Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Я покорю Манхэттен - Звездная пыль

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Крэнц Джудит / Звездная пыль - Чтение (стр. 22)
Автор: Крэнц Джудит
Жанр: Современные любовные романы
Серия: Я покорю Манхэттен

 

 


41

Сэм сидел рядом с Тессой в удобном кресле в тишине отдельной ложи наверху. Этим вечером они остались одни. Внизу бурлило людское море. Им дали бинокли, и Гамильтон Скотт на подиуме, казалось, стоял совсем рядом с ними. Они не могли видеть, как увеличиваются ставки, но слышали все через установленные в ложе динамики.

— Дорогой, — Тесса повернулась к Сэму, — сразу после аукциона Мэгги выведет нас отсюда. Она поедет с нами в отель. Я хочу попросить ее об одном одолжении. Ты не станешь возражать, если мы вдвоем посидим немного в баре, а ты поднимешься в номер?

— Конечно, не стану. К тому времени я буду уже вне игры. На меня всегда так действует вид людей, тратящих миллионы. Единственный раз, когда я приехал в Лас-Вегас, я заснул под столом для игры в блэк-джек.

— Но сегодня-то все ради благого дела, — Тесса улыбнулась ему. Это была странная, загадочная улыбка ее губ, созданных для поцелуев. В ее глазах светилась такая любовь, что Сэму пришлось сжать пальцы в кулак, чтобы, не дай бог, не заплакать. Она никогда еще не выглядела такой живой, никогда ее лицо не было столь выразительным.

Сэм знал, что в этот день Тесса впервые использовала болеутоляющий пластырь. Он почувствовал это, когда обнимал ее на прощание утром, собираясь идти в университет. Тесса сказала ему, что это средство действует три дня.

— Это для тех, кто не следит за временем, — объяснила она, почти радуясь достижениям медицины. — Я пользуюсь самым лучшим, что может предложить наука.

— Боли начались давно?

— Всего несколько дней назад. Забавно, но я почувствовала, что мне необходимо прожить с этой болью некоторое время, осознать ее, прочувствовать. Не знаю, почему. И только потом я воспользовалась пластырем и ощутила, как она отступает.

— Ты обещаешь мне хорошо поесть за ленчем?

— А куда деваться? Я ем вместе с Мэгги, а она следит за тем, чтобы я проглотила все до последнего куска. Вчера она придумала самый калорийный, самый дорогой ленч в городе — две половинки авокадо, наполненные черной икрой.

— Только не говори мне, что и себе она заказала то же самое!

— Разумеется, нет. Для нее это слишком солоно и чересчур калорийно. Мне кажется, так всегда бывает. Когда можешь есть, тебе не хочется, а когда хочется, тогда нельзя. Это какой-то универсальный закон. Я ненавижу все эти универсальные законы. Не знаю ни одного, который мне бы понравился. Ты со мной не согласен?

— Ты же знаешь, что согласен.

Они без слов достигли соглашения, что у них еще есть время, много времени для обсуждения всего, чего захочется Тессе. А если она не захочет, то и не надо. Решать будет она сама.

Сэм знал и понимал только одно: он будет с ней рядом до самого конца, он пройдет вместе с ней весь путь. Он любил ее с каждым днем все сильнее, и они оба чувствовали это. Единственное, что приходилось скрывать Сэму, — это свой страх, панический страх перед будущим без Тессы, преследовавший его постоянно.

Громкий удар молотка отвлек его от размышлений. В зале наступила полная тишина.

— Добрый вечер, дамы и господа, — объявил Гамильтон Скотт своим глубоким бархатным голосом. — Добро пожаловать в фирму «Скотт и Скотт». Мы начинаем наш исторический аукцион по продаже потрясающих драгоценностей из коллекции мисс Тессы Кент.


Тесса и Мэгги вошли в кафе отеля «Карлайл» под звуки песни Бобби Шорта «Туманный день в Лондоне». Тессу узнали, раздались приветственные аплодисменты. Как только аукцион закончился, о его результатах стало известно по всему миру. А на Манхэттене благодаря радио, телевидению и досужим сплетникам новость распространилась еще быстрее. Тесса не успела даже доехать до гостиницы.

Драгоценности были проданы за сто шестьдесят два миллиона долларов. Эта сумма более чем в три раза превысила выручку от аукциона драгоценностей герцогини Виндзорской в 1987 году. Ни одно украшение не было продано дешевле, чем за цену, в пять-шесть раз превышающую стартовую. Были побиты все рекорды.

