Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Поверь в любовь - Грустная сказка

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Надеждина Ирина Николаевна / Грустная сказка - Чтение (стр. 12)
Автор: Надеждина Ирина Николаевна
Жанр: Современные любовные романы
Серия: Поверь в любовь

 

 


– Бери, что хочешь. Не возбраняется. А Катёну я узнаю, в своем репертуаре! Стоит успокоиться и командиром будет она, – Артур потянулся до хруста в костях.

– Ты уже окончательно проснулся? – Сью присела на край кровати.

– Окончательно. А что? – Артур приподнялся на локте.

– Ничего. Я хотела спросить, что бы ты хотел на завтрак, и где ты будешь завтракать. Сюда тебе принести или ты встанешь?

– Я, конечно, встану. Я когда-то уже говорил, что терпеть не могу крошек в постели. Это, во-первых. Во-вторых…

– А во-вторых, иди умываться и бриться. У тебя ужасно жесткая щетина, – Сью повела кончиками пальцев по его щеке. – Я не намерена с утра целоваться с небритым мужиком. Пока ты умоешься, я решу всё с завтраком. Что мы сегодня завтракаем?

– Что твоей душе угодно?

– Моей душе угодно настоящий английский завтрак. Ветчину и яйца я уже нашла, кофе и молоко тоже. У тебя есть овсянка?

– Конечно. Шкафчик над кухонным столом. Там на банке написано. Мы что, овсянку есть будем?

– Мы будем есть поридж. Знаешь, что это такое?

– Овсянка, леди! – Артур рассмеялся. – Пробовал я это в Лондоне. Вполне прилично.

– У тебя двадцать минут, – Сью поднялась. – Через двадцать минут, шановный, я жду тебя на кухне.

Артур послушно отправился в душ. Настроение у него заметно улучшилось. Солнечный зайчик снова был с ним и снова согревал. Всё, что было, теперь казалось совсем неважным. Даже самочувствие стало немного лучше. Приведя себя в порядок, он вернулся в свою спальню и надел джинсы и футболку. Из кухни просачивались аппетитные запахи. О вчерашних неприятностях напоминала только брошенная на пол сумка и неубранные вещи. Артур нахмурился, повесил одежду в шкаф, а содержимое сумки разложил по местам. Подумав минуту, он убрал в сейф ту кассету, которая была в сумке, и те, что оставались в секретере.

Сью ожидала Артура на кухне за накрытым к завтраку столом. Она скромно улыбнулась:

– Как тебе всё это нравиться?

– О! Нет слов! – Артур сел за стол.

– Самое главное забыл, – Сью наморщила свой хорошенький носик.

– И что же я забыл? – удивился Артур. – Побрился, зубы почистил. Уши показать?

– А поцеловать? – она подставила ему свежую, как персик, щечку.

– Прости, паршивца! – Артур рассмеялся и поцеловал её.

– А теперь начинай быстренько всё это есть, а то остынет окончательно. Начинать нужно с овсянки, – назидательно сказала Сью.

– Да я, вообще-то, в курсе.

– Ну, и как?

– В Лондоне, леди, скажу вам, такого не подают. Им до тебя далеко, – совершенно серьезно сказал Артур.

– Ах, ах, ах! Можно подумать!

– Подумай, подумай. А пока думать будешь, расскажи мне, ничего Катёна передать на словах не просила?

– Нет. Я тебе всё сказала. Она обещала позвонить.

– И это радует. Чем ты сегодня собираешься заниматься?

– Первым делом, поеду домой и переоденусь. Джинсы я вчера запачкала, блузку вообще выбросить теперь придется, – она тяжело вздохнула. – Меня когда тащили, в одном месте здорово порвали…

– Что здесь получилось, покажи, – Артур осторожно тронул её за руку, где рядом со ссадиной расплылся синяк. – Болит?

– Нет, сегодня уже не болит, – Сью смутилась. – Артур, что с ними вчера сделали?

– Я не интересовался, и тебе интересоваться не советую. Или тебе они тоже нравились? – его взгляд стал тяжелым.

– Не нравился мне никто с самого начала. Почему нельзя интересоваться? Их что… убили? – она смотрела испуганно.

