Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тайна «Альтамаре»

ModernLib.Net / Детективы / Карлье Либера / Тайна «Альтамаре» - Чтение (стр. 11)
Автор: Карлье Либера
Жанр: Детективы

 

 


— Гонки четырнадцатого, — сказал Ян.

— Четырнадцатого… Посмотрим в календаре, у меня нет с собой таблицы приливов. Четырнадцатое… Конечно. Ровно день до полнолуния. Хотя еще не самый сильный прилив, но вода пойдет сильно. Значит, тебе надо идти через Циммерманпольдер. Если попадешь туда за час до высокой воды, есть шанс, что пролетишь стрелой. Течение там бывает до девяти миль в час.

Да, тут есть над чем подумать!

— Ты попадешь туда в самое благоприятное время, — сказал лоцман.

Но если там действительно такое сильное течение, почему инженер в лаборатории ничего им не сказал?

Наверное, в лаборатории не учитываются течения, которые возникают при максимальных приливах. Там изучают нормальные приливы, а при нормальном приливе течение там не очень сильное.

Это уже не пустяк. Ради этого стоило сюда ехать.

— А другие об этом знают?

— Все лоцманы знают. Но, видишь ли, большие суда там при сильном приливе совершенно не слушаются руля. Как у нас говорят, там сам дьявол работает. И мы, лоцманы, бежим от этого пролива, как от чумы. Лучше обождем с часок, пока спадет вода.

— А если нам не удастся там проскочить?

— Тогда отстанешь от всех на несколько миль. Но вы пройдете. Вода поднимается самое малое на пять с половиной метров. Только будь осторожен. При такой воде там сущий ад. Если увидишь судно, отходи как можно дальше в сторону. Течение может подхватить лодку, и вас просто катапультирует в излучину Бата.

— Прекрасно, прекрасно! Большое вам спасибо! Мы будем осторожны.

— Да, да, будь внимательней, — продолжал лоцман настойчиво. — Боковой фарватер не бетонирован, потому что администрация не хочет, чтобы там ходили речные суда. И помни про береговую дамбу.

— Неужели там такое сильное течение?

— Я однажды угробил там судно.

Он подошел к окну.

— Ну и ну! Такой Нете я еще никогда не видал. Луг уже залило. Настоящее наводнение. Надо немедленно предупредить речную службу.

Дорогу к домику тоже наполовину затопило.

— А позвонить нельзя?

— У меня нет телефона. Надеюсь, в деревне сообразили… Смотри, как заливает! Уже через дамбу пошла!

— Ваш дом на возвышении, он, наверное, в безопасности?

— Дом-то в безопасности, а вот водоочистительная станция может пострадать. Если ее зальет, Антверпен останется без питьевой воды.

— Правда?

— Ну да. Дамбу укреплять надо. В прошлый раз инспектор говорил об этом, а тогда воды было куда меньше, чем сейчас.

— Может, мне по дороге заехать в деревню?

— Очень было бы хорошо, — сказал лоцман. — Если спросят, скажи, что я тебя послал.

— Спасибо за советы. Я рад, что побывал у вас.

Ян с трудом отворил дверь, такой сильный был ветер. Струи дождя плеснули в лицо.

— Привет отцу! — крикнул вслед ему лоцман, но голос его затерялся в вое ветра.

Ехать было очень трудно. Колеса скользили и проваливались в грязь. Нете разлилась в целое море. Надо спешить, пока не прорвало дамбу.

Ян сбился с тропинки и очутился возле ограждения из колючей проволоки. Вокруг, куда ни посмотри, — одна вода. Дорога проходит где-то в стороне, крыши деревни виднеются справа.

Ян перебросил велосипед через ограду и поехал по воде. Ливень превратил все вокруг в сплошное болото. Он уже не понимал, где едет. Опять колючая проволока. Боясь проколоть шины, Ян поднял велосипед, перешагнул через проволоку, но споткнулся и упал. Велосипед скрылся под водой.

«Фары, конечно, вдребезги», — подумал Ян. Зато, выбравшись из канавы, он почувствовал под ногами твердую дорожку. А вот и улица, вот первый дом. Это кафе.

