Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Ричард Блейд, пэр Айдена (№1) - Наследство Бар Ригона

ModernLib.Net / Фэнтези / Лорд Джеффри / Наследство Бар Ригона - Чтение (стр. 1)
Автор: Лорд Джеффри
Жанр: Фэнтези
Серия: Ричард Блейд, пэр Айдена

 

 


Джеффри Лорд


Наследство Бар Ригона

Июль 1990 — февраль 1991 по времени Земли


Глава 1. САДРА

Носок сапога, окованный металлом, врезался ему в ребра.

— Ну, падаль, хайритское отродье… Отдохнешь, или продолжим?

Ричард Блейд медленно повернул голову; виски сжимал чугунный обруч боли. Взгляд его уперся в тяжелые, до колен башмаки, с победной уверенностью попиравшие дощатый настил, потом скользнул вверх — по мощным ляжкам, широкому поясу, стягивавшему объемистое брюхо, и заросшей рыжим волосом груди. Человек высился над ним подобно сказочному троллю — с таким же страшным, иссеченным шрамами бородатым лицом; по щеке стекала кровь, в холодных зеленоватых глазах — удивление и страх. Почему-то Блейд знал, что должен сражаться с этим великаном. И еще он знал, что в этой схватке нельзя убивать.

Застонав, он перекатился на живот и, упираясь ладонями в прокаленные солнцем доски, встал на колени. Теперь он видел плотную стену людей, толпившихся вокруг, — их было не меньше пятидесяти. Все — коренастые, широкоплечие, обнаженные по пояс, в кожаных сапогах и юбочках до колен; у многих с переброшенных через плечо перевязей свисали короткие прямые мечи.

Как он попал сюда? И где он? Блейд поднялся на ноги, его качало. Нет, это настил раскачивается под ним! Вместе с облаками в небе, далеким туманным горизонтом и лазурной, искрящейся солнечными бликами поверхностью… такой знакомой, привычной… Море? Значит, он на корабле?

— Что, щенок, хватит с тебя? — теперь рыжий не выглядел великаном, и Блейд понял, что он выше противника на целую голову. Нестерпимая боль пульсировала в висках; он сморщился, отступил на шаг, разглядывая мускулистую грудь и могучие кулаки рыжего, перевитые ремнями с медными бляшками. Потом опустил глаза на собственные руки — пальцы были обмотаны такими же ремнями. Но… но что-то было не в порядке… что-то было неправильно… Он не мог понять, что случилось, но странное чувство преследовало его — словно тело, его сильное послушное тело, вдруг стало чужим.

Толпа зашумела. «Он встал, встал!» — чей-то ликующий вскрик; потом -"Дай ему, Рат!" — и сразу же — «Рахи! Рахи! Рахи!»

Боль. Боже милостивый, какая боль! Этот рыжий ударил его? Потому так больно? Внезапно ярость захлестнула Блейда, пресекая все попытки вспомнить, понять. Сейчас это казалось неважным; ненавистное лицо с клочковатой бородой маячило перед ним, и там, на шее, под завесой рыжих волос была точка, приковавшая его взгляд Он свирепо дернул ремень на правом запястье, смотал с пальцев длинную полоску кожи — металлические бляшки густо усеивали ее — и уронил на палубу Рыжий противник оскалил зубы в презрительной ухмылке. «Смотри! Сдается! Рахи сдается!» — долетел потрясенный шепот.

Он ринулся вперед в стремительном прыжке, отработанном годами тренировок и сотнями поединков, сжав пальцы и вскинув руку в едином слитном движении, которое ни боль, ни растерянность, ни странное ощущение чужеродного тела не могли вычеркнуть из памяти. Там, под челюстью, нервный узел… один точный, рассчитанный удар — хватит вполсилы — и эта груда рыжего мяса больше не будет смеяться над ним!

Ребро ладони опустилось на толстую шею, и рыжий покачнулся, выпучив глаза и хватая ртом воздух. Блейд, ошеломленный, стоял перед ним, разглядывая руки. Он сошел с ума или его конечности стали на пару дюймов длиннее? Он же метил совсем не туда… в горло, в горло! Дьявольщина!

Рыжий сжал кулаки, набычился и шагнул вперед. Небо и море взорвались перед глазами Ричарда Блейда.


