Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Рок-звезда

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Коллинз Джеки / Рок-звезда - Чтение (стр. 20)
Автор: Коллинз Джеки
Жанр: Остросюжетные любовные романы

 

 


Вдобавок ему внезапно позвонил Кармин Сицили.

– Мы хотим, чтобы ты вернулся на работу, Бобби, – добродушно сказал Кармин. – Садись в самолет и прилетай в Лос-Анджелес на этой неделе. Больше мы ждать не будем. Если ты этого не сделаешь, то вряд ли вообще куда-нибудь поедешь в своей жизни. Надеюсь, ты понял?

– Я не вернусь, Кармин, не надо запугивать. Поговори с моим адвокатом.

– Ты выбрал не тех людей, чтобы играть в свои игры, – мягко возразил Кармин. – В следующий вторник день рождения моей сестры. Ты ей нравишься, Бобби. Она считает тебя красивым. Ты должен приехать. Подумай хорошенько.

Бобби не рассказал об этом звонке Нове. К черту Кармина Сицили и его угрозы! Это все пустые разговоры, они не посмеют дотронуться до него.

Большую часть дня Нова лежала на кровати и смотрела телевизор. Синяки начали проходить. Бобби готовил яичницу, варил суп и приносил журналы, но не мог заставить себя заняться любовью. Ему нужно было время.

Нова терпеливо ждала. Она ничего не говорила. Бобби понимал, что так она проверяет его.

«Нова, – хотелось сказать ему. – Мне плевать на твое прошлое. Оно не имеет значения. Но почему Маркус так долго держал тебя при себе? Почему ты не ушла два года назад, когда я дал тебе этот шанс? Что заставило тебя так долго подчиняться Ситроэну? Почему ты так поступила, милая? Почему?»

Это «почему» стояло между ними, как каменная стена.

Через несколько дней Бобби почувствовал, что ему нужно уйти из квартиры, прогуляться, выпить пива, просто побыть наедине с собой.

– С тобой все нормально? – спросил он. – Я вернусь через час.

Она кивнула.

Бобби сразу пошел к Луизу и Рафаэлле. Они обрадовались ему.

– Мы скучали, – сказала Рафаэлла. – Где ты пропадал? Он пожал плечами:

– Нигде. У меня друг из Штатов.

– Женщина? – игриво спросила Рафаэлла.

– Да.

– Что-нибудь серьезное? Бобби предпочел отшутиться:

– Давайте скажем так: жениться я не собираюсь.

Он пробыл недолго, потому что не находил себе места. Бобби постоянно думал о Нове, которая лежала в кровати и ждала, когда он сделает первый шаг. Она нуждалась в поддержке.

Пусть Нова когда-то была шлюхой. Разве это имеет значение?

Нет. Важно то, что она делала с Маркусом.

Им нужно поговорить. Бобби решительно направился домой.

Когда он вошел, в квартире было темно. Только телевизор поблескивал в спальне, но он был включен на полную громкость.

Бобби с опозданием понял: что-то не то. Когда он почувствовал опасность, его уже схватили сзади, закрутили руки за спину, и началась борьба. Бобби был сильным и мускулистым. Но с ним боролся не один человек, скорее всего, два или три. Он слышал, как они шумно дышали.

В голове проносились мысли. Нова. С ней все в порядке? Черт. Если они причинили ей боль, он убьет их.

Нападавшие били и толкали Бобби. На голову опустился тяжелый предмет, в глазах замелькали искры. Правду говорят: звезды можно увидеть.

По Лицу текла кровь и что-то еще. Он почувствовал запах алкоголя. Чего они добиваются? Обидчики потащили его по толстому ковру к балкону.

Бобби охватил ужас.

Они сбросят его с балкона.

Они убьют его.

Господи!

Господи!

Бобби закричал, но было уже поздно. Он падал… Летел в воздухе… Летел…

Все кончилось.

