Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Майор Богдамир - Майор Богдамир спасает деньги

ModernLib.Net / Детективная фантастика / Каганов Леонид Александрович / Майор Богдамир спасает деньги - Чтение (стр. 2)
Автор: Каганов Леонид Александрович
Жанры: Детективная фантастика,
Юмористическая фантастика,
Космическая фантастика
Серия: Майор Богдамир

 

 


– Детали нам пока не важны. Почему вы зафрахтовали не штатный грузовик для вывоза отходов, а инкассаторский? – Богдамир в упор посмотрел на Астерия.

– А вы головой подумали? – Астерий склонил на бок рогатую бычью голову. – Это публичная акция! Представьте на минуту: грузовик, обвязанный лентами, цветами, обклеенный транспарантами и детскими рисунками, торжественно стартует с Земли за пределы нашей звездной системы, унося в трюме двадцать – или тридцать, не помню сейчас – килограмм ядерной гадости! Его провожают дети, взрослые и журналисты! Все, кому не безразлична судьба Солнца! И что? Инкассаторский грузовик: а – защищенный, б – радиационно чистый, в – красивый. Вы считаете, надо было взять обычную старую развалину из карьеров на Уране? Автоматический грузовичок из тонкой жестянки, весь грязный и светящийся, вусмерть облученный? Загрузить его на Уране ядерной отравой, привезти его на Землю, в центр, в парк Большого Каньона? Туда, где дети, матери? Да? Так, по-вашему? Да вы преступник!!! – взвизгнул Астерий. – Я, между прочим, много лет возглавлял гарнизон инженерных роботов Меркурия! И я, в отличие от вас, прекрасно знаю, что такое техника безопасности при обращении с радиацией, плазмой и антиплазмой!

– Зачем вообще понадобилось везти отходы на Землю? – перебил Хома.

– Ну а как вы себе представляете акцию? – возмутился Астерий. – Кто бы заметил наш грузовик, если бы он стартовал с Урана? Да их там каждый день сотни стартуют с такими же отходами! Зато после нашей кампании сброс ядерных отходов на Солнце прекратился! Благодаря нам и депутату Гробаку теперь ядерные отходы увозят в сторону Ковша малой Медведицы! Вот так мы и работаем! Работаем, не покладая рук!

Неожиданно раздался преливчатый звонок. Астерий проворно схватил мундштук на шланге и с таким хрустом вонзил его в дырку посреди лба, что посыпались синие искры.

– Астерий Килобод у аппарата! – важно произнес он. – По какому вопросу? С такими вопросами – на сайт! Даблью-даблью-даблью ллео аhа ру слэш на. Как слышится, так и пишется, латиницей. Что? Слэш – палка такая косая.

Он выдернул шланг изо лба, снова выбросив струйку синих искр, и навел зрительные окуляры на Богдамира.

– Ничего без меня не могут! Так, о чем мы говорили?

– О том, – напомнил Хома, – что вы арендовали инкассаторский броневик для вывоза отходов. По окончании акции вы его чистили после ядерных отходов? Прежде, чем вернуть обратно?

– Это зачем? – удивился Астерий. – Отходы были неплохо запакованы. Впрочем, мы же не скрывали, что фрахтуем броневик именно для вывоза ядерных отходов. В трюме броневика возят только деньги из банка в банк, эти деньги все равно грязные, и всякий раз их приходится отмывать заново – так нам ответили в банке.

– Кто пилотировал броневик? – подал голос Кеша.

– Что? – переспросил Астерий и растерянно обернулся, словно только что заметив Кешу.

– Я спрашшшиваю: кто пилотировал броневик?

– Во время нашей акции? – удивился Астерий. – Разумеется, инкассаторы. Никто другой не сможет пилотировать их крейсер при всем желании! Там и управление специфическое, и вооружение на борту. Нужны навыки. Да и допуск нужен специальный.

Кеша удивленно взглянул на Богдамира.

– Да, – подтвердил Богдамир задумчиво. – Это так. Броневик не просто пилотировать.

– Кто зззаходил внутрь броневика? – продолжал Кеша.

