Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Нефритовая страна (Ричард Блейд - странствие 2)

ModernLib.Net / Лэрд Дж / Нефритовая страна (Ричард Блейд - странствие 2) - Чтение (стр. 6)
Автор: Лэрд Дж
Жанр:

 

 


      Из-за вражды между Кхадом и Саддой, Растум оказался в весьма щекотливом положении. Он великий воин, и Кхад это знает и ценит его. Даже простые солдаты его уважают. Однако Садда тоже старается оказывать ему всевозможные знаки внимания, чтобы он перешел на ее сторону, когда она двинется против Кхада. Понимаешь?
      Блейд в ответ заметил, что не хотел бы сейчас поменяться местами с этим прославленным полководцем.
      - Вот именно! - Бейбер захихикал. - Растуму сейчас приходится гораздо хуже, чем тебе, но его терпению и выдержке можно только позавидовать. Ведь он не должен проявлять ни к Всемогущему, ни к его сестре излишнего дружелюбия или враждебности - иначе его сотрут в порошок. И поэтому он терпеливо ждет, пока разразится буря.
      - Ладно, - прервал старика Блейд, - предположим, ты прав. Но как это связано со мной?
      - Ты же убил Коссу, верно? Даже Растум не способен на такой подвиг. Увидев тебя, я понял, что Садда, пожалуй, отведет тебе более важную роль, чем очередной грелке в ее постели.
      - То есть, заполучив меня, она больше не нуждается в Растуме?
      - Не совсем так. Думаю, она еще не раз тебя проверит до того, как посвятит в свои замыслы. Однако ни тебе, ни мне, ни самим монгам не станет лучше, если она прикончит Кхада. Или если победит ее безумный брат. Тут без разницы - оба они кровавые маньяки. И кто бы кого ни съел, мира не будет, и эта ужасная война все равно не прекратится. Нужно свалить обоих. Растум это прекрасно понимает, и я надеюсь, начнет действовать сам Конечно, когда придет время, он захочет, чтобы ты оказался на его стороне. Понял?
      Блейд с минуту обдумывал услышанное, затем спросил:
      - Почему ты сказал, что Кхад безумен? Я ничего такого за ним не заметил.
      - Поверь мне, он сумасшедший. Время от времени с ним случаются припадки, а между ними он выглядит вполне нормально. Как раз перед твоим появлением в лагере у него был продолжительный приступ, и теперь болезнь ненадолго оставила его. Но она вернется, обязательно вернется! В такие моменты никто не может чувствовать себя в безопасности - ни мужчина, ни женщина, ни ребенок... особенно маленькие девочки.
      Холодок пробежал по спине Блейда. При чем здесь маленькие девочки? Он обратился к Бейберу за разъяснениями.
      - Понимаешь, Садда безумна, как одержимая жаждой убийства ведьма, что наслаждается мучениями своих жертв. А душу Кхада грызет гораздо более опасный недуг, с которым не под силу справиться даже Оби, великому черному богу. Кхад стал бессильным и не может любить женщин. Ни одну из женщин, кроме маленьких, совсем маленьких девочек, еще не созревших для постели. Когда к нему подступает безумие, Кхад берет такую девочку и зверски насилует ее... потом - следующую, еще и еще, до тех пор, пока не кончится припадок.
      - И что же, люди молчат и терпят? Почему отцы и матери этих несчастных детей не пытаются что-нибудь предпринять?
      Безногий невесело рассмеялся.
      - Нет, конечно. Они прячут своих ребятишек и молятся. Да еще проклинают Кхада - так, чтобы их никто не услышал. Тебя проводили мимо виселиц?
      - Да. Больше недели назад.
      - Ты видел там посаженного на кол человека?
      - Видел. По-моему, он был уже мертв.
      - Бедняга... Один из воевод. Хороший боец, и преданный Кхаду. До тех пор, пока во время недавнего приступа Сотрясатель Вселенной не изнасиловал его малолетнюю дочь. Потом, когда разум вернулся к нему, Кхад закатил девочке пышные похороны, осыпал золотом безутешного отца и принародно бил себя кулаками в грудь, умоляя Оби отпустить ем грех. Он всегда так: сначала убьет, а потом плачет, молится и просит прощения у черного бога. Про Оби ничего сказать не могу, но отец девочки не простил Кхада и сразу после похорон попытался его прикончить. Ты уже видел, что из этого получилось.
