Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Контракт с коротышкой

ModernLib.Net / Криминальные детективы / Леонард Элмор / Контракт с коротышкой - Чтение (стр. 4)
Автор: Леонард Элмор
Жанр: Криминальные детективы

 

 


Телохранитель явно не знал что делать.

– Мы с ним старые друзья, – объяснил ему Чили. – Я давно его знаю.

– Это Фей тебе рассказала, да? – спросил Лео, передавая ему деньги.

– А ты как думал? – грубо поинтересовался Чили, пытаясь понять, что происходит в голове у жалкого владельца химчистки. – Ты что творишь, Лео? Совсем рехнулся, или как? Можешь мне сказать?

– Что я делаю? – Лео резко вздернул голову, и очки его яростно сверкнули. – И ты еще спрашиваешь? Я делаю сейчас то, о чем раньше мог только мечтать. Вот что я делаю.

Крупье все это время наблюдал за ними, сложив на груди руки:

– У нас проблемы, джентльмены? Позвать администратора?

* * *

Бенни Уэйд объяснил Чили по телефону, что стоит только войти в дверь рядом с лифтом, пройти мимо окошка кассы, повернуть налево рядом с бухгалтерией, миновать кофеварку и ксерокс, и он окажется на месте. Бенни поднялся из-за компьютера, седовласый, добродушный – совсем не такой, каким представлял себе Чили бывшего агента ФБР. Да и вел он себя совсем не так, как крутой агент, ходивший когда-то в ботинках с отстроченными носами.

– Итак, ты его нашел.

– Нашел и снова потерял, – кивнул Чили.

– По телефону ты сказал, что получил долг.

– Получил. Но еще хотел поговорить с ним, совсем по другому делу – он должен был вчера вечером позвонить жене. Долго рассказывать зачем. Так вот, я связался с ней, узнал, что он так и не позвонил, и решил повидаться с ним еще раз. Утром отправился в «Плазу», а там мне рассказали, что он уехал, выписался.

– Может, вернулся на Стрип?

– Нет, он вообще уехал из города. В Лос-Анджелес перебрался.

– Сейчас посмотрим, кто у нас там есть. – Бенни сел за компьютер и застучал по клавишам. – Ага, один из клиентов Дика Аллена задолжал нам сто пятьдесят тысяч, просрочил шестьдесят дней. Хочешь поговорить с Диком? Если, конечно, поедешь в Лос-Анджелес.

– Разумеется, почему бы нет.

– Ты нашел этого Лео и снял долг. – Бенни не сводил с него глаз. – Но счастливым не выглядишь. В чем дело?

– Не помню, говорил ли я тебе, когда приехал, что попал в дурацкое положение.

– Упомянул вскользь.

– Ага, там-то я до сих пор и нахожусь. Помнишь, ты сказал, мне должно повезти и, мол, стоит поиграть?

– Дальше не рассказывай, не хочу чувствовать себя виноватым.

– Я тебя и не виню. Ты-то тут при чем?

– Тогда о'кей, сколько проиграл?

– Все, что получил, без мелочи.

7

– Знаешь, почему ничего не выйдет? – спросил Гарри. – Это я понял еще до того, как ты сказал, что не знаешь концовки. Не к кому благожелательно относиться. Кто хороший? Нет никого.

– Ростовщик хороший, – несколько удивленно заметил Чили.

– Шутишь? Ростовщик – злодей. Лео – жертва, но всем на него наплевать. У тебя нет положительного героя, нет героини, женщины… Есть только первый акт и начало второго.

– Тогда, наверное, стоит тебе рассказать о том, как у меня сперли куртку, и о том, как парень по имени Рей Боунс, которого я когда-то подстрелил, решил отомстить мне.

– Господи! – воскликнул Гарри. – Конечно стоит!

* * *

В три часа ночи они все еще сидели на кухне, пили кофе, курили сигареты Чили, пока они не кончились, а потом Гарри нашел пачку ментоловых, из запасов Карен.

– Это все? – уточнил Гарри.

– В основном.

