Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Черный дождь

ModernLib.Net / Пасман Аркадий / Черный дождь - Чтение (стр. 2)
Автор: Пасман Аркадий
Жанр:

 

 


Я совсем по-другому представлял себе Начальника Службы Контроля, самого серьезного (если не сказать больше!) отдела на Объекте. И только две большие темно-синие звезды на рукавах его форменного комбинезона показывали, что я не ошибаюсь - передо мной действительно сам "Зоркий Глаз Комбината". Зоркий Глаз закончил писать, удовлетворенно хмыкнул и неожиданно поднял на меня веселые маленькие глазки. - Что стоим? - осведомился он. - Проходите, садитесь. Я сейчас. Он собрал в папку разложенные на столе бумаги, сверху добавил только что дописанный лист, прихлопнул рукой и вдруг, подмигнув мне, приподнял папку на уровень моих глаз. Ничего не понимая, я с удивлением вгляделся и увидел на обложке свое имя, напечатанное большими черными буквами.
      Глава четвертая
      Я лежу на спине и смотрю в темноту. Ничего не видно, и нет особой разницы - лежать с открытыми или с закрытыми глазами, но стоит мне зажмуриться, как веки почти сами собой раскрываются, так что лучше их и не закрывать. Спать совершенно не хочется, да и не уснешь, пожалуй, столько всего произошло за вчерашний день. Часа три я у Зоркого Глаза просидел, не меньше. О чем он только меня не расспрашивал! Про папу, про маму, где родился, где жил, чем болел, как учился... И все с улыбочками, со смехом, будто я его лучший друг. Анекдоты рассказывает, байки разные - ну, прямо рубаха-парень! А мне отчего-то тоскливо сделалось, и чем он веселее держится, тем у меня на душе тяжелей... Ну, думаю, плохи мои дела. Видно, крепко ему от меня что-то понадобилось, раз он так распинается, да еще в нерабочее время... Но виду не подаю. А что делать? Как сказал один умный человек: "Оказавшись в одной яме с волком, не выказывай ему своего пренебрежения". Вот и ухмылялся во весь рот, головой кивал, как китайский болванчик, подхихикивал. Только ведь он не дурак, быстро понял, что впустую время тратит, сразу серьезным стал и ласково так, но твердо говорит: "Сынок!" Ну, думаю, вот мы и родственники! Значит, говорит он: - Сынок! Ты умный, простой, талантливый парень, я буду говорить с тобой начистоту! И началось... Про тяжелое положение в мире он мне рассказал, про угрозу делу демократии, про происки внешних и внутренних врагов, про высокий патриотический долг... Хорошо так говорил, со слезой в голосе, красиво говорил. Чувствуется, что не в первый раз говорит, наловчился. Потом к Комбинату и комбинатовским делам перешел. И так этот вопрос повернул, что вышло- термоядерные боеголовки, которые Комбинат выпускает, это чуть ли не единственный оплот мира во всем мире! Не было бы, значит, наших самонаводящихся пятисотмегатонников - все, хана стране! Набросились бы на нее со всех сторон алчные супостаты и разорвали на части. Растерзали бы. Заливается он соловьем, аж волосы топорщаться, как перья у голубя мира. Остановился он передохнуть и произведенным эффектом полюбоваться - я, как положено, сижу, гляжу на него выпученными глазами, дышать боюсь - внимаю. Вот тут он меня про сны и спросил. Как и что, когда началось и содержание - подробно. Удивился я, но виду не подаю - мало ли, откуда он про сны мои узнал и зачем они ему понадобились... Рассказываю, стараюсь ничего не пропустить, даже сам увлекся. И он слушает, не оторвется, глазами в меня впился и диктофон включил. Все рассказал: и про Дом, и про Черный Дождь, и про кусты с лиловыми листьями, и про Стаю... А когда закончил, попросил меня он все это еще и на бумаге записать. - Зачем? - спрашиваю. - Надо, сынок, - отвечает. И объяснил, что, когда человек говорит, у него одна память работает, а когда пишет - другая. И ведь верно, начал я писать и много такого вспомнил, чего вроде бы и не знал раньше. Пишу, пишу - рука затекла, писать-то редко приходится. А Зоркий Глаз диск из диктофона достал - и к компьютеру. Все ясно, думаю, значит, и Макс тут побывал, только до меня, и назад почему-то не вернулся... Опять мне тоскливо