Современная электронная библиотека ModernLib.Net

The Dragonrealm (№2) - Ледяной Дракон

ModernLib.Net / Фэнтези / Кнаак Ричард / Ледяной Дракон - Чтение (стр. 3)
Автор: Кнаак Ричард
Жанр: Фэнтези
Серия: The Dragonrealm

 

 


Массивная голова повернулась, и Тома невольно попятился. Он все еще не трансформировался в свой обычный драконий облик, да и не имел такого желания даже сейчас. В драконьем облике намного трудней удерживать тепло, и если Ледяной Дракон и впрямь предпочитает видеть Тому мертвым, незачем упрощать ему эту задачу.

— Кто-то вторгся в мои владения — конечно же, с помощью волшебства, — внезапно произнес огромный дракон. — Мои дети управятся с ним. Пусть попробуют крови.

Тома чувствовал, как леденящее дыхание хозяина инеем оседает у него на бровях. Ледяной Дракон оглядел свои покои и перевел взгляд на огнедышащего племянника. Неприятное происшествие, кажется, было уже полностью позабыто.

— Ты можешь быть совершенно уверен, герцог Тома, в моей преданности трону и Королю Королей. Все, что я делаю, я делаю ради него, ради того, что он собой олицетворяет. Об Императоре позаботятся. Ты увидишь. Ну а теперь мне нужно отдохнуть…

— Если мне будет позволено… — начал Тома. Глаза Ледяного Дракона сощурились:

— Ты хочешь чего-то еще?

Огненный Дракон посмотрел в холодные, мертвые глаза хозяина ледяной крепости и покачал головой. Он чуял опасность издалека. Не время добиваться милости. Ледяной Дракон удовлетворенно опустил голову, устраиваясь на ложе. В первый раз Тома пристально рассмотрел стены пещеры. «Здесь алтарь, — подумал он. — Алтарь, до сих пор служивший каким-то обрядам; в нем было отверстие, располагавшееся рядом с головой Ледяного Дракона».

Ледяной Дракон следил за ним одним налитым злобой глазом, потом н этот глаз закрылся. Тома повернулся и выскочил из покоев, признавшись себе, что все самые дурные предчувствия оправдались. По правде говоря, он давно подозревал, что события принимают скверный оборот. Все его путешествие в Северные Пустоши было напрасной тратой времени, а теперь, кажется, поставило под угрозу и его жизнь.

И хуже того, обратного пути для него, судя по всему, не было. Вряд ли Ледяной намерен отпустить его живым.


Хозяин леса Дагора провел их потайной тропой, вдвое сократившей путь. Наконец медленно приближавшийся Мэнор раскинулся перед ними. Кейб с недоумением уставился на величественный ландшафт, не веря своим глазам. Когда Мэнор успел так разрастись? Его воспоминания об этом месте были еще достаточно свежими. Всего несколько месяцев назад он побывал в этих краях и, несмотря на спешку и озабоченность, обязательно обратил бы внимание на такие перемены.

Мэнор представлял собой величественное смешение естественного и искусственного. Значительная часть его располагалась в огромном дереве, природная красота которого была использована с большим вкусом и мастерством. К тому, что видел Кейб всего несколько месяцев назад, добавилось несколько новых ярусов. Уже трудно было определить, где кончается природа и начинается воплощение тонкого художественного замысла. Некоторые ярусы, казавшиеся заброшенными, заслоняли от взгляда сплетения виноградной лозы, но большинство выглядело так, как будто еще вчера там кто-то жил.

Примыкающие угодья были так же живописны, как и Мэнор. Не утруждая себя расчисткой земель, обитатели этих мест искусно использовали все преимущества сочетания горного и равнинного ландшафта. Е сли Мэнор, как предполагала Гвен, был построен искателями, это очень много говорило о природе крылатых прародителей драконов.

Короткий сдавленный вздох донесся до молодого волшебника справа, где ехала Гвен. Но Кейб вовсе не стремился разделить с ней переживания, хотя и знал, что у нее все вокруг будит целые пласты воспоминаний. Как ни любила его Гвен, ее первой любовью, и любовью трагической, остался Натан. Потом Натана в ее жизни заменил Кейб; она полюбила его, сначала привлеченная сходством, потом захваченная различиями.