– Есть сцены, которые могут сработать, но немного не дотягивают. – Гарри хотелось узнать о парне как можно больше, не вселяя в него особой надежды. – Например, в казино у рулетки. Ты не доработал с телохранителем.

– В каком смысле?

– Сцена, вернее, такой тип сцены в фильме должен вызывать определенное напряжение. Зрители думают: «Господи! Сейчас начнется». Они знают, что ты – головорез, хотят увидеть, как ты разберешься с телохранителем.

– Ну, в реальной жизни, если ты затеешь подобное в казино, тебя просто выкинут на улицу и попросят никогда больше не приходить. Я не упомянул, что на следующий день именно телохранитель Джерри рассказал мне, что Лео улетел в Лос-Анджелес. Правда, сначала мне пришлось обойти несколько компаний, в которых нанимают телохранителей.

– Тебе пришлось угрожать ему?

– Ты хочешь, чтобы я сказал, что избил его, хотя он был значительно крупнее меня. На самом деле я угостил его завтраком. Даже спросил, как дела у Лео. Джерри сказал: «О, совсем неплохо, я посадил его на самолет с четырьмястами пятьюдесятью четырьмя тысячами, вот и все».

– И почему он тебе все это выложил?

– Паренек просто умирал от желания почувствовать себя важной персоной. Как те люди, которые говорят, что знают, где живет кинозвезда, – тем самым они демонстрируют, что вхожи в этот круг.

– Я знаю много домов, в которых живут звезды всякой величины. Мне это совсем не помогло.

– Да? Я не возражал бы проехаться по окрестностям.

– А знаешь, кто здесь жил когда-то? Кэри Грант.

– Не врешь? В этом доме?

– Или Коул Портер, не помню, кто именно.

Гарри прикурил очередную ментоловую сигарету. Он устал, у него начала болеть голова, но уходить он не собирался.

– Итак, ты понятия не имеешь, где сейчас Лео, знаешь только, что он в Лос-Анджелесе.

– И даже в этом я не уверен. Фей он не звонил. Я позвонил ей сам, и она назвала мне имя женщины, с которой Лео, насколько ей известно, познакомился на конвенции работников химчисток. Именно поэтому я остановился в мотеле на бульваре Вентура. Рядом с «Хай-Тоун», химчисткой этой женщины, но дамочки сейчас нет в городе. Надеюсь, она с Лео, и они когда-нибудь вернутся.

– Ну, допустим, найдешь ты его – и что дальше?

Чили ответил не сразу. Гарри терпеливо ждал. Он понимал, что в этом парне скрыты гораздо большие перспективы, чем в его замысле фильма.

– Разные варианты возможны, – задумчиво произнес Чили. – По сути, эти деньги принадлежат жене, они были ей официально выплачены.

– По сути, – возразил Гарри, – эти деньги принадлежат авиакомпании. Это тебя не волнует?

– Волнует? Но я же их не крал.

– Верно, однако ты намереваешься поделить их с его женой.

– Нет. Я только сказал, что она предложила мне поделить их, больше ничего. Я еще не все тебе рассказал, Гарри.

Очевидно, Чили решил, что пора перейти к уклончивым ответам.

Тогда Гарри был вынужден избрать другой подход:

– Интрига становится сложнее, да? Появилась девушка, правда, она мало что значит. Понимаешь, чем больше деталей ты мне расскажешь, тем лучше. Итак, ты стоишь у рулетки, он отдал тебе долг… О жене не говорили?

– Он понял, что я с ней разговаривал. Именно это и вернуло его с небес на землю.

– Но ты ведь не упоминал, что по сути это ее деньги.

– Вот-вот могла вмешаться администрация казино, и я предпочел удалиться. Но я намекнул, чтобы он обязательно позвонил жене.

– А потом взял в свои шаловливые ручки двадцать штук и очень быстро просадил их, – с довольным видом продолжил Гарри.

– Я успел проиграть чуть больше семнадцати тысяч, прежде чем мой мозг снова начал нормально работать. Особенно меня добило то, как Лео сказал, глядя мне прямо в глаза: «Я скоро закончу и выпишу тебе чек». Как будто объявлял, что займется мной, как только у него будет время, а пока, мол, отвали. Этот жалкий неудачник висел у нас на крючке много лет, а сейчас смеет так разговаривать со мной. Я собственным ушам не поверил.

