Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мифология (№3) - Высшая мифология

ModernLib.Net / Юмористическая фантастика / Най Джоди Линн / Высшая мифология - Чтение (стр. 12)
Автор: Най Джоди Линн
Жанр: Юмористическая фантастика
Серия: Мифология

 

 


Кейт, поднявшийся вместе с остальными, чтобы приветствовать гостью, уставился на нее. Мона Гилбрет стояла в дверях, пялясь на него, точно кролик, попавший в луч фар. Очевидно, и сам Кейт выглядел не менее ошеломленным, чем она. Мысленно он обозвал себя идиотом. Ведь она же говорила, что приедет в понедельник! Он и сам приглашал ее приехать. Но теперь она не будет видеть в нем союзника – после того, как он на ее глазах похитил эльфийскую малышку!

Кейт едва не спросил, куда она дела Долу и зачем вообще похитила детей, но поспешно подавил этот порыв. Надо отвести ее в сторону и поговорить начистоту…

– Вот это мой последний набор практикантов! – Пол обвел рукой присутствующих. Наставник предложил гостье стул во главе стола. Однако Мона осталась стоять. Тогда он просто отошел от нее поближе к студентам. – Четыре самых блестящих молодых специалиста, когда-либо работавших в “Пи-ди-кью”. Мне бы хотелось, чтобы они присутствовали при нашей с вами беседе – если вы, конечно, не возражаете. Дороти Скотт, Брендан Мартуик, Шон Лопес, Кейт Дойль.

Каждый из студентов по очереди кивнул.

– Здравствуйте. Очень приятно, – сказала госпожа Гилбрет. Голос ее поначалу дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. – Так значит, вы – очередная творческая группа Пола?

– Они как раз занимаются вашими заказами, госпожа Гилбрет, – сообщил Пол. – Они очень хотели встретиться с вами. Сейчас подойдут и остальные члены вашей команды. Мы планируем разработать за сегодняшний день обе части вашей кампании, как политическую, так и коммерческую. Мы не хотим терять времени, раз уж вы в кои-то веки заехали в наши края. Хотите кофе? Булочек?

– Почему бы и нет? – сказала Мона. На Кейта она старалась не смотреть. – С удовольствием.

– Я сбегаю! – тут же вызвался Кейт. Пол кивнул. Кейт выскочил за дверь и помчался в буфет.

* * *

Когда Кейт удалился, Мона вздохнула с облегчением. В конце концов, чего она так разволновалась? Она ведь знала, что парень связан не только с фермой “Дуплистое дерево”, но и с “Пи-ди-кью”. Ее участившийся пульс мало-помалу замедлялся. Вряд ли парень прямо посреди деловой встречи возьмет и заявит, что Мона похитила его сестренку, или кем там ему приходится эта девочка, и что теперь она требует выкуп за ее возвращение. Ну а вдруг он все-таки это сделает? Мона не понимала, как он вычислил, где находятся дети. Может, он связан с полицией? Или ее телефонная линия прослушивается? Может, он заметил какие-то следы пребывания детей, когда был на заводе, и организовал этот налет три дня спустя? От всех этих мыслей Моне сделалось не по себе. Но тут она спохватилась, что Пол и студенты наблюдают за ней, отмахнулась от нарастающей тревоги и принялась налаживать отношения со студентами, как и подобает опытному политическому деятелю.

Не то чтобы от этого могла быть какая-то реальная выгода: все ребята были не из ее избирательного округа. Однако же попрактиковаться никогда не повредит. Дороти сидела за столом. Время от времени она поглядывала на гостью и снова принималась рисовать что-то в своем альбоме. Мона немного понаблюдала за ней. Длинные, неопределенные линии внезапно соединились в нарисованный всего несколькими штрихами, но весьма удачный портрет, и Дороти принялась добавлять к нему подробности. Мона дождалась, пока Дороти вновь поднимет взгляд, и улыбнулась. Чернокожая девушка улыбнулась в ответ, приоткрыла рот, словно собираясь что-то сказать, потом, видимо, передумала и промолчала. Мона снова улыбнулась, кивнула и оставила Дороти ради более перспективного знакомства. Она подошла к молодым людям, которые так и остались стоять рядом со своими стульями.