Лос-Анджелес, 1987 Суббота, 11 июля

Парад «роллс-ройсов», «мерседесов» и других дорогих автомобилей, приехавших в имение Ситроэнов, впечатлил бы любого. Каждую машину останавливали у входа. И гостей проверяли по списку. Затем к ветровому стеклу прикреплялась табличка, и шоферу позволяли доехать до основного дома, где пассажиры выходили. После этого водитель парковал мишину неподалеку, в пяти минутах езды. После приема шоферов будут вызывать по номерам.

Несколько человек специально следили, чтобы все шло гладко и не было заторов.

Потом гостей подвергали второй проверке охраны в холле особняка. Их имена опять сверяли со списком, а затем провожали к теннисным кортам, над которыми был натянут тент. Именно здесь начинался прием.

Хокинз Лямонт в безукоризненном белом смокинге, специально сшитом для этого случая портным из Гонконга, бродил среди гостей. Рядом семенила Сибил Уайльд. Ее наряд явно не подходил для такого случая, но это значения не имело. Девушка была настолько хороша, что на одежду не обращали внимания. Хокинз был не против явиться в таком сопровождении. Приятно иметь рядом милое дополнение.

– Ради Бога, уведите ее, – ворчал Крис. – Она мне действует на нервы.

Лямонт не возражал. Ведь менеджер для того и существует! Он обеспечивает все, что нужно звезде, и заботится даже о его девушках.

Хокинз довольно улыбался. А что, если Крис попросит заняться любовью с Сибил? Здесь он его не выручит. Лямонт любил появляться в обществе с красивыми девушками. Ему нравилось наблюдать, как они занимаются лесбосом, но Сокол никогда не ложился с ними в постель. Хокинз потерял интерес к сексу с тех пор, как занялся бизнесом. Самое большое удовольствие приносят деньги.

– Фантастика! – восхищалась Сибил. – Вы видели, кто здесь? Мой любимый итальянский киноактер.

– Собрались интересные люди, – согласился Хокинз. – Нова умеет пригласить тех, кто нужен.

– Неужели эти люди заплатили по сто тысяч долларов с пары? – удивлялась Сибил.

– Это только деньги, – мудро пояснил Хокинз. – Они могут позволить себе потратиться. Если губернатор доберется до Белого дома, то он будет обязан им.

– Ой, как я хочу познакомиться с ним, тогда он будет обязан и мне!

– Уверен, что губернатор с удовольствием встретится с тобой, – ответил Хокинз, наверняка зная, что Хайленд обожает сексуальных калифорнийских блондинок. Сибил была в его вкусе. Пошли, – он предложил ей руку, – разыщем этого джентльмена.

Оставшись наконец-то один, Крис вспоминал Синди Лу Плантер, круглолицую английскую журналистку и ее тупые вопросы. Почему он беспокоится из-за репортеров? Откуда отрицательные эмоции?

Крис Феникс добился всего. Он был наверху. Вполне естественно, что многим хотелось бы сбросить его с пьедестала. Такова человеческая природа… Максвелл Сицили ходил среди блистательной публики с подносом в руке, на котором лежали маленькие порции пиццы с копченой осетриной и черной икрой. Шикарная лос-анджелесская закуска! Пальцы, унизанные перстнями, жадно хватали ее. Волосатые запястья с часами стоимостью в десять тысяч долларов целеустремленно направляли тонкие пальцы.

Максвелл не обошел даже половины гостей, а поднос уже опустел. Он направился к бару и взял новый поднос с закусками. Это были маленькие бутерброды с крабами с приятной подливкой.

– Как вкусно! – воскликнула толстуха в розовом бальном платье и схватила сразу два. Один она затолкала в рот, а второй обмакнула в красный соус. Максвелл заметил, как часть бутерброда свалилась ей в декольте. Так этой обжоре и надо!

Он пошел дальше, ловя фрагменты разговоров и рассматривая богатые драгоценности. Почему гости относятся к официантам, словно они не люди? Руки хватали, но господа не поднимали глаз и никогда не говорили спасибо. Проклятые богатые паразиты!

Максвелл радовался, что ему не придется зарабатывать на жизнь, работая официантом. Слава Богу, он умнее всех тех, кто пришел сюда.