И все же удержаться от ревности было трудно.

Зеленый Дракон остановился и спешился. Повозки и всадники сгрудились у него за спиной. Было ясно, что Король-Дракон ожидает какого-то знака. В толпе путешественников поднялся ропот, и Кейб жестом приказал всем замолчать.

Подняв сжатую в кулак руку, Зеленый Дракон окликнул кого-то. Гвен и Кейб ничего не успели разобрать. Спустя мгновение из окружающего леса вышел отряд драконов. Кейб заподозрил, что Зеленый Дракон солгал насчет своей части соглашения, и приготовился к кровавому — и скорее всего, очень короткому — столкновению.

К его удивлению, Гвен примирительно окликнула его. Кейб повернул голову и укоризненно уставился на нее, на секунду вообразив, будто Зеленый Дракон каким-то образом использовал ее в своей игре. Но Гвен торопливо развеяла его заблуждение:

— Прости, Кейб, но мы подумали, что решение некоторых вопросов лучше отложить до нашего приезда в Мэнор.

— Мы?..

— Грифон, Зеленый Дракон и я.

Кейб внезапно почувствовал себя преданным, окруженным заговорщиками — и все из-за того, что его имя — Бедлам.

— Дело не в этом! — быстро возразила Гвен, определенно читая его мысли. — Мы просто подумали, что должны иметь равное число слуг — драконов и людей. Тогда обе расы смогут учиться друг у друга.

— Драконов?..

Оба отряда неприязненно разглядывали друг друга. Люди зашептались о том, что побоятся сомкнуть глаза в логове драконов. В свою очередь, драконы, которым приказано было служить могущественным волшебникам, в том числе внуку величайшего из Хозяев Драконов, не скрывали своего недовольства и страха.

— Кейб?

Он наконец кивнул. Две излучающие взаимное недоброжелательство группы наконец начали понемногу перемешиваться, тогда Гвен спешилась и принялась распоряжаться разгрузкой.

Напряжение было таким ощутимым, что, казалось, его можно увидеть, но никто из челяди не хотел прогневать ни волшебников, ни Короля-Дракона. Кейб тоже спешился и зашагал к лесу, стараясь как-то примириться с создавшимся положением. Он уже успел привыкнуть к выводку — в какой-то степени, — но иметь дело с целым кланом?..

Загадочным образом Зеленый Дракон оказался прямо перед ним. Погруженный в свои мысли, Кейб не заметил, как Король оставил занятых распаковкой людей и драконов и нагнал его.

— Думаю, несмотря на различия между нашими расами, я в состоянии понять ход твоих мыслей и некоторые твои опасения. Вот почему я взял на себя ответственность за любые поступки членов моего клана, Бедлам. Что бы ни случилось, ответственность лежит на мне; я хочу, чтобы ты запомнил это.

Кейб медленно кивнул, нимало не успокоенный. Зеленый Дракон протянул чешуйчатую четырехпалую лапу-руку. Человек, помедлив, взял ее. Пожатие Короля-Дракона оказалось крепким, и Кейб возблагодарил то божество, которое хранило его пальцы.

— Леди Гвендолин не будет нуждаться в тебе ближайшие несколько минут. Давай немного погуляем, если не возражаешь. Я хотел бы обсудить с тобой некоторые вопросы. Идет?

Кейб попытался прочитать что-нибудь в горящих глазах, но они были непроницаемыми, как всегда. Кейб оглянулся, надеясь придумать отговорку, но Гвен была слишком далеко.

— Все слуги заняты своими делами, так что тревожиться не о чем. Твоя супруга восстанавливает старые заклинания, охраняющие Мэнор. Они изрядно одряхлели и нуждаются в тщательной проверке. Когда она закончит, войти или выйти можно будет только с разрешения лорда и леди.

Логически вытекавший из этого утверждения вопрос Кейб задавать не стал, но Зеленый Дракон добавил сам:

— Даже мне потребуется ваше разрешение. Ваш дом будет в полной безопасности.

