Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Храмы Айокана

ModernLib.Net / Лорд Джеффри / Храмы Айокана - Чтение (стр. 5)
Автор: Лорд Джеффри
Жанр:

 

 


      Вершину холма заполонили Священные Воины и жрецы. Если бы кто-то из них потерял сознание от жары и духоты, то не свалился бы на землю, а остался на ногах - так плотно стояли они друг к другу. Однако рядом с валуном были расчищены две площадки. На одну из них согнали нагих женщин и мужчин - судя по бессмысленным глазам, напичканных наркотиками. Блейд рассудил, что это менее значительные жертвы, которые должны были разогреть толпу перед главным номером программы - его собственной персоной.
      Вторая площадка была пуста. Заметив удивленный взгляд разведчика, Птерин поспешил ответить на его невысказанный вопрос. Как обычно, главный жрец был не прочь похвастаться.
      - Это Круг Владык. Да, воин, сам повелитель Хуракун присутствует на Великом Жертвоприношении вместе с сыновьями Кенасом и Пиралу. Пиралу - самый преданный Айокану член владычной семьи, всегда оказывающий ему почести и старающийся угодить. Впрочем, никто никогда не отказывает всемогущему Айокану в почтении. - Тон жреца ясно давал понять, что ни у владыки, ни у его сыновей нет другого выбора, если они хотят сохранить трон и жизнь. - У тебя есть еще один повод для радости: посылая твой дух Айокану, наш повелитель Хуракун получает возможность умилостивить всемогущего бога.
      Птерин не добавил традиционную ритуальную фразу, поразив тем самым Блейда до глубины души. "Не иначе, язык у него сегодня отсохнет за такое богохульство", - не без удовольствия подумал странник. Чувство юмора, к счастью, никогда его не покидало.
      Внезапно от подножия холма послышался барабанный бой и свист флейт. Посмотрев туда, Блейд увидел, как толпа расступается, освобождая проход колонне одетых в черное воинов. В ее середине двигалась небольшая группа людей, облаченных в черные туники и огромные черные головные уборы, украшенные перьями.
      - Приближаются повелитель с сыновьями, - сообщил Птерин.
      Владыка и его свита быстро поднялись на холм. На самом его верху сопровождавшие их стражи замерли, а трое мужчин в черных туниках и огромных головных уборах уселись на специально отведенные им белые плиты. Жрецы и Священные Воины расступились, давая пройти владычному семейству, затем вновь сомкнули ряды.
      Присутствие повелителя и его воинов осложняло и без того непростую ситуацию. Блейд уже сомневался, не сглупил ли он, так долго выжидая. Вместо того чтобы получить лучший шанс для побега, он раз от разу получал все более худший. Ему придется действовать совсем скоро - если он вообще думает действовать.
      В это мгновение снова забили барабаны и взвыли флейты. По мнению Блейда, они ужасно шумели, и он искренне сожалел, что в детстве медведь не отдавил ему оба уха - может, тогда бы он принял этот визг и вой за музыку. Внезапно бросившись к группе нагих мужчин и Женщин, четверо воинов выхватили совершенно не сопротивляющегося юношу, который был даже не в силах передвигать ноги, пока его тащили к огромному белому валуну. Как только Священные Воины уложили его на блестящую ровную поверхность, появились девять жрецов, взялись по двое за каждую конечность юноши, а девятый, Птерин, вынув огромный бронзовый нож из специального углубления в камне, высоко поднял клинок и несколько раз провел им над грудью распростертой жертвы. Блейд понял, что жрец рисует в воздухе крылья летучей мыши.
      Затем нож пошел вниз, врезавшись в тело чуть ниже грудной клетки. Юноша дернулся, но не закричал, хотя глаза у него выкатились из орбит. Он так и не издал ни звука, пока жрец потрошил его, рисуя ножом на животе крылья летучей мыши. Закончив свою кровавую работу, Птерин выкрикнул какое-то слово. Тут же взвизгнули флейты, забили барабаны, и верхняя часть валуна с телом на ней внезапно исчезла из поля зрения.
