Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Кольца Афродиты (№1) - Кольца Афродиты

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Кренц Джейн Энн / Кольца Афродиты - Чтение (стр. 6)
Автор: Кренц Джейн Энн
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Кольца Афродиты

 

 


— Прошу прощения, мэм, — громко возвестила она, — прибыл мистер Бернби.

— О Боже! — Уинифред бросила взгляд на настенные часы. — Немножко рановато. Проводите его в гостиную, миссис Чеслин.

— Он пришел на пять минут раньше, если быть точной, — ворчливо заметила миссис Чеслин. — Мне говорили, что его ожидают в три часа, — Да, я знаю, миссис Чеслин, — примирительно заметила Уинифред. — Но его нетерпение — это хороший признак.

— Вы только подумайте, как мне вести хозяйство, если нет точного расписания. — Миссис Чеслин повернулась и вышла из комнаты.

Арабелла с радостной улыбкой направилась к дверям.

— Пирсон провел уик-энд в доме Маребека в деревне. Он обещал мне рассказать о своем пребывании там.

— Что же, беги, — сказала Уинифред. — Но помни: ни слова о пропаже реликтов. Если малейший намек об этом просочится, стрясется беда: кредиторы тотчас же нагрянут в наш дом.

— Обещаю. — Арабелла задержалась в дверях. — Ни одного слова. Но я думаю, вы зря так об этом беспокоитесь.

Уинифред дождалась, пока Арабелла ушла, после чего опустилась в кресло и мрачно посмотрела на Беатрис.

— Я страшно боюсь, что она обо всем расскажет мистеру Бернби. Она так безгранично верит в его чувства! Я никак не могу убедить ее, что джентльмен его уровня никогда не женится просто по любви, если она не подкреплена деньгами.

— Арабелла полагает, что мистер Бернби не такой. Уинифред махнула рукой.

— Даже если это так, мы можем не сомневаться, что его родные скроены из самого обычного материала. Малейший намек со стороны Арабеллы о том, что ее наследство под вопросом, — и они потребуют, чтобы Пирсон искал себе другую невесту.

— У меня на этот счет не больше иллюзий, чем у вас, тетя Уинифред.

— Леди Хейзелторп как-то дала понять, что она не вполне одобряет интерес сына к Арабелле. Это был намек на то, что у него есть и другие перспективы.

— Уверена, что это уловка. Она пытается вынудить нас увеличить приданое Арабеллы, — Вероятно. — Внезапно глаза Уинифред сверкнули. — Она ведет свою игру, однако я не новичок в этом деле! Два года назад я выдала свою племянницу Каролину, и, клянусь, то же самое будет и с Арабеллой.

— Я нисколько не сомневаюсь в ваших способностях в этом отношении.

— Но мы должны хранить в тайне наше финансовое положение, а еще лучше — вернуть наследство Арабеллы. И в этом случае я выбью предложение со стороны молодого Бернби в течение месяца.

— Вы сосредоточьте свое внимание на светской стороне жизни Арабеллы, а я посвящу себя тому, чтобы возвратить наследство. И, между нами говоря, у меня есть надежда на успех.

Уинифред нахмурилась и задумалась:

— Ты уверена, что участие Безумного Монаха в этом деле принесет успех?

— Вы спрашивали меня об этом сотню раз после моего возвращения из Девона. И я всякий раз отвечала одинаково. Да, я верю, что это принесет удачу нашему мероприятию.

— Но, дорогая моя, его репутация… Она несколько необычна.

— Но у нас и ситуация необычная. Он общепризнанный эксперт по древностям и легендам, нам нужны услуги авторитетного специалиста в этой области.

— Тем не менее я остаюсь при мнении, что лучше бы такого эксцентричного человека не вовлекать в это дело. — Внезапно лицо Уинифред просветлело. — С другой стороны, он граф. Его контакты с нашей семьей не останутся в свете незамеченными. Беатрис улыбнулась:

— Я знала, что вы найдете способ выгодно использовать сложившуюся ситуацию.