– Разумеется, никто, – ответил Астерий. – Броневик прибыл опечатанным с Урана. На Уране его грузили атомные роботы.

– Кто разгружжжал броневик с отходами?

– Атомные роботы в Ковше малой Медведицы.

– Короче, – подытожил Богдамир, эффектно вынимая из-за пазухи бланк протокола и лазерное перо, – вы готовы подписать показания, что никто, кроме роботов-атомщиков, не вступал на борт броневика?

– Клянусь чем угодно, – уверенно кивнул Астерий и поставил заковыристую подпись.

– Дача ложных показаний может закончиться для вас тюрьмой, – традиционно предупредил Богдамир.

– Я и так в тюрьме, – хмыкнул Астерий. – За дачу верных показаний досрочное освобождение не предусмотрено?

Богдамир промолчал.

– А почччему вы не спрашшшиваете, что случилось? – Кеша с подозрением щелкнул клювом.

– Не мое дело, – с грохотом пожал стальными плечами Астерий. – А что-то случилось?

– Случилось, – сурово ответил Хома. – Броневик пропал. Инкассаторы убиты. Исчезли деньги. Один миллиард бумажных долларов.

Астерий долго молчал.

– Бумажных? – переспросил он.

– Бумажных. Стобаксовыми купюрами.

– Бумажных – это очень плохо. "Общество Зеленых" давно предупреждает, – со значением произнес Астерий, – что человечеству следует прекратить использовать бумажные деньги.

– Понятно, что были б деньги электронные, такого бы не произошло, – вздохнул Богдамир.

– Я сейчас не об этом, – возразил Астерий. – Вы знаете, что для изготовления купюр все еще используется бумага из генетически модифицированного хлопка? Во-первых, это издевательство над телами убитых растений… Безнаказанное!

– Хм… – сказал Богдамир.

– Во-вторых, любое вмешательство в природный генофонд оскорбительно для Господа Бога! А, значит, и оскорбляет всех верующих! Да! И меня особенно! Я между прочим, верующий пятого разряда! И дважды в месяц пою в нашем тюремном хорале караоке-молебны!

– Хм… – презрительно щелкнул клювом Кеша, который всегда был атеистом в летний сезон года.

– Официально заявляю, как внештатный правозащитник Комитета авторских прав природы! – продолжал грохотать Астерий, – Хочешь создавать свой генофонд – создавай, никто не в силах тебе помешать! К сожалению. Но брать без спросу чужие разработки?! Ковырять божий код и переделывать под свои нужды?! – Астерий поднялся из кресла, обводя кабинет горящим взглядом ярко-красных светодиодов, и гневно повысил громкость вдвое: – ДА ЕСЛИ БЫ ГОСПОДЬ БОГ ХОТЬ РАЗ ПОЯВИЛСЯ В НАШЕМ МИРЕ И ПРЕДЪЯВИЛ ИСК ПО АВТОРСКИМ ПРАВАМ, ТО ВСЕ, КТО ХОТЬ РАЗ В ЖИЗНИ ИСПОЛЬЗОВАЛ ПЕРЕДЕЛАННЫЕ БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ ГЕНЕТИЧЕСКИЕ КОДЫ ГОСПОДА БОГА НАШЕГО – ВЫ БЫ ВСЕ ТУТ СЕЛИ ПО ТЮРЬМАМ! ПОГОЛОВНО!

– Хм… – сказал Хома Богдамир, и они переглянулись с Кешей.

– Ну и, последнее, третье, – продолжил Астерий, опускаясь в кресло. – Генетически-модифицированный хлопок еще до конца не изучен! Никто не знает, как эти доллары могут аукнуться на потомстве наших внуков!

– Вздоррр! – не выдержал Кеша, – Доллары делают из генетически-модифицированного хлопка с конца двадцццатого века! Больше ста лет!