— Разрешите позвонить?

— Сделайте одолжение. Только телефон не работает. В непогоду здесь всегда так. В трубке что-то щелкает, видно, провода повреждены.

— Водоочистительной станции угрожает опасность, — сказал Ян.

— Да ну? Мне-то лично от этой станции мало проку, а Нете не первый раз выходит из берегов. Если вода испортится, будут пить мое пиво. — Хозяин кафе засмеялся, довольный своей шуткой.

«Вот дубина! — со злостью подумал Ян. — Надо скорее ехать дальше, ведь весь Антверпен может остаться без воды».

Во втором кафе ему повезло больше. Там телефон работал. Он звонил в муниципалитет до тех пор, пока не дозвонился. Ему сказали, что меры уже приняты, и спросили, был ли он сам на станции. Ян ответил, что на станции не был, но видел, как высоко поднялась вода в реке. Чиновник поблагодарил Яна, спросил, кто его послал, и еще раз поблагодарил.

«Надо же было ввязаться! — ругал себя Ян. — Они и без меня уже все знают».

Только теперь он почувствовал, как замерз. Хозяин кафе предложил ему посушить одежду, но Ян отказался:

— Спасибо, я очень спешу.

Ян поехал домой. Дождь уже прошел, но ветер дул все сильнее.

По дороге в Антверпен Ян встретил целую колонну машин, направлявшихся к водоочистительной станции. Скоро они будут на месте и вступят в бой с разбушевавшейся стихией.

Ну, значит, все в порядке. Теперь можно подумать и о предстоящем состязании.

Коварное течение и водовороты Циммерманпольдера станут его союзниками. Он придет туда за час до большой воды. Не раньше, не позже.

Занятый этими мыслями, Ян не заметил, как доехал до дома.

Мать с жалостью смотрела на него.

— Так и воспаление легких заработать можно, — сказала она. — Ну-ка, залезай в ванну.

— Дождик-то летний, — прогнусавил Ян.

Так и есть, простудился.

— Ты как, на велосипеде доехал или тебя волной прибило? — заботливо осведомился Марк.

— Не зря прокатился? — спросил Боб.

Ян показал большой палец:

— Победа в кармане!



«Бернар» стоит на якоре недалеко от Брескенса.

— Еще пять ночей поспим — и старт, — говорит Марк, зевая и протирая заспанные глаза.

Это Боб посоветовал ему вздремнуть после обеда, чтобы время бежало быстрей.

А Ян не радовался приближению дня гонок, ему бы еще пару деньков, чтобы подготовиться получше. Хорошо бы в большой прилив под парусами пройти по маршруту, намеченному лоцманом Кестерсом, и на месте проверить силу приливного течения, но это уже не удастся сделать, потому что следующий большой прилив будет как раз в день соревнования.

— Давай попробуем пройти при обычном приливе, — предложил Боб.

— Нет, это не то. Тогда все будет по-другому, и течение, и ветер. Чем выше вода, тем течение сильнее.

Но Боб был убежден, что все же надо сравнить оба маршрута — свой и Кестерса — хотя бы и при обычном приливе и решить, какой путь выгоднее. Он не очень-то верил сказкам старого лоцмана про течение девять миль в час.

Так они и спорили, пока Ян не приказал выбрать якорь.

Тут уж не до споров было. Братья, пыхтя, вытягивали якорную цепь. «Бернар» расправил паруса и пошел.

Песчаные банки холмиками торчали из воды. На одной из них сидели чайки. Все они держали голову точно против ветра.

Волна от морского парохода перекатилась через банку, но птицы остались на месте.

Ян внимательно осмотрелся, нет ли поблизости других лодок. Ни к чему до времени раскрывать свои карты. Яхт вокруг не было видно.

— Спинакер! — скомандовал Ян.

Боб никак не мог справиться с капризным парусом, и Ян уже стал сомневаться, можно ли вообще поднимать его при северо-западном ветре. Наверное, сторож выкроил его не совсем так, как надо.

