Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Попытка возврата - Попытка возврата (Книга вторая)

ModernLib.Net / Конюшевский Владислав / Попытка возврата (Книга вторая) - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 3)
Автор: Конюшевский Владислав
Жанр:
Серия: Попытка возврата

 

 


      — Нашёл
      — И я
      — Гасим...
      В полной тишине, звук глушителей показался громоподобным. Блин! Надо было в ножи их взять! Но сожалеть было поздно, и уже особо не скрываясь, рванули во вторую комнату. Там, при свете керосинки, торчала бодрствующая смена. Странный звук из соседнего помещения их насторожил и один из засадников уже встал, на ходу доставая пистолет. Второй, только начал подниматься. В этот момент мы их и почикали.
      Пук! Пук!
      Пук! Пук!
      Я садил с колена, а Леха стоя во весь рост. Охранники изломанными куклами попадали на пол, так и не успев выстрелить. Потом, напарник перекатом ушёл на кухню, а я кинулся к тахте, под которой был заветный плинтус. Через несколько секунд, вместе с вернувшимся Пучковым, пачкаясь в пыли, шарили по полу в поисках плёнки. Тут Леха замер и придушенным голосом сказал:
      — Есть!
      — Киса, вы нашли бриллианты?
      — Нет, только плёнку...
      После чего, гордо показав мне две катушки, поинтересовался:
      — А тут ещё и бриллианты есть?
      — Ну ты и тёмный человек. Что, «Двенадцать стульев» не читал?
      Напарник, смущённо улыбнувшись, ответил:
      — Читал конечно, просто сразу не понял о чём ты.
      — Об этом самом... ладно, валим отсюда!
      Уйдя, как Карлссоны, через окно, уже при начинающем светлеть небе добрались до пещерки. Победно вскинув кулак, с зажатыми в нём катушками, устало плюхнулся на топчан, сказав:
      — Всё ребята, сегодня мы опять победили!
      Галка со Светкой восторженно пискнули и я, наконец был награждён одновременным смачным поцелуем с двух сторон. Правда — только в щёки. Лешка, тоже был удостоен подобной награды.
      А потом, распределив дежурства, привалился к стенке, закрыв глаза. Однако, сильно сегодня набегался. Хотя конечно, удача во все тридцать два зуба улыбнулась. Это же чистая случайность, что в засаду не влипли и Генриха отловили. Фрицы, наверное и предположить не могли, что найдётся придурок, который обезьяной по деревьям скакать начнёт, вместо того чтобы в дверь войти. Тем более третий этаж — это вам не с земли в окошко постучать. Подходы к дому, они наверняка проверили и дерево видели, но всё равно — стереотипы мышления дали о себе знать. Всё-таки, высоковато окно для входа. Поэтому и дрыхли с комфортом, при открытой раме. Вот из-за этого и вышло почикать фрицев достаточно легко. Хотя, насчёт легко — это я загнул. Устал так — руки дрожат. Да и завтра, тот ещё денёк предстоит. Мало выйти из города, ещё и до точки встречи с самолётом дойти надо. Но нам, только бы из Измаила выбраться, а там уже ребята Клима ситуацию контролировать будут. Ну и нас соответственно — блюсти и охранять. Под эти мысли, провалился в сон как в яму.

Глава 3

 
      — Товарищ командир, вставайте. Товарищ командир... Сеня, проснись!
      Биомать! Будят какого-то Сеню, а трясут меня. И почему, Гусев говорит таким приятным женским голосом, да ещё и командиром называет?
      — Товарищ командир...
      Блин! Открыв глаза, увидел Галку, которая очередной раз пыталась меня подёргать за плечо. Заметив, что я проснулся, она, довольно улыбнулась и сказала:
      — Утро уже.
      Мельком глянув на часы, удивлённо присвистнул. Ого! Неплохо на массу даванул — уже восемь. А потом, увидев сладко сопящего Пучкова, сурово сдвинул брови и повернулся к девчатам:
      — Так... это ещё что за самодеятельность? Вы почему нас на дежурство не разбудили?