– И что это доказывает? – Астерий картинно всплеснул клешнями. – И кто сегодня может знать наверняка, к чему это в итоге приведет? Кто-нибудь смог доказать, что генетически-модифицированные доллары абсолютно безопасны для людей, животных и роботов? Кто даст гарантию, что они не мутируют дальше? Что они не заразят своей пагубной мутацией окружающие предметы, превращая окружающие растения, животных и людей в доллары? А? Что такое сто лет? Вы дадите гарантию, что они останутся безопасными следующие сто лет? Двести? Триста? Тысячу? Миллион? – Астерий замер, картинно воздев клешни-пассатижи вверх и подняв рогатую голову, будто смотрел в небеса, а не в потолок своей камеры.

Наступила тишина, и Кеша уже возмущенно распахнул клюв, но в этот момент снова зазвенел телефон Астерия. Он с дребезгом воткнул шланг в лобовой разъем и долго слушал молча, склонив рогатую голову.

– Благодарю, – кратко произнес он и выдернул разъем, в который уже раз высыпав на стол горсть синих искр – видно, разъем не на шутку разболтался от ежеминутного использования.

Секунду Астерий глядел в пространство остановившимся взглядом, затем ожил.

– Ну вот, пожалуйста! – торжествующе воскликнул он. – Вот! Очевидец сообщил: утечка вируса в районе Сириуса! Заражение пространства космической чумкой! Двое уже скончались на месте! Он своими глазами видел два трупа в космосе! А власти – скрывают и отмалчиваются, вместо того, чтоб бить тревогу!

– Косссмическая чумка?! – презрительно фыркнул Кеша. – Это еще чччто?

– Понятия не имею, я не биолог! – гордо отрезал Астерий и вновь схватился за разъем, давая понять, что разговор окончен.

– Нет и не было такой болезззни! – не унимался Кеша.

– Теперь будет, – веско ответил Астерий, с треском вонзил разъем в лоб и заорал: – Алло! Соедините с приемной президента! Это директор "Общества Зеленых" по вопросу эпидемии! Что? Куда? Хамло!!! EC F3 E4 E8 EB E8 F9 E5 20 E7 E0 EB F3 EF EE E3 EB E0 E7 EE E5 20 F8 EE E1 20 F2 E5 20 F5 F3 E9 20 ED E0 20 EF FF F2 EA E5 20 E2 FB F0 EE F1 20 EA E0 EA 20 F1 F1 E0 F2 FC 20 F2 E0 EA 20 F0 E0 E7 F3 E2 E0 F2 FC F1 FF!!!

Он вынул изо лба разъем и с отвращением посмотрел на него. Затем поднял взгляд окуляров и с таким же отвращением поглядел на Богдамира с Кешей:

– Больше я вам не смогу уделить ни минуты! Сами видите, сколько дел навалилось! – И он снова вогнал разъем в лоб.

Богдамир поднялся, взял Кешу под мышку и вышел.

– Ссссовсем с ума посссходили, – возмущался Кеша, пока они спускались в вестибюль первого этажа. – То атипичная диарея… то вакуумный грипп… то зубное бешенство… Больных никто не видел, но зато воплей в новоссстях… Теперь косссмическая чумка какая-то!

– Фанатики, – пожал плечами Богдамир, – не обращай внимания.

Навстречу выскочил знакомый робот-секретарь и увязался следом. В руке он держал электронную кассу-копилку для кредиток.

– Уже уходите? – картинно удивлялся он, вытягивая вперед копилку. – Подождите, у нас так не уходят! Сейчас проходит акция: сбор пожертвований на лечение океанических рыб-инвалидов, больных гидроцефалией…

Хома молча застегнул скафандр и ускорил шаг, не выпуская Кешу из рук. Робот семенил следом. Копилку он спрятал, зато теперь в его руке появился бланк:

– Мы собираем подписи, – стрекотал он. – Пустыня Сахара – уникальный природный заповедник, последний нетронутый человеком уголок живой природы! Здесь живет более трех видов насекомых! Более одного вида ядовитых змей! Более четырнадцати пород уникальных микробов! Прекратим насильственную мелиорацию Сахары и застройку жилыми кварталами!