— Было весьма любезно с его стороны предложить нам помощь. И он, к счастью, чрезвычайно скрытный человек.

— Я абсолютно уверена, что мы можем положиться на его молчание. — В конце концов, подумала Беатрис, желание найти заповедные кольца у него ничуть не меньше, чем у нее и у всех ее родственников. Он не сделает ничего такого, что может повредить расследованию.

Размышления Беатрис прервал радостный громкий голос Пирсона Бернби в вестибюле. Затем послышался звонкий, счастливый смех Арабеллы.

Уинифред посмотрела на дверь, а затем перевела взгляд на Беатрис:

— Боюсь, она в самом деле его любит. Беатрис поразила легкая задумчивость во взгляде тети, который, как правило, был строгим и серьезным.

— Похоже, что так. Будем надеяться, что ей не придется разочароваться.

— К сожалению, она взяла за образец тебя.

— Мне об этом известно.

— Я пыталась объяснить ей, что очень немногие жен-шины способны найти такое семейное счастье, как выпало тебе. Очень редко брак приносит полную гармонию физического и духовного. Но ее оптимизм погасить невозможно.

Полная гармония физического и духовного… Неожиданно Беатрис вернулась мыслями к поцелую Лео. Прошло пять дней с того момента, как он заключил ее в свои объятия, но она до сих пор испытывает непонятный трепет всякий раз, когда вспоминает об этом.

Это путало ее. Она отдавала себе отчет в том, что он не был одержим страстью или нежными чувствами, когда его рот прижался к ее губам. Скорее, он был раздражен. И еще он выпил много бренди, чтобы заглушить боль в плече. Она знала, что мужчины иногда прибегают к крепким напиткам, чтобы возбудить желание, которое само по себе не приходит.

Верно также и то, что по дороге в Лондон больше поцелуев не было. Лео вел себя совершенно благопристойно. Ей показалось, что он сожалел о том, что произошло ночью в библиотеке.

Нет, не следует придавать слишком большое значение одному объятию и поцелую.

Беспокоило Беатрис то, что, пребывая в его объятиях, она испытала бурю таких волнующих ощущений, каких не переживала ни одна из героинь ее романов.

Когда Беатрис уверяла Лео, что его поцелуй способен вдохновить, она говорила чистую правду. Впредь в ее романах не будет холодного, пресного описания чувства, переживаемого героиней. Теперь, если одну из ее героинь поцелуют, от страниц романа будут взлетать искры. В этом одно из преимуществ писательниц и авторов романов: никакой опыт зря не пропадает.

Критики, которые обвиняли ее в том, что она пишет слишком высокопарно и велеречиво, сами ничего не испытали и не знают, подумала Беатрис. Обзоры ее будущих книг будут, без сомнения, куда как более интересными.

— Я думаю, мне лучше пойти в гостиную. — Уинифред поднялась. — Эти двое и без того долго пробыли вдвоем. Время в подобных делах имеет огромное значение. Молодые люди должны видеться ровно столько времени, чтобы почувствовать интерес друг к другу, а не скуку.

Когда тетя покинула кабинет, Беатрис развернула полученную записку и еще раз перечитала ее. Ею овладело приятное предчувствие. Лео будет восхищен ее умом. При этой мысли у нее поднялось настроение.

На пороге снова появилась миссис Чеслин. На сей раз выражение лица у нее было еще более строгим.

— Прошу прощения, мэм, — протрубила она. — Его светлость граф Монкрест хочет вас видеть.

— Спасибо, миссис Чеслин. Пригласите его.

— Он прибыл на два часа раньше, миссис Пул.

— Прошу вас, пригласите его.

— Мне сказали, что он будет не раньше пяти.

— Да, я знаю. Пусть вас это не беспокоит, миссис Чеслин.

— Как прикажете мне вести хозяйство при таких незапланированных визитах?

— Я уже сказала, что приму его светлость сейчас.

За спиной миссис Чеслин появился Лео:

— Полагаю, о моем приходе уже доложили. Миссис Чеслин повернулась и уставилась на Лео:

— Ах, вы уже здесь, а я только собиралась позвать вас, Поскольку вы пришли на два часа раньше, я приготовлю другой поднос с чаем.