стало, но виду не подаю, листочки аккуратно сложил, жду. Начальник за стол сел, папку мою раскрыл и говорит: - Не буду скрывать, сынок, дело серьезное. Ты парень простой, умный, я думаю, поймешь все, как надо. Ты про "Союз Одиннадцати" слыхал? Только этого мне еще не хватало! "Союз" - это ж самая что ни на есть запрещенная организация. Тут ведь и разбираться особенно не будут - живо угодишь на Золотой Остров! - Слышал, - говорю, - как не слышать! Бандиты они, государственные преступники. А он усмехнулся: - Бандиты-не бандиты, а вот преступники - это точно. На вот, смотри, - и протягивает мне карточку, а там напечатано: "СТРОГО СЕКРЕТНО. ИНФОРМАЦИЯ ТОЛЬКО ДЛЯ СЛУЖЕБНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ СТАРШИХ СОТРУДНИКОВ ОТДЕЛА КОНТРОЛЯ БЕЗОПАСНОСТИ". Я голову поднимаю, а Начальник кивает - ничего, мол, валяй, читай дальше. "43/076. "Союз обеспокоенных ученых", более известен как "Союз одиннадцати" (по первоначальному числу членов). Основан в 1996 году группой нобелевских лауреатов (математика, физика, биофизика, физиохимия, биология, медицина). Первый руководитель - Хей Бергер (физиохимия, 1996 г.). Программа "Союза" - широкое использование новейших открытий и достижений научно-технического прогресса в борьбе против Оборонно-Промышленного Комплекса. В деятельности "Союза" прослеживаются два основных периода. Первый легальный (1996 - 2003). Освещение программы и задач организации с помощью печати, радио- и телепередач, широкое вовлечение новых функционеров и сочувствующих. Издание собственного журнала "День завтрашний?". Организация забастовок и демонстраций на заводах и Комбинатах ОПК. После Зимнего марша 2003 года на основании Закона об антигосударственных и подрывных организациях Скотта-Тимоти (1954 г.) деятельность "Союза" была запрещена, а штаб-квартира была разгромлена членами движения "Истинных патриотов". В результате этого произошел отток из рядов "Союза" большей части сочувствующих, но полностью ликвидировать организацию не удалось, и она продолжила свою враждебную деятельность, перейдя на нелегальное положение. Как удалось выяснить, этот вариант был заранее отработан руководством "Союза". Второй (нелегальный) период длится с января 2004 года по настоящее время. Изменившееся положение привело к тому, что был сделан упор как на скрытый и явный саботаж, так и на прямые диверсионные акты. К сожалению, в силу специфики своей профессиональной подготовки многие активные функционеры "Союза" имели доступ к разработке и внедрению в лабораториях и на Комбинатах ОПК новейших образцов технологии производства Изделий, что позволило им выделить наиболее важные участки и наиболее уязвимые точки для нанесения ударов. Результатом этого явился целый ряд диверсий, к наиболее крупным из которых (по степени нанесенного ущерба) можно отнести: выведение из строя Объединенного Компьютерного центра, что привело к срыву очередного этапа ОМ (Оборонной Модернизации); авария на испытательном полигоне "Космической Гвардии", приведшая к практически абсолютному уничтожению опытных образцов разработанной модели; систематическое искажение исследовательских программ 1 и 1прим разрядов, а также публикация в открытой печати совершенно секретных данных, что не всегда удавалось предотвратить. Все перечисленное выше принесло ощутимый ущерб стране и в определенной степени затормозило необходимые темпы развития и усиления оборонной мощи государства. В мае 2009 года была арестована часть руководящей группы "Союза Одиннадцати" и осуждена к различному сроку принудительной изоляции на Малом Золотом Острове. Во время транспортировки ими была предпринята попытка побега, при которой погибли двое охранников и пятеро из семи преступников. По имеющимся сведениям, в настоящее время "Союз" готовит новую серию диверсионных актов, для чего проводит скрытое, но широкое внедрение своих агентов на предприятия Оборонно-Промышленного Комплекса. Новым руководителем "Союза Одиннадцати" является врач-психоневролог Александр Корач (медицина, 1997 г.), дополнительные данные - код СХ
      3806А".
