Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Властью Песочных Часов

ModernLib.Net / Фэнтези / Энтони Пирс / Властью Песочных Часов - Чтение (стр. 15)
Автор: Энтони Пирс
Жанр: Фэнтези

 

 


      — Надо произнести волшебное слово! — сказала Эксельсия.
      — Вот и хорошо, — кивнул эльф. — Давайте, милашка, произносите поскорее свое волшебное слово — и закругляемся! Не век же нам тут топтаться!
      — Если бы я знала, что это за слово! — печально отозвалась Эксельсия.
      — Тогда нужно по-быстрому отгадать его, — заявил эльф.
      — Будь это так просто. Злая Волшебница давно бы его произнесла, — сказал Нортон.
      — Попробуем наобум, — предложила Эксельсия. — Меч!
      — Шляпа! — крикнул эльф.
      — Небо! — сказал Нортон, чтобы не отстать от других.
      Следующие пять минут они выкрикивали первые попавшиеся слова — без малейшего результата.
      — Погодите, — сказал наконец Нортон, — нельзя кричать всем вместе. Если случайно выскочит правильное слово, мы даже не будем знать, на что среагировал Аликорн! Надо по очереди — и следить за его поведением.
      — А сколько слов в языке? — осведомился эльф.
      — Тысяч сто, — сказал Нортон. — Если считать термины, а также редкие и устаревшие слова, то наберется хороших полмиллиона. Даже просто зачитать их по словарю — замучаешься. А если вспоминать…
      Эльф схватился за сердце.
      — Вы меня убиваете, — сказал он. — Я не могу торчать здесь целую вечность! Я не хочу попусту рассиживаться, расстаиваться или разлеживаться!
      — По-моему, — заметила Эксельсия, — Злая Волшебница перепробовала все слова. И не нашла нужного. Она очень хотела приручить Аликорна, поэтому вряд ли стала бы жалеть время и силы. У нее попросту ничего не получилось
      — и у нас ничего не получится.
      Эксельсия расплакалась.
      — Сомневаюсь, чтоб у Злой Волшебницы мог случиться такой облом, — пробормотал Нортон, которого всегда угнетали женские слезы. — Она должна была найти волшебное слово, на то она и колдунья…
      — Девушка, — сказал эльф, нетерпеливо постукивая носком башмака по земле, — прекратите реветь, вы мешаете молодому человеку думать! Нортон, думай быстрее! Не век же нам тут торчать!
      — Отойдите оба! Вы меня нервируете!
      Эксельсия отправилась поближе к клетке и стала громким шепотом перебирать слова:
      — Смелость! Скромность! Красота!
      Эльф зашагал вокруг клетки, время от времени истерично воздевая руки и приговаривая: «Нет, этого никакое терпение не выдержит!»
      — Честь! Достоинство! — продолжала перебирать Эксельсия. — Вечность! Маленький нетерпеливый зануда! Крик! Шум! Гул! Нежность! Ласка!
      — Стоп! — вскричал Нортон. — Я, кажется, догадался. Злая Волшебница не могла не знать волшебное слово! Она его знала. Только не могла выговорить. Это было настолько чуждое ей понятие, что у нее язык не поворачивался его произнести! Она была сплошная ненависть, поэтому и волшебное слово ей было ненавистно самой своей сутью. Это слово… ну же, Эксельсия, его должна произнести именно ты — чтобы Аликорн стал твоим покорным слугой!
      Эксельсия наморщила лобик — и вдруг вся просветлела.
      — ЛЮБОВЬ! — вскричала она.
      — Ну и дела! — протянул эльф. — Вы только поглядите на эту рогатую скотину!
      Аликорн подошел к железной ограде и большими умными ласковыми глазами смотрел на Эксельсию.
      Она подбежала к нему и робко-робко погладила сперва его рог, а потом и голову. Аликорн тихонько заржал.
      — Рубите ограду! — приказала Эксельсия.
      Несколькими взмахами меча Нортон прорубил выход из клетки.