Максвелл Сицили держал удачу в руках. К концу приема он будет богаче их всех.

Маркус Ситроэн говорил по телефону командным голосом:

– Рафаэлла?

– Да, Маркус.

– Я хочу видеть тебя после концерта.

– А разве ты не будешь занят с гостями?

– После тебя выступает Крис Феникс, а потом будут речи и аукцион. В нашем распоряжении достаточно времени. После выступления сразу же иди к себе в комнату, избавься от рекламного агента и кого бы там ни было. Я хочу тебя видеть. Одну. Поняла?

Рафаэллу охватило дурное предчувствие. Это цена, которую она обещала заплатить.

– Да, Маркус.

Спид на бешеной скорости мчался к пляжу. Он опаздывал. Боже! Какая невезуха!

Спид еще сильней нажал на газ и лимузин рванул вперед, обгоняя зеленый «порше», который вела блондинка. Спид чуть-чуть притормозил и рассмотрел девушку в боковое стекло.

Здорово! Блондинка на «порше». А какая девочка!

Спид опять нажал на газ, и «порше» остался позади.

«Если бы я мог обращаться с женщинами, как с машинами, – мечтал Спид, – то они бы посходили с ума от секса! Вот, например, Шугабраш, бывшая жена. Эта барракуда не разбивает яйца. Она легонько ломает их и выпивает на завтрак!»

Шугабраш. Она создана для любви. Огромные сиськи, рыжие волосы, даже на лобке. Потому что она красит их. Как только мужчина видит эту красотку, он обязательно начинает приставать. Никто не проходит мимо.

Беда в том, что Шугабраш все позволяет. Именно поэтому Спид сбежал от нее из Лас-Вегаса с десятитысячным выигрышем в кармане и двумя блондинками.

К сожалению, денег хватило ненадолго, девочек тоже.

При мыслях о бывшей жене у Спида всегда поднималось давление. Шугабраш – самая последняя шлюха на свете.

Нажав на газ, он проехал на красный свет.

Из боковой улицы появилась полицейская машина, пристроилась сзади и принялась сигналить фарами.

Черт подери! Что это такое! Разве полицейские заняли этот город? От них никуда не скроешься.

Он неохотно съехал к обочине.

Бобби Манделла ходил по комнате. У него разболелась голова. Эта пульсирующая боль сводила с ума. Будь проклята ты, Нова Ситроэн. Проклята! Она думала, что вернется к нему, как ни в чем не бывало, словно не было Рио.

Ну нет, она ошибается. Он больше не ее личная сексуальная машина. Бобби больше не хотел даже разговаривать с ней.

Вики удостоверилась, что три звезды удобно устроились в своих апартаментах. Это было нетрудно. Знаменитости ничем не отличаются от простых людей. Они тоже ходят в туалет, как и другие.

Вики слава не завораживала. В ее жизни было несколько известных мужчин. Конечно, не в мировом масштабе. Например, лос-анджелесский диск-жокей с прыщиками на заднице и склонностью к мазохизму. Богатый голливудский продюсер, который знал многих. Кроме того, она переспала с сенатором с востока, который останавливался в местной гостинице. Во всяком случае, этот парень говорил, что избран сенатором. Он заставил Вики стать на колени и поклясться в верности американскому флагу. А потом настоял, чтобы она повторила ту же клятву по отношению к его члену, который он явно ценил больше, чем национальное достоинство.

Мужчины! Какой сброд! И все же Вики должна была признать, что любит их. С ними так просто! Стоит вспомнить Тома. Она привязала его одним взглядом.

Вики оглянулась вокруг, дабы удостовериться, что за ней никто не наблюдает, и проскользнула в пустую комнату. Там она открыла шкаф и проверила, все ли на месте: пустая сумка, которую она поставила вчера на рюкзак Максвелла. Все спрятано. Никто ничего не тронул.

Она быстро взглянула в зеркало и внесла несколько дополнений в свою внешность. С какой радостью она снимет эту проклятую форму, которую проносила шесть недель.