      Блейд сглотнул слюну. Зловещее молчание, сопровождавшее движения острого ножа, действовало на нервы сильнее, чем жуткие вопли и стоны. Сам он, решил странник, молчать не собирается, и они от него услышат много нового и интересного - в частности, все, что он думает о них и об их боге-садисте.
      Священные Воины уже тащили следующую жертву, молодую женщину. Она тоже умерла молча. Блейд с отвращением замечал, как меняются выражения лиц окружавших его жрецов и воинов: на них появилась мерзкая похотливая жажда крови. Еще чуть-чуть, и они настолько увлекутся происходящим, что забудут о нем, и тогда снова забили барабаны и засвистели флейты, выпевая новый, довольно сложный ритм, С грохотом открылась дверь, едущая в подземный храм, и из темноты появилась фигура, которая могла разве что присниться в кошмарном сне. Тело ее было человеческим, окрашенным с головы до ног в белый цвет, но шею венчала огромная голова летучей мыши с длинными ушами, не меньше чем по футу длиной, и горящими красными глазами. На плечах крепились синие кожаные крылья, длиной футов шесть, отведенные назад, слегка трепыхавшиеся с каждым шагом чудища. Талию перехватывал широкий синий пояс, с которого свисал длинный нож с усыпанной драгоценными камнями рукоятью.
      К счастью, Блейда было не так легко запугать и уж совсем тяжело одурачить. Появление чудовища послужило сигналом нетрудно было догадаться, что это и есть верховный жрец Сакула и что его прибытие должно предшествовать Великому Жертвоприношению. Блейд обвел взглядом окружавших его служителей Айокана - все они смотрели на верховного жреца, и, значит, настало время действовать.
      Отступив на шаг, он ринулся в атаку и со всей силы врезался в двух воинов, стоявших прямо перед ним. Их отбросило вперед; правда, они не упали, потому что люди на вершине холма сгрудились в плотную массу, подпирая друг друга спинами и локтями. Вместо этого они налетели на стоявших перед ними воинов, которые, в свою очередь, врезались в тех, что стояли перед ними, те - в следующих, и так далее (в родном измерении это называлось "эффект домино", по аналогии с падающими костяшками). Неожиданность нападения сделала свое дело - перед Блейдом открылся проход.
      Он бросился туда, по дороге вырвав топорики из-за поясов у двух воинов, и с силой ударил ими куда пришлось. Брызнула кровь, и два человека повалились наземь. Блейд с горящими глазами, размахивая оружием забрызганный чужой кровью, ринулся вперед.
      Один из воинов кинулся на него с мечом. Может, слуга Айокана вовсе не был таким смельчаком, а просто получил хороший толчок в спину - в любом случае, это не играло роли. Блейд парировал его удар одним топориком и рассек нападавшему горло другим. Воин стал судорожно хватать ртом воздух, стараясь рукой зажать рану, но кровь лилась сквозь его пальцы.
      Служитель Айокана пошатнулся и, споткнувшись о чью-то ногу, рухнул, а на него сверху свалились еще два воина и три жреца. Остальные не были ранены, но громко вопили от ужаса.
      Как известно, страх заразителен. Паника распространилась в мгновение ока, и вот уже стройные ряды жрецов и воинов дрогнули и рассыпались. Служители Айокана истошно кричали, отпихивая стоявших рядом, лягались и пихались, ругая, проклиная и толкая Друг друга. Всем хотелось одного - оказаться подальше от этого демона в человеческом обличье. Если бы Блейд внезапно превратился в Айокана и начал пить кровь и пожирать плоть жрецов и воинов, они едва ли испугались бы сильнее.
