Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Падшие ангелы (№8) - Демонический барон

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Патни Мэри Джо / Демонический барон - Чтение (стр. 6)
Автор: Патни Мэри Джо
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Падшие ангелы

 

 


Она непременно сдержит слово. Кстати, нужно обязательно примирить Джессику с лордом Рэдфордом. Всякий раз, когда он и Джессика оказывались рядом, в воздухе чувствовалось напряжение. И все из-за того, что они оба слишком независимы и самолюбивы! Короче говоря, слишком схожи характерами, чтобы нравиться друг другу. И тем не менее необходимо, чтобы они сошлись, иначе возникнут неприятные осложнения. Да и она сама не сможет обходиться без Джессики, если Джейсон запретит общаться с ней. Нет, в таком случае Каролине придется отказать ему. Лучше не доводить до этого.

Девушка уже думала, не расторгнуть ли помолвку, как только Джина выйдет за Гидеона. Однако Рэдфорд настаивал на том, чтобы они поженились поскорее. Значит, от этой идеи придется отказаться. И не только потому, что они с бароном, возможно, сыграют свадьбу раньше, чем сестра. Просто Каролина не могла столь бесчестно обойтись с мужчиной, сделавшим ей предложение.

Его гордость, несомненно, будет задета. Конечно, можно убедить его расторгнуть помолвку, но в этом случае папаша Каролины угодит в долговую тюрьму. Она не возражала бы, чтобы он попал за решетку, но не желала позора для всей семьи.

Девушка вздохнула: хватит забивать голову ненужными мыслями! Раз уж решила оставить все как есть, лучше не трепать нервы и разумно использовать ситуацию в своих интересах.

Постучав, в комнату вошла служанка лет пятнадцати.

— Миссис Берк велела мне помочь вам одеться. Вы готовы?

Каролина улыбнулась: девочка, похоже, даже стеснительнее, чем она сама. На ней можно потренироваться!

— Конечно! Как тебя зовут?

— Бетси. — Служанка сделала неуклюжий реверанс.

— Итак, Бетси, для начала посмотрим, в каком состоянии мой гардероб. У меня в сундуке есть несколько симпатичных платьев. Жаль, что остальной багаж задержался в пути.

Бетси открыла сундук и ахнула:

— Чудесные вещи, мисс Ханскомб!

Она любовно погладила шелковые платья.

— Разве раньше тебе не приходилось прислуживать светским дамам, Бетси?

— Нет, мисс! Если сюда и приезжали дамы, то миссис Берк говорила, что я слишком молода и мне не следует совать нос в их спальни.

Каролина подавила улыбку, радуясь, что не любит Джейсона и не ревнует его! Такая информация могла бы расстроить ее. Еще в модном салоне мадам Арлетт девушка заподозрила, что лорд Рэдфорд постоянно посещает модистку. А после того как та приняла Джессику за его невесту, стало ясно, что барон предпочитает красавиц. Каролина снова удивилась, подумав, почему он выбрал в жены девушку с такой заурядной внешностью.

— Пожалуй, сегодня я спущусь к ужину в абрикосовом платье. Бетси, погладь его.

— Хорошо, мисс. Если желаете, я нарву для вас несколько роз такого же оттенка. Они очень украсят вашу прическу.

— Прекрасная мысль! У тебя явно есть вкус. Я подумаю, как лучше использовать твои возможности. Служанка зарделась от смущения.

— Спасибо, мисс! Я сейчас же поглажу ваш наряд. Прислать вам лакея с горячей водой для ванны?

— Еще одна прекрасная мысль! Я давно мечтаю помыться.

Горничная тут же удалилась, а Каролина с удовольствием отметила, что у нее появилась в этом доме подружка.

Через час Каролина была готова к своему первому ужину в Уайлдхейвене. Платье нежного абрикосового цвета было девушке очень к лицу, а Бетси прекрасно уложила ее волосы в пучок на затылке и пустила несколько локонов вдоль висков и лба. Розовые бутоны и жемчужное ожерелье удачно дополняли наряд.