      Читаю я - интересно все-таки, а сам никак не могу взять в толк, при чем тут мои сны. Прочел, карточку Начальнику протягиваю, головой солидно покачиваю и брови хмурю. Он усмехнулся, карточку скомкал и в утилизатор бросил. Хлоп - одна пластиковая пыль осталась. - Понял? - спрашивает. - Нет, -отвечаю. - И правильно. Молодец, сынок, что честно ответил. Не люблю я, когда слишком понятливыми прикидываются. А что ты не понял? - Про "Союз" все, конечно, любопытно, - говорю. - Но сны-то мои непонятные при чем? Я же там ничего знакомого не вижу - так, ерунда всякая... Собаки, кроты, кусты... - Так уже и ничего знакомого? - переспрашивает он и идет к терминалу. Вот, погляди, это по твоему рассказу получается... Защелкал он клавишами, экран загорелся, а на экране- вот это да! Серая, бесконечная равнина, тучи над ней низкие нависли, как комья грязной ваты, солнце из-за них еле-еле мохнатый бок высовывает. Справа внизу - пятно лиловое, кустарник листья расправил, а на горизонте холмы какие-то, высокие холмы, бугристые и совсем черные. Выпучил я глаза, не могу понять - сплю или нет, а Начальник опять ухмыляется: - Похоже? - Один к одному! - отвечаю. - И ничего не узнаешь? - Вроде нет... Что-то чудится, а что - понять не могу... - А если вот так...- и он нажимает кнопку на пульте. Тут же, на моих глазах, картинка из странного сна начинает постепенно изменяться. Черно-серая земля покрывается травой, лиловые кусты сменяются аккуратно подстриженными деревьями, а самое главное - далекие бесформенные холмы начинают худеть, вытягиваться вверх и превращаться... Да ведь это же дома! Это же город! Даже дыхание перехватило. - Город! - сиплю. - Это развалины Города! Я же чувствовал - что-то неправильно, что-то беспокоит... - Да, - кивает Зоркий Глаз. - Это развалины Города. Вид со стороны бухты. - А море где? - А нет моря, - спокойно отвечает он. - Было и сплыло. Так выглядел бы наш город с высоты примерно двух километров после взрыва ядерного заряда средней силы. - Но почему же мне все это снится? - А вот тут-то, сынок, и собака зарыта... Присел он на край стола и рассказал мне про операцию "Морфей". То, что можно образы и мысленные сообщения на расстояние передавать, все знают. Теория "скачущих биополей" Петрова-Филби, энергетическая коррекция информационного шума - программа средней Школы. Но до сих пор никому не удавалось добиться стабильности передач. Никому не удавалось, а ребятам из "Союза Одиннадцати" удалось. А чему тут удивляться - у них одних только нобелевских лауреатов чуть не два десятка... В общем, разработали они у себя в лабораториях и собрали усилитель-ретранслятор биоинформации, и вот с его помощью по ночам страшные сны про гибель цивилизации в ядерном пожаре простакам вроде меня показывают... Все это Начальник мне очень популярно объяснил. По полочкам, можно сказать, разложил. И такое меня зло разобрало! Нет, мне и самому многое в нашей жизни не нравится, но за каким чертом мне кто-то будет в голову, да еще во сне, всякую чепуху всовывать! Так ведь и свихнуться недолго! Ну, думаю, чтоб вас! Кто позволил надо мной опыты проводить: что я - морская свинка, в конце концов! Киплю я от негодованья, а Зоркий Глаз взглянул исподлобья и говорит: -- Это только начало, первый этап операции. Трансляция идет на целые районы города. Правда, не все пока ещё могут четко передачи воспринимать, но это уже дело техники. Постепенно будут сферу воздействия расширять, "сны" менять и формировать устойчивое общественное мнение. Ловко, а? - Ничего не "ловко", - отвечаю. - Подлость это, и все, промывание мозгов. Мало ли, чего напридумывать можно, зачем же другим силой свои идиотские выводы навязывать? - Что поделать, - пожимает он плечами, - так эти люди действуют. На все идут, чтобы своего добиться, чтобы страну ослабить. Сам понимаешь, кому это выгодно. - Понимаю, - говорю, - что ж не понять... - А раз понимаешь, то обязан нам помочь. Враг-то у нас общий. И не думай, что мы всех подряд зовем. К тебе тоже долго присматривались и проверяли, скрывать