***

Застонав, он поднял веки. Головная боль прошла, сменившись вязким туманом, окутавшим сознание словно полупрозрачная газовая фата. Ричард Блейд облизнул пересохшие губы, снова прикрыл глаза и приступил к ревизии.

Блейд, Дик Блейд… Да, это его имя. Блейд, кролик номер один профессора Лейтона… Значит, его опять запихнули в проклятую машину! Так… Куда же он попал на этот раз? Впрочем, неважно; все выяснится со временем. Странно другое — он не помнил обстоятельств, предшествующих очередному запуску. Ни кресла в стеклянной клетке, так похожего на электрический стул, ни паутины разноцветных проводов, ни самого Лейтона, застывшего у красной рукояти рубильника. Он не помнил, каким по счету являлось это путешествие. Двадцатым? Тридцатым? Несомненно, их было много… Кат, Тарн, Сарма… Нет, вначале — Альба! Потом… Брегга? Джедд? Дьявол! Нить воспоминаний оборвалась.

Не надо спешить — такое уже было. Первые минуты все словно плавает в тумане, пока новый мир, в который он попал, не перестроит окончательно его разум. Правда, ему казалось, что лорд Лейтон уже давно справился с подобными неприятностями. Кажется, в машину был встроен дополнительный контур? Или его мозг подвергся изменениям? Он не мог вспомнить.

Тонкая рука легла на плечо Блейда; он ощутил исходивший от пальцев аромат сушеных трав и чего-то еще, пахнувшего непривычно, но приятно.

— Рахи! Очнись! Что с тобой? — голос был негромок, тверд и явно принадлежал мужчине. Блейд открыл глаза. Над ним склонились двое; их лица озаряло пламя глиняного светильника, что мерно покачивался на цепочке у потолка. Старик с бритым подбородком — это его рука пахла так странно — и скуластый рыжеватый парень. Нос у скуластого был слегка свернут на бок, пухлые губы приоткрыты.

— Гляди, бар Занкор, смотрит! — на лукавой физиономии скуластого расцвела улыбка.

— Смотрит, но что видит… — недовольно пробормотал старик, пристально всматриваясь в зрачки Блейда. — Ну-ка, Чос, не заслоняй мне свет. — Молодой отодвинулся, и сухие пальцы уверенно ощупали лоб лежащего. — Рахи, ты меня слышишь? Или Рат вышиб тебе последние мозги?

Так. Значит, тот сукин сын, врезавший ему по ребрам, — Рат. Молодой и скуластый — Чос. Старик — бар Занкор. Внезапно в памяти всплыло его полное имя — Арток бар Занкор, целитель. И он совсем не старик… едва на шестом десятке… Скудный свет да игра теней добавили ему лет пятнадцать. Рахи? Видимо, Рахи — он сам. Странно! Блейд готов был поклясться, что ни в одном из миров Измерения Икс его не узнавали с первого взгляда!

И этот Арток бар Занкор… Кажется, он с ним неплохо знаком. Может быть, даже лучше, чем с Рахи, за которого его принимают. Вот именно -принимают! Он похож на какого-то местного парня… и у бедняги неприятности с громилой Ратом. Серьезные неприятности, которые требуют вмешательства целителя… врача. Ну, ничего. Пусть этот туземный знахарь поставит его на ноги, и через пару дней Рат будет грызть палубу садры!

Слово выскочило неожиданно, как и имя целителя. Садра… Корабль, на котором он пустился в плавание… Нет, не корабль! Во всяком случае, не из тех судов, на которых когдалибо доводилось плавать Ричарду Блейду. Однако он прекрасно знал, что такое садра. Да, прекрасно! Это…

— Рахи, болван, да поразит тебя Шебрет бессильем от пупка до колена! — вдруг гаркнул целитель. — Я ведь вижу, что ты слышишь меня!

Блейд слабо улыбнулся.

— Да, Арток.

— Темен путь богов, и для нашего Рахи он еще не свернул к Югу, -заметил Чос. Словно по волшебству в руках у него возникла миска, над ней вздымался парок. — Жрать хочешь? — прозаически осведомился скуластый.

