Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Агентство журналистских расследований (№11) - Дело о «Черной Пустыни»

ModernLib.Net / Детективы / Константинов Андрей Дмитриевич / Дело о «Черной Пустыни» - Чтение (стр. 2)
Автор: Константинов Андрей Дмитриевич
Жанр: Детективы
Серия: Агентство журналистских расследований

 

 


Как бы подтверждая мои мысли, Василиса тихо зашептала мне на ухо:

— Ишь ты, смотри, а в руководстве, видно, не дураки выпить и закусить. И как только они, бедные, денег-то наскребли. Все два года, чай, копили, трудились не покладая рук. А ведь еще за аренду сколько… мама дорогая, чует мое сердце, на одну скромную оплату за курсы не погуляешь так.

Ехидные ахи и охи моей любимой подруги прервал наш главный менеджер по персоналу. Прежде чем перейти к обеду, Николай где-то полчаса в пламенной речи превозносил достоинства центра и фантастические успехи его выпускников.

— А теперь позвольте мне подарить нашим лучшим студентам книги по психологии. Они были написаны группой специалистов, возглавлявших нашу московскую компанию, — с этими словами Николай стал поочередно вызывать к себе особо отличившихся пустынцев.

— …Григорий Ковалев уже второй год учится у нас. Сейчас он готовит работу по оздоровительным методикам центра и скоро пройдет тест на должность консультанта по вопросам семейных конфликтов.

Под эти дифирамбы из-за стола поднялся мой сосед слева. Щупленький, невысокого роста парнишка был одет в темный костюм с иголочки и белоснежную рубашку. Бедняга из кожи вон лез, чтобы походить на Николая, старательно копируя его походку и чуть замедленные движения, но, видно от чрезмерных усилий, переигрывал. Тем не менее пацан производил приятное впечатление.

Для него настал звездный час, так как именно к нему было приковано всеобщее внимание зала. Под аплодисменты главный менеджер пожал ему руку, хлопнул по плечу и вручил большой альбом.

Изобразив на лице непритворное восхищение, я томным голосом поинтересовалась:

— Скажите, вы уже давно занимаетесь на этих курсах?

Переведя взгляд с тарелки на мою скромную персону, юноша расцвел пуще прежнего, и я, чтобы усилить впечатление, легко дотронулась до его руки и с придыханием заявила:

— Просто вы сразу производите впечатление удачливого мужчины. Трудно поверить, что вы тоже были нашим студентом.

— Я здесь действительно почти с самого начала. Курсы мне помогли здорово приподняться. Здесь, по-моему, вообще все очень классно. Такой вечер… Позвольте, я налью вам чего-нибудь выпить?

— О, только шампанского.

— Ну а я себе водочки налью. Что ж не выпить, если есть за что. Правда?

— Конечно, — улыбнулась я.

— Мы до сих пор не знакомы, — разом опрокинув себе в рот содержимое стопки, неожиданно заявил мой собеседник. — Я Григорий. Для друзей просто Гриша.

— А я Инга, — помня о конспирации, представилась я. — Хотите, познакомлю вас с подругой? Мы здесь вместе занимаемся.

— Если только она столь же очаровательна, как и вы, — по мере опьянения юноша становился все более раскованным.

— В этом вы сами убедитесь, — шепнула я ему и упорхнула к сидевшей немного поодаль Василисе.

Поняв меня с полуслова, она на ходу проглотила кусок бутерброда и ринулась охмурять молодого сектанта. Весь вечер мы в два голоса твердили о Гришиной неотразимости, не забывая по ходу наполнять его рюмку. Опасаясь вспугнуть единственный источник информации, мы не спешили перейти к теме разговора. Через пару часов мальчик наконец дошел до кондиции. Поочередно хватая то меня, то Ваську за талию, он уже вовсю распевал песенку «Единственная моя…»

На втором куплете наш герой сбился, и в этот момент я наконец спросила:

— Слушай, Гришаня, а ты случайно такого Игорька Термекилова не знал?