не буду, - и руку на папку положил. Дорого б я дал, чтобы в эту папку заглянуть. Там ведь вся моя жизнь собрана, расписана, отпечатана и пронумерована. Каждый шаг на отдельной страничке отмечен. Правительственная программа "Все обо всех", девять ступеней доступа к информации о личности. Здесь, похоже, девятая ступень. "НА ДЕВЯТУЮ СТУПЕНЬ ДОСТУПА ИМЕЮТ ПРАВО ВЫСШИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ЧИНОВНИКИ (ПО СПЕЦИАЛЬНОМУ ЗАПРОСУ) И СОТРУДНИКИ СЛУЖБЫ КОНТРОЛЯ БЕЗОПАСНОСТИ (ПО СЛУЖЕБНОЙ НЕОБХОДИМОСТИ)". (127-я поправка к Конституции.) Сижу я, как оплеванный, размышляю. Да что же делать, Господи Боже ты мой! И так плохо, и так паршиво. Одни за тобой с самого рождения следят, другие прямо в голову наровят забраться! Ладно, думаю, черт с вами! Правильно умные люди говорят: "Плохо плыть против течения в грязной воде", только зря тины наглотаешься. Махнул мысленно рукой и спрашиваю: - Что я должен делать? - А ничего, - отвечает Начальник, - живи как жил. Ешь, пей, гуляй, спи побольше, И жди. С тобой вступят в контакт. - Кто? - Те, кто сны показывает. - А если они не появятся? - Появятся, не волнуйся. Обязательно появятся. Должны же они знать, как на тебя их "произведение" подействовало. - Так что ж они раньше этим не интересовались? Он усмехнулся и отвечает: - А с чего ты взял, что они этим не интересовались? Они, сынок, это абсолютно точно узнали, в подробностях! Тут меня прямо как ошпарило. - Макс?! - шепчу. - Быть не может! - Почему же "быть не может"? - Зоркий Глаз даже плечами пожал. - Так оно и есть. Максим Клейн - один из наиболее деятельных и опасных функционеров "Союза" по Комбинату. Он давно был под нашим контролем, еще с Университета. В последнее время от активной деятельности отошел, мы уж думали, что за ум взялся... Выходит, нет... - А можно с ним поговорить? - Нет, нельзя. - Почему? - Во-первых, это бессмысленно. Все террористы - фанатики. Он бы просто не пожелал с тобой беседовать. А во-вторых... Когда он понял, что выведен на чистую воду, то попытался покончить с собой. Сейчас его пытаются спасти в Реанимационном центре.
      Глава пятая
      Похоже, что сегодня так и не уснуть. Зря только две таблетки снотворного проглотил. Эффекта никакого, а вот голова утром будет как свинцовая. Придется опять африкол пить, чтобы на работе не задремать. Хотя бояться мне вроде бы и некого - я теперь чуть ли не сотрудник Службы Контроля! Член "единой и дружной семьи", как Зоркий Глаз выразился. Здорово он меня вчера огорошил, когда про Макса рассказал. Ведь вот что главное - и не то, чтобы нравился он мне особо, и не слишком близки мы были, скорее наоборот, сколько я злился на него: и за молчание, и за высокомерие... А тут вдруг как резануло - и обидно; что ж он надо мной эксперименты-то проводил? И жалко его: хороший он, все-таки, парень. Не могу объяснить, почему, а вот хороший, чувствую. У меня раньше друг был. Давно, еще до Комбината. Чем-то Макс его напоминает. Высокий, волосы светлые... Меня после Школы Техников в систему ОПК распределили, а его - в Силы Обороны. Я уже потом узнал, что попал он на Юго-западный полигон, где наши Изделия испытывают. А год спустя (мы как раз новую серию в производство запускали) была большая авария. Такое случается иногда - редко, но бывает... В общем, я случайно на секторальную конференцию попал, видел отчет следственной комиссии. На каток похоже, только вместо льда - застывший базальт. Черный, горячий лед. Тихо щелкнула входная дверь. Интересно, кому это не спится в такой час? Приглушенные шаги по коридору к ванной комнате. Все ясно, Служба Жилья. Вот тоже работка - не приведи Господь! Круглые сутки на ногах - то здесь, то там, дел хватает: течет все, сыплется - дома-то паршивые, системы жизнеобеспечения из строя выходят, да и мало ли что... Я вот работаю, через весь Город ездить приходится, а те, кто на соцпособии сидит? Целый день дома, ни одного живого лица рядом, сплошные телевизоры - озвереть можно! Вот и вызывают Жилшцников по поводу и без повода - все-таки