Блейд кивнул, привстав на локте. Чос потянулся к поясу, тихо лязгнул металл, и у губ Блейда возник ломоть мяса, наколотый на кончик кинжала. Он рванул кусок, прожевал, сглотнул. Чос уже протягивал чашу с кислым прохладным вином — запить. Под одобрительные кивки Артока Блейд быстро разделался с едой и с облегченным вздохом снова вытянулся на спине.

— Завтра нам в караул, — сказал Чос. — Ты лежи, октарх, обойдемся. Но если не оклемаешься до следующего раза, Рат обещал скормить тебя саху.

— Не болтай, — строго прервал целитель. Он поднялся, отступил к стене. Теперь Блейд видел, что лежит в каморке шесть на девять футов; его топчан находился против занавешенного темной тканью узкого проема. Арток чуть отодвинул занавес, прислушался — до Блейда долетели храп и сонное бормотанье. Под мерное покачивание садры там спали люди; видимо, час был поздний.

— Ты начал лечить, ратник, я закончу, — усмехнулся Арток и повелительно кивнул Чосу в сторону проема. — Сходи-ка за Зией.

Тот хихикнул и беззвучно исчез, прихватив миску и чашу. Целитель покопался за поясом, вытащил крохотную бутылочку, заигравшую стеклянным блеском, и сунул ее под матрас, рядом с левой рукой Блейда.

— Выпьешь… потом, — он протяжно зевнул, прикрывая рот ладонью, -чтобы видеть сладкие сны… Но запомни, Рахи… запомни, Аррах бар Ригон, носитель тайны, наследник славного рода… если ты еще раз свяжешься с Ратом, я сам прикажу швырнуть тебя саху.

Задув светильник, он вышел из каморки. Блейд недоуменно вздернул брови. Тайна? Какая тайна? Конечно, его появление здесь было таинственным и непостижимым для команды садры, но целитель явно имел в виду не это. Тайна была связана не с Ричардом Блейдом, а с Рахи… с Аррахом бар Ригоном. Поразительно! Похоже, что Ричарда Блейда просто никто не заметил. Есть Рахи — и этого вполне достаточно.

Силы вернулись к нему. Чуть саднило ребра — там, где пришелся башмак Рата, — да на правой скуле он нащупал слегка кровоточившую ссадину, покрытую слоем пахучей мази. Блейд сел, спустил ноги с топчана, провел ладонью по обнаженной груди, животу, короткой набедренной повязке. Знакомое тело… сильное, мощное… но чего-то не хватало. Его ладонь задержалась у пояса, смутные воспоминания замелькали цветным калейдоскопом. Гонконг… погоня, удар кривого ножа, госпиталь… Когда это было? И было ли? Под пальцами — гладкая кожа, ни шрама, ни рубца.

Блейд вздохнул. Не стоит торопить события. Два-три дня — и он все вспомнит. Адаптация завершится, память опять станет безотказной, разум -ясным. Пока же он должен выполнять основную задачу — остаться в живых. Ухмыльнувшись, странник подумал, что инстинкт самосохранения не вышибить ничем; он может забыть свое имя, но и тогда будет из последних сил цепляться за жизнь.

Занавес дрогнул, послышался шорох, и рука Блейда непроизвольно метнулась к изголовью. Он знал, что ищет там, в углу, под досками топчана, — и почти не удивился, когда пальцы легли на рукоять клинка.

В полумраке раздался тихий мелодичный смех.

— Отважный Рахи разрубит меня мечом? Я больше люблю, когда ты пускаешь в ход свой дротик. У тебя это неплохо получается.

Гибкое девичье тело опустилось к нему на колени, нетерпеливые руки дернули узел набедренной повязки, потом обвили его шею. Она пахла морем и ветром, а нежные, чуть шершавые губы хранили привкус соли. Ладонь Блейда скользнула к стройной талии, нащупав плоский живот, короткую юбочку, гладкую кожу бедра. Потом его пальцы пропутешествовали обратно, нырнув под тонкую ткань ее символического одеяния, — пока не наткнулись на треугольник мягких волос.

Коротко, со всхлипом вздохнув, девушка поджала коленку к груди, повернулась и скрестила ноги на его пояснице. Блейд коснулся ее грудей -маленьких, крепких, налитых; под левой был едва заметный шрам. Острый ищущий язычок встретился с его подбородком, и странник, наклонив голову, жадно поймал его губами. Что бы ни случилось, он не желал отказываться от такого подарка судьбы — впрочем, отказываться было поздно.

