель справа, икс минус тридцать два…

— А ну встань когда разговариваешь с педагогом!!! — рассвирепела Ольга Дмитриевна.

Все обернулись на Женю, и наступила тишина. Женя вздохнул и медленно, обреченно поднялся. Освободившаяся линейка со свистом распрямилась и завибрировала с дробным стуком. Хомка взмыл под потолок, перелетел через весь класс, с размаху хлопнулся в тяжелую штору и повис на ней под самым потолком, испуганно уцепившись всеми шестью лапками. Примерно так и планировал Стасик, но не в такой же момент… В солнечных лучах вокруг шторы закружились пылинки. Хомка глянул вниз и заверещал. Под ним на шторе расползалось мокрое пятнышко — видимо от страха. Класс взорвался хохотом.

Ольге Дмитриевне пришлось трижды стукнуть указкой, прежде чем наступила тишина.

— Попов, забирай своего хомку, собирай вещи и вон за дверь! — рявкнула она.

Повисла напряженная пауза. Стасик потупился. Ему вдруг представился Майор Богдамир — суровый и нахмуренный. Одна могучая ладонь была картинно заведена за спину, другая крепко сжимала рифленую рукоять атомного нагана, висящего на поясе. Воротник скафандра был небрежно распахнут, обнажив могучую жилистую шею. Глаза-лазеры сверлили курточку Стасика, пуговицы плавились и капали на линолеум. «Я Майор Богдамир, часовой Галактики! — прохрипел Майор Богдамир, — А ты трус и мерзавец! Ты хуже злодея Пакстера!» Видение исчезло. Стасику было очень стыдно. Он вздохнул и поднял голову.

— Ольга Дмитриевна, это сделал я! Это мой хомка.

— Значит оба вон за дверь! — с той же интонацией рявкнула Ольга Дмитриевна. — Руженко — завтра с родителями. А со следующего урока я тебя пересажу. Ты будешь сидеть… — она оглядела класс, — Будешь сидеть с Перепелых!

— С девчонкой я сидеть не буду, — твердо заявил Стасик.

Анна-Мария Перепелых фыркнула, гневно качнув челкой. Всем своим видом она показывала, как ей отвратительна мысль сидеть за одной партой с Руженко.

— Руженко, ты еще здесь?! — Ольга Дмитриевна смерила его взглядом, словно только сейчас заметив. — Собрал вещи и вон из класса!

* * *

Стасик отодвинул свой стул как можно дальше, сел вполоборота и первую половину урока демонстративно глядел в другую сторону. Анна-Мария тоже его не замечала. Но делать было нечего. Поэтому Стасик все-таки сел ровно, взял линейку и положил ее поперек парты.

— Это граница, — сказал он. — Здесь моя территория. Там — твоя.

— И подавись. — Анна-Мария копошилась в небольшой коробочке и не обращала на Стасика никакого внимания.

— Граница охраняется! — предупредил Стасик. — Зайдешь на мою территорию — щелбан!

— Чего ко мне пристал, влюбился что ли? — шикнула сквозь зубы Анна-Мария.

— Сама ты дура! — возмутился Стасик и снова надолго отвернулся.

Но вскоре ему наскучило сидеть без дела. Он искоса глянул на Анну-Марию и немного подвинул линейку в ее сторону. Та ничего не заметила — она копалась в коробочке. Стасик еще чуть-чуть подвинул линейку в глубь вражеской территории и снова выжидательно глянул на Анну-Марию. Только сейчас Стасик заметил, чем она занимается. Анна-Мария сосредоточенно разглядывала хомку внутри клетки-коробочки. Хомка был красивый — белое пузо, голубая шерстка, четыре лапки и два белых крыла, покрытых тонкими перышками.

— Он у тебя летает? — удивился Стасик.

Анна-Мария ничего не ответила. Она чесала мизинцем хомку между крыльями, а на глазах ее были слезы. Хомка вяло шевелил лапками и все норовил свернуться клубком, уткнувшись носом в пузо.

— Куклится. — убежденно констатировал Стасик. — Вон сонный какой!

— Ему всего два месяца! — всхлипнула Анна-Мария.

— Иногда они куклятся раньше, — сообщил Стасик с видом знатока.

Анна-Мария тихо вздохнула, закрыла коробочку и уронила голову на руки.