– Я так рад с вами познакомиться, госпожа Гилбрет! – воскликнул Брендан Мартуик, крепко пожимая ей руку обеими руками и заглядывая в глаза. У самого Брендана глаза были ярко-синие. Моне такие всегда нравились. – Я немало времени посвятил изучению вашего продукта. Надеюсь, мы сумеем сказать об удобрениях что-нибудь новое.

Девушка за столом сдавленно хихикнула, и Мона окончательно поняла, что от Дороти толку не добьешься. Она не любила, когда кто-то относился к ее продукции недостаточно серьезно. Моне и так приходится столько биться над тем, чтобы к ним относились серьезно.

– Буду с нетерпением ждать результатов.

– Шон Лопес, – представился второй юноша. Его рукопожатие было неуверенным и неуклюжим, однако улыбался он еще приятнее, чем Мартуик. Надо же, какой красавец – прямо вылитый Тайрон Пауэр[9]! – Мой отец-фермер выращивает пшеницу под Спрингфилдом. Он использует вашу продукцию.

– Мне очень приятно это слышать. – Мона была польщена. – Потом расскажете поподробнее, хорошо? А сейчас мне нужно обсудить одно дело.

Она кивнула молодым людям и отвела Май-ера в сторону.

– Этот парень… Кейт Дойль… Майер нахмурился:

– Что, с ним что-то не так? Я знаю, что вы встречались с ним на той неделе…

– Пол, мне не хочется, чтобы он работал с нами.

Пол удивленно вскинул брови:

– Отчего? Кейт – очень талантливый мальчик. Он все схватывает на лету, у него настоящий дар генерировать новые идеи. Он может принести немало пользы.

– Ну… Мне кажется… – Мона лихорадочно подыскивала объяснения, – мне кажется, он на стороне республиканцев, если вы понимаете, что я имею в виду.

– Желание клиента – закон, – пожал плечами Пол.

Тут к ней подошел Брендан Мартуик с пачкой набросков.

– Госпожа Гилбрет, пока мы ждем, может быть, вам захочется посмотреть то, над чем мы работаем?

Майер отошел в сторону, давая Брендану возможность показать себя. Брендан принялся листать наброски. После каждого листа он поднимал голову и заглядывал в глаза клиентке. Мона одобрительно улыбалась. Ей нравился этот внимательный молодой человек с такими чудными синими глазами.

– Я знаю, использовать идеи практикантов, которые еще учатся в колледже, против традиций, – говорил Брендан, – но вы только представьте себе, что ваш образ ассоциируется с “Америкой Прекрасной”[10]! “Прекрасна широтой небес и золотом полей”, на фоне поля спелой пшеницы появляется ваше лицо, и потом под ту же мелодию появляется слоган: “"Гилбрет фид энд фертилайзер" – за здоровое будущее нации!” Тут вам и здоровье, и экология, и патриотизм. Представляете?

Мона представила – ей понравилось.

– Да! – воскликнула она. – Прекрасная идея! Именно то, что мне надо. Это вы придумали? Какой вы талантливый!

Брендан оглянулся в сторону стола, чтобы убедиться, что никто из товарищей его не слышит.

– Благодарю вас, мэм, – сказал он, удачно обходя вопрос о том, кто это придумал. – Я так и думал, что вам понравится.

– Да-да, мне очень нравится. Ассоциировать “Гилбрет фид” с “Америкой Прекрасной” – это очень символично.

Мона пристально посмотрела на молодого человека. Не взять ли его в союзники?

– Мне кажется, – продолжала она, – на этом поприще вас ждет большое будущее.

– Хотелось бы! – от души сказал Брендан. – “Пи-ди-кью” дает мне шанс показать себя. Надеюсь, мне это удастся.

– Я старый клиент этой компании, – сказала Мона. – Условия практики мне известны. Как по-вашему, вы можете рассчитывать получить работу?

Брендан невольно оглянулся на девушку за столом, потом на дверь. Очевидно, то ли Дороти Скотт, то ли этот Дойль-младший норовят перебежать ему дорожку…

– Так же, как и все, – ответил он наконец.

– Ну что ж, – сказала Мона, – слово клиента здесь кое-что да значит. Если ваша работа мне понравится, я могу настоять, чтобы место дали именно вам.