      Но торжествовать было рано: предстояло расчистить себе дорогу к краю холма. Разбив топориком череп очередному воину, странник с силой наступил на чью-то ногу, попавшуюся на пути, и услышал, как треснула кость. Когда человек закричал от боли и ужаса, Блейд подпрыгнул вверх и переломил жестоким ударом кому-то плечевую кость, вызвав новый вопль ужаса. Разведчик чуть не упал, потеряв равновесие; он был уязвим в эту секунду, но подумал о том лишь один воин, тут же бросившийся к нему с обнаженным клинком. Странник успел выставить вперед топорик, и воин, не успевший затормозить, едва не проломил обухом грудину. Это его остановило. Блейд замахнулся вторым топориком и чуть не отсек противнику голову, рубанув по шее. Тот всхлипнул и согнулся пополам; кровь хлынула у него изо рта и разрубленного горла.
      Поверженный упал на спину, и теперь, перешагнув через него, можно было немного продвинуться вперед. Блейд перепрыгнул через труп, врезавшись в жреца, стоявшего в конце открывшегося прохода. Разведчик не стал утруждаться и отрубать ему голову - он просто толкнул святого человека как следует, и этого оказалось вполне достаточно.
      А вот попавшийся на пути воин не был святым человеком: он тоже отлетел в сторону, но из разбитого черепа у него фонтаном била кровь. Блейд выхватил у падающего солдата из-за пояса меч и швырнул один из топориков в середину толпы. Теперь ему требовалось что-нибудь подлиннее, чтобы расчистить себе дорогу.
      Неудобство состояло в том, что он не мог как следует размахнуться, а без замаха меч и топор теряли половину убойной силы. "Проклятие, - бормотал вполголоса Блейд, нанося свирепые удары, - чертовски недалекий народ в этом Чирибу... даже кинжал выдумать не сумели... только горазды кишки выпускать из жертв..."
      С мечом в одной руке и топориком в другой он упорно пробивался сквозь людскую массу. Через головы служителей Айокана Блейд разглядел, что некоторые Священные Воины начали понемногу приходить в себя и схватились за оружие. Паника пошла на спад, и если Священные Воины до него доберутся... Правда, им придется убить и ранить немало своих, чтобы достичь того места, где находился странник, да и сам он отнюдь не собирался праздно поджидать преследователей.
      Теперь на пути у него оставались только два Священных Воина. Эти не бросились в бега, но не сумели оказать Достойного сопротивления: едва они кинулись к Блейду, как дорогу им пересек один из жрецов, все повалились в кучу - два воина, жрец и Блейд.
      Придя в себя, разведчик врезал обухом жрецу по почкам - и тот отлетел в сторону, жалобно пискнув. Как только открылся проход, Блейд выставил вперед меч и пронзил им горло одного из воинов. Из огромного разреза хлынула алая кровь, заливая синие кожаные доспехи; воин застыл на месте, а потом свалился на своего товарища, прямо на вытянутый меч. Блейд отбился от второго воина своим топориком, ударив по клинку с такой силой, что тот вылетел из руки и покатился вниз по склону, а затем ловко разрубил противнику бедро. Тот, охнув, отшатнулся, упал, потеряв равновесие, и отправился вслед за своим мечом. Секундой позже за ним ринулся Блейд, перепрыгнув через низкое заграждение, которым была обнесена площадка на вершине храма.
      Несколько секунд разведчик не мог поверить, что удача ему улыбнулась. Он постоянно оглядывался, ожидая, что кто-то бросится на него, упадет под ноги или замахнется мечом. Но склон холма был пуст. Зато внизу его ждали выстроившиеся шеренгой Священные Воины, и ему нужно было пробиться сквозь этот живой заслон.
      Стражники, стоявшие внизу, полезли вверх, чтобы встретить бунтовщика на полпути. Блейд услышал выкрики, в толпе началось движение, но люди, собравшиеся у холма, были безоружны и не могли ничем ему помочь - даже если б захотели. Он быстро обвел взглядом Священных Воинов. Их было около тридцати, и все они с воинственным видом размахивали топориками и мечами. Что творилось у него в тылу, на вершине пирамиды, разведчик не знал.
