Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Поверь в любовь - Такие разные сны

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Надеждина Ирина Николаевна / Такие разные сны - Чтение (стр. 3)
Автор: Надеждина Ирина Николаевна
Жанр: Современные любовные романы
Серия: Поверь в любовь

 

 


– Я сама доберусь! Меня такси ждет.

– Отпусти.

– Обойдусь без твоих советов!

Они поднялись в квартиру. Таня действительно допивал чай. Карина ворвалась на кухню, как фурия. Дочь побледнела и смотрела на неё расширившимися от ужаса глазами. Карина, не говоря ни слова, подошла к ней, выхватила у неё из рук чашку и швырнула в мойку с такой силой, что глиняная чашка раскололась на кусочки, а потом отпустила Тане оплеуху. Девочка вскрикнула и попыталась закрыться руками, а Игорь перехватил руку Карины, занесенную для следующей оплеухи. Никто не помнил случая, чтобы Фугас когда-нибудь бросался на человека, а уж о хозяевах говорить не приходилось. Он вообще был не агрессивной и очень дружелюбной собакой. Сейчас он выскочил из-под стола с завидной для его увесистой тушки скоростью и оказался рядом с Кариной, скалясь и рыча. Она испуганно взвизгнула. Игорь отпустил её руку и оттащил Фугаса. Ему пришлось запереть собаку в ванной, во избежание дальнейших неприятностей. Их в это утро хватало и так с лихвой.

Вернувшись на кухню, Игорь застал следующую картину. Карина тянула Танюшку за руку, а она плакала, свободной рукой цеплялась за стол и упиралась. Ситуация выходила из-под контроля.

– Карина, отпусти её, – сказал Игорь, как можно спокойней.

– Она сейчас поедет домой!

– Хорошо, сейчас. Только отпусти её. Сейчас я оденусь и отвезу вас.

– Мы поедем сами!

– Папа! Не отдавай меня ей!!! – Таня разрыдалась.

– Танюшка, давай так, – Игорь присел перед ней, – мы с тобой договорились и ты знаешь, что я всегда сдерживаю обещания.

– Папа!!!

– Танюшка, успокойся, – он прижал дочь к себе. – Сейчас я оденусь и отвезу тебя и маму домой. Успокойся.

– Да что ты о себе возомнил?! – Карина попробовала оттолкнуть Игоря от Тани. – Я её мать и я буду решать, что мне с ней делать!

– А я её отец и тоже могу кое-что решать.

– Ничего ты уже не можешь!!!

– Заткнись!!!

Карина действительно замолчала и смотрела на бывшего мужа чуть ли не открыв рот. Он пошел в комнату, чтобы переодеться и только там сообразил, что впервые так грубо одернул Карину. Раньше он предпочитал её убеждать и делать это как можно спокойнее. Ему было ужасно стыдно перед Танюшкой и за себя, и за Карину. Вернувшись на кухню, Игорь застал Карину всё в том же растерянном состоянии. Она, уже почти спокойно, спросила:

– Ты, что, накричал на меня?

– А ты, что, не поняла? – теперь пришла его очередь смотреть на неё, открыв рот. – Я тебе предложил заткнуться.

– Меня внизу ждет такси, – вернулась она к начатому раньше разговору.

– Отпустишь. Я сейчас отвезу вас сам. И не смей дома орать на ребенка. Руками тоже не махай. Хорошо меня поняла?

Она ничего не ответила. Когда они вышли из подъезда, то Игорь, как и ожидал, увидел на заднем сидении такси верную Розу. Он подошел к своей машине и открыл дверцу. Карина остановилась, по всей видимости, решая, в какую из машин ей садиться. Танюшка подошел к отцу.

– Карина, давай будем цивилизованными людьми, – предложил Игорь. – Садись в машину.

– Там Роза.

– Ну, если тебе Роза важнее, садись в такси. Я Танюшку сам отвезу.

Карина подошла к такси и что-то сказала Розе, что именно, он не разобрал. Потом она села на заднее сидение его машины рядом с Таней. Такси ехало следом за ними. Присутствие Розы, хоть и на расстоянии начинало выводить Игоря из терпения. Всю дорогу они молчали. Уже почти возле дома он спросил:

– Карина, может быть, стоит не слишком прислушиваться к мнению подруг, а подумать о Тане и маме? Может быть, нам стоит помириться?