— Куклится! Куклится! Куклится! — поехидничал Стасик. — Дашь скушать? Или сама съешь?

Анна-Мария тихо подергивалась, и Стасик понял, что она плачет.

— Ну ладно, ладно тебе… — сказал он примирительно. — Подумаешь, хомка. Еще сделаешь.

Анна-Мария подняла голову. Сквозь челку смотрели заплаканные глаза.

— Больше такого никогда не получится! — всхлипнула она. — Я код не сохранила!

Настал миг триумфа. Стасик гордо выпрямился, прищурился и произнес, стараясь подражать Майору Богдамиру:

— Не бойся, ты со мной! Я подберу тебе код!

— Как? — глаза посмотрели из-под челки с надеждой.

— Запросто, — кивнул Стасик. — Увидишь.

— Как?

— Возьму у хомки капельку слюны и запихну в инкубатор. В слюне плавают клетки этого… эпителия. В каждой клетке — код.

— Так не получится!

— Это на твоем не получится. А на моем получится!

— У меня инкубатор седьмого поколения! — обиделась Анна-Мария. — Мне папа привез из Кореи!

— Вот потому и не получится. — усмехнулся Стасик.

— Руженко! — рявкнула Ольга Дмитриевна. — Ты и здесь отвлекаешься? Перепелых, прекрати с ним разговаривать! Воркуют как два голубя на скамейке!

Класс захихикал.

— Жених и невеста! — раздалось с дальнего ряда.

Раздался новый взрыв хохота.

— Сейчас детей нарожают!

Снова грохнул хохот. Стасик почувствовал, как багровеют уши. Он был готов провалиться сквозь землю.

— Попов, закрой свой поганый рот! — Ольга Дмитриевна яростно постучала указкой. — Я никого здесь не держу! Кому не интересно — могут выйти из класса. К директору!

Снова воцарилась тишина. И в тишине прищуренный взгляд Ольги Дмитриевны еще долго ползал по классу — как лазерный прицел на атомном нагане Майора Богдамира. Убедившись, что дисциплина восстановлена, Ольга Дмитриевна повернулась к доске и заскрипела магнитным маркером.

«Ты правда сможешь сделать такого же хомку?» — написала Анна-Мария на своем планшете и подвинула его Стасику. Тот гордо выпрямился и написал: «Все могу!!!»

«А можешь сделать, чтобы он не куклился через три месяца?»

«Могу!!!»

«Как??? Научи!!!»

«Потом!!! Она на нас смотрит!!!»

— Перепелых и Руженко! Что вы там планшетами меняетесь? — загрохотало у доски. — Руженко, встань и повтори, о чем я сейчас рассказывала?

* * *

Из школы они вышли вместе. Стасик бегал вокруг Анны-Марии и пинал пластиковую бутылку от минералки.

— Я космический нинзя Майор Богдамир! — кричал он. — Бдыщ! Бдыщ! Бдыщ!

— Прекрати скакать, — морщилась Анна-Мария. — Ты правда можешь сделать бессмертного хомку?

— Я владыка добра Майор Богдамир! — кивнул Стасик. — Я всегда там, где меня кликают о помощи! Пара пустяков! Скачиваешь из Сети свежую прошивку для инкубатора — и делов!

— А где скачиваешь?

— А места надо знать!

— И для моего инкубатора тоже есть?

— Это надо разбира-а-аться… — важно произнес Стасик с интонациями отца.

— Поможешь?

Стасик пожал плечами, размахнулся и пнул бутылку далеко вперед по дорожке.

— Я Майор Богдамир, дистрибьютор добра, — повторил он. — Я всегда там, где меня кликают о помощи!

— Мне не нравится сериал про Богдамира. — поморщилась Анна-Мария. — Мне нравится про фею Элизабет.

— Фея Элизабет дура и поет нудные песни! — тут же заявил Стасик.

— Сам дурак, — огрызнулась Анна-Мария.

Они пошли молча и дошли до самых гаражей. Вдруг из щели наперерез выскочил Женя Попов со своими друзьями — веснушчатым Белкиным и рослым второгодником Кузей. Стасик и Анна-Мария остановились.

— Тю! — сказал Кузя с деланным удивлением. — Жених и невеста!

— Сам жених и невеста! — обиделась Анна-Мария. — Уже поболтать нельзя!

— Тише, пацаны, они сейчас поцелуются! — предположил Женя.