Обхватив его за плечи, незнакомка привстала, широко раздвигая бедра, потом откинулась назад. Через миг Блейд понял, что она попала в цель с первого раза — воистину потрясающая меткость в такой темноте! В следующие минуты выяснилось, что он столкнулся с наименьшим из ее талантов. Эта девушка была достойной соперницей! Тело ее ритмично раскачивалось, напряженные соски скользили по груди Блейда, губы и руки тоже не оставались без дела — пока теплая волна наслаждения не накрыла его. Раздался слабый стон, и, содрогнувшись, она приникла к нему в последнем усилии.

— Рахи… милый… — шепот был едва слышен, тело ее обмякло, губы ласкали шею Блейда. Он прижал ее головку к груди, поглаживая короткие завитки волос. Новое странствие в неведомый мир Измерения Икс началось великолепно. Правда, в момент приземления ему чуть не сломали ребра и подбили глаз, но все дальнейшее искупало первую неудачу. Мясо, вино и женщина! И чин октарха — что бы он ни означал, для старта это было совсем неплохо! А что касается Рата… через пару дней он разберется и с ним. Возможно, стоит скормить его таинственным саху?

Блейд нежно похлопал девушку по спине, размышляя о том, какой бесценный источник информации расположился у него на коленях. Упускать такой случай нельзя. Он не уверен в своем прошлом — тем более стоит обогатиться знаниями о настоящем и будущем. Эта девушка — вероятно, Зия? — может немало порассказать, если с умом взяться за дело.

— Ты вернула меня к жизни, — шепнул он, решив, что подобный комплимент весьма уместен в сложившейся ситуации.

— Я только вернула долг, — выдохнула Зия в его ухо.

Долг? Интересно! Похоже, в его бумажнике уже завелась пара шиллингов в местной валюте.

— Этот Рат… пузатый мерзавец… теперь снова будет приставать! Думает, что с алархом пойдет любая девушка!

Так, ясно. Вот и причина вчерашнего поединка. Но он выступил не лучшим образом, а Зия, надо думать, полагалась на него. Блейд пощупал ссадину на скуле.

— Аларх Рат получит свое, — твердо сказал он. Потом, чуть поколебавшись, спросил: — Вчера… Как было вчера? Я плохо помню…

Зия негромко рассмеялась.

— Ты почти уделал его! Потом… потом вдруг схватился за голову и закричал… страшно, будто тебя поразила молния Шебрет! Тут он и ударил… — вздрогнув, девушка торопливо добавила: — Но все было честно! Ратники видели… собралась почти вся ваша ала, кроме караульных. Твои разозлились, — Блейд почувствовал, что она кивнула в сторону проема, откуда доносился храп. — Каждый потерял пару монет.

— Они ставили на меня?

— Конечно!

— А ты?

— Я? Откуда у рабыни монеты? Да и зачем они мне? Я чищу котлы… а потом сплю, с кем хочу.

Блейд почесал в затылке. Видимо, рабство тут не распространялось на сферу интимных отношений. Отработал, значит, свое — и спи с кем хочешь. Только не с пузатым мерзавцем Ратом.

Зия устроила головку у него на плече.

— Скучно, — вздохнула она. — Плывем туда, плывем сюда… Если б не ты… — девушка опять вздохнула. — Но дней осталось так мало! Скоро хайритский берег… погрузим наемников — и обратно, в Айден… А потом ты уйдешь воевать в южные земли и забудешь про Зию…

— Значит, нельзя терять времени, малышка, — решительно сказал Блейд. Для первого раза информации было вполне достаточно, и боль в ребрах напомнила ему, что Зия еще не до конца рассчиталась со своим кредитором.

Раздался журчащий смех девушки, и он почувствовал, как ее губы щекочут шею.


***

Крепко проспав до утра под действием снадобья бар Занкора, Блейд раскрыл глаза на рассвете и приступил к изучению своего имущества. Ему никто не мешал. У изголовья постели обнаружилось оконце, забранное деревянным ставнем; распахнув его, он полез под топчан.

