Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Теледжиннсовщина

ModernLib.Net / Мансуров Дмитрий / Теледжиннсовщина - Чтение (стр. 15)
Автор: Мансуров Дмитрий
Жанр:

 

 


Так и было до сих пор! Среди людей и сейчас нет ни одного воина, который осмелился бы бросить правителю Кроллу вызов! Воины следуют заветам правителя и делают именно так, как он приказал, потому что знают: как сказал правитель Кролл – так и будет! Но нашлось в мире существо, которое сказало: вот это мое – и вот это мне тоже пригодится, потому что нравится мне, и я никому этого не отдам! Ему говорили, что у этого есть владелец, но оно презрительно смеялось в ответ, обзывая людей тупыми дикарями, не знавшими власти истинного Властелина. Оно посмело назвать королей дикарскими вождями! Оно решило присвоить себе земли правителя Кролла, и не обращает внимания на то, что эти земли уже завоеваны и перепродаже, обмену и безвозмездному дару не подлежат!
      – Каково наглецо! – посыпалось со всех сторон. Военачальники были готовы зубами загрызть того, кто посмел претендовать на трон правителя Кролла. Сам Кролл выслушивал пламенную речь Игоря с каменным спокойствием: не в первый раз воевать, что такого?
      Игорь подождал, пока утихнут крики и возгласы. Толпа настроилась на мордобитие врага, и от дальнейших слов Игоря зависело, начнется ли оно прямо здесь, или военачальники, сжав кулаки, дотерпят до встречи с джинном.
      – Это «наглецо», как вы правильно его обозвали, принадлежит миру огненных духов и обретается в свободное от набегов время в злачном кувшине «У самого Черного моря». Это джинн Грот, прошу ненавидеть и оскорбить!
      Горячка, превратившаяся в помощника, включила диапроектор, и белую простыню осветила оскалившаяся физиономия джинна.
      В следующую секунду импровизированный экран приказал долго жить: военачальники метнули в него все, что было под рукой из колюще-режущего, раскрошив ткань на тысячи полосок. Изображение перепроецировалось на стену, увеличившись в объеме в несколько раз. Красоты джинну масштабность не добавила, скорее, наоборот, сделала его еще свирепее.
      – Воеводы!!! Это прекрасно, как вы готовы с ним разделаться, но умоляю вас, остановитесь!!! – прокричал Игорь, пытаясь притормозить военачальников до того, как они изрешетят стену копьями, палицами и прочими тяжелыми видами оружия. Король это, конечно, переживет – согласно предсказаниям Аврелия, но последние годы жизни гарантированно проведет в состоянии психического шока средней тяжести, поскольку не перенесет повреждений дорогого ему Тронного зала. – Это обычная картина, чтобы знать нашего врага в лицо и не пропустить его, если он вздумает от нас удрать!!! Сам враг находится у Черного моря, и нам надо сначала попасть туда, чтобы его добить!
      – А как его добить, долгоживущего? – притормозил Кролл. – Джинны огненные, простое оружие против них бессильно.
      – Способ есть! – ответил Дракар с уверенностью, которой не испытывал. – Но перед битвой с джинном вас обязательно встретят его войска. Вам необходимо посмотреть на некоторых из них и привыкнуть к их виду, иначе они запросто вас победят!
      – Это оскорбление!!! – завопили воеводы.
      – Проверим! – выкрикнул Дракар, – Горяч… помощник, давай картину!
      Горячка включила здесь же созданный ею видеопроектор, и поставила кассету со смонтированными из разных фильмов ужасов кадрами разных монстров. Началось кино-попурри с показа битвы в третьей части «Зловещих мертвецов». Военачальники во главе с Кроллом уставились на стену в великом изумлении, увидев, что люди дерутся с вооруженными скелетами.
      Игорь прокрался к Дракару:
      – Это еще зачем? Хватило бы и простых потрошителей.
      – Для поднятия их боевого духа.