– Вот ещё новости! – снова взорвалась Карина. – О чем ты говоришь? Ты слишком много берешь на себя!

– Это ты слишком много берешь на себя.

– Я не желаю иметь с тобой ничего общего!

– Не получится. У нас общий ребенок.

– В таком случае, я постараюсь побыстрее найти себе другого мужа и у неё будет другой отец!

– Господи! Да ты хоть при девочке такой ерунды не говори!

– Вот посмотришь! А за твою сегодняшнюю выходку я с тобой ещё рассчитаюсь!

Возле подъезда ждали Галка и Мара. Это тоже не оказалось для Игоря новостью. Из такси выскочила Роза. Игорь вышел из машины. Дальше всё произошло с поразительной быстротой. Карина схватила Танюшку за руку и бросилась с ней в подъезд. Когда Игорь хотел зайти за ними следом, путь ему преградили верные подруги. Они его не просто отталкивали, а сопровождали этот процесс отборной бранью. Ко всему ещё Роза оцарапала ему щеку. Не успевший уехать таксист остановил машину и смотрел на эту потасовку с явным любопытством. Потом он не выдержал, высунулся в окно и спросил:

– Мужик, тебе помочь?

– Не стоит!

Этой паузы было достаточно, чтобы женщины скрылись в подъезде и захлопнули дверь, в которую Игорю теперь только и оставалось, как Карине, стучать ногами. Это было бы слишком глупо и последствия могли быть самыми непредсказуемыми. От досады он даже сплюнул себе под ноги и пошел к машине. Таксист подошел к нему и спросил:

– Баба твоя?

– Моя, – устало вздохнул он.

– А это что за стерва с ней была? Всю дорогу такие маты слушал, каких и не придумать. Орали, девчонку ты у них украл.

– Подружка, – поморщился Игорь. – Никого я не крал. Дочка ко мне утром с собакой прибежала.

– Ты смотри, тебе лицо кто-то подрал.

– Спасибо, – он взглянул в зеркало, достал платок и вытер со щеки кровь. – Она расплатилась?

– Нет. Эта, когда тебя увидела, сказала, что ты расплатишься.

– Тогда извините за неё, – Игорь достал бумажник. Теперь ему было стыдно ещё и перед таксистом.

– Да ничего, бывает. А вообще, таких стерв кулаком учить нужно.

Глава 8

В тот день Игорь приехал на работу мрачнее тучи. По какому-то пустячному вопросу его вызвал к себе Матюхин. Потом, скорей по привычке, предложил выпит кофе. Уже когда Игорь собирался выходить от него, он поинтересовался:

– Игорь Михайлович, а что это у вас с лицом? Вроде бы щека оцарапана?

– Так, по случаю, – уклончиво ответил Игорь.

– Снова ваша женушка веселиться?

– Считайте, что да.

– Сочувствую вам, – в его взгляде действительно читалось искреннее сочувствие.

На следующий день, когда Игорь выходил из дому, чтобы отправиться на работу, к нему подошел милиционер, представился, показал удостоверение и очень вежливо попросил пройти с ним. На вопрос Игоря, что случилось, милиционер ответил, что он узнает всё на месте. Игорь предложил воспользоваться своей машиной. Милиционер охотно согласился. Всю дорогу Игорь гадал, чем же он мог привлечь внимание правоохранительных органов. Вроде бы всё у него было в порядке, даже правил дорожного движения он в последний год не нарушал. Свидетелем каких-либо неприятных инцидентов он тоже не был. Соседей, вроде бы не грабили. Да и соседей своих он знал не особенно хорошо, разве что Егора Савельевича.

Что бы Игорь не пытался предположить, но то, что произошло на самом деле могло нарисовать только очень больное воображение. В милиции он узнал, что Карина написала заявление, будто бы он пытался похитить дочь, запугав её до полусмерти, избил её, пытался натравить на неё собаку, ну ещё многое в том же духе. В качестве свидетелей выступали Роза, Галка и Мара. Игорь настолько был ошеломлен, что сначала не мог двух слов связать. Наверное, оставалось посочувствовать тем работникам милиции, которые занимались почти полдня решением чужих семейных проблем. Хорошо, что Игорь вспомнил о Егоре Савельевиче, шефе и таксисте. Оказалось достаточно одного Егора Савельевича.