— Благодарю вас.

Лео шагнул в кабинет, а миссис Чеслин отправилась на кухню.

Сердце у Беатрис подпрыгнуло в груди, когда она увидела Лео. Она два дня предвкушала этот момент, гадая, какое впечатление произведет он здесь, в многолюдном Лондоне, с которым где уж сравниться провинциальному Девону.

Однако она сразу же поняла, что здесь, в центре цивилизации, Лео выглядел даже более экзотично и интригующе.

Атмосфера аббатства ему отлично подходила. Фешенебельный меблированный дом в городе не был его естественным местом обитания. Как будто бы волка извлекли из темного, запрятанного среди скал логова и переместили в светлый, солнечный кабинет.

Его волосы были зачесаны назад, за уши, и было видно, что они несколько длиннее, нежели того требует мода. Белый галстук был завязан с элегантной простотой, которая делала более пышный стиль некоторых денди попросту смешным. Было ясно, что ни его брюки, ни отлично скроенный сюртук не требуют никаких дополнительных ухищрений, чтобы добавить элегантности его крепкой, соразмерной фигуре.

Но даже если бы Лео был одет в лохмотья, он доминировал бы в комнате, подумала Беатрис. Он умудрялся каким-то образом заставить все померкнуть на своем фоне. — Я получил вашу записку, миссис Пул. Холодный тон его фразы вернул Беатрис к действительности. Кровь прилила к ее щекам. Лео носил прозвище Безумного Монаха, но в конце концов он был граф. А графам нельзя приказывать так, словно они обычные торговцы. Впредь она должна это иметь в виду.

Беатрис быстро поднялась и должным образом поклонилась.

Приношу свои искренние извинения, если тон моей записки показался вам безапелляционным, милорд. Дело весьма срочное. Если я вам все объясню, уверена, что вы поймете, почему я сочла возможным не дожидаться пяти часов, как мы условились.

Он поднял брови. По всей видимости, явная демонстрация вежливости со стороны Беатрис его не смягчила.

— Я вас слушаю.

Беатрис снова села за стол, подавив тихий вздох. Ей хотелось надеяться, что в скором времени она привыкнет к тому, что граф бывает в ее доме. А пока ей очень мешало чувство напряженности, возникшее при его появлении. Нет, она не должна впредь вести себя подобно какой-нибудь героине одного из ее романов.

Думать о нем как об источнике литературного вдохновения, приказала себе Беатрис. Ни в коем случае не смотреть на него как на потенциального любовника.

— Милорд, прошу вас, садитесь, — вслух сказала Беатрис. — Прошу прощения, что обеспокоила вас. Я вовсе не хотела, чтобы вы пришли ко мне таким растревоженным.

— Я не растревожен. — Он насмешливо улыбнулся. — Я раздражен.

— Еще раз приношу свои извинения за форму, в которой я пригласила вас.

Игнорируя приглашение сесть, Лео подошел к окну.

— Что все это может означать, черт возьми? — Он вынул листок бумаги из кармана сюртука и прочитал вслух:

— «Произошло событие чрезвычайной важности. У меня нет возможности письменно изложить все детали…» Беатрис кашлянула.

— Возможно, я подала это в несколько мелодраматической форме…

— Выражаясь мягко… Если это образец вашего литературного стиля, то вы вполне можете составить конкуренцию пресловутой миссис Йорк.

Беатрис на мгновение оцепенела.

— Как только я собираюсь принести вам свои извинения, вы туг же меня перебиваете.

— Довольно об этом. — Лео скривил рот. — Мы видим друг друга всего каких-то пять минут, но уже успели обменяться множеством колкостей… В чем суть того события монументальной важности, из-за которого я вынужден отложить свои сегодняшние дела?

Усилием воли Беатрис подавила в себе раздражение.

— Просто я полагаю, что вам будет интересно знать вот о чем: владелица заведения, в котором умер дядя Регги, согласилась встретиться со мной.