Брендан улыбнулся ей, его чудные глаза блеснули.

– Я не пожалею времени, чтобы угодить такой привлекательной клиентке, мэм.

– Уверена, что эта работа вам по душе, – сказала Мона. – Вот этот молодой человек, который только что вышел…

– Кейт? – переспросил Брендан и снова оглянулся, чтобы убедиться, что его восклицания никто не слышал.

– Да-да, Кейт. Кажется, он имеет шансы вас оттеснить?

– Да нет, с чего бы? – встопорщился Брендан.

– Если вы мне поможете, я могу позаботиться о том, чтобы его совсем сняли с дистанции…

– Буду только рад, – сказал Брендан вполголоса, не меняя, однако, любезного тона. – Вы знаете, он в последнее время совершенно не интересуется работой, не могу понять почему. Вы ведь понимаете, в нашем деле нет места рассеянности. Мы должны полностью посвящать себя работе, это в интересах нашего клиента!

Мона перестала слушать, что там бормочет Брендан. Его слова напомнили ей о девочке, запертой в лесной хижине, “сестренке” Кейта. Мона ощутила легкий укол совести, но отмахнулась от него. Она здесь затем, чтобы помочь достойно представить в рекламе ее продукцию и ее самое – в первую очередь ее самое – и защититься от Кейта и его дружков из “Дуплистого дерева”. Нынешняя рекламная кампания слишком важна для нее. Нельзя допустить, чтобы экологически озабоченные “зеленые” все провалили. К тому же ей нужны деньги… – Я хочу, чтобы эта рекламная кампания подстегнула развитие моего бизнеса, – сказала Мона вслух, адресуясь к Полу и остальным. – Я одобрю все что угодно, лишь бы это помогло поднять мои доходы.

– О чем тут речь? Что я пропустил? – спросил, входя в конференц-зал, еще один человек. Он пожал Моне руку. Она помнила его по прошлому году: человека зовут Ларри Солансон, он будет вести ее проект. Очевидно, Ларри слышал ее последнюю фразу. – Кстати, о доходах – не могли бы вы немного увеличить свой бюджет в этом году? Цены на размещение всех видов рекламы растут. Телевизионные компании вообще как с цепи сорвались. Сами понимаете, выборы на носу, приходится бороться за место в прайм-таймах. Ваших избирателей не помешает удобрить. Пятнадцати тысяч долларов должно хватить.

У Моны упало сердце. Снова деньги! Ни слова о деньгах, особенно теперь, когда она не знает, не засадят ли ее в ближайшие полчаса в тюрьму. Куда делся этот Дойль? Может, за полицией побежал? Ее озабоченность, очевидно, отразилась на ее лице. Пол поцокал языком и помахал Ларри, чтобы тот заткнулся. Солансон виновато улыбнулся, извиняясь за бестактность. Он подвинул Моне стул.

– Простите, – дипломатично сказал он, – я просто хотел как лучше. Вечно забываю, что не все разделяют мой энтузиазм.

Тут распахнулась дверь и ввалился Кейт с картонным подносом, нагруженным булочками и кофейными чашками. На руке у него висел металлический кофейник. Кейт осторожно опустил кофейник на стол и высвободил руку так, чтобы не уронить ничего с подноса.

– Извините, что задержался. В буфете булочки кончились, пришлось сбегать в булочную.

Он направился было к Моне, собираясь предложить ей кофе, но Пол жестом приказал ему поставить все на стол и сесть. Кейт послушался и занял единственный свободный стул в комнате, на дальнем конце стола. Мона была рада, что он все-таки не привел полицию, однако он попытался приблизиться к ней, и это снова привело ее в нервное состояние.

– Хорошо. Угощайтесь, пожалуйста. Ну-с, – сказал Пол, когда в комнату вошли еще двое, мужчина и женщина, – теперь все в сборе. Госпожа Гилбрет, со Сьюзи Ловет, нашим штатным художником, вы уже знакомы, и с Джейкобом Фишем, членом вашей творческой группы, тоже.

Мона кивнула им, и Майер продолжал:

– Как вам кажется, не слишком ли тут тесновато? Быть может, стоит удалить отсюда моих студентов? Оставим кого-нибудь одного, чтобы он потом рассказал другим. Думаю, остальные ребята не обидятся.

