Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Любовь и предубеждение

ModernLib.Net / Короткие любовные романы / Монро Люси / Любовь и предубеждение - Чтение (стр. 4)
Автор: Монро Люси
Жанр: Короткие любовные романы

 

 


Он поднял голову.

– Разве ты не хочешь, чтобы я доставил тебе удовольствие?

Что она могла ответить?

– Я никогда...

Его брови приподнялись.

– Разве мужчина не пробовал раньше твой сладкий нектар?

– Нет, – дрожащим голосом сказала она.

В его взгляде отразилось мужское удовлетворение.

– Я хочу почувствовать тебя, Рейчел. Позволь мне.

Эти слова звучали скорее как приказание, нежели как просьба. Рейчел поняла, что отказать ему значило оставить неутоленным ее неиссякаемое желание.

– Да.

Его улыбка заставила ее задрожать.

Себастьян целовал Рейчел со всем самозабвением, на которое был способен, он хотел, чтобы она знала, что принадлежит ему. Ее возбуждение было таким милым, а она сама пахла так женственно, что это сводило его с ума. Ни одна женщина не увлекала его так сильно, ни об одной он не мечтал с таким наслаждением.

Наконец экстаз полностью захватил Рейчел, и она вскрикнула от удовольствия.

Ее тело все еще сотрясалось от пережитого экстаза. Себастьян поднялся и прижался своими чреслами к ее плоти.

– Я хочу тебя, – простонал он.

Ее глаза широко открылись, их выражение было мягким и полным любви.

– Я тоже хочу тебя, но...

– Но – что?

– Не делай мне больно.

Страсть поутихла, но не исчезла совсем.

– Ты боишься, что я могу сделать тебе больно?

– Нет, но...

То удивление, с которым Рейчел отвечала на каждое его прикосновение, ее реакция... все это привело Себастьяна к мысли, которой он не мог поверить.

– Ты девственница?

– Да.

– Но тебе двадцать три года. – Он с трудом произнес эти слова.

– Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного ни к одному мужчине.

Себастьян посмотрел на нее, сердце громко билось у него в груди.

– Тогда ты делаешь мне большую честь.

В его глазах читались нежность и призыв. Никогда раньше он не относился так серьезно к женщине и не хотел доставить ей удовольствие, как хотел сделать это для Рейчел. Он хотел, чтобы этот первый раз она запомнила на всю жизнь.

Себастьян нагнулся и поцеловал ее.

– Это будет прекрасно, солнышко. Я обещаю.

Рейчел приподнялась и ответила ему на поцелуй. Она была полна доверия так же, как Ева, отдавшаяся Адаму.

– Я верю тебе, любовь моя.

Как она назвала его?

Он посмотрел в ее зеленые глаза, горящие страстью, и понял, что она скорее всего сама не поняла значения этих слов. Раньше он не замечал ее чувств. Но теперь понял, что она так же отличается от женщины, которая родила ее, как монахиня отличается от проститутки.

Внезапно он понял нечто важное.

Можно искупить свою вину перед ней только женитьбой.

Мысль о том, что какой-то мужчина мог делать то же самое, что и он, была невыносима.

– Ты – моя, – прорычал он, овладевая ей.

Глаза, полные любви, посмотрели на него.

– Да, я твоя. Я всегда была твоей.

Ее шелковые волосы рассыпались по подушке, и теперь она напоминала языческую богиню.

От него потребовалось много усилия, чтобы овладевать ею медленно. Чем глубже он погружался в нее, тем сильнее путались его мысли.

Он любил ее медленно, блаженство разливалось по всему его телу.

Рейчел двигалась под ним, издавая чувственные стоны. Она реагировала на него так же, как и он на нее. У Себастьяна потемнело в глазах., Когда он полностью пришел в себя, то понял, что по-прежнему лежит на ней. Себастьян чувствовал такую слабость, какую не ощущал после секса ни с одной женщиной.

Рейчел плакала тихими слезами.

– Я сделал тебе больно? – Все его существо содрогнулось при этой мысли.

Она покачала головой, и слезы еще сильнее побежали из ее глаз.

– Это самое невероятное, что я когда-либо переживала в жизни. Спасибо.

Он осторожно отстранился от нее.

– Ты в порядке?

– О, да. Все так странно. Каждое твое движение заставляет меня переживать восхитительные чувства, – как бы извиняясь, сказала она, и Себастьян покачал головой.