Но парус все же надулся. Вот так. Теперь все в порядке. «Бернар» с необыкновенной скоростью заскользил между песчаными банками. И ветер-то был пустяковый, каких-нибудь три-четыре балла, но «Бернар» летел, словно его несло стремительное течение.

— Летим! — восторгался Марк. — Да здравствует парус!

Страшно гордый. Боб держал в руках шкот, время от времени поглядывая через плечо, а нос лодки, казалось, готов был выскочить из воды.

— Ни один дьявол нас не обгонит! — крикнул он.

— Спустить спинакер! Спустить грот! — приказал Ян.

— Ну зачем же? Так хорошо идем!

Ян молча показал на проход между банками:

— Кто знает, сколько там воды. Не сесть бы на полном ходу на мель. Врежемся — мачта пополам. Будьте наготове.

Боб быстренько сделал замер самодельным лотом — простой веревкой с гайкой на конце.

— Два метра, — сообщил он.

— Поднять все паруса! — скомандовал довольный капитан.

С юга в гавань Тернезена шел рудовоз, а вдали, где-то в районе затопленного во время второй мировой войны английского авианосца, показались два белоснежных паруса.

— Наши сопернички, — сказал Ян. — Спустить спинакер!



«Бернар» стал на якорь у Эферингена. Ян хотел замерить глубину в южной протоке. Если между этими двумя мелями, где никто не плавает, глубина окажется достаточной, то они быстрее доберутся до Оссениссе. На одной из банок трудился старый земснаряд. Здесь брали песок для строительства и стекольной промышленности.

— Белый песок вывозится в Ирландию, — сказал Ян. — Все вон те маленькие суда пришли за песком.

— Для ирландских детишек? — с невинным видом спросил Марк.

— Для стеклозаводов, остряк! — рассердился Ян. — Из нашего песка делают самый дорогой хрусталь.

Боб достал из чемодана сверток с бутербродами и развернул газету.

— Нет, вы только поглядите — опять машину украли!

И чего Боб так волнуется? Краж хватает, и сообщения в газете об угонах автомашин стали обычным явлением.

— Представляете, у Курносого машину украли!

— Да ну?! — Марк выхватил у него газету.

— Где это? А, вот… «После серии краж автомашин марки „ситроен“ была украдена машина марки „ягуар“, принадлежащая господину Соустину. Машина стояла на многолюдной улице. Дверцы были заперты, и маловероятно, что машину „позаимствовали“ представители золотой молодежи. Это восьмая кража за месяц…»

— Послушай, а кто был за рулем, когда тебя чуть не сбили?

— Ты думаешь, у меня было время разглядывать, кто сидит за рулем?

Ян потребовал, чтобы ему рассказали, в чем дело. Ах, вот как. Значит, его братец опять выкинул номер. Ну, если это повторится, придется сказать отцу.

— Ябеда! — буркнул Марк не очень уверенно. — Лучше б у него лодку украли, — сказал он немного погодя. — А может, «Б—404» не будет теперь участвовать в гонках? До гонок ли человеку, у которого такую машину свистнули.

— Она у него небось застрахована, — сказал Ян. — Да что для такого толстосума какая-то машина?

— Ну, не скажи, она стоит намного больше, чем его яхта.

— Он чудовищно богат, — заверил Марк. — Модель подводной лодки, яхта, спортивная машина — чего только у него нет. Спорим, что у него и самолет есть. Ставлю все свои карманные деньги.

— Какие еще карманные деньги? Ты забрал их у мамы за год вперед.

— Врешь ты все!

— Сам врешь!

— Выбрать якорь! — скомандовал Ян, предвидя Драку.

Но они еще успели обменяться любезностями, прежде чем взялись за якорную цепь.

«Бернар» послушно пошел через южную протоку. Боб то и дело замерял глубину. При выходе из протоки «Бернар» задел дно. Ян отметил мель на карте.

— Здесь надо будет спустить спинакер и смотреть в оба.

— Есть, капитан! — козырнул Боб.

Ян направил лодку к Оссениссе. Ветер дул в спину. Спинакер раздулся, как шар, и с такой силой тянул лодку, что она прямо в облака рвалась.