Тесса помахала рукой и улыбнулась приветствовавшим ее людям. Тессу с дочерью отвели к уединенному столику, который был заказан заранее. Им сразу же налили шампанское. Тесса свободно откинулась на банкетке, вздохнула с облегчением и едва удержалась, чтобы не замурлыкать себе под нос.

— Давай больше никогда не будем устраивать никаких аукционов, — сказала Тесса, когда им принесли еду. Их столик стоял в стороне отдельно, и они могли спокойно беседовать.

— Согласна, если только ты не припрятала кое-что и не собираешься вскоре продать и это.

— Остался только жемчуг, мое обручальное кольцо и камеи. Я чувствую себя так хорошо, словно освободила все шкафы от одежды, которую ни разу не надела за последние два года.

— Я слышала эту теорию, — сказала Мэгги. — Говорят, это полезно, только я ношу вещи до тех пор, пока они полностью не изнашиваются. И если я выброшу одну из четырех рубашек Барни, с ним случится удар. Хотя, знаешь ли, как раз одну из них он никогда не надевает.

— Не трогай ее, поверь мне на слово. Она ему зачем-то нужна. Я знаю о мужчинах больше, чем ты когда-либо сможешь узнать, малышка.

— Об этом я ничего не знаю, но с удовольствием послушаю. Я люблю кровавые подробности, — ответила Мэгги. — Почему у меня такое ощущение, что мы здесь по причине, известной только тебе? Почему, интересно, Сэм отправился наверх, отказавшись присоединиться к нам под предлогом того, что просто засыпает на ходу? Мне показалось, что он не прочь выпить и сна у него ни в одном глазу. Все это очень подозрительно.

— У него страшный приступ аукционной лихорадки, — засмеялась Тесса. — Я еще ни разу не видела, чтобы мужчина пришел в такое возбуждение. Это было в десять раз хуже, чем когда он смотрит суперкубок. Ему необходимо выпить успокоительное и лечь в постель.

— Он удивился тому, что у тебя оказалось так много драгоценностей?

— Сэм видел каталог, пролистал его пару раз, полюбовался фотографиями Пенна, присвистнул, когда увидел мои снимки. Но ему даже в голову не пришло читать описания. Сегодняшний вечер стал для него откровением. Когда начался аукцион и колье из изумрудов было продано всего за несколько минут за одиннадцать миллионов долларов, он как будто получил удар по носу. Даже я была ошеломлена.

Это оказался единственный раз за все время аукциона, когда Тесса с трудом сдержала слезы. Воспоминания о том волшебном вечере с Люком, о запахе лаванды, о теплом ветре Прованса, о великолепном платье от Диора, которое она надела впервые… Ей казалось, что с тех пор прошло миллион лет. Неужели никогда больше такой вечер не повторится для нее? Да, никогда. Никогда больше. Разве в зале найдется женщина, которая может наслаждаться такими же воспоминаниями? Так уговаривала себя Тесса, пока Гамильтон Скотт продавал ожерелье с изумрудами, и ей удалось остановить глупые слезы, так и не пролившиеся из ее глаз.

— Я тоже была поражена, хотя и привыкла к аукционам, — призналась Мэгги. — Я работала, и мне казалось, что все это чистой воды фантазия, реклама ради рекламы. Но сегодня фантазия превратилась в огромную, совершенно реальную сумму денег. Эти люди сошли с ума! Они хотели получить часть тебя за любую цену! Тебя или твоей легенды. Я думаю, что одно неотделимо от другого. И я до сих пор не могу прийти в себя.

— Ну, я полагаю, Лиз и Гамильтон пришли в себя, получив свои десять процентов комиссионных.

— Эту сумму осознать легче. А теперь расскажи мне, Тесса, зачем я сижу здесь и почему ты не наверху вместе с Сэмом?

— От тебя ничего не скроешь.

— Да, я внимательна и проницательна.

— На самом деле, дорогая, я хотела бы предложить тебе работу.

— Что? — воскликнула Мэгги, чуть не подавившись «Спрайтом», который она пила вместо шампанского. — Я только что закончила самую потрясающую работу в моей жизни, а ты уже хочешь предложить мне новую? Ты удивительно удачно выбрала время. Ма, а ты не думаешь, что мне нужен отпуск? Разве я его не заслужила?

— Ма?

— Да, я решила, что это тебе подходит. Разумеется, только когда мы наедине.

— Мне нравится. Я чувствую себя как ма. А теперь, Мэгги, выслушай меня внимательно. Я создаю фонд, который получит в свое распоряжение все деньги, вырученные от аукциона и от продажи полумиллиона каталогов. Это очень большая сумма. Сегодня я начала составлять завещание. Я оставляю фонду и большую часть денег, полученных мною в наследство от Люка.