      – А ты уверен, что им надо поднимать боевой дух? Вон он, как хлещет, удержать нельзя. Того и гляди, раньше времени наружу вырвется, позабудут, что хотели Грота убить, разбросают по камушку то, что под руку попадет! Король нас за это по голове не погладит.
      – А по какой части тела он нас погладит? – шепотом спросила Горячка. Игорь сделал злодейское лицо.
      – По обожаемой всякими вампирами! – зловещим голосом ответил он. – Сильно погладит, пока сонную артерию не передавит и хруст позвонков не услышит!!!
      – Ой… – выдохнула Горячка. – Нервный король попался! Как бы и без этого не натворил чего!
      – Господа оптимисты, не сеять панику! – яростным шепотом приказал Дракар. – А то пессимисты повесятся! Кролл не позволит разломать им его родной дом! А чем больше они вскипают, тем лучше! Мы же не знаем, кого джинн натравит против нас? Пусть заранее привыкают ко всяким уродам!
      Минут через десять ролик закончился. Военачальники зашушукались: сражение с разнообразными демонами-скелетами подействовало на них слишком сильно. Кролл требовательно застучал по полу королевским посохом. В зале моментально повисла гробовая тишина.
      – Сколько разной дряни развелось, а мы ни сном, ни духом… – пробурчал он. – Как получилось, что мы не столкнулись с ним раньше? По карте мы проходили около Черного моря года два назад!
      – Море громадное, мой повелитель! Землю невозможно пройти абсолютно везде, на это не хватит и тысячи жизней! – ответил Игорь, поворачиваясь лицом к Кроллу и развивая тему волшебства, наличие которого было существенной частью в их планах борьбы с джинном. – Вам необходима помощь волшебников. Вы прошли целый мир, и вам должно быть известно место, где они живут!
      Троица во все глаза уставилась на Кролла в тайной надежде, что он действительно знает такое место и покажет им их месторасположение на карте. И тогда Горячка отправится к ним за консультацией и поддержкой, а Кролл вместе с Игорем, Дракаром и двухсоттысячным войском поедет прямиком к синему морю – белой пене, дабы встретиться с джинном, точно зная, как его уничтожить. А джинн, в свою очередь, будет поджидать их либо в кувшине, либо – один в кувшине, а второй снаружи. Либо править будущим и ждать отзыва от пилотов времени в случае обнаружения последними вражеской троицы: когда играешь со временем, приходится ожидать всего, чего угодно, даже самого невероятного и фантастического.
      – Ваш волшебник нам не поможет?
      – Он постарается, но он еще молод и неопытен! – поспешил ответить Игорь, – Он самоучка и сам странствует по свету в поисках города волшебников, чтобы выучиться у них на настоящего профессионала.
      – Позвольте заметить, мой повелитель, – присоединился Дракар, – не ополчайтесь на волшебников, на самом деле он они делают добро людям, и, если бы вы сумели бы взять их в союзники, то с их помощью стали бы самым могущественным человеком во Вселенной!!! Вас не смогут остановить ни дождь, ни вьюга! Планеты выстроятся в ряд перед Вашей Восходящей звездой!! И покоренная Вселенная падет к вашим ногам!!!
      – Это где такое место? – Кролл, судя по глазам, послушно замахнулся на ее покорение. – Что-то не припомню.
      – Оно везде! – ответил Игорь. – Вселенная – это и земля, и небо, и звезды! Скажу Вам по большому секрету: там тоже живут люди!
      – Правда? – еще больше оживился Кролл: появлялась перспектива на долгую и счастливую жизнь вечного завоевателя, – Напомни мне после битвы с этим выскочкой, что их тоже надо завоевать.
      – Но… мой повелитель, они находятся слишком далеко! На лошадях туда не доскачешь. Придется делать летающие машины.
      – А волшебник на что? – возразил Кролл. – Пусть мастерит.
      Волшебник, в лице Горячки, слегка нахмурился: обустройство армии, самом собой, ляжет на его плечи, но, елки-моталки, не до такой же степени, что придется придумывать космические скафандры и разрабатывать жаропрочные сплавы для взлетающих кораблей, чтобы не растеклись, пока доберутся до открытого космоса.