Собственно, пора было бы уже повернуть обратно, но Ян не мог упустить случай выжать все из своих парусов. «Бернар» блестяще прошел испытания, что и было отмечено боевым кличем!

— Ого-го! Ого-го!

Потом спинакер убрали.

— Наше тайное оружие должно оставаться тайной до самого дня состязаний, — сказал Боб.

— Курносому, положим, ничего не стоит заказать себе нейлоновый спинакер, — вздохнул Марк. — Счастливчик!

— Хорош счастливчик! Сперва у него машину украли, а теперь еще мы его на гонках обставим.

Лодка взяла курс на Валсорден, а оттуда направилась к Циммерманпольдеру.



Это был обычный фарватер, не бетонированный, но вполне проходимый вдоль берега. Кое-где стояли буи, указывая границу отмелей. Течение здесь было сильней, чем на главном фарватере, но никаких следов водоворота или быстрины и никакого дьявола они не увидели.

«Бернар» спокойно дошел до главного фарватера и пересек оживленный водный путь. К счастью, поблизости не оказалось ни одного крупного судна, а от пары лихтеров, спешивших в Хансверт, Ян легко увернулся.

— С помощью дьявола или без него, но здесь мы наверняка выиграем время, — изрек Боб.

Он уже легко управлялся со спинакером и теперь чувствовал себя на равных с Яном и даже позволил себе одобрить маршрут, выбранный старшим братом.

— Хорошо, что ты не поленился съездить к господину Кестерсу.

Они спустили паруса и стали на якорь, решив подождать большой воды. В Брескенс они все равно придут довольно поздно. Ян приказал братьям осмотреть паруса, нет ли там дырок.

— Спинакер тоже, у него очень тонкая парусина, — сказал он.

Мальчики нашли пару сомнительных мест на гроте и дырку на фоке, которую надо было залатать.

— Тогда плывем в Лилло, — сказал Ян, — и вечером приведем с корабельного кладбища наш старый фок.

— Это с ним ты собираешься выиграть гонки?

— Нет, прихватим как резерв, вдруг этот порвется.

— А если порвется грот? — спросил Боб.

— А если сломается мачта? — подхватил Марк. — Давай уж все прихватывай, гонщики обрадуются, что мы им запчасти привезли.

— Пусть думают что хотят. А резервный парус мы возьмем, и хватит об этом.

Они еще поворчали, но «Бернар» уже полным ходом шел в родную гавань.



Братья ошвартовали «Бернар», и Боб спросил у Яна, обязательно ли им всем вместе ехать на корабельное кладбище. Ян сказал, что не обязательно.

— Тогда мы поедем домой и скажем маме, что ты скоро вернешься, — сказал Марк.

Ян согласился. Старый фок он и один притащит, а новый они починят, пока будут плыть до Брескенса.

Младшие братья вытащили из укромного местечка у старого форта велосипеды и поехали к польдеру.

— Послушай, — вдруг предложил Боб, — давай прокатимся в порт.

— Зачем?

— Ты помнишь, где мы последний раз видели машину Курносого?

— Еще бы: до сих пор нога болит, когда на педаль нажимаю.

— А вдруг тогда за рулем сидел уже вор?

Так вот почему Боб не захотел ехать на свое любимое корабельное кладбище. Он решил поразнюхать в порту, не там ли воры прячут краденые машины.

— Поехали! — крикнул Марк. — Только чтоб Ян не вернулся раньше нас.

— Не вернется. Пока дойдет до корабельного кладбища, пока обратно и наверняка еще поболтает с Бернаром. Раньше одиннадцати домой не попадет.

— Ты думаешь, они переправляют машины на судах? — спросил Марк.

— Конечно.

— На глазах у полиции и таможенников? Ты же видел, что при погрузке на борту всегда торчат таможенники.

— А если упаковать машину в ящик и написать, что это что-нибудь совсем другое?

— Ха! Какой же величины будет ящик?

— А как в Антверпен машины доставляют? В ящики и упаковывают.