В строгом порядке там были разложены два меча с прямыми стальными лезвиями — короткий и длинный, кинжал на поясном ремне, три дротика с пятифутовыми древками, железная кольчуга, шлем и объемистый полотняный мешок. В углу валялись тяжелые сапоги и похожее на тунику одеяние.

Блейд задумчиво разглядывал свои находки. Оружие было сработано превосходно; правда, его удивило отсутствие щита. Либо октарху не полагался щит, либо… Он взвесил в руке короткий меч — его рукоять прикрывал кожаный, обитый металлическими бляшками диск дюймов пятнадцати в диаметре. Вот и щит! Все это снаряжение — включая и довольно легкую кольчугу -принадлежало пехотинцу. Человеку, который догоняет врага, прикрывает отход своих, стережет границу. Легковооруженному воину, которому приходится много и часто бегать. Блейд довольно кивнул головой. Бегать он любил и умел.

Теперь он занялся мешком. Кроме плаща из грубой шерсти, там находились только три предмета: большая кожаная фляга для воды, мешочек с тремя десятками медных монет, среди которых посверкивали три-четыре серебряных, и бронзовая цепь с круглым медальоном. На нем была отчеканена волна, готовая рухнуть на берег. Странник погладил тонкие завитки гребня; в голове у него по-прежнему стоял туман, однако из прошлого уже начали просачиваться кое-какие воспоминания. Кажется, он попал в местный эквивалент морской пехоты.

Еще раз оглядев разложенное на топчане добро, Блейд встряхнул опустевший мешок. Сшитый из толстого полотна, он затягивался сверху кожаным ремешком; сбоку были приторочены широкие лямки, в несколько слоев покрытые тканью. Чтобы не резало плечи, догадался странник и поискал в памяти подходящее слово. Рюкзак! Превосходно! Если дело пойдет дальше такими же темпами, через пару дней он вспомнит, зачем его послали сюда.

Он прощупал швы мешка. Пусто. Затем стал сгибать лямки. В левой -ничего. В правой… Блейд потянулся за кинжалом, чуть подпорол ткань и, запустив внутрь нетерпеливые пальцы, вытащил нечто похожее на зажигалку. Параллелепипед, плоский, явно пластмассовый, двух дюймов длиной, с едва выступающей кнопкой на одном торце и круглым хрустальным колпачком — на другом. Этот предмет, величиной с обычную зажигалку, больше всего походил на маленький фонарик.

Он попытался стянуть колпачок. Безрезультатно. Нажал кнопку. Ничего. Поцарапал корпус кончиком кинжала — пластмасса, несомненно, но очень прочная.

Блейд положил непонятный предмет на топчан и воззрился на него. Среди архаического оружия, медных монет и грубой одежды эта вещь казалась посланием из неведомого будущего. Ай да Рахи, носитель тайны, наследник славного рода бар Ригонов! Любопытную штуку таскает он в своем мешке!

Сунув «зажигалку» обратно и отложив горсть медных монет, он забросил мешок вместе с прочим снаряжением под топчан. Потом выглянул в оконце. Ярко-оранжевое светило заметно поднялось над горизонтом, по-земному было часов восемь — и бог знает сколько в этом мире. Блейд растянулся на тощем тюфячке, покрывавшем его жесткое ложе, и прикрыл глаза.

Он пролежал так часа четыре, прислушиваясь к болтовне и азартным выкрикам игроков в соседней, более обширной каюте. Это время не пропало даром; ему удалось почерпнуть много полезного. Теперь он знал, что окта включает восемь бойцов, ала — восемь окт. Упоминалось и какое-то более крупное соединение — пятая орда Береговой Охраны. Значит, он правильно догадался насчет «морской пехоты»! Ратники вполголоса ругали судьбу и некоего Айсора бар Нурата, полководца, по воле которого пятая орда плыла сейчас к северным хайритским берегам. Путешествие было скучным, а на обратном пути гордым воинам империи Айден предстояло чуть ли не прислуживать наемникам. Видно, эти парни из Хайры являлись ценным товаром!