– Я же сказал, что я не интересовался и тебе не советую. Ты уже большая девочка и должна бы понять, что любопытство не всегда доводит до добра, – всё так же тяжело глядя на неё, ответил Артур. – Это Васины шестерки, ему с ними и разбираться. А ты, впредь, можешь на его защиту рассчитывать.

– Потому что я с тобой?

– И поэтому тоже.

– Катёна и хозяин ресторана на таких же правах?

– Сью, крошка, давай не будем выяснять то, что может быть неблагоприятным для тебя же, – он опустил глаза.

– Артур, а почему ты вчера сказал, что мать Мэри провернула некогда с тобой подобный трюк? Это-то хоть можно спросить?

– Это можно. Специалисты они – и мама, и дочка – по подставам.

– Расскажешь?

– Расскажу, – он шумно вздохнул, отодвинул тарелку и встал. – Ты кофе или чай будешь?

– Кофе. Хочешь, я сварю?

– Я сам, – Артур закурил. – Это произошло, когда мне было семнадцать лет. В школе я занимался спортивной гимнастикой и бальными танцами. И то, и другое мне нравилось. По гимнастике я получил мастера спорта. На конкурсах по танцам пару раз получал призы. Говорят, танцевал очень хорошо. У меня была партнерша, на полтора года старше меня, Вика. Тогда фамилия её была Мартынова, но самым забавным было то, что отчество было Мартыновна. У неё и побрякушка за глаза была «Мартынна». В принципе девочка была неплоха собой, хотя бы потому, что все молодые неплохи собой. Но мне до неё дела не было. У меня была Лена. Знаешь, я не представлял, что смогу прожить без неё. Мне казалось, что если мы расстанемся, если она меня разлюбит, то… – он помолчал. – Может быть, это было детство, может быть предчувствие судьбы. Где-то подсознательно я всегда понимал, что потеряю её…

– Тебе казалось, что ты умрешь в тот день, когда она тебя разлюбит? – Сью тоже закурила.

Артур разлил кофе по чашкам, но так и не повернулся к Сью лицом. Она видела, как напряглась его спина. Он молчал довольно долго, затем медленно ответил:

– Мне многое казалось… Я никогда не думал, что жить без неё будет самым страшным. Это только когда ты молодой, смерть пугает. Тогда, наверное, смерть была бы избавлением… У меня жизнь вместо наказания, – в его голосе послышалась горечь и тоска. – Помнишь, что я сказал тебе утром, когда мы познакомились?

– Помню. Что ты не можешь оглянуться назад без содрогания. Это из-за неё?

– И не только, – Артур повернулся, лицо его стало печальным, усталым и слегка осунулось. Он переставил чашки с кофе на стол. – Осознание своих грехов, далеко не лучшее ощущение… Да, так вот о Вике. Она имела на меня виды. Я на неё видов не имел. Однажды на репетиции вышла маленькая неприятность, я ушел вслед за Леной, а Вика устроила истерику. После этого она решила посчитаться со мной. Она договорилась со своей сестрицей, у которой был приятель, большой любитель заняться групповухой и поснимать порнографию. Это теперь на каждом углу можно плакат с голой бабой прикупить, а в наше время за это можно было и пойти работать на Родину. Вот и клацали это дело «подпольщики», а потом продавали по полтиннику за одну фотографию. Как-то после репетиции Вика и её сестра попросили меня помочь донести тяжелый пакет. Я согласился, неудобно было отказываться, тем более, идти было недалеко. Потом меня пригласили чайку попить и в чаек подсыпали какой-то дряни. Когда меня растаскало, а произошло это очень быстро, пришел приятель и со мной позабавились не на шутку. Всё это снималось на пленку. Я трахался с ними со всеми, включая приятеля. Очнулся я дома, у меня был полный шок: меня знобило, выворачивало, голова болела…

– Как вчера?

– Почти. Намного сильнее. Кончилось всё тем, что я попал в больницу. Потом всё пришло в норму. С компанией разобрались, но вот Вика куда-то уехала. Рассказать всё Лене я не смог ни тогда, ни после. А, наверное, стоило. Тогда бы она поняла. Она узнала об этом через два года. Случайно встретилась с Викой и та, услышав, что мы собираемся пожениться, сделала нам небольшой подарок – последний оставшийся комплект фотографий и сказала Лене, что я был большим любителем подобных развлечений. Лена мне этого не простила… я был далеко и объяснить ничего не мог. Да и вряд ли она бы тогда чему-нибудь поверила… – Артур помолчал. – Лена уехала с родителями. Больше я о ней ничего не знал. Спустя некоторое время я попытался найти её, но не нашел.