Как ни пьян был наш приятель, он гаки насторожился и, привалившись к стенке, замолк. — А тебе зачем? — вскинул голову Гришаня.

— Да так, слухи разные ходят, а нам, бабам, интересно. Понимаешь? — ласково объяснила Василиса.

— Ха! Правда, был такой сучонок, недавно делся куда-то. Его начальство не жаловало особо. Да я точно не знаю, у нас тут говорили, что он предатель. Мне-то плевать. Я с такими знаться не хочу, — разом выпалил юный сектант.

— Вот мне интересно, как так вышло. Вроде люди здесь все солидные, а с ним история какая-то… — неопределенно прокомментировала ситуацию Василиса.

— Если вам так нужно, спросите у Наташки Семеновой. У него тут девочка была. Они даже учились вместе. Сейчас… У меня телефон ее домашний был, — и Гриша принялся с трудом перелистывать свою записную книжку. — Вот, подождите, сейчас найду…

После долгих поисков он наконец нашел ее адрес и номер телефона.

— Она, как Игорь пропал, редко к нам ходит. Да ну ее на фиг. Давайте лучше еще выпьем, — и Григорий вернулся к прерванной трапезе.


На следующее утро, в субботу, мы с Васькой попытались дозвониться до бывшей подруги Игоря.

— Здравствуйте, извините за беспокойство, могу я поговорить с Наташей? — взвешивая каждое слово, произнесла Васька, включив для моего удобства громкую связь.

— Да, я вас слушаю, — на другом конце ответил бесцветный голос.

— Мы, к сожалению, пока с вами не знакомы, но не могли бы мы встретиться? По поводу вашего друга, Игоря Термекилова.

— Игорь умер.

— Мы знаем. Нам просто хотелось бы узнать кое-какие подробности. Очень не хотим вас тревожить, но…

— Вы что, из милиции? — грубо прервала Ваську Наталья.

— Да нет, но…

— Я не буду встречаться, — отрезала бывшая подруга Игоря и повесила трубку.

— Вот черт, — в сердцах бросила Василиса. — Что делать-то теперь?

— Я думаю, надо к ней ехать, — внесла я смелое предложение.

Одно было хорошо — мы знали наверняка, что девушка сейчас сидит дома. Чтобы застать ее, следовало поторопиться, и мы решили тормознуть машину.

Наталья жила на 7-й Советской, а мы звонили с моей работы, где стоял анти-АОН. Я взяла за правило не общаться с домашнего телефона по служебным вопросам. Особенно глупо было светить свой номер сейчас.

— Спорим, что доедем за пять рублей, — при кололась Василиса.

— Идет, только договариваться будешь ты.

Василиса могла уболтать кого угодно, но матерые частники даже ей были не по зубам. Помню, как-то к ней поздно вечером привязался молодой наркоман «под кайфом» и попытался ее изнасиловать. За пятнадцать минут подруга, не сказав ни одного лишнего слова смогла повернуть ситуацию в свою пользу. После внеплановой консультации парень сначала горько разрыдался, а потом с благодарностью засунул в карман куртки номер .телефона кризисного центра и удалился.

Вскоре мы были уже на месте. Оказалось, что наша героиня живет на пятом этаже старого, еще дореволюционного дома, сплошь обжитого бродячими кошками и бомжами. На звонок долго никто не реагировал, но мы с завидным упорством не отпускали кнопку. Наконец из-за двери послышался все тот же уставший голос. Наталья была на месте.

— Кто здесь?

— Извините, это опять мы.

— Ну что вам от меня надо? — спросила хозяйка, чуть не плача.

— Понимаете, нам действительно нужно с вами поговорить об Игоре. Мы журналисты. Надолго вас не задержим — всего лишь пара вопросов. Если вы не захотите, можете не отвечать, но поймите нас правильно — мы же на работе. Если вы против, можем встретиться где-то в другом месте, — объяснила я через дверь.

— Нет, лучше сразу проходите.

Наталья наконец распахнула дверь. Несмотря на неуверенность и надрыв в голосе, она оказалась симпатичной плотной блондинкой. Правда, слегка осунувшейся и с темными синяками под глазами.