— И детей нарожают! — захохотал Белкин, дурашливо помахивая ранцем.

— Попов, а в лобешник? — грозно спросил Стасик, обращаясь только к Жене.

— Рискни, — ухмыльнулся Попов, но на всякий случай оглянулся на Кузю и Белкина.

Кузя и Белкин вразвалочку подошли ближе и обступили парочку с обеих сторон.

— Бежим быстрей! — Анна-Мария дернула Стасика за рукав, но тот медленно покачал головой.

— Майор Богдамир не умеет отступать! — сказал он гордо.

— Иди домой, Перепелых, — мотнул головой Женя. — У нас к Руженко разговор. Охамел, Руженко?

Он размахнулся и ткнул Стасика в плечо. Стасик отлетел на метр и упал на одну коленку. Женя подошел ближе. За ним подтянулись Кузя и Белкин.

— Ну что, Руженко, кому ты здесь в лобешник дать собирался?

Стасик медленно поднялся, вынимая руку из-за пазухи. Из сжатого кулака торчала мордочка хомки. Стасик слегка сжал кулак и хомка заверещал, обнажая два острых зуба.

— А ну стоять!!! — неожиданно рявкнул Стасик. — Подойти сюда!!!

Женя Попов вздрогнул.

— Пацаны, он нас своим хомкой пугает! — захохотал Белкин, но под суровым взглядом Стасика умолк.

— А ну подойди! — зашипел Стасик, надвигаясь на Женю и размахивая сжатым кулаком. — У моего хомки зубы от болотной гадюки! Три часа кровавого поноса, судороги и смерть!

Ноги Жени чуть подогнулись, он остолбенело раскрыл рот и как завороженный следил за раскачивающимся кулаком, из которого торчали два белых зуба. Ему даже казалось, что с них во все стороны капает яд. Быстрее всех среагировал Белкин.

— Пацаны, тикай! — сдавленно крикнул он и первым бросился в щель между гаражами.

Следом метнулся Кузя. Женя наконец пришел в себя, развернулся, вытянул вперед руки и с жалобным воем бросился за друзьями.

Стасик мстительно посмотрел им вслед, разжал кулак и подул на хомку, разглаживая шерстку. Бережно сунул его за пазуху, и только тогда оглянулся на Анну-Марию. В ее глазах светилось неподдельное восхищение.

— Я Майор Богдамир, часовой галактики, — напомнил Стасик, почесывая ушибленную коленку. — Бдыщ! Бдыщ! Бдыщ!

И они пошли дальше.

— А ты его не боишься носить в кармане? — наконец произнесла Анна-Мария.

— В смысле?

— Ну, он тебя не укусит? Ядовитыми зубами?

— У него обычные, крысиные. Это я наврал… — нехотя объяснил Стасик и, видя недоуменный взгляд Анны-Марии, пояснил. — Я прошлому хомке по правде хотел от гадюки сделать! Даже скачал из сети генокод. Потом думаю — что я, больной?

* * *

Инкубатор седьмого поколения поражал великолепием — черная полусфера, напоминающая перевернутый котелок, блестела новеньким пластиком. По переднему краю тянулась вереница кнопок, а над ними располагался даже экранчик для непонятных цифр.

— Обалдеть! — сказал Стасик, подходя к компьютерному столику и восхищенно прикасаясь пальцем к черной полусфере.

— Седьмого поколения, — напомнила Анна-Мария и махнула рукой в сторону детской. — Пойдем, покажу своих хомок? У меня их двадцать три! И с крыльями, и с жабрами, и с рожками, и…

— Инструкция есть? — перебил Стасик, не сводя глаз с инкубатора.

— Есть. — Анна-Мария привстала на цыпочках, развернулась и начала копаться в шкафу. — И на английском, и на русском…

— Совсем новый… — восхищенно вздохнул Стасик и подковырнул ногтем целлофановый квадратик пленки, закрывающей экранчик.

— Ай! Что ты делаешь?! — взвизгнула Анна-Мария. — Приклей на место!

— Уже не приклеится. Ты его что, продавать собралась?

— Дурак! — взвизгнула Анна-Мария. — Испортил!

— Мой инкубатор вообще без экранчика и без кнопок. И ничего, пашет!

— Ты испортил! — топнула ногой Анна-Мария.