– А, если теперь попробовать поискать её?

– Зачем? – Артур грустно улыбнулся. – У неё своя жизнь. Я думаю, что жизнь не плохая. По крайней мере, я хочу, чтобы это было так. Не думаю, что если она встретиться со мной, то будет рада этому. А знаешь, я в последнее время настолько часто о ней думаю, что у меня уже крыша слегка едет. Иногда, мне кажется, что я вижу её на улице. Притом не такую, какой она была, а изменившуюся. В воскресенье выглянул в окно в спальне, стоит женщина во дворе. Лица я её не видел, но мне показалось, что это она. Постояла и пошла. Я её позвать хотел, да у меня голос пропал… Похоже, пора начинать лечиться…

– А вдруг это она? – Сью, наконец, отпила совершенно остывший кофе. – Вдруг она вернулась?

– Сью, крошка, ты ещё большая фантазерка, чем я! – он невесело рассмеялся. – Похожих людей много. Взять хотя бы тебя и меня. Все твердят, что мы похожи. Ты ещё и Артуровна.

– А у тебя были ещё подобные варианты? – Сью улыбнулась.

– Были. Некогда выехал я на природу в одной веселой компании. Ну, сидим на берегу, шашлычки жарим, дамы наши веселятся. Дожарились шашлычки, я поднялся и подошел к воде, винишко откопать, которое остывать в мокром песке закопали. В это время подъехало на машине одно благопристойное семейство, а машину поставить некуда, моя мешает. Приятель мой отошел вообще куда-то в кустики, и сидят наши дамы в ожидании. Отец семейства подходит и так вежливо просит мою, как бы это сказать…даму… – он улыбнулся и опустил глаза. – В общем, предлагает ей попросить её сынка, отогнать машину чуть-чуть в сторону. Видела бы ты, как она подпрыгнула и начала оглядываться, где же сынок. У неё с перепугу даже румяна побледнели. Потом она, щелкая зубами, спрашивает, где сынок. Мужик на неё удивленно смотрит и отвечает, что возле воды бутылки выкапывает. Он на цвет волос повелся и на носы с горбинкой. Ну, ему объяснили, что со зрением у него плохо, если он зрелого мужика от пацана отличить не может. Мужик извиняться начал перед дамой, а я машину отогнал. Зато потом мы долго веселились. Мне ещё и уверять её пришлось, что она выглядит совсем, как девочка, а мужик просто в жизни ничего не понимает.

– Артур, а сколько тебе лет было? – Сью лукаво улыбнулась.

– Сколько, сколько… Достаточно. Тридцать три года, – его улыбка тоже стала лукавой.

– А ей?

– А ей пятьдесят пять. Нет, выглядела она конечно хорошо, но не рядом со мной и даже не на тридцать пять. Её сынку было тридцать два.

– Арчи, шановный, я же не думала, что ты герантофил! – Сью расхохоталась. – Охотник за старушками!

– Крошка, ты будешь умничать, я тебя выдеру чисто по отцовски, как Артуровну.

– Да уж! Ну, ты силен! Любовь по истине зла! – она смеялась так, что у неё выступили слезы.

– Безмерная любовь, – поправил он её томным голосом.

– А, если серьезно, – Сью вытерла глаза, – ты что с бабулькой делал?

– На шашлыки возил, – Артур закурил.

– И всё? А чего же ты её уверял, что она здорово выглядит?

– А ты подумай. Ещё кофе сварить?

