Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Охота на Снайпера

ModernLib.Net / Научная фантастика / Симонова Мария / Охота на Снайпера - Чтение (стр. 2)
Автор: Симонова Мария
Жанр: Научная фантастика

 

 


      – Да, неплохо, – согласился Кирилл, направляя байк к размеченной площадке, прилепившейся сбоку зеленой аллеи. Там уже стоял каплевидный флаер, и даже издалека было видно, что машина дорогая.
      Словно с горки, они скользнули с высоты вниз и, великолепно погасив скорость, мягко опустились на один из свободных секторов парковки. Как только байк коснулся покрытия и смолкло пение мотора, ремни, державшие водителя и пассажира, соскользнули, втягиваясь в гнезда.
      Когда Кэт только влезла на байк, то в первый миг испугалась, ощутив, как что-то мягко спеленало нижнюю часть ее тела. Теперь же она мысленно от души поблагодарила эти умные и чертовски прочные ленты, умевшие в нужные моменты напрягаться, многократно усиливая захват.
      Кирилл, уже покинувший седло своего верного и, как про себя отметила Кэт, далеко не дешевого коня, галантно подал ей руку. Это было нелишним: мир перед глазами Кэт, вновь ступившей на твердую – нет, не землю, но на твердь, – почему-то решительно не желал становиться прочным. Здание плавно раскачивалось, словно вот-вот готовясь оторваться от фундамента и отправиться в полет. Так что к ограждению, отделяющему посадочную площадку от зеленого сектора, они подошли рука об руку. Парень был сильным: предплечье, за которое Кэт держалась, если не сказать цеплялась, оказалось твердым, точно дерево.
      Ограждение было исполнено в виде высокого деревянного забора с крупными щелями, сквозь которые проглядывала молодая сочно-зеленая листва. В нем имелась калитка, ну совершенно дачная. Такой антураж вкупе с ощутимым уже здесь потрясающим запахом распускающихся деревьев навевал настолько чуждые городу ассоциации, что Кэт не удержалась и провела рукой по немного корявым, потемневшим от времени доскам. Иммитация, конечно. Можно обмануть глаз, но не пальцы. И все-таки здорово.
      Кирилл толкнул калитку, и та с легким скрипом отворилась.
      «Странно, – подумала Кэт, ступая через порожек, – так просто?..» Ее охватило ощущение, что после сумасшедшего полета они оказались где-то за тридевять земель, в неведомой глухомани, где на мили вокруг, может быть, три старухи и один дед, – в местах, где нечего опасаться нашествия людских толп, осоловевших от смога, и потому незачем запирать садовые ворота. Но ведь все это было в Москве?.. Однако, как она поняла только что, это было именно то, что надо. Укольчик тревоги в сердце, как и мысль о странной общедоступности этого потрясающего места, прошли почти незамеченными. Кэт и вопросов предпочла не задавать, уверенная, что объяснение-то найдется и, скорее всего, простейшее, а вместе с ним неизбежно утратится элемент чуда, аромат которого уже разлился в душе, и так не хочется с ним расставаться!..
      Под ноги легла грунтовая дорожка, искусственное происхождение которой выдавала лишь ее едва заметная пружинистость. Она и извивалась как настоящая лесная тропа. Деревья разных пород росли по обе стороны вперемежку с кустарником буйно и беспорядочно, так что этой лесной тропе никак не подходило название «аллея». Что удивительно – изредка подавали голос птицы.
      Некоторое время Кэт молчала, просто глядя вокруг, не торопясь проявлять естественное любопытство, как такое растет на крышах, чем оно живет и поддерживается: не ее это было кредо – разлагать гармонию на алгебру. Ее спутник, наверное, ожидал подобных вопросов, но, кажется, был не из тех, кто станет утомлять девушку лекцией на тему: «Как вырастить на вашей поехавшей крыше сад». Спросив, как ей здесь нравится, – «Очень!» – искренне ответила Кэт, – он усадил ее на скамейку, приткнувшуюся под большим неохватным дубом, и велел подождать минутку, пока он сгоняет за чем-нибудь прохладительным. Кэт не успела уточнить, слетает ли он на байке или здесь есть ларек-автомат, как Кирилл уже мелькал удаляющимся призраком среди деревьев.