Не известно, на что надеялась Карина и, научавшие её, верные подруги, когда затевали свою грязную игру, но у них ничего не вышло. Вернее, вышло не совсем то, чего они хотели и не совсем так, как ожидали. Всё происшедшее повергло Игоря в такой шок, что, выходя из здания милиции, он не замечал ничего вокруг себя. Было одно навязчивое ощущение, впервые пришедшее накануне, – он попал в трясину и выбраться ему уже не суждено.

На улице лил дождь. Игорь попытался вспомнить, где поставил свою машину. Оказалось, совсем рядом, на противоположной стороне, на небольшой стоянке. Нужно было только перейти дорогу. Он сделал шаг на проезжую часть и… Движущуюся машину Игорь заметил слишком поздно. Вернее, он даже не понял, что происходит: сознание словно раздвоилось, и каждая его часть воспринимала действительность сама по себе. Игорь даже не запомнил, успел ли услышать визг тормозов и ощутить удар. Потом ему говорили, что при желании он мог ещё успеть увернуться. Не успел. Даже не пытался.

Очнулся Игорь на вытяжке в травматологии с переломом правого плеча, руки, ноги, сотрясением мозга и ушибами позвоночника и почки. Потом сколько его ни спрашивали, как же всё произошло, он не мог объяснить. Когда его перестало сильно мутить, он левой рукой подписал какой-то документ, в котором говорилось, что претензий к сбившему его водителю, он не имеет. Игорь их действительно не имел, и документ подписал не оспаривая. Ещё к нему наведался работник прокуратуры, который поинтересовался, не оказывали ли на него накануне давления в милиции. Игорь его заверил, что давления на него не оказывали (впрочем, как оно и было на самом деле) и был несказанно счастлив, когда работник прокуратуры ушел.

После него наносить визиты Игорю было некому. Родственников у него не осталось. Ждать Карину не приходилось. Таню она, естественно, тоже не отпустила бы. Особенно близких друзей, кроме Лёвки, у Игоря тоже не было. В последнее время из-за житейских передряг он настолько ушел в себя, что окончательно отдалился от неслишком близких. Его общение сводилось всё больше к коротким случайным встречам, успевавшим закончиться парой стандартных вопросов, а то и приветствием, за которым следовало прощание.

По мере того, как проходила боль и дурман от обезболивающих препаратов, которыми Игоря щедро пользовали коллеги, с пугающей скоростью накатывалось чувство безнадежности и росла депрессия. Переломы, насколько Игорь что-то ещё помнил из курса травматологии, были, в общем-то, не опасными, хотя и неприятными: ему предстояло проваляться месяца полтора-два, а потом ещё довольно долго разрабатывать ногу и руку. Что могло измениться за эти два месяца, ему оставалось только гадать. Надежды увидеть дочь не было. Танюшка, скорей всего, даже не знала, что отец лежит в больнице. Ещё Игорь вспомнил о Фугасе, оставшемся в квартире. Что его ждало? Скорей всего, ему не суждено было дождаться хозяина. Кажется, это была последняя капля, которая заставила Игоря заплакать. Вернее, он даже не плакал. Слезы катились сами по себе, и он не мог их удержать… Это продолжалось почти всю ночь. На утро после этого Игорь почти замолчал. Теперь он отвечал на вопросы только «да» или «нет», не слышал увещеваний о том, что всё будет нормально, не хотел слышать, не мог…

Глава 9

Каково же было удивление Игоря (странно, но он сохранил ещё способность удивляться), когда в один прекрасный день на пороге палаты, смущенно сопя и, явно, испытывая неудобство от накинутого на плечи белого халата, появился Егор Савельевич.

– Красиво тебя привязали! – заметил он вместо приветствия, придвигая стул поближе к кровати. – Хорошо лежишь! Не надоело?

– Надоело, – еле выдавил из себя Игорь.

– Слушай, Игорь, я чего пришел, – он всё ещё чувствовал себя неловко. – Я тебя не сильно напрягаю? Говорить тебе не трудно? Я тут спросил твоего лечащего, он сказал, что можно, с головой уже всё наладилось.