Марк все же колебался. Это все равно, что искать иголку в стоге сена. Не заглядывать же во все пакгаузы и под навесы в надежде обнаружить там пропавший «ягуар».

Но если Боб вобьет себе что-нибудь в голову, пиши пропало. Автомобильные кражи не дают ему покоя, с тех пор как он прочитал в газете первую маленькую заметку.

«Почему кражи совершаются только в Антверпене? Конечно, машины пропадают иногда и в Брюсселе, но последнее время воры в основном орудуют в Антверпене. Вначале их интересовали только „ситроены“, а теперь они хватают все, что под руку попадет, правда, главным образом дорогих марок. Так почему же именно в Антверпене? Да потому, что здесь порт», — рассуждал Боб.

Конечно, он не верил, что воры грузят машины, не замаскировав их. Таможенники сразу бы заметили, что машины не новые, и проверили бы номера моторов. Значит, машины переправляют в ящиках.

Мальчики доехали до шоссе и свернули направо. Ведь «ягуар» тогда свернул в сторону мостов. Но сначала надо проехать мимо автостоянки, где держат машины в ожидании отправки.

Вдоль стоянки они ехали медленно. Здесь были только новые машины с чеками, наклеенными на буфере.

— Давай съездим за мост.

Они проезжали недалеко от корабельного кладбища. Боб предпочел свернуть к пакгаузам, чтобы не встретить Яна.

Рядом со складом лесоматериалов стоит старый пакгауз. Раньше он служил хранилищем для гуано — удобрения из птичьего помета. Потом фирма сняла под склады другое помещение, а этот теперь пустует. Бернар частенько жаловался, что вонь от него доносится и до корабельного кладбища.

— Давай посмотрим в старом пакгаузе, — предложил Боб.

— Ты что, лезть в этот вонючий курятник? Да мама нас на порог не пустит!

— Ну, как хочешь.

Боб поставил велосипед и пошел через склад к заброшенному пакгаузу. Обогнув последний штабель досок, он наткнулся на высокую проволочную ограду. Он заколебался. Что сказать, если кто-нибудь его увидит? Что ему тут надо?

Боб влез на штабель. Отсюда все хорошо видно. В помещении темно. На территории ни души. Нет, он должен узнать, что там внутри. Не может быть, чтобы склад стоял пустой. Пустые склады колючей проволокой не огораживают.

Он обошел ограду кругом. Входа не было.

Вот это номер! Но ведь как-то сюда люди попадали?

Только он прополз на животе под проволокой, как вдруг услыхал:

— Боб, ты где?

— Да здесь я. Уже соскучился!

— Долго ты собираешься там торчать? Фу, как воняет!

— Давай лезь сюда! Подойдем к окошку, заглянем внутрь.

Марк подполз к нему.

— Если нас здесь сцапают, папа не разрешит нам участвовать в соревнованиях.

— Кто сцапает-то? Ни души нет. Посмотрим и уйдем.

Они поднялись и подошли к самому зданию. Боб попытался заглянуть через окошко, но оно было забелено изнутри.

— А вон дверь, — шепнул Марк.

— Дверь ерунда. Здесь должен быть въезд…

Они обошли весь склад и опять очутились перед маленькой узкой дверью.

— Пошли домой. Разве здесь спрячешь машину? Попробуй втисни ее через эту дверку.

Но Боб не хотел сдаваться. Он весь напрягся, словно охотничий пес, почуявший дичь.

— Боб, но ведь если склад пустой, зачем ему въезд?

— А зачем тогда проволочная ограда? Нет, дело тут нечисто… Ага, вот и въезд. Только он забит.

— А что это там написано, вон наверху?

Прочесть было очень трудно, но Боб все же разобрал:

— «Вход воспрещен. Опасно для жизни».

— Ну, добился своего? Пошли теперь домой.

— «Опасно для жизни», — повторил Боб вслух.

Что же такое может здесь храниться, опасное для жизни? Оружие, взрывчатка? Особый сорт горючего? Летучий газ? Он знает эту часть порта довольно хорошо. Сотни раз они проезжали здесь, когда оснащали свою лодку на корабельном кладбище, но видели ли они раньше этот склад? Нет, он совсем не бросается в глаза.