Граница, закрытая даже для Короля-Дракона? В этом был смысл. Особенно с учетом того, что заклинание не делает различия между одним Королем и другим, а их ближайшие соседи теперь — Серебряный и Грозовой Драконы. И Хрустальный, насчет намерений которого никому ничего не известно.

— Прошу тебя, Бедлам. Я очень хотел бы поговорить с тобой. Давай немного прогуляемся по лесу.

Кейб последовал за Зеленым Драконом, свернувшим в лес, в обход Мэнора. Дороги он не знал, но в этом, вероятно, вполне мог положиться на своего спутника.

Зеленый Дракон начал довольно резко:

— Между драконами и теми, кто носит имя Бедлам, всегда были недобрые чувства. Глупо отрицать факты. Нашлись наглецы даже в моем собственном клане, возражавшие против того, чтобы Бедлам поселился в сердце моего Королевства.

«Всегда приятно почувствовать себя в кругу друзей», — мрачно подумал Кейб.

— Я много беседовал с Хозяином Драконов Натаном, как тебе известно. Подозреваю, что я заражен человечностью куда больше любого другого моего сородича. Даже моя речь претерпела досадные изменения.

Король-Дракон помедлил, сделал паузу и повернулся к Кей-бу, с содроганием подумавшему о том, как быстро можно превратить в свежую дичь любое теплокровное. Но слова Зеленого Дракона противоречили свирепому взгляду:

— Я научился приветствовать то, что другие называют человеческой угрозой. Мы — драконы — никогда не были так многочисленны и так изобретательны, как твои соплеменники. Наши законы — законы постоянства; и боюсь, именно поэтому ничто не спасет нас от очень скорого упадка.

Кейб споткнулся. Откровенность и прямота заклятого врага так поразили его, что он уставился на Короля-Дракона, стараясь не упустить ни единого слова, и перестал смотреть себе под ноги. Зеленый Дракон продолжал:

— Вы воюете против себе подобных, вы лжете, вы разрушаете, вы крадете… И несмотря на это, вы превосходите нас! Вы можете и творить, и заглядывать в будущее, и браться за неразрешимые проблемы, и собираться с силами, потерпев поражение. А мы не сумели ничему научиться у вас. Вот почему я потребовал, чтобы выводок воспитывался с людьми. Это дает надежду моей расе. Это дает надежду обеим нашим расам.

На это Кейб ничего не смог ответить. Они продолжали идти, постепенно удаляясь от Мэнора. В свое время, разнося миски и кубки в гостинице, Кейб и представить не мог, что будет шагать рука об руку с одним из самых страшных Королей-Драконов.

Внезапно дохнуло холодом. Дракон взглянул на него с удивлением:

— Что это?..

— Гвен!

Кейб резко повернулся и помчался назад, забыв про Зеленого Дракона. Гвен была в опасности. Она на секунду коснулась его мыслей. Что за опасность нависла над Гвен, он не понял, но отчетливо ощутил ее страх.

Он взбежал на маленький пригорок и почувствовал неприятную пульсацию, пробежавшую по его телу. Это ощущение длилось всего мгновение, и Кейб понял, что пересек границы, очерченные заклинанием. Позади он услышал свирепый рык. Зеленый Дракон окликнул его по имени. Несмотря на подгонявшую его тревогу, Кейб притормозил и обернулся.

Дракон остановился перед пригорком, его огромные лапы свирепо дубасили по пустоте. Очевидно, Гвен успела основательно залатать старые заклинания, и теперь Король-Дракон не мог войти в Мэнор без посторонней помощи. Кейб вспомнил магические слова, с помощью которых однажды помог Темному Коню пройти через границы охранительного заклинания.

— Входи беспрепятственно, друг!

Слова были те же, что и в прошлый раз, но наполненные совсем другим смыслом. Кейб, взглянув через плечо, убедился, что Дракон пересек границу, и, удовлетворенный, помчался дальше, предоставив своему спутнику действовать на свое усмотрение.