– Должно быть, он решил, что ты случайно вышел на него, – заметил Гарри.

– Ага, как будто я не знал, что он якобы мертв. Но, самое интересное, он-то знал, что задолжал проценты за целых шесть недель. Этот долг должен был тяготить его как камень, а Лео еще в позу встал. Я просто отказывался верить. Поэтому сделал вид, будто я ничего не могу поделать.

– То есть ты стал свирепеть.

– Да. Чем больше думал об этом. Сначала я почувствовал только удивление. Никогда не видел Лео таким. А потом, когда хорошенько обо всем поразмыслил, рассвирепел по-настоящему.

– Такое поведение обычно называют манией величия или попыткой поиграть мускулами. Все свидетельствует об этом – особенно телохранитель с чемоданом, полным денег. Здесь это считается обычным делом, тем более в актерской среде. Парню, который зарабатывал сотню тысяч за картину, вдруг везет, следующий фильм становится хитом, и цена за роль возрастает до миллиона. Вскоре он получает уже несколько миллионов за фильм плюс часть доходов от проката. Это все тот же подонок, но уже в обтягивающих штанах и с коронками на зубах, а вдруг оказывается, что он все-все знает о том, как надо делать кино. Сам переписывает сценарий или дает переписать другим. Диктует режиссеру, как нужно играть данную роль, не пускает на площадку продюсера, если тот ему не нравится. Но играть мускулами умеют все: режиссеры, продюсеры, особенно агенты. Положение твое тем выше, чем больше очков тебе начислено за то, что тебя видят с нужными людьми, ездишь ли ты на «феррари» или «роллсе», получаешь ли хороший столик в «Спаго» или «Айви», даешь ли отсосать известной актрисе на съемочной площадке. За то, сколько по-настоящему влиятельных людей ответило на твои звонки, и за прочее дерьмо.

Гарри на мгновение замолчал, поняв, что несколько отошел от темы разговора и зря теряет время.

– Но как только Лео вздумал поиграть с тобой, ты сбил его с ног. Ловко, очень неплохая сцена.

Гарри снова замолчал, прислушался к шуму холодильника в тишине. Свет на кухне был слишком ярким, режущим глаза, и у него болела голова. Но уходить ему не хотелось, нет, еще не время.

– История, с курткой мне тоже понравилась, может сыграть, но сработала бы лучше, если бы не была ретроспективой. Впрочем, она наглядно показывает, что ты знаешь, как себя вести в ситуациях подобного типа. Полагаю, учитывая сферу твоей деятельности, были и другие ситуации…

– Я больше этим не занимаюсь.

– Но ведь были ситуации, когда приходилось занять жесткую позицию? Скажем, один из клиентов перестал платить.

– Они всегда платили. Конечно, я бил людей по лицу, это обычная практика – дать пощечину. Я разговариваю с парнем, пытаюсь вернуть свои деньги, он отворачивается и мгновенно получает затрещину: «Эй, мать твою, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю». Только чтобы привлечь их внимание. Понимаешь, люди, с которыми мы в основном имели дело, сами были достаточно жестокими и крутыми парнями с улицы: жуликами, ворами, наркоманами. Кроме них, мы, конечно, вели дела и с законопослушными гражданами, которые никогда не доставляли хлопот и рассчитывались вовремя. Я понимаю, что ты имеешь в виду, Гарри, твое отношение мало чем отличается от отношения законопослушных граждан, для которых я выбивал долги. Скажем, агента по продаже автомобилей или владельца магазина телевизоров… Среди их клиентов появляется паразит, и они хотят вернуть свои деньги, все равно как. «Да сломай ты ему ноги», – говорят они. Это первое, что приходит им в голову. А я говорю им: «А как он с тобой рассчитается, если будет валяться в больнице?» Но они не думают об этом, просто хотят растерзать парня и вернуть свои деньги.