      «Ох, странно все это», – глубоко вздохнула Кэт, размышляя о том, где она сегодня мечтала быть и где в результате оказалась. Тут было не так уж худо – совсем не то, о чем ей грезилось, но тоже здорово, вот только бы – с ним...
      Она откинулась на спинку скамейки, положив на нее для удобства локоть. Тут же слева из «почвы» выросла цилиндрическая стойка с углублением и с панелькой, где значились названия напитков и сигарет, ниже имелись щель для приема купюр и считыватель для кредиток. Кэт посмотрела и убедилась, что никаких кнопок на скамейке нет, а появление сервиса вызвала нагрузка на спинку, свидетельствующая, что человек расположился отдохнуть и, скорее всего, не откажется от напитка или от сигареты.
      «Выходит, Кирилл не знал об этом? Еще не поздно, наверное, его догнать», – решила Кэт и, вскочив, направилась за ним, в то время как в душе ее помимо воли начало зарождаться беспокойство. Кэт вспомнила, что кавалер даже не поинтересовался, что из напитков ей взять: для галантных молодых людей это нехарактерно. Она не стала его окликать в надежде сначала увидеть сквозь деревья, что он на самом деле поделывает, отправившись якобы за прохладительным.
      Она приблизилась к забору, огораживающему парковку, когда до нее донесся голос Кирилла – он с кем-то разговаривал совсем неподалеку, и мгновение спустя она сообразила, что он находится на стоянке; сквозь щели в заборе было видно, как он прогуливается там, беседуя по телефону. Слышать чей-то разговор и подслушивать его – далеко не одно и то же, а если ты при этом не спешишь подавать голос и обнаруживать свое присутствие, это вовсе не значит, что ты шпионишь.
      – ... четвертый причал. Желательно побыстрее. Пять минут?..
      «Так он решил шикануть и заказать что-то с доставкой», – сообразила Кэт, уже готовая окликнуть его с заявлением, что ей стало скучно, но Кирилл еще не закончил говорить:
      – Понял, жду. Ее я оставил в лесу под дубом. Ни о чем не подозревает. А куда она отсюда денется?

Глава 2
КРАСНОЕ, ЧЕРНОЕ И БЛЕДНО-ГОЛУБОЕ

      Ян Никольский уходил от любимой девушки. Серьезные люди говорят, да и сам он всегда считал, что эмоциональная привязанность – это как строгий ошейник с безразмерной цепью. Где бы ты ни был, ты всегда рискуешь оказаться у ног – нет, не обязательно у любимых, а у ног того, кто уцепился за эту цепь, может быть, где-то посредине и дернул. Сейчас, увеличивая расстояние между собой и Кэт, он с горечью думал, что именно это с ним и произошло: подтащив за цепь, его ткнули носом в сапог и отныне будут дергать вновь и вновь, стоит ему позволить себе малейший шаг в сторону. Да что там шаг – его теперь задергают просто так, в собственных интересах. Даже то, что ему не позволено видеть Кэт, не играет роли – важен сам факт ее существования, ее хрупкое благополучие, которое кое-кому, уже намотавшему его цепь на руку, ничего не стоит нарушить.
      Мысль разбередила в душе тревогу, заставившую его замедлить шаг и прислушаться к миру. Он даже прикрыл глаза. Колышущимся фоном шумел город, в кустах на площади гомонили воробьи, обалдевшие от весеннего солнышка. Ян ждал. Что-то только что заставило его усомниться в благополучии Кэт – не в будущем, а в нынешнем, сиюминутном ее покое. Такие «звоночки» – в терминологии «снайперов» «ближний прицел» – редко его обманывали.
      Вот оно! Не звук, даже не отзвук, а нечто, оставившее молниеносный алый след в мирно дышащем пространстве. И все оно, словно вспоротое стилетом, заливается для него густо-красным. Опасность!
      Звук пролетевшей пули.