«И более чем достаточно я оставляю Мэгги, — подумала Тесса. — Она и ее дети никогда не будут зависеть ни от одного мужчины, как бы Мэгги его ни любила». Но об • этом дочь узнает позже, когда уже не сможет возражать и протестовать. Она получит жемчуг и серьги, купленные когда-то у «Тиффани», которые Мэгги будет носить, и знаменитое колье из трех ниток настоящего жемчуга, которое она наденет, став чуть постарше, и зеленоватый бриллиант в форме сердца, и много еще всего, включая ферму в Провансе, которую Тесса так и не решилась продать. И более того, Мэгги откроет для себя многочисленную ирландскую родню, всех этих тетушек, дядюшек, кузин и кузенов, каждому из которых Тесса также оставила деньги. Придет время, и Мэгги узнает об этом. Но это будет позже, намного позже.

— Пресвятая Богородица!

— Вот именно. Фонду придется работать с несколькими миллиардами долларов. Дополнительные средства будут поступать каждый год. Для управления фондом нужен человек, которому я смогла бы доверять. Я хочу, чтобы ты подумала о том, чтобы возглавить этот фонд.

— Миллиарды! Господи, Тесса, я ничего не понимаю в управлении фондом с таким капиталом.

— Разумеется. Но ты быстро учишься, ты умная, удивительно хорошо организованная, моя дорогая Мэгги. Ты привыкла работать с разными людьми и умеешь заставить их работать друг с другом. А это единственное, что имеет значение. Что же касается остального, то найдешь профессионала, который научит тебя, как должен работать фонд. Заплатишь лучшим онкологам в мире, чтобы они подсказали тебе нужное направление для вложения денег. Все зависит от того, примешь ли ты мое предложение или нет.

— Но как же ребенок, ма, твой будущий внук?

— Я только об этом и думаю. Ты собиралась вернуться на работу в фирму «Скотт и Скотт» после его рождения?

— Нет, я хотела бы посидеть дома года два-три, а потом найти работу на неполный день. У Барни дела идут удивительно хорошо — каждую минуту рождаются десять байкеров, — так что мы спокойно сможем нанять экономку. А я буду заниматься ребенком и немного работать.

— Ты можешь руководить фондом из дома, — спокойно сказала Тесса.

— И никакого персонала? — фыркнула Мэгги.

— Разумеется, служащие в том количестве, которое тебе потребуется. И хорошая зарплата и для тебя, и для них. И офис, чтобы разместить служащих и встречаться с профессионалами, которые будут на тебя работать и с которыми ты будешь консультироваться. Но пока тебе не нужно будет ходить каждый день на службу. Что касается денег, ими будут управлять те же люди, которые управляют имуществом Люка для меня. Так что и об этом тебе не придется беспокоиться. Да и вообще тебе не нужно немедленно приниматься за работу. Сначала ты будешь делать маленькие шаги, потом побольше. Вполне вероятно, что ты будешь готова к гигантским шагам к тому времени, когда ребенок пойдет в детский сад.

— Я буду снова беременна к тому времени?

— Откуда же мне знать? — удивилась Тесса.

— Ты же знаешь, что я буду управлять фондом. Вот я и подумала, может быть, тебе и это известно.

— О Мэгги! Ты согласна? Ты даже не представляешь, насколько я счастлива. О, дорогая моя!

— Как я могу устоять? Чем больше ты говоришь об этом, тем меньше мне хочется отдавать управление фондом в чужие руки. Это твой фонд, ма, «Фонд Тессы Кент», и кто сможет управлять им лучше, чем твоя дочь?

— Есть еще кое-что…

— Тесса?! Что ты еще задумала?

— Видишь ли, когда я соберусь закончить завещание, как ты хочешь, чтобы я написала, — что фондом будет управлять моя дочь или моя сестра?

— Черт, черт, черт. Это так важно, а я даже не подумала об этом. Черт!

Мэгги долго сидела совершенно неподвижно, закусив губу. Наконец она заговорила:

— Ты не сможешь основать такой большой фонд и оставить это в тайне. Будет практически невозможно скрыть детали от прессы. Если ты назовешь меня дочерью, это станет самой главной новостью и об этом никогда никто не забудет. Когда с этим закончит обычная пресса, за эту историю возьмутся таблоиды и будут муссировать ее годами… Вспомни, они до сих пор твердят, что Элвис жив. Если ты назовешь меня сестрой, то это будет та правда, которую все давно знают. Даже моим одноклассницам известно об этом, и твоим голливудским друзьям, и всем, кто знает меня с рождения. Это не новость, не сенсация, это нормально.