      Аликорн не спеша вышел на волю и остановился рядом с Эксельсией. Девушка погладила чудо-единорога и легким движением запрыгнула на него. Вскочить на такого высокого коня, не прибегая к помощи стремени, — да, Эксельсия тоже была немного волшебницей!
      — О, благородное животное! — ворковала она, поглаживая гриву Аликорна.
      — Сколько лет я мечтала дружить с тобой! Я так счастлива! Так счастлива! Вперед, Аликорн! Вперед и ввысь!
      Крылатый единорог покорно заржал — и взмыл в воздух. Через мгновение-другое он скрылся за горизонтом — вместе с прекрасной всадницей.
      — О-хо-хо, — сказал эльф. — Ну вот, и моя работа завершена. Приключение подошло к концу, пора по домам. — Он протянул руку к волшебному мечу. — Верните реквизит. Меч вам больше не пригодится.
      Нортон, с грустью смотревший в ту сторону, куда улетела Эксельсия, машинально отдал эльфу его имущество.
      Эльф отошел шагов на десять и остановился. Земля вокруг него вдруг стала превращаться в жидкую грязь. Через полминуты он уже стоял по колено в небольшой луже, которая продолжала расширяться и углубляться.
      — Погодите! — удивленно воскликнул Нортон. — Куда это вы? Обратно в лужу? Я был уверен, что вы терпеть не можете грязь!
      — Да, я ее ненавижу, — уныло согласился эльф. — Таковы сказки: счастливой Деве полагается улететь, а эльф должен вернуться в первобытное состояние, то есть сидеть по уши в грязи и ожидать следующего героя.
      Тут внимание Нортона отвлекло другое: лежавший поодаль мертвый дракон вдруг зашевелился и стал дрыгать ногами!
      — Эй, эльф! — переполошился Нортон. — Меч мне еще очень даже пригодится!
      Эльф стоял уже по пояс в тине.
      — На кой тебе меч? Твои приключения благополучно закончились.
      — Но дракон-то оживает! Видать, я его не добил!
      — Ишь, какой! Хотел убить бессмертного дракона! Ты его просто на часок вывел из строя. Конечно, он здорово обалдеет, когда увидит, что клетка пуста, а Аликорна уже и след простыл. Но здесь ничего не поделаешь… А тебе советую побыстрее уносить ноги. Скоро оживет и Злая Волшебница, а ее замок мало-помалу восстанет из руин. Если задержишься — тебе не поздоровится. Ты, конечно, герой, но и у героев бывают плохие дни.
      — Значит, все произведенные мной разрушения и смерти — только временные?
      Однако эльф уже с головой погрузился в тину и ничего не ответил. Еще какое-то время на поверхности воды плавал помпон его длинной вязаной шапочки, а потом и тот пропал…
      Нортону стало одиноко и неуютно.
      — Стало быть, уносить отсюда ноги? — задумчиво произнес он.
      Жим.
      — Ах, Жимчик, дружочек мой, ты всегда при мне! С тобой не так грустно. Но как же мне вернуться домой?
      Прежде чем он успел закончить свой вопрос, неведомая сила уже несла его сквозь космос на родную планету. Второе развлекательное путешествие закончилось — и очень вовремя.
 
 

10. ГЕЯ

      В Чистилище его снова поджидал Сатана.
      — Ну как, понравилось? — вежливо осведомился Князь Тьмы. — Хорошо развлеклись?
      Нортон взглянул на него с пытливым прищуром:
      — Будто не знаете!
      — Дражайший коллега, откуда же мне знать?
      — Раз вы меня туда послали — значит, вы были заранее в курсе всего, что произойдет. В противном случае следует предположить, что вы поступили в высшей степени легкомысленно — отправили меня наобум навстречу гибели или увечью!
      — Инкарнация инкарнации вреда причинить не может.
      — Я на путешествие согласился и тем самым снял с вас ответственность. Если турист добровольно приехал в страну людоедов и был съеден — туристический агент ни по какому закону не виноват.
      — Да бросьте вы! Какой там вред! — замахал руками Сатана. — Это же просто разыгранный специально для вас спектакль — и ничего больше. Чистый Диснейленд!