      Последний убитый им воин валялся посередине откоса, все еще сжимая в руке топорик. Бросившись к нему, Блейд выхватил оружие из мертвой руки, сунул за пояс, а затем двинулся вниз, навстречу новым противникам. Приближающаяся линия стала неровной, воины заколебались и остановилась. Очевидно, они не могли никак определиться - то ли растянуть ряды, то ли атаковать в плотном строю. Возможно, они не поддались панике, как их собратья на вершине холма, но никому из них не хотелось биться в одиночку со страшным чужеземцем. Они все еще не успели прийти к решению, когда Блейд набросился на них,
      В тридцати футах от их шеренги он выхватил из-за пояса второй топорик, послав его в ближайшего противника. Тот постарался увернуться, но действовал слишком медленно или слишком неловко - топорик врезался ему в правое плечо, и пальцы раненого разжались, выронив меч. Правда, воин не уступил дорогу Блейду. Была ли это храбрость или просто ступор, разведчик не знал, но воин остался стоять на месте, покачиваясь и выкатив глаза. Решив, что атаковать на полной скорости не стоит, странник сбавил шаг и угрожающе поднял меч.
      Противник двинулся вперед, и Блейд вонзил клинок в тело воина. Тот умер мгновенно, но меч застрял меж ребер, и Блейд потерял несколько драгоценных секунд, пытаясь его высвободить, в отчаянии дергая и поворачивая из стороны в сторону. В это время соратники погибшего набрались храбрости и с двух сторон кинулись в атаку.
      Блейд отпрыгнул как раз вовремя: на том месте, где он стоял, два клинка рассекли воздух. Ему удалось спастись, но он бросил свой меч, оставшись с одним легким топориком.
      Правда, ненадолго. Враги, увидев, что он лишился оружия, несколько осмелели и понеслись на него скопом, мешая друг другу. Никто из них не мог замахнуться мечом или топориком, у Блейда же хватало пространства для маневра. Он метнулся вперед подобно змее, ударил атаковавшего его воина и на лету поймал оброненный им меч. Затем рассек бедро следующему нападавшему, и тот, дико закричав, отлетел в сторону - от левой ноги у него остался короткий обрубок, на правой сочился кровью глубокий разрез. Вместе с ним свалились двое его товарищей, один из них покатился вниз по склону.
      Теперь странник опять был полностью вооружен; его меч и топор поблескивали в солнечных лучах, он был готов к новой атаке. Правда, пока он перевооружался, воины в синем приблизились к нему вплотную, окружив со всех сторон. Блейд был уверен, что без труда одолеет троих или пятерых, но стражей оказалось гораздо больше. Отражая нападение, разведчик отсекал конечности, наносил страшные раны, Дробил черепа; его клинок ударялся о клинки противников, пронзал чужую плоть и рассекал кости.
      Блейд чувствовал, как с него градом льется пот, а сердце бешено колотится о ребра. Он уже с трудом дышал, ноги подкашивались, руки с каждой секундой все больше наливались свинцом, а меч и топорик будто весили по сотне фунтов каждый. К тому же меч быстро тупился: бронза - мягкий металл, и она уже трижды отработала свое. Вскоре клинок стал напоминать пилу и не пронзал врагов, а наносил страшные рваные раны. Заметив это, Священные Воины воспряли духом и подобрались к страннику поближе.
      Через несколько минут Блейд убедился, что ему не выиграть это сражение. Он помнил, как секунду назад судорожно искал щель между воинами, думал, как побыстрее пробиться вниз, но вдруг это перестало его волновать. Теперь он беспокоился лишь о том, как убить побольше врагов, прежде чем они до него доберутся. Он уже и так постарался, чтобы это Великое Жертвоприношение стало самым памятным в истории Чирибу, но он был готов драться до тех пор, пока не остановится сердце.