Разве он не сказал ей, что она просто сказочная любовница?

Рейчел заснула сразу, как только ее голова коснулась подушки. Себастьян лег рядом.

Он будил ее ночью два раза, и оба раза она отдавалась ему с восторженным самозабвением.

Себастьян проснулся и понял, что потерял нечто очень важное.

Он потерял себя.

Еще никогда в жизни он не испытывал такой необходимости быть вместе с женщиной, не чувствовал такого душевного подъема, который принесла ему Рейчел. Себастьян обладал ею, и она оставляла в нем желание, которое, наверное, никогда не иссякнет.

Он посчитал бы дураком того мужчину, который позволил бы себе настолько отдаться женщине, но сам ничего не мог с собой поделать.

Единственное, что успокаивало его, – это то, что слияние было обоюдным.

Что-то теплое пошевелилось рядом, и тут же в его памяти всплыла проведенная вместе ночь, полная страсти. Рейчел отвечала ему с полной самоотдачей. Рейчел просто потрясающая любовница, он не знал раньше таких женщин. Она – мечта любого мужчины.

Чувство потерянности накрыло его, когда он вспомнил строку из письма дяди.

Матиас говорил то же самое об Андреа: «Моя жена – мечта любого мужчины в постели». Старик писал, что так долго позволял играть с собой не только потому, что Андреа разжигала в нем огромное желание, но и потому, что она с великой готовностью отвечала ему на страсть.

Желание. Это слово почти точно отражало его чувства относительно Рейчел. Он хотел, чтобы ей было хорошо.

Но он не настолько был рабом своих гормонов, чтобы позволить женщине попрать его гордость и мужское достоинство, причем только потому, что она хороша в постели.

А разве нет? – упрекнул его внутренний голос.

Мысли Себастьяна метались в беспорядке. Он взглянул на спящую рядом с ним женщину. Ее нежная грудь была наполовину обнажена. Сексуальное желание снова проснулось в нем, и он еле удержался, чтобы не разбудить ее.

Желание, страсть. Насколько разные эти понятия?

Но испытывал ли Себастьян страсть? Мог ли не любить ее этой ночью? Он не был рабом страстей.

Кроме того, девственница заслуживала большей заботы.

Себастьян не хотел сделать ей больно. Кстати, он не помнил, чтобы она испытала боль даже в самый первый раз.

Воспоминания не давали ему покоя, растревоженный рассудок пытался разобраться в том, что произошло прошлой ночью.

С девственницей надо обращаться особенно осторожно, потому что во время полового акта у нее разрывается тонкая пленочка, из-за чего может возникнуть небольшое кровотечение. Но крови не было. Рейчел даже не было больно. Она принимала его очень страстно каждый раз, когда они занимались любовью.

Рейчел сказала ему, что она девственница, но все указывало на обратное.

Мысль о том, что Рейчел могла соврать ему о своей невинности, заставила все его внутренности сжаться от гнева и боли.

Разве Андреа не надула дядю, притворившись гораздо невиннее в сексуальном плане, чем была на самом деле?

Не решила ли Рейчел заманить его в ловушку так же, как до того Андреа завлекла в свои сети Матиаса?

Она разрешила ему заняться с ней любовью даже после того, как он сказал, что не женится на ней. Почему?

Ругательство вырвалось у Себастьяна, когда он вспомнил еще кое-что о вчерашней ночи. Они совсем не предохранялись. Он начисто забыл о презервативах, и Рейчел не напомнила ему о них.

Это было еще одним доказательством того, что она хотела обмануть его. Она ничего не сказала о защите, потому что хотела поймать его в сети. Рейчел была даже хитрее матери, потому что Матиас не был обманут Андреа.

Рейчел совершенно точно сделала из него дурака.

Означает ли это, что она – величайшая актриса?

Рейчел вышла из ванной, закутавшись в большой халат Себастьяна. Она проснулась одна, но ничуть не беспокоилась из-за этого. Он – бизнесмен, и ему надо работать. Вчера он сказал ей, что у него назначено срочное совещание.

И это вовсе не значит, что она не играет никакой роли в его жизни. Ни один мужчина не может так нежно любить женщину и испытывать к ней только желание.

Прошлая ночь была просто замечательной. Рейчел глупо улыбнулась, когда воспоминания нахлынули на нее.

Себастьян Курос – прекрасный любовник.