      — Я так и думал. Не могло оба раза случиться так, что я ненароком попадал в лихо закрученный переплет. Все развивалось по некоему сценарию.
      — Мои клиенты не должны скучать во время путешествия, — сказал Сатана с самодовольной улыбкой. — Я беру на себя труд развлекать их по первому классу. Рай, знаете ли, нуднейшее место. А то, что я предлагаю, всегда будоражит чувства, всегда предполагает испытания и победы.
      — Так, значит, я не первый, кто воевал вместе с Батом Дарстеном против бемов и добывал Эксельсии крылатого единорога?
      Столь прямой вопрос несколько смутил Сатану.
      — Как вам сказать… — протянул он, и глаза у него забегали. — Есть стандартный сценарий, однако он привязывается к каждому конкретному посетителю. Главное, что вы нервишки себе пощекотали. Ведь, согласитесь, вам было весьма и весьма интересно!
      — Да-а, — со вздохом сказал Нортон, — никогда нельзя забывать, что вы Отец всякой лжи!
      — И горжусь этим. Фантазия — та же ложь, только безвредная и любезная сердцу. Напрасно люди так настроены против лжи. Бывает ложь симпатичная, ложь-лапочка, ложь-милашка… Впрочем, я способен часами говорить на эту тему! Так вот, в следующий раз я могу отправить вас в другие фантазии. Хотите — на ковбойский Дикий Запад. Хотите — в мир Розового Романа или Крутого Детектива.
      — Похоже, галактики из антивещества отличаются великим разнообразием!
      — Иуда! И сценариев — бесчисленное множество. К тому же можно перебрасывать героев из одной серии приключений в другую и даже делать их сквозными. Скажем, та же Эксельсия — она может постоянно сопровождать вас!
      — Это излишне, — быстро сказал Нортон, хотя идея ему очень понравилась. Просто он не хотел признаться в том, что Сатана чем-то подцепил его на крючок. — Я вот о чем подумал: если вы способны так разнообразно ублажать своих любимчиков, почему бы вам не отправить в Туманность Волшебного Фонаря юношу, который выбрал не тот камень и застрелился? Это было бы солидной наградой. И не пришлось бы впутывать меня.
      — Увы, — возразил Сатана, — я обещал ему не увлекательное путешествие в мир фантазии после смерти, а счастье на земле — любовь, богатство и долгую жизнь. И я должен сдержать свое слово… Так как вы насчет моего предложения?
      Нортон по-прежнему колебался. В общем и целом он ни на грош не верил Отцу Лжи… и тем не менее в данном конкретном случае придраться вроде бы не к чему!
      В итоге Нортон ограничился вежливой и осторожной формулой:
      — Позвольте мне еще поразмышлять над вашим предложением.
      Сатана бросил добродушное «как вам будет угодно, милейший Хронос» — и встал. Затем начал поворачиваться к хозяину апартаментов спиной и прямо в процессе поворота исчез, оставив по себе облачко сернистого дыма.
      Нортон поел и поспал. Он понятия не имел, какое сейчас время суток и как долго он пробыл вне объективного мира. Спрашивать дворецкого он постеснялся: как-то неловко Повелителю Времени осведомляться у слуги, который нынче день и час!
      Наконец доложили о приходе Клото.
      Она первым делом обняла его и страстно поцеловала. Но тут же смущенно отпрянула:
      — Извини, я не знаю, что происходит в твоем континууме. Мы с тобой уже любовники? Или я обгоняю события?
      Нортон улыбнулся:
      — Сперва объясни мне, что такое континуум.
      — В применении к нашей ситуации — это череда неразрывно связанных событий. В твоем континууме время идет назад, в моем — вперед. Поэтому можно сказать, что мы живем в разных временных континуумах. То, что в моем уже произошло, в твоем лишь грядет.
      — По-моему, я дозрел до того, что произошло в твоем континууме.
      — Как здорово! Я так рада! — воскликнула Клото, бросаясь ему на шею.