Боб прислонил ухо к двери, затем подошел к окошку, опять послушал. На складе царила мертвая тишина. Там, где раньше проходила покрытая гравием дорога, сейчас стояли железные котлы, закрывая склад со стороны шоссе. Будь дверь пошире, чтобы могла проехать машина, лучшего укрытия для краденого не сыщешь.

— Если ты сейчас же не поедешь домой, я уеду один, — заявил Марк.

— Давай посмотрим еще разок с той стороны.

Они снова обошли здание. На одном из окон была решетка. Боб ухватился за решетку и подтянулся. Но и там стекло было закрашено.

— Дай мне камень.

— Зачем?

— Давай камень, тебе говорят!

— Мамочка, да он в тюрьму захотел! Дома узнают, влетит же тебе. Слезай сию минуту!

Боб спрыгнул, ощупью нашел на земле половинку кирпича, потом опять забрался, короткий удар, и стекло разлетелось вдребезги.

— Как тебе не стыдно! — шипел Марк.

— Подумаешь! Стекло стоит не больше пятнадцати франков, в случае чего заплачу из своих карманных денег.

— Но это же попытка к взлому, — не унимался Марк. — Если поймают, тебя в колонию для малолетних преступников засадят!

Боб шарил по карманам в поисках спичек. Левой рукой он держался за решетку, поэтому прошло довольно много времени, прежде чем ему удалось вытащить коробок. Затем он чиркнул спичкой и сунул руку с горящей спичкой в окно.

Вдруг он вскрикнул, выпустил из рук решетку и грохнулся наземь.

— Что там такое? Что там, Боб? Ты не расшибся?

Он не мог говорить.

— Там… там… Какой ужас! — тяжело дыша, наконец прошептал Боб. — Ужас!

— Что, Боб? Что там такое?

— Скелеты. Одни скелеты. Разгуливают по складу.

— Какие скелеты? Ты что, рехнулся? Человеческие скелеты?

— Ага, — прохрипел Боб.

— Пусти, я сам посмотрю.

Марк тоже вскарабкался на карниз и зажег сразу три спячки. Точно, скелеты! Вон и вон, а вот еще один. Висят рядком. Кошмар! А вонища!..

Марк спрыгнул на землю.

— Как же они сюда попали?

Но Боб и сам мог бы задать целую кучу вопросов, ответов на которые не было.

— Давай вернемся сюда завтра ночью. И захватим с собой фонарик.

— А может, предупредить полицию?

— Нет, пока не надо.

Вдали шумели тракторы, послышался фабричный гудок, потом свисток паровоза, шум мощных винтов парохода, грохот лебедок — все это были нормальные звуки порта. Они успокаивали.

Мальчики осторожно пролезли под проволочной изгородью, сели на велосипеды и помчались домой.

Яна они нашли в гараже.

Где их черт носили? Так, прокатились немного.

— Ах, прокатились… А чем это от вас воняет?

Они развесили свои вещи перед открытым окном и приняли горячий душ. Но избавиться от въедливого запаха было не так просто. Одна надежда, что никто не догадается, откуда этот запах.

Стол в кухне был накрыт. Но один только Ян отдал должное ужину. Младшие же братья ели через силу, лишь бы не вызвать расспросов.

Ян подозрительно прищурился.

— Вы что-то раскопали, — сказал он.

— Что мы могли раскопать?

— От меня не спрячетесь. А ну, выкладывайте.

— Видно, он опять перегрелся на солнышке, — сказал Боб Марку.

«Надо будет последить за ними, — думал Ян. — Что-то у них на уме».



Была полночь. Ян мирно посапывал. Марк вертелся, натягивал на голову одеяло, считал до ста — ничего не помогало.

В пять минут первого в комнату вошла мать. Дети уже выросли, но она всегда заходила проведать их перед сном. Когда дверь за ней закрылась, Марк поднялся на постели.

Бобу тоже не спалось.