Кейб мчался мимо удивленных людей и драконов. Он вспомнил, как Гвен однажды объяснила ему, что близкие отношения между людьми, наделенными магическими способностями, иногда создают особого рода мысленную связь, не обязательно постоянную, иногда проявляющуюся только тогда, когда одному требуется помощь другого — как в этот раз.

Он пересек почти весь Мэнор на одном дыхании и испуганно огляделся. Где же она?..


Гвен лежала на груде камней у ограды, совсем близко к тому месту, где ее когда-то держали в Янтарной Тюрьме. Это неприятное совпадение задело Кейба за живое. Она лежала ничком рядом с разросшимися кустами. Кейб подскочил к ней и осторожно перевернул ее на спину. Почти автоматически он мысленно вызвал спектр и, отделив самую мягкую красную ленту, начал необходимые манипуляции. Вздох облегчения сорвался с его губ, когда он убедился, что по крайней мере физически она цела и невредима.

— Здес-с-сь ничего нет.

Кейб вздрогнул. Он весь ушел в свои переживания и не услышал, как подошел Зеленый Дракон:

— Она выглядит абсолютно невредимой, но…

— Все будет ясно, когда она очнется, — закончил дракон. — Что, судя по всему, произойдет через пару секунд.

Гвен действительно зашевелилась. Она вздрогнула и медленно открыла глаза. Когда ее взгляд остановился на лице Кейба, ее лицо осветилось от радости и облегчения.

— Я испугалась… — Волшебница замолчала, словно не могла вспомнить, что с ней произошло,

— Что случилось?

— Заклинания. Я все закончила, верно? — Ее лицо снова стало испуганным.

— Да. — Кейб не удержался и оглянулся. Могло ли что-нибудь — или кто-нибудь — проскользнуть за барьер?

— Все в порядке, насколько я могу судить, — вмешался Зеленый Дракон. — Я обыскал окрестности после того, как Кейб почувствовал, что ты в опасности.

— Что это было, Гвен? Она моргнула:

— Этой… твари… больше нет?.. И искателя тоже?..

— Какой твари? И откуда здесь взяться искателю?

— Не считая этого, — снова вмешался дракон, указывая на статую, установленную почти на вершине Мэнора. Она изображала искателя в полете. Еще несколько таких же статуй высилось в самом Мэноре и его окрестностях. Все они казались на удивление живыми.

Гвен поморщилась:

— Нет, не этот — по крайней мере мне так кажется. Мерзость, которую я видела своими глазами… — Она запнулась.

— На что это было похоже? — мягко спросил Кейб. Она вздрогнула:

— Это было что-то огромное. Ком белого меха и огромные лапы, как у зверя, живущего под землей… Клянусь, земля просто взорвалась, когда эта тварь выбиралась наверх!

Кейб и Зеленый Дракон повернулись и осмотрели сад, но ничего не увидели. Молодой волшебник вопросительно взглянул на Короля-Дракона.

— Воз-з-зможно, — задумчиво произнес дракон, — восстанавливая древние заклинания, леди Гвендолин столкнулась с каким-то трюком искателей, придуманным, чтобы отпугивать чужаков.

Гвен с сомнением смотрела на него:

— Но ведь они сражались друг с другом! И я чувствовала все мысли искателя — даже… даже о его смерти! Искатель… он справился с этой тварью.

Дракон вполне по-человечески пожал плечами:

— Я не вижу другого объяснения. Больше никто ничего не з-заметил.

— Другими словами — я спятила. Ты это имел в виду?

— Ничего подобного. Я просто думаю, моему предположению с-стоит уделить некоторое внимание. Гвен огляделась:

— Я была так уверена, что все это реально…

Вокруг них начали собираться слуги — и люди, и драконы. Любопытство — и, возможно, беспокойство — объединили их быстрее, чем можно было предположить. Кейб посмотрел на них и нахмурился. Не с этого следовало начинать.

— Все в порядке! — крикнул он. — Переутомление, ничего страшного. Возвращайтесь к своим делам.

Слуги медленно разошлись. Кейб чувствовал, что они не вполне удовлетворены объяснением. Но что еще он мог сказать?