      Нортон продолжал любить Орлин. Однако теперь он не только умом, но и сердцем понял, что та история завершилась раз и навсегда. Отныне он был внутренне готов к появлению новой женщины в его жизни.
      Эксельсия ему понравилась, но Нортон поостерегся бы вступать в близкие отношения с существом, которое занято на главных ролях в спектаклях под режиссурой самого Сатаны.
      А Клото подходила ему во всех отношениях. Хорошенькая и смекалистая. Его любит. К тому же товарищ по работе. Правда, несколько действует на нервы то, что где-то в ней таится «подруга» Лахесис и «нянька» Атропос…
      А впрочем, в какой молодой женщине не таятся две эти ипостаси? Больше того: если в девушке не сокрыты эти две ипостаси, стоит ли завязывать с ней долгие и прочные взаимоотношения?
      Всю эту философию Нортон разводил потом, когда они уже встали с диванчика и оделись. А до того Клото заставила его забыть обо всем на свете. Какой темперамент! Какой опыт! И какое умение казаться невинной, будучи прожженной! Да, с такой женщиной он был не против испытать в будущем все то, о чем она вспоминала с томной поволокой на глазах и любострастной улыбкой.
      Разрыв с прошлым стал фактом. Клото оказалась хорошим лекарством от тоски. Любовь к Орлин никуда не исчезла, она только ушла в тайное тайных его души. Ничем не поступившись в своем прошлом, Нортон прекратил топтаться в кругу мучительных воспоминаний и получил возможность строить свое будущее, наслаждаться жизнью и двигаться вперед…
      После внеплановой сцены между учительницей и учеником Нортон и Клото приступили к занятиям. Для этого вертушка Клото превратилась в солидную Лахесис. Нортон был несколько смущен лукавыми взглядами, которые срединная ипостась время от времени бросала на него. Она не могла не знать о том, чем занималась ее сестрица всего лишь несколько минут назад. Однако довольного Нортона это лишь забавляло. Если он и краснел, то не без гордости.
      Они занялись инспекцией человеческих судеб.
      Глядя на распяленные между ее руками нити, Лахесис нахмурилась и сказала:
      — Странное дело! Вот здесь спутался в один узел десяток жизней. Еще вчера ничего подобного не было! Это надо поправить.
      — Кстати, о путанице и о поправках! — воскликнул Нортон. — Сатана просил меня о небольшой услуге. С моей помощью он хочет осчастливить одного неудачника. Я проверил факты и не нашел в его просьбе никакого второго дна. По-моему, все чисто. Однако я хотел бы посоветоваться с вами. Подобное действие не слишком спутает ваши нити?
      — Это хорошо, что вы решили посоветоваться, — сказала Лахесис. — Я вам скажу одно: Сатане никогда — никогда — нельзя доверять. Он громоздит перед вами ложь на ложь до тех пор, пока реальность совсем не скроется с глаз.
      — Да где тут взяться лжи? — горячо возразил Нортон. — Дело проще простого. Двадцать лет назад — в вашем континууме — один молодой человек мог встретить и полюбить прелестную и богатую девушку. Однако вышло так, что они разминулись: в какой-то момент он сделал неверный выбор, жизнь стала ему немила — и он застрелился. Сатана хочет уберечь молодого человека от роковой ошибки в выборе и подарить ему долгую и счастливую жизнь.
      — Самоубийство? Секундочку, — сказала Лахесис и мгновенно превратилась в Атропос, которая заявила скрипучим голосом: — Самоубийство — это по моей части. И по части Танатоса. Я контролирую срок, а он — исполнение.
      Атропос расставила руки, и между ними протянулись жизненные нити.
      — Назовите имя и время, Хронос.
      Он подчинился. Через некоторое время Атропос воскликнула:
      — Ага, нашла! Обрубленная нить. Этот юноша… о Великий Боже!
      — Что такое?
      — Да ведь это же Танатос!
      — Ну да, вы говорили, что Танатос забирает души…
      — Не то! Ваш самоубийца — тот самый смертный, который ныне работает в должности Танатоса! Только на самом деле он не покончил жизнь самоубийством. Он сам убил. Он убил своего предшественника на посту Танатоса. Эта должность переходит из рук в руки именно так: всякий следующий убивает своего предшественника.