      Дракар закашлялся, не давая смеху вырваться наружу: представить Кролла в качестве короля-завоевателя Вселенной не хватало никакой фантазии. Далеко он, ясное дело, не улетит: в анабиоз его баиньки не уложишь, потому как главнокомандующий, а сидеть и ждать, пока космический корабль (мощный делать ни к чему, не так ли?) долетит хотя бы до Плутона, никакой жизни не хватит. Но хватка у человека – прямо, как у добрых налоговых органов, любого черта переплюнут в цепкости. И, главное, страх перед бесконечной пустотой его не страшит: он просто не знает, что это такое.
      – В одиночку наш волшебник не справится. Ему нужны коллеги по цеху.
      – Очень жаль, но я их не встречал. Мне рассказывали про существование волшебных городов, и я сам лично видел развалины двух из них, но с самими волшебниками я так и не встретился.
      Дракар расстроенно махнул ладонью.
      – На конях мы доскачем до моря за два месяца, на наших боевых волшебных машинах – всего за две недели. Машины – это то, на чем мы выехали вас встречать. Они удобны, никогда не устают, их не видно с воздуха, и единственное неудобство заключается в том, что им иногда надо заливать топливо – это как кормить лошадей.
      – Ну, так, давайте, пересаживайте войско на машины! – потребовал Кролл. – Не тяните время!
      – Слушаюсь, Мой правитель! – поклонился Игорь, – Но есть одно маленькое «но».
      – Ненавижу это слово.
      – Как я Вас понимаю…
      – Это предлог! – вскрикнул кто-то из военачальников, пытаясь сказать, что Игорь желает увильнуть от грядущей битвы.
      – Это что еще за филолог выискался? – не выдержал Дракар.
      – Тем более! – голос Кролла оказался сильнее. Еще бы – вылитый терминатор с дополнительными динамиками и савбуфером. – Ни под каким предлогом не подсовывать мне отрицательные ответы!!! Это «но» – единственное, которое я приму. Раскрывай суть и постарайся, чтобы она оказалась для меня понятной и убедительной!
      – Волшебник удалился в дальние пещеры, не желая попадаться воинам на глаза, потому что знает, что солдаты недолюбливают тех, кто может сделать больше их без помощи меча или копья. Вы сами их не жалуете, мой правитель!
      Оскорбленные военачальники малость поругались и кое-чего разломали в ответ, но быстро остыли, в общей сложности причинив Тронному залу минимальный ущерб. Горячке исправить – что рукой махнуть.
      – Аргумент веский! – нехотя согласился Кролл. – Собираемся в дорогу, через час – общий сбор. Едем к вашему волшебнику, и пусть он снабжает нас самым лучшим волшебством! Иначе я переменю свою добрую точку зрения относительно их общей пользы на ее полную противоположность, и мало кто из них при встрече со мной останется в живых, чтобы искупить свою вину!!! – он перевел дух. – Дракар, по дороге расскажешь, что еще известно о джиннах вообще, и об этом в частности.
      – Это все, что мы о нем знаем.
      – Не густо. Узнать!
      – Слушаюсь, мой повелитель! – поклонился Дракар. Предстояло капитально напрячь фантазию и память и наговорить о джинне такого, что Кролл захочет избавить от них планету раз и навсегда. От всех без исключения. Главное – не перегнуть палку и не испугать его, чтобы он сгоряча не решил спасительно самоуничтожиться.
 
      Через час войска ушли к горам.
      Дракар, Игорь и Горячка тепло простились со счастливым до невозможности Королем, пообещав непременно вернуться и (тут короля хватил нервный тик – улыбку заклинило) обязательно заглянуть в сокровищницу дворца, чтобы поделиться между собой своими драгоценностями. Тепло попрощались – насколько позволяло подергивающееся лицо короля, и уехали вслед за войском, чтобы устроить второе маленькое шоу, под названием «Волшебник в Пещере и военные желания Кролла». В Главной роли: Горячка. Авторы сценария: вся группа. Исполнители: они же, плюс правитель Кролл. Массовка: без перечисления, пусть останутся безымянными статистами. Профсоюзов еще нет, возникать никто не станет.