      Он слишком поторопился, - в голосе Бейбера звучало сожаление. Слишком рано нанес удар. У нас, кауков, есть одна пословица: "Чем дольше ожидание, тем слаще месть". Хорошенько запомни ее, Блейд.
      - А что скажешь насчет этого карлика Морфо? - помолчав, спросил Блейд. - Ты знаешь его?
      Довольно долго Бейбер не отвечал. Когда же он, наконец, заговорил, голос его утратил всю теплоту и дружелюбие.
      - Я знаю о нем, я видел его не рад, - признался он. - Но что с того?
      Было ясно, что безногий не расположен говорить на эту тему, но Блейд продолжал упорствовать.
      - Довольно странный человечек, - он попытался зайти с другого бока. - Когда меня изловили, он приходил в шатер... намекал, что постарается сохранить мне жизнь. И еще он сказал, что служит Садде... хотя, я думаю, это не совсем так. Давно я его не видел, и теперь ломаю голову - кто же мне встретился? Друг? Враг? Или кто-то еще? На кого он работает? Мне показалось ты знаешь все о здешних людях.
      Солнце уже совсем скрылось за изгородью. Под стеной Серендина вновь громко бабахнула пушка, и нефритовый шар, со свистом прорезав воздух, разлетелся грудой бесполезных осколков, никому не причинив вреда.
      - Мы не будем говорить о карлике, - тяжело произнес Бейбер. - Я мало о нем знаю и не могу сказать ничего хорошего... впрочем, плохого тоже. Возможно, он настолько умен, что работает сам на себя... хотя, это было бы самой поразительной вещью на свете.
      Этой скудной информацией Блейду и пришлось удовлетвориться. Охранники принесли еду - все тот же черствый хлеб и конину, а также неизменный кувшин с броссом. После еды и питья Блейда неудержимо потянуло ко сну, он прикрыл глаза и, привалившись к стене, задремал, едва прислушиваясь к быстрому шепоту Бейбера. По углам загона зажгли факелы, и все стихло, только свежий ночной ветер чуть слышно шевелил сторожевые колокольчики на заборе.
      На калеку бросс не подействовал, разве что еще больше развязал язык. Слова его журчали как ручей, усыпляя Блейда. Краешком сознания он отметил, что Бейбер, оказывается, был у себя на родине скальдом. Кауки высоко ценили таких людей, наделенных даром выражать свои мысли и чувства в звонких строфах саг. Бейбер жаловался, что уже много лет не перебирал струн джадара. Это был, как понял Блейд, музыкальный инструмент, похожий на лиру.
      Мягкий голос Бейбера одновременно баюкал разведчика и не давал ему соскользнуть в пропасть сновидений. В конце концов он совершенно потерял нить рассказа и стал думать о своем, мысли плыли медленно, лениво, словно подчиняясь равномерному напевному ритму речей скальда.
      Интересно, обрадовался бы он сейчас возвращению в привычный мир Земли? Ведь его миссия только началась... Блейд не мог однозначно ответить на этот вопрос. Конечно, пытки и ужасная смерть в этом мире гораздо более реальны, чем в родном измерении. Но здесь его ждет то, чего он так страстно жаждал на Земле - приключение. Да, именно так - ПРИКЛЮЧЕНИЕ; Блейд подумал о нем, и слово, выписанное огромными пылающими буквами, проплыло под сомкнутыми веками. Приключение и надежда. Надежда что-то изменить, несмотря на смерть, опасности и страдания. Потому что шесть шагов вперед и пять назад в итоге все равно продвигают тебя к цели. Здесь была надежда, а в его собственном мире от нее давно уже ничего не осталось. Странно, что он понял здесь то, чего никак не мог осознать там.
      И Ричард Блейд, обрадованный приятным ощущением этого нового знания, мгновенно заснул глубоким беспробудным сном.