Вики быстро расстегнула несколько пуговиц, задрала повыше юбку, взбила волосы и накрасила губы ярко-красной помадой.

– Вот так-то лучше, милая, – прошептала она.

Скоро концерт. Звезды уже приготовились, и Вики не могла дождаться их выступлений.

Маркус Ситроэн заметил жену, грациозно переходившую от одного гостя к другому. Нова Ситроэн впечатляла. Элегантная, уверенна в себе, великолепная партнерша. Он правильно выбрал ее. Это б продуманный риск, и он оправдался.

За все годы брака опасность появилась лишь однажды. Маркус предпочитал не вспоминать об этом. Он справился с ситуацией и вышел сухим из воды. Быстро. Ловко.

Маркус Ситроэн мог без колебаний проявлять отсутствие жалости. Никто не обманывал его, потому что не смел. Даже Нова.

Крис Феникс, 1986

У девушки из телевизионной рекламы были большие голубые глаза, широкая улыбка, отличные американские зубы, вздернутый носик и масса светлых волос, а кроме того – шикарное тело.

– Я хочу с ней познакомиться, – сказал Крис Феникс. – Узнайте, кто она.

Это не заняло много времени. Девушку звали Сибил Уайльд, она работала манекенщицей, и ей предсказывали будущее Кристи Бринкли и Черилл Тьегз.

Она жила в Нью-Йорке, а Крис – в Лос-Анджелесе.

– Пусть прилетит, – сказал Крис. Но девушка решительно отказала.

– Я хочу, чтобы ее сфотографировали для моего нового альбома, – заявил Крис. Служащие без промедления заявили, что она слишком дорого стоит. В три раза дороже, чем обычная модель.

– Неважно, заплатите, – сказал Крис.

Все организовали, чтобы Сибил Уайльд прилетела в Лос-Анджелес. Крис позаботился, чтобы ее встретил лимузин с белыми розами. В букете лежала записка с приглашением на ужин. За все платила компания.

По просьбе Сибил позвонила мать, она извинилась, что дочь не может принять приглашение. Оказалось, что Сибил родом из Калифорнии и несколько лет назад переехала в Нью-Йорк. Ее родители жили в Энкино.

Крис захотел эту девушку еще до знакомства. Астрид жила в Англии, ненавидела Америку и называла Штаты «рон-н-ролльным цирком». Крис был по-своему счастлив с ней, но и здесь нужна женщина. Он увидел Сибил по телевидению (кстати, она рекламировала йогурт) и сразу же понял, что эта девушка создана для него.

Один из подчиненных составил на нее досье. Перед съемками Крис сидел в постели и изучал его.

«Личное дело Сибил Уайльд»

Возраст: 18 Рост: 180

Размеры: 36, 22, 36

Цвет волос: блондинка Вес: 120 фунтов

Цвет глаз: ярко-голубой

Она ходила в местную школу, встречалась с соседом, имела двух собак и пони. Сибил прекрасно училась. Когда девушке исполнилось шестнадцать, дружок Сибил послал ее фотографию на конкурс «Модель года». Она выиграла путешествие в Нью-Йорк и работу в одном из самых престижных агентств. Последовал год обучения. Затем пришла известность. Она порвала со своим дружком и встречалась с разными мужчинами без серьезных обязательств.

Крис решил стать единственным мужчиной в ее жизни.

Известный фотограф Антонио был итальянцем по происхождению, но американским гражданином по призванию. Он также слыл мастером своего дела. Недавно вышла его книга. Толстый альбом портретов под названием «Антони – Лица». На обложке был помещен великолепный снимок шикарной телезвезды Сильвы Андерсон в драматичной позе. Автор словно невзначай оставлял этот том в прихожей для всеобщего обозрения.

Сибил приехала на студию первая. Чистенькая, без косметики, она выглядела, как подросток.

– Хм… – Антонио внимательно осмотрел ее критичным взглядом. – Антонио думает, что этот материал, может быть, подойдет.

Сибил съежилась. Ее предупреждали о дурном характере маленького фотографа.