      Игорь проводил глазами ликующего громче и радостнее остальных Короля, и с хитринкой в голосе сказал:
      – У него будет жаркая неделька!
      – Что так?
      – Сокровища будет перепрятывать до нашего возвращения.
      – Да, жадноватый попался! – Дракар крутанул рулем. – Жаль, я не успел ему никаких сюрпризов на память оставить.
      – Я успела! – Горячка достала из кармана пустую упаковку от «сухой сварки». – Я ему сундуки с монетами заварила, пусть попробует их открыть, пока нас нет. А еще я стащила у него его любимый бестселлер: Аврелия!
      – Да ты что? Покажь!
      Она достала из-за пазухи знакомый старый пыльный томик.
      – Выбрось эту гадость! – посоветовал Игорь. – Мы в будущем и с Нострадамусом намучились, а двоих провидцев историки точно не потянут!
      – Он сказочный!
      – В сказках люди должны жить счастливо, а не мучиться над разгадками древних загадок!
      – Правда? А я думала, что так полагается жить после сказок! Помните: и жили они долго и счастливо! А сами сказки – это такие триллеры, что мало не покажется!
      – Особенно колобок! – вставил Дракар. – Русский народный триллер, предтеча американских «Челюстей».
      – А кто в них мучается, ты не помнишь? – поинтересовался Игорь. – Ведь главные герои – очень хорошие и добрые люди, которые в обычной жизни никому зла не делают! А вот из-за таких предсказательных книжек им приходится косить нечисть мечами-кладенцами направо и налево, грабить и убивать разбойников в глухом лесу, сводить на нет популяции редких Змеев Горынычей и настраивать против себя будущих зеленых!
      – Зато в финале им достается все хорошее!
      – А душевные муки? А бесконечные терзания?
      – В сказках они жили счастливо, значит, никаких терзаний не испытывали. Это все темные происки депрессивных писателей девятнадцатого века! Поменьше читай пессимистической литературы, особенно газет!
      – А других нет! – Игорь скорчил трагическое лицо. – Куда ни посмотришь: везде жалобы на жизнь. К власти по всем фронтам дорвались сварливые бабки!!! Они подмяли под себя прессу, телевидение, радио, промышленность, сельское хозяйство, музыку, и испортили их, что бы им было на что жаловаться!!!
      – Это сделал джинн! – напомнил Дракар.
      – Но он же где-то набрал сварливых бабок?!
      – А чего их набирать, когда у нас и так каждый восьмой?
      – Как, уже?
      – Вот! – Дракар указал на Игоря, обращаясь к Горячке. – Я всегда говорил, что оптимист – это слабо информированный пессимист! Кто мне возразит?
      – Я до сих пор верю, что мы победим джинна! – Игорь гордо поднял голову. – Не знаю, как, но победим!
      – А мы тут все верим! – сказал Дракар. – Мы обречены быть оптимистами, потому что у нас нет выхода.
      – Вот так всегда! – Горячка поставила точку в споре. – Мы – оптимистически настроенные пессимисты!
      – Дурдом, одно слово! – поддакнул Игорь. Горячка потянулась, разминая косточки.
      – Прошу прощения, друзья-товарищи, мне пора обустроить пещеру волшебника, так что я вас временно покидаю! – она взмахнула руками и обернулась черным голубем, в лапках которого очутилась крохотная наточенная коса. Голубь замахал крыльями, вылетел из машины через верхний люк и резко взмыл под облака.
      – Что б мы без нее делали… – пробормотал Игорь. – Птичка мира.
      – Да! – коротко согласился Дракар. – С миротворческой косой Смерти.
      – Птичка последнего упокоя?
      – Звучит неплохо.
      Они обогнали войско и пристроились чуть впереди от правителя Кролла, указывая ему дорогу к обустраеваемым Горячкой по наброскам Дракара пещерам.
 
      Дворец. Кабинет визиря.