Кеша попытался что-то сказать, но Богдамир ловко застегнул его скафандр и шагнул прочь из офиса, крепко сжимая пингвина под мышкой. Он был уверен, что агитационная программа робота действует только в вестибюле, но робот выскочил следом. Судя по всему, он собрался провожать их через аллею до самой парковки – бежал следом и верещал на селекторной частоте скафандров:

– Мы приглашаем вас и вашего пернатого друга посетить цикл лекций! Первая лекция бесплатна, остальные – за свободное пожертвование. Размер пожертвования – восемнадцать кредитных единиц. Тема лекций: "О вреде генетически модифицированных людей и животных"…

Это он произнес зря. Хома от неожиданности слегка ослабил хватку, и Кеше удалось вырваться. Поэтому закончить робот не успел.


Известно каждому ребенку, что пингвин в космическом скафандре – самое неповоротливое существо во Вселенной. Анекдоты не лгут – это действительно так. Но ведь это был не обычный пингвин, а Кеша, обладавший прекрасным тренированным телом. Он носил скафандр боевой модели, да и легкая лунная гравитация тоже играла ему на руку. Взбешенный Кеша в прыжке нанес удар левой с разворота.

Хома к тому моменту успел лишь обернуться, поэтому все, что он успел заметить – две рифленые подошвы робота-секретаря, стремительно улетающего вперед головой по направлению к офису.

Робот врезался в стену сбоку от входа, и она рухнула. Во все стороны брызнули куски пластика и гранита. Треснул и разлетелся стеклянный логотип на двери с изображением ладони и голубя. Из недр разбитого вестибюля выкатился огромный муляж холерного вибриона и, подпрыгивая, покатился прочь, судорожно мотая тоненьким хвостиком и оставляя за собой широкую просеку поваленных елок.

Если бы вакуум умел передавать звук, то он бы сейчас наполнился грохотом, скрежетом, звоном разбитого стекла, стонами робота-секретаря, яростным шипением воздуха, выходящего из развороченного вестибюля, и громогласным воем аварийных сирен разгерметизации – их до сих пор делают звуковыми по непонятной традиции: кто ж услышит их если произошла разгерметизация?

Кеша сам не ожидал такого эффекта: страшна в рукопашном бою низкая лунная гравитация! Богдамир опомнился первым.

– DF E9 F6 E5 EC F3 E4 E8 EB EE! – выругался он на Кешу, схватил его и в два прыжка достиг катера.

Подняв облако желтой луной пыли, катер рванул с места и скрылся за поворотом орбиты.

3. Майор Богдамир в Южном Вселенском банке России

Покинув Луну, Хома некоторое время вел катер молча, а вскоре и вовсе притормозил в кольцах Сатурна. Он любил это тихое и укромное место, словно созданное для размышлений. Для начала он включил аудиосводку известий, и в кабине зазвучали последние новости часа: 

"Большую озабоченность вызвал факт эпидемии космической чумки в регионе Сириуса. По словам одного из очевидцев, вирус космической чумки раньше поражал только перелетные астероиды, кометы, планеты и звезды, но под действием космической радиации Сириуса вирус мутировал и стал опасен для человека. К головному офису Минздрава Вселенной на Земле слетелись тысячи взволнованных демонстрантов, однако Минздрав пока что не подтвердил тревожные сообщения об эпидемии." 

Богдамир помрачнел лицом и посмотрел на Кешу. Но в теплой кабине катера Кеша снова впал в сезонное оцепенение и неразговорчивость, поэтому не спешил комментировать новость. 

"Мощный взрыв прогремел только что на Луне в вестибюле "Вселенского общества Зеленых". От взрыва пострадал фасад здания и дежурный робот, он доставлен в экстренную мастерскую. Ведущий техник мастерской Станислав Руженко заявил журналистам, что состояние робота остается тяжелым, но техники борются за его жизнь. Эксперты считают, что в теракте была использована каучуковая бомба – она обнаружена неподалеку в густом ельнике, где продолжает подпрыгивать. Ответственность за теракт уже взяла на себя группировка славянских исламистов "АкбарЪ". 

Богдамир помрачнел еще больше и снова посмотрел на Кешу. Кеша делал вид, будто ничего не слышал. Хома выключил новости и толкнул напарника локтем.

– Ну? – сказал он. – Какие предложения? С "Обществом Зеленых" мы, пожалуй, ошиблись. Хотя мне чудится что-то алгоритмичное в той куче информации, которую получило следствие в нашем лице. Но я пока не могу понять, что именно.