— Не испортил, а подготовил к серьезной работе, — строго сказал Стасик и протянул ей квадратик пленки. — Спрячь, если так надо.

Анна-Мария долго разглядывала пленочный квадратик, а затем бережно засунула в карман кофты. Стасик тем временем сосредоточенно листал инструкцию.

— Ну, не знаю, что тут за седьмое поколение, — проворчал он наконец. — По-моему, ничем от моего не отличается…

— Отличается! — топнула ногой Анна-Мария. — Отличается, отличается!

— И чем отличается?

— Всем отличается!

— Ты ж мой не видала?

— Все равно отличается! У моего кнопок больше!

— На фиг они нужны? Температуру инкубации руками регулировать? Так ее надо из компа выставить один раз и забыть!

— У моего объем камеры два килограмма!

— И подумаешь! — сказал Стасик огорченно. — А смысл? Страусиные яйца закладывать будешь?

— И буду! — сказала Анна-Мария.

— Ну и на здоровье, — сказал Стасик примирительно. — Давай в Сеть залезем, поищем к нему прошивку!

— Папа не разрешает включать комп.

— Чего-о-о? — удивился Стасик. — Это разве не твой комп?

— Не мой. Папин.

— Комп папин, а приставка в нему — твоя?

— Инкубатор тоже папин… — потупилась Анна-Мария.

— В лобешник такому папе, — сказал Стасик.

— Не смей так говорить! — обиделась Анна-Мария. — Мой папа хороший!

— На большой мешок похожий!

— Не смей так говорить! — Анна-Мария гневно топнула ножкой. — Папа сказал, когда мне будет десять лет, он разрешит пользоваться компом.

— Десять лет? — изумился Стасик. — Это ж ты совсем старухой будешь!

— Не буду, не буду! — топнула Анна-Мария.

Стасик задумчиво цыкнул зубом.

— Ну и как хочешь. Я пошел, — буркнул он и поднялся, с тоской поглядывая на аппарат. — Моделируй своих хомок со своим папочкой…

— Подожди! — схватила его за рукав Анна-Мария. — Давай просто подождем папу?

— И вместе с папой будем качать пиратские прошивки?

— А они пиратские?! — в глазах Анны-Марии мелькнуло страшное разочарование.

— Нет, знаешь, школьные!

Стасик высунул язык и скорчил такую рожу, что Анна-Мария поняла: прошивки не просто пиратские, а самые настоящие бандитские, за которые взрослых людей сажают в тюрьму или в монастырь, а потом рассказывают об этом в вечерних новостях. Она беспомощно посмотрела на инкубатор, затем на Стасика, затем снова на инкубатор.

— А тебе точно нет десяти лет? — спросила она с надеждой.

— Я тебе не Кузя! — обиделся Стасик.

— Я обещала папе не включать без него комп… — опустила глаза Анна-Мария и всхлипнула, но тут ее озарило, и она снова ухватила Стасика за рукав. — Слушай! Мне восемь и тебе восемь, значит, нам вдвоем — шестнадцать, да?

* * *

Стасик уткнулся в экран, отключился от действительности и перестал замечать Анну-Марию. От нечего делать она ходила по комнате, носила туда-сюда своих хомок, иногда задавала Стасику вопросы, но ответы получала невразумительные и это ее злило.

— Можешь ты ответить как человек?! — крикнула она наконец и топнула ножкой.

— Что? — Стасик оторвался от экрана.

— Я спрашиваю — почему хомки живут только три месяца?

— У них такая генетическая программа… — пробормотал Стасик, не поворачиваясь. Он сосредоточенно нажимал на кнопки. — У людей восемьдесят лет… у кошек пятнадцать… у хомок три месяца…

— А почему?

— Чтоб не надоедали. Чтоб заводить новых. Это ж детская игрушка.

— Но они живые!

— Живая детская игрушка, — Стасик пожал плечами. — Конструктор.

— А зачем они превращаются в шоколадный батончик, когда куклятся?

— Метаморфоза у них такая. На пиратской прошивке можно отключить, если хочешь. Будет вонючий трупик.

— Но почему в батончик-то?

— Чтоб съесть его было вкусно.

— Зачем съесть?

— Чтоб дети спокойно относились к жизни и смерти.

— Зачем относились?

— Что ты ко мне пристала? — обернулся Стасик рассерженно. — Что я тебе, психолог школьный?