      — Убивает? — в ужасе переспросил Нортон. — Вы шутите!
      — Пусть вас это не шокирует: Танатос трудится в области смерти, — мрачно пояснила Атропос. — И все же нынешний Танатос — очень положительный, не побоюсь сказать: едва ли не лучший с начала мира! Он сочувствует своим клиентам — в отличие от большинства своих предшественников. И в критических ситуациях самым решительным образом противостоит Сатане, не потакая ему даже в мелочах. Благодаря такой твердой позиции нынешнего Танатоса мироздание остается прежним и кончаются ничем все попытки Сатаны навязать Вселенной свои законы. Если Князю Тьмы удастся каким-либо хитрым способом сместить — грядет великая мировая катастрофа. В данную эпоху обстоятельства складываются так, что при менее волевом и принципиальном Танатосе у Сатаны есть немалый шанс добиться своего!
      — Но я полагал, что все инкарнации неуязвимы для козней Сатаны!
      Оставив нити, Атропос ласково потрепала руку Нортона своей морщинистой рукой.
      — Ах, молодой человек, — сказала она, — оно вроде и так… да не так! Сатана подчиняется вселенским законам — до тех пор, пока не найдет возможность их обойти. А он только тем и занят, что ищет способы обходить вселенские законы! Он мастер кривых тропок. Циники говорят, что законы для того и созданы, чтобы их обходить. А кто в этом мире циничней Сатаны?
      — Но как в данном случае?..
      — Если вы приведете помощника Сатаны к этому молодому человеку, которого зовут Зейн, и тот убедит Зейна купить любовный камень и завоевать сердце прелестной девушки…
      Тут в глазах элегантной старухи вдруг запрыгали чертики.
      — А вам, молодым людям, — почти кокетливо и как бы между прочим заметила она, — вам нравятся юные прелестницы! Право, даже не знаю за что.
      Нортон счел за благо промолчать.
      — Разумеется, Зейн при таком повороте обретет земное счастье, — продолжила Атропос прежним серьезным тоном. — Но не станет Танатосом. А другой, более равнодушный Танатос не спасет от происков Сатаны Луну, дочь волшебника. Она не окажется в нужном месте и в нужный час для того, чтобы противостоять Дьяволу в предстоящем сложнейшем, судьбоносном политическом кризисе.
      — Что-то я не припомню такого кризиса…
      — Вы его не застали. Он произойдет после того, как вы примете Песочные Часы Хроноса и начнете жить вспять. Сатане ваше незнание очень и очень кстати — он ловок таскать каштаны из огня чужими руками! Поскольку вы лично Танатоса никогда не встречали…
      — Нет, я виделся с ним — до того, как стал Хроносом. Но у Танатоса вместо лица был череп. Поэтому я действительно не смог бы его узнать при новой встрече.
      Атропос на пару секунд задумалась, а затем воскликнула:
      — Я полагаю, вам пора формально познакомиться с ним — а также и с Луной. В результате Сатана не сможет больше водить вас за нос и пользоваться тем, что вы их никогда не видели.
      От разговора с Атропос у Нортона голова пошла кругом.
      Какого великого несчастья для Вселенной он чуть было не стал виновником!
      Что значит личное земное счастье Зейна против его грядущей миссии успешного дьяволоборца!
      Нортон-Хронос едва не оказал медвежью услугу тому, кто с таким трогательным и неожиданным сочувствием отнесся к нему в момент кончины ребенка Орлин. Сколько жестокой иронии было бы в этом!
      Атропос занялась разбором ниточек, распяленных между ее руками.
      — Ага, вот сюда, — наконец сказала она.
      И через мгновение они уже неслись, оседлав гигантские Песочные Часы, вдоль протянутых сквозь ничто разноцветных канатов — бездна снизу и бездна сверху.
      Из ниоткуда вдруг возник конечный пункт их путешествия. Они стояли у ограды, за которой в глубине обширного сада виднелся роскошный особняк.