За перегородкой раздался шум, быстрые шаги, лязг металла, грохот сбрасываемых на пол кольчуг. Блейд встал. Его окта — неполная, семь бойцов, — вернулась с дежурства. Он набросил тунику, застегнул широкий пояс с кинжалом, сгреб монеты в ладонь. За стенкой уже звякали миски, гудели голоса, слышался бодрый тенорок Чоса. Блейд откинул занавеску и перешагнул высокий порог.

Дьявол! Он чуть не содрал скальп о притолоку! Хотя мог поклясться, что проем был не меньше шести футов высотой! Или он подрос со вчерашнего дня?

В обширном низком помещении наступила тишина. Тут стояло с полсотни лежанок — таких же, как в закутке Блейда. Семь ближайших занимала его окта, еще столько же, у противоположной стены, тоже выглядели обитаемыми. Между ними темнел узкий занавешенный проем — видимо, он вел в маленькую каютку второго октарха. Двери, что выходили на палубу, были широко раздвинуты, и яркий солнечный свет золотил гладкое дерево обшивки.

Семь пар глаз уставились на Блейда. Крепкие невысокие парни с рыжими или соломенными волосами, голые по пояс. Сброшенные кольчуги и шлемы валялись на топчанах; на полу стоял дымящийся котел.

Блейд сел на ближайший лежак, стукнул кулаком по войлочной подушке и высыпал в ямку горсть монет.

— За вчерашнее… — потом кивнул Чосу: — Разливай!

Ели в мрачном молчании, но с аппетитом — мясное варево с кореньями и овощами не оставляло желать лучшего. Покончив с обедом, Блейд встал и направился к двери. На пороге остановился, бросил Чосу:

— Пойду прогуляюсь. Раздели, — он показал на монеты.

В неясной ситуации лучше поменьше говорить, побольше слушать. Временная амнезия не пугала странника, но слишком многое из случившегося вчера было непонятным, удивительным и потому внушающим опасения. С какой стати рыжий Рат назвал его хайритским отродьем, а почтенный целитель — Аррахом бар Ригоном, носителем тайны? Что это за тайна? Возможно, она связана с крохотным устройством, обнаруженным в лямке походного мешка? Что означают эти мгновенные проблески памяти, когда слова — то земные, то местные, айденские, — всплывают у него в голове, наполняясь смыслом, словно детали огромного полотна в темном музейном хранилище, выхваченные ярким лучом фонаря? И, наконец, почему его принимают за бравого октарха Рахи, драчуна и любителя молоденьких рабынь?

Он медленно брел по палубе, едва замечая странную неуверенность своих движений; шаг словно стал размашистей, ноги — длиннее. Его покачивало — не от слабости, скорее — от излишка неконтролируемой энергии и силы. «Что-то с координацией», — мелькнула вялая мысль.

Сзади раздалось покашливание. Блейд поднял голову. К нему важной поступью шествовал Арток бар Занкор, целитель. Лысый череп сверкает на солнце, подбородок выставлен вперед, длинная черная тога полощется на свежем ветру, на шее — серебряная цепь. Подошел, ткнул сухим кулачком в бок:

— Ну как, октарх, лечение помогло?

Блейд усмехнулся, склонил голову.

— Можно было бы повторить, почтенный бар Занкор.

— Это уж твое дело, я тебе не поставщик девок. — Одновременно он пощупал ссадину на скуле, синяк на ребрах, потом уставился в затуманенные глаза Блейда, стиснув пальцами острый подбородок. — Нет, Рахи, что-то с тобой не в порядке. Старый Арток знает, что женщина — лучшее лекарство для солдата, но на этот раз, похоже, простыми средствами не обойдешься. Мне кажется, что Рат вышиб тебе половину мозгов… а их и так было не слишком-то много, — он задумчиво покачал головой. — Ладно, погуляй, а после заката приходи ко мне.

— Куда? — спросил Блейд.

Кустистые брови целителя взлетели вверх.

— Ты даже этого не помнишь, Аррах Эльс бар Ригон? Придешь на корму. Первая дверь по левому борту.

Он резко повернулся и пошел прочь.

Блейд потер виски. Значит, не просто Аррах, еще и Эльс… Ничем не хуже Ричарда Блейда, эсквайра…

Прислонившись к перилам фальшборта, он окинул взглядом палубу. Садра, морской плот, был огромен — двести ярдов в длину, пятьдесят — в ширину. Пять толстых мачт возносили вверх серые квадраты парусов; устойчивый бриз тянул с юга, превращая полотнища в гигантские, выпуклые и упругие подобия женской груди. Алый кружок в центре каждого паруса довершал сходство.

