Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Саи Баба (Первое знакомство)

ModernLib.Net / Религия / Кристал Филлис / Саи Баба (Первое знакомство) - Чтение (стр. 15)
Автор: Кристал Филлис
Жанр: Религия

 

 


Она явно спешила и объяснила, что в этот первый раз может остаться ненадолго, только чтобы успеть передать мне послание. Сказать, что я была не готова к ее посланию, была бы преуменьшением. Она продолжала говорить: "Я должна была прийти рассказать тебе, что Бог -- это огромное пульсирующее сердце вселенной, и все оно -- любовь". Только после того, как она передала это глубоко трогательное сообщение, она поспешно сказала нам обеим, что любит нас, попрощалась и удалилась туда, где она теперь обитает.
      Едва ли стоит упоминать о том, что мы с шейлой были глубоко тронуты этим неожиданным событием -- другим из даров Бабы, который убедил нас, что Лорна продолжает жить, хотя и скрытая от нас.
      Гораздо позже, после того, как прошел первый ужасный шок, я вспомнила нечто весьма странное. По-видимому, мудрая внутренняя часть Лорны заставила ее подготовиться заранее таким образом, чтобы вместить всю остальную жизнь в те последние пять лет, как будто она знала, что ее время истекает. Вспоминаю, как я просила и убеждала ее замедлить темп, уверяя, что у нее вся жизнь впереди, где она сможет выполнить все, что задумала в отношении своей семьи. Она оставалась совершенно непреклонной, доходя почти до бунта, и настаивала на продвижении вперед в отношении всех ее планов. Где-то в глубине души она, должно быть, знала, что ей отпущено лишь короткое время на жизнь, и она должна использовать его полностью. Теперь я благодарна за то, что она прожила те годы полной жизнью и извлекла все возможное из опыта быть женой и матерью.
      Незадолго до того рокового отпуска она сделала нечто такое, что имело странную значимость. За несколько лет до замужества она приобрела двух сиамских кошек, которых она обожала и которые тоже обожали ее и были преданными товарищами. Когда она вышла замуж и завела детей, их носы выражали такое нежелание общаться, что они удалялись и не хотели ничего общего с детьми. Подозревали также, что Брайан, возможно, испытывал к ним аллергию, поэтому Лорна понимала, что должна найти другой дом для них. Она занялась выполнением этой неблагодарной задачи и не жалела усилий в поисках подходящего дома. Даже после того, как они были надежно и счастливо пристроены, она часто звонила их новым владельцам, чтобы удостовериться, что они довольны и не слишком скучают по ней.
      Она была так счастлива, когда смогла кормить грудью Брайана в течение первых нескольких месяцев, пока не оказалось, что у него, возможно, аллергия на ее молоко. Она с успехом помогла ему выдержать тяжкое испытание в период, когда старалась найти подходящий рецепт. Эти поиски завершились как раз перед тем, как они все отправились в свой последний отпуск, поэтому Брайану не пришлось приспосабливаться внезапно и без нежной заботы своей матери. Все приготовления немного облегчили Эду работу, когда он столкнулся с необычайной задачей постараться заботиться о детях "так, как сделала бы она", -- как он выразился.
      Хотела бы я знать, завершила ли она все, что ей было нужно узнать в этой конкретной жизни, так что ей необязательно было оставаться в этом мире дольше для достижения полного развития. Возможно, это было причиной того, что она, не отдавая себе отчета, заранее подготовилась к своему уходу? Сейчас я склонна верить в такую возможность. Однако в то время я была слишком ошеломлена этим ударом, чтобы сделать что-либо большее, чем просто надеяться, что Баба пришлет нам какую-нибудь весточку относительно нашей следующей поездки в ноябре.