      Пусть не в него и даже не рядом. Пули, после которых не слышно криков и нигде не наблюдается паники, несут свою, особую задачу – это он в свое время хорошо усвоил; его тоже вербовали так – демонстрируя идеальную меткость. А сейчас у этой демонстрации может быть только одна цель – Катерина Котова, Кэт в Квадрате.
      Его Кэт.
      «Снайперы» решили заполучить ее, и я должен был это предвидеть!» – думал Ян, а сам в это время уже бежал назад. И буквально налетел на черный глянцевый бок: перед ним спланировал престижный флаер «Мицубиши-флай» и резко затормозил, преграждая дорогу.
      Начальство не дремало.
      Но Ян в данную минуту готов был придушить свое новоявленное начальство собственными руками. Жаль, только жизнь его после этого продлилась бы недолго – вряд ли с минуту.
      Он перескочил через капот «Мицубиши», позлорадствовав, что останется вмятина, и ринулся дальше – к кафе. И вновь наткнулся на препятствие – на сей раз не на машину, а на человека, но жесткого, как робокоп.
      – Давайте пройдем к машине, Никольский. Вас ждут. – Голос у человека был твердым, что не мешало ему быть успокаивающим. Ян узнал эти интонации, рассчитанные на такие реакции подсознания, как повиновение и эмоциональный спад.
      – Уйди с дороги, – не попросил, а приказал он.
      – Не стоит, Никольский. Она в безопасности. Все просчитано. А ваше необдуманное вмешательство только подставит ее под удар.
      Вот он – рывок за цепь. И не завоешь, не огрызнешься. Потому что действительно – все у них просчитано. И действительно – можешь подставить.
      Сжав зубы до боли в висках, он вернулся к машине. Сопровождающий тычком в панельку открыл перед ним дверь, хотя в этой модели дверцы отъезжали автоматически при нажатии пассажиром определенной кнопки. На сей раз это не было знаком уважения к Яну Никольскому, скорее наоборот – престиж пассажира пострадал бы, шевельни он ради Никольского хоть пальцем.
      В мягком полумраке салона были отчетливо видны седые до белизны волосы, обрамляющие сухощавое лицо. Остальное почти сливалось с дорогой черной обивкой.
      – Для вас есть работа, – без предисловий начал Стратег, подавая знак шоферу. Сопровождающий уселся на переднее сиденье и ощутимо бдил. Он способен был бдеть незаметно и расслабленно, но сейчас давал Никольскому понять – вздумай он придушить начальство собственными руками, так даже рук не успеет поднять. А эти руки еще могут принести пользу организации, так что давайте, Никольский, не будем с вами калечить кое-чьи казенные грабли.
      – Сначала поговорим о Кэт, – угрюмо сказал Ян, в то время как флаер взмыл вверх. – Я от нее отказался...
      – Вы от нее отказались, – перебил Стратег. – Здесь не о чем больше говорить.
      – Я выполнил ваше идиотское условие. Но это не лишает меня права ее защищать. – То, что его захомутали, Ян не считал достаточной причиной для того, чтобы начальство могло затыкать ему рот. – Я догадываюсь, зачем она может быть вам нужна. Я был с ней на Хассе и знаю: никаких таких особых способностей у нее нет. Девчонка была вымотана до предела, а потому открыта для контакта со слегами. Там все дрожат от страха, а она просто уже ничего не боялась, вот и все!
      Стратег не прерывал его – слушал молча, опустив лицо.
      – Слеги – так она называет хассов, – задумчиво сказал он и вдруг, подняв голову, произнес отчетливо: – Простите меня, Ян.
      Никольский даже вздрогнул. Не то он ожидал услышать. «Никуда не денешься, выполнишь!» – и тонкая усмешка, перекосившая узкое лицо, как роспись под резолюцией. Не было у него до сих пор начальников, умеющих извиняться. А Стратег и в самом деле усмехнулся, но как-то задумчиво.
      – Я давно не сталкивался с возражениями, исходящими от подчиненных. Отвык. Но порой полезно вспомнить о том, что истина часто рождается в диалоге, а не только как результат собственного мозгового штурма.