— Ах, мисс Каролина, вы чудесно выглядите! — воскликнула горничная. — Все в доме очень рады, что хозяин женится!

— Они радуются, что он выбрал в жены меня или что барон вообще решил жениться?

— Честно говоря, мисс, всех радует само это событие. Но когда прислуга узнает вас получше, все поймут, что лорду повезло с женой. Вы похожи на сказочную принцессу.

В дверь постучали; вошла Джессика. У Бетси от восхищения перехватило дыхание. Если Каролина походила на принцессу, то ее тетушка — на королеву. Любимое зеленое платье Джессики с глубоким декольте, украшенное нефритовым ожерельем, удачно оттеняло ее изумрудные глаза.

— Джессика! Иногда мне кажется, будто ты создана для того, чтобы ставить меня на место, когда я слишком задираю нос, — рассмеялась Каролина. — Бетси, это моя тетя, миссис Стерлинг.

— Если это ты сделала прическу моей племяннице, — улыбнулась Джессика служанке, — то я попрошу тебя в следующий раз помочь и мне.

— С удовольствием, мадам! — Девочка не верила своему счастью: еще утром, чистя столовое серебро, она мечтала стать личной горничной богатой дамы. А сейчас две знатные леди благодарят ее за услуги, расхваливают ее таланты. Бетси светилась от радости.

Когда дамы спустились по лестнице, дворецкий Берк предложил им следовать за ним в малую гостиную. Эта зала вмещала не менее тридцати гостей, и Каролина обрадовалась, что их не отвели в большую. Предложив гостьям по бокалу легкого миндального ликера, дворецкий ушел. Пока Джессика изучала коллекцию фарфоровых статуэток, Каролина подошла к окну и залюбовалась газонами, согретыми предзакатным солнцем. Она попыталась представить, как играют на них ее дети, но ей это не удалось: на такие ухоженные газоны детям нельзя дать и шагу ступить. И уж совсем Каролина не могла вообразить детей от брака с Джейсоном. Мачеха подробно рассказала ей о супружеских обязанностях жены, после чего Каролине чуть не стало дурно, хотя она и знала, зачем люди женятся.

— Прошу извинить меня за опоздание, — пророкотал у нее за спиной густой баритон.

Каролина вздрогнула и расплескала ликер. Краска залила ее щеки, когда она, обернувшись, встретила пронзительный взгляд лорда Рэдфорда. Барон словно прочитал ее мысли о супружеской жизни! Вот тебе и скромная хозяйка имения!

— Я восхищена газонами, милорд!

— Мой парк считается одним из красивейших в Англии, — сказал барон. — Если вам будет угодно, после ужина мы сможем прогуляться по аллее.

— С удовольствием, милорд, — ответила Каролина, решив потом отказаться от прогулки, сославшись на усталость. Она была еще не готова остаться в парке наедине с мужчиной. Быть может, позже, через неделю…

Джейсон покосился на Джессику и поджал губы. Та холодно кивнула, и они прошли в столовую.

Для троих уютная семейная столовая была великовата, поэтому разговаривать никому не хотелось. После второго блюда Джейсон промолвил:

— Боюсь, мне придется оставить вас на несколько дней. Управляющий сообщил, что в моем суффолкском имении возникла проблема, требующая моего присутствия. Послезавтра утром я уеду примерно на неделю. — Отметив, что его слова не огорчили Каролину, а скорее обрадовали, он сухо продолжал:

— Чувствуйте себя здесь как дома. Прислуга будет исполнять все ваши желания, а вы, миссис Стерлинг, можете воспользоваться лошадьми. Помнится, раньше вы были лихой наездницей.

Это замечание удивило Джессику, но она не подала виду.

— Весьма любезно с вашей стороны, сэр! Вы, несомненно, большой знаток кобылиц!

Джейсон бросил на нее настороженный взгляд. Его познания во всем, что касалось лошадей, были общеизвестны. На что же она намекает? Но в глазах Джессики не промелькнуло и тени насмешки.