      Прослушивая милицейский канал, визирь хотел узнать, как милиция отрапортует о поимке Петра, но вместо этого стал свидетелем странной беседы центральной и милиции по поводу покупки священника на предмет изгнания нечистой силы.
      «Либо галлюцинации, – забеспокоился он: над должностью второго человека в мире повисла опасность сокращения от неведомого доселе существа, – либо джинн основательно протоптался по чьей-то больной мозоли…»
      Он почувствовал, как сквозь пелену холодного разума в мозгах пробиваются первые волны нарастающей ирреальной паники, и постарался заглушить ее, связавшись с самолетом, в котором летели усмирители (так назвали собранных джинном из фильмов ужасов маньяков-убийц). К приказу о доставке к джинну ловимого милицией Петра он дополнительно приказал не щадить никого, кто будет помогать Петру, как бы необычно он не выглядел.
 
      Команда усмирителей, приземлившись в аэропортe и, пересев на вертолет, прибыла на место схватки милиции и Петра с компанией как раз в тот момент, когда милиция, набрав скорость, в организованном порядке выбегала из подъезда.
      Увидев вертолет усмирителей, а чуть позже и их самих, милиция перепугалась куда больше, чем при виде черта. Усмирители, кто в зловещих масках, кто в плащах, кто просто с острым колюще-режущим оружием, как всегда, немногословные и внушающие ужас, медленной уверенной походкой направились в подъезд. Один за другим они доставали из ножен свое оружие, приготовившись сделать фарш из каждого, кто встанет у них на пути.
      – Ты! – сильно смахивавший комплекцией и костюмом на Джейсона Ворхауза усмиритель ткнул пальцем в грудь схваченного им за руку медлительного милиционера. – Где Петр?
      Милиционер, сжавшийся под замораживающим взглядом, пропищал нечто невразумительное. Усмиритель, намекая на то, что этот ответ его не устраивает, чисто символически махнул тесаком, отрезав от крыши патрульной машины приличный кусок. Милиционер с трудом привел себя в чувство и доложил, что противник оказал жестокое сопротивление, но пределы здания не покидал, и на момент отступления находился в собственно квартире на четвертом этаже, хотя мог передислоцироваться на другой этаж.
      – Разберемся! – ледяным тоном проговорил усмиритель, и милиционера прошиб холодный пот. – Свободен!
      Усмирители вошли в подъезд, а милиция и случайные свидетели, в ужасе от их вида и идущего от них холода, дали деру. Милиционер запрыгнул в машину и, дрожа от холода, проворчал:
      – Когда же солнце появится???
 
      Черт, услышав шум винтов, быстро спустился на первый этаж, выглянул на улицу и шустро взбежал по лестнице, останавливая спускавшихся Павла и Петра.
      – Назад, парни, у нас осложнение!
      – Бригада священников с крестами-нунчаками?
      – Хуже. Маньяки джинна!
      Ангел ахнул и потащил заупиравшегося Петра наверх.
      – В чем дело? – возмущался тот, – Я справлюсь, не тяни меня за рукав!
      – Много вас таких в американских фильмах ужасов полегло! – упорно повторял ангел, не отпуская Петра. – Я не собираюсь превращать наше славное междустороннее трио в полностью потустороннее! Из тебя выйдет отличное привидение, но ты нужен нам живым!!!
      – А как же Деймос?
      – Они как раз по его части! – добежав до верхнего, девятого этажа, ангел просунул руку сквозь дверь, открыл изнутри замок и ворвался в чью-то квартиру, встав в боевую стойку. Навстречу никто не вышел, он захлопнул дверь и быстро заглянул во все комнаты в поисках притаившихся с импровизированными колотушками в руках жильцов.
      Ни колотушек, ни жильцов.
      – Переждем здесь! – сказал он.
      – А если они заглянут и сюда?
      – Позову подмогу.
 
      Усмирители вошли в подъезд.