      Глава 9
      Прошла неделя. Блейд занимался тем, что выносил за служанками Садды ночные горшки, а после намывал их до блеска. Служанки все время потешались над ним, и, честно говоря, он их понимал. Он довольно часто видел Садду и карлика, один раз ему даже показалось, что голос Морфо доносится из ее покоев.
      Ходили слухи, что Кхад снова потерял рассудок. Каждый день монги штурмовали стену, то выманивая защитников наружу, то теряя сотни воинов в бесплодных атаках.
      Если Блейда не находилось работы в женских покоях, его посылали чистить нужник охранников, таскать бревна или чинить деревянные фургоны. Он присматривал также за табунами низкорослых лошадок, которых впрягали в телеги на огромных колесах, когда приходила пора перекочевывать на новое место.
      И все это время его стерегли так, словно он был драгоценной статуей самого Оби, которая покоилась в черном, закрытом плотной тканью фургоне, куда мог заходить только Кхад. Даже Садде не разрешалось туда заглядывать.
      Блейду нравилось работать подальше от женских покоев - там, где за спиной не маячил Аплоний со своей плетью. Ему, видимо, доставляло особое удовольствие хлестать Блейда на глазах у женщин. Ночами Блейд по-прежнему долго разговаривал со старым кауком. Вернее, говорил Бейбер, разведчик в основном слушал и задавал вопросы.
      Так прошло семь дней. Блейд, удобно устроившись на куче мусора за огромным шатром Садды, собирался полакомиться объедками, которые бросил ему Аплоний. Сам Аплоний, напомаженный и надушенный, уже собрался было уходить, но тут появилась Садда, и он мгновенно согнулся в раболепном поклоне. Блейду почему-то стало его жаль.
      Заметив, что Блейд спокойно разглядывает приближавшуюся владычицу, Аплоний тут же стегнул его по лицу.
      - Вниз глаза, свинья!
      Блейд опустил взгляд.
      Садда, как всегда, было одета в короткую жилетку, оставлявшую грудь нагой, лицо женщины скрывала вуаль. Аплоний, наконец, выпрямился и отсалютовал ей плеткой.
      - Хороший день сегодня, госпожа. Но ваша красота, как обычно, затмевает солнце. Чем верный Аплоний может услужить вам?
      - Вымой его, - Садда указала на Блейда. - От него смердит, словно от сгнившего трупа. А потом подбери ему подходящую одежду. Мои служанки помогут тебе.
      Она повернулась и пошла прочь. Аплоний поглядел на Блейда, и тот увидел ужас в его глазах.
      - Твоя смена кончилась, приятель, - ухмыльнулся разведчик. - Теперь моя очередь.
      Аплоний с яростью хлестал его, пока не выдохся вконец и не покрылся потом. Блейд стоически принял наказание, предчувствуя, что черные дни миновали.
      Затем его сунули в чан с горячей водой и хорошенько отскребли и оттерли. Занимались этим служанки, которые раньше хихикали над ним. Теперь они уже не смеялись, а лезли вон из кожи, стараясь ему угодить. Их восхищали его гигантские мускулы, но они осмеливались касаться его тела только мочалкой.
      Блейда надушили, подстригли волосы на голове и бороду, затем он был облачен в безрукавку и короткие кожаные штаны. Пока служанки вертелись вокруг него, подстригая, умащивая и ублажая, разведчик ухитрился стянуть стальной нож с кривым лезвием.
      Вечером, когда его привели обратно к загону, стражники у ворот сняли с него уродливый деревянный ошейник.
      - Поздравляю, Блейд, - приветствовал его охранник, открывая замок колодки, - ты высоко взлетел. Правда, я не стал бы меняться с тобой скоро ты все равно умрешь. Как Аплоний.
      Блейд не обратил внимания на это краткое напутствие. Вцепившись в свой ошейник, ставший теперь ненужным, он спросил:
      - Могу оставить его себе?
      - Он так тебе понравился? - удивился страж. - Бери.
      Охранники, видимо, уже получили распоряжения насчет Блейда - сегодня они вообще не обращали внимания на то, что он открыто болтает с Бейбером.
      Безногий принюхался к Блейду и, рассмеявшись, покачал лысой головой.