      Уделяя теперь меньше внимания обороне, Блейд наносил могучие удары. На его теле появились царапины и порезы, к счастью мелкие, потому что мечи Священных Воинов тоже притупились. Он усмехнулся, чувствуя, как струйки крови стекают по плечам и бедрам, смешиваясь с соленым потом. Он больше не отвечал стандартам идеальной жертвы Айокану: его грудь, руки и ноги были изуродованы, а значит, каким бы сильным ни считался его дух, он больше не подходит для всемогущего бога. Великое Жертвоприношение основательно испорчено, и, независимо от мнения Айокана, Птерин с верховным жрецом будут точно недовольны. Это несколько утешало Блейда.
      Вокруг него поднялся шум, и он перестал различать даже звон мечей и свое собственное тяжелое дыхание - новые резкие звуки вытеснили их, заполонив мозг.
      С удивлением он понял, что это свистят флейты и что их свист приближается. Затем Блейд осознал, что Священные Воины больше не пытаются напасть на него и ему не надо поднимать отяжелевшие руки, чтобы отбиться от них. Стражи в синем отступили назад, оставив разведчика в одиночестве на склоне холма, внутри которого находился величайший храм Айокана. Все камни вокруг были залиты кровью и завалены телами убитых.
      Посмотрев в том направлении, откуда доносились звуки флейт, Блейд увидел, что к нему направляется колонна одетых в черное воинов Хуракуна. Они шли вниз по склону, обнажив мечи, а возглавляли шествие флейтисты. Разведчик с трудом сдержал стон. Проклятие! Значит, охрана владыки решила вмешаться! Ну что ж, они, как и Священные Воины, скоро поймут, что его не так-то просто взять живым... Правда, он устал, а от жары и потери крови у него начала кружиться голова. Это облегчало труд владычным воинам, но он все равно не сдастся!
      Подумав об этом, Блейд отбросил свой затупившийся меч и принялся высматривать более острый среди поверженных тел.
      Он уже нагнулся за оружием, когда флейты вдруг смолкли, а с вершины холма послышался крик. Подняв голову, разведчик увидел, что владыка в черной тунике и огромном головном уборе, украшенном перьями, направился к самому краю белых плит. Перья над его головой раскачивались при каждом шаге, рука повелительно тянулась к Блейду - видимо, Хуракун собирался произнести речь.
      Голос у правителя Чирибу оказался довольно высоким, почти женским, но звучал громко и властно.
      - Я, Хуракун, повелитель, объявляю перед народом Чирибу, что намерен воспользоваться своим правом, помиловав этого человека, воина и бывшего пленника жрецов Айокана, предназначенного в этот день для Великого Жертвоприношения. Я повелеваю отвести его в Дом Помилованных, предоставив ему там убежище, кров и пищу. Я сказал! Пусть мои воины проводят туда помилованного.
      За словами владыки последовали еще какие-то объяснения, какой-то шум среди служителей Айокана и стоявших внизу людей гнев, удивление или радость, но Блейд ничего не слышал. Когда одетые в черное воины окружили странника, ноги его подкосились, он упал и почувствовал, как щеку обжег раскаленный на солнце и липкий от крови камень.
      Затем Ричард Блейд потерял сознание.
      Глава десятая
      Синяя холодная река крутила пирогу, неумолимо подталкивая ее к гигантскому водопаду. Блейд греб, изнемогая от усилий. Он был один. До водопада оставалось не больше полусотни ярдов, и он налег на весла, пытаясь пристать к берегу, но сил не хватало, и туман - в том месте, где кончалась голубая вода, - все приближался. Ближе... еще ближе... Затем мгла сгустилась, затопив все вокруг, пирога стремительно полетела вниз, к мутным волнам Нижней Реки, но разведчик почему-то не испугался. Ощущения падения не возникало.
      Он удивился этому, но вдруг обнаружил, что не сидит в пироге и никуда не падает. Это открытие просто потрясло его - он чувствовал себя по меньшей мере Эйнштейном, догадавшимся, как связаны энергия и масса тел. Он попытался вникнуть в суть открытого им феномена, но тут же прекратил это бессмысленное занятие. Безотказное умение концентрироваться и анализировать происходящее куда-то исчезло, да к тому же ужасно чесался нос. Блейд чихнул и открыл глаза.