Пригласив нас в небогато обставленную, но вполне приличную комнату, она устроилась в кресле и закурила. Молчание прервала Василиса:

— Я понимаю, что для вас это очень больная тема, но давайте вернемся к событиям прошлого месяца. Нам известно, что Игорь состоял в секте «Черная Пустынь», — при этих словах хозяйка вздрогнула, но Василису не перебивала. — У него в квартире при обыске нашли героин. Как вы думаете, это убийство произошло из-за наркотиков?

— Не знаю… Нет… Почему вы так считаете? — спросила Наталья.

— Мы занимаемся журналистским расследованием. Это просто предположение, — осторожно начала я. — А у вас есть какие-то другие версии?

— Слушайте, я же сказала, что ничего не знаю и не хочу больше знать!

Подмигнув мне, Василиса спросила:

— Малявка, как насчет прогулки в близлежащий магазин? Неплохо бы чайку с чем-нибудь попить.

Уважая психологические таланты подруги, я беспрекословно подчинилась и оставила их наедине. Когда я почти через час вернулась с пирожными, расклад успел сильно измениться. Тихо всхлипывая, Наталья пыталась оправдаться:

— Боюсь я теперь сильно, у меня же из родных только мама осталась. Игорь всегда говорил, что из любого дела сухим выйдет, а с ним вон что…

Разговор прервали ее судорожные рыдания.


— Мы же с Игорем еще со школы вместе были. Он там на «герыч» подсел крепко, а как раз все эти секты, курсы по городу пошли. Пацаны со двора в «Пустынь» его сманили, — начала свою историю Наталья.

Дело в том, что в «Черной Пустыни», кроме разных семинаров и курсов, действовал еще «Антинарк» — сектантский центр по работе с наркоманами и алкоголиками. Принцип лечения заключался в подмене одной зависимости другой. Вместо героина шла подсадка на витамины и нейролептики. После курса лечения у Игоря снова начались ломки. Но бесплатных лекарств больше не давали. Руководство «Черной пустыни» послало парня на заработки — вербовку новых членов секты.

Наталья, чтобы не бросать приятеля, устроилась на семинар «Новой психологии», на котором теперь маялись и мы. Ее присутствие позволило девушке быть в курсе всей истории, приключившейся с Игорем Термекиловым.

По ее словам, Игорь решил поискать более простой способ добывания денег. Тут-то и пригодились его детские навыки. Еще по малолетке он был на учете в детской инспекции за форточные кражи. А теперь залез в квартиру к администратору секты и выкрал кое-какие документы, надеясь шантажом получить за них выкуп. Параллельно он вернулся к героину и решил попробовать себя в роли торговца. На всякий случай сделал с краденых бумаг копии и за пару дней до своей гибели отдал их Наталье. Поскольку «отступников» в «Пустыни» почти никогда не было, вычислить человека, который украл бумаги, оказалось несложно.

В секте установлена жесткая система иерархии, и ей могли бы позавидовать даже наши спецслужбы. Помимо вербовки новых членов и промывки мозгов, есть подразделения, ведущие борьбу с противниками — журналистами и предателями, нарушившими устав. Игоря постигла печальная участь — все складывалось в пользу той версии, что его тихо, без следов убрали и, обыскав квартиру, забрали документы. О копиях им было ничего не известно, иначе они бы не оставили в живых и Наталью. С ней, конечно, беседовали, раза два вызывали к начальству, но до прямых вопросов дело не дошло, а сама девушка благоразумно промолчала.

— А почему ты не обратилась в милицию с этим делом? — поинтересовалась я.

— Господи, да что толку, меня же из-под земли достанут. Я даже из секты теперь уйти не могу. Они ж там знают, что мы с Игорем дружили, сразу неладное почуют. Я после этой истории почти не сплю. Все думаю, что со мной будет.