Гвен попыталась сесть, и Кейб вместе с Королем-Драконом помогли ей. Она все еще испуганно озиралась.

— Я готова поклясться: искатель действительно спас мне жизнь. Не просто так — но потому, что так было нужно, я это почувствовала. Помню, как упала, как меня подхватили — а потом все меркнет.

— А теперь на время забудь, об этом, — посоветовал Кейб. — Тебе нужно отдохнуть. Позже мы сможем обсудить все поподробней.

— Я тоже так думаю.

Зеленый Дракон опустил руку в перчатке на ее плечо:

— Ради твоего спокойствия, Огненная Роза, я отправлю своих слуг обыскать окрестности. Искатели — большие хитрецы, но все же у нас хорошие шансы что-нибудь найти, если они были поблизости.

Она покачала головой:

— В этом нет никакой необходимости.

— А по-моему, ес-с-сть.

Гвен улыбнулась и упала в объятия Кейба. Вместе с Зеленым Драконом они помогли ей добрести до Мэнора. Она не протестовала.

Задержись они хоть на пару минут, их ожидала бы ценная находка. Нужно было только пристальней вглядеться в полоску зарослей, и они бы обязательно заметили пару перышек, которые Гвен своим весом вдавила в гущу листвы. Перья очень большой птицы — или какого-то другого существа. 5

Ириллиан-на-Море процветал благодаря богатым рыбным промыслам. Равно в военные и мирные времена жители соседних краев, удаленных от побережья, охотно раскупали щедрые дары морей, привозимые рыбаками.Перед самым рассветом, когда вереницы лодок потянулись в море к расставленным сетям, только одна-единственная лодка двигалась в противоположном направлении, то есть к побережью. Обычные рыбаки избегали приближаться к Морской Пасти — пещерам и гротам, наполовину залитым водой. Это был вход в подводную крепость Повелителя Ириллиана-на-Море, Синего Дракона.

В тусклых предрассветных лучах с трудом можно было различить три фигуры в лодке. Один из путешественников, лодочник, был закутан в просторный плащ, сотканный из каких-то волокон явно морского происхождения. Пассажиры знали, что он — или она — не принадлежит к человеческому роду, но это их не тревожило. Лодочник выполнял свою работу, как должно, а больше ничего и не требовалось. Этим путешественникам в жизни довелось повидать немало удивительного.

Внешне они были похожи, как листья с одной ветки. Оба были закованы в украшенные мехом доспехи, черные, как безлунная ночь, а плотно прилегающие шлемы с широкими пластинками, защищающими нос, изображали волчьи головы. Со шлемов свисали на ладонь ниже плеч волчьи хвосты. Оба наверняка были закаленными в боях солдатами, и все же их окутывала особая аура, свойственная только тем, кто рожден, чтобы властвовать. Один был немного ниже ростом и гладко выбрит. У второго, явно старшего, была короткая ухоженная бородка.

Лодка приблизилась к берегу. На мелководье лодочник спрыгнул за борт и вытолкнул свое суденышко на песок, обнаружив удивительную ловкость и силу. При этом из-под одежды ни на миг не показались ни рука, ни нога. Рейдеры-волки высадились на берег и остановились, молча наблюдая, как отчаливает лодка.

Д'Шай снял свой шлем и вытер капли морского тумана с лица.

— Нас заметили, Д'Лаку.

Его спутник, тоже вытирая лицо, спросил:

— Как давно, лорд Д'Шай?

— По меньшей мере неделю назад, возможно, и две.

— Неужели он успел добраться сюда?

Д'Лаку обвел настороженным взглядом пустынный берег.

— Не исключено, но маловероятно. Наш приятель — хороший охотник и не станет в открытую гнаться за дичью, чтобы не вспугнуть понапрасну. Нет, я думаю, он близко, но пока не здесь. Наверное, он пытается разведать обстановку.

Д'Лаку пристально посмотрел на своего командира:

— Звучит это так, словно между вами идет сложная игра, и больше никому до нее нет дела. Вспомни: он второстепенная цель; главный приз — это пристань для наших кораблей. Вожаки Стаи теряют терпение, даже Д'Зэйн, который повторяет каждое твое слово, как эхо.