      — Он у нее в гостях, — пояснила спутница Нортона. — Неловко прерывать свидание, однако дело не терпит отлагательства.
      Атропос постучала в ворота, и в то же мгновение откуда-то из-за кустов, словно два сторожевых пса, метнулись к ним два разъяренных грифона. Нортон невольно попятился, даром что толстая металлическая решетка надежно защищала его от страшных тварей. А впрочем, надежно ли? От крылатого существа с головой орла и могучим телом льва можно ожидать всяческих сюрпризов!
      Однако грифоны враз присмирели, когда увидели Атропос. Похоже, они встречали ее не в первый раз.
      — Успокойтесь, это друг, — сказала она, показывая на Нортона. — Впустите нас.
      Грифоны грозно уставились на Нортона. Он по наитию выставил далеко перед собой Песочные Часы. Этот жест окончательно усмирил страшилищ: без сомнения, сей магический предмет был им хорошо знаком.
      Атропос открыла ворота, и Нортон бесстрашно проследовал за ней, косясь в сторону грифонов, которые спокойно потрусили за ними как бы в качестве почетного эскорта.
      — Строго говоря, эти милые зверюшки нисколько не опасны — ни для вас, ни для меня, — сказала Атропос. — Я представила вас другом для того, чтобы оградить грифонов от вас.
      — Оградить их?
      — Ну да. Плащ Хроноса уничтожает любое магическое существо, которое вздумает напасть на его владельца. Существо мгновенно стареет и умирает. Атаковать вас равносильно самоубийству для грифонов.
      Когда они подошли к двери особняка, на пороге возник молодой мужчина приятной внешности. Нортон сразу же узнал в нем посетителя лавки «Чечевичная похлебка». Тот нисколько не состарился за двадцать лет — лишнее доказательство того, что инкарнации не стареют, подобно обычным смертным. Это совпадает с личным наблюдением Нортона: его предшественник на посту Хроноса не был младенцем, приближаясь к секунде своего рождения. Он был зрелым мужчиной, когда передавал Нортону Песочные Часы. Следовательно, и Нортон застынет в своем нынешнем физическом состоянии — и останется тридцатидевятилетним до конца срока пребывания в должности Хроноса. Что ж, это утешительно. Нортону не хотелось бы снова марать пеленки.
      Вслед за Танатосом из дома вышла холеная красивая женщина лет сорока.
      — Приветствую вас, инкарнации! — весело сказал Танатос.
      — Приглядитесь получше, — сказала Атропос, — у нас новый Хронос. Похоже, вы этого не заметили.
      Танатос внимательней посмотрел на Нортона и воскликнул:
      — Вы шутите, уважаемая нитеобрывательница! Этого Повелителя Времени я знаю добрых двадцать лет. Именно он помог мне правильно оценить многие аспекты моей работы в должности Танатоса!
      — Вы имеете в виду, — деликатно заметил Нортон, пожимая протянутую руку, — что мы будем знакомы добрых двадцать лет.
      Танатос рассмеялся:
      — Конечно, друг мой. Трудно постоянно держать в памяти, что вы живете, извините за выражение, шиворот-навыворот. Занятная получается история: вы познакомились со мной на двадцать лет позже, чем я с вами.
      — Вы удивитесь еще больше, — сказал Нортон, — если я признаюсь в том, что встречался с вами, будучи смертным. Вы пришли забрать ребенка…
      Танатос еще раз присмотрелся к Нортону и сказал:
      — А-а, вспоминаю! Я мигом приметил знакомое чудесное колечко на вашем пальце, но белый плащ Хроноса сбил меня с толку. В цивильном вы выглядели иначе.
      — На это я могу сказать, что и вы смотритесь несколько иначе в цивильном.
      Оба расхохотались.
      — Позволь представить тебе Луну Кафтан, — сказал Танатос. — Она тоже знакома с тобой с незапамятных времен, даром что ты видишь ее сегодня впервые.
      Женщина приветливо улыбнулась.
      — Я безумно рада, что вы наконец познакомились со мной, — сказала она.
      — Давным-давно вам случилось спасти мне жизнь! И мы дружили долгие годы.