— Я хочу, чтобы ты сама приняла решение, — заметила Тесса. — Тебе с этим жить.

— О господи, я не знаю! — воскликнула Мэгги. — Я хочу, чтобы люди знали, что я твоя дочь! Но мне отчаянно не хочется всю свою жизнь объяснять всем и каждому…

— …почему я не упоминала об этом раньше.

— Да.

— Подумай об этом. Я перенесу встречу с адвокатом. Ты можешь посоветоваться с Барни.

— И с Полли.

— Полли знает?! — изумилась Тесса.

— Да, она узнала обо всем первой. Полли очень непростой человек.

— Полли, Барни, Сэм и я… — задумчиво произнесла Тесса, — и никто никому ничего не сказал. — «И еще Мими, — подумала она. — Мими умеет хранить секреты».

— Ты сказала Сэму?

— Разумеется, я не могла лгать и ему тоже.

— Что ж, кроме нас пятерых, нет никого, кому бы мне не терпелось рассказать правду. Раз мы все это знаем, с меня этого достаточно. Скажи адвокату, пусть напишет «сестра»… Ой, а как же доктор Роберто? — Мэгги прикрыла рот ладонью.

— Он был убежден, что я слишком молода, чтобы быть твоей матерью, — Тесса хихикнула. — Если он прочтет в газетах, что ты моя сестра, то решит, что я намеренно солгала, чтобы привлечь к тебе больше внимания. Он все равно так думает.

42

1994 год

В первую неделю июня, незадолго до своего двадцать четвертого дня рождения, Мэгги родила дочку. Они с Барни выбрали ей двойное имя: Тереза Маргерит. Мэгги решила, что для такой крошки имя слишком длинное, и сразу же стала называть ее Тэмми.

И теперь в теплое воскресенье начала сентября, золотистое, с топазовыми отблесками, столь характерными для осени, Тэмми было чуть больше трех месяцев. Всю свою коротенькую жизнь она провела на ферме в округе Фэрфилд в Коннектикуте, окруженная своими придворными — Мэгги, Тессой и Сэмом. Только Барни ездил в город ежедневно на своем мотоцикле, но даже его уикэнд затягивался на три дня.

После аукциона, состоявшегося в марте, Тесса несколько недель занималась поисками дома за городом, пока не нашла эту старинную постройку, окруженную сорока акрами земли. Благородные деревья и низкая каменная стена служили границей участка. Тесса сразу поняла, что этот дом должен принадлежать ей, а потом он перейдет к Мэгги и Барни. Она очень быстро оформила покупку и за два месяца сделала ферму жилой, предоставив полную свободу действий Марку Хэмптону. Барни и Мэгги к тому времени еще не подыскали себе более просторную квартиру, и Тесса собиралась подарить им дом, чтобы они могли переехать сразу же после рождения ребенка.

Это было очень уютное место. Дом прослужил людям больше двухсот лет, и его последний хозяин сумел очень аккуратно обновить водопровод и пристроить новую кухню, не нарушив при этом его старомодного очарования.

Тесса понимала, что подарить молодой семье только что заново отделанный загородный дом — это несколько чересчур, но она решила делать абсолютно все, что ей захочется, ни у кого не спрашивая разрешения.

Каждое утро и сразу после полудня наступало время, получившее название «время Тэмми». Когда девочка уже поспала и перед тем, как она снова проголодается, Тессу и Тэмми оставляли наедине на широкой террасе примерно минут на сорок. Малышка пускала пузыри и потягивалась. Потом она начинала хватать неловкими пальчиками все, что попадалось ей на глаза: волосы Тессы, жемчуг Тессы, пальцы Тессы, одежду Тессы. Тэмми очень полюбила сосать бриллиантовое кольцо Тессы.

— Тебе бы ведь тоже хотелось, чтобы сентябрь еще не наступил, правда, Тэмми? — тихо спрашивала малышку Тесса. Она всегда разговаривала с внучкой совершенно особенным тоном. — Ведь и тебе показалось, что лето пролетело слишком быстро, правда? Великолепный июль, сияющий август, все уже позади. Я не могу в это поверить. Как бы мне хотелось узнать, что происходит в твоей головке, но ты таинственно хранишь молчание, маленькая Тэмми. Так поступала великая Грета Гарбо. Ты еще не можешь ощущать, как быстро бежит время. Возможно, месяц тебе кажется годом или часом, но я убеждена: ты знаешь намного больше, чем все думают. Ты готова к тому, что мальчики будут все время говорить, что Тэмми Уэбстер умна не по годам?