– Свари, – Сью помолчала. – Вообще-то я себе с трудом представляю тебя со старухой. Ну, есть ребята, с дамами бальзаковского возраста, крутятся исключительно за бабки…

– Ты думаешь, если я в стриптизе за бабки оттягивался, то это всё? Я, Сью, не ангел, – в его голосе снова прозвучала тоска. – Тогда мне были очень нужны деньги для того, чтобы раскрутиться. Физически работать я особенно не могу. Воровать не научился. Тетя в Штатах не умерла и наследства не оставила. Да и нет у меня никакой тети. Вот я и решил торгануть. А так как товар у меня только один – собственное тело, вот я ним и торговал. Когда ушел из стриптиза, окончательно задвинул это занятие. Есть мужики, которым это нравится, для них это стиль жизни. Я же этим занимался с искренним отвращением, хотя и очень хорошо входил в роль. Занимался этим почти пять лет, если отбросить самый первый случай. Там только по началу меня сняли. Дальше были немного другие отношения, хотя деньги мне подкидывались регулярно.

– И много ты, таким образом, заработал?

– Достаточно. Я вращался в том кругу, где было много немолодых состоятельных дам, готовых отвалить очень круглую сумму не за поездку на шашлычки, а просто за час активной работы в постели. А если и дальше шло, то ставки, естественно, росли. Когда в стриптизе крутился, так там чуть ли не очередь строилась. Вот такой я съемный друг, – он закурил.

– Почему ты пытаешься меня всё время убедить, что ты такой плохой? – Сью подошла к нему и прижалась к его плечу. – Ведь если разобраться во всем…

– В чем?

– Во всем. Не отдельные кусочки брать, а строить логическую цепочку, то, я думаю, нет, я уверена, что всё окажется не так.

– А как? Крошка, – Артур обнял её и посмотрел сверху вниз ей в глаза, – я смотрю на тебя и во многом вижу себя двадцать лет назад. Только некоторые поправки на окружающую обстановку. Не знаю почему, но мне становится страшно от одной мысли, что ты можешь повторить хотя бы часть моего пути. Я понимаю, что это глупо, но ничего не могу с собой поделать.

Закипел и сбежал кофе. Артур отпустил Сью и повернулся к плите. Что-то творилось с ним странное. Он сам себя не понимал…

Глава 40

Артур отвез Сью домой, а сам поехал на работу. Сью пообещала сегодня приехать играть в теннис. Как обычно, Артур заглянул сначала к тренерам, потом к Татьяне Борисовне. Всё было в порядке. Денис и Олег, неразлучные, как сиамские близнецы, снова сидели и играли в карты.

– Вам, господа гусары, явно заняться нечем, – едко заметил Артур.

– Клиенты переодеваются, а его ещё не приехали, – пояснил Денис.

– И то ладненько.

– Отправь нас с Артемом клумбы поливать, – не отрываясь от игры, предложил Олег. – Ты всё Анжелке обещаешь. Она уже бедненькая на тебя жалуется.

– Олежек, у нас одна стоянка есть, а вторая нам пока не нужна.

– Не понял? – Олег поднял голову.

– Да ты же клумбу не польешь, а как слоняра, вытопчешь. И асфальт укладывать не придется.

– Я тебе не про клумбу, а про Анжелку. Совсем девка извелась, а ты ни-ни. Что ж ты, шеф, так персонал не любишь?

– Я персонал люблю, но флиртовать с ним не собираюсь.

– Ты плохо изучил права шефа. Шеф не флиртует, а воспитывает персонал.

– Это идея! – Артур лучезарно улыбнулся. – С тебя-то я и начну, негодный мальчишка. Клиентов твоих обслужит Денис, а мы с тобой сейчас в сауну пойдем без свидетелей.

– Арчи, мы так не договаривались, – Олег изобразил притворный ужас. – Я же вообще ещё ни с кем и никогда!

– Вот сейчас и попробуешь, – пообещал Артур и обратился к вошедшей Наташе. – Натали, детка, правда, из нас выйдет классная парочка? Он ориентацию меняет, а к клиентам приставать не рискует. Не могу же я отказать.

– Мальчики, вы смотритесь чудесно! Олежек, я тебе свою новую помаду могу дать попользоваться.

– Нет, я на это не могу пойтить! – Олег схватился за голову. – Нет, никогда! Он, коварный, меня всё равно покинет!

– Значит, не учи шефа работать, – констатировал Артур. – А теперь, что нового?

– В принципе ничего. Ты-то вчера как погулял? Головушка не болит? А то, Катя утром звонила и предупредила, что ты должен выспаться и отдохнуть. Мы тебя уже и не ждали, – сказал Денис, убирая карты.

– Просто поздно вернулся. Всё нормально.