      Те в один голос запели, мол им всё равно не спалось, так чего же нас, умотанных будить? Детский сад какой-то. И сказать мне нечего. Не начинать же разнос, за нарушение дисциплины? Поэтому только вздохнул и пробурчал:
      — Спасибо красавицы.
      После чего пихнув Леху в бок приказал:
      — Гек, подъём!
      Напарник, услышав свой позывной, сразу вскинулся, очумело пяля сонные глаза. Ну, вроде все встали. Даже Вилли, у которого фингалы на физиономии переливались всеми цветами радуги, уселся на топчане, кряхтя и осторожно ощупывая полученные повреждения.
      Мда... тоже задачка. Как его такого разукрашенного и еле ковыляющего из города выводить? А ведь контрольный срок выхода — сегодня. Причём до начала комендантского часа. Мы то, изначально рассчитывали, за световой день обернуться. Кто же знал, что такой косяк получится? Теперь ещё этот Бельмондо разноцветный и каждые десять минут в кустики бегающий, на шее висит... Даже если ему на голову, ту соломенную шляпу напялить, в которой местные пейзане ходят, всё равно — такие бланшы не спрячешь. Да и шляпы у нас нет... И ходит он с трудом — всё-таки поработали с бедолагой в гестапо не слабо. И жрать охота. Ух, как охота. Последний раз, вчера рано утром ели... Только подумал о еде — в животе забурчало. Пучков понимающе покосился на меня и ответил ещё более громким бурчанием. Девчата прыснули, а я цыкнув зубом, принял решение:
      — Всем слушать сюда. Особенно, это вас барышни касается. Ну-ка вспоминайте, где в этом прекрасном городе есть похоронное бюро?
      Народ так удивился, то бурчания и смешки моментом прекратились.
      — Командир, а не рановато?
      — Гек, будешь острить — прикажу самому сделать гроб, из подручных материалов. А вы милочки думайте, думайте!
      Светлана, переглянулась с подружкой и наконец поняв, что я не шучу, выдала ответ. Был, оказывается в этой дыре, свой Безенчук. И не один. Остаётся вопрос — работают ли они сейчас? Правда я прикинул, что война смертей не отменяет, не говоря о том, что способствует им. Да и просто от старости, люди тоже периодически отходят в мир иной. Другое дело, что сейчас похороны проходят без прежнего размаха. Но нам шик и не нужен — достаточно подводы и дешёвенького гробика. А где кладбище находится, я и сам видел — мы мимо него проходили, когда в Измаил шли. Кстати, только сейчас вспомнил! Там как раз, в присутствии попа окружённого старухами, хоронили кого-то. И телега присутствовала! Ну, поп нам без надобности, а вот гробовщик с транспортом нужен. Священник бы конечно тоже не помешал, для конспирации, но с ним, заморочек может быть больше чем пользы, так что его — отставить.
      Теперь остаётся подбить бабки. Причём в прямом смысле. Так и сказал ребятам. После подсчёта выяснилось, что на всех есть около четырёхсот оккупационных марок, 250 румынских лей и у меня в голенище сапога — ещё пятисот рейхсмарок. Эти пол штуки, финансист помню, выдал без звука, но с таким душевным терзанием, что его даже жалко стало. А я, вообще, исходя из опыта прошлой жизни, да случая с греком-контрабандистом считаю, что деньгами и пистолетом, можно добиться гораздо больше, чем просто пистолетом. Так, перефразировав Аль-Капоне и сказал, вручив девчатам бабки, перед отправкой разведчиц на поиски местного гробокопателя. Даже размер будущего содержимого ящика указал, оценив его на глаз, сантиметров в сто семьдесят.
      Вилли, от предстоящей перспективы живым одеть деревянный макинтош, сильно разволновался.
      — Товарищ командир, зачем меня в гроб?! Это же авантюра!
      Глядя на державшегося за сломанные рёбра «тихоню», ответил:
      — А с такой мордой по городу ходить не авантюра? Даже если Леха, сейчас побежит предупреждать «невидимок», что у нас всё нормально, то всё равно, неделю ждать, когда у тебя синяки начнут сходить, да ты сам нормально передвигаться сумеешь, мы не можем. И в этой пещере долго не продержимся. Через пару тройку часов, когда фрицы поймут, что засаду в квартире постреляли, тут такой шмон начнётся — мама не горюй! Да и в госпитале заинтересуются — чего это охранники без смены и туалета так долго заперты? Вот до этого времени и надо будет успеть свалить.