разнообразие, а иногда и приключение, особенно для одиноких, стареющих женщин. Во всяком случае, больше всего анекдотов про Жилищников ходит может, зря, а может, и нет. В ванной тонко запела струя воды. Что, неужели все? Быстро, однако. Надо встать, принять работу, расписаться. Все равно не сплю, а завтра не нужно будет в контору заходить. Смотрю на часы. Ого! Скоро утро. Время вроде и незаметно прошло... Ничего, днем бессонная ночь даст о себе знать. Пол прохладный, ступать приятно. Подхожу к ванной комнате, заглядываю внутрь. Из крана с шумом вырывается широкая струя воды, закручивается, исчезает в отверстии слива. Трогаю воду рукой - температура нормальная, и только тогда замечаю, что рядом никого нет. Странно, а где же Жилищник? Я озираюся по сторонам, но тут в квартире внезапно гаснет свет. "Только Этого еще не хватало!" - вслух думаю я, и как бы в ответ за моей спиной раздается тихий голос: - Не пугайтесь, пожалуйста! Ничего себе, "не пугайтесь!". Непроизвольно дергаюсь всем телом, хорошо, что в темноте не видно. Так можно и инфаркт схватить! - В чем дело? Что вам нужно? Кто вы такой? - Не пугайтесь, пожалуйста!-мягко повторяет голос.- Мне необходимо с вами поговорить. - Какие разговоры в темноте? Что со светом? - Свет будет через несколько минут. Но мы должны поговорить, пока его не наладили. Это очень важно и не предназначено для посторонних ушей... - Что вы имеет в виду? - Да у вас квартира просто нашпигована микрофонами, фонофонами и телекамерами! Вот и пришлось ненадолго нарушить энергоснабжение вашего блока. - Кому это потребовалось запихивать ко мне микрофоны? Что я, кинозвезда? -- Вы не кинозвезда, а микрофоны и камеры установлены теми, кто хотел бы помешать нашей встрече. - Да кто вы такой, в конце концов? - все еще не понимаю я. - Мне поручено переговорить с вами от имени Исполнительного Комитета "Союза Обеспокоенных Ученых". Вот оно что! Все точно, мне Зоркий Глаз так и говорил- будут вступать в контакт. И бесцеремонно, как все, что они делают! Да что я им, кролик, что ли, бессловесный! - Ну, - говорю, - и что же от меня глубокоуважаемый "Союз" пожелать изволит? Чего еще хотят? Мало того, что следят на каждом шагу, мало того, что в голову забираются, так и в собственном доме от вас покою нет! разошелся, аж самому страшно. Все ему высказал, что о "Союзе", о их методах работы, о снах этих дурацких думаю. Душу отвел, молчу, дыхание перевожу. И он молчит. Ага, думаю, проняло! Помолчал он и спрашивает негромко: - Скажите, пожалуйста, откуда такой гнев, такая негативная реакция на мое появление? Ведь, насколько мне известно, никакого вреда мы вам не причинили, а операция со светом - вынужденная, и я еще раз приношу свои извинения... - Да что мне в ваших извинениях! Объясните лучше, для чего было всякие ужасы из будущего придумывать и другим навязывать, да еще во сне? Ей-богу, лучше со Службой Контроля дело иметь - они хоть в мысли мои не лезут, спасителей человечества из себя не разыгрывают... - Да, да, - соглашается ночной гость, - я так и подумал, что ваша бурная реакция имеет какое-то простое объяснение... Служба Контроля... Вот откуда и подробная информация о "Союзе", и слова злые, а главное, знакомые слова. Что ж, очень жаль - тем трудней нам будет понять друг друга, ведь для этого вы должны, как минимум, поверить нам. Интересное дело, о доверии заговорили. Значит, им тоже что-то от меня надо. И те, и эти - все чего-то от меня хотят... А мне ни от кого ничего не надо, оставили бы в покое! - Послушайте, - говорю, - как вас там... По-моему, этот разговор не имеет смысла. Верю я вам, не верю, какая разница? Ваши дела-это ваши дела, я в них лезть не намерен, они меня не касаются... Говорю, а сам чувствую, что не то говорю, фальшиво как-то, словно не его, а себя в чем-то убедить пытаюсь... А он отвечает: - Хорошо. Поступайте, как знаете, это ваше право. Но могу я попросить хотя бы выслушать меня? - Пожалуйста. - Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть как можно равнодушнее, хотя в темноте