Д'Шай пообещал:

— Мы выполним свою задачу, мой друг. Но подумай, как нас встретят, если мы привезем с собой голову Грифона.

Весть о том, что он выжил, не слишком порадовала Вожаков Стаи. Судьба… хм, отставка Д'Морока — прямое тому доказательство.

Второй рейдер-волк с усилием сглотнул. Никому не понравилось бы вспоминать, как мало оставили Бегуны от несчастного Д'Морока. Те из Стаи, кто провалил такое важное задание, не могли больше рассчитывать на повышение в звании и часто заканчивали свою жизнь в качестве закуски для Бегунов. Имя несчастного Д'Морока было вычеркнуто из списков Командоров, кастовый знак «Д» сменился на «Р», а потом беднягу, связанного и с кляпом в зубах, швырнули в логово зубастых Бегунов.

Покосившись на Д'Шая, поправлявшего шлем, Д'Лаку с недоумением подумал о том, что его товарищ до сих пор не возведен в ранг Командора. Конечно, его влияние было достаточно велико и без того. Никто и шагу не делал без его одобрения, и Вожаки Стаи никогда не приняли бы новый план, если бы у Д'Шая возникли возражения. Его имя было на слуху у всех в Стае, с ним считались даже богоподобные Вожаки — и все же, несмотря на свою влиятельность, он не был среди них равным.

— Ты что-то хотел спросить? — поинтересовался Д'Шай, бросив небрежный беглый взгляд в сторону своего напарника.

— Нет, — быстро ответил Д'Лаку, покачав головой. — Нет.

— То-то же. Подозреваю, ты присоединился ко мне не без задней мысли. Я знаю, как ты боишься Старшего Хранителя Д'Рэка. — Д'Шай оторвал взгляд от морской глади и посмотрел на Ириллиан. Город все еще окутывали предрассветные облака, но доносившиеся звуки говорили о близком пробуждении. — Скоро мы завладеем сокровищем, с которым не стыдно будет вернуться к Вожакам Стаи. Новые корабли, земли, богатства, союзники — и последний сокрушительный удар по Землям Мечты. Наконец-то.

Д'Лаку отвернулся, чтобы скрыть невольную гримасу. У него было неприятное чувство, будто его водят за нос. Он подозревал, что свои истинные намерения вожак держит при себе и что правду узнать не удастся до тех пор, пока не станет слишком поздно. Д'Лаку догадывался, что Д'Шаю необходимо взять в плен Грифона, иначе он лишится своего влияния в Стае, на радость Д'Рэку.

И поэтому Д'Лаку чувствовал себя вдвойне беззащитным перед командиром, которого втайне предал.


Закованные в темные как ночь доспехи всадники, с шлемами в виде волчьих голов… Неотвязные мысли о рейдерах преследовали Грифона во сне и наяву. Чем дальше он продвигался, тем тяжелее становилось у него на душе. Обратного пути уже не было. Птицелев не мог упустить возможность встретиться лицом к лицу с рейдером-волком Д'Шаем. Он не в первый раз отправлялся в поход: в его прошлом их насчитывалось предостаточно. Но в этот раз имелось существенное отличие: он сам сознавал, что ведет себя как одержимый. И даже отдавал себе отчет в том, что такое поведение гибельно: одержимость ведет прямиком к могиле… На мгновение он задался вопросом о причинах этого наваждения, и сразу же возникла странная пульсация в голове. Но это ощущение быстро исчезло, вернулась решимость продолжить преследование, и Грифон забыл о причинах своей минутной растерянности.

Грифон покачал головой и начал еще раз изучать карту окрестностей Ириллиана — или, точней, владений Синего Дракона. «Чертовски далеко придется забраться», — подумал он.

Он осмотрелся Луга и рощи вокруг казались мирными, никем не потревоженными на протяжении по крайней мере нескольких поколений, но повсюду виднелись загадочные воронки и провалы, как будто здесь произошла какая-то катастрофа, и совсем недавно.