      Он лежал на огромной мягкой постели, и голова у него кружилась от знакомого запаха.
      "Наркотик! Проклятые кусты!" - пронеслось у него в голове.
      Сделав над собой усилие, он окончательно пришел в себя.
      Блейд утопал в пуховой перине, застилавшей кровать черного дерева. Стойки в углах его ложа обвивали вырезанные из дерева змеи, на голове у каждой торчали три огромных рога. Глядя на них, странник задумался. Черный цвет - символ? Три рогатые змеи... Что бы это значило?
      Вдруг он хлопнул себя ладонью по лбу. Ну, конечно! Он в Доме Помилованных властителя Чирибу! Местный король, местные принцы и их стражники носили черный цвет, а знамена и щиты воинов украшали трехрогие змеи. В комнате висел знакомый сладковатый запах, но не было ни одурманенных женщин, ни несчастных евнухов, ни озверевших фанатиков в масках. Сообразив это, Блейд несколько расслабился и не спеша осмотрелся, больше не опасаясь, что кто-то бросится на него, чтоб принести в жертву треклятому богу или просто выпустить кишки.
      Помещение оказалось просторным, полным свежего воздуха и солнечного света, проникавшего внутрь сквозь большие сводчатые окна. Стены и потолок были выкрашены в бледно-зеленый цвет, пол выложен черными и темно-красными плитками. Несколько цветущих растений благоухали в бронзовых вазах, стоявших у выхода на балкон, и легкий ветерок приносил в комнату их терпковатый запах. Недалеко от ложа на полу были брошены пояс с мечом и топорик - то оружие, которое, видимо, находилось у Блейда в руках, когда он лишился чувств. Сообразив, что он не беззащитен, Блейд несколько приободрился.
      Внимательно оглядев себя, он выяснил, что его с ног до головы обмотали тканью, смоченной в местном наркотическом бальзаме, - по крайней мере, он надеялся, что их смочили именно в целебной смеси наркотического вещества. Впрочем, учитывая, что он находился под защитой правителя Чирибу, вряд ли могло быть иначе. Повязки скрывали не только торс, но руки и ноги, которые, как помнилось Блейду, были всего лишь поцарапаны. Странно... Он наморщил лоб. Детали сражения на холме начали медленно всплывать в памяти.
      Чьи-то быстрые мягкие шаги отвлекли его от размышлений. Блейд вскинул голову, расслышав голоса двух людей: мужской бас недовольно гудел что-то неразборчивое, ему отвечало мягкое женское сопрано. Секунду спустя в одном из окон-арок возник силуэт невысокой грациозной фигурки.
      Странник встряхнул головой, опасаясь, что прекрасное видение сейчас исчезнет. Он так хотел, чтобы оно обратилось реальностью!
      Видение не растаяло, не растворилось в солнечном свете. Через пару минут незнакомка с мягким сопрано вошла в комнату и оказалась вполне зрелой женщиной: странник увидел, что в уголках ее глаз и рта залегли морщинки, говорившие о том, что ей не меньше тридцати. Правда, фигура ее, подобная пальме, заставила бы стыдливо потупиться даже голливудскую кинозвезду. Небольшая высокая грудь и стройный стан поражали совершенством форм, которых не могла скрыть одежда. Черные блестящие волосы, зачесанные назад, отливали синевой. На ней было нечто вроде туники из полупрозрачного шелка, но, к великому сожалению Блейда, из-под туники проглядывала бледно-зеленая сорочка, скрывавшая все остальные подробности.
      Подойдя к его ложу, женщина остановилась в изголовье и посмотрела на странника сверху вниз. Прекрасные чувственные губы дрогнули в легкой улыбке.
      - Стало быть, ты проснулся, воин. Как тебя называют в той стране, откуда ты родом? Назови мне свое имя, если оно у тебя есть. В противном случае нам придется и дальше называть тебя "воином", подобно жрецам Айокана, а они не лучший пример для подражания.