— Я думала, ты все знаешь… — Анна-Мария надула губки.

— Ну… — смутился Стасик. — Ну, и знаю. А чего приставать-то?

— Ты нашел пиратскую прошивку?

— Нашел, качается. Только она сама не заработает, там защита на твоей модели. Пишут, что надо инкубатор развинтить и перемычку там одну оторвать.

— Ай! — подпрыгнула Анна-Мария. — Папа нас точно убьет!

— А он ничего не узнает.

— Давай я выйду из комнаты и не буду знать, что ты там делаешь, — решила Анна-Мария.

— Давай, — кивнул Стасик. — Я тебя позову, когда соберу обратно. Только принеси мне отвертку плоскую.

— Какую?

— Ну или ножик с кухни!

— Слушай, а ты его точно не сломаешь?

Стасик смерил ее взглядом.

— Я Майор Богдамир, владыка орбиты! — напомнил он.

* * *

Анна-Мария распахнула коробочку-клетку, и оттуда ей на руки выкатилось небольшое яйцо, поросшее голубым мехом. Анна-Мария повертела его со всех сторон, но оно было сплошным — ни намека на голову, лапки или хвост.

— Ну все, опоздали, — сказал Стасик, глянув через ее плечо. — Окуклился. Они за три часа куклятся. К утру будет шоколадка…

Анна-Мария всхлипнула, закрыла глаза рукавом и мелко затряслась.

— И… — рыдала она. — И что… Никак?

— Никак, — подтвердил Стасик. — У него теперь рта нет, слюны нет, крови нет, где ж клеточку взять?

— А если его разре-е-е-езать… — предложила Анна-Мария сквозь слезы.

— Он пока не шоколадка, ему будет больно, — покачал головой Стасик. — Я одного такого резал, он дергался.

Анна-Мария еще сильнее уткнулась в рукав и зарыдала.

— Ну, ну, плакса! — Стасик потряс ее за плечи. — Перестань!

— А-а-а-а-а… Все зря-я-я-я… — рыдала Анна-Мария.

— Перестань, перестань! — убежденно повторил Стасик. — У тебя инкубатор на два кило, можно хоть слоненка вырастить!

Анна-Мария замерла и оторвала от глаз зареванный рукав.

— Слоненка? — глаза ее заблестели. — Ай! Настоящего слоненка? Чтоб на нем в школу ездить?

Стасик задумчиво покосился на инкубатор.

— Совсем большого слоненка — не знаю… — сказал он с сомнением. — Это надо разбира-а-аться… С двух килограмм мы его не выходим, помрет… Хотя, если запрограммировать скоростной рост…

— Ну во-о-о-т… — захныкала Анна-Мария.

— Ослика маленького можно вырастить — сто процентов. Только слюну найти. Собачку можно. Дракончика я видел в сети классного в одном месте, уже готового. Можно код скачать, только это долго качать.

— Дракончика? А еще кого можно?

Стасик засунул в рот палец и крепко задумался. Анна-Мария смотрела на него с нетерпением. Наконец Стасик вытащил палец, рассеянно взглянул на него, а затем вытер об кресло.

— Человечка можно.

— Человечка? — Анна-Мария радостно взмахнула ресницами. — Настоящего?

— Нет, пластмассового! — Стасик высунул язык и скорчил рожу.

— Хочу человечка! — взвизгнула Анна-Мария. — Прикинь, у нас будет свой собственный человечек!

— А запросто! — сказал Стасик. — Если памяти в компе хватит. Я тебе уже новый геном-редактор скачал, версия шесть ноль!

— Только чур он будет общий, наш человечек! — строго сказала Анна-Мария.

— Общий, — согласился Стасик.

— Девочка! Чтоб она была как фея Элизабет!

— Бэ-э-э-э… — Стасик поморщился и изобразил, как его тошнит. — Если уж делать, то солдата! Чтоб он был как Майор Богдамир — ноги-сопла, глаза-лазеры! Вот только как сделать глаза-лазеры?

— Элизабет! Элизабет! — закричала Анна-Мария и захлопала в ладоши. — Мы ее оденем в платье, а она на меня так посмотрит глазками: хлоп-хлоп-хлоп! Хлоп-хлоп-хлоп глазками! А я ей скажу: что за де-е-евочка такая? А она мне…

— Вместо глаз — лазеры, — твердо заявил Стасик. — Это будет храбрец! У него будет красный плащ-скафандр, и он будет командовать звездолетами!