Это была вежливая ложь. Места бы тут хватило на всех. Пол просто давал Моне возможность избавиться от Кейта. Практиканты переглянулись и пожали плечами: что ж тут поделаешь?

– Да, пусть останется кто-нибудь один. Один наблюдатель нас не стеснит, – сказала Мона. Студенты обрадовались: каждый, естественно, надеялся, что оставят его.

– В конце концов, избиратели есть избиратели!

Мона улыбнулась им всем, но ее взгляд дольше других задержался на Мартуике, который с энтузиазмом улыбнулся и кивнул. От взгляда Майера это не укрылось.

– Хорошо, Брендан, останься ты.

Кейт удивленно вытаращился и поднял руку.

– Нет-нет, – сказал Майер, – тут есть место только на одного. Не беспокойтесь, остальным тоже без дела сидеть не придется. Дороти, ты пойдешь помогать Кену Рэйто из художественного отдела рисовать первые эскизы для проекта “Мистер Дрожжи”. Шон, наши фотографы делают студийные снимки шин “Данбар”. Я как раз собирался тебе сказать. Они одобрили твою идею с “Мозгом” и теперь хотят поговорить с тобой.

Майер кивнул Лопесу, тот просиял, его большие темные глаза загорелись.

– Кейт, скоро сюда приедет Одри Сартер. Она очень настаивала, чтобы ты тоже присутствовал на встрече. Ступай, подожди ее в коридоре, ладно?

– Хорошо, Пол, – сказал рыжий парень и встал. Он улыбнулся на прощание сидящим за столом. Двое других тоже встали и попрощались. Когда дверь за ними закрылась, Мона Гилбрет вздохнула с облегчением.

* * *

Кейт шагал по коридору к вестибюлю. Голова у него шла крутом. Конечно, какой смысл торчать там, если Мона Гилбрет явно не желает его видеть; однако ему хотелось ее переубедить. Когда Пол вдруг предложил отослать практикантов, Кейт сразу почуял, что дело нечисто. С другой стороны, отчего бы ей радоваться его присутствию? Ему слишком много известно, и она не знает, как он намерен использовать эти сведения. На ее месте Кейт бы действовал так же.

Пока Кейт бегал в булочную и обратно, он все пытался придумать, как бы поговорить с госпожой Гилбрет насчет Долы. Ему было немножко стыдно за то, что он проник на завод “Гилбрет” специально, чтобы разнюхать, в чем еще можно обвинить ее владельцев, но куда более стыдно было ему оттого, что он не углядел главного, детей, пока духи не привели его обратно на завод. Неудивительно, что теперь, когда Кейт знает тайну Гилбрет и ей известно, что он знает, она его боится. Кейт ее за это не винил. Однако надо же как-то ее уговорить, чтобы она вняла голосу разума! Если она позволит ему взять на себя роль посредника, быть может, ему удастся убедить ее отпустить Долу в обмен на кое-какие уступки со стороны эльфов. Она ведь даже по телефону сама не говорила, предоставив это какому-то мужчине. Условия, которые она назначила через него, были просто несусветные. Надо достичь взаимопонимания, и чем скорее, тем лучше. Хорошо еще, что младенца наконец вернули матери! Кейт не раз видел, как взбудораживаются эльфы, когда кому-то из них грозит опасность. Он боялся, что чем дольше будет тянуть госпожа Гилбрет, тем суровее будет расплата. Дола-то уже большая и, если ей не грозит какая-то серьезная опасность, прекрасно сама о себе позаботится. Вполне возможно, что, как и говорила ее мать, девочка воспринимает это похищение как приключение, быть может, несколько затянувшееся, но не опасное. Кейту уже позвонил Фрэнк. Воздухоплаватель сказал, что во время очередного полета на “Радуге” к нему прилетели духи. Судя по видениям, которые они показывали, они успели отыскать место, где девочку прячут теперь. Однако в последние дни было слишком ветрено для полетов, и духи пока что присматривали за девочкой в ожидании, когда Фрэнк сможет отвезти туда кого-то из эльфов, чтобы ее забрать. Так что, даже если ее родственники и не знают, где девочка, все равно она в безопасности.