      – Истину вы давно уже взяли на откуп, – по-своему согласился Ян. – Но с Кэт вы ошиблись. Она не поможет вашей организации выйти на галактический уровень.
      – Не вашей, а теперь уже нашей – нашей с вами организации, Никольский, и я не советую вам об этом забывать. – В голосе Стратега вновь прорезались повелительные нотки. – А ошиблись не мы, а вы – относительно того, что Катерина Котова нуждается в вашей защите. Верней, обстоятельства таковы, что защитить ее на данный момент может только организация.
      Пристально глядя на Яна, он добавил:
      – Не исключено, что и в вашем лице.
      – Ей что-то угрожает? Что-то серьезное? – Ян даже слегка охрип. – Настолько, что вы готовы снять запрет? – Всегда остро чувствовавший фальшь, он не мог понять, водит ли Стратег его за нос в каких-то своих далеко просчитанных целях или говорит искренне. Внутренний сканер – природный дар Яна, позволявший ему безошибочно разбираться в людях, ощущал на месте этого человека лишь черноту. Полную тьму.
      – Пожалуй, вам следует об этом знать, – решил Стратег, чуть подумав. – Котовой заинтересовался некто... – поморщась, он поправился: – или нечто.
      – Вы – и не можете дать точного определения? Не верю. – От тревоги за Кэт у Яна предательски сел голос, он попытался замаскировать страх под досаду, что, кажется, не очень получилось.
      – Совершенно очевидно, что это не хассы, – продолжал Стратег. – И ни одна из структур, входящих в зону нашего внимания – а она настолько велика, что вы вряд ли в состоянии оценить масштаб, да на вашем уровне этого и не требуется. Это некая неизвестная Третья Сила. Она, или «они», возникали и до этого, вклиниваясь случайными факторами в наши оперативные расклады и начисто сбивая прицелы – ближний, а порой, случалось, и дальний. Вы понимаете, о чем речь? Они пытались изменить ход событий. Ход нашей истории!
      – А вы хотите направлять этот «ход» своими руками, – не удержался и поддел Ян.
      – Мы – порождение собственной системы, нашими руками она творит самое себя! Вряд ли вы согласитесь, чтобы в этот процесс вмешивался кто-то посторонний, да что там, просто чуждый и менял все по нужному ему сценарию?
      Ян кивнул:
      – Не соглашусь. – Глянул исподлобья: – Я и на ваши сценарии вряд ли соглашусь. Но при чем здесь Кэт?
      – Обычно Третья Сила проявляется точечно и быстро, практически бесследно исчезает. Но в отношении Котовой неожиданно наметился стойкий интерес – в раскладах, имеющих отношение к ней, появляется слишком много случайных, непросчитываемых факторов. Подобного еще не бывало. Цели Третьей в отношении нее нам неизвестны, поэтому девушка в первую очередь нуждается в защите. Кроме того...
      – Вы хотите поймать на нее, как на живца, эту Третью Силу. Я угадал? – Ян был мрачен и язвителен, однако его собеседник по-прежнему, вне зависимости от выражения лица, оставался угольно-непроницаем.
      – Не совсем так, – поморщился он. – Им что-то необходимо от Котовой. Видимо, они не остановятся, пока не добьются своего. Вопрос в том – горим ли мы с вами желанием, чтобы они чего-то добились? А не лучше ли будет держать ее под строгим наблюдением и в нужный момент подсечь охотников? Взять их за жабры и разобраться наконец, кто это испокон века лезет со своим уставом в наш монастырь?
      – Испокон века?.. – переспросил Ян.
      – Именно так. И даже я затрудняюсь определить, испокон какого, – ответил Стратег и, отвернувшись, посмотрел в окно. Они тем временем куда-то прибыли: вылетев на Кутузовский проспект, флаер снизился у длинного здания, конца которому было в ту и в другую сторону не видать, и проследовал в подземный гараж.
      – Задание, о котором вы говорили, связано с Кэт? – спросил Ян, когда они выходили из машины. Но Стратег уже явно переключился на что-то другое; из собеседника Никольский превратился для него в подчиненного, у которого необязательно спрашивать, согласен ли он выполнять приказы. Посмотрев на часы, Стратег сказал:
      – Вы сейчас посидите здесь в каком-нибудь кафе или ресторане, можете сыграть в бильярд. С вами скоро свяжутся.