Она не хочет, чтобы их отношения закончились, но он ничего не обещал ей. Впрочем, какое это имеет значение, если она сообщила ему правду о своих чувствах?

Теперь он должен знать, что она не такая, как ее мать. Рейчел отдалась Себастьяну девственницей.

Она ни с кем прежде не спала и любила только его одного. Рейчел помнит, что сказала ему это во время того, как они любили друг друга.

Сможет ли она повторить эти слова белым днем?

Сможет ли простить себе, если струсит и не поведает ему о своей тайне? Если она окажется столь малодушной, Себастьян позволит ей уехать в Америку и поверит, что для нее прошлая ночь – всего лишь незначительный эпизод.

Рейчел сомневалась в любви Себастьяна, но не могла поверить, что он испытывал только влечение к ней. Достаточно ли этого, чтобы строить взаимоотношения? И захочет ли он?

Она не узнает это, пока не выяснит все у него самого.

Кроме того, любовь Рейчел была честной. Ни гордость, ни страх прошлого не мешали ей любить его.

Вчера она не сказала Себастьяну самые главные слова, которые доказали бы ему, что она не такая, как ее мать. После того, что случилось с ней в шестнадцать лет, она совершенно отказалась жить жизнью матери, и Себастьян обязан поверить ей.

Он умный человек. Он поймет.

Поймет, что она действительно любит его, если позволила ему любить себя после этой травмы.

Рейчел готова была выйти из спальни, когда дверь открылась и вошел Себастьян с угрюмым выражением на лице.

– С тобой все в порядке? – спросила она, размышляя о том, подходящее ли сейчас время, чтобы обсуждать их чувства и их будущее.

Хмурое лицо Себастьяна не располагало к беседе.

Рейчел отругала себя за то, что трусит. Себастьян – владелец огромной корпорации. Всегда найдется что-нибудь, что будет портить ему настроение. Ей надо верить ему.

– Со мной все хорошо. – Он посмотрел на нее странным взглядом. – Ты выспалась?

– Да. – Она глубоко вздохнула. – Себастьян, мне нужно поговорить с тобой.

– Вот как?

– Да. Ты выслушаешь меня?

Его губы сложились в пародию улыбки.

– Уверен, я знаю, что ты хочешь мне сказать.

– Нет, не думаю, – произнесла Рейчел. Себастьян намного умнее тех мужчин, которых она знала, но даже он не мог читать мысли.

– Это касается твоей девственности, – догадался он.

Рейчел уставилась на него. Откуда он узнал?

– Тебе сообщила Андреа? – не веря своим ушам, спросила Рейчел.

– Нет, но я узнал обо всем благодаря твоей матери.

Это звучало очень странно.

– Себастьян, я говорю о том, что случилось со мной, когда мне было шестнадцать лет. Ты знаешь об этом?

Он побледнел, и ярость исказила его черты, но он тут же взял себя в руки.

– Ты хочешь сказать мне, что пережила травму?

Рейчел кивнула, но поняла, что об этом разговаривать сложнее, чем она предполагала.

Она села на край кровати, ноги не держали ее.

– Не могу поверить, что Андреа сказала тебе.

Она поклялась мне хранить молчание.

– И теперь ты собираешься доказать мне, что не была готова отдаться мужчине, но я разжег в тебе женскую страсть. – Себастьян говорил совершенно спокойно, и это тревожило ее.

– Да, – нервно произнесла Рейчел, пытаясь прочитать его мысли.

– Меня не так легко обмануть, дорогая.

Если бы Себастьян заботился о Рейчел, а после прошедшей ночи она знала, что это так, он пришел бы в ярость, узнав о том, что случилось с ней. Он был настоящий греческий мужчина – и собственник, и защитник. Наверное, ему так же сложно обсуждать все это.

– Я знаю тебя очень хорошо. – Его холодный тон разрушил ее надежды.

Она кивнула, ее переполняли эмоции.

– Да, знаешь, и, может быть, поэтому я так сильно люблю тебя.

Его лицо болезненно исказилось, и он отошел от нее.

– Скажи мне кое-что, Рейчел...

Она не рассчитывала на то, что он будет расспрашивать ее. Такой мужчина, как Себастьян, нелегко поддается эмоциям, но она не думала, что он сразу отречется от нее.

Возможно, он отвернулся от нее по какой-то другой причине?

– Я отвечу на любые твои вопросы.

– Ты знала, что Матиас решил развестись с Андреа?