– Только может быть? – скромно спросила она.

– Фернанд! – Антонио позвал парикмахера. – Жозе! – прозвучал клич гримеру. – Полетт! – прибежала модельерша. – Что вы думаете об этой малышке?

Все трое напряженно ждали, пока Антонио сам заговорит. Так он и поступил:

– Мы сделаем из нее красавицу? Так?

– Так, – хором подтвердили они.

– Отлично, отлично, – сказал Антонио и удовлетворенно хлопнул в ладоши. – Приступайте к работе. Сделайте этого ребенка очаровательным. Быстро!

Крис появился через несколько часов. К этому времени Сибил была само очарование, но оставалась с Фернандо, Жозе и Полетт.

– Как дела, друг? – спросил Крис и обнял фотографа.

– Крис, – замурлыкал Антонио, – какой ты сексуальный, как мне нравится твоя твердая задница.

Антонио уже фотографировал Криса для обложек двух последних альбомов, и они все время шутливо издевались друг над другом. Последовала знаменитая ухмылка Феникса.

– Ты от меня ничего не получишь, не надейся!

Антонио поджал губы:

– Ты не знаешь, чего лишаешь себя, мой мальчик.

– Давай оставим все, как есть, друг.

– Как хочешь, – сказал Антонио, его глаза пожирали любимую рок-звезду, появившуюся в джинсах и черной майке. – Ты выглядишь, как это сказать… – многозначительная пауза. – Сильным.

– Я ведь над собой потрудился. Как мускулатура? Крис специально напряг руку, чтобы позлить фотографа.

– Отлично, – с восхищением воскликнул Антонио, – ты такой атлет!

– Теперь я смогу избить тебя, если попытаешься приставать, – шутил Крис. – Хотя надеюсь, этого не случится, – он взял яблоко и откусил его. – Девушка здесь?

Антонио вздохнул:

– Мы постарались сделать из нее кое-что.

Когда Сибил вышла из гримерной в сопровождении Фернандо, Жозе и Полетт, Спад, парикмахер Криса, импортированный из Англии, даже присвистнул.

Девушка улыбнулась. Она выглядела бесподобно в крошечном желтом купальнике с огромной копной волос и невероятной косметикой.

Американская улыбка поразила Криса, как удар молнии. Эта девушка словно говорила: «Я тебя съем!»

– Привет, дорогуша, – сказал он. – Как насчет переезда в Лос-Анджелес?

Сибил трудно поддавалась убеждениям. Пришлось Крису поработать и поднапрячь все свое обаяние. И даже последовать за ней в Нью-Йорк.

– Мне не нравятся рок-звезды, – заявила она.

– Это глупость! Так ты можешь сказать, что не любишь полицейских или подростков, или еще кого-нибудь. Что такое рок-звезда?

– Парень, который считает, что может добиться всего, если захочет.

– Я захотел. Но не получил тебя, так ведь?

Постепенно Крис справился и сумел убедить Сибил, что жизнь в особняке как раз то, о чем она мечтала.

Она приехала в гости. Шикарная Сибил с невероятными зубами, густыми волосами и роскошным телом. С ней было приятно. Девушка всегда веселилась и пребывала только в отличном настроении.

Теперь Крис по-настоящему устроился в жизни. В Англии его ждала весьма симпатичная Астрид, а в Бель-Эр хозяйкой стала Сибил. Неплохо для рабочего паренька, который начинал с нуля.

Крис Феникс.

Суперзвезда рок-н-ролла.

Он выступал один уже три с половиной года. За это время были выпущены три первоклассных альбома, один лучше другого. В 1984 году вышла «Эротика», в 1985 – «Возвращение к себе». Позднее в том же году пластинка «Сногсшибательно!» стала настоящей сенсацией. Все три диска продавались. А теперь велась работа над «Бедной маленькой девчонкой». Остались последние штрихи. И среди них – заполучить фотографию Сибил Уайльд на обложку. Она – отличное приобретение, в этом сомнения не было.

Но Крис не любил ее.

И Астрид тоже.