— Я пригласил в имение гостей. Вы знаете, наверное, моего друга Джорджа Фицуильяма. И еще приедет моя тетушка Гонория. Она хочет познакомиться с вами.

— Мы хорошо знакомы, — криво усмехнулась Джессика. — Впервые я увидела леди Эджвер еще в молодости, на балу. По-моему, она меня не выносит.

Джейсон озадаченно нахмурился.

— В таком случае тетушка обрадуется, узнав, что вы остепенились и стали заботливой матерью.

Джессика стиснула зубы. В юности она предпочла бы умереть, чем прослыть почтенной матроной.

— С годами я поняла, что респектабельность имеет положительные стороны, лорд Рэдфорд. В известном смысле она придает жизни пикантность. Все дело в контрасте.

Каролина переводила недоумевающий взгляд с тетушки на барона, ибо ровным счетом ничего не понимала из их многозначительного разговора.

— А гости приедут в ваше отсутствие, милорд?

— Вряд ли. Но даже если и так, пусть вас это не беспокоит. Берк обо всем позаботится. Еще раз прошу извинить меня за внезапный отъезд.

После ужина Каролина сослалась на усталость и ушла вместе с Джессикой.

Джейсон, оставшись один, с бокалом портвейна в руке, задумался, правильно ли поступает.


Обещанная экскурсия по дому началась на другое утро, сразу же после завтрака. Джессика думала отказаться, но потом решила, что ей не помешает научиться ориентироваться в особняке. Миссис Берк возглавляла процессию. Барон самозабвенно рассказывал дамам историю Уайлдхейвена, пересыпая повествование анекдотами о своих предках.

— Первоначально здесь были королевские охотничьи угодья, Генрих Второй разбил их на два поместья и подарил своим фаворитам. Так возникли Уайлдхейвен и, по соседству, Уоргрейв-Парк. Эти имения то разрастались, то уменьшались в размерах, переходя по наследству от одного владельца к другому, но исторически сложилось так, что особняки оставались на прежних местах, на расстоянии мили один от другого.

— Весьма необычно, милорд! — воскликнула Каролина, глядя на барона с неподдельным интересом.

— Вы правы, — благосклонно кивнул лорд Рэдфорд. — Ни один из домов не расположен в центре парка. В прошлом семьи их владельцев были союзниками, но постепенно все изменилось. Последний граф Уоргрейв был человеком замкнутым и консервативным. Он не скрывал, что не одобряет многие мои начинания; ему даже пришелся не по вкусу сам особняк. По-моему, Уоргрейв просто завидовал мне, потому что его дом стал похож на развалившийся курятник. Сейчас он пустует, в нем обитает лишь состарившаяся и обнищавшая прислуга.

— Когда же построили этот особняк? — спросила Джессика, не совладав с любопытством.

— Приблизительно столетие назад, на месте прежнего, сгоревшего дотла во время пожара, устроенного одним из моих предков: говорили, будто он устал от огромных размеров здания. Проектировал этот дом Николае Хоксмур, великий зодчий.

Уайлдхейвен был шедевром архитектуры: высокие куполообразные потолки в итальянском стиле, арочные дверные и оконные проемы, мраморные камины в каждой комнате — все это создавало ощущение легкости и простора. Благодаря изящной резной мебели и с любовью подобранным драпировкам помещения выглядели красивыми и уютными.

Особый интерес Каролина проявила к портретной галерее. Пока Джейсон коротко сообщал о каждом из своих предков, запечатленных живописцами, она сравнивала его с портретами. Заметив это, он расплылся в довольной улыбке.

— Да, представители нашей семьи имеют ярко выраженное сходство.

— Мне казалось, что только у вас такие необычные брови, милорд, но сейчас я вижу, это не так.

И действительно, нахмуренные брови были отличительной чертой всех предков Джейсона. Шестой барон Руперт Кинкейд словно негодовал по поводу войны Алой и Белой роз. Его правнук возмущался непомерными тратами королевы Елизаветы. Другой барон — современник гражданской войны — оставил тайну своего недовольства неразгаданной, чтобы потомкам было над чем поломать голову. Короче говоря, создавалось впечатление, что все Кинкейды отличались гневливостью, которая передалась и Джейсону.