      - Вот видишь, я же говорил тебе. Но зачем ты притащил сюда свой старый ошейник?
      Блейд оглянулся и незаметно сунул ему под солому кривой нож. Бейбер снова покачал головой и восхищенно уставился на приятеля.
      - Не очень-то разумно, сир. Зачем рисковать, добывая эту штуку? Что я, безногий, буду делать с ножом?
      Блейд бросил ему на колени деревянный ошейник.
      - Вырежешь из него четыре небольших колеса. Я постараюсь раздобыть доску для платформы и осей. Мы сделаем тебе тележку.
      - Здорово, - кивнул Бейбер. - Я бы сам не догадался. Но что дальше?
      Блейд изучающе поглядел на старика.
      - Разве ты сам не говорил мне? Кое-что должно случиться. Причем скорее, чем ты думаешь. И ты должен быть готов к этому.
      - Слышал что-нибудь? - Бейбер заерзал на соломенной подстилке.
      - Нет. Но теперь у меня больше свободы, и я знаю, что с ней делать.
      - Не торопись, Блейд, - Бейбер нахмурился. - Золотой ошейник не значит, что ты стал свободным человеком. Наоборот, ты будешь полностью зависеть от прихотей Садды, а она переменчива, как ветер зимой. Переспит с тобой разок-другой и велит зарезать.
      Блейд, уверенный в своих талантах, усмехнулся:
      - Не думаю. Но я хотел поговорить с тобой о другом. Расскажи мне о карлике. Кто он?
      Бейбер опустил глаза, его дружелюбное лицо внезапно приняло замкнутое выражение.
      Подождав немного, разведчик настойчиво произнес:
      - Пойми, мы все вступили на опасную тропу - и я, и ты, и воевода Растум. Да и карлик, пожалуй, тоже. И я считаю, нам стоит объединить усилия. Поэтому я должен знать, враг он или нет.
      Старик нахмурился и почесал свою плешь.
      - Я не могу поведать тебе всей правды, - признался он. Скажу только, что Морфо, как ты или Растум, работает на себя. И мне кажется, ты можешь доверять ему, - он снова поскреб плешь, подумал и добавил. - Возможно, это будет нашей смертельной ошибкой...
      Часом позже, когда за Блейдом пришли стражники, Бейбер осторожно шепнул ему:
      - Они отведут тебя к Садде. Будь осмотрительным. Кто знает, может нам обоим суждено прожить подольше.
      Блейд поднялся и отряхнул солому со своих штанов.
      - Не забудь про колеса, старик.
      В небольшой палатке стражей ярко горел факел. Сидевший за столом воин очищал от крови блестящий золотой ошейник, тряпка в его руках покрылась яркими алыми пятнами. Блейд понял, что ему, увы, не придется свести счеты с Аплонием.
      Монг закончил свою работу и передал ошейник другому воину:
      - Надень это ему на шею.
      Блейд стоял неподвижно, пока охранники закрепляли золотой обруч на его мощной мускулистой шее. Ошейник сел на нее очень плотно. Один из монгов безуспешно попытался просунуть палец под блестящую полоску металла.
      - Эй, да у этого парня шея как у вола! Садде придется заказывать новый ошейник.
      - Или новую шею, после того, как эту разрубят, - заржал его напарник и повернулся к Блейду. - Знаешь, ты у нее уже десятый за два года, так что лучше начинать молиться Оби прямо сейчас.
      После такого многообещающего вступления его отвели к высокому черному шатру. Стражники проводили его через несколько коротких коридоров с матерчатыми стенками, разделявшими шатер на множество небольших комнат. Наконец они остановились перед занавеской из плотной золотистой ткани, из-за которой доносился слабый, но вполне отчетливый аромат благовоний. Здесь стражи, не сказав ни слова, повернули обратно. Блейд пожал плечами, откинул занавес и сделал шаг вперед.
      В центре покоя стоял высокий подсвечник из резного дерева, на котором помаргивала неярким пламенем свеча из желтоватого воска. С минуту Блейд стоял неподвижно, давая глазам привыкнуть к столь скудному освещению. Затем он разглядел тяжелые, отливающие золотом, ковры на стенах и ложе в дальнем углу, по форме оно почти не отличалось от того, на котором он спал с Лали. Помещение наполнял аромат благородного лакированного дерева, смешанным с легким мускусным запахом духов Садды.