– Тебе звонил господин Переверзев, если не ошибаюсь, – Наташа подошла к столу и заглянула в блокнот. – Да, так и есть. Просил, если у тебя будет возможность, перезвонить.

– Обязательно, – Артур закурил. – Раз никаких новостей больше нет, я вас покидаю. Кому понадоблюсь, ищите меня у Виталика или в моей коморке. Да, Наташ, как твоя протеже? Всё нормально? Я как-то не удосужился поинтересоваться.

– Пока всё нормально. И ей нравиться, и клиенты довольны.

– Что ж, будем надеяться, что так и дальше пойдет.

Артур заглянул к Виталику. Тот с вечно-спокойным видом пил кофе и читал книгу. На звук открывающейся двери он оторвался от своего занятия и посмотрел на вошедшего поверх очков. На его губах появилась улыбка.

– Витас, душа моя, – Артур бросил на стол барсетку и сел в кресло, – ты рискуешь начать догонять нашего Олега по массе. Береги себя.

– Попробую, – Виталик отбросил книгу. – Ты персонал побереги.

– А что случилось?

– Сегодня с нашей Анжелой была истерика, притом прямо с утра пораньше. Не любишь ты девочку.

– Постой, постой, – Артур нахмурился. – Что происходит? Я что-то не пойму. Хлопцы сидели подкалывали, что Анжелка извелась, а я её всё обещаю с Артемом вместе отправить клумбу поливать. Я думал это очередной прикол.

– Ну, как шефа, я должен поставить тебя в известность. Она утром заглянула в общий кабинет. Там сидели мужики, девчонки и я. Она принесла ведомость, чтобы мы на цифры посмотрели, и сказала, что после обеда денежки раздавать будут. Тут телефон зазвонил. Её попросил Денис трубку снять. Она ответила. Звонила Катя. Она попросила позвать кого-нибудь из мужиков. Ответил Денис. Она сказала, что ты спишь и должен хорошо отдохнуть. Ну, Денис сказал ей спасибо за предупреждение, трубочку повесил и объявил это всем остальным. Мы решили, что, возможно, ты сегодня и не появишься. Тем более ты вчера собирался в кабак на какой-то там банкет. Олежек прошелся о том, что должно быть, не слабо ты вчера оттянулся. Анжела с лица сошла и начала что-то говорить о том, что видела тебя в субботу с какой-то мадам, потом в понедельник с другой, а сегодня ты должен выспаться, звонят тебе всякие девицы и домогаются. Я удивился, ей-то какое дело. Она и выпалила, что ты готов иметь всё, что шевелиться, на неё же не то, что внимания не обращаешь, а просто издеваешься над ней и постоянно обещаешь её вместе с Артемом отправить клумбу поливать. Пока она всё это говорила, то начала сначала потихоньку плакать, а потом и рыдать. У Натальи челюсть отвалилась, у остальных что-то около того. Я попробовал сказать Анжеле, что твои связи – не её дело. Тогда с ней началась настоящая истерика. Еле в чувства привели. Ну, я ей валерьянки ударную дозу налил, а потом посоветовал Татьяне отправить её домой, чтобы она немного отдохнула. Отправила или нет, не знаю.

– Не отправила. Я заходил – она там сидела и в поте лица работала, – Артур продолжал хмуриться.

– Ты дурного в голову не бери, может быть, у девочки просто месячные начались и она немного взвинченная, – успокоил его Виталик.

– Может быть, а может и не быть. Мне не особенно хочется повторения. Она довольно часто намекает на то, что я ей глубоко небезразличен.

– Особенно процесс усилился после появления твоей чудненькой малявки Сью. Видно, она не знает, что вы поссорились.

– Ну, и что мне теперь прикажешь делать? Отказаться из-за этой озабоченной девочки от всех своих знакомых? Публично заявить, что я голубой, притом пассивный, или импотент? Не с работы же её теперь выставлять.

– Конечно. Хочешь, я с ней поговорю? – предложил Виталик.

– Я в таких делах предпочитаю разбираться самостоятельно. А вот со Сью я вчера помирился. И, надо сказать, очень этим доволен. Давай-ка, оставим пока Анжелу, и ты расскажешь мне свеженький анекдот. Потом я что-нибудь надумаю.

– Свежий анекдот… Тебе какой? – Виталик улыбнулся.