— Скажи, а документы эти до сих пор хранишь? — поинтересовалась я. Вместо ответа Наташа полезла на стул. Сняла с книжной полки несколько детективов и вытащила тонкую полиэтиленовую папку с бумагами.

— Вот они, держи.

— Слушай, блин, здесь же доверенности какие-то, — присвистнула Василиса.

— Да вижу я, вижу, — трясущимися руками я перебирала листки. — Наташа, а ты знаешь, кто такой Виктор Витальевич Познин, 1978 года рождения?

— А, так это Витька Познин. Он вместе с Игорем на «Антинарке» был. Там все доверенности наших ребят из «Черной пустыни», — равнодушно произнесла Наталья. — Ерунда это все. Игоря же не вернешь.

Уже в агентстве мы в должной мере оценили сенсационность попавшего в наши руки материала. Там было двадцать шесть генеральных доверенностей. Среди тех, кто получил в свое распоряжение чужое имущество и квартиры, мы нашли главного менеджера «Пустыни» Николая Хуторного и гипнотерапевта Василия Семеновича Перетятько. По нашей компьютерной базе мы сумели, вычислить телефоны нескольких подаренных квартир и переговорить с их новыми владельцами. Практически все эти квартиры были перепроданы, некоторые даже по нескольку раз, но благодаря Васькиной настойчивости и умению общаться по телефону мы ненавязчиво сумели выяснить, что несколько прежних хозяев жилплощади имели некоторое отношение к нашей «Пустыни». Кроме того, трех человек уже не было в живых.

На то, чтобы оформить эту историю в классный репортаж, ушло меньше недели. Так что уже в следующий понедельник в очередном номере «Новой газеты» вышел сенсационный материал о «Пустыни». От остальных журналистских работ на эту тему он отличался обилием «живых» фактов. Мало кто из коллег мог похвастаться таким знанием темы изнутри.

Окрыленная славой, я не ощущала почвы под ногами. Перечитав несколько раз свое творение, я поспешила удостовериться, что в любимом РУВД известно о моих заслугах.

— Владимир Николаевич, здравствуйте. Как продвигается расследование убийства Игоря Термекилова? Помните? — наивно поинтересовалась я.

— Да, конечно. Пока «глухарь». Работаем…

— У меня кое-что для вас есть, — гордо заявила я.

— И что же?

— Вы говорили, что любите читать «Новую газету». Откройте вторую страничку.

— Мне приятнее узнать последние новости из твоих уст. Слышать твой голос с утра — залог хорошего настроения на целый день, — с неподдельной искренностью сказал полковник Греков.

Поведав на одном дыхании о результатах собственного расследования, я почувствовала напряжение на другом конце провода. В трубке послышалась фраза, оканчивающаяся на родное слово «мать».

— Ты понимаешь, что ты натворила?.. Ты же эту девчонку подставила! Срочно выезжай ко мне со всеми этими хреновыми доверенностями…

Трясущимися руками я стала набирать семь цифр «мобильного» Аркаши. У меня настолько сдали нервы, что правильно набрать номер получилось лишь с четвертой попытки. Аркаша примчался быстрее любых оперативников, мне же считанные минуты показались целой вечностью. Он просек все мгновенно, и через пару минут мы уже летели в РУВД. Утренние пробки не были для нас помехой, поскольку Аркаша предусмотрительно вынул из-под сиденья и установил на крышу «мигалку». Все машины старались держаться подальше от нашего «шестисотого», и даже гаишник не рискнул нас тормознуть.

Когда я оказалась в кабинете начальника криминальной милиции, Владимир Николаевич как раз отдавал распоряжение о подготовке выезда наряда на квартиру подруги Игоря. Через несколько минут ему сообщили, что выехать невозможно из-за отсутствия бензина.

— Это не проблема, транспорт есть! — заявила я удивленному полковнику, и вскоре уже усаживала его и трех оперативников в Аркашин «мерс». Мой друг и бровью не повел при появлении нашей компании, хотел только из вежливости убрать явно незаконную «мигалку», но Владимир Николаевич жестом остановил его, и потому добрались мы мгновенно.