      Последняя фраза была произнесена с таким отвращением, что Блейд несколько воспрянул духом. Оглянувшись, он заметил то, что укрылось от его взгляда раньше, в пестро раскрашенной комнате не имелось ни одного предмета белого, оранжевого или синего цвета. К слугам Айокана здесь явно не испытывали сердечной привязанности
      - Меня зовут Ричард Блейд, - медленно произнес он, - А народ, к которому я принадлежу, называют англичанами.
      - Я никогда о них не слышала, - призналась женщина. - Они живут на севере, за горами?
      Несколько секунд Блейд не мог понять, что она имеет в виду, затем сообразил, что женщина, скорее всего, говорила о тех самых горах, в которых он пытался провести свою первую ночь в этом злосчастном измерении. Северные горы, похоже, служили границей известного этим людям мира.
      - Да, англичане живут на севере, далеко за горами, произнес он.
      - Как далеко? - тут же поинтересовалась незнакомка.
      - Почему ты спрашиваешь?
      Закусив губу, женщина опустила взгляд. Она явно не ожидала, что он настолько придет в себя, и, видимо, надеялась многое узнать, ничего при этом не сказав пришельцу. Блейд не сомневался, что сейчас она раздумывает над тем, стоит ли говорить ему правду.
      Наконец женщина осторожно произнесла:
      - Ты - самый сильный воин, которого когда-либо видели в Чирибу или в Гонсаре.
      - Гонсаре?
      - Стране, что лежит ниже по течению Великой Реки, на юге, ближе к Темному Морю.
      - Понятно.
      - А если все англичане такие же, как ты? - продолжала женщина. - Тогда тысяча ваших бойцов может разбить наше войско, сколь бы велико оно ни было. Десять тысяч англичан завоюют Чирибу вместе с Гонсаром с такой же легкостью, как девушка-крестьянка достает яйцо из-под несушки.
      Блейд улыбнулся. Ему понравилась честность темноволосой незнакомки, и он решил отплатить той же монетой.
      - Не беспокойся. Англия находится так далеко, что ее армия никогда не доберется до Чирибу, - сказал он.
      Конечно, в том случае, уточнил он про себя, если лорд Лейтон не откроет способ перебрасывать сотни человек в Измерение Икс.
      - Даже если б наше войско добралось до гор, - продолжал Блейд, - оно не смогло бы через них перебраться. Мы несколько раз посылали лазутчиков, но если кто-то из них проник в Чирибу, то обратно в Англию он не вернулся. - Это высказывание, разумеется, нельзя было считать абсолютно правдивым, но оно придавало вес первой посылке. Так что Блейд с чистой совестью закончил: - В любом случае тебе не надо тревожиться. Дело в том, что я гораздо лучший воин, чем большинство англичан.
      Тут, по крайней мере, он не солгал. Когда он учился в Оксфорде, лишь немногие посещали Медиевальный Клуб, и никто из них не мог сравниться с Ричардом Блейдом во владении клинком, копьем, алебардой и булавой.
      - Спасибо, Ричард Блейд, - склонила голову женщина. - Я была рада услышать то, что ты мне рассказал. А тому, что ты сможешь для нас сделать, я буду рада еще больше.
      Она повернулась, чтобы уйти.
      - Подожди-ка минутку, - не слишком ласково окликнул ее разведчик. - Я рассказал тебе об англичанах и о себе самом. Но кто ты такая? Почему ты заходишь ко мне в комнату и задаешь мне вопросы?
      Это была, конечно, грубость, но самообладание незнакомки и ее холодная манера держаться насторожили Блейда. Так могла себя вести лишь независимая женщина с твердым характером, и на всякий случай не мешало выяснить, кто она такая.
      Незнакомка промолчала, пристально и с легкой насмешкой глядя на пленника. Блейд увидел в этом вызов и не замедлил на него откликнуться. Сдержав слишком явную резкость, вертевшуюся на кончике языка, он поинтересовался:
      - Тебя послали выяснить, силен ли мой дух? Подобно тому, как это делали девушки в храмах Айокана?