– Можно и не трудно.

– Ну, я всё равно не буду долго тебя утомлять. Я к тебе по делу пришел.

– Давай.

– Ну, во-первых, я спросить тебя хотел, ты чего так плохо ешь? Может, тебе чего-нибудь особенного принести? Я и Колян уже и не знаем, что бы такого придумать.

– Какой Колян? – только теперь Игорь сообразил, что кормят его совсем не больничной едой.

– Да хозяин твой, Матюхин. Дружок он мой. Вспоминай. Лечил ты его. Удивился?

– Да, – Игорь действительно удивился.

– А мы с ним с одного двора и за одной партой сидели. В детской комнате на учете состояли вместе, – он довольно улыбнулся. – А брат его покойный, Димка, когда узнал, куда родителей вызывают, глаза нам понабивал. Такие фонари были, скажу тебе! Его папаша после этого на бокс и отправил. Это я шучу. Он уже тогда занимался. Так чего ешь плохо?

– Ничего мне не нужно особенного. Просто мне совсем не хочется есть.

– Ты отсюда скелетом решил выйти?

– Нет, Егор. Вес мне набирать пока тоже не стоит.

– Ладно, не наберешь. Давай, подумай, а потом скажешь. Мы с Коляном не заходили, чтобы тебя лишний раз не беспокоить.

– Не побеспокоите, не страшно. Только не стоит вам время на меня тратить.

– О, что ты ещё придумаешь? Ладно, попустимся на то, что у тебя сейчас ещё всё болит. Я вот ещё зачем. У тебя собака от бешенства привитая?

– Собака?… – у Игоря перехватило дыхание.

– Я твоего пса забрал. Ты, когда под машину попал, я как раз из райотдела выходил. Ну, за «скорой» сюда проехался, подождал, пока разобрались, что к чему. Потом приехал домой, а он, сердешный, скавчит под дверью, как ребенок плачет. Видно, почувствовал, что с тобой что-то случилось. Ну, я плюнул на всё, взломал дверь в твою квартиру и забрал его. Замки я поменял. Пацана своего послал, он взял точно такой же, как и у тебя. Дверь подправили, всё нормально. А собака твоя и впрямь плакала, как человек. Не думал я, что у собак слезы текут. Сутки не жрал ничего. Дочка его всё-таки уговорила. Даже моя Лорка его по голове гладит. Гулять его водим. Вот только забыли мы, как его звать, а спрашивать неудобно как-то было, не до того. Помню, что-то с бомбой связано. Витька говорит, что Фугас. Ну, мы его пока, на всякий случай, Танком назвали.

– И как? – впервые за последнее время Игорь улыбнулся.

– Он у тебя умный, вроде хозяина, – Егор Савельевич довольно хмыкнул. – Понимает, что его зову, но в первые дни смотрел на меня, как на дурачка, когда я его так звал. Подойдет и смотри, чего тебе, мол, нужно? Ладно, уж, хоть горшком назови, только в печку не ставь. Хороший кобель, в квартире не пачкает, место свое знает, до ветру просится.

– Его действительно зовут Фугасом. И прививку от бешенства ему сделали вовремя. Зайдите кто-нибудь в квартиру. В стенке, в секретере справа, лежит его родословная и справка о прививках. Только ты его не продавай. Я выйду из больницы и верну тебе всю сумму, которую вы на него потратите, – попросил Игорь.

– Да ну тебя! Такую собаку продать! Совсем больной! – возмутился Егор Савельевич. – Просто я с ним гулял, а тут какой-то мужик из ветеринарной инспекции пришел и спрашивает, собака привита или нет, а то прививки сейчас делают. Я сказал, что привита, но решил прийти к тебе и уточнить. Мало ли что?

– Как он там?

– Нормально. Только, когда мимо твоей двери проходим, он остановится, посмотрит и вздыхает тяжело, прямо, как человек. Вот и скажи, что зверюга ничего не понимает. Всё он понимает, только не говорит. И Колян мне то же самое сказал.

– Ест всё?

– Всё. В, отличие от тебя, не худеет. А ему что, особенное что-нибудь нужно давать? Ты скажи. Или может он что любит?

– Он овсянку любит.