— Думаю, что насупленные брови пошли от сэра Ральфа Кинкейда. Именно он получил поместье от Генриха Плантагенета в награду за то, что оказал ему помощь в личных делах. В семье этого негодника прозвали Ральфом Сводником. Говорят, будто он познакомил Генриха с Прекрасной Розамундой.

Каролина и Джессика с любопытством уставились на маленький потемневший портрет.

— Вот так оживает история, — задумчиво промолвила Джессика. — Этот сэр Ральф действительно был законченным негодяем?

— Судите сами по его лицу.

— Вы с ним очень похожи, — заметила Каролина.

— Присутствующих не обсуждают, — шутливо насупился Джейсон.

Женщины рассмеялись.

Каролина подумала, что барон не такой уж страшный. Будущая жизнь в его доме уже не представлялась ей скучной и мрачной.

Они вошли в просторную оружейную залу, стены которой были увешаны мечами, скрещенными копьями, доспехами, алебардами, мушкетами и щитами.

— Боже правый! Я считала, что такое можно увидеть лишь в шотландских замках! — ахнула Каролина.

— Раньше, до пожара, здесь стоял замок. Оружие уцелело, и мой славный предок решил выставить его на всеобщее обозрение. Сейчас здесь нечто вроде музея.

— В этом доме есть почти все, о чем можно мечтать, — сказала Каролина, когда экскурсия закончилась. — Не хватает лишь музыкальной гостиной. Я нигде не видела ни фортепиано, ни других инструментов.

Барон нахмурился.

— Вы правы. Это досадное упущение, но, к сожалению, в нашей семье никогда не увлекались музыкой. Фортепиано моей матушки отдали дочерям местного священника, поскольку здесь в инструменте не было необходимости. Я с радостью закажу для вас фортепиано у любого мастера. Только назовите мне имя. Еще раз прошу меня извинить.

— Я вовсе не хотела говорить о недостатках вашего дома, милорд, — смутилась Каролина, не привыкшая ничего просить, поскольку с ней все равно не считались, и растроганная живым участием Джейсона.

— Пожалуй, на доставку инструмента уйдет не менее месяца, — заметил барон. — Если хотите, я устрою так, чтобы вы музицировали в Уоргрейв-Парке: там есть замечательное пианино. Можем сейчас же отправиться туда и договориться с дворецким Самерсом. Он будет рад вам услужить.

— Спасибо! — просияла Каролина. — Вы очень любезны!

Джейсона обрадовал ее теплый взгляд.

Глава 8

Вид родового имения не вызвал у Ричарда Давенпорта ни благоговейного трепета, ни ощущения вновь обретенного дома. Нелепейшее строение откровенно забавляло его.

Джошуа Челмсфорд остановил фаэтон у ворот Уоргрейв-Парка и предложил капитану выйти и осмотреться. Ричард с радостью согласился, поскольку давно уже мечтал размять затекшую раненую ногу. Минувшую ночь путники провели в трактире неподалеку от Уитни, откуда выехали рано утром и вскоре после полудня добрались наконец до цели.

— Похоже, на протяжении пятисот лет этот дом неоднократно перестраивался, — заметил Ричард.

— Вы угадали, — сказал Челмсфорд, удовлетворенный проницательностью своего клиента. — Старейшая часть здания была возведена в тринадцатом столетии. А поскольку желающих снести эту постройку среди ваших предков не нашлось, они перестраивали и расширяли родовое гнездо.

В результате этих многовековых усилий было создано уникальное здание. Его центральная часть, с покосившимися кирпичными трубами, сохранила все черты елизаветинского стиля дворцовой архитектуры: эркеры, большие квадратные окна, башенки с карнизами. Слева к ней примыкала большая средневековая зала; правое крыло относилось, несомненно, к более поздней эпохе. Кто-то, не устояв перед соблазном, соорудил несколько башен, по соседству с которыми, за деревьями располагался греческий храм.