— Скажи, Марк, а ты их видел? Мне не приснилось? Там правда висели скелеты?

— Конечно, — сказал Марк. — Штук двадцать.

— Может, попросить папу позвонить в полицию?

— Сейчас? Ну нет. Надо разузнать побольше, а так что ты им скажешь?

Н-да, ситуация. Придется начинать с признания, что любопытства ради он разбил окно. Отец так рассердится, что запрет их на целую неделю в квартире. Тогда прощай соревнования.

Да и неизвестно еще, как посмотрит на это полиция. Скажи-ка вот сейчас, ночью, дежурному полицейскому, мирно дремлющему у телефона, что на складе висят скелеты. Еще отругает.

— Послушай, Марк, а может, это просто картинки на стене?

— Ты что! Я видел, как один из них шевельнулся.

— А запах какой противный! До сих пор чувствуется.

— Еще бы! Все провоняло: подушка, одеяло… Послушай, дашь ты мне наконец поспать?

Короткая летняя ночь длилась несносно долго. В шесть утра Боб сидел уже на кухне. Бледный, под глазами большие синие круги. Потом он заснул в качалке. Там его и застала мать, когда пришла ставить кофе.

— Ты что, болен? Простудился? Устал?

— Нет, просто распсиховался.

— Но почему же? Ты ведь научился управляться с парусами. Неужели ты так близко к сердцу принимаешь эти гонки?

Гонки?.. Да, конечно.

Хорошо, что гонки вот-вот начнутся, можно все свалить на них.



Ян ничего не понимал. Почему его братьям вздумалось ехать в Лилло через доки? Это же огромный крюк. Там опасно, большое движение, и времени сколько потеряют, ведь придется торчать перед каждым мостом.

— А вот посмотрим, кто приедет первым, — подзадоривал Марк. — Ты езжай по шоссе, а мы — через доки.

— Ладно. Только, чур, нигде не застревать, — сказал Ян. — От складов подальше держитесь.

Оба вытаращили глаза в притворном удивлении:

— Чего мы там не видали?

Этого Ян, конечно, не знал, но их поведение ему совсем не нравилось.

Братья свернули налево. Ян немного поколебался не последовать ли за ними, но раздумал. Некогда. Ведь послезавтра старт, а завтра надо уже плыть в Брескенс.

Когда подъехали к штабелям лесоматериалов, у Боба сильно забилось сердце. При свете дня все здесь выглядело совсем иначе. Марк ехал рядом. Им посигналила машина, которая везла баллоны с бутаном. А вон и старый пакгауз. За котлами, громоздившимися на гравиевой дорожке, видна была только крыша.

Боб спрыгнул с велосипеда, спустил переднюю камеру, вытащил ее из покрышки и влез на штабель досок.

Территория пакгауза казалась давно заброшенной, но там, где к нему сворачивала дорога, проволочное ограждение было убрано в сторону. Значит, въезд все же есть а заграждение здесь съемное.

Марк сидел на велосипеде и ждал.

— Слезай, пошли посмотрим, — сказал Боб.

— Ты что, читать разучился? Смотри: «Вход воспрещен».

— Я попрошу у них ведро воды, чтобы проверить камеру.

— Ладно, пошли.

Котлы стояли так, что казалось, к складу не пробраться. Однако толковый шофер сумел бы найти дорогу.

— Похоже на лабиринт, — шепнул Марк. — Крутишься, крутишься и никак не подойдешь.

Обогнув последнюю цистерну, братья очутились перед входом в пакгауз. Дверь была приоткрыта. Сейчас они все узнают. Стоит войти — и все станет ясно. Боб открыл дверь пошире. Над головой раздался гулкий удар медного колокола. Они ожидали увидеть большое помещение, где висят скелеты. Но тут был лишь узкий проход между мешками с песком. Вдвоем, пожалуй, не пройти.

— Это ты, Франц? — спросил кто-то.

— Нет… — сказал Боб. — Мы пришли…

Они услыхали, как кто-то бегом бросился к ним, и Боб поспешно шагнул вперед, чтобы выйти из узкого прохода, но за поворотом он увидел все те же мешки. И тут им преградил путь какой-то человек:

— Вам что надо?