      – Ну, добро пожаловать! – негромко прокомментировал черт, запрыгивая на потолок и сливаясь с его грязно-серым фоном. Усмирители поднимались по ступенькам на верхние этажи, становившиеся первыми в очереди на штурм квартир, подходили к выпавшей на их счет квартире и вламывались внутрь, отыскивая Петра. Основная часть квартир пустовала, потому что хозяева были на работе: смена правителей сменой правителей, но денег на халяву не даст никакое из правительств, даже самое что ни на есть добрейшее. (В России давно уже никто не удивлялся даже изменению целого строя не то что смене правительств, философски принимая самые невероятные события, как неизбежное зло. Люди просто махнули на все рукой и спокойно занимались своими делами, не взирая на лица: надоело нервы портить по пустякам.)
      Один из усмирителей остался на первом этаже сторожить выход на случай бегства Петра через лифт, и его острый тесак слабо блестел в лучах старой и тусклой, покрытой пылью шестидесятиваттной лампочки. (Менять лампочки на новые никто и не думал, хорошо зная, что экономные жители обязательно поменяют их на отжившее свой век осветительное старье, или, в худшем случае, вывернут и вовсе без обмена).
      Он вышвырнул на улицу выкинутых из первой квартиры жильцов, сожалея, что визирь не позволил им убить всех попавшихся в подъезде людей. С большим удовольствием он прошелся бы по их телам своим тесаком, но понимал, что за нарушение приказа джинн вывернет его наизнанку голыми руками.
      Жильцы выбежали, и висевшие на одной пронзительно скрипящей петле и прикрепленные растянутой пружиной к дверному косяку двери резко захлопнулись.
      Монстр вздрогнул и гневно сжал губы: наглеют людишки. Надо научить их вежливости. Убивать он по-прежнему не осмеливался, но изувечить мог: на этот счет визирь не дал конкретных указаний, а что не запрещено, то разрешено. Он толкнул, но двери не поддались.
      – Что такое?! – презрительно воскликнул он. Держать дверь с той стороны? Что за глупость???
      Тесак вонзился в дверь по рукоятку. Усмиритель провернул его, вырезав в двери ровное отверстие и дернул тесак на себя. Ожидаемой крови на остром лезвии не оказалось на капельки. Сталь была непривычно чиста. Усмиритель толкнул дверь, но она крепко держалась, не намереваясь сдавать свои позиции. Он заглянул в дыру, высматривая, как и чем ее забаррикадировали, и в этот момент с той стороны в дыру залетел точно кинутый кем-то комок земли. Не ожидавший подобной пакости усмиритель отлетел к стене, хватаясь за подбитый и заполненный землей глаз.
      Слабенький снежный покров спокойствия слетел с отвесных скал запорошенной злобности (озверел мужик, что поделать?), усмиритель вскочил, желая раскрошить нахалов в капусту, и с силой набросился на двери.
      С тем же успехом он мог попытаться пробить проход в бетонной стене.
      Над его головой прозвучал холодный злой смех. Усмиритель оторвался от стены и поднял голову к потолку. Никого. Но то ли шевеление ветра, то ли мираж, то ли на самом деле на мгновение промелькнул, исчезая за углом, кончик черного хвоста с кисточкой. Усмиритель поднял тесак и сделал шаг вперед, не выпуская угол из поля зрения.
      Закапала горячая вода из поврежденных стыков батарей. От пола к потолку потянулись слабенькие язычки пара, с каждой минутой набирая мощь и укутывая коридоры теплым плотным туманом. Усмиритель сузил глаза, тихо переступая со ступеньки на ступеньку и прислушиваясь к посторонним шорохам. Его коллеги успели проверить три нижних этажа и толпились на четвертом, исследуя квартиру Петра и отыскивая его фотографии.