– Да, тебе во всяких переплетах довелось побывать, – посочувствовал Гарри. – Например, дело с этим Реем Боунсом… кстати, неплохое имя для персонажа. Я все хотел спросить, тебя не арестовали тогда за то, что ты подстрелил его?

– Боунс сам хотел убить меня. А полицейским сказал, что на него на улице напал неизвестный. Он до сих пор хочет меня убить, и эта мысль не дает ему покоя.

– А ты по-прежнему должен платить ему?

– Да, но сейчас у нас другая договоренность. Я говорил с Томми Карло по телефону… Нужно знать Томми, что это за человек, он со всеми ладит. Джимми Капа я уже упоминал? Это который Капоторто. Ему всегда нравился Томми, но до определенного предела. А еще он должен был поддерживать Рея Боунса как своего парня. И что он сделал? Разделил долг мертвеца между мной и Томми, безо всяких там процентов, по восемь штук с каждого, и приказал все забыть.

– Ты разговаривал с Томми. – Гарри облокотился на стол. – Значит, он знает, что Лео жив?

– Я разве об этом говорил?

Гарри откинулся на спинку стула. В голове его, помимо боли, зудело множество вопросов, но он решил, что стоит напустить на себя спокойный вид продюсера, лишь до определенной степени заинтересовавшегося сюжетом.

– Итак, ты решил не ставить Томми в известность. – Гарри улыбнулся этим пристально смотревшим на него глубоко посаженным глазам. – Хочешь сам разобраться с Лео?

– Мне одного не хочется – чтобы обо всем узнал Рей Боунс. Томми только посмеялся бы над тем, как владелец химчистки обул авиакомпанию, и поклялся бы, что никому ничего не расскажет. Но я-то знаю, что он трепло. Так зачем ставить его в дурацкое положение?

– Значит, остается еще Рей Боунс.

Чили пожал плечами, выражение глубоко посаженных глаз не изменилось.

– Будешь платить ему?

– Возможно, когда придет время.

– А если он пустится на твои поиски?

– Это очень может быть. Учитывая его умственную ограниченность.

– А больше ты не участвовал в перестрелках, после того случая с Реем Боунсом?

Чили отвел взгляд, – похоже, он обдумывал вопрос или пытался что-то вспомнить.

– Был еще один раз, когда мы с Томми управляли клубом в южной части Майами. Один мужик вошел в клуб, вообще-то, он искал другого, но на его пути встал я.

– И?

– Ничего. Он просто пристрелил того, кого искал, и ушел.

Теперь задумался Гарри. Чили Палмера послали ему небеса, в этом он не сомневался.

– Ты управлял клубом?

– Он принадлежал Момо. Мы давали концерты, приглашали разные группы, в основном молодежные.

У Гарри уже был готов следующий вопрос:

– А пистолет ты носишь?

– На самом деле нет, – чуть помедлив, ответил Чили.

– Что это значит?

– Обычно – нет. Но иногда носил.

– Тебя арестовывали?

– Пару раз задерживали, пытались навесить обвинения в ростовщичестве или рэкетирской деятельности – понимаешь, о чем я говорю? Обвиняли в том, что я занимаюсь рэкетом, но судимостей у меня нет, я чист.

– Рэкет охватывает различные виды деятельности, верно?

– Что именно ты хочешь знать?

Гарри не был уверен, а потому медлил с ответом.

– Гарри, скажи прямо, ты хочешь, чтобы я что-то для тебя сделал?

8

И этот человек снял сорок девять фильмов. Он почти все перечислил, пока варил кофе… Чили вспомнил, что некоторые он видел. Один про тараканов – парень зажигает свет на кухне и сталкивается нос к носу с тараканом такого же роста, как он сам. Несколько серий «Гротеска» – о парне, который сильно обгорел при пожаре и обозлился по этому поводу на весь мир. Еще один фильм о гигантских клещах, пытающихся завоевать Землю. И еще один о том, как умерший сто лет назад индеец снимал скальпы с жителей какого-то городка – назывался он «Волосы дыбом»… Сорок девять фильмов, а выглядит как шофер грузовика или ремонтник, что пришел с ящиком инструментов в руках к твоему сломанному кондиционеру. Сейчас он стоял у плиты и варил кофе. В рубашке и трусах, из которых торчали белые, тощие для такого тучного мужчины ноги. Честно говоря, Гарри выглядел так, будто ему пора пройти курс детоксикации в наркологическом центре. Для Чили такой вид ассоциировался с клиентами, которые целиком и полностью наплевали на жизнь. Мозг Гарри работал совсем неплохо, только разговорчивость его куда-то вдруг подевалась.