На носу и корме высились двухэтажные надстройки. Носовая была казармой и матросским кубриком. Сейчас в ней вольготно разместились шестьдесят четыре бойца алы Рата, но из подслушанных разговоров Блейд знал, что на обратном пути туда набьется сотня хайритских наемников, а славные солдаты Береговой Охраны будут ночевать на палубе, вместе с матросами и рабами.

Кормовая надстройка — резная, с выступающим широким балконом -служила складом; здесь же обитали те, кто властвовал над садрой, -капитан-сардар, его помощники, казначей. Целитель бар Занкор.

Обширное пространство между второй и третьей мачтами занимал огороженный загон. Там сгрудились какие-то животные, похожие на крупных овец; вокруг изгороди лежали плотно увязанные кипы сена. Перед загоном палуба была покрыта плотно утоптанной глиной. На этой площадке высились трубы десятка очагов с вмазанными в них большими котлами и широкими топками; рядом суетились женщины — Блейд видел, как одна из них весело махнула ему рукой. Зия?

Середину палубы заваливали тюки и бочки — огромные, в рост человека; по краям, у фальшборта, торчали рукояти рулевых весел и угрожающе тянулись к небесам рычаги катапульт. На веслах стояли матросы — обожженные солнцем, со светлыми выгоревшими волосами. Вдоль ряда камнеметных машин прохаживался часовой в полном вооружении, с дротиком в руках. Видимо, из окты, что размещалась рядом с солдатами Рахи; Блейд заметил, что соседи исчезли еще до обеда.

Он перегнулся через перила. Прозрачная вода плескалась в семи футах внизу, омывая торцы неохватных смоленых бревен, на которых, подпираемый лесом толстых брусьев, держался палубный настил. Кое-где сверкающую морскую гладь прорезали острые плавники саху — вертких, похожих на торпеды тварей с тройным рядом зубов в пасти. В полумиле слева и справа, вздымаясь будто бы прямо из воды, торчали одетые парусами мачты. Блейд мог разглядеть их и позади, на юге; казалось, садра тянется за садрой до самого горизонта. Но он знал — откуда? почему? — что в поход к северным берегам вышло только два десятка гигантских плотов, малая часть великого флота Айдена.


***

Ужинали тут засветло. Прожевав сухари с острым соленым сыром, Блейд выпил кружку кислого вина и направился в свою каморку. Во время еды скуластый Чос неоднократно бросал на него вопросительные взгляды — не то хотел что-то сказать, не то ему были нужны некие дополнительные распоряжения. Блейд остановился на пороге, коротко бросил:

— Всем спать.

Других указаний не потребовалось — парни начали разбредаться по лежакам. Вероятно, Рахи пользовался у воинов своей окты непререкаемым авторитетом.

Блейд вошел к себе, предусмотрительно наклонив голову, высунулся в оконце и поглядел на оранжевое светило. До заката оставалось часа два. Он подождал, пока гул голосов и шарканье ног в соседней каюте сменится ровным похрапыванием, и снова вытащил «зажигалку». Может быть, эту штуку, которая, несомненно, являлась продуктом высочайшей технологии, переслали вместе с ним из земного измерения? И суть задачи, поставленной перед ним на сей раз, связана именно с этим устройством?

Он покопался в памяти. Пусто! Ничего. Он не мог вспомнить, видел ли когда-нибудь раньше подобный прибор. На гладком корпусе цвета слоновой кости не было никаких надписей — ни маркировки, ни названия фирмы-изготовителя. Впрочем, это ничего не означало; приборы корпорации «Лейтон и К» были анонимными. Немудрено, если главным компаньоном престарелого профессора являлась британская секретная служба!