Рейчел не поняла, какое это имеет отношение к их отношениям, но все-таки сказала:

– Одна из ее подруг прислала мне сообщение по электронной почте...

– Именно поэтому ты спланировала вчерашнюю сцену обольщения?

– Какую сцену обольщения? – Все шло не так, как она рассчитывала, и Рейчел смутилась.

– Ужин, твое желание быть со мной, даже после того, как я сказал, что не могу предложить тебе брак. Теперь мне все ясно. Ты приехала в Грецию, уже зная, что дядя разводится с твоей матерью. Ты не хотела, чтобы тебя лишили содержания, и решила обмануть еще одного богатенького?

– О чем ты говоришь?

Себастьян со свистом втянул воздух.

– Я говорю о тебе, невинная девственница, – произнес он с презрением. – Согласие заняться со мной любовью в первый раз – твоя дорога к обеспеченной жизни.

Рейчел не могла поверить своим ушам. Его слова леденили ей душу, страх наполнял ее. Она обхватила себя руками, но это объятие не помогло растопить тот холод, который разливался у нее внутри и медленно поглощал ее.

– Ты веришь, что я любила тебя из-за денег? Она хотела выкрикнуть эти слова, но у нее из уст вырвался только шепот. – Ты думаешь, будто я приехала на похороны матери с намерением соблазнить тебя?

Чудовищное предположение! Рейчел поняла: еще мгновение, и она разрыдается.

– Ты знала о разводе.

– Я понятия не имела ни о каком разводе до того, как приехала в Грецию.

– Кто же напел тебе, соловушка? – насмешливо спросил Себастьян.

Рейчел пыталась объяснить, что узнала обо всем из письма, которое ждало ее в электронной почте, но Себастьян холодно взирал на нее и не верил ни одному ее слову.

– Думаешь, я поверю, что Андреа не позвонила тебе и не сообщила о грозящем ей разводе и что одна из ее подруг прислала тебе письмо, которое ты получила уже после смерти матери?

Это действительно было мало похоже на правду, но, если бы Себастьян доверял ей, он не воспринял бы ее объяснение как ложь.

– Я не лгу тебе, Себастьян, – произнесла Рейчел, уходя в себя. Все ее мечты рушились.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

– Ты сказал, будто тебе известно, что случилось со мной, – после паузы продолжила она. – Если это так, ты должен знать, как тяжело мне было прошлой ночью.

– Подобные уловки ни для кого не секрет. Это могло сработать с Матиасом, но меня не застанет врасплох.

Разве у ее матери была сексуальная травма в прошлом? Рейчел поверила бы любому рассказу об Андреа. Она насмотрелась многого, живя рядом с ней, но никак не могла понять, почему Себастьян внезапно превратился из любящего и ласкового любовника в холодного и бессердечного незнакомца.

Как могло это произойти?

– Прошлая ночь была прекрасна.

Что-то промелькнуло в его глазах, но тут же пропало. И Рейчел даже не пыталась понять, что именно. Ее сердце умирало.

– Прекрасная попытка манипулировать мной, но я не дядя и не позволю поступить с собой так же какой-то мелочной суке.

Рейчел едва не задохнулась.

– Не смей обзывать меня!

– Что, правда глаза колет? – зло произнес он.

– Правда? Что ты знаешь о правде? Ты в такой же степени обманут, как и Матиас. – Рейчел прерывисто вздохнула. Себастьян придумывает небылицы о ней, но она никогда не лгала ему. – Господи, я пришла к тебе девственницей!

Его эти слова вовсе не убедили.

– Твоя девственность – это такая же ложь, как и предполагаемая любовь ко мне.

Рейчел покачала головой, пытаясь собраться с мыслями.

– Ты не веришь, что я девственница?

– Ты сама попалась на своем вранье, Рейчел.

Сначала намекала на то, что тебя изнасиловали, а теперь утверждаешь, что девственница. Что из этого правда?

– Я никогда раньше не занималась сексом, – только и смогла она сказать.

– У тебя не было крови.

И поэтому он считает, что у нее есть сексуальный опыт?

Кровотечение случилось у Рейчел в шестнадцать лет, и такое сильное, что она даже приготовилась к смерти. Андреа отказалась отвезти ее в больницу, объяснив, что у всех женщин бывает кровь, когда рвется их плева.