Лео уставился на Беатрис так, как если бы она заявила, что умеет летать:

— Прошу прощения?

Удовлетворенная произведенным эффектом, Беатрис переплавила кипящее внутри нее раздражение в четко произнесенные фразы:

— Мадам Вертью и я договорились о встрече. Я намерена задать ей несколько вопросов о том, что произошло в вечер смерти моего дяди.

— Проклятие! — Лео продолжал сверлить ее взглядом. — Вы имели с ней контакт?

— Да. Тайком, разумеется, — Тайком? Я очень сомневаюсь в том, что вы понимаете значение этого слова.

Беатрис пропустила его замечание мимо ушей.

— В своей записке мадам Вертью предлагает нам встретиться в парке недалеко отсюда в четыре часа. Я подумала, что, возможно, вы пожелаете присутствовать, когда я буду наводить справки. Однако, если у вас есть какие-то другие, значительно более важные дела, я сделаю это одна.

Лео подошел к письменному столу и оперся руками О его сверкающую поверхность.

— Я думал, мы договорились, что расследование буду вести я.

— Нет, милорд, мы договорились, что мы с вами парт-Черт возьми! Респектабельные женщины не имеют дела с содержательницами борделей, — сквозь зубы процедил Лео.

— Успокойтесь, Монкрест. Я ведь не собираюсь стучаться в дверь «Дома хлыста»и предъявлять свою визитную карточку. Мадам Бертью намерена встретиться со мной инкогнито. Я, со своей стороны, также не собираюсь афишировать свою поездку к месту встречи.

— Это неслыханно! Один ошибочный шаг — и ваша репутация будет безнадежно испорчена!

— Уверяю вас, я вполне способна позаботиться о себе и о своей репутации.

Защиты требовала лишь репутация миссис Йорк, подумала Беатрис. Одно из преимуществ псевдонима заключается в том, что можно пользоваться свободой, которую дает статус вдовы. Как миссис Пул она может позволить себе то, что погубило бы миссис Йорк.

Беатрис хорошо усвоила этот урок, когда узнала, как свет повернулся спиной к великому Байрону, осудив его дерзкое поведение. Именно тогда Беатрис поняла, что свет будет еще более суров к женщине-писательнице, если она окажется замешанной в скандале.

— Тетя знает о вашем безумном плане? — спросил Лео.

— Нет, не знает. Разумеется, она в курсе дела, что мы занимаемся розысками колец, но я подумала, что лучше не обременять ее деталями.

— Повезло тете. Беатрис вспыхнула:

— Моей тете семьдесят лет. Она всецело занята Арабеллой и устройством ее брака. Я не хочу причинять ей лишние заботы.

— Похвально, что вы щадите ее. Я тоже чувствовал бы себя гораздо спокойнее, если бы ничего не знал о ваших планах. Очевидно, вы не слишком заботились о моем спокойствии духа, когда разрабатывали свой план.

Это было уже слишком. Беатрис вскочила на ноги и пронзила Лео взглядом.

— Я сыта по горло вашими капризами, сэр! Вы, похоже, совсем не в состоянии оценить невероятную возможность, которую я организовала для нас!

— Неведение — второе счастье. К сожалению, я больше не пребываю в блаженном неведении и знаю о ваших намерениях. И уверяю вас, что не позволю вам встречаться с мадам Вертью одной.

— Если вы будете вести себя столь нелюбезно, я не позволю вам сопровождать меня.

Лео еще ближе наклонился к Беатрис, их лица теперь разделяли всего лишь несколько дюймов.

— Я знаю, что буду сожалеть об этом до гробовой доски, но совершенно определенно заявляю, что буду сопровождать вас, когда вы отправитесь на свое дурацкое дело!

Лео проговорил это, сильно понизив голос, отчего у Беатрис зашевелились волосы на затылке.

— У меня сложилось впечатление, что у вас есть более важные дела, — подчеркнуто любезным тоном сказала она.

— Они подождут.

— Нет необходимости откладывать их из-за меня.

— Я сказал, они подождут, — упрямо повторил Лео.