      ГЛАВА 21
      На протяжении недель, последовавших за похоронами Лорны, мы старались по возможности чаще видеть Эда и детей. Эду требовалось время, чтобы оправиться от своих травм. кроме того, он чувствовал со всей определенностью, что дети будут ощущать себя в большей безопасности, если он в течение какого-то времени полностью возьмет на себя заботу о них, поскольку он хорошо знаком с их обычным повседневным распорядком. Прежде всего, он хотел постараться воспитывать их так, как, он знал, всегда хотела Лорна.
      Он часто упоминал о том, что, когда они находились в отпуске, окончившемся так трагически, они с Лорной неоднократно говорили о том, что все четверо связаны в единую семью даже больше, чем раньше. Фотографии, сделанные во время путешествия и уцелевшие в аварии, подтверждали это, и мы все были благодарны за то, что у нас остались такие яркие воспоминания о них как о счастливой семье. Лорне удалось даже уловить мгновенную вспышку довольной улыбки восьмимесячного Брайана, лежащего, воркуя, в кроватке в машине, пока они ехали.
      Сначала Кристал была очень бледной и тихой и молчаливо цеплялась за нас, когда мы были вместе. Потом я начала замечать, что по любому предлогу она ухитрялась затащить меня в ее комнату. Становилось вполне очевидно, что у нее есть особая причина; однако сначала, как только мы входили туда, она хватала меня за руку и вытаскивала из комнаты. То же самое случалось, когда они приходили к нам домой, до тех пор, пока однажды она не затащила меня в нашу спальню и не встала передо мной, расставив ноги и прочно став на полу. В течение какой-то секунды мне захотелось узнать, что должно случиться. Вдруг она разразилась словами: "Бабушка, самое время поплакать, не так ли?" Застигнутая врасплох, я заверила ее, что действительно самое время, и, фактически, очень хорошо бы поступить так. После этого она начала описывать все травмирующие этапы несчастного случая в мельчайших подробностях. Этот отчет сопровождался сухими мучительными рыданиями.
      Такой нежданный взрыв сначала настолько лишил меня присутствия духа, что я послала Бабе молчаливую мольбу, чтобы Он дал мне достаточно мудрости и силы, чтобы помочь этой бедной маленькой девочке, которой так отчаянно требовалось освободиться от страха и горя, которые она сдерживала в себе. Запинаясь, она закончила свой отчет, вызывающе заявив: "И я никогда, никогда не увижу снова мою мамочку. Она на небесах с Богом, и у меня больше нет мамочки".
      Снова я мысленно умоляла Бабу помочь мне понять, что сказать. Сразу же я ощутила волну холодной уверенности, поднявшуюся во мне, чтобы вытеснить ужас от удара, который я чувствовала на протяжении душераздирающего рассказа о ее потере и горе. Почти без участия моего сознания в голове у меня начали складываться слова, и я услыхала, как рассказываю ей о людях, которые любят ее. Сначала я упомянула о Бабе, потом перешла к ее папочке, к обоим дедушкам и бабушкам, тетям и дядям, кузинам и друзьям. Когда я назвала каждого по имени, она кивнула головой, соглашаясь, и сказал сквозь рыдания: "Да, я знаю". Я продолжала рассказывать ей о многих маленьких мальчиках и девочках, чьи мамочки все еще живы и которые не были такими удачливыми, как она, вокруг которой столько людей, любящих ее. Потом я раскинула руки по возможности шире, чтобы показать, как я люблю ее. Она буквально бросилась в мои объятия, безудержно рыдая. Ее тельце ударилось о меня с такой силой, что она сбила меня с ног. Мы обе упали на пол, и это показалось ей настолько забавным, что она захотела повторить. Мы повторяли снова и снова, пока она почти полностью не пришла в себя, радуясь тому, что ее так любят -- так сильно, что это сбило ее с ног, как она выразилась после того, как перевела дух и смогла говорить.
      С тех пор каждый раз, как мы были вместе, в ее или в нашем доме, она подстерегала возможность увести меня от других людей, чтобы снова повторить всю сцену, каждый раз с меньшим волнением и болью. В конце концов, она смогла рассказывать обо всем случившемся почти сухо, без жутких захлебывающихся рыданий, всегда заканчивая на полу, обессилевшая от смеха.