– Хорошо, что сказал. Ему как, с утра кашу?

– Можно и с утра. Только когда гуляете с ним, лучше на поводке держите и смотрите, чтобы что-нибудь не подхватил.

– Обязательно. Это Витька мой сразу же сказал, что поводок его забрать нужно.

– Спасибо.

– Слушай, а у твоего кобеля баба есть? Ну, сука, в смысле. Их же как-то случают. Или он у тебя ещё молодой?

– Была у нас «баба», как ты выразился, – Игорь снова улыбнулся. – А что?

– Да Лора говорит, такая псина хорошая, что хоть себе заводи, а то мол дети выросли и ей днем скучно бывает. Так с собачкой гулять будет. Вот я и подумал, если у тебя, ну, то есть у него, сука есть, щенки потом будут. Говорят, что там как-то можно заранее договориться, чтобы щеночка взять.

– Можно. Выйду из больницы, если не передумаете, я вам такого же найду. Только с ним поначалу возни много будет.

– Ничего. У меня дети почти взрослые, а внуков, вроде бы ещё не намечается. Вот и будет моей с кем нянчиться. Только обязательно за кобеля договорись. Я ему уже и имя придумал. Ананасом назову. Или Бумажником.

– Почему Бумажником?

– Ну, бумажник лучше, чтобы был толстый. Ладно, ты выздоравливай. Я как-нибудь зайду на днях.

Глава 10

Так Егор Савельевич время от времени начал наносить Игорю визиты. Несколько раз вместе с ним приезжал даже Матюхин. Игорь очень обрадовался не столько его визиту, сколько тому, что он сказал. А сказал Матюхин, что ждет не дождется, когда он выйдет на работу. Оказывается, сотрудники и клиенты к нему очень привязались и никак не хотели менять на другого психиатра. Извините, психоаналитика. Особенно дамы. И столько отзывов о нем лестных, и столько сожалений о том, что он в больнице… Игорь даже не подозревал, что попадет в плеяду дамских любимцев. Наверное, подруги Карины тоже имели в отношении него определенные мысли, только высказывали их очень своеобразно. Жаль, что Карина не научилась читать наоборот. Может быть, всё обернулось бы по-другому, и они были бы самой счастливой парой?

Спустя полтора месяца Игорь не выдержал и спросил у Егора Савельевича:

– Ты не знаешь, ко мне никто не приходил?

– Никто. Моя ведь почти целыми днями дома сидит. Сказала бы, если что, – Егор Савельевич внимательно посмотрел на Игоря и спросил. – Дочку ждешь или бабу?

– Её я не жду. Вряд ли она придет, – Игорь вздохнул. Во рту снова появилась горечь.

– Хочешь я дочку к тебе привезу?

– Хочу.

– Большая она? Сколько ей?

– Пятнадцать.

– Съезжу, объясню ей всё и привезу?

– Карина не пустит.

– Баба твоя что ли?

– Ну да.

– Ты давай адрес, а там моя забота будет. И можешь не бояться – без милиции обойдемся, – заверил его Егор.

Игорь нехотя назвал адрес, заранее зная, что его идея обречена на провал. А может быть, это был первый звонок? Слишком уж явным было предчувствие, хотя сны не снились… Помнится, кто-то сказал, что есть счастливые люди, которые никогда не мучаются, не зная и даже не подозревая, чем всё закончится. Наверное, они действительно по-своему счастливы.

Так прошло ещё полмесяца. С ноги сняли гипс и Игорь начал понемногу расхаживаться. Теперь он не мог дождаться, когда появится Егор. А Егор, как назло, не появлялся, только передачи присылал и звонил. Возможно, у него были дела… Не выдержав, Игорь позвонил Карине. В ответ слышались только длинные гудки. Бесконечное множество длинных гудков. Снова он не спал всю ночь. Стоило ему прикрыть глаза, как слышались гудки в телефонной трубке. Оставалось ломать голову над тем, что происходит на самом деле – не работает телефон, никого нет дома или ещё что-нибудь. И это «ещё что-нибудь» было очень нехорошим.