— Лорд Монкрест! — В кабинет вошла взволнованная Уинифред. — Миссис Чеслин только что сообщила мне о вашем приезде. Дорогая Беатрис, ты приказала подать чай?

Лео и Беатрис стояли, разделяемые столом, продолжая сверлить друг друга взглядом. Услышав голос Уинифред, оба повернули головы в ее сторону.

— О Боже! — Уинифред резко остановилась и по очереди посмотрела на напряженные лица Беатрис и Лео. — Кажется, я помешала?

— С чего вы взяли? — Лео с ленивой грацией выпрямился. — Я только что пригласил миссис Пул отправиться на прогулку чуть пораньше, чем мы планировали. Я хочу ей показать новый фонтан в парке.

Уинифред перевела взгляд на Беатрис.

— Понятно.

— Она любезно согласилась выехать пораньше. Не так ли миссис Пул? — с колючей улыбкой проговорил Лео.

Беатрис угрюмо пожирала его глазами. Лео прекрасно понимал, что она не может продолжать спор в присутствии Уинифред без того, чтобы не раскрыть подробности.

— Разве я могу отказаться от столь галантного предложения, милорд? В моем возрасте их получают нечасто.

Глава 7

Она чувствовала, что привидение наблюдает за ней из темного прохода, но как только она поднимала фонарь, привидение исчезало.

Миссис Амелия Йорк. Руины. Глава 7

Лео продолжал оставаться мрачным, направляя фаэтон в дальний пустынный конец парка. Но сквозь раздражение пробивалось удовлетворение тем, что Беатрис находится рядом.

На один вопрос ответ получен. Два дня, проведенных вдали от нее, ничуть не ослабили эффект, который оказывало на него ее присутствие.

Беатрис была в элегантном темно-зеленом с желтоватым отливом платье и зеленой, но более светлого оттенка ротонде. Лиф с завышенной талией заканчивался скромным круглым воротником. В руках она держала зеленый, с оборками, зонтик. Со шляпы свисала темно-зеленая вуаль, скрывавшая черты лица и придававшая ей таинственный вид. Впрочем, таинственности в Беатрис хватало и без подобных аксессуаров, подумал Лео.

Он знал, что Беатрис испытывает удовольствие от приключения.

— Вы сумели выбрать самое безлюдное место для встречи. — Лео окинул взглядом густую чащу по обе стороны дороги. — Похоже, по крайней мере несколько месяцев здесь никто не проезжал.

— Я говорила вам, что это место предложила мадам Вертью. — Беатрис стала вглядываться в ближайший поворот дороги. — Она сказала, что нужно отыскать небольшую беседку, построенную несколько лет назад.

— Вон она. — Лео перевел лошадей на шаг. — Впереди, слева. В центре вон той рощицы.

Беатрис повернула голову и посмотрела через густую вуаль в том направлении, куда показал Лео.

— Да, вижу. Как интересно! Странно, что я никогда ее не видела. Когда же ее построили?

Беседка была весьма искусно стилизована под руины древнего храма. В духе архитектурных садовых уродств, которые любили строить люди старшего поколения, подумал Лео. Он посмотрел на причудливые колонны, которые поддерживали купол этого сооружения.

— Мой отец построил нечто подобное в еще более готическом стиле для парка в Монкресте, — сказал Лео. — Напомните, чтобы я как-нибудь показал вам это архитектурное чудо.

Беатрис от неожиданности резко повернула голову в его сторону. Как понимать его слова? Напомните, чтобы я как-нибудь показал вам… Словно они собираются продолжать знакомство после того, как завершат дело с кольцами.

А собственно говоря, почему бы и нет? Мысль о подобной возможности волновала Лео, она становилась все более навязчивой и все более привлекательной. Беатрис обладала нелегким характером, однако была женщиной неординарной и даже загадочной.

Если он благополучно переживет их общее рискованное дело, останется жив и здоров, почему бы не попробовать продолжить отношения?