      Она сидела в двух шагах от него на низком деревянном стульчике по другую сторону входа; из всей одежды на ней сейчас осталась только полупрозрачная вуаль, прикрывавшая лицо. Отблески света играли на обнаженной, натертой маслом коже, на блестящих черных волосах, закрученных в какую-то замысловатую спираль; это величественное сооружение поддерживалось несколькими деревянными заколками. Ногти на ногах и руках горели ярко-алым, предплечья перехватывали два массивных золотых браслета.
      Садда шевельнулась, и браслеты ослепительно засверкали, отразив пламя свечи
      - Ты все еще не желаешь кланяться мне, Блейд?
      Он был готов к этому вопросу и решил придерживаться своей рискованной тактики до конца.
      Скрестив на груди могучие руки, он нежно улыбнулся женщине.
      - Я не стану кланяться, моя госпожа. И не думаю, что ты на самом деле этого хочешь. Тебе нужен настоящий мужчина, а не дрожащая крыса. Если я не прав, то мне скоро придется заплатить за свою ошибку.
      Под вуалью блеснула белозубая улыбка, и Блейд облегченно вздохнул. Он выиграл и на этот раз.
      - Ты отчаянный человек, Блейд. Но все верно, ты угадал. Я следила за тобой последние дни - ты настоящий мужчина. И сейчас тебе предстоит последнее испытание. Но сначала хочу кое о чем предупредить тебя. Запомни, второго предупреждения не будет.
      Садда резко хлопнула в ладоши, ковер на одной из стен сдвинулся вбок и пропустил в комнату двух телохранителей. Это были те самые щеголеватые и веселые молодые воины, которые встретили его у забора Теперь они не смеялись и выглядели весьма серьезно, даже торжественно. Молча склонившись перед Саддой, они застыли неподвижно, глядя на Блейда, словно на пустое место.
      - Они всегда со мной, Блейд, - проворковала Садда. - И у них отличный слух... стоит мне шепнуть слово, и они придут. Хорошенько запомни это.
      Женщина махнула рукой, и безмолвные стражи исчезли так же стремительно, как и появились.
      Хорошо, он запомнит. Внезапно Блейда поразила мысль: ведь она боится его! Кто ведает, может быть, в этом - главная причина его притягательности? Он словно опасная игрушка в руках любопытного ребенка.
      Садде, похоже, не понравилось, что пленник с таким спокойствием воспринял появление ее телохранителей: она вновь шевельнулась в кресле, и ее браслеты опять разбросали по комнате веер желтоватых бликов.
      - Ты знаешь, Блейд, я никак не могу придумать для тебя подходящее имя. Наверно потому, что ты такой странный. Так что я буду звать тебя просто Блейд. Не сир Блейд - я полагаю, что это слишком сложное имя для раба.
      - Ты права, - согласился разведчик. - Все равно я потерял право на этот титул, попав в плен.
      И тут она в первый раз расхохоталась. К его удивлению, смех Садды показался ему очень приятным, похожим на веселый бархатистый перезвон маленьких колокольчиков. Ее белоснежные зубы вновь блеснули из-под темной вуали.
      Блейд тоже улыбнулся и слегка склонил голову.
      - Я рад, что смог доставить тебе удовольствие, моя госпожа.
      - Только для этого ты здесь и находишься, - вновь засмеялась она. Ты должен развлекать меня - как я захочу и сколько захочу. И пока у тебя это будет получаться, ты можешь быть спокоен за свою шею.
      Спрятав в ладонь подбородок, она серьезно поглядела на Блейда.
      - Я видела, как ты убил Коссу. Кхад посадил меня под стражу, но я натянула какие-то тряпки и, выскользнув из шатра, быстро смешалась с толпой. Это по моему приказу перед троном Кхада вырыли ловушку, в которую ты угодил... Видишь, ты охотился за мной, а я - за тобой... - ее зубы снова сверкнули в улыбке. - Когда ты сражался с Коссой, я заметила в тебе только ненависть. Но теперь ты ласков со мной. Почему?