      По прошествии нескольких недель я стала думать, как рассказать о смерти Лорны моей матери, собиравшейся в августе отмечать свое 99-летие. Хотела бы я знать, следует ли рассказывать ей вообще, чтобы удар не ускорил ее кончину. Но она всегда была так счастлива, когда получала подробные теплые письма Лорны, что, конечно, удивилась бы, не получив их, как обычно. Наконец, мы решили, что Сидней и я должны полететь в Англию, чтобы рассказать ей лично, а не в письме, надеясь на то, что это смягчит печальную новость.
      Я сказала Кристал, чт'о мы собираемся делать, так как не хотели, чтобы она решила, что мы покидаем ее. За неделю до того, как мы должны были уехать, мы совершили обычный ритуал "рассказывания истории" вряд ли с каким-либо волнением с ее стороны на этот раз. Затем она заявила: "Хорошо, что вы поедете повидать прабабушку. Теперь со мной все будет в порядке". Я поразилась мудрости этого трехлетнего ребенка, который настолько привел в равновесие свое душевное состояние, что смог позволить нам уехать с полным пониманием. Я искренне надеялась, что ей никогда не придется испытать последствия того травмирующего психику случая потом в жизни.
      Я бы никогда не осмелилась положить начало такому процессу в ребенке столь нежного возраста. Уверена, что Баба, должно быть, выполнил это Своим неподражаемым способом, а затем не только говорил через меня, но и дал мне необходимые силу и уверенность, чтобы помочь ей пройти через все это к окончательному облегчению, в котором она так отчаянно нуждалась.
      Так как Брайану было лишь восемь месяцев во время несчастного случая, он еще не разговаривал. Тяжелая гипсовая повязка мешала взять на руки и крепко прижать его, в чем, как я чувствовала, он остро нуждался. Однако, как только ее сняли, он стал применять свой собственный способ замены любви своей обожаемой мамочки, которую он утратил. Каждый раз, как мы навещали их, он, увидев меня, сразу же расплывался в лучистой улыбке, протягивая ко мне свои крохотные ручки, прося взять его на руки, быстро обвивал меня руками и ногами и припадал ко мне подобно маленькому прилипале. Иногда он оставался в таком положении до двадцати минут, делая время от времени глубокий вдох, как будто впитывал материнскую любовь, по которой он изголодался и которую он, казалось, инстинктивно зная об этом, мог получить от меня, от матери его матери. Иногда, когда я держала его в своих крепких, надежных объятиях, мне хотелось сказать шепотом: "Лорна, дорогая, я приложу все мои усилия, чтобы дать твоим детям любовь, которую ты щедро излила бы на них". Несколько раз Брайан поднимал свою головку с моей груди, где она лежала, и с улыбкой восторга показывал на угол комнаты, как будто он не только слышал мои мысли, но и видел свою мать.
      Мы сопровождали Эда, когда он повез Брайана к ортопеду на осмотр. Врач одобрил способ скрепления кости и сказал нам, что еще слишком рано, чтобы можно было предсказать результат. В случае ребенка его возраста невозможно определить, будет ли, в конечном счете сломанная нога короче другой, станет ли длиннее или обе ноги будут одинаковой длины. Лишь в последнем случае он не будет хромать. когда он объяснил эти возможные результаты, я почувствовала, что жало страха вонзилось в мою душу, и быстро попросила Бабу изгладить его из моей памяти. Затем я отдала все это в Его руки, хотя все же надеялась, что Брайан не будет хромать. Мне пришлось вспомнить то мимолетное чувство, когда мы навестили Бабу в Индии в ноябре.