Эклектика бросалась в глаза. Спасало лишь то, что здание строили из местных материалов. Теплые тона золотисто-серого котсуолдского камня создавали иллюзию архитектурного единства. Казалось, дом вырос среди окружающих его холмов. Особых восторгов он, конечно, не вызывал, но в целом выглядел привлекательно.

Путешественники вновь сели в фаэтон и подкатили к парадному входу. Рассматривая асимметричный фасад, Ричард вновь задался вопросом: что заставило его отца порвать с прошлым? Дуэли были в Англии вне закона, однако о них быстро забывали: если провинившийся отправлялся на полгода за границу, буря над его головой стихала. Почему же Джулиус, достигнув двадцати одного года, так поспешно бежал из Англии? Вчера Ричард задал этот вопрос Джошуа, но тот лишь пожал плечами.

— Я не знаю всей этой таинственной истории. Разразился жуткий скандал, о деталях которого предпочитали умалчивать, а на слухи, как известно, лучше не полагаться. Могу утверждать одно: твой батюшка убил противника в честной схватке, но родственники Барфорда, люди весьма влиятельные, обвинили дуэлянта в умышленном убийстве. В ночь дуэли Джулиус посетил меня. Он сказал, что покидает Англию вместе с твоей матушкой, ожидавшей его в карете, и больше никогда не вернется. Джулиус просил меня продать его имущество, а деньги переслать банкиру в Париж. — Вздохнув, поверенный продолжал:

— Дед твой был деспотом, а Джулиусу это претило. Свободу он мог обрести, лишь покинув страну. И все же отец воспитал тебя в английском духе, Ричард. Как это ему удалось?

— Мы не задерживались на одном месте, постоянно переезжали. Поэтому я не успевал проникнуться духом тех мест, где мы на время оседали. А когда настала пора всерьез заняться моим образованием, родители обосновались в Белфасте, где я и поступил в английскую школу. Позже я продолжил учебу в Оксфорде. Родители так и не вернулись в Англию. Видимо, мне не суждено узнать почему.

— Судя по твоим рассказам, они жили счастливо. Редко кому так везет.

Ричард вновь окинул взглядом Уоргрейв-Парк и попытался представить отца мальчиком, но это ему не удалось. Всем потомкам кажется, что их родители появились на свет умудренными жизнью: таков неумолимый закон природы! Повзрослев, Ричард осознал, что их маленькая семья, лишенная корней, но сплоченная, ведет весьма странный образ жизни. Что ожидает его здесь, в родовом имении? Каково владеть огромным состоянием и нести ответственность за благополучие сотен людей?

В армии все было просто: нужно победить врага и остаться в живых. Теперь же перед Ричардом появились иные задачи, менее определенные, но более сложные.

— Пошли! — сказал Челмсфорд. — Я познакомлю тебя с прислугой.

Войдя в дом, они поговорили с бесстрастным и исполненным достоинства дворецким Самерсом, а также с доверенным лицом графа, престарелым Хейном. Челмсфорд представил им своего спутника как капитана Ричарда Далтона, намеренного провести инвентаризацию имущества, и попросил оказывать ему содействие. Старики важно кивали и всем своим видом показывали, что рады знакомству. Наконец стряпчий выразил желание потолковать с ними с глазу на глаз, и Ричард удалился.

Едва за ним закрылась дверь, Челмсфорд, выразительно взглянув на Самерса и Хейна, наставительно промолвил:

— Если у вас возникли какие-то догадки относительно капитана Далтона, рекомендую оставить их при себе. Ясно?

Дворецкий Самерс надменно вскинул бровь, давая понять, что не привык сплетничать с прислугой. Менее скрытный Джозеф Хейн огляделся и тихо проговорил:

— Мы будем помалкивать. Но если глаза не обманывают меня, позволю себе предположить, что для Уоргрейва еще не все потеряно.

Дворецкий и стряпчий кивнули.