– Творожку бы поклевать… – зевнул Кеша во весь клюв и сонно прикрыл пернатые веки.

Идей у него, понятное дело, не было.

– Будем рассуждать алгоритмически, – снова начал Хома. – В этом преступлении мы пока не видим преступника. А что видим? А видим мы пока что три действующих лица, явно замешанные в преступлении. Во-первых, это тот банк, откуда везли деньги – "Южный Вселенский банк России". Во-вторых, тот банк, куда их везли – "Северо-Восточный Вселенский Российский банк".

– А я их путаю, – перебил Кеша.

– И очень стыдно, – укоризненно заметил Богдамир. – Следователь должен быть внимательным. Ну и, наконец, в-третьих, – это инкассаторы, которые везли деньги. Кому из этих троих сторон могло быть выгодно ограбление? Инкассаторам – скорее всего нет. К тому же у них алиби – они погибли. Банку, куда везли деньги, тоже нет выгоды – ему бы деньги и так попали, верно? Значит, все дело в банке, который деньги отправлял. Что скажешь, Кеша? Не нанести ли нам визит туда?

Кеша молчал. Похоже, он спал крепким пингвиньим сном. Тогда Хома взялся за рычаги управления, катер плавно вышел из колец Сатурна и лег на звездную трассу.

* * *

"Южный Вселенский банк России" располагался, как нетрудно догадаться, в Южной части российской Вселенной. А именно – где-то в районе Южного Креста. Это Богдамиру сразу не понравилось.

– Крест, – хмуро объяснял Богдамир спящему Кеше, – просто так не ставят. Крест – это фатально.

Кеша спал и не реагировал. Богдамир решил снова оставить его в катере.


Здание банка высилось гигантской зеркальной пирамидой на безлюдной равнине самой крупной планеты самой крупной звезды в Южном Кресте. Даже без психолога Ебожинского каждому становилось понятно, что руководство банка стремится тем самым подчеркнуть свой имидж. Выбор самой крупной планеты призван символизировать мощь банка, огромное зеркальное здание в форме египетской пирамиды – древние корни и вечную нерушимость, ну а безлюдность самой планеты, заполненной едкой хлорной атмосферой, явно должна было намекать, что банк в этом мире занимает центральное место, и никакие другие банки ему не ровня.


На парковочной площадке царило радостное оживление. Стояли десятками грузовики, а роботы-грузчики с носами, сизыми от хлорных испарений, выносили ящики, коробки, шкафы, кадки с цветами, ковры и прочее убранство. Попав в хлорную атмосферу, ковры тут же становились белыми, а пластиковые пальмы желтели и теряли лепестки, но роботов это не смущало.

Двери шлюза оказались распахнуты настежь: похоже, кислорода в здании не осталось, только хлорный туман. Холл первого этажа оказался пуст и заброшен – похоже, отсюда вынесли все, даже банкетки ожидания и пропускные турникеты. Хома сделал несколько шагов, удивленно озираясь, но тут зазвучали каблучки, и в холле появилась дамочка в элегантном противохлорном скафандре. Одной рукой она прижимала к груди массивный степплер – промышленный, для крепления графиков и плакатов на базальтовых ландшафтах во время пикников и корпоративных встреч. Другой рукой она держала промышленный шредер для уничтожения списанных кредиток. Лицо у дамы было счастливое, но изможденное.

– Разрешите вам помочь! – галантно щелкнул каблуками Богдамир, одной рукой подхватывая тяжеленный шредер, а другой – степплер.

– Нет, нет, нет! – кокетливо запротестовала дама, не выпуская из рук ни того, ни другого. – Я сама! Разве что подержите меня под руку…

Богдамир аккуратно взял даму под локоть и зашагал рядом. Они прошли по стоянке мимо грузовиков и вышли к маленькой дамской яхте, стоявшей в отдалении. Женщина попробовала запихнуть шредер в багажный отсек, но там уже не было места – все пространство яхты занимали пустой сейф, облачный проектор для открытых презентаций на планетах с подходящей облачностью, крупный офисный автомат для соевых чипсов, а также пять плавающих антигеморройных кресел, какие обычно ставят в бухгалтериях.