      ГЛАВА 22
      Я была готова лететь с горя прямо к Бабе после того, как погибла Лорна, но мне пришлось отложить эту поездку по нескольким причинам. Главная из них заключалась в нежелании уезжать от детей, которым, мы чувствовали, необходимо было наше присутствие, чтобы убедить их, что мы, которые также были дороги им, будем рядом, когда они больше всего будут нуждаться в нас. В любом случае мы хотели вскоре выехать на Третью всемирную конференцию в ноябре.
      Я успокоилась, когда был назначен день нашего отъезда. Я понимала, насколько мне необходимо восстановить силы после нападения грабителей в марте и, также, после трагического несчастного случая в конце июня.
      Наш зять делал героическую работу, занимаясь детьми и стараясь по возможности стать отцом и матерью для них. Он достаточно оправился от своих травм и возвратился на работу, договорившись со своей матерью, что она будет присматривать за ними на протяжении дня, пока он не придет домой, когда снова сможет заботиться о них. Он считал, что безопаснее оставлять их на попечение члена семьи. Он слышал о многих случаях плохого обращения с детьми, поэтому не хотел доверять своих драгоценных детей чужому человеку. Мы тоже знали, что они в хороших руках и могли со спокойной душой уехать.
      Но незадолго до того, как мы должны были выехать, на нас обрушился другой удар. У нашей дочери Шейлы было диагностировано предположительно тяжелое заболевание легких. Когда она позвонила, чтобы рассказать нам, у меня закружилась голова, и мое сердце, казалось, почти остановилось. Разве надо отнять у нас обоих дочерей. Мы обсудили все, что должны сделать, и решили, что, когда увидим Бабу, то постараемся спросить, не пожелает ли Он, чтобы Шейла прилетела увидеться с Ним после конференции. В этом случае я могла бы остаться после того, как Сидней вернется, и подождать, пока он присоединится ко мне там. Только мы слишком хорошо знали, что во время конференции Баба будет занят более, чем обычно, ввиду множества претендентов на Его время. На последней конференции в 1075 г. было очень много народу, и теперь, по прошествии пяти лет, будет еще больше, так как все больше людей узнают о Нем и Его учении.       Я буквально разрывалась между желанием быть с Шейлой в это тревожное время и с детьми, которые едва оправились от своей утраты, и своей собственной потребностью повидать Бабу. Как будто в ответ на невысказанный вопрос дорогая маленькая Кристал заявила однажды: "Хорошо бы тебе уехать снова, но только, если ты поедешь повидать Бабу". Я с признательностью поблагодарила Бабу за подтверждение из такого неожиданного источника.
      По прибытии в Путтапарти за несколько дней до начала конференции мы узнали, что нас должны поселить в новом здании. Его называли круглым домом из-за его конфигурации, так как это здание было построено вокруг центрального двора. Члены Совета и приглашенные директора занимали комнаты в том же здании. Нам не пришлось делить свою комнату с другими преданными, что в данных условиях было облегчением, так как в противном случае напряжение только возросло бы.
      Обычно бывает приятно видеть так много знакомых людей. Но на этот раз чувствовалось какое-то напряжение. Многие из них либо уже слышали о смерти Лорны, либо им только что рассказали, и они спешили принести свои соболезнования. Было похоже на то, как будто едва затянувшиеся раны открылись вновь. К моему ужасу, во время пения ~бхаджанов| в первый вечер без всякого предупреждения внутри меня открылись какие-то шлюзы и потекли непролитые до сих пор слезы. Я в отчаянии пыталась остановить их, но как я ни старалась, поток слез не прекращался до самого конца пения, когда слезы внезапно прекратились, принеся мне облегчение. И вдруг мне стало совершенно ясно, что на протяжении тех пяти дней, когда жизнь Лорны, казалось, висела на волоске, я была выведена из своего обычного состояния и поднята на иной уровень сознания. Я действовала как автомат, делая и говоря то, что нужно, но не по собственному желанию. В течение месяцев с тех пор я продолжала чувствовать себя так, будто живу в другом измерении, отличающемся от того, которое я знала раньше. Все мое тело, казалось, пульсировало, и у меня было странное, но ободряющее ощущение, что я живу и двигаюсь подобно марионетке. Когда я стала отдавать себе отчет в этом, то горячо надеялась, что буду всегда испытывать чувство отделения от оболочки и парения. Но это ощущение медленно стиралось и, в конце концов, я снова спустилась на землю.