Егор появился за день до выписки Игоря из больницы. Он пообещал приехать за ним вместе с Матюхиным и отвезти домой. Потом долго рассказывал о Фугасе и напомнил, что Игорь обещал ему достать такого же щенка. Чувствовалось, что Егор хочет ещё что-то сказать, но всё никак не решается. Уже перед тем, как уйти, он, стараясь смотреть мимо, сказал:

– Я к твоим ездил, – и, помолчав, добавил. – Их дома не оказалось. Соседка сказала.

– С ними всё в порядке?

– Да… – он очень внимательно рассматривал облака.

– Спасибо. Я теперь немного в норму приду и сам съезжу. Пусть Карина визжит, пусть милицию вызывает, мне безразлично. Не может она запретить мне видеться с Танюшкой. Как ты считаешь?

– Конечно, не может, – согласился Егор. – Ещё соседка сказала, что теща твоя умерла. Извини, не хотел говорить, но всё равно пришлось бы.

– Когда? – у Игоря заныло сердце.

– Через полмесяца после того, как ты сюда попал. Достаточно давно.

– Господи…

– Не убивайся так. Все мы в этом мире смертны. Хорошая женщина была?

– Да. Кажется, мы с ней понимали друг друга лучше, чем с Кариной. Особенно в последнее время.

– Я узнал, где её похоронили. Чуть-чуть ещё окрепнешь – съездим. Ладно, мне сейчас пора. Послезавтра приеду с Коляном вместе, заберем тебя домой. Там Колян предлагает тебе домработницу прислать. Как ты пока сам будешь?

– Подумаю.

– Да что тут думать? Тебе как, постарше или помоложе?

– Мне безразлично.

После ухода Егора Игорь снова позвонил домой. Он был уверен, что дозвонится. Он звонил остаток дня и весь вечер, но слышал всё те же длинные гудки…

Глава 11

Когда Игорь оказался дома, то чувствовал себя так, словно, вышел из тюрьмы, где ему предстояло отбывать пожизненное заключение. Фугас повизгивал, как щенок и подпрыгивал, пытаясь лизнуть хозяина в лицо, потом улегся у его ног и блаженно захрапел. Егор и Матюхин успели найти Игорю чудесную домработницу – Тамару. Шеф уехал довольно быстро, сославшись на то, что не хочет утомлять Игоря. Егор пробыл ещё некоторое время. Тамара заварила им чай. Только сейчас Игорь понял, как соскучился по приличному чаю и, сделав первый глоток, окончательно осознал, что он дома и половина его неприятностей уже позади. Егор, по всей видимости, понял его состояние и заговорщицки ему подмигнул.

– Тебе уже пить можно? – спросил он.

– Можно. Давай по пять капель.

– Давай. Я «Хенесси» бутылочку прихватил. Ты такое пьешь?

– Само собой, – Игорь улыбнулся. – Только давай потом в засос не целоваться, а то подумает моя нянька, что мы с тобой ориентацию сменили.

– Кому-кому, а ей об этом думать совсем не стоит, – согласился Егор, доставая из бара бутылку «Хенесси». – Между прочим, она не замужем и свободна, как птица. Из чего пьем? Бокалы? Стаканы?

– Нижний ряд, широкие стаканы.

– О, как раз удобно, нос мешать не будет, – он достал и оценивающе посмотрел на широкий стакан с толстым дном.

– Егор, а к чему ты мне такие подробности сообщаешь, замужем она или нет? – Игорь слегка удивился.

– Игорь, ты как себя чувствуешь? – Егор с беспокойством взглянул на него. – Я понимаю, что ты долго в больнице пролежал, но не настолько долго, чтобы от женщин отвыкнуть. И, потом, ты же сам говорил, что травма у тебя не опасная, всё будет нормально. Плечи, руки и ноги к этому отношения не имеют.

– А кто тебе сказал, что я отвык от женщин? – Игорь понял к чему он клонит.

– Да ты как-то странно говоришь, зачем тебе, что она не замужем. Как это зачем? Всё же с вольной бабой с одной стороны спокойней – никто драться не полезет. Хотя с другой… вдруг ей замуж захочется. Будем надеяться, что не захочется. А, если и захочется, так ты тоже жене не изменишь. Ты у нас вроде бы, как холостой. Так всё под рукой, верней не под рукой, а… – он многозначительно улыбнулся. – Кажется она не из той категории, которая отказывает. Или тебе с собственной домработницей воспитание не позволит?