      Резидент похоже, внял словам и при помощи Гека с трудом улёгшись на топчан, прикрыл глаза. Вот и правильно — полежи, отдохни. Тебе сейчас сильно ёрзать — противопоказано. Ещё минут через сорок прискакала Светланка. С трудом переводя дух, доложила:
      — Нашли гробовщика. Нашли и договорились. Он за всё — двести лей запросил. Галя ему задаток дала и они следом едут. Минут через пять, возле того поворота будут, что рядом с тропинкой.
      Тут она растеряно запнулась
      — Только вот, как же мы товарища Вилли, при нём в гроб класть будем? Да и странно всё это выходит. Обычно же, телега подъезжает прямо к дому, где покойник лежит. А тут и дома нет...
      — Не боись принцесска! Всё учтено. Вот это — я указал на побитого резидента — безутешный брат покойного. Дай ему платок-лицо рыдающее прикрыть. Ну а мы — тоже родственники. Сейчас встретим эту подводу, загрузимся и поедем дом показывать. А на тихой улочке, быстренько загрузим пустую тару. Всё понятно?
      Народ закивал.
      — Вот и хорошо. Если поняли — чего стоим?
      И подавая пример, подхватив прикрывающего лицо Вилли, насколько возможно быстро пошёл к повороту. Ребята рванули следом.
      Правда, немного не успели — телега уже стояла на месте и возница удивлённо глядел на странную компанию идущую от реки. Передав трясущего плечами резидента ребятам, взял ведение переговоров в свои руки. Сразу подсев к водителю кобылы, наклонившись к уху начал шептать:
      — Це — брат покойного. Зовсим ни в себе. Последню волю умершого изповнял.
      И сокрушённо поцокал языком. Возница равнодушно кивнул и только спросил:
      — Кудой дале ихать?
      — Та це близенько! Вин за той хатой, з червоней черепицей.
      Мужик, чмокнув губами, дёрнул вожжи. Странного окраса лошадка, не поднимая головы, побрела дальше по улице. По тихой, пустынной ещё улице. С одной стороны был обрывистый берег реки, с другой двухэтажные и одноэтажные домики, густо закрытые деревьями. Блин, чего же мы ждём?
      Повернувшись назад, махнул рукой, отдавая команду. А сам опять приник к гробовщику. Он как раз обернулся, на возню у себя за спиной и удивлённо выпучил глаза. Правда, там было на что посмотреть — народ, сноровисто, в пять секунд упаковал безутешного брата в гроб и теперь все внимательно пялились на возницу. Дёрнув его за рукав, обратил внимание на себя. Развернув веером десять двадцаток рейхсмарками, в лоб спросил:
      — Дядя, заработать хочешь?
      — Э-э-э?
      Мужик всё пытался оглянуться.
      — Ты не вертись. Ты сюда смотри!
      Наконец он уставился на деньги. Вот и умница.
      — Доедем до кладбища и эти хрусты — твои.
      — Э-э-э?
      Вот блин заклинило! Он что, все слова забыл, только одна буква в памяти засела? И валить его нам, не с руки. Эта телега наверняка достаточно известна и если появится за вожжами другой, могут возникнуть нехорошие вопросы. Да и сам он, личность, любому полицаю знакомая. Они нас даже тормозить не будут, в присутствии местного гробовщика. Обычное дело — похороны. Но этого хмыря, надо из состояния прострации выводить.
      Вынув финку приставил её к боку мужика
      — Будешь сука дёргаться — перо в бок получишь! Ты знаешь, кого везёшь?
      Собеседник при виде ножа, расширил глаза и помотал головой. Ну, хоть экать перестал — уже хорошо.
      — Это вор центровой — Гриша Лютый. Тут залётные с Одессы, малость рамсы попутали, вот оно и получилось...