      Я начала, кроме того, понимать, что каким-то странным образом Баба поднял меня над обычными человеческими чувствами, давая мне возможность выполнить все, что нужно, подобно лунатику, лишь частично сознающему, чт'о произошло. Поэтому на протяжении всего того времени я не могла плакать. Не то, чтобы я не позволяла себе это; скорее, у меня не было в этом потребности, тогда, как слишком многое требовало моего внимания. Как только я почувствовала себя в безопасности и под надежной защитой в присутствии Бабы, я дала волю слезам, сдерживаемым до сих пор. Аналогичный внезапный поток слез имел место по другому случаю в конце нашего пребывания тоже во время пения ~бхаджанов|, когда мы все собрались в зале и Баба ходил взад и вперед по сцене. Точно так же стремительно, как раньше, слезы начали течь сплошным потоком, когда я сидела на полу в середине той огромной толпы. Я сильно смутилась, но опять абсолютно ничего не могла поделать, чтобы остановить этот поток, который прекратился, как только пение подошло к концу. Баба посматривал время от времени, и когда наши глаза встречались, я чувствовала, как волна энергии вливается в меня, что лишь усиливало поток слез, поэтому я пришла к выводу, что Он обдуманно помогает мне выплеснуть сдерживаемые чувства.
      Однако, я забегаю вперед, опережая события. Через день после нашего приезда Баба остановился передо мной, когда я сидела снаружи в рядах для ~даршана|. Наклонившись ко мне, Он спросил: "Почему ты тревожишься?" -- и прежде, чем я смогла ответить Ему, дал свой собственный ответ, мягко говоря мне на ухо: "Да, я знаю. Это твоя дочь". Я быстро объяснила: "Не младшая дочь, Баба, а старшая. Она больна". Он ласково улыбнулся, кивнул головой и тихим голосом прошептал: "Да, я хочу видеть ее". С этим завершением Он продолжил свой путь вдоль длинных рядов для ~даршана|. Я, действительно, ни на минуту не усомнилась в том, что Он уже знает все об этом, однако возможность услышать Его голос и получить Его нежную улыбку и обещание помощи позволили мне с надеждой дождаться окончания конференции. Я чувствовала себя, как усталый ребенок, который пришел домой, и передала все свои заботы в Его всемогущие руки. Теперь я могла расслабиться и позволить ему позаботиться обо всем.
      Позднее, когда у меня было время подумать об этом, я ощутила благоговение при мысли, что при всем том, чем Его разум заполнен при выполнении этой гигантской деятельности, Он находит время и проявляется интерес к тому, чтобы облегчить горе одного человека в этой огромной толпе. Я мысленно подсчитала число всех тех неисчислимых людей, которым Он протягивает руку помощи ежедневно во время выполнения других своих функций. И снова меня поразил масштаб Его деятельности, физически невозможный даже для самого развитого человека. Для меня это служило дополнительным доказательством того, что Он действительно сверхчеловек.