      Он завернул к мусоропроводу и, услышав подозрительный шорох, прислонился к стене, скрывшись за трубой. Со второго этажа, громоподобно мурлыкая, мягко и лениво спустилась полутораметровая черная пантера. Усмиритель крепче сжал в руке любимый тесак, готовый наброситься на зверя. Пантера подняла голову, навострила уши, раскатисто рыкнула, огляделась по сторонам, и, успокоившись, сбежала на первый этаж. Хлопнула подъездная дверь. С улицы донеслись какие-то вопли и раскатистое рычание дикой черной кошки. Усмиритель нахмурился: происходящее не вписывалось в привычные для него рамки. Обычно до нервной дрожи доводил он, а не доводили его. Он отошел от мусоропровода и прислушался: коллеги потрошили жилье Петра, превращая его в образцово-показательную квартиру полного разрушения обстановки. Усмиритель сделал еще шаг. В этот момент дверца для мусора открылась, оттуда с неуловимой быстротой выскочили когтистые руки черта, и не успевшего отреагировать монстра сложило пополам и втянуло внутрь. Дверца с лязгом закрылась, лязг унесло прочь многоголосым подъездным эхом.
      Черная мохнатая рука подобрала с пола остро наточенный тесак, и черт устремился ввысь, поболтать с усмирителями на их излюбленную тему потрошения.
 
      Взламывая замок у правой боковой двери на пятом этаже, другой усмиритель не надеялся найти там никого из жильцов: сразу было видно, что хозяева давно укатили в отпуск. Об этом твердили и покрытые ровным слоем пыли трельяж и стул в прихожей. Усмиритель взял с трельяжа семейное фото и посмотрел на улыбавшихся членов семьи. Рядом со скромно улыбавшимся в усы Николаем Первым стоял развеселый паренек в кожанке, а сбоку от них находились, как понял усмиритель, мама с дочерью: Снежная Королева и Снегурочка в ослепительных нарядах. Он поставил рамку на место и прошел в зал.
      Паренек на фотографии перестал улыбаться, сердито сверкнул глазами, повернул голову, проследил за уходившим усмирителем внимательным взглядом, обернулся чертом, выбрался через рамку, принимая нормальные размеры, и тоже двинулся в зал, помахивая трофейным тесаком.
      Двери за ним тихо закрылись.
      Послышался град взаимных ударов.
      Чуть позже на стекла словно выплеснули полную банку крови.
      Еще через минуту из зала, стряхивая с рабочей спецодежды большое красное пятно, вышел помахивающий тесаком усмиритель. Он сделал три шага к выходу, но тут на его груди появилась разрастающаяся красная полоса, он покачнулся и рухнул лицом вперед, сломав пластмассовую полочку с расческой у зеркала. На его спине зияла большая полоса, с которой, не прекращаясь, хлестала темная кровь.
      Следом за усмирителем вышел окровавленный черт державший в руке сломанный от удара тесак.
      – Киноварвары, культур-мультур, – выругался он, – а в голове извилинам не на чем расположиться! Как контрольный прикажете делать, если в башке пусто?
      Он резко подпрыгнул, разом стряхивая с себя кровь усмирителя, бросил на тумбочку сотню евро в качестве компенсации и вышел на лестничную площадку.
      Через минуту третий усмиритель упокоился мертвым сном, а в арсенале черта появилось новое трофейное оружие.
 
      Усмирители добрались до девятого этажа. Командир группы чувствовал, что кто-то из людей прячется (именно прячется, а не живет) совсем рядом. Тихий шорох, раздавшийся из левой боковой квартиры, подтвердил его догадки, и усмирители, как всегда, не заботясь о последствиях, и готовые довести кого угодно до состояния умопомешательства, вломились в квартиру.
      Мощь грянувшего хора их оглушила. В растерянности остановившись в прихожей, усмирители увидели, что пол и потолок в квартире растаяли без следа, двери сами собой закрылись, а место исчезнувшей обстановки заняли бескрайние небесные просторы. Внизу – облака, вверху – синева, на заднем плане сидит в кресле заинтригованный происходящим Петр, а рядом, спиной к ним, размахивает дирижерской палочкой самый настоящий ангел. Еще тридцать, выстроившись перед дирижером в четыре ряда, вместе с солистом распевают странную песенку.
      Солист:
      – Некому березку заломати, Некому кудряву заломати!
      Хор, с утроенной энергией:
      – Есть кому березу заломати, Есть кому кудряву заломати!!!