      — Спас? Вашу жизнь? — растерянно спросил Нортон.
      — Разумеется, вы не знаете, в вашей жизни это еще не случилось. Зато я не забыла — и частенько с благодарностью молюсь за вас. Меня убил дракон. А вы отмотали время назад и сделали так, что я выжила.
      — Э-э… мне очень приятно видеть вас живой и здоровой, — неуклюже произнес он. Странно принимать такую горячую благодарность за будущий свой поступок.
      — Добро пожаловать в дом, мой друг, — сказала Луна, беря Нортона под руку. — Пожалуй, мы обязаны полностью ввести вас в курс дела и все как следует объяснить. Вы такой опытный, такой всезнающий… Мы как-то забыли, что так было не всегда, что было время, когда вы делали первые шаги к этим сияющим вершинам знания. Вы были нам прекрасным другом, и мы с огромным удовольствием поможем вам в самом начале вашего многосложного пути.
      И они действительно многое ему разъяснили.
      Оказалось, что Луна — дочь могущественного мага, который предвидел первую серию попыток Сатаны торпедировать нынешнюю американскую политическую систему. Теперь она была сенатором, а также имела большое влияние в Конгрессе.
      Стало известно, что в ближайшем будущем Сатана попробует захватить власть в стране через своих сторонников и таким образом подмять под себя всю нацию, а затем распространить свое влияние и на весь мир. Это решительным образом нарушит мировое равновесие Добра и Зла в пользу Зла — и обеспечит Князю Тьмы окончательную победу над Князем Света.
      Луне предстояло стать ключевой фигурой в грядущей борьбе и сорвать гнусные планы Сатаны, сущности которых никто, увы, не ведал. Но поскольку и Сатана был в курсе того, кто ему помешает, то жизнь Луны находилась в страшной опасности — и уже произошла серия труднообъяснимых несчастных случаев, из которых женщина вышла живой лишь благодаря чуду. Луна нуждалась в надежной защите.
      Однако главную роль в данной ситуации играл все же Хронос, ибо только он, и он один, был способен менять ход уже свершившейся истории.
      Сейчас будущее поражение Сатаны неизбежно. В прошлом созрели те силы, которые обеспечат победу Добру. Таким образом, единственной ареной борьбы для Сатаны стало прошлое — только там он может победить, то есть выковать для себя новое, куда более радужное будущее.
      Все, буквально все, что произошло, может быть аннулировано: «переписав» эпизоды прошлого, Хронос изменит также и воспоминания всех окружающих — в том числе и Танатоса, и Луны, и трехликой Судьбы. Если Хронос ошибется, поддастся на уловки Сатаны и не устоит против его хитрых козней, то он разрушит условия, которые предопределяют будущее поражение Сатаны. Тот сумеет одержать победу — и мир постигнет величайшая из возможных трагедий: он окажется под властью Дьявола.
      Собеседники Хроноса не знали, что именно он должен сделать, дабы остановить Врага Рода Человеческого.
      — Послушайте, — воскликнул Нортон, — ведь очевидно же, что в своем будущем я сделал все правильно: коль скоро сейчас все в порядке и Сатана обречен на поражение! Почему вы так волнуетесь?
      Луна печально покачала головой.
      — В том-то и дело, что нет, — сказала она. — Сейчас мы имеем что-то вроде теоретического настоящего. Да, оно благополучно. Да, оно благоприятно для сил Добра. Но если вы, не дай Бог, напортачите в своем будущем, то сотрете сегодняшнее очень хорошее настоящее. Беда в том, что мы никак не можем вам помочь. Наш удел — пассивно ждать результатов вашей деятельности. Единственное, что мы способны сделать, — это дать вам напоследок дельные советы — перед тем, как вы безвозвратно нырнете в свое будущее — и в наше прошлое.
      Атропос рассказала Танатосу и Луне о последней выходке Сатаны — о его хитрой попытке не допустить Зейна к должности Танатоса.