– Я не настаивала на браке. Я пришла к тебе сама. Разве это ничего не значит? – Рейчел уже не пыталась убедить его, она просто констатировала факт.

– Ты слишком дешево продала себя.

Каждое его слово напоминало пощечину.

Если Себастьян думает, что любовь вне брака это такое простое дело для нее, то он глубоко ошибается. Рейчел никогда не одобряла образ жизни своей матери. Она мечтала о первой брачной ночи, о белом подвенечном платье и о прекрасном принце, но согласилась на принца без всего остального, потому что слишком сильно любила его.

И Рейчел надеялась, что он примет ее любовь и тот подарок, который она ему сделала.

Она было просто идиоткой. Глупой, наивной идиоткой.

– Больше нечего сказать? – спросил Себастьян.

Даже не взглянув на него, Рейчел покачала головой, ощущая острую боль в сердце.

Себастьян смотрел на нее еще несколько секунд, потом резко повернулся на каблуках и вышел из спальни.

Рейчел без сил опустилась на кровать. Ее сердце превращалось в камень, душевную боль невозможно было превозмочь.

Прошло много времени, прежде чем Рейчел смогла встать на ноги. Выше ее сил было ощущать на себе что-то, что принадлежало Себастьяну, поэтому она скинула с себя махровый халат. Нагая, она прошла из его спальни через холл в свою комнату и закрыла за собой дверь.

Краем глаза Рейчел заметила какое-то движение в холле, но не повернула головы. Ей было все равно – даже если какой-нибудь служащий Себастьяна увидел ее голой. Какая теперь разница!

Андреа начала морально убивать свою дочь, а Себастьян сегодня завершил это дело.

Рейчел удивлялась, как она могла полюбить такое чудовище.

Больше она не допустит такую ошибку.

Ощущение реальности покинуло ее. Рейчел перестала что-либо воспринимать. Она была просто... оболочкой. И все.

Она переживет эту боль.

Рейчел упаковала чемоданы. Потом, как во сне, вытащила шкатулку с памятными вещичками, которая пополнилась на прошлой неделе. Рейчел положила туда ракушку, найденную на побережье, когда они с Себастьяном ездили на рыбалку, цветок, который Себастьян сорвал для нее во время их прогулок, – в общем, все то, что напоминало ей сейчас о том, какая она была дура. Даже не посмотрев внутрь, Рейчел выбросила шкатулку в мусорное ведро, затем заказала билет на самолет и вызвала такси.

Через полчаса она уехала из квартиры Себастьяна. Из кабинета слышался его голос, но у нее не возникло желания попрощаться. Они все сказали друг другу, и ей оставалось только надеяться, что она больше никогда не увидит циничного мерзавца.

– Как чувствует себя твоя гостья, сынок?

Крепко сжав в руке телефонную трубку, Себастьян подавил спазм в горле. Когда он видел гостью последний раз, она была на грани срыва.

Последние два часа он провел, пытаясь выбросить ее и проведенную вместе ночь из головы, но это у него не получалось. Он чувствовал, что даже срочные дела не могут отвлечь его мысли, и вопрос матери только насыпал соль на свежую рану.

Его обвинения, тщетные попытки Рейчел убедить его – все это предстало перед ним совершенно в другом свете.

Господи, что я наделал?

С небес не пришло ответа на безмолвный вопрос Себастьяна, вместо этого он услышал свое имя в трубке.

– Да?

– Я спросила, как дела у Рейчел.

– Не очень хорошо.

– Вы поссорились? – спросила Филиппа, давая ему понять, что заранее осуждает его.

– Она такая же, как ее мать.

– Но ты ведь не думаешь так на самом деле?

Хотя сейчас Себастьян видел все совершенно в ином свете, он не мог признать, что был не прав.

– Почему ты считаешь, что она другая?

– Ты просто дурак, если так о ней думаешь.

Вовсе не весело, когда твоя мать называет тебя. дураком. Себастьян сжал зубы.

– Ты так уверена? Можно спросить почему?

– И часа хватит, чтобы понять, что нет двух настолько разных людей, как Рейчел и ее мать. Ты позволил предубеждению повлиять на свое отношение к ней.

Он тоже так думал, но убедил себя, что это не так.

– Возможно, твоя доброта подводит тебя.

Филиппа протяжно вздохнула.