Дама в изнеможении поставила шреддер в хлорную лужицу, сверху опустила степплер. На ее лице появилось страдание.

– Может быть, в кабину? – с надеждой предложила она.

Богдамир заглянул в кабину. Там было занято все, даже место водителя. Здесь лежали: десятка полтора коробок с канцелярскими магнитозащелками, два выключенных автомата-подметальщика с логотипами банка на широких хромированных мордах, кадка с почти натуральной финиковой пальмой, а также здоровенный багровый диск столешницы от стола переговоров. Все это было огромное, масштабное, промышленное – одним словом, офисное.

– Да-а-а… – протянул Богдамир. – А далеко ли переезжает "Южный Вселенский Банк России"?

– Почему переезжает? – удивилась дама. – Банк наш закрылся совсем!

– Закрылся?! – удивился Хома. – Отчего вдруг?

Дама повернулась к Богдамиру задом скафандра, нагнулась вглубь кабины и принялась обеими руками ворочать там столешницу с таким остервенением, на которое способны лишь очень хозяйственные темпераментные женщины. Речь ее, впрочем, оставалась спокойной, а голос – все таким же хорошо поставленным.

– Вы же наверно знаете, – объясняла дама, – что по статистике средний срок жизни среднего вселенского банка составляет полтора-два года. Дальше кривая рентабельности начинает экспоненциально… Ай! Кажется я помяла пальму!

– Не волнуйтесь, она из регенерирующегося пластика, – утешил Богдамир. – Так чего кривая?

– Кривая падает… – Дама рванулась, внутри кабины что-то захрустело и дробно просыпалось между сидениями. – В общем, банковский бизнес в этот момент выгодней продать, чем сохранить. Мы и так работали почти два с половиной года! Какая мерзость, по-моему я ее поцарапала об этого подметальщика… – Она высунулась из кабины. – Как думаете, это царапина на ней или так было?

– Будем считать, что так было, – вежливо предложил Богдамир. – Мало ли какие бурные переговоры велись на этой столешнице?

– А вы наш кредитчик? – спросила дама.

– М-м-м… – неопределенно ответил Хома. – А что будет со всеми бывшими кредитчиками вашего банка?

– На вас это не отразится, – Дама снова наклонилась, и ее бюст исчез внутри кабины. – Счета ваши переданы "Мировому Российскому Банку", теперь ваш счет будет вести он. Вам без разницы, а он тендер выиграл. Но вот офисное имущество передано ему без описи! И пока есть момент… Я и так последней спохватилась, когда уже почти ничего не осталось! Вот ведь дура, шесть лет аудитором работаю, уже третий банк при мне закрывается! – Она высунулась наружу. – Как думаете, может мне одного подметальщика хватит, а второго выкинуть?

– Смотря для чего…

– Для квартиры моей.

– Вообще-то он офисный, – Хома протянул руку и внимательно ощупал торец автомата, где были выпукло отчеканены серийные номера и характеристики, – видите, пишут, что рассчитан на уборку восьмидесяти офисных комнат.

– Но ведь с другой стороны, не мне, так соседке моей пригодится…

Дама в раздумьях посмотрела на второго робота, посмотрела на уничтожитель кредиток в хлорной луже и снова на робота. Затем опять на уничтожитель.

– Понимаете, – сказала она извиняющимся тоном, – уничтожитель вещь хорошая, почти новая. Выкинут его или разобьют. А я думаю – лучше себе возьму, на дачу, правильно?

Майор Богдамир задумчиво почесал перчаткой затылочную часть скафандрового шлема.

– Зачем на даче промышленный уничтожитель кредиток? У вас есть ненужные кредитки? Отдайте их мне! – по-солдатски сострил он.

– Не только кредитки! – с жаром ответила дама. – Он и бумажные деньги уничтожать может! Хорошая модель, сейчас таких не делают.

– Что, бывает такая проблема на дачах, уничтожать бумажные деньги? – аккуратно поинтересовался Богдамир.