Оперативники безрезультатно давили на кнопку звонка, но никто не открывал, хотя из квартиры Натальи доносились странные шорохи.

— Ломайте! — распорядился полковник.

— Но, Владимир Николаевич… — замялся оперативник. — Без санкции нельзя…

— Какая, блядь, санкция — где я тебе, на хер, сейчас прокурора найду! — заорал полковник, забыв о моем присутствии, но Аркаша молча протянул ему свой «мобильник». На переговоры с райпрокуратурой ушло еще три минуты. После этого старая дверь под натиском молодых и сильных тел вылетела в два счета.

— Жди на лестнице, — строго приказал мне Аркаша, выхватывая на ходу миниатюрный газовый револьвер. Но любопытство оказалось сильнее — я вбежала в квартиру вслед за всеми и спряталась в стенном шкафу в прихожей. Грянул выстрел, зазвенело стекло, послышались хрипы, ругань, шум падающих тел и ломающейся мебели.

— Стоять, гад! — услышала я крик Владимира Николаевича. И увидела сквозь едва прикрытую дверцу шкафа чью-то тень, метнувшуюся к выходу. Еще не успев сообразить, что я делаю, я изо всех сил толкнула вперед дверцу шкафа, сбив бегуна — с глухим ударом, матерясь, он шмякнулся на пол. Через миг, ткнув ему колено в спину, оперативник застегивал на его запястьях браслеты.

В комнате уже лежали лицами вниз, с заломленными руками, пятеро «пустынцев» — обычные стриженые ребята в «косухе». Полураздетую Наташу с растрепанными белокурыми волосами нашли в ванной в бессознательном состоянии. На щеках и груди бедной девушки виднелись следы ожогов от сигарет.

— Наташа, прости, — прошептала я. Но она меня не услышала.

Где-то внизу завыла сирена «скорой помощи».

Осознав, что все плохое позади, я разревелась. И не заметила, как оказалась в объятиях Аркаши. Его дорогой костюм был разорван, белоснежная рубашка забрызгана кровью. Не переставая реветь, я приложила платок к кровоподтеку на его виске. От той журналистской славы, которой я упивалась еще пару часов назад, не осталось и следа. Я вдруг поняла, насколько несерьезны все эти наши игры в сыщиков по сравнению с той настоящей опасностью, что ежедневно испытывают Владимир Николаевич и оперативники. И еще мне стало ясно, что я должна благодарить судьбу за тот счастливый жребий, что выпал мне в облике надежного и верного Аркаши…


Несколько дней спустя мне позвонил Владимир Николаевич.

— Да, Светочка, твоя статейка задала нам работенки. Знаешь, на что мы вышли?

— Могу только догадываться, — спокойно ответила я.

— Ребята, которых мы взяли у Натальи, выполняли всего лишь, так сказать, охранные функции, Один из них раскололся, сдал тех подельников, что Игоря убрали. Остальные пока молчат, но мы их привлекли за Наталью, сейчас работаем, а там, глядишь, и они заговорят. Мы ведь в самой конторе тогда еще четверых из руководства взяли. Двоих отпустить пришлось, но твой Николай-менеджер хорошо засел. Он хоть и был средним звеном, но встречался с «быками» и отдавал все распоряжения. Над ним, конечно, есть люди, сама понимаешь. Это тоже со временем отработаем.

— А что с доверенностями?

— С ними пока не все ясно. Знаешь, куда-то пропали тринадцать человек, подаривших свою недвижимость сектантам, да плюс еще трое умерли «под благовидным предлогом». Там и бумаги в порядке, и заключения о смерти. Но проверить их еще все равно придется. А с теми тринадцатью — вообще беда. Родных нет, заявлений о пропаже нет, да и тел тоже пока не нашли. Есть тут у нас кое-какие подозрения, но никто пока не колется. Конечно, просто так мы никого не отпустим.

— Писать-то об этом можно? — лукаво спросила я.

— Да уж куда от вас, писак, денешься?! — вздохнул полковник.


  • Страницы:
    1, 2