– Последние несколько лет Рейчел жила отдельно от Андреа. Она не только настояла на проживании в другой стране, подальше от материнского влияния, но и отказалась принимать от Матиаса деньги после того, как окончила университет. Если бы Рейчел была такая же, как Андреа, разве не жила бы она в Греции, позволив Матиасу содержать себя?

Холодок начал проникать в душу Себастьяна.

– Я не знал, что Матиас не содержал ее.

– Конечно, не знал, ведь уже пару лет ты менял тему разговора всякий раз, когда мы начинали говорить о ней.

Себастьян хотел Рейчел, и разговоры о ней только усиливали его желание.

– Она солгала мне, – сказал он, пытаясь схватиться хоть за соломинку.

– В это я не верю.

Задетый осуждением в тоне матери, он сказал ей правду:

– Рейчел призналась, что она девственница, но не является таковой. Она пыталась заманить меня в сети точно так же, как Андреа – Матиаса.

Филиппа несказанно удивилась:

– Как ты можешь быть уверен в этом?

– Существует только один способ, мама, и тебе он прекрасно известен.

Мать вполголоса сказала крепкое словцо, которое не произносила никогда.

– Только не говори мне, что ты обвинил ее в этом после ночи, проведенной вместе.

– Я не позволю, чтобы меня обманули так же, как дядю.

– Ты обманываешь сам себя. Глупое дитя.

Губы Себастьяна сжались, когда он услышал, что мать называет его ребенком, в то время как ему уже тридцать лет.

– С чего ты решил, что она не девственница?

– Я не буду обсуждать это с тобой.

– С кем тогда ты будешь обсуждать это? Если ты обвиняешь ее, то должен объяснить мне почему.

– У нее не было кровотечения. – Несмотря на то, что их разделяли мили, Себастьян покраснел, произнеся столь интимное признание.

– И что?

– Ну, я сделал вывод, что она не настолько невинна, как сказала мне. Черт возьми, мама, я бы не волновался, но если она солгала мне в этом, значит, могла солгать и в другом.

– И поэтому ты разбил ей сердце? Ты бросил ее?

– Я ничего ей не обещал.

– И это ее ты называешь предателем? – Неожиданно для Себастьяна, Филиппа разразилась целой тирадой о том, какие идиоты и упрямцы греческие мужчины. Она заявила, что только такой динозавр, как Себастьян, может не знать, что не всегда бывает кровь, когда впервые происходит половой акт.

Отсутствие крови – вовсе не доказательство.

Его мать была возмущена, что он позволил себе уложить Рейчел в постель до свадьбы, а потом обвинил ее бог знает в чем. Филиппа закончила тем, что Рейчел будет права, если не захочет даже разговаривать с ним, и она, Филиппа Курос, больше не станет искать невест для такого идиота.

Если она захочет внуков, ей придется подождать, пока женится Аристид.

У Себастьяна еще долго звенело в ушах после того, как его мать положила трубку.

Филиппа права. Как он мог убедить себя, что Рейчел обманывает его? Она никогда не вела себя, как ее мать, а он, в лучших традициях греческой вендетты, обвинил ее в грехах матери.

Кровь отлила от его лица, когда Себастьян вспомнил, как оскорблял ее и обвинял в несовершенных грехах. Он обидел ее, а ведь она сама пришла к нему, и правду можно было прочитать в ее любящих глазах.

Себастьян даже убедил себя, что это она виновата в том, что они любили друг друга не предохраняясь, а ведь это была его вина. Он был более опытен, но так сильно хотел слиться с ней, что даже не подумал о безопасном сексе.

Обвинения матери – ничто по сравнению с теми словами, которыми он бичевал себя сейчас.

Себастьян чувствовал, что проваливается в темную, холодную пропасть. Если он не извинится перед Рейчел, его сердце будет разбито.

Нетвердыми шагами Себастьян пошел в комнату Рейчел, но обнаружил, что она пуста.

Там не было не только Рейчел, но и ее вещей.

Все сжалось у него внутри, дыхание сбилось.

Его взгляд блуждал по комнате, ища хоть что-нибудь, что напомнило бы о ней. И вдруг Себастьян заметил шкатулку в мусорном ведре. Шкатулка была похожа на ту, что стояла в спальне его матери на туалетном столике. В ней Филиппа хранила всякие памятные вещицы, связанные с отцом Себастьяна.

Что эта шкатулка делает в мусорном ведре? Рейчел привезла ее с острова, так почему же решила выкинуть ее?