Скоро тридцать восемь, а Крис вообще не знал, что такое любовь. Страсть – да, но любовь – нет. Он никогда не сходил с ума, никогда не стремился посвятить себя одной женщине.

Все же он знал, что такое чувство существует. Он много раз пел о нем и часто думал. Может, он никогда не придет к нему? У Криса были музыка, гитара и творчество. Этого хватало. А вдруг нет? Иногда по ночам он думал, что многого достиг. И жалел, что рядом нет человека, с которым можно поделиться всем этим. Иногда Крис представлял себя с детьми. У Бо появилась сводная сестренка производства Уиллоу и ее мужа-брокера. Что бы было, не поймай он Уиллоу на месте преступления?

Нет. Ничего бы у них не получилось.

В душе Крис признавался, что скучает по Баззу. Они выросли вместе, жили рядом, провели много месяцев в душном «фольксвагене». У них были общие воспоминания. Старый пыльный гараж, где слушали Бадди Холли и Отиса Реддинга. Крис с ностальгией вспоминал гастроли по Европе, тогда они гонялись за каждой юбкой!

А потом пришел успех и все сопутствующее ему. После этого произошли значительные перемены.

Крис скучал по Баззу не только как по ближайшему другу. Не хватало совместных выступлений на сцене. Боже! Как они играли! Писали песни, просто были рядом.

Теперь все кончилось.

Прошлого не вернешь.

Базз недавно организовал новую группу, уже четвертую после ухода из «Дикарей». Журнал «Роллинг Стоун» взял у него интервью:

«Крис Феникс – одержимый, – сказал он журналисту. – Его интересуют только слава и деньги. Посмотрите на его огромные особняки и жизнь в стиле Голливуда. Он умрет за успех. Мне кажется, что его музыка – популярная дешевка. Он весь вышел».

Когда Крис прочитал эту статью, он сначала разозлился и обиделся. Сокол же посоветовал не обращать внимания.

– Все знают Базза Дарка как наркомана. Его конец близок, – объяснил менеджер. – Игнорируй его. Не унижай себя никакими комментариями.

Так Крис и сделал. Но от этого обида не прошла.

Он иногда встречался с Раста, тот остался прежним шутником. Он пережил шумиху в прессе, женился на хорошенькой немецкой актрисе и купил компанию по производству нот. Работа отнимала много времени.

– Ты не скучаешь по сцене? – часто спрашивал Крис. Раста всегда одинаково отшучивался:

– Когда был лучшим, нельзя соглашаться на вторые роли. Раста оказался прав. Крис – счастливчик, ему повезло дважды.

Неудивительно, что Базз злится. Все группы оказались плохими, потому что сам он все время находился под действием какой-нибудь «травки» и не понимал, что творит. Кроме того, Базз не мог вернуться в Америку из-за прошлых обвинений в перевозке наркотиков. Странно, но Микки, эта соучастница преступления, до сих пор с ним. Крис много читал об их проделках в газетах и жалел обоих. Пара неудачников.

Вскоре после того, как Сибил поселилась в особняке, он наконец уговорил Уиллоу разрешить Бо приехать в Америку. Сначала она возражала, ибо через шесть месяцев после выздоровления сына опять стала прежней, но Крис не отступал. Мальчику исполнилось двенадцать, он уже не ребенок.

Бо явился в английской школьной форме, аккуратный и подтянутый. Уиллоу сделала все, чтобы лишить сына индивидуальности. Крис помнил себя в этом возрасте. Сорванец, гитароман, одержимый мечтой стать рок-звездой.

– Как дела, сын? – спросил он, чувствуя неловкость.

– Спасибо, сэр, – натянуто ответил Бо.

Сэр! На черта это? Три года назад они прекрасно провели время на юге Франции. Они плавали, ныряли с аквалангом и занимались тем, чем должны заниматься отец и сын. Потом Уиллоу настояла, и Бо отдали в строгую Морскую академию. Что с этим парнем случилось!

– Не называй меня сэр, – напряженно сказал Крис. – И вообще никого так не называй.

– Да, сэр… папа.