      - Я не ласков, - грубовато ответил он. - К чему нам вспоминать о таких вещах? Я - твой раб. Ты послала за мной, и вот я здесь. Не стоит терять времени.
      Она откинула голову и засмеялась.
      - А ты нетерпелив, Блейд, очень нетерпелив! Вспомни, я решаю, что мы будем делать - говорить или заниматься любовью. И ты не притронешься ко мне, пока я не разрешу.
      - Я понимаю, моя госпожа, - Блейду казалось, что он уже подобрал ключик к капризам этой особы. Нужно быть смелым, но не безрассудным. Льстить, но не унижаться. Если он сумеет постоянно подогревать ее интерес, то несколько приятных месяцев до отправки домой ему обеспечены.
      Садда встала и подошла к нему.
      - Не двигайся, - она предупреждающе подняла ладонь.
      - Как пожелаешь. - Скрестив руки на груди, Блейд терпеливо ждал, с трудом подавляя разгоравшееся желание.
      Она остановилась и стала потягиваться словно кошка, коснувшись пальцами низкого потолка; ее груди прыгнули вверх. Садда сделала пируэт, по-прежнему не спуская глаз с Блейда.
      Ее натертая маслом кожа блестела подобно расплавленному золоту; плоский живот отражал пламя свечи как бронзовое зеркало.
      - Я нравлюсь тебе, Блейд? Ты хочешь меня?
      Пожалуй, на этот вопрос он мог бы ответить совершенно искренне. Ему становилось все труднее дышать от едва сдерживаемого напряжения, и лишь гигантским усилием воли он сохранял спокойствие.
      - Я мужчина, моя госпожа, - он коротко кивнул. - И я хочу тебя. Долго ли мне еще ждать?
      Она рассмеялась негромким горловым смехом.
      - Столько, сколько я пожелаю, Блейд. Удовольствие надо растянуть... и существует не единственный способ вкусить его.
      Она улыбнулась и, схватив Блейда за руку, повлекла к ложу. Медленно она опустилась на колени, затем перекатилась на спину и раздвинула ноги.
      - А теперь покажи мне, на что ты способен, Блейд, - ее голос срывался от возбуждения. - Возьми меня... Докажи свою силу...
      Блейд опустился на нее, ощущая жаркий трепет покорного тела.
      - Докажи мне, докажи... - звенело у него в ушах.
      Глава 10
      Блейд спал теперь на пушистом ковре перед золотистой занавеской, закрывающей вход в покои Садды. Как ее любимый постельный раб, он получил плетку и деревянный кинжал. Эти символы его нового положения весьма удивили охранниковмонгов; теперь они относились к нему с таким же презрением, как прежде к Аплонию. Если бы Блейд предпочел умереть, но не ложиться с Саддой в постель, они стали бы восхищаться им, как уже было однажды; они сложили бы о нем песни и помнили о храбреце долгие годы. Теперь же он превратился для них в еще одного трусливого раба, который спас свою жизнь, потеряв честь. Они явно его недооценивали. И это было хорошо.
      Когда в четвертый раз Блейд покинул сладко спящую Садду на ее ложе, закрыл занавеску и устроился на своем ковре, откуда-то из-за стены послышался тоненький шепот:
      - Сир Блейд, ты здесь? Сир Блейд?
      Разведчик тяжело приподнялся, сонно помотал головой и почесал ухо. Неужели ему померещилось?
      - Сир Блейд, ты слышишь, меня? Это я, Морфо!
      Блейд сел, зевая и протирая глаза. В конце коридора горел одинокий факел; по стене двигалась едва заметная тень вышагивавшего снаружи охранника. Больше - ни звука, ни шевеления. Садда спит, в этом он был уверен на сто процентов.
      - Да где же ты? - недовольно прошептал Блейд.
      - Слева от тебя, в комнате Трины. Она спит и не знает, что я залез сюда. Слушай внимательно, сир Блейд, у меня слишком мало времени.
      Прислушиваясь к тихому шепоту карлика, Блейд ощутил странное удовлетворение. Для этого человека он остался сиром Блейдом. Да, от многого пришлось отказаться, чтобы сохранить себе жизнь, и это совершенно его не радовало.