Хотелось бы знать, догадывается ли эта женщина, кто такие на самом деле Дола и ее родственники. И не собирается ли она сообщить о них всему свету? Кейт сглотнул. Да, спрятать девяносто эльфов и подыскать им новое убежище в то время, как за ним самим будут следить, – дело непростое!

Проходя мимо столика секретарши и стоящего рядом с ним шкафчика для внутренней почты, Кейт подумал, не послать ли с курьером госпоже Гилбрет прямо во время совещания записку в конверте с просьбой о встрече. Да нет, опасно. Она наверняка покажет записку Полу, Пол может неправильно понять, и тогда Кейт вылетит из “Пи-ди-кью”.

Группа должна была беседовать с Гилбрет до половины первого, а потом вести ее обедать. Кейт понял, что это окно – его последний шанс переговорить с Гилбрет наедине прежде, чем она снова уедет. Ну а пока что ему дано поручение, и не стоит делать новых ошибок, которые поставят под угрозу его практику.

* * *

Одри Сартер оказалась очень приятной теткой. Она ходила в мешковатом свитере и отличалась острым умом и веселым, дружелюбным характером, что выгодно выделяло ее на фоне прочих клиентов, которые являлись в “Пи-ди-кью” застегнутыми на все пуговицы и ожидали, что местные служащие будут бегать перед ними на цыпочках. Одри сразу приказала звать ее по имени и на “ты”, не требовала от группы невозможного и явно получала удовольствие от самого процесса творчества. Ответственный за ее проект большую часть времени просто сидел и слушал, перебивая свою клиентку лишь затем, чтобы сообщить какие-то данные, которых она не знала, и заставить Кейта заново проанализировать рекламные объявления, рассчитанные на определенный потребительский сектор. Они обсудили, на кого направлена реклама и насколько часто она должна появляться, чтобы дойти до сведения предполагаемых покупателей. Кейт успел многому научиться и возвращался в конференц-зал в прекрасном расположении духа. Но только он хотел взяться за ручку, как дверь распахнулась и навстречу ему вышла Мона Гилбрет. Когда она увидела Кейта, в ее глазах промелькнул ужас; но она тут же совладала с собой, повернулась и стремительно зашагала по коридору. Майер и Брендан Мартуик поспевали за ней трусцой, как собачонки.

– Я полагаю, что идея с “золотом полей” очень удачная, – говорила госпожа Гилбрет. – Я хочу, чтобы она была использована для рекламных роликов моей кампании, а позднее и для ноябрьской предвыборной агитации. Эта идея сводит воедино все, чем я дорожу на своем заводе. Очень, очень удачно!

– Да-да, тогда ваши успехи в бизнесе будут ассоциироваться с вашими выборами в конгресс! – заливался соловьем Брендан. – Это же естественно! Америка Прекрасная и Мона Гилбрет!

Мона милостиво улыбалась. Брендан явно был очень доволен собой.

– Эй, это же был мой слоган! – растерянно сказал Кейт им вслед.

– Это может поднять ваш рейтинг на несколько процентов, – с воодушевлением говорил высокий светловолосый мужчина, шедший рядом с ними. Кейта как будто никто и не слышал. Прозвенел звоночек лифта, все загрузились в кабину и уехали.

– У-у, жополизы! – в сердцах бросил Кейт и вошел в комнату.

– Не ругайся, – наставительно сказала Дороти.

– Извини, – вздохнул Кейт, плюхнувшись на стул. – Но ведь правда же, этот Брендан вечно лижет чью-то задницу!

Дороти только головой покачала; впрочем, это не помешало ей усмехнуться.

Она положила свой карандаш, встала и закрыла дверь, но прежде выглянула в коридор, чтобы убедиться, что поблизости никого нет.

Кейт с любопытством следил за ней.

– Я просто не хочу, чтобы это кто-то слышал, – сказала она, вернувшись и сев рядом с Кейтом. – Тебе светят проблемы. У этой тетки, Гилбрет, на тебя какой-то зуб. Я видела, как она шепталась с Бренданом. Он что-то замышляет. Что ты ей сделал?