Знакомство с особняком доставило капитану удовольствие: каждый новый коридор и чулан преподносили ему забавные сюрпризы, а залы и комнаты радовали взор изысканной обстановкой разных столетий и стилей. Огромный камин в средневековой гостиной мог бы вместить быка; в более позднюю эпоху здесь соорудили галерею для музыкантов. Почти во всех помещениях мебель была зачехлена. В центральной части здания Ричард залюбовался резными деревянными панелями и подвесными лестницами. Прислуга лезла из кожи вон, поддерживая чистоту и порядок, но вытравить затхлость запустения ей все же не удавалось.

Из-за массивной дубовой двери в дальнем конце здания доносились легкие звуки музыки. Заинтригованный, Ричард толкнул дверь и замер в изумлении, увидев… ангела! Во всяком случае, так показалось ему в первый момент, но, присмотревшись, капитан сообразил, что ошибся. Крыльев у ангела не было, зато нежные девичьи руки перебирали струны кельтской арфы. Сомнений не оставалось: возле окна на скамье, залитая золотистыми лучами солнца, сидела русоволосая девушка, задумчивая и прекрасная.

Мелодия показалась капитану знакомой, но он впервые слышал ее в столь виртуозном исполнении. Звуки, родившиеся в глубокой древности, уносились к самим небесам.

Ричард, позабывший, что значит наслаждаться жизнью, давно не испытывал такого чистого восторга. В последние месяцы он стоически переносил боль и лишения. Музыка, преисполненная света и радости, приободрила его. Мир обрел яркость и многокрасочность. Капитан едва не рассмеялся, вновь ощутив вкус к бытию.

Последние переливы нежных звуков растаяли в воздухе, и воцарилась тишина. Капитан, почти не владея собой, сделал несколько шагов к окну, и девушка обернулась.

— Ведь это вы, не правда ли? — робко спросила она.

— Простите, что вы хотите этим сказать? Вас, наверное, интересует, кто я?

— Я не так выразилась, извините, — рассмеялась незнакомка. — Мне послышался звук свирели, будто кто-то вторил моей игре. Это вы свистели? Как чудесно у вас получилось!

— Возможно. Я, право, и сам этого не заметил, — улыбнулся Ричард. — Насвистывать — моя скверная привычка, которой я частенько не замечаю. Друзья грозились закидать меня сапогами, как бродячего кота, когда я надоедал им свистом.

— Но свистите вы мастерски, — серьезно сказала девушка. — И вам наверняка известна эта вещица!

— Да, ее написал Турлаф О'Кэролан, ирландский композитор, живший сто лет назад. В его произведениях народные напевы удивительно сочетаются с итальянской музыкой. А как вам удалось овладеть кельтской арфой?

— Я нашла партитуру с пометками, указывающими, как аранжировать эту музыку для ирландской арфы, и пыталась освоить этот инструмент с самого утра. Как по-вашему, у меня что-то получилось?

— Вы играли великолепно! А что это за помещение? — Капитан огляделся.

— Да это настоящий рай! — воскликнула девушка. Ричард едва не рассмеялся: где же еще обитать ангелу, как не в раю!

На полках вдоль стены, напротив широких окон, лежали разнообразные музыкальные инструменты, слева тянулись стеллажи с нотами. Ричард взял одну из партитур наугад. На корешке значилось: «Иоганн Себастьян Бах. Музыка для струнных инструментов и камерного оркестра».

— Ба! — Он скользнул взглядом по полкам. — Да здесь великолепная музыкальная библиотека!

— Удивительно, не правда ли? — подхватила незнакомка. — Настоящее богатство! Ничего подобного я в жизни не видела. Мне сказали, что графиня была прекрасной музыканткой. Это она собирала инструменты и сочинения разных композиторов. Все отлично сохранилось, а подборка свидетельствует о тонком вкусе и знании предмета. Кое-какие вещи мне знакомы, а многие я играла раньше.

Ричард окинул помещение внимательным взглядом: высокие лепные потолки, сцена в дальнем углу, две цимбалы, клавикорды, фортепиано! Целый оркестр! Да, это музыкальный рай!

— Здесь не хватает только органа, — заметил он.