Эта мысль удивительно грела душу. Интересно, как Беатрис посмотрит на такое предложение? Она определенно сказала, что им следует воздерживаться от интимных отношений, пока дело с кольцами не будет завершено. Однако пет сомнения в том, что она достаточно страстно ответила на его поцелуй. Интересно, что бы она сказала, если бы он допросил ее вступить в связь?

— Взгляните, за беседкой стоит черный двухколесный экипаж, — возбужденно воскликнула Беатрис. — Наверняка это экипаж мадам Вертью! Слава Богу! Я боялась, что она не появится. У меня уйма вопросов к ней.

Энтузиазм Беатрис усугубил мрачное настроение Лео. В этот момент ее мысли явно были заняты не перспективой их будущих отношений. Возможно, ему тоже следовало обратить внимание на то, что должно произойти в ближайшие минуты.

Лео остановил фаэтон, сошел на землю и привязал лошадей. После этого подошел к Беатрис и взял ее за талию, помогая выйти. Он ощутил упругость и гибкость ее тела, и ему захотелось обнять и крепко прижать Беатрис к себе.

— Монкрест? — задержав дыхание, проговорила она, глядя на него сквозь вуаль. — Вы слишком сжали меня. Что-то случилось?

Лео понял, что его руки очень сильно стиснули ей талию.

— Ничего особенного. Прошу прощения. — С величайшей неохотой Лео опустил руки.

Беатрис посмотрела мимо него в сторону искусственных руин.

— Та леди, которая сидит внутри беседки, должно быть, мадам Вертью. Боже мой. Она с головы до ног одета в черное. Наверное, она недавно пережила тяжелую утрату.

Лео повернулся и увидел белокурую женщину во всем черном. Она сидела на мраморной скамье внутри беседки, грациозно наклонив голову к книге, которая была у нее на коленях.

Даже издали Лео смог рассмотреть, что черное дорожное платье женщины было сшито у весьма дорогой модистки. Оно плотно облегало высокую статную фигуру мадам Вертью и выставляло ее в весьма соблазнительном свете. Черные атласные поля шляпы с вуалью резко контрастировали со светлыми волосами. Черные перчатки и черные лайковые башмачки завершали наряд..

В общем и целом владелица «Дома хлыста» могла задать тон светской элите на Бонд-стрит или на сегодняшних гуляньях в парке.

Лео взял Беатрис под руку.

— Мне почему-то кажется, что она решила облачиться в черное вовсе не потому, что находится в трауре.

— Но это так необычно — носить все черное.

— У мадам Вертью необычная профессия.

— Да, конечно. — Беатрис помолчала. — Знаете, я так стремилась поговорить с ней, что почти забыла о ее профессии.

— Рад, что вы вовремя вспомнили об этом. — Лео провел Беатрис мимо двух поросших мхом колонн.

Женщина в черном закрыла книгу и наблюдала за Лео и Беатрис сквозь вуаль. Она ничего не говорила — просто ждала.

— Мадам Вертью? — Беатрис отпустила руку Лео. Она откинула вуаль на поля своей шляпы и сделала шаг навстречу. — Я Беатрис Пул. Это мой компаньон, лорд Монкрест. Очень любезно с вашей стороны, что вы согласились побеседовать с нами.

Лео молчал, несколько изумленный тем, что Беатрис приветствовала владелицу борделя в столь же изысканной манере, как если бы имела дело с титулованной светской леди. Никто из его знакомых не вел бы себя таким образом. Впрочем, прежде всего никто бы из них и не отважился на подобную встречу.

— Миссис Пул. — Голос у миссис Вертью был грудной, бархатный. Она подняла вуаль, открыв лицо. Красивые аристократические черты сочетались с холодными проницательными голубыми глазами. Она наклонила голову в сторону Лео. — Монкрест.

— Мадам. — У Лео возникло чувство, что он явился к ней как потенциальный клиент. Он слегка улыбнулся. Мадам показала жестом на скамью напротив:

— Не желаете присесть?

— Благодарю. — Беатрис села, поправив затянутой в перчатку рукой юбки. — У меня есть к вам несколько вопросов.

— Попытаюсь на них ответить.