      Он явно спешил, очевидно, на какую-то важную встречу. Ян почему-то не сомневался, что все это каким-то образом связано с Кэт. Он еще раз попытался определить настроение Стратега, что с другими людьми у него выходило без малейшего усилия, что называется, спонтанно: нескольких секунд наблюдения ему было достаточно, чтобы определить, взволнован человек, зол, опустошен или, напротив, бодр и полон энергии.
      Чернота.
      Может быть, это и был ответ?..
      Они поднялись на лифте этажом выше, где, судя по всему, располагался развлекательный центр. Тут Ян покинул кабину. Стратег с сопровождающим отправились выше.
      Гораздо выше.
 
      – Вы вовремя, Стратег. Я взял на себя труд лично внести некоторые коррективы в расклад по этому делу.
      – Иными словами, господин Координатор, вы полностью изменили мой ближний прицел? – с ледяным спокойствием произнес Стратег. Он всегда был вовремя. И он понимал, что начальство вправе вмешиваться в операцию на любом этапе и портить самые гениальные комбинации, где только над предварительными расчетами трудился целый коллектив.
      – Да, я изменил его. У вас еще есть время, чтобы задать вопросы. И ознакомиться с новым прицелом.
      «Значит, сначала вопросы», – подумал Стратег: Координатор не отпускал необдуманных фраз. Очень хотелось сформулировать первый вопрос следующим образом: «Вы когда-нибудь раздеваетесь или так и спите – сидя, выпрямившись в кресле, весь до самого горла в черном?» Координатор никогда не одевался иначе.
      – Люди остаются на своих местах?
      – Нет. Им уже отданы необходимые распоряжения... – Координатор загадочно улыбнулся и нашел нужным добавить: – Почти всем.
      – Я должен повторить, что расклад со случайными факторами – это уравнение со многими неизвестными. Мой прицел был по-возможности к этому адаптирован.
      – А мой, напротив, провоцирует их появление.
      – Вы хотите...
      – Я хочу понять, какими возможностями оперирует Княжна. Нащупать ее способности. Ее и Ждущих. Возможно – проучить с их помощью тех, кто причиняет нам беспокойство.
      У Стратега едва не перехватило дух – но лишь гипотетически, на ином, невидимом глазу уровне.
      – Вы предполагаете заставить Неизвестное действовать в своих интересах?
      – Неизвестное можно использовать, как любую силу, – сказал Координатор. – А теперь ознакомьтесь, – он протянул Стратегу лист формата А4. В организации не принято было фиксировать важную информацию на электронных носителях.
      Стратег пробежал глазами по тексту. Когда он вскинул их на начальника, во взгляде читался вопрос – и только! Удивление, хоть и безмерное, оставалось надежно заперто внутри.
      – Да, именно так, – ответил Координатор на его взгляд. – Вам придется тряхнуть стариной. Ступайте и учтите, что на подготовку у вас не более восемнадцати минут. Думаю, вам не надо напоминать, что подготовка должна быть качественной.
      – А какова, в таком случае, будет задача Никольского? – вопрос был одним из многих, просившихся на язык. Координатор ответил разом на все:
      – Вы только что сказали, что это уравнение со многими неизвестными. Согласен – работать, не будучи уверенным в дальнейшем раскладе, задача наисложнейшая. Именно поэтому я выбрал вас.
      Стратег всегда ставил очень качественный эмоциональный щит, и все же порой ему казалось, что начальник видит его насквозь. Сам он славился среди подчиненных умением читать мысли – с Координатором такие штуки у него не проходили.
      Стратег неприметно для глаза сосредоточился, и... Нет. Не смог не только прочитать мысли, но даже и определить настроение начальника.
      Лишь бледная синева.
      Координатор загородился щитом «Небо», доступным лишь мастерам высших категорий. Но уже само то, что он нашел нужным поставить такой барьер, говорило о многом.