– Ей самой – ничего, честное слово! – сказал Кейт. – Это все из-за экологии…

– Угу… Так вот, остерегайся Брендана, ясно? – предупредила девушка. – Брендан тот еще крысюк. А теперь ему представилась возможность сделать то, что ему по душе: выпихнуть из программы одного из главных соперников.

Кейт кивнул:

– Спасибо, Дороти. Я буду бдителен, честное слово! Теперь я твой должник.

– Еще чего! Мы же вместе работаем. Помнишь “Мистера Дрожжи”? Кстати, о “Мистере Дрожжи”: когда займемся большим рекламным макетом, который просил сделать Пол?

– А почему бы не прямо сейчас ? – улыбнулся Кейт.

– Ура! У меня есть пара идей, которым твой первоначальный замысел и в подметки не годится. Что скажешь? – спросила Дороти, выставляя карандаш, точно шпагу.

– Выкладывай! Посмотрим, на что ты способна!

Плодотворная встреча с Одри Сартер словно окрылила Кейта. В голове у него роилась масса новых идей. Не прошло и пятнадцати минут, как они вчерне набросали новый макет. Дороти рисовала, а Кейт наблюдал за тем, что получается. Под конец он захихикал.

– Ну и что смешного? – осведомилась Дороти.

– Знаешь, если нарисовать французский батон под таким углом, да еще с этим лозунгом, твою рекламу детям показывать будет никак нельзя! – сказал Кейт, с трудом сдерживая хохот. Дороти еще раз посмотрела на гордо торчащий батон, фыркнула и покраснела.

– Я просто не привыкла думать в этом направлении, – сказала она и поспешно заработала ластиком. – Ну ладно, Эйнштейн, а какое другое хлебобулочное изделие можно нарисовать под слоганом “Чудесно поднимается!”

– Ну, бриоши или традиционный каравай с круглой макушкой. И чтобы он не просто торчал, а прыгал по экрану, как мячик.

Когда Брендан вернулся в конференц-зал, на губах у него играла ангельская улыбка. Кейт с Дороти мельком взглянули на него, потом снова с головой ушли в работу. Брендан обошел стол и уселся напротив них.

– Ну, как поработалось? – спросил он.

– Классно, – коротко ответила Дороти. – В художественном ко мне очень хорошо относятся.

– А я во время встречи все тебя вспоминал, Брендан, – сказал Кейт, желая подразнить его. – Разговор как раз шел про сушеные фиги.

Тот побагровел.

– И мы тебя тоже вспоминали, Кейт. Речь шла про удобрения.

– Ах да, конечно! – Кейт понимающе кивнул и вскинул рыжую бровь. – Про те самые, что питают золото полей?

– Ну а что, – сказал Брендан, встревоженный завуалированным намеком на плагиат, – мы ведь работаем все вместе, верно? Ты же сам настаивал на совместном творчестве.

– Что там насчет творчества? – спросил Шон. Он вошел и плюхнулся на стул в конце стола. Из его блокнота торчали вырванные листочки. Лицо у Шона было усталое, но довольное.

– Кейт напрашивается на комплимент, – подмигнула ему Дороти. – Гилбрет понравился его слоган, и Брендан ей его загнал.

– Вы молодцы! – одобрительно сказал Шон. – Это ведь и есть настоящий бизнес, верно?

Тут в дверях появился Пол и громко хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание.

– Ну что, девочки и мальчики, непростой выдался денек, верно? Вы все прекрасно поработали. Я вами”горжусь. Я намерен сегодня распустить вас пораньше – мне тоже хочется поехать домой и завалиться спать. Идет? Тогда приберите здесь и освободим комнату.

Пока остальные собирали со стола свои бумаги и чашки, Дороти показала Полу макет, который разработали они с Кейтом.

– Хорошо, – кивнул Пол. – Чувствуется внутреннее единство. Броское, запоминающееся. Продолжает прежнюю идею. Вообще, главное – чтобы слоган был короткий. Тогда его обязательно запомнят. – Он вернул макет Дороти и улыбнулся. – Отправь его Бобу, посмотрим, что он скажет.

– Хорошо, Пол, – кивнула Дороти и застенчиво добавила: – Знаешь, мне кажется, я понемногу начинаю разбираться во всем этом.