      Он повернулся на коврике, приблизив голову к плотной матерчатой перегородке, отделяющей закуток служанки от коридора.
      - Я слышу, тебя, Морфо. - Он ясно представил себе маленького человечка, скорчившегося за стеной в своем дурацком костюме, с вечно жизнерадостной ухмылкой на изборожденном морщинами лице.
      - Ты сможешь утром зайти в загон к Бейберу? - продолжал шептать Морфо. - Он скажет тебе то, что я не успею... времени слишком мало. Вы уже беседовали с ним об этом, но обстоятельства изменились. Ты понял меня?
      Блейд уже совсем проснулся. Расширившимися глазами он следил за смутной тенью охранника.
      - Бейбер говорил мне о переменах.
      - Да, о переменах. Постарайся пробраться к нему завтра, и он расскажет тебе больше.
      Молчание.
      - Морфо, - позвал Блейд, но ему никто не ответил. Гном исчез так же бесшумно, как проник сюда. Блейд почувствовал, что теперь ему не уснуть; мозг моментально включился в работу, просчитывая варианты событий. Что же заставило Морфо рисковать шкурой, пробираясь сюда? Неужели время пришло?
      Утром удача вновь улыбнулась Блейду. Садде пришлось уехать к Кхаду, и она забрала с собой всех служанок и часть охраны. Его госпожа выглядела встревоженной, но, прощаясь с ним, улыбнулась и погладила по щеке, словно любимую собаку. Затем на лицо ее набежали тени; вскочив в седло, Садда пришпорила лошадь и умчалась.
      Ходили слухи, что Кхад снова обезумел, и никто, даже его сестра, не может чувствовать себя в безопасности. В такое время он страстно ее желал, рыдая от ярости, потому что искалеченное тело отказывалось ему служить. А монги молились и прятали своих малолетних дочерей.
      Блейд не спеша оседлал своего конька и, состроив гримасу, - точь в точь как у Аплония, когда тот снисходил до разговоров с охраной загона, тронулся в путь. Стражники, заметив его, сникли и стали неуверенно переглядываться.
      Пока разведчик спешивался, в голову ему пришла замечательная идея. Возможно, ему удастся убить двух зайцев одной стрелой.
      - Я пришел посмотреть на старого дурака Бейбера, - гордо провозгласил он. - Этот болван испортил слишком много хорошей соломы, пролеживая на ней бока и надуваясь броссом. Госпожа сказала, что я могу завести собственного раба. И я выбрал Бейбера, потому что моя плетка сильно скучает по его спине.
      - Да, всемогущий повелитель, - ухмыльнулся охранник, - как скажешь. Но разве ты способен приделать ноги калеке?
      - Еще как, болван, - Блейд не снизошел до объяснений. - И ты мне в этом поможешь. Сходи-ка к фургонам и принеси мне доску вот такой величины, он растопырил руки и показал, какая доска ему нужна.
      - Но, сиятельный господин, - засомневался охранник, - дерево так дорого. Не стоит тратить его на ничтожного раба.
      Это было чистой правдой. Монгам приходилось рубить деревья в дальних северных лесах и возить бревна и доски в фургонах.
      Прикинув, как поступил бы на его месте Аплоний, Блейд решил рассердиться.
      - Делай, как я сказал! - его плетка свистнула и опустилась на голову стражника. - Или я пожалуюсь госпоже!
      Монг отступил на шаг и потер щеку, на которой наливался кровью рубец. Его глаза с ненавистью уставились на Блейда.
      - Ладно, великий воевода, - он притворно поклонился. - Я не могу сейчас отлучиться с поста, но пошлю человека за доской, которая тебе нужна.
      - Ну, смотри, - Блейд щелкнул плеткой и нырнул в загон.
      Кроме Бейбера, там находилось еще три пленника, они поглядывали на Блейда из своих конур, обмениваясь непристойными замечаниями в его адрес. Разведчик не обратил на них внимания - это были всего лишь воры, ожидавшие, пока палач отрубит им правую руку.