Визит прошел неудачно. Бо чувствовал себя не в своей тарелке, особенно с Сибил. Когда она появлялась, он замыкался в себе, и как ни пытался 1 рис, не мог пробить эту броню.

Когда мальчик уехал, он винил себя за то, что не сумел наладить отношения.

– Не волнуйся, – успокоила Сибил. – Когда мне было тринадцать, я даже не хотела разговаривать с родителями. Я считала их врагами, понимаешь?

– Да, они-то жили вместе. Я редко вижу Бо. Все из-за Уиллоу. От меня требуется только оплачивать его содержание.

– Бедненький! – девятнадцатилетняя Сибил прижалась к нему, и Крису стало легче. Девушка отлично умела успокаивать. Астрид тоже.

Две блондинки Криса… К счастью, они не встречались. Хотя знакомство может произойти в любое время. Когда-нибудь ему придется выбирать.

Рафаэлла, 1986

– Мама, ты отлично выглядишь! И дом такой нарядный. Как хорошо, что не убрали елку и украшения к Рождеству. Я все их помню с детства!

Анна Ле Серре улыбалась своей красавице дочери, которая вместе с Джон-Джоном, очень симпатичным девятилетним мальчиком, обегала дом.

– Стыдись, что не приехала к Рождеству, – укоряла она. – Почему ты не смогла?

– Ма, – спокойно объясняла Рафаэлла, – я уже сотню раз говорила, что мы работали. Я не могла отменить новогодний концерт.

– Да, дорогая, и все же…

– Сегодня четвертое января, – мягко прервала Рафаэлла. – И мы здесь. Прекрати допрос! Давай заново отпразднуем Рождество, – она потянулась к большой кожаной сумке, которую она привезла с собой. – Посмотрите, здесь подарки.

– Да, да, подарки, бабушка, – радовался Джон-Джон. – Откроем их?

– Ты думаешь, здесь найдется что-нибудь для тебя? – строго сказала Рафаэлла, поглаживая ершистую головку сына.

– Да ладно, мама, – ухмыльнулся он и вывернулся.

– Исчезни, малыш, мы откроем подарки позднее. Но сомневаюсь, что там есть что-нибудь для тебя.

– Хочешь посмотреть окрестность, Джон-Джон? – предложила Анна. – У нас есть лошади и собаки…

– Злые собаки? – с надеждой спросил он.

– Не очень злые, – ответила бабушка, но заметив разочарование на лице внука, обыденно добавила. – Конечно, они могут расправиться с вором. Загрызть его до смерти.

Рафаэлла рассмеялась:

– Мама, о чем ты говоришь?

– Мы разговариваем с мальчиком, дорогая.

Позвали одного из конюхов, и возбужденный Джон-Джон отправился осматривать достопримечательности. Рафаэлла обняла мать.

– Как хорошо дома! – вздохнула она. – Я даже не ожидала.

– Конечно, – ответила Анна. – Я ждала твоего приезда пять лет. Ты хоть понимаешь, как долго мы не виделись?

– Да, и беру всю вину на себя.

– Дорогая, какое ты придумаешь оправдание?

– А ты? Ты ведь могла приехать к нам. Анна опустила глаза:

– Я не хотела беспокоить тебя. Лучше было это сделать при личной встрече.

Рафаэлла запаниковала.

– В чем дело? – настаивала она. – Ты не заболела? Говори правду!

– Скажу. Вскоре после твоего отъезда с Сирусом случился инсульт. Ничего серьезного, но врачи не советовали ему совершать длительное путешествие.

– А почему Руперт не сказал мне? – добивалась ответа Рафаэлла.

– Когда они с Одиль вернулись, я взяла с них слово ничего не говорить, – спокойно ответила Анна.

– Боже, мама, но почему?

– Ему лучше. Ты сама увидишь, – заверила Анна. На самом деле это оказалось не так. Отчим хромал, плохо говорил и постарел на двадцать лет.

Рафаэллу сначала охватило чувство вины, а затем злости. Ей должны были сообщить. Хотя Сирус не заменил ей Люсьена, он был заботливым отчимом, и она любила его.