— Говорят, орган есть в приходском храме. Возможно, граф опасался, что от громких звуков с потолка осыплется лепнина.

— Как нелюбезно с его стороны, — улыбнулся капитан.

— Наверное, он был лишен чувства прекрасного, — возразила незнакомка. — Или музыкального слуха.

Ричард подошел к фортепиано, сел на скамью и взял несколько аккордов.

— Давненько я не прикасался к клавишам! Чудесный звук, чистый тон. Жаль, что я долго не практиковался.

Он начал играть сонату Моцарта, совсем позабыв, что не один. Для человека, давно не садившегося за инструмент, Ричард играл весьма неплохо и к тому же с большим чувством. Послушав, Каролина присела рядом, чтобы подыгрывать ему правой рукой. Ричарда это не смутило, и они доиграли вещь до конца, ни разу не сбившись.

— Благодарю, — сказал капитан, взяв последний аккорд. — Я получил истинное наслаждение.

— А вы знаете другие сонаты Моцарта? — спросила незнакомка.

Ричард вновь заиграл. Каролина внезапно смутилась. Ей казалось, что его золотистые глаза ощупывают ее, а от самого молодого человека исходили сила и уверенность. Но волнение девушки совсем не походило на то, которое она испытывала рядом с Джейсоном. Каролина не чувствовала ни раздражения, ни страха. Напротив, ее как бы окутала доброта. Улыбнувшись, девушка вновь растворилась в музыке. Незнакомец чуточку убегал вперед, но она легко угадывала его намерения и непринужденно брала нужный аккорд или исполняла замысловатый пассаж. Еще полчаса они играли в полном согласии и остались вполне довольны собой.

— Не хочешь ли познакомить меня с этой очаровательной леди, Ричард? — прозвучал голос Джошуа Челмсфорда. — Вы доставили мне огромное наслаждение, молодые люди.

Старик уже давно стоял в дверях, очарованный игрой капитана Далтона и сидящей с ним за фортепиано незнакомки. Он не знал, что его клиент так одарен, но не удивлялся этому: в семье мальчика все обладали музыкальным дарованием, как по материнской, так и по отцовской линии.

Ричард и незнакомка, переглянувшись, расхохотались.

— Простите, сэр, — проговорил капитан, — но я и сам не знаю этой леди. Пользуясь случаем, представлюсь:

Ричард Далтон, по поручению мистера Челмсфорда провожу инвентаризацию имущества. А вы живете в этом имении? Мне сказали, что здесь обитают лишь несколько слуг.

— Меня зовут Каролина Ханскомб, — зарделась девушка. — Я гощу в соседнем имении, а сюда пришла поиграть на фортепиано.

— Так вы невеста лорда Рэдфорда! — догадался поверенный. — Я слышал о вашей помолвке с бароном. Рад познакомиться. Рэдфорд — знатная фамилия.

Девушка смущенно потупилась.

— Да, барон сделал мне предложение, и это большая честь для меня.

Стряпчий с удовлетворением отметил, что Ричард сохранил при этих словах обычную невозмутимость. Девушка произвела на Челмсфорда приятное впечатление, и он пожалел, что у капитана нет никаких шансов. Рэдфорд не из тех, кто уступает то, на что имеет законное право.

Пользуясь хорошей погодой, Джошуа решил показать Ричарду хотя бы часть обширного имения. Из музыкальной гостиной они прошли на конюшню, знакомясь по дороге с разнообразными служебными постройками. Повсюду царило запустение, хозяйство явно пришло в упадок из-за плохого управления или недостатка средств. По мнению капитана, сказывалось и то и другое.

— Я пытался по мере возможности поправить дела, — сказал стряпчий, — но денег на все не хватает; нужно время, чтобы имение начало приносить ощутимый доход.

Конюшня оказалась ухоженной, но в ней содержалось не более десятка скакунов. Не найдя поблизости конюха, капитан сам взял в кладовой сбрую и оседлал коня.

— Любопытно, что из этого получится, — пробормотал он. — Я не ездил верхом почти год. — Челмсфорд с опаской покосился на его раненую ногу.