      — Сатана хотел воспользоваться неопытностью Хроноса, — сказала она, — и с его помощью замахнулся ликвидировать, так сказать, сами истоки своего поражения. И, надо признать, он едва не преуспел в этом!
      — Да, опасность была существенной, — согласилась Луна. — Однако Хронос не доставил помощника Сатаны в нужное время и место. А теперь, умудренный своим печальным опытом, он будет еще менее склонен поддаться на уговоры Дьявола… Однако мои магические камни говорят, что Сатана не отстанет от него, и у дела пока что отсутствует благополучный исход!
      Мужественная женщина! Нортон понимал, что за формулировкой «отсутствует благополучный исход» скрывается ее собственная гибель — и сошествие в Ад всего человечества!
      — Что же Сатана может сделать сейчас — когда я ежесекундно буду настороже? — спросил Нортон.
      — Не знаю. Но он явно что-то затевает. Что-то нехорошее зреет!
      — К сожалению, мы не в силах мгновенно ощутить изменения, внесенные в прошлое, — сказала Атропос.
      — Да бросьте! — обиженно возразил Нортон. — Никто прошлого и не касался!
      Атропос недоверчиво повела головой и занялась своими нитями, машинально повторяя слова Луны:
      — Что-то нехорошее зреет! Что-то нехорошее…
      Через несколько мгновений она воскликнула:
      — Глядите! Вот странное пересечение нитей… и эти узелки… О, это все неслучайно!
      В конце концов она заявила, что видит непорядок, но сущность его выяснить не в состоянии.
      — Без помощи Хроноса Сатана вмешаться в прошлое никак не мог, — задумчиво сказала Луна. — А мы знаем, что Хронос помогать Сатане отказался уже сейчас, еще будучи неопытным. В дальнейшем такое сотрудничество еще менее вероятно. И Сатана отлично понимал, что ковать железо нужно пока горячо — то есть следует сразу же обмануть Хроноса, пока тот не вошел в курс дела. Сдается мне, что Сатана каким-то образом все же воспользовался простодушием Хроноса.
      Танатос испытующе уставился на Нортона.
      — Вы на все сто уверены, — спросил он, — что помощник Сатаны не побывал вместе с вами в прошлом?
      — Никакой демон не следовал за мной, — сказал Нортон. — Разве что Жимчик?
      Тут он вытянул вперед руку, показывая всем свое кольцо-змейку.
      — Нет, ваш Жимчик к бесовским силам отношения не имеет, — сказал Танатос. — Я подумал о другом. Быть может. Сатана дал вам что-то — некий подарок, который вы из вежливости приняли. Тут важно то, что вы добровольно взяли эту вещь. Ведь Зло способно коснуться нас лишь тогда, когда мы потакаем ему — вольно или невольно. Самое печальное, что оно способно принимать разные формы и маскироваться. Помощнику Сатаны вовсе не обязательно быть хвостатым и рогатым чертом.
      — Хвостатым и рогатым, — в задумчивости повторил Нортон. — О Боже! Сатана дал мне свиток с адресом — и амулет. В форме рога! Неужели…
      — Да, в амулете, несомненно, сидел бес, — поддержала догадку Луна. — Сатана сообразил, что вас потянет лично удостовериться в правде его слов — вы направитесь по указанному временному адресу, бес прокатится вместе с вами «зайцем» и окажется в нужном месте!
      — Господи, какого же дурака я свалял! — воскликнул Нортон. — Жимчик предупредил меня: не бери амулет! А я не послушался! Сатана был такой обходительный, такой доброжелательный… и он сказал, что это просто рожок… Я и воспринял эту штуку как милую побрякушку…
      — А это был рожок черта, — огорченно констатировал Танатос. — Ладно, Хронос, не корите себя. Отец Лжи всех нас когда-нибудь да обманывал. Все мы набили уйму шишек, прежде чем набрались ума. Однажды Сатана напел мне в уши, что мои магические способности иссякли. И я с горя чуть не натворил разных глупостей!
      — Однако нить вашей жизни, Танатос, не претерпела изменений, — сказала Атропос. — Я тщательно проверила. Если Сатана и подгадил, то в каком-то ином месте!

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20