– Можешь черный. Только умеренно.

– Приходит малец домой с улицы и плачет. Мать его спрашивает, почему он плачет. Малец отвечает: «Меня дети дразнят, что у меня голова огромная, как арбуз». Мамаша ему и говорит: «Не слушай их, это плохие дети. Нормальная у тебя голова. Слазь-ка лучше в погреб за картошкой». Малец у неё ведро или пакет для картошки попросил. Мамаша и отвечает: «Да зачем тебе ведро? У тебя в панамку два влезут!».

– Считай, что насмешил, – Артур улыбнулся.

– Арчи, а к тебе гости, – Виталик приподнялся и посмотрел в окно.

– Гости? – удивился Артур.

– Васёк и компания или свита. Как правильно, не знаю.

– Ну, я к себе пошел, – Артур легко поднялся с места.

Он успел зайти в свой кабинет и сесть за стол как раз вовремя. Дверь открылась, и на пороге появился Вася с телохранителями. Артур изобразил радушную улыбку и, лениво поднявшись, подошел к гостям.

– Васёк, чем обязан визиту? – обнимаясь с Васей, спросил он.

– Приехал узнать, как вчера добрались. Как там Катёна и как твоя крошка? – Вася улыбался почти искренне.

– Твоими молитвами, душа моя. Садись. Сейчас кофеек организуем, – он снял телефонную трубку и набрал номер бухгалтерии. – Таня, сообрази мне два кофе с коньяком. Только, желательно, побыстрее. А ты, Васёк, присаживайся, в ногах правды нет.

– Когда ты себе секретаршу заведешь? Что, денег не хватает? Так вроде бы тренера нового недавно взял, – Вася развалился на диване.

– Если я себе ещё и секретаршу заведу, то мне пора будет публично в евнухи записаться. Порвут на сувениры. Ты же знаешь, как меня бабы достают, – Артур сел на свое место и закурил.

– Да, уж. Тебе только позавидовать остается. Стоит только вспомнить, какие некоторые за тебя бабки отваливали. Расскажи, что ты такого с ними делаешь?

– Трахаюсь, – невозмутимо ответил Артур.

– Все трахаются. Интересно, как? – Вася снова изобразил улыбку. – Я вот тоже трахаюсь, но так у меня не получается.

– Я же не спрашиваю, что ты такого делаешь со своими пацанами, что они тебя больше отца родного почитают.

– Ты со своими пацифистскими настроениями этого не поймешь. Ты же у нас сторонник гуманизма.

– Я же объяснял тебе, что не бить, а убивать меня учили. Не ровен час, силы не рассчитаю. Что тогда? Для чего мне лишний грех на душу.

Пришла Татьяна Борисовна и принесла кофе. Несколько минут, пока она поставила кофе и вышла, в кабинете висела тишина.

– Арчи, а у меня ведь к тебе дело довольно важное есть, – Вася поднялся и взял чашку с кофе. – Хороший кофе твоя бухгалтерша варит.

– Думаю, что важное, раз сам приехал, – Артур перестал улыбаться.

– Некрасивая вчера история вышла с этими двумя козлами и твоей крошкой. Да и я выглядел хуже последнего лоха. С ними я уже разобрался. Только вот вся беда в том, что подружка им здорово помогала. Ты что-нибудь об этом знаешь?

– Узнал, когда ехал домой. Она, видишь ли, безумно полюбила твоего Володю, а Сью над ним подтрунивала. Вообще, Сью встречалась с ними только по её просьбе.

– И не только из-за него, но и из-за тебя. Она решила, что сможет тебя заарканить, а ничего из этого не вышло.

– Ну и что? Я тебе больше скажу. Я вчера имел счастье её мать увидеть. Ту же самую мысль она лелеяла больше двадцати лет назад.

– Интересно, её мать тоже лелеяла мысль, как и эта курица, что когда все дела будут сделаны, вывезти вас в лес подальше, связать и полить бензином. Потом бросить спичку и посмотреть, какой из вас вдвоем костер получиться? – Вася прищурился. – Это даже в мою светлую голову, вряд ли, пришло бы. Ещё потом, в сентябре, она просила разобраться с какими-то двоими студентами-педиками и приятелем твоей крошки. Доставали они её сильно вроде бы. Правда, не знаю, чем бы она с ними расплачивалась.