это и не важно. Вообще-то, мне, конечно, любопытно, что понадобилось от простого Техника Исполкому самой запрещенной в стране организации. - Видите ли, в чем дело, - слышится вновь негромкий голос. - Все, что вам говорили в Службе Контроля о "Союзе Обеспокоенных", - это и правда, и ложь одновременно. Правда в том, что мы одними из первых разглядели и научно обосновали путь, по которому движется, а точнее - катится наше общество. Происходят странные вещи. Производство самых современных средств уничтожения превратилось в самоцель, запасы радиоактивного сырья и готовых Изделий настолько повысили общий фон излучения, что неизбежно в самом ближайшем будущем приведет к экологической катастрофе: комбинаты ОПК отравляют воду, воздух и землю, и при всем при этом ничего не производится, абсолютно ничего - ведь все, что выпускается, в буквальном смысле зарывается в землю... до поры до времени... Да, мы пытаемся бороться против неизбежности всепланетной гибели. Мы используем в этой борьбе самые современные достижения науки, многие из которых разработали сами. А что прикажете делать? Слишком долго наука рабски выполняла самые мерзкие задачи, которые ставили перед ней те, кто считает себя вправе решать судьбы других. Да, мы вынуждены работать нелегально. Легальные методы борьбы привели к тому, что организация была практически обескровлена. Сначала, в нарушение всех конституционных гарантий, "Союз Обеспокоенных" запретили, варварски уничтожив штаб-квартиру и уникальный лабораторный комплекс. Затем началась настоящая охота и физическое истребление руководителей и рядовых членов "Союза". Именно истребление - хладнокровное, беспощадное. Юрген Бахчевский - премия 1997 года по физике - помните, "поля Бахчевского", сверхдальняя космическая связь?.. Убит среди бела дня в самом центре города двумя выстрелами в голову. Убийца скрылся... Хейн Бергер - первый руководитель, отец "Союза". Дольше всех противился переходу на нелегальное положение, выступал в печати, по телевидению-пытался убедить, объяснить, заставить задуматься. Убит "при попытке к бегству" - это девяностадвухлетний, полупарализованный старик?! "Слава и гордость нации" - Александр Ли, единственный в истории ученый, получивший личную благодарность от Организации Объединенных Наций за создание противораковой вакцины... Взорван в своем автомобиле вместе с женой и трехлетней дочкой... - Ну, вы тоже не ангелы... - слабо возражаю я, чувствуя себя довольно неуютно, словно имею какое-то отношение к этим гадостям. - Да, мы не ангелы, - соглашается ночной собеседник.- Но мы, во всяком случае, никого не убиваем, не калечим, не устраиваем взрывов, хотя, как вы сами понимаете, прекрасно могли бы это делать. Террор - не метод борьбы. С помощью террора можно добиться каких-то временных, местных успехов, но вскоре страх и ненависть, порожденные им, вернутся, подобно бумерангу, и поразят бросившего. Террор рано или поздно превращается в самоцель. А самая святая цель не оправдывает кровавые средства. "Нельзя сдвигаться с мертвой точки за счет живых". Замолчал он, давая возможность мне высказаться. А чего говорить-то? Слова правильные... Вот только слишком много правильных слов довелось мне за последнее время слышать... Стоим мы, оба молчим, а темно - хоть глаз выколи, темно и тихо, словно меня уже и нет: рук нет, ног нет, тела нет один вечный разум в вечной тьме свободно витает... Подождал он и неторопливо так продолжает: - Ну а теперь то, что касается ваших снов... Вот вам в беседе на эту тему наш общий знакомый объяснил все очень просто. Я даже попытаюсь угадать, как: разработанная "врагами народа" "страшная история" с помощью психотранслятора внушается невинным людям во сне... Ведь так? - Примерно... - говорю. Хотя, чего уж там, все точно. А он дальше: - Но, к сожалению, самое простое объяснение не всегда соответствует истине... Одним словом, это неверно. На самом деле, все произошло, в общем-то, случайно. Во время одного из экспериментов в нашей лаборатории произошел срыв блокировки и мощный