— Думаешь, обойдется? Стоит ли рисковать? Ричард направился прямиком к Повесе — свирепому и строптивому жеребцу. Конь заржал и запрядал ушами.

— Не лучше ли оседлать животное поспокойнее?

— Только не старую клячу, хорошо? — усмехнулся капитан. — Не стоит спорить из-за пустяков!

Стряпчий оседлал добродушную Маргаритку, говоря себе, что если мальчика не убили французы, то пощадит и конь. Вскочив в седло и обернувшись, он увидел, как Ричард что-то объясняет Повесе по-испански.

— Что ты говоришь? — удивился стряпчий.

— Прошу пожалеть раненого солдата. Лошадям нравится, когда с ними разговаривают по-испански, — ответил капитан и легко прыгнул в седло. Повеса сначала заупрямился, но потом послушно пошел рядом с Маргариткой. Челмсфорд покачал головой и напомнил себе, что не следует недооценивать Ричарда Давенпорта.


Через три часа они уже осматривали с вершины горы деревню Уоргрейв, раскинувшуюся вдоль берегов небольшой реки. Аккуратные домики были сложены из серого местного камня.

Ричарда поразили размеры владения; теперь, увидев имение своими глазами, он изменил к нему отношение. Помимо приусадебного хозяйства, на этой территории располагались участки арендаторов. По обширным угодьям бродили овцы и коровы, на полях трудились крестьяне. В имении было все, чтобы обеспечить жизнь его обитателей: молочная ферма, прачечные, разнообразные службы, кузница, пивоварня, курятник, голубятня, большой рыбный пруд, скотный двор и многое другое. Сейчас большая часть построек была закрыта; когда-то шумный и оживленный, Уоргрейв-Парк походил на город призраков.

— Дома принадлежат владельцу имения, — пояснил Челмсфорд. — Крестьяне перебиваются как могут: одни пекут хлеб, другие зарабатывают кузнечным ремеслом, третьи торгуют.

— И как люди относятся к Давенпортам?

— По-моему, настороженно. Пятьдесят лет назад крестьяне организовали общину, а потом старый граф самовольно присоединил большую часть их земли к своему имению, огородив пастбища и пахотные угодья. Люди стали покидать эти места, лишившись возможности прокормить себя и свои семьи.

— Куда же они подались? — спросил капитан.

— Одни устроились на фабрики в Ланкашире, другие обосновались в городах, а кое-кто отправился в колонии. Здесь у всех есть родственники в Канаде или в Штатах. Джулиус часто ссорился с отцом из-за его отношения к крестьянам — он считал позорным изгонять людей с их земли. Иногда ему удавалось одержать над стариком верх в споре; он помогал эмигрантам деньгами и чем только мог. Добрая душа!

Ричард с тоской посмотрел на деревню, представив себе отчаяние беспомощных бедняков, вынужденных покидать обжитые дома.

— Я читал в газетах, что до сих пор не утихают споры из-за Актов об огораживании, принятых в прошлых столетиях, — наконец промолвил он.

— Если хочешь провести общественную реформу, принимай титул и вступай в борьбу в палате лордов, — усмехнулся Челмсфорд. — Что же до крестьян, то большинство из них уверено в том, что Реджинальд Давенпорт быстро продаст имение лорду Рэдфорду, прослывшему человеком просвещенным и деятельным. Все надеются, что он, как уроженец этих мест, не станет обижать земляков. Но Джулиуса здесь до сих пор вспоминают добрым словом. Полагаю, и к его наследнику люди отнесутся хорошо.

— А не вернуться ли нам с небес на грешную землю? — Капитан усмехнулся. — В котором часу здесь принято ужинать? После прогулки у меня разыгрался аппетит.

— Тогда назад, в имение!

Они повернули лошадей и поскакали в конюшню. Поглядывая на Ричарда, Джошуа Челмсфорд все более проникался уверенностью в том, что человек, сумевший обуздать Повесу, вполне справится и с хозяйством.

Глава 9

За завтраком Джессика спросила у Каролины:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13