      Что получилось — уточнять не стал. Тем более, терзали смутные сомнения, насчёт наличия в природе в сороковых годах законников. Ну да и хрен с ним! После небольшой паузы, цвиркнув слюной через зубы, продолжил:
      — Так что нам дядя, сейчас надо с города выбраться. А дальше, мы с этой мразотой фуфлометной разберёмся. Тем более, смотрящий из Галаца уже в курсах этого беспредела...
      Ё-моё! Чего я вообще несу!? Этот работник лопаты, ни слова ведь не понимает! То есть понимает, что это какая-то феня, но не больше. Надо как-то переключаться
      — В общем понял меня? Доедем до кладбища без шухера — две сотни твои. Поднимешь кипеж, начнёшь шуметь и дёргаться — порежу на ленточки для бескозырок! Ты меня понял?!
      Мужик кивнул, но я этим не удовлетворился. Мне его голос надо было услышать
      — Ты фраер не кивай, ты словами скажи!
      — Так есть. Понив...
      — Ну молодец если понял. Держи задаток.
      С этими словами сунул ему в руку несколько двадцаток. Собеседник довольно спокойно их принял, покрутил в руках и сунув карман спросил:
      — А ежель, полицаи остановлют?
      — Дядя, мы ни немцев, ни полицаев не опасаемся. Что, я похож на партизана? Для полицаев у нас все бумаги имеются. Нам сейчас, от залётных из Одессы, треба уйти. Так что если ты, сука, нас этим дешёвым фраерам выдашь, я тебе печень вырежу!
      — Та ни! Я их и не бачив туточки!
      — Вот лучше и не видь дальше. Если подойдут к тебе, похожие на нас — я кивнул в сторону ребят — ты ничего не видел, ничего не знаешь.
      Мужик опять кивнул и дёрнув вожжи подбодрил свою клячу, которая похоже вообще спала на ходу. Кстати, интересная деталь — возница, поняв, что полицаев мы не боимся, сразу почувствовал себя уверенней. Это было заметно по поведению. Перестал втягивать голову в плечи и косить на меня испуганными глазами. Проехав по длинным извилистым улочкам, наконец добрались до мостика, ведущего через старый, осыпавшийся ров. Основная дорога, с постом на ней, проходила метрах в 800 северней, а здесь торчал одиночный полицай, который с интересом разглядывал несколько телег приближающихся к въезду в город. Правда, не взирая на стремящуюся к нулю, скорость нашей лошадиной силы, к мостку мы подрулили первыми.
      Я сидел пригорюнившись и прижавшись к вознице, попутно щекоча ему бок финкой. Девчонки шли сзади, простоволосые и утирающие слёзы. Гек, отстав метров на пятьдесят, контролировал ситуацию издалека. Местный блюститель закона, при виде нас, как и думалось, не проявил никакого интереса. Старый и какой-то обрюзгший, он скользнул по катафальной телеге равнодушным взглядом, поправил винтовку и опять уставился на подъезжающие возы. Ну, чисто гаишник, которому глубоко плевать на беспонтовый «Запор» в ожидании приближения жирного «Мерса».
      Ещё через двадцать минут подъехали к кладбищу, расположенному на холме. Отдав повеселевшему мужику сотню, почесал репу и предложил провести нас до виднеющегося километрах в пяти леска.
      — Довезёшь, сверху полтинник румынских накину.
      Конечно эти леи, были как капля в море, по сравнению с рейхсмарками, но водила подписался. Какой однако, хозяйственный человек. Прямо копеечку к копеечке собирает, Скрудж местного разлива...
      Было уже около десяти. Не по-осеннему жаркое солнце, ощутимо пригревало. Пахло сыростью и травой. Вот в этой идиллии, мы и катили не торопясь, всё дальше от Измаила. Кстати, похоже основной поток людей идущий в город, прошёл с утра, поэтому навстречу, мало кто попадался. Когда остановились под деревьями, я оглядев пустынную дорогу, тюкнул гробовщика по кудлатой башке. Не насмерть конечно. Часа через три очухается, с лёгкой головной болью.