. – Да, это видно, – сказал Пол. – Добротная работа. Отправь ее. Я уверен, Боб скажет то же самое.

Кейт покосился на Брендана:

– Без проблем, Пол! Я оставлю макет в ящике с почтой у секретаря.

Собирая схемы и рисунки, Кейт отчетливо ощущал, как Брендан сверлит глазами его спину. Брендан проводил его взглядом до шкафа, в котором у каждого из них был специальный ящик для хранения личных вещей и бумаг. Ключ от шкафа был у Пола, но обычно замок был не заперт. Кейт не сомневался, что Брендан первым делом постарается напакостить тут. Но его это не особенно волновало. Уж кто-кто, а Кейт разбирался в проказах – мало ли шуток сыграли с ним в общаге? Он, как обычно, не глядя запихал в ящик свой блокнот и остальные бумаги и, повернувшись спиной, незаметно скомкал один из листков в шарик. Положил шарик на дно ящика, прикоснулся к нему и, сконцентрировавшись, сделал волоконца бумаги прочными и упругими Потом прикрыл комок бумаги прочими бумагами и одним толчком задвинул ящик на место.

– Пока, Пол! Пока, Дороти! Это я оставлю внизу для Боба

Кейт весело помахал рукой всем остальным и, насвистывая, направился к лифту.

Он жалел только об одном, что не сможет полюбоваться, как Брендан полезет в его ящик и что потом будет

Глава 14

Кейту не терпелось узнать, как идут поиски, однако же он все-таки доехал домой и позвонил на ферму оттуда. Трубку сняла Калла, мать Холла

– Ее увезли далеко-далеко, – ответила она, – однако твои друзья идут по следу Тот Большой, что летает по небу, и Малый народ Воздуха вроде бы разнюхали, где именно ее прячут

– Здорово!

– Да. Холл и мой правнук полетели с ними, чтобы удостовериться, точно ли она там.

– Как, неужели Тай согласился снова сесть в корзину? Ни в жисть не поверю! – расхохотался Кейт. Его брат и сестра, смотревшие телевизор на другом конце комнаты, оглянулись, чтобы узнать, чему он смеется, потом снова отвернулись к экрану.

– Хочешь верь, хочешь не верь, – усмехнулась Калла. – Любовь побеждает даже величайшие страхи. Да если бы даже и не так, вряд ли он решился бы пойти на попятную. Ведь с ними Мастер.

– Да ты шутишь!

Калла снова рассмеялась – теплым, грудным смехом.

– Нет, не шучу. Хотела бы я быть птицей небесной, чтобы поглядеть, на что это похоже!

– Да тогда бы нас там целая стая летала! – сказал Кейт. – Ладно, держите меня в курсе событий, хорошо? Я хочу узнать о том, что Дола наконец дома, сразу, как только ее привезут. И еще я хочу услышать о том, как Мастер летал на воздушном шаре!

– Услышишь, Кейт Дойль, – сказала Калла. – Это я тебе обещаю.

* * *

– Ваша лаконичная манера изъясняться не способствует пониманию, – неодобрительно сказал Мастер. – Пожалуйста, потрудитесь говорить полными предложениями. Времени до тех пор, пока ветер уляжется и ваш летательный аппарат сможет подняться в воздух, у нас предостаточно.

Фрэнк перевел дух и попытался объяснить все сначала. Холл, который стоял с трубкой в зубах, прислонившись к корзине шара, обменялся сочувственными взглядами с Таем и сдвинул пониже козырек своей кепки-бейсболки, чтобы скрыть усмешку. Тай покачал головой и тоже сдвинул кепку на нос.

– Сегодня утром прилетели Кейтовы воздушные духи. Я катал людей. Они перепугали насмерть моих пассажиров. Кружили вокруг шара, как светляки.

– Кто именно кружил, пассажиры? – уточнил Мастер, смерив Фрэнка взглядом поверх очков. Несмотря на то что грозный инквизитор был Фрэнку по грудь, даже вместе со шляпой, у Фрэнка тем не менее душа ушла в пятки.

– Да нет, духи. Они показывали картинки.

– Это их способ общения, Мастер, – пояснил Холл. – Они могут передавать мысленные образы.