– Гарри, о чем ты задумался?

Может, он не знает, как выразить свои мысли, боится показаться полным идиотом.

– Ладно, ты хочешь, чтобы я тебе помог, а сам расспрашиваешь меня, как на работу принимаешь. Когда мы были в другой комнате, я упомянул, что, приехав сюда, сразу связался с нужными людьми, так ты как попугай заладил: «С какими людьми? С какими людьми?» Будто у тебя припадок какой случился. Помнишь? Так вот, эти люди – адвокаты, на которых меня вывели. Я пару минут назад упомянул, что разговаривал с Томми Карло, так вот…

Гарри, чуть скривившись, слушал, стараясь тщательно осмыслить все сказанное.

– А он здесь при чем?

– Я заезжал к тебе домой, в твой офис на Сан-сет, в «ЗигЗаг продакшнс», но тебя нигде не было, и никто не знал, где ты. Тогда я позвонил Томми, который сейчас второй человек после Джимми Капа, и попросил его связать меня с человеком, знающим местных кинодеятелей. Томми вскоре перезвонил и сообщил: «Фрэнк Де Филлипс, он в курсе». Слышал о таком?

Гарри покачал головой.

– Только не засыпай, хорошо?

– У меня просто болит голова. Кто такой Фрэнк Де Филлипс?

– В Лос-Анджелесе он так же важен, как Джимми Кап – в южной части Майами. С ним лично я не встречался, люди его уровня общаются только с определенным кругом. Так, пересекся в уголовном суде с одним из его адвокатов. Совсем молодой парень, выбежал из зала с охапкой бумаг и прочего дерьма, посмотрел на меня и выпалил: «Что нужно?» Эти поганые адвокаты вечно куда-то торопятся. Я напомнил ему, что встречу назначил мистер Де Филлипс, а сам я представляю одно из крупнейших казино в Вегасе. Он сумел выкроить для меня пару минут. Поклялся посмотреть, что можно сделать, попросил дать номер телефона. Я сказал, что сам свяжусь, иначе никогда не дождался бы звонка от него. К тому же я не хотел, чтобы он пронюхал, что я живу в этой дыре на Вентура. Через два дня встретился с ним и еще одним адвокатом в ресторане, что в японском отеле. Полностью японский отель в самом центре Лос-Анджелеса.

– Знаю, – кивнул Гарри. – «Отани».

– Рядом со зданием городского совета. Эти адвокаты, как оказалось, всегда там обедают. Мне довелось присутствовать при том, как они жрали сырую рыбу и заедали ее лапшой… Лапша, впрочем, оказалась весьма недурной. В общем, этот другой адвокат передал мне листок бумаги с адресами и телефонами, твоими и твоих друзей, и сказал: «Не только ты ищешь старину Гарри Зимма», а еще упомянул о том, что твои инвесторы вот уже два месяца не могут тебя найти. «Да? А в чем проблема?» – спросил я и получил ответ: «Похоже, Гарри смылся с двумя сотнями тысяч, которые они вложили в один из его фильмов».

Гарри только качал головой. Он выглядел совершенно измотанным.

– Это меня не удивляет. В этом городе любят слухи, все всё знают, только спроси. Значит, мои инвесторы ищут меня целых два месяца? Какой кошмар, я разговаривал с ними не более двух недель назад.

– Ты поведал им об игре «Пистон» – «Лейкерс»?