Рафаэлла радовалась, что наконец-то попала домой, пусть на две недели, но это лучше, чем ничего.

Луиз с ней не поехал. Они обсуждали, стоит ли это делать, и оба решили, что ему лучше остаться в Рио и завершить работу над вторым альбомом. Он хотел проследить, чтобы пластинка вышла удачной.

Год прошел нелегко. Когда Луиз признался, что женат, Рафаэлле показалось, что мир рухнул. Единственный человек, которого она любила и от которого зависела, обманывает ее.

– Я не лгал, – защищался он.

– А вот и лгал, наша жизнь – обман.

– Нет, Рафаэлла, – бразилец передернул плечами. – Ты никогда не спрашивала меня.

– Черт тебя побери, негодяй! – взорвалась Рафаэлла. – Ты что думаешь, это игра? Шутка? Может, для тебя, но мне совсем не смешно.

Она забрала Джон-Джона, быстро упаковала два чемодана и явилась к Тинто, Марии и их семерым детям.

Тинто отнесся ко всему философски:

– Ты спросила, на ком он женат? Узнала, когда это произошло и почему? Он любит эту женщину? Если любит, то почему он с тобой?

Это были разумные вопросы. Рафаэлла хотела знать правду, и вернулась домой, чтобы расспросить Луиза.

Луиз все спокойно объяснил. У рожденных в «фавелаз» мало надежды на счастливое будущее. Наблюдая за своими братьями и сестрами, он понимал, что попал в ловушку и вряд ли выберется оттуда. В четырнадцать Луиз болтался по улицам с друзьями, изредка обворовывая богатых туристов или комнаты в отелях.

В шестнадцать он спал с дамами, приезжавшими на отдых. Это приносило большие доходы, чем воровство.

– Однажды я встретил женщину, – Луиз небрежно пожал плечами. – Она была значительно старше меня и предложила выход.

– И ты согласился?

– Да, – красивое лицо помрачнело. – И ты бы поступила так на моем месте. Мне было восемнадцать, а ей пятьдесят семь. Она местная, не богатая и не бедная, но забрала меня из «фавелаз». Купила мне одежду, оплачивала уроки музыки и заставила выучить английский. Рафаэлла почувствовала, как подступает тошнота.

– Где она сейчас?

– В доме престарелых. Она уже несколько лет там. Настала моя очередь заботиться о ней. Я не разведусь с ней, она этого не заслуживает. Она умирает, Рафаэлла. И когда моя жена уйдет из жизни, я буду свободен. До тех пор…

Она ничего не могла изменить и постаралась понять Луиза. Рафаэлла не могла не оценить его преданность. Она и Джон-Джон опять вернулись домой. Тинто вздохнул с облегчением. Их дуэт становился все более популярным.

Когда известный американский певец блюзов Бобби Манделла приехал в город и пригласил их к себе, Тинто показалось, что он попал в рай. Они отлично поладили и стали друзьями. Тинто начал подумывать о блестящем будущем в Америке.

Рафаэлла полюбила Бобби как старшего брата. Руперт был слишком англичанин. Бобби напоминал Рафаэлле о том, что в ее жилах течет негритянская кровь. Она с удовольствием слушала рассказы о Голливуде и Нью-Йорке. Было очевидно, что Бобби попал в беду и теперь старается выбраться из нее. Он сочинял невероятную музыку, и Рафаэлла не могла нарадоваться, когда этот великий певец выступал в концертах с их дуэтом.

Когда произошел несчастный случай, она была так же расстроена, как и другие. Услышав о происшествии, они с Луизом ринулись в госпиталь, но им не разрешили повидаться с Бобби. У палаты стояли охранники, а однажды ночью его тайно увезли в Америку.

Заголовки газет кричали:

«ПАДЕНИЕ ПЬЯНОГО СУПЕРЗВЕЗДЫ!»

«БОББИ МАНДЕЛЛА НАДРАЛСЯ ДО СМЕРТИ!»


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24