      В темпе, сгрузив его вместе с деревянным изделием за кустики и подобрав подскочившего Лешку, погнали телегу по дороге ведущей к дельте Дуная. Коняшка, не привыкшая к таким скоростям и грубому обращению обиженно всхрапывала, но выбирать не приходилось. Так что, в результате наших телодвижений, кляча развила непомерную для себя скорость километров 7 в час и стабильно её держала. Пучков перелез ко мне и поглядывая назад сказал:
      — А ведь мы, только-только успели. Когда вы уже с холма съехали, я видел, что немцы посты на выезде начали усиливать. К тому старому полицаю, ещё пятеро солдат добавилось.
      Угу... прямо как в мои времена — план «Перехват» и какой-нибудь «Вихрь-антитеррор». Только так же — в пустой след. Мы то — тю-тю! Но всё равно — оперативно они подсуетились. В городе наверное сейчас шмон идёт, только рубашки завиваются. Ну а как же? Перебита засада, исчез зам начальника гестапо... Вспомнив Генриха, извлёк из кармана его жетон и разглядел, уже при свете дня. С одной стороны овальной железки был орёл со свастикой, а с другой надпись по немецки — Государственная тайная полиция и номер. Вот так — простенько и со вкусом. Хороший сувенир...
      А ещё через сорок минут езды, телегу тормознул появившийся из неоткуда парень в полицейской форме и мы с удовольствием сдались ребятам из группы Клима. Они, пока торчали здесь, тоже добыли лошадиный транспорт, так что теперь мы передвигались к месту встречи самолёта, солидной компанией и на колёсах. Ехать правда, было недалеко. Первоначально планировалась эвакуация Вилли на «Шаврушке» — гидросамолёте Ш-2, но потом пришлось переиграть. Опасное оказалось дело — достаточно одного встреченного на пути плавучего бревна и капец летающей лодочке. Садиться то она должна была ночью, а впотьмах хрен что увидишь. Так что «Дугласом» надёжнее. Место под посадку ребята присмотрели ровное — без пней кочек и каменюк.
      Пока Климовские бойцы ещё раз осматривали площадку и тащили караульную службу, мы завалились спать, добирая то, что недоспали вчера. А в пол второго ночи, быстренько загрузившись в самолёт, без происшествий долетели над чёрным, сверкающим антрацитом в свете луны морем, до аэродрома в Николаеве.

Глава 4

      Только самолёт приземлился, нас встретил курьер. Целый майор НКВД с суровой охраной. Получив под роспись микропленки, он пожал всем руки, поздравил с успешным окончание задания и быстренько свалил. Вилли, загрузили в санитарный автобус и тоже увезли, а нам, гостеприимные летуны, предоставили для отдыха целый домик с двумя комнатами. Но в начале, майор с крылышками в петлицах, предложил баню и ужин. Правда, ужин, был скорее очень ранним завтраком. Но когда солдат отказывался от жратвы? Тем более, по первой лётной категории? Так что предложение было принято с благодарностью. Помылись, отъелись, и рано с утра, за Климовскими ребятами пришла полуторка. Чуть позже и девчонок увезла новинка Советского автопрома — УльЗиС-43, он же «Додж» в девичестве. С барышнями, мы прощались более обстоятельно, чем с «невидимками». С диверсантами просто, пожали друг другу руки и разбежались, тем более знакомы, достаточно давно. А Галку и Светку, на прощание потискали от души и только получив, давно обещанные поцелуи — отпустили. Только вот, даже адресами не обменялись. ГРУ, откуда их прикомандировали — организация серьёзная и где подружки в следующий раз всплывут, является военной тайной. Да и сами они этого не знают... Помахав уезжающему «ульзику» рукой, немного попинал камушек, а потом обратился к Лехе с вопросом:
      — Слушай, тебе не кажется, что все улетели, а мы остались? Во всяком случае, положение точно как в том анекдоте
      — Ещё как кажется
      Пучков паснул камушек мне
      — Что нам теперь — пешком идти?
      — Куда? Без документов и в этом прикиде — я подёргал себя за кургузый пиджачок — далеко не уйдём. Ладно, потопали к комполка, ситуацию прояснять.