Лео предпочел не садиться. Он оперся плечом о колонну скрестил на груди руки и стал с интересом наблюдать за двумя очень модными, очень решительными женщинами, которые представляли совершенно разные сферы жизни.

Что касается хозяйки «Дома хлыста», то она выглядела явно озадаченной характером обращения Беатрис. Лео готов был биться об заклад на любую сумму, что ею двигало любопытство, а отнюдь не стремление помочь, когда она соглашалась на эту странную встречу.

По роду своей работы мадам Вертью наверняка имела дело со многими весьма респектабельными джентльменами. Но скорее всего она вряд ли когда-либо имела возможность беседовать с респектабельной женщиной.

Лео внезапно испытал чувство нереальности происходящего. Его вдруг осенило, что в его жизни, которая всего неделю назад была окрашена в меланхолические тона, неожиданно наступила полоса, наполненная всяческими непредсказуемыми поворотами и сюрпризами.

За последние несколько дней он столько раз пережил смену самых полярных чувств и настроений, сколько не переживал за целый год.

Уж не привиделось ли все это ему во сне? Может, он сейчас откроет глаза и обнаружит, что сидит перед камином в своей библиотеке?

— Мне сказали, что мой дядя, лорд Глассонби, умер на ваших глазах, — осторожно начала Беатрис. — Это правда?

— Да, это так. — Выражение вежливого сожаления отразилось в глазах мадам Вертью. — Мне прискорбно говорить вам о том, что он умер на моем новом ковре. Он был такой симпатичный. Я имею в виду ковер. Цвета морской волны, а узоры изображали дельфинов и морские раковины. А я недавно переделала весь декор.

— Понятно.

— К сожалению, на нем оказались пятна, — деликатно добавила мадам Вертью. — Вы знаете, такое часто случается в момент смерти.

— Да. — Беатрис сцепила руки. — Я знаю.

— Моя экономка не смогла их удалить. Я вынуждена была заменить ковер.

Лео не понравился кошачий блеск в глазах мадам Вертью.

— Надеюсь, вы не ждете, чтобы семья лорда Глассонби возместила вам стоимость вашего ковра, мадам.

Беатрис резко подняла голову и взглянула на Лео, — Прошу прощения?

— Разумеется, я не жду компенсации. — Мадам Вертью как-то странно хмыкнула. — Лорд Глассонби потратил много денег в моем заведении, более чем достаточно, чтобы возместить стоимость ковра. Что еще вы хотели бы узнать, миссис Пул?

Беатрис решительно распрямила плечи.

— Я буду откровенна, мадам. Было ли что-нибудь такое в смерти моего дяди, что позволило бы, вам считать, что умер он не от сердечного приступа?

— Ага, вы хотите знать, не убила ли я его слишком усердным применением хлыста? — Мадам тихонько засмеялась, увидев, как вспыхнули щеки у Беатрис. — Уверяю вас, что не было ничего подобного. У меня большой опыт. И я давным-давно установила строгое правило, чтобы мои клиенты оставались в конце концов в приличном состоянии. Я слежу за этим.

— Я о другом, — сдавленным голосом сказала Беатрис. — Вы могли бы описать подробнее, как именно умер мой дядя?

Мадам Вертью задумалась и стала постукивать пальцем по корешку книги.

— Это было малоприятное зрелище… Хотя смерть всегда неприятна.

— Вы опишите коротко, излагая лишь факты. Нет необходимости разыгрывать драму.

— Очень хорошо. Насколько я помню, мы только что закончили наш сеанс. Глассонби стал натягивать брюки и вдруг почувствовал себя плохо. Он начал задыхаться. И тут пострадал мой новый ковер.

— Пострадал ковер? — переспросила Беатрис. — Вы имеете в виду, что дядя упал на него?

— Она имеет в виду, что дядя был тяжело болен, — объяснил Лео. Он с удивлением заметил, что, несмотря на свою светскость, Беатрис часто не понимала вульгарных намеков и выражений, которые были в ходу у молодых повес.

— Ах вот оно что, — сообразила Беатрис. — Его вырвало.