– Мало ли, – смутилась дама. – Он может и фантики конфетные, и листву, и… да мало ли зачем на даче в хозяйстве шредер со встроенным пылесосом и принтером? Я, между прочим, одна живу, – вдруг сказала она со значением, поглядела на Богдамира и попыталась откинуть с виска прядь волос, но перчатка лишь стукнулась о прозрачный шар скафандрового шлема.

– Кстати, если уж у нас зашла речь о деньгах, – аккуратно начал Богдамир. – Я слышал, будто произошло ужасное ограбление века…

– Ах, вы про инкассаторов? – вздохнула дама. – Да-да, ужасно.

– Говорят, пропало много бумажных денег…

– Да это-то ладно, – отмахнулась дама. – Их все равно вывозили по распределению. А вот ребят жалко. Никита и Роджер… Или Никола и Роберт?

– Вы не были с ними близко знакомы? – участливо спросил Богдамир.

– Не так уж и близко… – сказала дама. – Да и они геями были, дай им Бог доброй памяти. Но на корпоративных вечеринках за одним столом сидели, бывало.

– Хорошие ребята были? – Хома постарался сделать тон сочувственным.

– Младший Никола – был хороший, – уверенно кивнула дама. – Плохого о нем не слышала. А старший… О мертвых либо хорошо, либо ничего, верно?

– Верно, – кивнул Богдамир.

– Старший – он по-разному… Людям грубил, роботов бил. Хам! Даром, что гей.

Дама замолчала. Богдамир поглядел по сторонам и заметил, что грузовиков поубавилось – один за другим они тихо стартовали и уходили в низкое хлорное небо.

– Скажите, а сейчас в банке кто-то остался? – спросил он.

– А кого вам надо? Из людей никого. Начальство уже полгода банком не занималось. Из аудиторов я последняя, бухотдел ушел вчера, рекламщики еще месяц назад выехали, менеджеры тоже давно разбрелись, секюрити сегодня с самого утра вахту сдали и ушли – у них же траур, коллеги погибли… По столовым и буфетам я прошлась – там пусто. Вот, последний аппарат для чипсов унесла… Даже и не знаю, что вам посоветовать… А знаете что? У админов могло что-то остаться! Точно! Они всю электронику вывезли, вы ж знаете их жадность до халявного железа. Но админы ведь такие рассеянные! Я уверена, кое-какие мелкие сетевые решения, где-нибудь, если поискать по углам…

– Нет-нет! Я просто поговорить хотел. О деньгах.

– Вы правы, – перебила дама. – Нечего там искать, вот-вот здание могут отключить. Вот смотрите!

Богдамир обернулся. Грузовиков у дверей уже не было ни одного. А здание – огромная пирамида – все еще стояло. Но по его контурам ползла та характерная рябь, какая бывает если здание выстроено из силовых полей, а конфигуратор обесточивают.

Верхушка пирамиды задрожала, а грани зашевелились и начали разъезжаться, словно были сложены из листов фанеры, а вовсе не из силового поля. Тут уже не осталось никаких сомнений – если начались сбои в позиционировании перекрытий, значит здание отключено.

И действительно, в следующую секунду огромная зеркальная пирамида вспыхнула и исчезла. На миг стали видны горы ненужных предметов и мусора, зависшие кучами в воздухе, словно на гигантской этажерке – в тех местах, где только что были этажи. Но мощная гравитация крупной планеты не дала им долго висеть – в следующую секунду груда мусора рухнула, подняв кучу пыли и хлорных брызг. К счастью, Богдамир и дама стояли далеко.

– Вот и все, – произнесла дама облегченно. – Банк лопнул.

– Что-то в этом есть… – произнес Богдамир, оглядывая пыльно дымящиеся руины.

Дама оценивающее его разглядывала:

– Кстати, с завтрашнего дня я работаю в "Индустриальном Российском". Вы можете ко мне прийти! Я уже вам на спину приклеила мою голографическую визитку. Буду вас очень ждать!

– Зачем? – не понял Богдамир.

– Ну… – дама растерялась, а затем уверенно схватила степплер и вручила его Хоме. – Привезете мне. У вас же он влезет в вашу яхточку? Ведь привезете же?