      Услыхав такое предположение, женщина буквально застыла на месте. Но, к удивлению Блейда, она не выглядела рассерженной напротив, улыбнулась, а потом расхохоталась, смеясь так громко и так долго, что у нее по щекам потекли слезы. В конце концов, она в изнеможении присела на край кровати, с трудом переводя дыхание.
      Посмотрев на странника, она утерла слезы и попыталась сдержать новый приступ хохота.
      - Ричард Блейд, английский воин, - обратилась она к нему, я думаю, ты еще не совсем здоров, иначе никогда не сказал бы такие слова.
      Поднявшись с ложа, она добавила:
      - Ты снова увидишь меня, когда тебе станет лучше. Я Мираса, супруга Кенаса, Первого Сына Владыки Чирибу, наследника Змеиного Трона.
      С этими словами она выскользнула на балкон и исчезла, прежде чем Блейд успел принести извинения.
      "Да, - сконфуженно подумал странник, - не лучшее начало для карьеры при дворе! Это же надо - перепутать благородную принцессу с обычной шлюхой!"
      Он пробормотал проклятие, затем неожиданно для себя улыбнулся, вспомнив любимое присловье сержанта, муштровавшего его в "Секьюрити Сервис": "Во время войны случаются и более неприятные вещи, мистер Блейд!"
      (Обычно он говорил это, наблюдая, как Блейд, поскользнувшись, пытается счистить липкую грязь с наглаженных форменных брюк. Разведчик улыбнулся еще шире. Да-да, и такое бывало!)
      Кроме того, принцесса, по всей вероятности, оказалась права: он еще не исцелился, и самым мудрым теперь было расслабиться и предоставить лекарству из "древа жизни" полную свободу действий.
      Так он и сделал. Большую часть следующих двух дней и ночей Блейд спал, просыпаясь лишь ненадолго. Пока он бодрствовал, в комнате никто не появлялся. Постепенно боль под многочисленными повязками начала стихать, и он понял, что бальзам подействовал. В его комнате было прохладно даже в жаркий полдень; выход на балкон затягивала мелкая сетка, сквозь которую легко проникал свежий воздух, но не залетали насекомые. Его не кормили, но кувшин с водой всегда оказывался полным, а покрывала на постели - свежими.
      На третий день в комнате появился смуглый седобородый мужчина весьма серьезного и торжественного вида, чьи белые волосы резко контрастировали с красной одеждой, и с исключительной тщательностью обследовал странника с головы до пят.
      Во время осмотра Блейд невольно почувствовал себя быком, которого, не жалея сил и времени, готовят к осенней ярмарке. Впрочем, он действительно шел на поправку. К тому же, как ему казалось, лекарство действовало эффективнее, чем в храме. Если ему удастся прихватить бутылочку домой, это может перевернуть всю земную медицину...
      До следующего заметного события прошло еще двое суток. Теперь Блейд проводил все меньше времени в постели. Его раны не только зажили, но от них не осталось ни малейшего следа, что не переставало его удивлять. Он теперь куда больше нуждался в физических упражнениях, чем в постельном режиме, так что пришлось заняться гимнастикой.
      Вечером пятого дня он выполнял свой обычный комплекс упражнений, когда услышал шум приближающихся шагов. В комнату вошли шесть солдат в черном, что свидетельствовало об их принадлежности к войску Хуракуна. Один из них выступил вперед и торжественно провозгласил:
      - Ричард Блейд, владычица Мираса желает, чтобы ты сегодня вечером ужинал в ее покоях. Мы пришли, чтобы проводить тебя к ней.
      Насколько Блейду было известно, никто не знал его имени во всем Чирибу, кроме Мирасы. Значит, она явилась сюда затем, чтобы выяснить как можно больше о пришельце и о той стране, откуда он прибыл. Теперь эти сведения, вероятно, сделались всеобщим достоянием. Что ж, он это учтет.
      - Там тебе не потребуется оружие, - сказал воин, увидев, что Блейд потянулся к мечу.
      - Как знать, - пожал плечами разведчик.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12