      Как и предыдущая конференция, состоявшаяся в 1975 г., теперешняя представляла собой выдающееся событие. Собралось огромное количество народу, однако все шло гладко, как по маслу, с Бабой в центре, организовывающим, координирующим, руководящим и направляющим эту многогранную деятельность. В дополнение к многочисленным собраниям, организованным для различных групп с целью обсуждения их работы, были красочные походы, ежедневные выступления с танцами и пением, и каждый вечер Баба проводил беседы, после которых следовали представления, даваемые хорошо известными индийскими артистами и музыкантами. Мальчики из колледжа Бабы в Уайтфилде каждый день заново украшали сцену. Они старательно изготавливали прекрасные произведения искусства из многоцветных лепестков цветов, расположенных на деревянных лесах. Мы все находились под сильным впечатлением от превосходных результатов их бескорыстного труда.       Конференция достигла кульминации во время празднования для рождения Бабы. Он надел свое обычное в день рождения белое одеяние и согласился показаться на ~джхуле|, установленной на сцене и осторожно раскачиваемой взад и вперед мальчиками из колледжа. Таким образом, огромная толпа получила Его ~даршан| по благоприятному случаю Его дня рождения. Кроме того, в ознаменование этого дня женщинам, прикрепленным к западным делегациям, прислали отделанные золотом шелковые ~сари|, все -- одинакового фасона, но разного цвета. Со своей обычной чуткостью Он раздавал подарки своим последователям вместо того, чтобы принимать подарки от них в день своего рождения.
      Наконец, Баба пригласил нас на интервью. Как обычно, когда находишься в Его присутствии, ничто не кажется важным. Любая мысль замирает, оставляя разум свободным, в результате чего бывает чрезвычайно трудно запомнить все, что Он говорит.
      Он быстро приступил к обсуждению состояния Шейлы, подтвердив, что у нее действительно рак, и назвал его, нахмурившись, меланокарциномой. Он повторил это несколько раз, увидев, что мы не вполне понимаем то, что Он говорит. Я спросила, должны ли мы послать ей телеграмму, чтобы она приехала повидаться с Ним, но Он покачал головой и сказал: "Нет, сейчас не надо. Может быть, позже". Затем Он быстро заверил нас, что поможет ей, и, махнув правой рукой в знакомой манере, материализовал немного ~вибхути|. Он вручил е мне вместе с клочком бумаги и велел завернуть ее тщательно и дать Шейле, как только я приеду домой.
      Затем Он кратко прокомментировал смерть Лорны. Он объяснил, что повреждение, нанесенное ее мозгу, было настолько серьезным, что вызвало бы, возможно, помешательство, если бы она осталась жива. Он обсудил внуков и спросил в частности о Брайане, который еще не родился во время нашего прошлого визита. Почти небрежно Он заметил, что Брайан не будет хромать. Сначала мы не были уверены, что поняли Его правильно, и попросили повторить то, что Он сказал. Потом я вспомнила, что сказал ортопед о трех возможностях в отношении сломанной ноги, которая могла бы стать короче, длиннее или такой же длины, как другая.
      Я склонилась перед Ним в благодарности за то, что Он успокоил наши души по этому поводу. Он улыбнулся и кивнул понимающе, и вновь мы увидели, как Его правая рука описала круг в воздухе; хотели бы мы знать, чт'о должно появиться на этот раз. Явно наслаждаясь нашим любопытством, Он извлек для меня прекрасный маленький медальон, изготовленный из ~панчахоли|. На одной стороне была выгравирована Его голова, а на обратной - слово "Ом". Он велел мне передать его Шейле, а до тех пор держать его в ~вибхути|, которую Он материализовал для нее раньше во время беседы. Я быстро развернула пакет, и Баба опустил медальон в него, велев мне держать их вместе, пока я не отдам ей. Тогда она должна извлечь медальон, повесить его на шею и съесть ~вибхути|. Он заверил нас, что это излечит рак в следующем году. Когда я посмотрела на медальон, то сказал: "О, Баба, он очень понравится ей! Он именно такой, какой она выбрала бы для себя". Он засмеялся и ответил: "Да, знаю. Она всегда хотела как раз такой".
      После того, как Он задал много очень личных вопросов о моей работе, о моей первой книге и о книге о Нем, я спросила, когда Он хочет, чтобы мы вернулись. Он подумал мгновение и сказал: "Приблизительно через год", -- и объяснил, что в декабре будет прохладнее и поэтому удобнее для меня. Сидней спросил, подойдет ли наше обычное время в январе, и Он ответил, что это тоже будет хорошее время. Мы покинули Его физическое присутствие, снова наполненные Его любовью, которая поддерживала нас на пути к дому и на протяжении всего года.