— Не будет! Не будет командовать! — топнула Анна-Мария.

Стасик смерил ее строгим взглядом.

— Тогда жди папу! — он откинулся в кресле, болтая ногой.

— Противный! Противный! — Анна-Мария пнула кресло и горько заплакала.

Стасик закатил глаза, понимающе пожал плечами, будто сверху на него глядел Майор Богдамир, и повернулся к Анне-Марии.

— Ладно, ладно, не хнычь, — сказал он, тяжело вздохнув. — Сделаем девочку. Уступаю!

Анна-Мария посмотрела на него счастливыми, мокрыми глазами и еще раз хлюпнула носом.

— Уступаю! — повторил Стасик и покровительственно махнул рукой.

— Ну, если ты так хочешь… — сказала Анна-Мария. — Если ты так хочешь, то я тоже уступаю. Давай по-твоему — сначала мальчика.

— А давай, чтоб по-честному, бросим карточку? — предложил Стасик.

— Давай! — она порылась в ящике и нашла старую мамину карточку.

— Если штрих-код, то мальчик, — сказал Стасик. — Глаза-лазеры!

— А если герб банка, то фея Элизабет! — Анна-Мария подкинула карточку к самому потолку.

Они завороженно смотрели, как карточка, кружась, пикирует под диван.

— Мальчик! — радостно крикнула Анна-Мария из-под дивана.

— Круто! — кивнул Стасик. — Тащи яйцо, плевать в него буду!

— А почему ты? — обиделась Анна-Мария. — Я тоже хочу плевать!

— Потому что нам нужны гены мальчика, — объяснил Стасик.

— Так нечестно! — топнула Анна-Мария. — Мы договаривались, что человечек будет общий!

— Как же общий-то? — задумался Стасик. — Общий никак не получится…

— А как же у родителей общие дети рождаются?

— Не знаю, — честно сказал Стасик. — У папы сыновья рождаются, у мамы — дочки.

— Все дети рождаются у мамы из живота! — назидательно сообщила Анна-Мария. — Там у нее инкубатор.

Стасик с сомнением посмотрел на черную полусферу и покачал головой.

— Сто процентов! — уверенно сказала Анна-Мария. — Инкубатор у мамы.

— Мне мама когда-то говорила, что детей находят в Яндексе…

— А это где?

— Не знаю. По-моему бред.

— Бред! — подтвердила Анна-Мария. — Инкубатор у мамы. Сто процентов.

— А откуда тогда сыновья? — ехидно поинтересовался Стасик.

— Наверно, папа в маму плюет, пока они целуются, — предположила Анна-Мария.

— Точно! — Стасик хлопнул себя ладонью по лбу. — Я в кино видел, как они губами складываются и стоят так!

— Как-то это противно… — поморщилась Анна-Мария.

— Пакость, — согласился Стасик. — Но мы сделаем по-нормальному. Ты плюнешь, и мы отсканируем твой генокод. А потом я плюну, и отсканируем мой. А потом мы их сложим.

— Это как?

— Я вспомнил. В геном-редакторе есть фильтр для сведения мужского и женского кода. А я-то думал: на фига он нужен?

— Круто! — Анна-Мария захлопала в ладоши и побежала к холодильнику за яйцом.

Вернулась она из кухни разочарованная.

— Нету! Кончились хомкины яйца! — захныкала она.

— Что, даже куриных нет?

— А разве куриные годятся? — удивилась Анна-Мария.

— А ты думала, хомкины яйца — это не куриные? Это тоже куриные, только обработанные специально от микробов и раскрашенные. И стоят дорого. И коробки у них фирменные.

— А хомка вырастет из куриного?

— Хомка вырастет из любого. Важно скачать из Сети правильную прошивку без запретов. Только выбери яйцо побольше. У тебя от обычных кур или есть модифицированные?

— Есть куриные-экстра! Килограммовые, для салата! — кивнула Анна-Мария.

— Во, самый раз! Нужно три яйца: одно большое — для ребенка, а два можно обычных — их сварить вкрутую.

— Зачем? — удивилась Анна-Мария.

— Мы их разрежем, плюнем в середину и подставим в гнездо инкубатора на считывание. Без яйца он не будет ничего считывать, там защита стоит. Дура-техника.