Глава 3
ПРАВО БЕЖАТЬ

      Кэт, только что собиравшаяся окликнуть Кирилла, так и застыла с приоткрытым ртом, потом медленно попятилась. Ее словно ударили в грудь, и что-то внутри рухнуло с погребальным грохотом, эхо которого, кажется, отдалось в ушах; похоже, это рушился ажурный дворец наивной веры в чье-то благородство, способное вершить маленькие чудеса для совершенно посторонних барышень. Тот, кого она считала спасителем, оказывается тоже одним из охотников по ее душу. Или просто подлецом – одно, кстати, не исключает другого. Кого бы ни вызвал ее недавний спутник, визит этот вряд ли предвещал ей радостные сюрпризы. Как он сказал? «Куда она денется?» Значит, она теперь была не чем иным, как дичью, причем в лесу, отчего этот статус вдруг ощутился особенно остро.
      Кэт отступала, стараясь двигаться так, чтобы не шелохнуть и ветки, не привлечь внимания байкера резким движением: щели в заборе были достаточно широки, и заметить ее не составляло труда. Но вскоре деревья окончательно ее скрыли, тогда Кэт развернулась и бросилась бежать – не к дубу, как бы не так! – а в противоположную сторону. Туда тоже вела дорожка; дом был довольно длинным, однако Кэт, несущаяся по нему во всю прыть, понимала, что этим лесом ей далеко не уйти и в нем тоже не спрятаться, каким бы густым и бесконечным он ни казался. Поэтому ей следовало не бегать здесь, как загнанной на гору лисе, а поскорее искать дорогу вниз. Или улетать, что было вполне осуществимо – не просто так, конечно, а на флаере. На крыше ведь имелись и другие стоянки! Рано или поздно дорожка непременно должна была вывести ее к одной из них.
      Вскоре, запыхавшаяся, она выскочила к забору – точно такому же, как прежний, так что Кэт в первый момент замерла с остановившимся дыханием и с безумной мыслью, что она вернулась, каким-то образом сделав крюк. Или просто перепутав направление?.. Потом она поглядела в щели и убедилась, что достигла следующей парковки: на площадке стояли два флаера. Хотя владельцев поблизости не было, Кэт бросилась к калитке: если ей даже не удастся открыть дверцу какой-нибудь из машин, сигнализация привлечет хозяев, а лучше бы, конечно, сразу охрану. В любом случае она сможет рассчитывать на помощь.
      Эта калитка, в отличие от прежней, оказалась заперта. Причем достаточно надежно: она только выглядела деревянной, на самом же деле по прочности не уступала металлической. Замок был снабжен лазерным считывателем, не сразу заметным из-за старательной стилизации под дерево. Не зря Кэт с самого начала подумала, что здесь может разгуливать далеко не всякий. Разве что «карлсоны» и им подобные способны свалиться с небес на своих антигравах прямо в лес, в обход стоянок, но было сомнительно, чтобы и этот трюк каким-то образом не предусмотрели.
      Она поискала на панельке кнопку вызова – охраны, оператора, лесника, кого угодно! Ее не было! Кэт с тихим стоном взялась за голову.
      А время шло. Пять минут уже истекли, вскоре ее хватятся и откроют здесь в лесу охотничий сезон. Да что там – Кирилл, наверное, уже ее ищет! Мысль о том, что он может вот-вот появиться на дорожке за спиной, придала сил. Кэт побежала вдоль забора – не в панике, о нет! Пока еще нет. За стоянкой должно было начаться обычное ограждение, за которым крыша обрывалась в пропасть улицы. И там летали флаеры!
      Казалось, что проклятый забор никогда не кончится: Кэт выбивалась из сил, легкие хватали воздух какими-то жалкими клочками, грудь разрывалась. Ветки цеплялись за одежду, другие так и норовили хлестнуть ее по лицу. Спотыкаясь и придерживаясь за забор, Кэт продралась сквозь густой кустарник и неожиданно оказалась на пустом пространстве: лес отступил, впереди виднелось мраморное ограждение, а перед ним стелилась свободная полоса, выложенная бежевой плиткой.