— Мне сказали, что подобное случается во время сердечного приступа, — услужливо пояснила мадам Вертью.

Лео взглянул на Беатрис. Он понял, о чем она думала. Рвота могла быть также следствием отравления.

— После этого он упал на мой новый ковер, — продолжала мадам Вертью, — задергался, потом схватился за грудь и затих. Все кончилось в течение нескольких мгновений. Уверяю вас, я немедленно вызвала помощь. В доме находился доктор.

— Он пришел сразу же? — спросила Беатрис.

— Да, он всегда делает это быстро. Я работаю с ним над одной проблемой. У нас есть большой прогресс, должна вам сказать.

Лео поднял глаза к потолку беседки и стал рассматривать изображения обнаженных фигур.

— Я не понимаю, — с недоумением произнесла Беатрис. — Разве у вас так часто умирают джентльмены на вашем ковре?

Лео перевел взгляд на недоумевающее лицо Беатрис.

— Мадам Вертью не слишком удачно сострила, когда сказала, что доктор пришел сразу же, миссис Пул. Если вы хотите, я буду рад объяснить вам это несколько позже.

Мадам Вертью улыбнулась ему довольной улыбкой.

Лицо Беатрис порозовело.

— Не вижу никакого юмора в этой ситуации.

— В самом деле, — подтвердила мадам Вертью. — Как я уже сказала, доктор осмотрел Глассонби, и у него не осталось сомнений, что тот умер от сердечного приступа. Помочь ему доктор был не в силах. Ваш дядя был мертв.

— А мой дядя что-нибудь ел или пил за несколько минут до того, как ему стало плохо?

Едва заметная улыбка на лице мадам Вертью мгновенно исчезла. Она прищурила глаза:

— Вы подозреваете меня в том, что я отравила его, миссис Пул?

— Нет, разумеется, нет, — поспешила успокоить ее Беатрис. — Судя по вашему рассказу, у вас нет никаких мотивов для этого. Я не могу себе представить, чтоб отравление клиентов шло на пользу бизнесу.

— Совершенно верно, — слегка расслабилась мадам Вертью, хотя глаза ее продолжали смотреть настороженно.

— Так случилось, я знаю, что мой дядя имел привычку использовать специальное средство для… гм… — Беатрис кашлянула, — для решения определенной физиологической проблемы.

— Да, разумеется. Он использовал эликсир для восстановления мужской силы. — Выражение лица у мадам Вертью снова стало задумчивым. — Несколько моих клиентов используют средство доктора Кокса. Я думаю, что ваш дядя в самом деле принял дозу эликсира перед сеансом, но это все в порядке вещей. Он всегда принимал его, прежде чем я пускала в ход хлыст. Это шло ему на пользу.

Далее Беатрис повела разговор с напористостью, которая поистине восхитила Лео. Когда, казалось, все уже было сказано, Беатрис спросила:

— А на сей раз дядя ничего не говорил о необычном вкусе эликсира?

— Нет, — ответила мадам Вертью. — Он заметил, что эликсир придал ему даже больше силы, чем прежде.

— Гм… — Беатрис некоторое время колебалась. — Мадам Вертью, буду откровенной. Мы пытаемся найти его вещи, которые исчезли.

Впервые в глазах мадам Вертью вспыхнула тревога.

— Понимаете, я отправила его одежду и все личные вещи к нему домой. Я полагала, все предметы дошли до его семьи Если исчезла бриллиантовая запонка для галстука или что-то другое, вы не можете меня винить.

— Я не обвиняю вас в краже, — живо успокоила ее Беатрис.

— Надеюсь, что так. — Мадам Вертью снова расслабилась, но в глазах ее проглядывала настороженность.

— Скажите, вы знакомы с доктором Коксом?

— Вы имеете в виду травника, который продавал Глассонби эликсир? — Мадам Вертью покачала головой. — Нет, я никогда с ним не встречалась. У нас, конечно, много общего, потому что мы лечим одни и те же болезни у джентльменов. Но мы не были представлены друг другу.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18