Тот факт, что эту штуку прислали вместе с ним, означал бы очень многое. До сих пор он появлялся во всех реальностях Измерения Икс абсолютно голым, и Лейтону никакими силами не удавалось перебросить заодно хотя бы канцелярскую скрепку, если только она не была вшита под кожу испытателя. Обратный переход — другое дело; иногда ему удавалось прихватить с собой кое-какие сувениры вроде меча или высеченной из цельного алмаза статуи. Причины подобного явления профессор разгадать не мог, хотя бился над этой загадкой почти десять лет. Если же на сей раз «зажигалка» попала в Айден из подвалов под лондонским Тауэром, то, следовательно, старик решил проблему. А он, Блейд, послан сюда, чтобы практически проверить некое новое устройство, разработанное Лейтоном.

Лейтоном? Почему-то в памяти странника вдруг всплыло иное имя — Джек Хейдж. Его послал Джек Хейдж! Значит, с Лейтоном что-то случилось? Что именно?

Он был уверен, что Хейдж, а не Лейтон, отправил его сюда. Вместе с этим крохотным аппаратом?

Что ж, возможно, возможно… Его проверка вполне могла составлять суть задания. Правда, оставалась одна маленькая неувязка — каким образом столь ценный прибор попал в мешок октарха Рахи? И не просто попал, а оказался столь тщательно запрятанным…

Блейд повертел блестящий параллелепипед в руках, попробовал осторожно стянуть прозрачный колпачок; тот не поддавался. Вдруг у него мелькнула новая мысль; он прижал кнопку на торце и опять дернул колпачок. Раздался чуть слышный треск, и хрустальная чечевица, похожая на крохотную лупу с загнутыми краями, соскочила с корпуса. За ней тянулся жгутик тончайших проводов, веером разбегавшихся на конце и присоединенных к диску диаметром с четверть дюйма. От диска в глубь устройства шел единственный провод, и странник не сомневался, что он присоединен к контактной кнопке.

Прибор выглядел чрезвычайно простым — скорее всего, какое-то сигнальное устройство. Блейд придвинулся к окну, пытаясь в свете закатного солнца рассмотреть маленький диск. Полупрозрачная масса, в ней — паутинная вязь блестящих проводков с утолщениями, похожими на бусинки… Микросхема, несомненно. Однако раньше ему не доводилось видеть таких микросхем.

Аккуратно собрав прибор, он сунул «зажигалку» в тайник и потер кулаками уставшие глаза. Конечно, он не был специалистом по микроэлектронике, но, как любой разведчик высокой квалификации, немного разбирался в подобных вещах. И сейчас преисполнился уверенности, что эту штуку сделали не на Земле.

Солнце садилось. Огромная оранжевая тарелка, висевшая над морем, меняла цвет, отливая сначала ярко-алым, красным, потом — темно-вишневым. Внезапно по сторонам солнечного диска развернулись пылающие огненные крылья, потекли, заструились, охватывая горизонт. Море вдали сверкало багрянцем; постепенно его гладкая поверхность темнела, становилась лиловой, поглощая окрыленное светило. Вдруг серебристые дорожки рассекли лиловую мглу, сверкнув в полумраке будто клинки невероятно длинных рапир. Блейд потрясение вздохнул и, высунувшись в окно, посмотрел на восток — там, одна за другой, стремительно всходили две луны.

Он вышел на палубу. Садра спала. Лишь у рулевых весел маячили неясные фигуры да часовой, покачивая дротиком, прохаживался вдоль борта. В топках очагов еще рдели угли, рядом с их теплыми боками скорчились женские фигурки. В загоне тоже царила тишина; овцеподобные животные, сбившись в плотную кучу, мерно пережевывали жвачку, их кроткие глаза поблескивали в свете лун, серебристой и бледно-золотой.

Дверь в «лазарет» — так Блейд окрестил про себя жилище Артока — была массивной, прочной и окованной полосами темного железа. Он постучал.

— Рахи? Входи! — донесся приглушенный голос целителя.

Блейд толкнул тяжелую створку и переступил порог. Обширный покой освещали две масляные лампы; вдоль одной стены громоздился высокий, от пола до потолка, шкаф со множеством выдвижных ящиков — видимо, местная аптека. Посередине каюты темнел большой круглый стол, заваленный рукописями, за ним — покрытое чистой тканью ложе. В углу — маленький очаг; в нем играло пламя, дым уходил в коленчатую трубу, выведенную наружу под самым потолком. Рядом с очагом, на стене, висел блестящий как зеркало щит.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14