— Ясно! — кивнула Анна-Мария, побежала на кухню и оттуда донеслось, — Я хорошо умею варить яйца!

* * *

Подготовить генокод для человечка оказалось куда сложнее, чем думалось Стасику. Первая неприятность случилась, когда Стасик установил в инкубатор яйцо со своим плевком и попытался считать геном. Обычно это занимало не так уж много времени даже на таком слабеньком компе, как у Стасика, но тут, видно, код был сложнее. Геном-редактор надолго замер, и на экране кружился дубовый листок — машина работала. Стасик тревожно болтал ногой, оглядываясь по сторонам. Его что-то тревожило. Наконец взгляд упал на кабельную розетку, и тут чутье подсказало выдернуть шнур доступа в Сеть.

— Зачем? — удивилась Анна-Мария.

— В кино видел, — буркнул Стасик.

На самом деле он и сам не мог объяснить, зачем отключился от Сети. Но тут обработка закончилась, комп яростно пискнул и выбросил на дисплей красное окошко с сообщением: «Эксперименты с геномом человека строго запрещены! О ваших действиях доложено в дежурную часть Объединенной Церкви!». Стасик многозначительно посмотрел на Анну-Марию и ехидно улыбнулся. Тут же вылетело новое сообщение: «Ошибка подключения к Сети! Проверьте информационный кабель!» Стасик выключил наивный комп и включил заново. Пиратскую ломалку для геном-редактора он нашел в Сети без особого труда, установил ее и снова считал свой генокод, отключив кабель. Но это уже было лишней предосторожностью, теперь геном-редактор не возражал.

Над сведением генокодов тоже пришлось поработать. Стасик изрядно полазил по сети, читая статьи о хромосомных механизмах. Наконец он нашел что искал: оказывается, пол живых существ регулировался специальной Y-хромосомой. Кто б мог подумать, обычные хомки были бесполые. Единственное, чего он не смог придумать — как встроить лазеры в глаза. После нескольких попыток ему удалось сделать костяные зрачки, но компьютер предупредил, что существо не сможет видеть. Стасик вернул все как было.

— Вот засада! — разозлился он. — Получается не воин, а тряпка какая-то… Давай хотя бы встроим ему зубы гадюки? Я скачаю код…

— С ума сошел? — Анна-Мария хлопнула его по руке, — Человечек может прикусить язык и умереть! Давай лучше сделаем ему крылышки! У нас в компе хранится код отличных белых крылышек. Когда мы с папой моделировали…

— Ну давай, давай… — вяло покивал Стасик и пробежался по клавишам. — Не-а, смотри что пишет: «Потребуется серьезная переделка двигательной и нервной системы. Расчет займет девять часов. Начать рассчет?»

— Девять часов?!

Стасик и Анна-Мария переглянулись. Ждать девять часов никому не хотелось.

— Ну, давай хотя бы сделаем звездочку на виске, как у феи Элизабет! — захныкала Анна Мария.

— Какая гадость, — поморщился Стасик, но запустил фильтр родимых пятен и начал рисовать звездочку.

— Кривая! Дай я! — оттолкнула его Анна Мария и сама села за клавиатуру.

Вскоре звездочка была готова. Стасик покрутил фигурку человечка, прилепил звездочку на лоб и снова покрутил со всех сторон.

— Пакость какая! — расстроился он и на глазах появились слезы, хотя за них было стыдно перед Богдамиром. — Мы же хотели сделать героя! А получается самый обычный человек из обычных генов!

— И совсем не обычных! — возразила Анна-Мария. — У нас тоже гены древних героев. Мама рассказывала, что мои предки были викингами.

— У них были глаза-лазеры? — оживился Стасик, шмыгнув носом.

— У них были корабли и большие железные ножи, они ими резали врагов.

— Это круто! — кивнул Стасик с уважением. — А красный плащ-скафандр у них был?

— Сто процентов, — подтвердила Анна-Мария, немного подумав.

— А у меня предки славяне, — сказал Стасик. — Это герои?

— Конечно герои! Они сражались с викингами и ездили на конях.

— Коня мы сделаем, — кивнул Стасик и поморгал глазами чтобы высохли слезы, пока никто не заметил. — Не проблема — коня сделать.

В это время комп пискнул.


  • Страницы:
    1, 2