– Послушай, эти ребята сами ко мне пришли. Ну, давно пришли. Вложили деньги в два моих фильма и были счастливы, чего нельзя сказать о других инвесторах, которым не терпится попасть в шоу-бизнес, встретиться с кинозвездами и до которых лишь потом доходит: «Господи! Какое рискованное это дело, киноиндустрия!»

Гарри приближался к теме осторожно, следил за каждым своим словом.

– Да неужели? – удивился Чили.

– Эти ребята и так знают всяких там кинозвезд и знаменитостей – сдают им лимузины напрокат. Поэтому они выбрали другой подход к участию в деле. Это было несколько месяцев назад, когда я планировал, какой фильм снимать следующим. Например, можно было сделать картину о труппе циркачей-уродов, путешествующих по стране и оставляющих за собой горы трупов. Персонажи были неплохими – особенно жирная семисотфунтовая баба, которая даже в эту дверь не прошла бы, но каким-то образом она соблазняла молодых парней, затаскивала их в свой трейлер…

– Гарри, посмотри на меня, – перебил Чили, которому необходимо было видеть эти водянистые глаза под взъерошенными, некогда завитыми волосами. – Ты пытаешься рассказать мне, как облажался, и при этом не выглядеть тупым. Это очень трудно. Вернемся к тому, с чего начали. Ты поставил двести тонн на баскетбольную игру, проиграл, но не сказал об этом своим инвесторам. Почему?

– Да потому, что парни подобного типа вряд ли проявят понимание или сдержанность.

– Ты их боишься.

– Я слишком двусмысленно выразился?

– Не знаю. Но если хочешь что-то сказать, говори прямо, не ходи вокруг да около.

– О'кей, я их боюсь. И не могу избавиться от мысли, что первым делом они сломают мне ноги.

– Да, эта мысль прочно засела в твоем мозгу. Ну а дальше как они поступят?

– Ты их просто не знаешь, с них станется… Они не совсем обычные финансисты.

– Гарри, скорее всего, я знаком с такими типами лучше, чем ты. Ты намекаешь, что зарабатывают они не только лимузинами. А чем еще? Играют? Продают наркотики кинозвездам и отмывают через тебя свои деньги? Вложи бабки в фильм Гарри Зимма и получишь их чистыми и отутюженными.

Чили ждал.

Гарри откинулся на спинку, и стул под ним громко заскрипел, разорвав воцарившуюся было тишину.

– Тебе это не известно, или ты вообще ничего знать не хочешь, или просто не говоришь, – продолжил Чили. – Из того, что ты уже сказал, можно сделать только такой вывод.

Он улыбнулся, пытаясь приободрить Гарри.

– Ты пробудил во мне интерес. Я не прочь познакомиться с этими парнями поближе. Либо они действительно крутые, либо просто вешают тебе лапшу на уши. С кем связаны они, если связаны вообще… Но сначала я хочу понять, зачем ты взял принадлежащие им двести тысяч с собой в Вегас и сам влез в это дерьмо. Если ты так их боишься…

– А некуда было деваться, – довольно-таки решительно парировал Гарри. – Мне представилась возможность провернуть одно дельце, которое изменит всю мою жизнь, за один вечер сделает меня знаменитым, и это после тридцати лет работы… Но для запуска требуется не менее полумиллиона баксов.

– Для запуска фильма, – произнес Чили, чтобы быть абсолютно уверенным.

– Для запуска потрясающего фильма.