– Вася, а ты не на понты меня выставляешь? – Артур сощурился.

– Какие уж тут понты? Я что, пацан молодой?

– Извини, с трудом вериться, – Артур опустил глаза и поставил чашку. – Ведь со студентами-педиками она же сама и развлекалась. Вообще она большая любительница, как Сью говорит, чтобы «все со всеми». Только вот пацаны не совсем педики. Оба они её имели, это точно, а так… Это твои придурки наплели напоследок?

– Ты же знаешь, им не было смысла пытаться обуть меня в лапти. Их бы это не спасло. Да и фантазировать слишком много пришлось бы. Не для их умишка.

– Да, уж… – медленно проговорил Артур. – Кто бы мог подумать? Природа на доченьке отдохнула похлестче, чем на мамочке. И что теперь?

– Арчи, я знаю твои принципы, что все мы под Богом, но береженного Бог и бережет. Хочешь услышать всё сам, от неё?

– Не хочу, – Артура начало тошнить.

– Тогда мой тебе совет, пока я разберусь со всем этим, бери свою крошку и уезжай куда-нибудь. Я не знаю, каких отморозков найдет эта гадина. Ведь найдет же кого-нибудь левого, и спросить тогда не с кого… Пока мы с ней разберемся…

– Вася, её кровь мне не нужна…

– Миротворец! – Вася поставил чашку на стол и, заложив руки за спину, заходил по кабинету. – Христианин! Псих ненормальный! Да тебя же закопают вместе с твоей девчонкой!

Артур упрямо молчал. Васины слова в голове не укладывались. Вася дал телохранителям знак выйти и, когда они остались вдвоем, заговорил почти шепотом, опершись о стол и склонившись к Артуру:

– Что ты прикажешь мне делать? Ты не забыл, что у нас с тобой соглашение? Тебя кто-нибудь положит, твоя система сработает, а я что делать буду? Рассказывать, что я не медведь? Поздно будет! Тебе-то наплевать, а я ещё своей жизнью и состоянием дорожу. Не так легко мне это всё досталось, чтобы за полсекунды, из-за какой-то ненормальной дуры и твоего человеколюбия драного, всего лишиться!

– И что ты мне предлагаешь? – Артур тяжело посмотрел в испуганные Васины глаза.

– Забери свою крошку и поедь куда-нибудь отдохни на недельку. За эту недельку я что-нибудь придумаю. Ты и знать не будешь.

– Только без крови, Васенька. Ты сказал, ненормальную?

– А твоя крошка что, не при делах, что подружка на учете в дурдоме состоит?

– Впервые слышу. Так вот раз она состоит там, то там ей и место.

– Нашел таки оптимальный вариант! – Вася выпрямился. – Лады, что-нибудь придумаю. Закрою, суку, навечно! А, если и выйдет, то, вряд ли, что-нибудь вспомнит.

– Я всегда говорю, что нужно искать оптимальный вариант. Похороны устроить, всегда успеть можно, – Артур натянуто улыбнулся. – А она ещё слишком молодая.

– Но ты с крошкой поезжай отдохнуть.

– Спасибо. Если согласится, уеду.

– Хочешь, пару пацанов с вами отправлю?

– Не стоит.

– Кстати, Арчи, а похожи вы с ней, как родственники! – Вася улыбнулся. – Умопомрачительная девочка! Глянешь, голову потеряешь.

– Вася, мы с ней похожи только тем, что черноволосые и черноглазые. Да ещё маленький забавный нюанс, она Артуровна. В то время, когда она родилась, её мать и отец жили в Новосибирске, а я валялся с перспективой на полную неподвижность в институте травматологии. Так что, делай выводы.

– Ты до того, как уехать, отзвонись. Посидим, коньячку попьем. Я, кстати, вчера отправил с ребятами туда, где твоя компания сидела, ящик шампанского. Решил, вдруг ты туда вернешься.

– Домой я поехал. Ну да ладно, теперь одноклассники будут и меня боссом мафии считать. Все, бедные, голову ломали, чем же я таким всё же занимался между НИИ и клубом. Сказал честно, что мальчиком по вызову был и стриптизом занимался, так не поверили. Вот и говори людям правду.