      Подполковник Гуцулов, командир полка транспортной авиации, отнёсся к проблеме с пониманием, но по кряхтению и хмыканью стало понятно — своего водилу с машиной, давать не хочет. Зато дал связь и ситуация прояснилась. Правда не очень... «Виллис» за нами, оказывается, ушёл ещё затемно и куда-то пропал. Северов, с которым мы в конце концов связались, узнав про это, обещал что-нибудь придумать. Ну, пока на базе думают, я выпросил у подполковника машину и сопровождающего для поездки на пляж. На это, Гуцулов тут же согласился, тем более было видно, что ему неудобно за свою предыдущую прижимистость.
      Хотя человека можно понять. Хамья в армии хватает и его новенький джип, вполне могли подменить на рухлядь а то и вообще зажать и вернуть только водителя. Где он потом хвосты искать будет? Не спорить же с военной разведкой, тем более те — всегда отмажутся. А вот необременительно для себя, угодить гостям, он был готов, так что через двадцать минут, в сопровождении старшего лейтенанта, мы уже пылили в сторону побережья. Блин, хоть и нравиться Чёрное море, с его запахом йода, чистой тёплой водой, галечными пляжами, но в этом году, всего третий раз купаться буду. То далеко стоим, то времени нет, то ещё какой-нибудь облом приключается... Но в этот раз, пока не накупаемся вволю, фиг нас кто от воды оттащит.
      В принципе как задумывали, так и получилось. Наплавались, нанырялись до одури, пользуясь последними жаркими денёчками. Где-то через час, к нам присоединилась компания каких-то молодых мореманов, под предводительством степенного главстаршины. Запустив своих щеглов резвиться в воду, тот разок окунувшись, предпочёл загар заплывам. Сначала он просто валялся на камушках, а потом закурив, подошёл к нам знакомиться. Слово за слово — разговорились. Интересный оказался мужик. Он до войны в ЭПРОНе работал, а потом, в Балаклавском ВМТ, затонувшие корабли поднимая.
      Тут беседа сама собой свернула на «Чёрного принца» и прочие утопшие сокровища. Богдан Степанович, как представился нам главстаршина, травил о разных интересных находках и вообще о романтике работы водолазом. Рассказчик он был хороший, поэтому слушали с интересом. Только вот когда он рассказывал, как они обследовали старинный корабль, лежавший на глубине семнадцати метров я спросил:
      — А почему в водолазном костюме? Не проще, лёгким водолазам было там всё прошерстить? Глубина то небольшая...
      — Лёгким, это которые на чистом кислороде? Неё... столько людей им уже потравилось...
      — При чём тут чистый кислород? Я про обычные акваланги говорю, которые со сжатым воздухом.
      — Какие такие акваланги?
      Степаныч, удивлённо поднял бровь.
      — Ну, эти... с маской, с баллоном, с ластами...
      Я показал, как будто одеваю рюкзак и, с удивлением понял, что главстаршина не врубается, о чём ему говорю.
      Ексель — моксель! Это что же получается? Если старый водолаз не слышал про акваланги, то выходит — тех ещё в природе нет? Застыв с открытым ртом, пытался вспомнить, когда их вообще изобрели. В пятидесятых годах они точно были. Во всяком случае, в доисторическом фильме тех времён — «Последний дюйм», в них плавали вовсю. И изобрёл акваланг вроде... да нет, точно — Жак Ив Кусто. Про это по телику показывали. Там, в старой хронике, молодой, носастый Кусто, вместе с напарником плюхались с лодочки в воду, именно в аквалангах.
      Хм... как же я так протормозил? Почему-то был уверен, что лёгкие водолазы уже вовсю существуют. Те же немецкие подводные диверсанты, про которых книжку читал ещё в детстве, не с ИПами ведь ныряли? Хотя может и с ИПами, не помню, да и тогда для меня разницы не было — ИП, акваланг...