Тэмми, которую Мэгги положила в детское сиденье, протянула руки к Тессе. Тесса осторожно отстегнула ремешок и взяла девочку на руки. Малышка немедленно ухватила Тессу за палец и взяла бриллиант в рот.

— У тебя наверняка режутся зубки, Тэмми, — с восторгом заметила Тесса. — Ты еще слишком мала для этого или тебе уже пора? И почему ты так на меня смотришь? Неужели я вижу в твоих глазах возмущение? Никто не смеет задавать вопросы вашему королевскому высочеству, так? Я ничего не знаю о том, как растут малыши, моя дорогая голубоглазая девочка. Но мне бы так хотелось узнать, почему в твоих глазах столько вопросов. Это потому, что тебе предстоит еще так много узнать, или потому, что я тебя интересую? Если у тебя уже режется зубик, то, может быть, пора и твоим волосам немного отрасти? Не то чтобы я жаловалась, но все женщины в этой семье могли похвастаться своими волосами. Ага, вот что ты хотела услышать, вот почему ты улыбаешься. Комплимент… Не могу сказать, что я удивлена.

«Я еще увижу, как Тэмми сядет», — подумала Тесса и улыбнулась.

Она еще увидит, как Тэмми начнет ползать. Но суждено ли ей увидеть, как внучка попытается встать, как сделает первый шаг? Тесса внушала себе уверенность в том, что это вполне возможно.

Она совсем недавно стала употреблять морфин. Препарат успокаивал боль на восемь-двенадцать часов. Тесса так составила, свое расписание, чтобы чувствовать себя как можно лучше во «время Тэмми».

Теперь Тесса часто ложилась вздремнуть, хотя этот короткий сон и не оказывал на нее такого благотворного действия, как на малышку. В Тэмми уживались два существа, разделенные сном, — ангел и дьяволенок. Тесса обладала привилегией общаться исключительно с ангелом.

Если бы только ей так же хотелось есть, как этой девочке! Мэгги кормила Тэмми грудью шесть раз в день, и аппетит малышки удивлял всех домашних.

А Тессе стали невыносимы ароматы даже самых любимых прежде блюд. Зато в холодильнике всегда было жирное ванильное мороженое. Если Тессе удавалось съесть хоть несколько ложек, то это было самым легким способом получить необходимые калории.

Тесса очень похудела. Ее одежда казалась летящей и скрывала фигуру. Каждый день она старалась посидеть на солнце, чтобы поддержать блекнущий загар, и пользовалась самой яркой красной губной помадой, которую только могла найти. А ее роскошные волосы свободными волнами по-прежнему ложились ей на плечи.

«Девушка лета», — насмешливо подумала Тесса, взглянув в зеркало и быстро отвернувшись. Ее совершенно не интересовала неувядающая красота ее лица, как и стопка сценариев, с каждым днем становящаяся все больше. Их складывали у ее качалки на террасе. Тесса не сказала правду ни Фионе, ни Родди, ни Аарону, ни даже Мими, с которой она никогда не теряла связь. Все считали, что она не хочет сниматься, чтобы не расставаться с Сэмом, и именно поэтому она отказалась от роли Кэсси. Это было лучше, чем их ужас, шок, тревога, жалость и постоянные звонки, на которые пришлось бы тратить ту драгоценную теперь энергию, которую Тесса берегла для самых дорогих для нее людей.

Какое наслаждение, со вздохом подумала Тесса, смотреть на старые деревья, окружающие дом, лениво роняющие первые листья, и знать, что ей не нужно покидать это место только потому, что сменилось время года. Им все время будет хорошо здесь, грезила Тесса, поглаживая легкие темные волосики на голове Тэмми. Скоро их окружат яркие краски осени, которая бывает только в Новой Англии. Затем придет снежная зима, они затопят камины… А потом наступит долгожданная весна… Но до этого еще слишком далеко, чтобы предвкушать ее радости. Достаточно сегодняшнего дня, каждой минуты достаточно.

Тэмми вдруг резко повернула голову.

— Как ты замечательно чувствуешь время, — восхитилась Тесса, глядя на маленькие фигурки Мэгги, Сэма и Барни, которые торопливо шли по зеленой лужайке с корзинами свежих овощей в руках. — Да, Тэмми, да, они идут к нам так быстро, как только могут.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22