Чтобы попасть в Ириллиан сушей, нужно было пересечь загадочные владения Грозового Дракона. Перья и шерсть Грифона встали дыбом от раздражения. Грозовой Дракон относился к тем Королям, которые вели себя достаточно скрытно, чтобы никто не мог составить верное представление об их могуществе. Грифону не довелось ни разу столкнуться с ним ни во время Поворотной Войны, ни за все последовавшие годы, хотя их владения граничили. Все его представления основывались на отрывочных известиях из Венслиса, человеческого города у западных границ владений Грозового Дракона, ближайшего к Ириллиану крупного поселения. Венслис был так же удален от морских портов, как и Пенаклес. Грифон мог бы сделать передышку, остановившись в Венслисе. Но это означало, что он потеряет несколько дней и отклонится от самого короткого пути.

«Надеюсь, ты не ждешь меня к обеду, Д'Шай, — сухо подумал Грифон. — Я могу задержаться». Если карта, которую ему удалось позаимствовать в Библиотеках Пенаклеса, точна, дальнейший маршрут не из самых приятных. Впереди — сплошные болота, и самое коварное из них лежит как раз на его пути; и оно слишком велико, чтобы пытаться обойти его.

Лохивар, к примеру, выглядел не менее неприятно, но главным образом из-за загадочной Мглы, рождающей суеверия. Но Королевство Грозового Дракона… Эти земли слишком сильно пропитались влагой, чтобы бродить по ним без нужды.

Как будто последняя мысль была ключевой, небо заволокло тучами с не правдоподобной быстротой. Начал завывать ветер. Грифон быстро скатал карту, спрятал в сумку и вскочил в седло. Скверно оказаться захваченным бурей в таком месте, особенно среди густого леса. Справа примерно в часе пути виднелся нависший утес. Грифон решил поторопиться и попытаться спрятаться под ним еще до первых капель дождя.

Конь Грифона, давно привыкший доверять своему ездоку, предоставил ему выбирать направление и шаг. Грифон завидовал такому доверию, надеясь, что ему удастся оправдать надежды верного животного и не завести его в какую-нибудь западню или в логово голодных драконов.

Тучами заволокло все небо, и стало темно, как ночью. Лошадиные копыта увязали в земле, по мере продвижения становившейся все более раскисшей и ненадежной. Грифон понял, что приблизился к границам болота раньше, чем ожидал, понадеявшись на карту. Он взмолился всем известным богам, чтобы болото не оказалось у него на пути прежде, чем удастся добраться до утеса.

Небо заворчало.

Мелкие, почти невидимые крылатые зверюшки неистово засновали в воздухе. Что это еще за пакость? Несмотря на свою хищную природу, Грифон должен был сделать большое усилие над собой, чтобы увидеть в этих тварях нечто съедобное. Казалось, наступающая буря вызвала их из-под земли.

Или спугнул менее разборчивый едок, с некоторым запозданием сообразил Грифон, когда прямо перед ним от болотистой земли оторвалась огромная уродливая голова

Испуганный конь, под копытами которого были только мокрая трава и грязь, оскальзываясь и спотыкаясь, отпрянул и развернулся, так что Грифон едва не вылетел из седла.

Виверн, потревоженный шумом, подслеповато уставклся на лошадь и седока. «Древний старик, — догадался Грифон. — Молодой дракон уже встал бы на задние лапы, распахнув пасть и вытянув когтистые лапы. Но и старик уже сообразил, что перед ним — крупная дичь, значительно более аппетитная, чем мелочь, которой он обычно вынужден довольствоваться».

Небо расколола молния, и на землю обрушились первые удары грома. Дракон забыл о добыче и испуганно задрал морду При короткой ослепительной вспышке молнии Грифон успел увидеть, что кожа дракона крапчатого, нездорово зеленого цвета. Дракон действительно был очень стар, вероятно, даже умирал, но, судя по всему, рассчитывал протянуть достаточно долго, чтобы доставить Грифону неприятности.