      А так как Богдан Степанович, продолжал глядеть на меня, ожидая объяснений, то пришлось выкручиваться. Соврал ему, что это в Питере, перед самой войной, один парень такую штуку изобрёл. Вещь крайне удобная, вот мол и думал, что она уже в производство давно пошла. Главстаршина заинтересовался и я насколько мог, объяснил ему, в общем — то довольно простое устройство. Хотя сам его, честно говоря, не очень и знал. Там вроде вся фича, в редукторах, причём один из них — высокого давления и в лёгочном автомате. Насколько мог, даже нарисовал общий вид в блокноте, который дал сопровождающий нас старлей.
      Степаныч начал было расспрашивать про акваланг дальше, но тут с бугра, где мы оставили машину, посигналили. Прикрыв глаза от солнца, разглядел знакомую морду нашего водителя. Ну, наконец то. Сейчас Витька Пальцев, будет звездюлей за опоздание получать. Ведь, четыре часа этого паразита, где-то носило. Водила, вприпрыжку сбежав с крутого склона, подскочил к нам и козырнул, радостно скалясь в щербатой улыбке:
      — Здравия желаю, товарищи командиры!
      Оттряхнув песок с плеча, ответил:
      — Здравствуй, здравствуй — друг мордастый. Ты что Палец, вообще забурел? Мы здесь, как не пришей к транде рукав болтаемся, людей отвлекаем — я кивнул на старлея — а ты шляешься не пойми где. Калымишь что ли?
      — Това-а-арищ капитан, обижаете! Меня ведь, почти сразу за Козлищами — обстреляли. Хорошо, стекло откинуто было — не раскоцали. А задний баллон пробили. На спущенном, еле ушёл. А ведь почти новый баллон был. Жалко. Теперь только на выброс. Я его пожевал весь, пока от фрицев драпал. И запаску тоже продырявили. Вот пока колесо латал, время и прошло....
      Взмахом руки, прервал Витькину трескотню:
      — Стоп. Ты доложил, что тебя обстреляли? И почему думаешь, что это немцы были?
      — Так точно, доложил! И на карте место показал. Я, как до танкистов из хозяйства Рогова доехал, так сразу и доложил. Только потом колесо менять начал. А ведь почти новая покрышка была....
      — Хватит тебе про резину стонать! Сам то цел?
      — Да что мне будет? Вот машина.......
      — Отставить про машину! Ты скажи, почему нападавших немцами посчитал? Команды на немецком слышал, или ругательства? Может, форму видел?
      Вопрос этот, меня интересовал не праздно. Одно дело, если это боевики УПА, другое — если гитлеровцы. Простые окруженцы, машину бы обстреливать не стали. Им по-тихому, до своих дойти — уже счастье. Обстреливать могли или националисты, которые уже растворились среди мирного населения, или диверсионная группа. А диверсанты — это серьёзно. Захватив одиночную машину и став мобильными, да ещё воспользовавшись неразберихой наступления, они могут хороших делов наворотить...
      — Не... форму не видел. А ругательства... — Витька наморщил лоб — Точно! Слышал! Один, когда я газанул, крикнул — пся крев!
      Палец удивлённо посмотрел на меня и разведя руки добавил:
      — Выходит — это Мельниковцы были?
      — Выходит что так. А ты сразу — фрицы, фрицы! Чуть в заблуждение не ввёл...
      Водила немного подумал, а потом, сдвинув белёсые брови, выдал:
      — А по мне — один хрен. Кто в меня стреляет — все враги, а значит немцы. И сортировкой их по национальности, пусть черти в аду занимаются.
      — Вах! Хорошо сказал! А сейчас, герой припозднившийся, у тебя полчаса времени — можешь искупаться.
      И хлопнув Витька по спине, придал ему направление движения к берегу. Палец обрадовано кивнул и, путаясь в штанинах, мигом скинул форму, рванув к резвящимся на мелководье мореманам.
      А я, опять повёл высоконаучный разговор со Степанычем, об устройстве легководолазного агрегата. Хотя себе конечно заметку сделал, во время очередной встречи с верховным, доложить о новом просветлении. И фиг с ним, что конструкцию акваланга знаю плохо. Хоть и плавал с ним всего пару раз, но ведь что-то всё равно помню. Вон, даже главстаршина понимает, про что говорю. Тут главное идея, а там пусть инженера мозги напрягают. Тем более, эта штука для диверсий годится просто исключительно, невзирая на демаскирующие пузыри. Да и не только для диверсий. Мест применения — масса! В общем, пока болтали с Богдан Степанычем, Палец искупался, обсох и мы, отпустив старлея, покатили в своё расположение.