      Бейбер, завидев Блейда, подполз к выходу из своей хижины и настороженно уставился в его лицо. Видимо, он хотел определить, изменился ли его приятель за эти четыре дня, и если да, то в какую сторону.
      Блейд без предисловий вытянул его плетью.
      - Мне придется отхлестать тебя, - тихо произнес он, - иначе все покажется слишком подозрительным.
      Бейбер мигнул и склонил голову.
      - Конечно, мой друг. Только не переломай мне кости... Гному удалось до тебя добраться?
      - Да. - Блейд обрушил еще один удар на его спину. - Поэтому я здесь. Что случилось?
      Старик вновь поднял голову.
      - Я вижу, ты не изменился. Хотя выглядишь, как петух в курятнике.
      Блейд еще раз вытянул его по спине, затем шагнул назад и громко заговорил:
      - Не смей глядеть на меня, падаль! Я говорю, ты будешь служить мне! У меня даже такое дерьмо, как ты, забегает не хуже обезьяны!
      - Неплохо у тебя получается, - ухмыльнулся Бейбер.
      - Давай, не тяни, - потребовал Блейд. - Я не могу околачиваться здесь целую вечность. Садда не знает, где я, но если пронюхает, мне обеспечена масса неприятностей.
      - Карлик вчера приходил и ко мне, - начал Бейбер, - пошептаться. Слушай-ка, - он опасливо глянул по сторонам, - не забывай про плеть, а то стражники не поверят.
      Блейд, изрыгая проклятия, снова стегнул его.
      - Растум уже готов, - сообщил Бейбер. - Через три дня состоятся празднества по случаю именин Кхада, тогда он и ударит. Если пойдешь с ним, для тебя найдутся доспехи и оружие.
      - Я готов, - разведчик кивнул, покосившись в сторону стражей. - Но как нам встретиться и все обговорить? Он военачальник, я - раб; я не могу свободно передвигаться по лагерю. Он сумеет вызвать меня?
      - Судьба уже позаботилась об этом. Поймали шпиона из-за стены. Под пыткой он признался, что императрица Мей послала его к тебе на выручку. Кхад пришел в ярость, и Растум все время подогревает его гнев. Он говорит, что тебя надо посадить под замок, пока более удачливые шпионы не помогли тебе вырваться отсюда.
      Блейд нахмурился. Сейчас такая перспектива его мало устраивала.
      - Почему же этого не сделали сразу?
      - Кхад болел... Потом есть еще и Садда... Она тебя защищает. Наверно, ты произвел на нее неотразимое впечатление.
      Эта новость показалась разведчику весьма примечательной, и он решил поразмышлять над ней немного попозже.
      - Слушай, Бейбер, - задумчиво сказал он, снова замахнувшись плеткой, - а Садда и Растум не могли сговориться?
      - Исключено, клянусь тебе! Растум не доверяет ей. Она, конечно, оказывает ему знаки внимания, я тебе это уже говорил, но он только улыбается и молчит. А почему ты спрашиваешь, Блейд? Разве Садда сказала тебе, что Растум - ее человек?
      - Нет, - разведчик покачал головой. - Мы мало разговариваем. Она предпочитает другие занятия.
      Бейбер помрачнел.
      - Ну, ладно. Будем рассчитывать, что она не успеет вмешаться, и Растум без помех наложит на тебя лапы. Вот тогда вы встретитесь и обо всем поговорите.
      Внезапно Бейбер повалился под ноги Блейду, потрясая кулаками и выкрикивая ругательства.
      Блейд оглянулся. Все правильно - подходил охранник с доской.
      - Ты сделал колеса, как я приказывал? - плеть снова запела в воздухе.
      - Да, - шепнул Бейбер. - Они спрятаны в соломе вместе с ножом.
      - Хорошо. Сейчас принесут доску. Сделай из нее все, что нужно, и не забудь про пару костылей - иначе будешь отталкиваться от земли кулаками. Мне уже пора. Прости, старик, что я тебя так отколошматил.
      Залитое кровью из ссадины на лбу лицо Бейбера ухмыльнулось вслед Блейду.
      - Я буду молиться своим богам. До свиданий, мой друг.
      Подошел страж и швырнул доску в конуру калеки.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12