      – и ангелы, скорчив злющие рожи, дружно выхватили из-за пазух острые ножи и всем скопом двинулись в сторону усмирителей. Те выставили холодное оружие и непроизвольно дернулись к выходу, но выход покрылся трещинами и с треском рассыпался горкой щебенки, оставив в руке усмирителя дверную ручку. Ангелы, окружая троицу, становились все злее и злее, лирическая ангельская музыка превращалась в жуткий набор пронзительных и вызывавших дикий ужас звуков, а сами ангелы превращались в злющих чертей, от одних пристальных колючих взглядов которых руки усмирителей начинали мелко дрожать. Замелькала острая сталь, и начался смертельный бой.
      Черти окружали тройку плотным кольцом.
      Петр не решился досмотреть, что станет с усмирителями. Он мог себе представить степень жестокости чертей, перед которыми любой маньяк окажется мелкой сошкой, и не хотел воочию увидеть их действия. Он просто отвернулся, когда какофония звуков достигла наивысшей точки, и вопли чертей стали невыносимо, пробирающе жутки.
      А потом звуки битвы резко оборвались, и в наступившей тишине неправдоподобно отчетливо заиграл музыку Баха далекий орган.
 
      Черт подсчитал в уме количество ликвидированных усмирителей и заявил:
      – Не хватает. Их было десять, а мы угомонили семерых.
      – Кто-нибудь остался в засаде! – предположил Петр.
      – Где? Мы везде были.
      – Наверное, они заглянули ко мне в гости и задержались. Ты не проверял мою квартиру?
      Черт посмотрел на Петра.
      – Я пропустил пару этажей, потому что усмирители поднялись выше.
      – Значит, не все поднялись. Проверим?
      – Разумеется.
 
      В квартире Петра царил полный разгром. Мелкопакостно отомстив Петру за его отсутствие, усмирители побросали на пол внутренности германской стенки – разные рубашки, полотенца, наволочки, хрустальный сервиз и несколько ваз, и не обошли вниманием небольшую коллекцию драгоценностей, разделив ее на равные части и уронив их в собственные карманы. Туда же полетели золотые чайные ложки.
      Опустошив стенку, они перешли в наступление на другие комнаты. Один усмиритель прошел в малую комнату, другой заглянул в кладовки, а третий прошел в спальню, намереваясь превратить ее в нечто, вызывающее хроническую бессонницу. Кровать располосовалась легко и быстро, как сыр на терке. Он поковырялся среди пружин, надеясь отыскать приличную заначку, нашел фигу с маслом, обиделся и взялся за шкаф.
      Настежь распахнув дверцы, он схватил в охапку костюмы и бросил их на бывшую кровать, чтобы чуть позже заняться исследованием карманов на наличие в них драгоценностей, а сам повернулся, намереваясь выпотрошить шкаф до полного опустошения.
      Но оказалось, что внутри шкаф гораздо больше, чем снаружи, и прямо перед ним был длинный ход, уводивший за угол. Усмиритель, убеждаясь, что ему не мерещится, отодвинул шкаф и заглянул на него с противоположной стороны: снаружи шкаф никак не показывал, что он настолько вместительный.
      А внутри были слабо видны следы ботинок. Петр наследил, решил усмиритель, включил бензопилу и пошел по шкафному коридору. Завернул за угол, там оказался еще один поворот, за ним – третий, четвертый и пятый. А когда он сбился со счета, повороты вывели его в крохотное помещение, где на низеньком стуле сидел скучающий черт, а перед чертом стоял готовый к стрельбе пулемет.
      – Нашел ты здесь того, кого хотел? – черт отбросил недокуренную сигарету в сторону. Усмиритель кивнул и замахнулся пилой, но ударить не успел.
      Загрохотало так, что заложило уши. Коридоры шкафа сжались, вернув ему истинные размеры, и усмиритель вылетел в спальню. Толкаемый впивающимися в него пулями, он разбил окно и выпал на улицу.
      В спальню вбежали его коллеги по работе, подбежали к окну и в замешательстве уставились на распростертого внизу маньяка.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19