– Егор, оставь. Давай пока не будем. Время покажет.

– Давай. Будем надеяться, что время будет показывать только лучшее. Ну, что, за хороших людей? Нас осталось так мало, – он взял стакан.

– Да, действительно. Нас осталось так мало! – Игорь рассмеялся и взял свой стакан. – Спасибо тебе за всё.

– Да уймись ты, – он смущенно засопел. – Нам с тобой для полноты ощущений не хватает только обняться и прослезиться.

Они ещё немного посидели и поговорили. Егор взглянул на часы и сказал, что ему уже пора. С одной стороны Игорю не хотелось, чтобы Егор уходил, с другой, он не мог дождаться, пока останется один и сможет позвонить Карине и Танюшке. Вернее Танюшке.

Егор уже дошел до двери в коридор, но остановился и, будто только сейчас вспомнив, сказал:

– Да, Игорь, ты своим пока не звони.

– Почему? – Игорь удивился и насторожился.

– Ну, так… – он нахмурился. – Не звони и всё. Я тебе через пару дней расскажу. Ты пока от больницы отдохни. Хочешь, с Фугасом ещё кто-нибудь гулять будет?

– Я сам. Нужно потихоньку расхаживаться. Так что случилось, Егор? Они в порядке?

– Думаю, да. Всё, извини, я спешить должен, – он вышел в коридор и попросил. – Тома, дверь за мной закрой и пусть Игорь Михайлович отдыхает. Присмотри за ним, я на тебя надеюсь.

Тамара закрыла дверь за Егором и заглянула в гостиную, где Игорь всё ещё сидел у столика, на котором остались пустые стаканы. Она подошла и спросила:

– Стаканы можно убирать?

– Этот оставьте, – Игорь подлил себе ещё немного «Хенесси». – Бутылку тоже можете убрать. Хотя, не стоит, – он задумчиво взглянул на Тамару. – Вы не откажетесь составить мне компанию? Возьмите, пожалуйста, в баре стакан и давайте знакомиться поближе.

– Только чуть-чуть, – она достала стакан для себя. – Я, вообще-то, не пью.

– А я вас и не заставляю напиваться до безобразия. И обещаю, что каждый день вам этого делать не придется, – он налил немного в её стакан. – За знакомство.

– За знакомство, – она улыбнулась.

– Только вы не стойте, а то неудобно как-то.

Тамара села напротив Игоря и слегка пригубила из стакана. Он смотрел на неё и думал, что друзья, пожалуй, слишком сильно о нем заботятся и это, скорей всего, не просто так. Очень уж хорошенькой была Тамара. Конечно, это могло быть простым совпадением, а могло быть и очень тщательно подобранным совпадением. Неизвестно, какими мыслями руководствовался Егор Савельевич (возможно, его интересовали только параметры белья, которое можно было надеть на Игореву патронессу), а что касается Матюхина, то он, хоть и был любителем женщин, не настолько, чтобы путать грешное с праведным и нанимать в одном лице домработницу, сиделку и гейшу. Что-то здесь было не так. Но что?

Глава 12

– Почему вы так смотрите на меня? – поинтересовалась Тамара.

– Просто смотрю и думаю, с кем мне предстоит общаться каждый день.

– Возможно и не только день. Меня предупредили, что какое-то время я должна буду находиться с вами круглосуточно.

– Даже так? – Игорь удивился.

– Игорь Михайлович, вы же прекрасно понимаете, что травмы у вас серьезные.

– Да всё я понимаю, – он поморщился. – Вы как-то связаны с медициной?

– Да, я по образованию медсестра.

– Только по образованию? Образования мало, нужна ещё и практика, – сказав последнюю фразу, он прибавил к домработнице, сиделке и гейше ещё медсестру. Точно что-то было не так.

– У меня было время для практики – десять лет. Как вы считаете, достаточно? Кстати, работала я сначала в травматологии, потом в хирургии.

– Вполне достаточно. Домработницей быть лучше?

– Намного. По крайней мере, в финансовом плане.

– Я у вас первый клиент?

– Нет. До вас я работала у старичка-художника. Он уехал в Израиль.

– Какое совпадение, – Игорь усмехнулся. – Бывший хозяин этой квартиры тоже уехал в Израиль. Правда, я никуда уезжать не собираюсь.