Грифон предпочел бы обойтись без магии, чтобы не привлекать внимания Грозового Дракона или кого-нибудь из его сородичей, но обстоятельства складывались против него. Дракон был опасен, несмотря на преклонный возраст. Попытайся Грифон мирно разъехаться с ним, он рисковал бы по меньшей мере остаться без коня. Хуже того, достаточно одного удара когтистой лапы, чтобы украсить ландшафт останками лошади и седока.

Массивная лапа двинулась вперед, и Грифон напрягся. Но дракон неожиданно покачнулся и едва не рухнул — лапа увязла в грязи. Дракон раздраженно зарычал и затоптался на месте под громкое чавканье липкой жижи, не желавшей расставаться со своей добычей.

Глаза Грифона загорелись. Он поднял обе руки, крепко сжимая ногами лошадиные бока, чтобы не вывалиться из седла.

Заклинание он выбрал проще простого, но его должно было вполне хватить, чтобы избежать потасовки. По сути дела, Грифон просто усилил процесс впитывания дождевой воды в почву. Возможно, он бы назвал это как-то иначе, но практический опыт еще не делает мага знатоком естественных наук. Для большинства вполне достаточно умения манипулировать силами природы в своих целях.

Заклинание сработало наилучшим образом. Дракон наконец выдернул застрявшую лапу, поставил туда, где земля казалась твердой и надежной, — и увяз пуще прежнего. Он взвыл от ярости, и Грифон едва сдержал взбрыкнувшего коня, чтобы не рухнуть в ту же топь.

Дракон неистово рвался, безнадежно увязая в грязи. Лишившись всякой свободы маневра, он с шипением злобно уставился на Грифона, словно понимая, кто является причиной всех неприятностей. Когда дракон открыл пасть, Грифон вооружился целой серией заклинаний против огня, но ничего не случилось. Дракон был слишком стар, слишком истощен. Будь он помоложе, он сумел бы освободиться или как следует поджарить Грифона своим огненным дыханием. Но случай был явно не тот. Медленно, осторожно Грифон направил коня в объезд препятствия.


Дождь продолжал хлестать с небес. Грифон раздраженно помотал гривой. Он ненавидел сырость, а еще больше — дождь. Возможно, в этих краях попадались участки твердой суши, но только не там, где он находился Про себя пробормотав проклятие в адрес Грозового Дракона, он прикинул расстояние до нависшего утеса. Старый дракон перестал барахтаться в грязи, то ли от усталости, то ли сообразив наконец, что в настоящий момент лучше поменьше дергаться. Грязь уже доходила ему до брюха.

Так как дождь нарастал и липкая топь грозила засосать коня вместе с седоком, Грифон попытался переключить свои мысли на что-нибудь повеселее. Например, наваждение, загнавшее его в эти мерзопакостные болота. «Вряд ли это поможет найти сухое и теплое пристанище на ночь», — мрачно подумал он.

Хотя он ехал уже довольно долго, нависший утес совсем не приближался. Если в этом было какое-то указание, то Грифон истолковал его как обещание очень долгого, очень медленного и очень мокрого путешествия.

К глубокому огорчению Грифона, его скверные предчувствия оправдались.

Прошло несколько дней, и наконец от границы между владениями двух Королей, Грозового и его водяного братца, Грифона отделяло не больше одного дня пути. Но, конечно, в проклятых болотах это смахивало на добрый месяц. За то время, которое потребовалось ему, чтобы добраться сюда, дождь переставал лить лишь однажды, так что путешествие страшно затянулось. И Грифона, и его коня уже мутило от воды и грязи. «Удивительно, как это еще что-то растет в такой сырости, — подумал Грифон. — Что собой представляют обитатели Венслиса ?»

Конечно, погода была не единственной проблемой. Дважды над его головой проносились драконы, очевидно обычные патрульные, хотя и нельзя было исключить, что они высматривают именно его. Грифон знал, что у Короля-Дракона уши и глаза повсюду, и не ожидал, что его отъезд удастся сохранить в тайне. Он только надеялся, что успеет добраться до границ Ириллиана, прежде чем об этом станет известно.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17