– И я про то же. Ну, бывай. А уезжайте поскорее.

Вася уехал, а Артур сидел несколько минут, переваривая полученную информацию. Вася был не тем человеком, который бы приехал шутить с ним. Да и испуг Васи был очень натуральным. Артур невольно вздрогнул от омерзения. Самым отвратительным было для него то, что он был с Мэри и, когда-то, пусть не осознавая, что делает, был с её матерью.

Артур потянулся к телефону и набрал номер. Сью ответила почти сразу. Голос у неё был спокойный и даже веселый.

– Арчи? – обрадовалась она.

– Да, крошка. Ты собираешься сегодня играть со мной в теннис?

– Конечно.

– Выслушай меня внимательно и сделай всё так, как я тебе скажу.

– Хорошо, слушаю. А что случилось?

– Ты сможешь сегодня и завтра переночевать у меня?

– Смогу. А что, ты решил меня осчастливить?

– Не валяй дурака. Не до шуток. Мы, крошка, в дерьме по самые уши. Значит так, я сейчас попрошу Виталика приехать и забрать тебя. Возьми что-нибудь из вещей, если нужно, и зубную щетку.

– Артур, что так серьезно?

– Не то слово, крошка. Собирайся. По крайней мере, со мной ты будешь в относительной безопасности.

– Это твой вчерашний друг? – у Сью упал голос.

– Мой друг, как ты изволила выразиться, пока в состоянии нас защитить. Он меня и предупредил. Ладно, потом поговорим. Собирайся. И никому, кроме Виталика дверь не открывай. Особенно Мэри.

Артур пошел к Виталику и попросил его съездить за Сью. Виталик, взглянув на нахмуренные брови Артура, не стал задавать лишних вопросов. После того, как он уехал, Артур заглянул в бухгалтерию и попросил:

– Анжела, убери, пожалуйста, чашки из моего кабинета.

Анжела зашла в его кабинет. Он прикрыл дверь и, в упор, глядя на неё, холодно сказал:

– Анжела, что сегодня произошло?

– Вам уже доложили? – она смутилась.

– Называй это, как хочешь. Я не собираюсь терпеть больше подобные выходки. Подумай над своим поведением и над тем, как мы дальше будем работать вместе.

– Хорошо, – она опустила глаза. – Но что же мне делать, если вы мне нравитесь?

– Анжела, ты пойми, что я не для тебя, – он поморщился.

– Вы себе женщин как собак, с родословной ищете?

– Какая чушь! Просто я не для тебя. Давай будем взрослыми людьми и будем смотреть на вещи серьезно. Ты хорошо меня поняла?

– Да, – она опустила голову.

– Я надеюсь на твоё благоразумие. Можешь идти.

Анжела ушла. Артур сел в своё кресло и некоторое время сидел, склонив голову на руки. Покой не мог длиться вечно…

Глава 41

Время тянулось бесконечно долго. Артур встал и начал расхаживать по кабинету, то и дело посматривая на часы, стоящие на столе. Маятник замысловатой формы, поблескивая серебром, невозмутимо качался из стороны в сторону. В конце концов, это занятие его утомило. Он начал напоминать себе зверя в яме. Артур сел и закурил, стараясь не смотреть на часы.

* * *

Тогда он тоже чувствовал себя, как зверь в яме. Только яма эта была больничной палатой в институте травматологии, а вместо цепи были костыли. Ему сделали уже пять операций. Да, теперь он не был настолько неподвижен, как в самом начале. Когда его через четыре месяца выписали из госпиталя домой, то он и сесть без посторонней помощи не мог. Вернее, это только называлось «сесть». Теперь он мог почти что «стоять». Это было, как тогда «сидеть». Почти что «стоять» без костылей не получалось. С ужасом Артур представлял себе, что так и останется на всю жизнь. Его убеждали, что нужно радоваться этому, могло бы быть и хуже. Поначалу, когда начал так «стоять», он радовался. Радости хватило ненадолго. Хотелось снова нормально двигаться. Двигаться, как раньше. Он согласен был ещё на пять операций, на десять, на двадцать, только бы это получилось.

Соседа по палате выписали, и Артур остался один. Если с вечера он читал, то к середине ночи уже и читать не хотелось, и сон не шел.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20