      По пути всё думал, сколько у меня в голове таких вот вещей находится, вроде знакомых и привычных с самого рождения, которые искренне считаешь всем известными, чуть ли не с начала времён. Но на проверку, оказывающихся, какими-то откровениями. Вон, например как с радиоаппаратурой получилось. Я ведь даже и предположить не мог, что основные проблемы в ремонте тех же раций, возникают при диагностировании поломки. То есть, про модульные соединения тут и не слышали. Когда прибор приказывал долго жить, ремонтник вооружался схемой, тестером и начинал долго и мучительно искать сгоревшую деталь. Только когда сам поглядел на Мишку, который третий час, копаясь в потрохах передатчика, не мог понять, в чём же глюк, спросил — чего он не раскидает её по частям и не проверит поблочно. Спросил и с удивлением понял, что он меня не понимает. Тогда я ещё Иван Петровичу, докладную записку написал, в которой описал общие принципы модульной открытой архитектуры. Ну ведь — мелочь совершеннейшая, правда внедряли её долго. Зато после принятия, обычный армейский «маркони», глянув в таблицу неисправностей, вклеенную в крышку станции, мог просто тупо менять горелый блок на исправный и всё! А остальным ремонтом, занимались уже специалисты в тылу, что экономило и время и нервы, да и технику фронтовые горе-умельцы, не палили. Так что результаты были — ого-го! Полковник, потом сказал, что по результатам проверки, время, затрачиваемое на замену и ремонт вышедших из строя радиостанций, снизилось в несколько раз. Тут «Виллис», особо резво подскочил на очередной кочке, а я, прикусив язык, отвлёкся от мыслей о глобальном, и стал просто наблюдать за дорогой.

***

      А ещё через несколько дней, в комнату, где все отдыхали, с горящими глазами заскочил Леха.
      — Вы тут дрыхните, а там! Там! Я уже насчёт машины договорился! Давайте быстрее!
      Гусев, приоткрыв один глаз, недовольно пробурчал:
      — Чего ты орёшь? Чего — там? Немцы, что ли?
      — Какие немцы! Там к Громову — Утёсов приехал! Мишке, из штаба армии знакомый связист звякнул. Колычев уже добро дал. Едем мы втроём и Северов.
      Из коек все вылетели, как наскипидаренные. Ну ещё бы! Утёсов в те времена был фигура! По современному — суперстар! Это, если в наше время, слепить Кинчева, Круга и Пугачиху, то уровень популярности был бы приблизительно тот же. Хотя звёзды приезжали на фронт не в первый раз, но интересовали меня далеко не все. Помню, когда приезжала Орлова — я даже не пошёл на концерт. Толщина ног советской дивы и её пронзительный голос, ввергал мою разборчивую натуру в уныние. А вот шансон с джазом, уважал всегда. Поэтому уже через пять минут, мы выслушивали наставления полковника, стоя возле «Виллиса». Иван Петрович, назначив старшим команды Гусева, выдал короткий инструктаж, предостерегая от различных залетов и посетовав, что у самого нет времени послушать знаменитый оркестр, наконец, дал разрешение на выезд.
      На место будущего выступления, приехали слишком рано. Солдаты только-только заканчивали сколачивать помост, который выполнял роль сцены. Утёсов, со своей джаз-бандой готовился к концерту, располагаясь в здании школы, находящейся рядом со штабом. Причём охрану усилили настолько, как будто ждали высадки немецкого десанта. Хотя, просачивающиеся отовсюду поклонники, были похлеще фрицевских диверсантов. Те, кто помладше званием, пытались проникнуть в школу окольными путями. Кто постарше, наезжали на охрану возле главного входа. Но все получали облом. К самым борзым и крикливым, выскочил начальник штаба и поимел в извращённой форме, не взирая на звания и награды.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6