– И лимузинщиков к этому делу ты подпускать не намерен…

– Чтобы и духу их там не было. Это сделка не для них, слишком велик кусок. – Гарри снова сгорбился над столом. – Понимаешь, что получилось… В то время я подготавливал производство «Уродцев». Был сценарий, но следовало еще подчистить его, избавиться от некоторых дорогих спецэффектов. Я пошел к сценаристу, чтобы обсудить изменения. Мюррей очень хорош, он давно со мной работает, написал все серии «Гротеска» и несколько других картин. Настрочил целую кучу сценариев для телевидения – я даже не знаю сколько, сотню, наверное. Делал комедии положений, вестерны, научную фантастику, несколько серий «Сумеречной зоны»… Но сейчас он на телевидение не работает, Мюррей – моего возраста, а сети не нанимают сценаристов старше сорока. К тому же у него были проблемы с алкоголем, которые совсем не помогают в трудоустройстве. Любит выпить, курит по четыре пачки в день… Теперь слушай. Мы разговорились, и он упомянул сценарий, который написал в молодости, когда только начинал, и который никому не продал. Я спросил, какова суть. Он ответил. Мне понравилось, и я взял сценарий домой. – Гарри замолчал. – Я прочел его, а потом еще раз прочел, чтобы окончательно увериться. Мой опыт, моя интуиция, мое нутро – все говорило о том, что в моих руках – настоящий клад, что, выбрав на главную роль звезду, я могу предлагать сценарий любой студии города и диктовать всем свои условия. Я знаю, этот фильм мгновенно станет популярным. На следующий день я позвонил Мюррею и заявил, что хотел бы взять сценарий на опцион.

– Что это значит?

– Выплачиваешь определенную сумму и приобретаешь права на год, чтобы убрать проект с рынка. Это называется приобрести опцион. Мюррею я заплатил пятьсот долларов – в счет двадцати пяти тысяч, если я воспользуюсь правами, плюс еще двадцать пять, когда начнутся съемки.

– Не слишком много, на мой взгляд.

– Сценарий старый и уже крутился на рынке.

– Почему же ты так уверен в успехе?

– Потому что он настолько стар, что стал новым. Молодые студии еще на свет не появились, когда Мюррей написал его.

– Таким образом, ты не покупаешь его, пока не будешь уверен в успешном заключении сделки. Я правильно тебя понял?

– Или пока не найду деньги сам, что я и предпочитаю сделать. Так контроль будет в моих руках. Но если я договорюсь с актером, которого хочу взять на главную роль, бюджет картины составит не менее двадцати пяти миллионов, а это значит, что придется обращаться в одну из главных студий. В противном случае я не зашел бы туда даже пописать.

– Если ты так уверен в успехе, в чем проблемы?

– Я же сказал, мне необходимы полмиллиона, чтобы начать работу. Парень, которого я наметил на главную роль, умеет не только играть, он не боится выглядеть плохим на экране. В данном случае обтягивающие штаны и коронки не катят. Если бы я мог договориться с Джином Хэкменом, мы бы уже начали подготовку. Но у Джина пять картин в производстве, по которым он связан обязательствами. Я проверял.

Чили сразу вспомнил своего любимого актера:

– А как насчет Роберта Де Ниро?

– Бобби Де Ниро, вероятно, лучший актер, снимающийся сегодня, он не хуже Брандо. Но я не вижу его в этой роли.

– Том Круз?

– Чудесный паренек, но в этом-то и проблема – он слишком молод. Я должен показать тебе список актеров, которых я счел удовлетворяющими всем требованиям. Билл Херт, Дрейфус, который сейчас опять очень популярен, Пачино, Николсон, Хоффман… Кстати, Дастин занимает в моем списке второе место.

– А кто на первом?

– Майкл Уир, суперзвезда.

– Да? – удивленно переспросил Чили. – Ах да, Майкл Уир… – Он довольно кивнул. – Действительно хорош. Особенно мне нравится его способность перевоплощаться, одинаково хорошо играть как обычного человека, так и извращенца… Он играл в «Циклоне» мафиози, который стал доносчиком.

– Одна из лучших его ролей.

Чили снова закивал:

– Снимали в Бруклине. Да, Майкл Уир, он мне нравится.

– Рад это слышать.

– Он отличается от стереотипа. Думаю, он подходит. – Чили не имел представления, что за роль предназначена Майклу Уиру в этой картине, даже о чем она, не знал. – Ты с ним уже разговаривал?

– Решил рискнуть и послал сценарий по почте ему домой. – Гарри откинулся назад и провел ладонью по требующим завивки волосам. – Насколько я знаю, он не только прочел сценарий, он обалдел от него, влюбился в свою роль безумно.

– Насколько ты знаешь? А его самого ты не спрашивал?