      Только после того, как окончилась беседа и мы снова сели снаружи вместе с толпой последователей, я внезапно стала осознавать, что на протяжении большей части беседы Он слегка поглаживал мою правую руку и плечо, пока разговаривал с нами. Он не упомянул о нападении грабителей, случившемся в начале года, а я была настолько поглощена мыслями о наших двух дочерях, что даже и не подумала спросить Его об этом, хотя и намеревалась. Однако Он, очевидно, помнил об этом и применил этот ненавязчивый прием, чтобы ускорить процесс заживления. После Его манипуляций я заметила, что подвижность руки увеличилась и боль заметно уменьшилась, когда я двигала рукой. Осторожное поглаживание Бабы завершило процесс исцеления.
      Как только празднества закончились и толпа начала рассасываться, мне захотелось быстрее уехать домой и отдать медальон Шейле. Так как должно было пройти какое-то время, прежде чем мы увидим ее, я дала телеграмму, чтобы уведомить, что Баба шлет ей подарок.
      Как только она увидела медальон, то воскликнула, что он прекрасен и именно такой, какой ей действительно нравится. Я засмеялась и сказала, что именно это я сказала Бабе, как только Он материализовал его, а Он ответил, что знает, чего ей всегда хотелось. Когда она в первый раз открыла пакет, я заметила, что в нем было меньше ~вибхути|, чем материализовал Баба, однако пакет был все же плотно закрыт. Могу лишь предположить, что каким-то необъяснимым путем медальон, должно быть, впитал часть его. С того времени я услыхала другие сообщения аналогичного характера, когда ~вибхути| поглощалось ювелирным изделием, материализованным Бабой.
      Шейла поспешно проглотила то, что осталось, и сняла с шеи кулон с миниатюрным изображением Бабы. Он материализовал четыре одинаковых кулона для каждого члена нашей семьи во время беседы несколько лет назад. Она носила кулон постоянно как осязаемую связь с Бабой, которого она никогда не видела лично. Теперь Он дал ей возможность заменить его прекрасным новым медальоном, материализованным специально для нее. Она быстро сняла старый кулон с цепочки, заменила его новым медальоном и поспешила надеть на шею, где он всегда оставался с тех пор.
      В течение следующего года анализы показали постепенное улучшение ее состояния, пока не выявили, что с ней все в порядке. В последней беседе Баба сказал мне, что рак -- это такая болезнь, которая может быть излечена только по милости Божьей и любовью.
      ГЛАВА 23
      С тех пор, как я впервые услыхала о Тибете, у меня всегда было чрезвычайно сильное желание поехать туда, хотя я ни на секунду не могла представить себе, что это станет когда-либо возможным. Ввиду своего местоположения Тибет был всегда недоступен для посторонних, с момента оккупации Китаем он был закрыт даже для посетителей из коммунистического Китая. В начале 50-х годов, когда я открыла для себя некоторые из моих прошлых жизней, я абсолютно не надеялась поехать в какую-нибудь из тех стран, куда многие из них, по-видимому, вели, и меньше всего в Тибет.
      С того времени мы с мужем много путешествовали, побывав и в тех местах, где я, по-видимому, жила прежде. Тибет был единственным местом, которое я еще не посетила. Поэтому, когда мы услыхали, что китайцы временно открыли ее для ограниченного числа путешественников на короткий период, меня взволновала возможность поехать туда. Когда мы узнали, что некоторым группам было дано разрешение на въезд, то поспешили присоединиться к одной из них. Я была в восторге от перспективы исполнения мечты всей моей жизни.