– Я должна обрадоваться? – у неё была очень приятная улыбка.

– Если тому, что я не уезжаю, то обрадуйтесь. Я не против. А я, в свою очередь, обрадуюсь тому, что какое-то время буду избавлен от всяких мелких бытовых проблем.

– Радуйтесь, – милостиво разрешила она. – Обрадовались? – Игорь кивнул. – Тогда давайте заканчивать пить коньяк, отправимся в постель… Не вдвоем отправимся, – видимо у него на лице успело промелькнуть удивление. – Вы отправитесь в постель, а я займусь обедом. Что бы вы хотели?

– Не знаю. На ваше усмотрение. Мне совершенно безразлично, что есть. В еде я неприхотлив.

– Вот и чудесно. И ещё, я хотела бы получить от вас одно обещание.

– Что я не стану домогаться вас? – с напускной серьезностью спросил Игорь.

– Нет. Что вы будете меня слушаться. По крайней мере, пока. Я понимаю, что вы врач, знаете больше меня, но некоторое время будет лучше, если вы не станете проявлять слишком большой активности. Договорились?

– Договорились. Только и вы пообещайте, что забота обо мне не будет чрезмерной.

– Можете не волноваться. Забота будет в необходимых пределах. Всё же подумайте, что бы вы хотели на обед. Можете сразу и ужин заказать.

– Я повторюсь, мне безразлично, что вы приготовите. Я согласен на жареную картошку или яичницу.

– Яичницу, конечно, лучше на завтрак. Кстати, вы предпочитаете на масле или на грудинке?

– У нас есть грудинка?

– Конечно. Егор Савельевич и Николай Алексеевич ваш холодильник заполнили так, что он чуть не трещит.

– Вы уже успели рассмотреться, что где находится?

– Да. Спешу вас порадовать – я в вашей квартире провела три дня, только на ночь уходила домой, поэтому, что и где находится, знаю неплохо.

– Отлично. В таком случае, возможно, вы знаете не только что где лежит, – Игорю действительно оставалось только порадоваться. – А не знаете ли вы…

– Игорь Михайлович, на все ваши вопросы я буду отвечать только после того, как вы ляжете в постель, – очень строго сказала Тамара, пресекая его попытку задать вопрос.

Игорю пришлось подчиниться. Фугас пришел следом за ним в спальню и улегся возле кровати. Когда Тамара хотела подойти к Игорю, он повернул голову и внимательно посмотрел сначала на хозяина, потом на неё. Похоже было, что Тамара растерялась.

– Фугас, будь примерным мальчиком, – сказал Игорь и обратился к Тамаре. – Подходите, он вас не тронет. Я уже лежу и надеюсь, что вы ответите на мой вопрос.

– Конечно, отвечу, если смогу, – она подошла поближе.

– Тамара, вы ничего не слышали о моей семье?

– Я слышала, что вы развелись с женой, – её тон был сочувствующим и вежливым одновременно.

– Я не о том, – он на секунду задумался, пытаясь правильно сформулировать вопрос. – При вас Егор Савельевич и Николай Алексеевич ничего не говорили о моей жене и дочери?

– Ничего. Если они разговаривали о чем-то между собой, я не прислушивалась.

– Тогда извините, – ему осталось только вздохнуть.

– Игорь Михайлович, вы сейчас хорошо подумайте, не нужно ли вам чего-нибудь, а то время вывести на прогулку вашего мальчика, – Тамара кивнула в сторону Фугаса.

– Ничего не нужно. Может быть, я сам попробую с ним выйти?

– Пока не стоит. Сегодня лучше отдыхайте, а завтра посмотрим.

– Тамара, а вы всегда такая строгая?

– Я не строгая. Просто вам лучше пока ограничить физические нагрузки и не переутомляться, – её тон не терпел возражений, хотя улыбка, с которой она это говорила, была ангельской. Потом она обратилась к Фугасу. – Пойдем проветримся, хороший мальчик.

Фугас приподнял голову и вопросительно посмотрел на Игоря. И хозяину, и собаке оставалось только подчиниться указаниям совей «домашней феи». Чтобы не заставлять Фугаса просить себя дважды, Игорь сказал:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22