– Помнишь, я говорил, что нужно полмиллиона? Я должен перевести эту сумму на специальный депозитный счет Майкла, прежде чем он согласится встретиться со мной. И во всем виноват его долбаный агент. Необходимо вложить нешуточные деньги, чтобы доказать серьезность своих намерений, то, что ты не заставишь Уира потратить время впустую.

– Значит, вот как это делается… Сначала нужно доказать, что справишься.

– Так делает только этот член, его агент. Говорит: «Ты знаешь, что цена Майкла семь миллионов, неважно, снимается он или нет». Имеется в виду, что, если он подписал контракт, а ты по каким-то причинам не начал производство, все равно ты должен заплатить ему семь миллионов. Снял картину, выпустил ее в прокат, он получает десять процентов с оборота. Не с прибыли, как все другие, а с долбаного оборота. Но кого это волнует? Ему же понравился сценарий.

– Откуда ты это знаешь?

– От парня, который монтирует последний фильм Майкла, от монтажера. Мы давно друг друга знаем. На самом деле это я дал ему возможность начать карьеру – позволил поработать в «Гнусных тварях». Так вот, он позвонил, сказал, что Майкл заходил в монтажную, расхваливал режиссеру сценарий фильма «Мистер Лавджой», говорил, что лучшей роли не видел уже много лет. Мой друг, монтажер, не знал, что сценарий принадлежит мне, пока не увидел надпись «ЗигЗаг продакшнс» на папке. Потому сразу и отзвонился мне, спросил: «Собираешься снимать фильм с Майклом Уиром? Не верю». Я ответил: «Стоит поверить, если хочешь его монтировать». Правда, я пока не знаю, кого нанять в качестве режиссера… Джуисона, быть может, или Люмета, или Улу Гросбарда…

– Название фильма «Мистер Лавджой»?

– Так назвал его Мюррей. Очень даже неплохо, если знаешь, о чем фильм.

Чили подумал, что такое название больше подходит сериалу – «Мистер Лавджой», «Мистер Радость-Любовь», о молодом парне педерастического вида, воспитывающем кучу детей разных национальностей под аккомпанемент консервированного смеха. Интересно, как записывается смех? Людей приглашают в студию и говорят: «Смейтесь» – или рассказывают им какие-нибудь смешные истории?

Он вспомнил телевизионную передачу о том, как снимаемся кино – в частности, как снимаются поцелуи рук. Люди смотрели любовные сцены на экране и чмокали. Большая часть фильмов – фальшивки. Особенно звуки драк – разве это слышишь, когда вышибаешь парню зубы? Или взять фильмы «Рокки»: да если бы Сталлоне позволил такому здоровому говнюку так себя дубасить, он бы не дожил до конца первого раунда. Но есть и хорошие фильмы, вызывающие ощущение реальности происходящего на экране…

Гарри в это время говорил, что, как только он подпишет договор о намерениях со студией, ребята из «Месаса» успокоятся и перестанут его беспокоить. А еще о том, что, если через Карен он сможет заполучить Майкла Уира, ему не придется искать полмиллиона…

– Кстати…

– Что?

– Тебе известно, что она была замужем за Майклом?

– Карен? Ого…

– Жили вместе четыре года, детей нет. В этом доме жили, пока Майкл не ушел от нее.

– Нет, этого я не знал. Так ты хочешь, чтобы она позвонила ему и договорилась о встрече?

– Просто замолвила доброе словечко.

– А они поддерживают отношения?

– С того времени ни разу не виделись, но он наверняка ей не откажет.

– Так в чем проблема? Она не хочет?

– Я ее не просил. А если бы попросил, то она точно отказала бы мне. Но можно дать ей время подумать, пусть это станет ее идеей, тогда она все сделает как надо.

– Не понимаю.

– Это все потому, что ты не знаешь актеров, не знаешь, как работает их мозг. Карен не может просто так позвонить Майклу и попросить его об услуге. Из талантов у нее только грудь, на которую ты, конечно, обратил внимание и благодаря которой, на мой взгляд, она так сногсшибательно кричит. Тем не менее, склад ума у нее актерский. Карен должна прочувствовать всю ситуацию. Должна захотеть оказать мне услугу.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16