      Так как мы не собирались ехать к Бабе до января 1982 г., то решили поехать в Тибет в начале 1981 г. В Лхасу можно было добраться самолетом из Ченг-Ду в провинции Жечуань, поэтому мы снова попадем в Китай. Это обещало быть весьма интересным, так как нашему визиту предшествовала смерть Мао Дзе Дуна и нам любопытно было посмотреть, какие изменения произошли с тех пор.       Однако все путешествие обернулось лично для меня катастрофой, хотя и было весьма познавательным. Основная часть пищевых продуктов поступала в Лхасу из китая, так как местных запасов не хватало и они были не по вкусу иностранцам. Рис варили каждый день, но почти все остальное было в консервированном виде. Многие члены нашей группы страдали из-за чрезмерно большой высоты, а у некоторых наблюдались тяжелые случаи горной болезни. Мы все были предупреждены о том, что должны спать с кислородными баллонами, расположенными рядом с нашими подушками. после первоначальной одышки я меня не было никаких проблем с высотой, так как я всегда чувствую себя в горах исключительно хорошо. Однако я начала испытывать то, что быстро признала за очень сильную аллергическую реакцию на что-то. Сначала мы не могли определить причину. Однажды мы заметили, что консервированные фрукты и овощи были импортированы из Японии и имели в качестве добавки мононатрийглутамат или МНГ, на который у меня всегда была острая аллергия. В результате я ела только рис и рисовую кашу. Все это я ела в прошлой жизни, когда была монахом, будучи замурована в келье. Как странно, что мне пришлось теперь повторить это.
      Недостаток пищи не помешал мне посетить монастыри. Мне особенно хотелось посетить Поталу, но я боялась, что в результате такого скудного питания у меня могло не хватить сил взобраться на вершину. Однако, один из проводников предложил понести меня на спине. Он уверял, что это должно способствовать укреплению мышц для выполнения его обычной работы проводника альпинистов. Всякий раз, когда я чувствовала слабость, я терла лоб кольцом Бабы, которое он материализовал для меня, чтобы исцелить от того типа головной боли, которая брала начало в прошлой жизни.
      Чем больше я слабела, тем сильнее предвкушала наше возвращение в Китай. Я вспоминала, как во время нашего предыдущего путешествия нас кормили прекрасной пищей без МНГ. Однако, меня ожидал другой неприятный сюрприз, когда по возвращении туда у меня появилась та же аллергическая реакция. Позже мы узнали, что японцы заполнили восточные рынки своим невинно выглядевшим белым "вкусовым порошком". Не только в Китае, но и в Гонконге, и в Сингапуре я столкнулась с той же самой проблемой и, кроме риса, мало что могла есть.
      Я умоляла Бабу помочь мне, так как все больше слабела. Но вместо улучшения у меня развилась очень сильная лихорадка ко времени нашего прибытия в Сингапур. Сидней вызвал местного врача. Тот прописал мне лекарства и хотел немедленно отослать меня в больницу. У нас были заказаны билеты на самолет в Англию на следующий день, поэтому я решила не следовать его совету, так как все, чего я хотела в тот момент, так это очутиться на родине, чтобы отдохнуть и вылечиться.
      В ту ночь, когда лихорадка достигла высшей точки, со мной произошел очень странный случай. Я все еще не уверена, был ли то сон или галлюцинация. Я чувствовала, будто меня поднимают и извлекают из моего тела и переносят в изумительно прохладное зеленое место. Легкая, как перышко, и свободная от всякой боли и неудобства, я свободно плыла. В эту идиллическую картину ворвалась фигура Кришны, играющего на флейте и танцующей походкой приближающегося ко мне. Помню, что удивилась тому, каким синим Он выглядел, будто синева темной полночи. В следующее мгновение Он взял меня за руку и закружил в головокружительном причудливом танце, которому я смогла, на удивление, следовать. Было невероятно весело, и я чувствовала, что могла бы танцевать вечность. Но так же быстро, как появился Кришна, на сцену вышла иная и очень могущественная фигура.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19