Себастьян поднял шкатулку и открыл, не чувствуя угрызений совести. Ему стало плохо, как только он увидел, что лежало внутри. Рейчел образно выкинула его из своей жизни. Эти вещицы ясно говорили ему о том, какие чувства она испытывала к нему с самого начала их знакомства.

Эти чувства он всегда игнорировал.

Нет, не совсем так. Он замечал ее робкое обожание и иногда пользовался этим, он был добр к ней, потому что ни к одной женщине не относился так, как к Рейчел. Даже когда ей было всего семнадцать лет. Уже тогда он хотел ее, но слишком явно ощущал невинность Рейчел и видел ее сдержанное отношение к мужчинам. Она никогда не показывалась на пляже, когда рядом находились друзья матери, но много раз плавала с ним.

Когда Рейчел жила на острове, она никогда не посещала вечеринок Андреа.

Единственное, что может служить оправданием поведения Себастьяна, это то, что он тяжело переживает смерть дяди. Он потерял человека, который заменил ему отца и наставника во всех делах. Себастьян испытывает еще большую боль из-за того, что смерть дяди была такой глупой и что его жизнь превратилась в кошмар после женитьбы на Андреа.

Раскаяние настолько сильно измучило его, что он опустил голову на диванную подушку и забылся сном.

Рейчел сидела на офисном стуле и не могла произнести ни звука.

В отличие от нее, доктор вовсе не была удивлена.

Рейчел пришла выяснить, что происходит с ее женскими гормонами, а врач, исследовав показания современной аппаратуры, ошарашила ее.

– В этом нет ничего необычного. Вы бы удивились, узнав, как много людей, не достигших тридцати лет, имеют проблемы с сердцем. Мерцательная аритмия – это еще цветочки.

Цветочки? Лично Рейчел не считает, что риск сердечного приступа и сбивчивая работа сердца это цветочки, но у каждого свое мнение. Без сомнения, доктор Помпелла видела пациентов и в гораздо худшей форме, чем Рейчел.

– Не волнуйтесь, мы проводим успешное лечение щитовидной железы, увеличение которой провоцирует аритмию.

– А это лечение не сведет меня в могилу?

Доктор Помпелла кивнула, ее взгляд ничего не выражал.

– Такой риск имеется.

– Каков этот риск?

– Если кровь слишком загустеет и появится тромб, может произойти инфаркт. Однако после шести недель медикаментозного лечения опасность его возникновения маловероятна.

Интересно, доктора получают деньги за утешение пациентов?

– Итак, каким образом мы будем лечить мою щитовидную железу?

Ей всего двадцать три года, и она слишком молода, чтобы заниматься таким серьезным лечением. Но, по словам доктора, проблемы со щитовидкой – дело обычное.

– Вы можете выбирать между медикаментами, хирургией и радиационной терапией.

Рейчел выбрала радиотерапию, посчитав, что принимать йод гораздо легче, чем оперироваться.

Это безболезненно и не имеет побочных эффектов, объяснила ей доктор, а полное выздоровление практически гарантируется.

– Однако вам следует держаться подальше от маленьких детей и никого не обнимать в течение семидесяти двух часов после приема лекарства.

– Понятно. – Немного помолчав, Рейчел спросила врача о том, что беспокоило ее так долго:

– А можно ли принимать препарат беременной женщине?

– Вы беременны?

– Я не знаю.

Глаза доктора округлились.

– Но вы сомневаетесь?

– У меня приходила менструация через неделю после... – Рейчел не могла озвучить то, что они сделали с Себастьяном. Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. – Она была очень слабой и больше в течение двух месяцев не приходила.

– Вы не чувствуете тошноты по утрам?

– Нет.

– Грудь стала более чувствительной?

– Наверное, да, немного.

– Есть много причин приостановления цикла помимо беременности.

То же самое твердила себе и Рейчел.

– Я знаю. Поэтому пришла к вам на прием.

Только она не ожидала услышать от врача, что состояние ее сердца во многом зависит от щитовидной железы.

– Если у вас есть время, мы можем провести тест на беременность, прежде чем делать дальнейшие выводы.

– Хорошо.

Через час Рейчел сидела все на том же стуле, чувствуя, что мир рушится вокруг нее.

– Мой срок – десять недель?

– Да, правильно. – Доктор Помпелла закрыла свою рабочую папку. – Мы должны обсудить все опции.

– Да, – машинально Согласилась Рейчел, но мысли ее были далеко.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7