      Это напоминало набережную, где хорошо прогуливаться теплым вечером, вдыхая запахи леса, или, облокотившись о парапет, залядывать вниз, в пучину города, следя за проносящимися там огоньками рыб-флаеров. И здесь было достаточно места для посадки – вот о чем подумала обессиленная Кэт, прислонившись на несколько секунд к забору, чтобы отдышаться. Затем она подошла к парапету и не просто облокотилась, а буквально легла на него животом, высматривая летящий в ближайшем уровне флаер. Здания, сливавшиеся внизу в сплошную стену, сильно разнились по высоте, но тут, наверху, флаеры меж ними летали редко, предпочитая средние, умеренные уровни либо уж совсем поднебесные скоростные коридоры.
      Когда чуть ниже появился потрепанный «Форд», Кэт перегнулась и, едва не свесившись, отчаянно замахала руками. С немалым усилием она подавила готовый вырваться крик о помощи: последнее, что ей стоило делать, так это кричать – на крик к ней могли подоспеть не флаеры, а, скорее, люди из леса.
      «Форд» промчался мимо, даже не притормозив. Кэт со стоном уронила руки. А мгновения бежали, и не было меж ними промежутка для отчаяния, ведь машины проносятся быстро, их нельзя пропускать...
      Следующий – красная «Лада» – шел меж башнями высоток напротив. Направлялся он прямо на Кэт и летел гораздо медленней «Форда» – не по причине худшей тяги, скорее в последней модели она могла быть и помощнее «фордовской», просто вне общих трасс водители обязаны были соблюдать предписанный минимум скорости. Кэт возобновила бешеную жестикуляцию, жалея чуть не до слез о потерянном шарфике, размахивая которым можно было скорее привлечь внимание. Сидевшие во флаере люди ее заметили: машина приблизилась. Потом стало видно, что двое в кабине – мужчина и женщина – машут ей в ответ.
      «Дорогие, милые, спасайте!» – шептала Кэт, прослезившись от горя.
      Они свернули на улицу и... И улетели, черт бы их побрал!
      «Так не пойдет, – подумала Кэт. – Им удобней думать, что какая-то сумасшедшая, надышавшаяся весной или чем позабористей, вышла из леса и машет в эйфории всем встречным и поперечным. И впрямь, только шарфика не хватает! Вот если бы эта сумасшедшая решила „на радостях“ сигануть с крыши головой вниз – тогда, может быть...»
      Боясь передумать, Кэт быстро легла на парапет грудью и перенесла ноги на другую сторону. Тут возникла неожиданная проблема: дальше тело наотрез отказалось слушаться, будто прилипнув к парапету, а руки обхватили его мертвой хваткой и словно бы окаменели. Только повернувшись лицом к лесу, Кэт неимоверным усилием смогла заставить себя выпрямиться. При этом сердце ее, едва успокоившееся после бега, заколотилось так безумно, словно было узником, задумавшим проломить стену своей темницы. Однако вид деревьев, из-за стволов которых вот-вот могли выскочить преследователи, пробудил в душе утраченное было мужество.
      Зажмурившись, Кэт развернулась к пропасти города. Не разжимая век, попрочнее расставила ноги и постаралась успокоить дыхание. Потом чуть-чуть приоткрыла глаза и взглянула сквозь ресницы – так смотреть на город было гораздо менее страшно.
      То, что она увидела, заставило ее на миг во всю ширь распахнуть глаза: пока она делала героические усилия, чтобы преодолеть страх высоты, прямо перед ней завис флаер! Однако и уходящая вниз перспектива предстала перед ней со всей отчетливостью, отчего радость ее тут же сменилась ужасом. Шатнувшись, Кэт вновь смежила веки до щелок, вцепилась покрепче в парапет и судорожно перевела дыхание.
      Флаер, похоже, не собирался улетать, прочно заняв позицию напротив. В другое время она бы подивилась его необычной модели: не обтекаемой, а какой-то рубленой формы и даже визуально тяжеловесный, словно броневик, с настолько непроницаемыми стеклами, что казалось, он слеп – а таковым человеку кажется все, не имеющее прообраза глаз или окон, в которых могли бы торчать чьи-то глаза. Однако не приходилось сомневаться, что его водителю открывается отличный вид – в данном случае на поросшую лесом крышу, на краю которой стоит несчастная, задумавшая проститься с жизнью.