энергетический выброс... Эксперимент, естественно, свернули, но в ту же ночь в районе проекции выброса впервые были отмечены необычные психоэмоциональные явления... "Сны", если хотите. Механизм их появления так и не удалось разгадать, но вызываются они довольно стабильно... Трудно с уверенностью сказать, что же это такое, но поскольку воспринимаемая "картинка" одинакова для всех и имеет тенденцию к изменению во времени, это не плод чьей-либо фантазии. Конечно, мы можем ошибаться, но боюсь, что в данном случае истина где-то рядом- здесь имеет место прорыв биоинформационного поля из будущего, который мы можем, в какой-то степени, своими силами вызывать и регулировать. Вот так, друг мой: то, что вы видите, к сожалению, вовсе не придуманный кем-то сюжет, а крошечные фрагменты того, что рано или поздно ожидает всех нас. Фрагменты и есть фрагменты- они зачастую бессвязны и малоинформативны, однако и этого вполне достаточно, результат вы могли оценить, не так ли? Поддерживание и стабилизация поля требуют колоссальных затрат энергии, но мы нашли выход. И знаете, какой? Запасаем и используем по мере необходимости энергию правительственных ядерных испытаний. Таким образом, чем больше взрывов будет производиться, тем шире мы сможем использовать это наше новое оружие. Согласен, на первом этапе - без ведома людей. Но поймите, наша задача - взволновать, заставить задуматься тех, кто еще на это способен. Мы не можем точно установить, когда и где произойдет катастрофа, но то, что она неизбежна, не подлежит сомнению... Слушаю я его, и паршиво мне, хоть плачь. Чувствую, что хоть и не похоже все это на правду, а все-таки, выходит, правда. - Ну а раз так, - спрашиваю, - то чего же суетиться? Ведь все, что будет, мы уже знаем. И изменить ничего нельзя. - Почему нельзя?- удивляется он. - Можно. Будущее становится реальностью только тогда, когда закончится настоящее. А пока - это всего лишь один из возможных вариантов, наиболее полно воплотивший в себе все существующие тенденции, и от нас зависит - станет этот вариант окончательным, или нет. - И что же вы от меня хотите? - интересуюсь. - А ничего, - говорит он и, чувствую, улыбается, - Пока мы ничего от вас не требуем. Уже и того достаточно, что вы не с ними. Время еще есть. Подумайте над моими словами. Подумайте как следует и, если захотите, приходите к нам. Будем сражаться вместе. Не скрою, место вашей работы было не последним фактором, который привел меня сюда. Энергообеспечение Комбината - это же кровеносная система монстра... - Скажите, - вдруг вспоминаю я, - а Макс Клейн, он давно с вами? - Клейн? - слышится из темноты. - Он вовсе не с нами... Мы еще только предполагаем поговорить с ним откровенно...
      Эпилог
      Долгая в этом году зима. Кузнец говорит, что такой долгой зимы не помнит. А он самый Старый, кому ж еще помнить... Холодно и жрать нечего. Ловушки проверяем чуть ли не каждый день, да все без толку - кроты и кролики в норах спят. Собаки и те, как сгинули. С тех пор, как я тогда от Стаи спасся, вроде и не видел их ни одной, - куда они подевались? Ладно, переживем. Хлюста еще в кадушках много наквашено, коренья есть, ягоды сушеные... Это не мясо, конечно, но хоть с голодухи не помрем, а там и зима пройдет... Все бы ничего, вот только руки у меня чесаться стали, сил нет. День и ночь чешусь, всю кожу ободрал - смехота! Старый Миха травы наварил, пить давал и прикладывать - помогает, но плохо. Ладно, пройдет, мне мать рукавички из собачьей шкуры сшила - тепло и рукам легче. Миха из-за моих рук больше меня переживает. Вчера опять какие-то примочки делал и рассказывал, что там, где сейчас вход в Собачий Лог, раньше вода какая-то из-под земли текла, так вот этой водой намочить - любая хворь пройдет! А потом, говорит, гром был и земля тряслась, вода исчезла, и стал Собачий Лог. Давно, говорит, это было... И все Старые собрались, слушают его, головами важно кивают, соглашаются - так, мол, так, все точно. А по-моему - ерунда. Как сейчас есть, так и всегда было!

  • Страницы:
    1, 2