– Уверенности нет, – строго ответил Богдамир.

– Я буду очень ждать! – воскликнула дама, подмигнула, схватила шредер, вместе с ним втиснулась в катер и тронулась с места.

Катер медленно поплыл, из полураспахнутой дверцы торчал сапожок дамы.

Богдамир сперва решил, что дама просто не поместилась в кабине вместе с шредером, но затем вспомнил, что этот прием – кокетливый сапожок уезжающей дамы из полураспахнутой дверцы – он тоже видел в сериалах про знакомства.

Поднявшись на приличную высоту, дама убрала сапожок, дверцу захлопнула и скрылась за горизонтом.

Богдамир пожал плечами скафандра, взял подмышку степплер и направился к катеру.

* * *

Кеша уже не спал. Он слушал последние известия: 

"Взволнованные демонстранты и журналисты штурмуют двери и окна головного офиса Минздрава Вселенной, но Минздрав все еще не подтвердил тревожные сообщения об эпидемии." 

"О сегодняшнем теракте в офисе "Зеленых". Уже две исламские террористические организации взяли на себя ответственность за взрыв: это славянский «АкбарЪ» и арабский «FLF» – Фронт освобождения Франции. Лидеры «АкбарЪ» возмущены и подали в суд на "FLF", аргументируя тем, что взяли ответственность раньше. В ответ лидеры «FLF» возражают, что «АкбарЪ» никак не может быть причастен к этому взрыву, поскольку всегда выступал на стороне "Зеленых". 

"Губернатор Южного Вселенского округа первым выступил с официальным заявлением по поводу случившегося. Взрывать офисы, – подчеркнул он в своем заявлении, – это нехорошо. С аналогичным заявлением выступил и Губернатор Северного округа. Это очень плохо, – в частности отметил он, – взрывать офисы. Губернатор Западного округа также осудил случившееся. Я глубоко убежден, что взрывать офисы это очень нехорошо и даже плохо, – отметил он в официальном заявлении. А вот от губернатора Восточного и от губернатора Центрального Вселенского округа пока еще не поступило подобных заявлений, и политическая общественность всерьез озабочена этим фактом." 

– Чччто это за бластер? – прошипел Кеша.

– Это не бластер, это степплер. Стреляет скобками.

– Зачччем?

– Пригодится, – сурово ответил Богдамир. – Ты в курсе, что банк лопнул?

– Видел чччерез иллюминатор, – зевнул Кеша.

Богдамир оттолкнул его с кресла пилота.

– Это очень странно, – произнес он. – Все они почему-то такие радостные… А деньги, тем временем, пропали.

Кеша ничего не ответил.

– Вот что, – решил Богдамир, кладя ладони на пульт связи, – Навестим-ка мы второй банк, куда везли эти проклятые деньги. Только сначала предупредим о визите, а то знаем мы эти банки…

4. Майор Богдамир в Северо-Восточном Вселенском Российском банке

Вопреки названию, главный офис "Северо-Восточного Вселенского Российского банка" находился совсем не на северо-востоке вселенной, а гораздо севернее – за Туманностью Андромеды первый поворот направо. Некоторое время Хома состредоточенно ощупывал глобус звездного неба, пытаясь понять, как туда лететь. Глобус был старый, прошлого полугодия, и не все трассы были на нем отмечены. Давно пришла пора купить свежий, но Богдамиру подходил не любой глобус, а лишь тактильный, для слепых – но их всегда выпускали с большим опозданием.

Хома водил пальцем по стертым выпуклостям и впадинам, проклиная эту дурацкую моду строить банки на самых дальних концах Вселенной. Известно, что финансисты – самые жадные существа в мире, и в эпоху полного перехода на электронно-сетевые расчеты они конечно же предпочитали экономить на арендной плате, вынося свои шикарные офисы туда, где земля стоила сущие копейки. Этот банк был, пожалуй, рекордсменом по жадности – он располагался в таком далеком месте чужой галактики, где цена места под офисную застройку была отрицательной: правительство доплачивало за освоение таких дальних мест.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5