      Ну проститься-то с ней Кэт совсем не торопилась, но в данный момент ей следовало срочно что-то предпринять, пока водитель, насмотревшись на нее вволю из-под своего непроницаемого «забрала», не устремился, заскучав, по делам. Кэт не нашла ничего лучшего, как слабо крикнуть:
      – Помогите!
      Даже если ее дрожащий голос не был услышан, все прекрасно читалось по губам.
      Тем не менее машина оставалась неподвижной.
      «Да что он, издевается? Думает, что я тут перед ним комедию ломаю? Ну что ж...»
      Она отпустила руки и развела их в стороны – выглядело это так, будто она готовится к прыжку, хотя на самом деле раскинутые наподобие крыльев руки способствовали равновесию.
      И это подействовало!
      Флаер сдвинулся на несколько метров вправо – именно сдвинулся, пролетел боком, а не повернул; маневр был весьма необычен, да только Кэт сейчас было не до того, чтобы дивиться на этакую продвинутую модель и рукоплескать ее возможностям. Боясь шевельнуть головой – тогда бы весь город шатнулся и поребрик мог вырваться из-под ног – она краем глаза следила за тем, как флаер двигается вперед... без сомнения для того, чтобы опуститься на крышу!
      Кэт чуть не вскрикнула от радости, а в следующий момент раздался до озноба неприятный электрический звук, воздух на миг осветился белым, и тяжелую машину отбросило, словно она ткнулась носом в тугой барьер. На миг Кэт ощутила себя неподвижным центром шаткого мира, готового перевернуться от легкого толчка, и вот только что основательно сотрясшегося. Она утратила равновесие, словно балансировала на канате: качнулась вперед – навстречу бездне, в ужасе отшатнулась назад и изо всех сил вцепилась в парапет. На миг остановившееся сердце задергалось так, что показалось, ее сейчас стошнит сердцем. В глазах все рябило и прыгало, кружились золотые искры... Наверное, поэтому флаер показался окутанным какой-то переливчатой радужной пленкой?.. Но главное было то, что он опять упрямо сунулся вперед!
      Воздух вновь затрещал и высветился, на сей раз зловеще-красновато, и незримый барьер как будто бы с натугой оттолкнул нарушителя границы. Кэт захлестнуло отчаяние: было ясно, что это включается щитовое поле, значит, бесполезно надеяться, что флаер сможет совершить посадку. А она-то, наивная, надеялась, что самовольная посадка в этом уголке дикой природы не предусмотрена. Как же! Сохранился бы он тогда таким первозданным, в центре-то города!
      Из леса между тем послышались крики – возможно, преследователей, а может быть, местная охрана получила сигнал о попытке нарушить барьер. Лучше бы, конечно, второе – уже было ясно, что надежда улететь отсюда на флаере несбыточна.
      И все же странная «бронированная» машина, неравнодушная к судьбе Кэт, продолжала висеть вровень с крышей, словно в раздумье. Лихорадочно размышляла и Кэт, но уже не о ней, а о других вариантах спасения: бежать ли ей в лес – не сдаваться, конечно, а в надежде разыскать вход внутрь дома – либо остаться тут и, не меняя позиции, грозиться преследователям, что спрыгнет. Щит отталкивает желающих пересечь границу, но вряд ли он срабатывает в другую сторону: сканеры засекают нарушителя на подлете, тогда и включается защита. Так что на крышу было нельзя, а с нее – на здоровье. Значит, ее угроза реальна и заставит их призадуматься. На время. А потом?.. Наверняка появятся еще флаеры с любопытными, за ними милиция, спасатели, возможно и журналисты – словом, шумиха, что тоже нездорово, зато все это наверняка спугнет погоню. Даже этот пока единственный безмолвный свидетель может поубавить им прыти. Так думала Кэт, как вдруг где-то совсем рядом раздался отчетливый крик:

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17