— У меня камера прохудилась, не дадите мне ведро воды, чтобы найти прокол?

Высокий мужчина с крупными чертами лица зло прищурился:

— Ты что, читать не умеешь? «Вход воспрещен», кажется, ясно написано?

— Я видел, но я подумал… — начал Боб вежливо.

— Марш отсюда! — рявкнул незнакомец.

Опять раздался удар колокола.

— Это ты, Франц? — крикнул мужчина.

— Я, кто же еще!

— Подожди у двери, у меня тут непрошеные гости…

Мальчики повернули к выходу.

— А зачем у вас здесь забаррикадировано? — спросил Марк.

— Чтоб не остаться без головы, если эта лавочка взлетит на воздух. Ну, марш отсюда, да смотрите не болтайтесь больше по верфи!

Возле пакгауза стоял трактор. Франц ждал на крыльце, пока братья не вышли за ограду.

— Еще раз явитесь — позвоню в полицию! — крикнул он им вслед.

Боб накачал камеру, и они сели на велосипеды.

— Да-а, осечка вышла, — вздохнул Марк.

— Вечером вернемся с фонариком и, если скелеты окажутся на месте, позвоним в полицию.

Их обогнал портовый рабочий.

— Послушайте, послушайте! — бросился за ним Марк.

Велосипедист затормозил.

— Вы знаете, нам на каникулы задали сочинение… про порт.

— Понятно, — улыбнулся велосипедист. — Переэкзаменовка. У моего сына тоже.

— А вы не можете нам сказать, где тут что находится? Ну, вот там, наверно, лесосклад, там — нефтеперегонный завод, а вон там?

— Там корабельное кладбище.

— Ах, вот как! Корабельное кладбище. А это что за склад? Что там хранится? — Он показал на пакгауз, откуда их только что выгнали.

— Раньше там держали удобрения, а сейчас этот сарай сдали фирме, которая скупает и продает подмоченные грузы.

— Подмоченные грузы?

— Бывает, что товар подмокнет во время перевозки. Ну, если вода попадет в трюм. Мало ли какая авария… И если получатель отказывается от испорченного товара, его продают этой фирме.

— Большое спасибо, — поблагодарил Боб.

Марк с достоинством поклонился.

Велосипедист уехал, а ребята отправились кратчайшей дорогой в Лилло.



Ян сидел на берегу, разложив на коленях грот.

— Хороши, нечего сказать! До соревнований два дня, а вы где-то мотаетесь. Если вам плевать, так бы и сказали. Что мне, больше всех надо?

— Твоя взяла, — сказал Боб. — По шоссе, конечно, ближе. Давай иглу и нитки.

Они быстро заштопали все до единой дырочки. Даже Марк, не очень друживший с иголкой, работал на совесть.

Свежеокрашенный корпус «Бернара» протерли замшей, палубу надраили, проверили рулевое управление.

— Если очень налегать на руль, будет тормозить, — сказал Ян. — Надо постараться поменьше вертеть им.

Младшие братья слушали вполуха, то и дело поглядывая в сторону доков.

— Да что с вами, наконец? Будете вы участвовать в гонках или нет?

— Будем, будем! — поспешил ответить Боб.

Но Марк больше не мог терпеть и рассказал старшему брату про скелеты, про мешки с песком и про то, как их сегодня выгнали со склада.

— Я целую ночь не спал, — признался Боб. — Все эти ужасы мерещились.

Но Ян угрюмо молчал, и Боб понял, что придется объяснить, зачем их туда понесло.

— Знаешь, мы встретили машину Соустина в доках и подумали, что, может, в ней тогда уже сидели воры, ну, и хотели поразнюхать, где там ее спрятать можно…

— И что же вы собираетесь делать дальше?

— Надо поглядеть вечером с фонариком, не ошиблись ли мы.

— Ладно. Я тоже пойду с вами. Только сначала потренируемся. Скелетов, может, еще не окажется, а вот гонки послезавтра будут. Это уж точно.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13