– Понятно.

– Красивые, но непонятные, – продолжал Уинслоу. – Две картинки повторялись снова и снова: эта маленькая светловолосая девочка в темноте, перед домом… таким… полосатым, и другая, где эту девочку ведут на поводке.

– На шее? Как собаку? – спросил Тай, потемнев лицом от гнева.

Фрэнк поразмыслил:

– Нет, как младенца, который учится ходить.

Он показал на себе самом веревку, обвязанную вокруг пояса.

– На мой взгляд, это достаточно точная картина ее положения, – сказал Мастер. – А они помогут нам найти этот полосатый дом?

Воздухоплаватель пожал плечами и раздраженно указал на небо.

– Да, если только этот ветер наконец уляжется!

Макушки стоящих поблизости деревьев слегка клонились к северо-востоку, и верхние ветви потрескивали и раскачивались.

Фрэнк залез в кузов своего грузовичка, где стояла небольшая емкость с гелием, надул воздушный шарик, завязал и отпустил. Шарик рванулся ввысь и быстро исчез на востоке. На горизонте уже загорелись розовые полоски, напоминая о том, что до заката никак не больше часа. Фрэнк тяжело вздохнул и покачал головой. Холл выбил трубку и спрятал ее в карман.

– Да, жалко, что мы не можем вызывать и успокаивать ветер свистом, как думает Кейт Дойль, – сказал Холл. В глазах у него запрыгали веселые чертики. Фрэнк посмотрел на него. – Надеюсь, ты-то не веришь этим сказкам? Неужели ты тоже думаешь, что я могу сунуть пальцы в рот, вот так, – тут он засунул в рот большой и указательный пальцы и пронзительно свистнул, – и ветер тут же уляжется по моей воле?

И ветер, как по волшебству, тут же стих. Макушки деревьев на краю поля перестали раскачиваться, выпрямились и застыли неподвижно. Фрэнк огляделся вокруг и уставился на Холла. Тот ответил ему негодующим взглядом.

– Ну, что ты смотришь? Это было чистое совпадение! Должен же этот ветер был когда-нибудь улечься!

– Чистое мошенничество! – хмыкнул Мерфи. – Я-то видел, как деревья на западе перестали раскачиваться за секунду до того, как он свистнул!

– Угу… – задумчиво кивнул Фрэнк, не сводя, однако, глаз с Холла. Прочие эльфы чуть заметно ухмылялись. Воздухоплаватель сглотнул. – Ну, тогда чего ждать? Поехали!

Они с Мерфи вытянули из кузова мешок с шаром.

– Чем мы можем вам помочь? – спросил Мастер.

Повинуясь указаниям людей, Малые проворно раскатали шар и помогли поднять горловину к нагнетателю, в то время как Мерфи с Фрэнком присоединяли стальные петли тросов к станине горелки. Вскоре огромная радужная оболочка наполнилась и всплыла над полем. Тай, Мастер и Холл помогали удерживать ее на месте, пока нагнетатель не заменили горелкой и шар не поднялся над землей сам по себе.

– Ишь какие вы сильные, даром что карлики! – заметил Мерфи. Тай усмехнулся:

– Если хочешь, можешь и ты наняться в наш цирк! – крикнул он, перекрывая рев горелки. – У нас найдется место для таких великанов, как ты.

Фрэнк залез в корзину, и Мерфи помог поставить ее вертикально.

– Запрыгивайте! – крикнул Фрэнк. – Шар готов!

Тай с Холлом перемахнули через край корзины и протянули руки Мастеру. Мерфи удерживал корзину за стропу, протянутую снаружи вдоль края, пока старик не оказался внутри. Затем он отпустил стропу, и “Летучая радуга” в очередной раз взмыла вверх, точно по волшебству: земля легко и беззвучно ушла вниз, навстречу поплыли макушки деревьев.

– Мерфи решил, что вы карлики из цирка, – сказал Фрэнк, как только шар поднялся достаточно высоко. – Как же он не узнал, кто вы такие?

– Каждый видит то, что хочет увидеть, – объяснил Мастер. – Он думает, что мы нечто одно, и именно это он в нас и видит. Вы видите нас иначе, но даже вы не знаете, кто мы такие на самом деле.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19