Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Золото Афродиты

ModernLib.Net / Криминальные детективы / Павлова Наталья / Золото Афродиты - Чтение (стр. 3)
Автор: Павлова Наталья
Жанр: Криминальные детективы

 

 


Розовый рецепт на выписку наркотических веществ является документом строгой отчетности и хранится в поликлинике в сейфе под замком. Выдается рецепт лично в руки врача под его роспись.

Аптека выдает наркотические препараты только по таким рецептам. Выяснилось, что за год до этого случая в городе была ограблена одна из поликлиник, из неё были похищены бланки больничных листов и розовые рецепты.

Преступники умело изготовили поддельные печати врачей, медицинские штампы поликлиники и таким образом получали из аптек наркотические препараты, а затем подпольным образом их сбывали.

Под натиском улик Смирнов сознался в преступлении и назвал имена сообщников. Это были ранее судимые уголовники, наркоманы, которые сами употребляли наркотики и через сообщников сбывали их. Попало тогда и заведующим аптек за халатность в работе и за низкий контроль при отпуске препаратов, содержащих сильнодействующие наркотические вещества. Его воспоминания прервал стук в дверь.

— Войдите, — ответил Рогожин.

Вошла женщина бальзаковского возраста и сказала:

— Я к вам по очень важному делу, хочу сделать заявление.

— Пожалуйста, садитесь, — пригласил Рогожин.

— Хочу заявить на торговцев шашлыками, они продают их возле пивного ларька по улице Строителей. Но прежде вы мне дайте слово, что не потребуете от меня письменного заявления, моей фамилии и имени. Я скажу честно, что боюсь мести со стороны этих людей, закон, к сожалению, нас не защищает. Мне известно, что они готовят шашлыки из собачьего мяса.

— Откуда у вас такие сведения?

— Могу дать адрес квартиры, где преступники умерщвляют собак и разделывают их. Разрезанное на куски мясо привозят в ларек и жарят шашлыки. Собак усыпляют, чтобы не было шума. Я видела много раз, как они выносят из квартиры большие тяжелые сумки и грузят их в машину. Мы с мужем проследили путь и полюбопытствовали, что же можно вывозить из квартиры мешками. Когда увидели выброшенные на свалку собачьи головы и кости, стало все понятно.

— Хорошо, давайте адрес, проверим информацию.

— Я бы не пришла к вам, но твердо знаю, что шашлыки из собачьего мяса, а ведь люди их покупают, ни о чем не подозревая. Это безобразие. Куда смотрит санитарно—эпидемиологическая станция и государственная торговая инспекция? Знаете, в наше время столько безразличных ко всему происходящему людей, просто ужас. А я вот не могу проходить мимо таких вещей. Но фамилии своей вам не скажу, потому что на все сто процентов не уверена в вас. Милиции сейчас мало кто доверяет, вы меня поймите правильно. Дайте, пожалуйста, ваш телефон, позвоню вам через некоторое время и узнаю, удалось ли пресечь это безобразие.

Рогожин молча слушал посетительницу. Поблагодарил за то, что пришла и все рассказала. Вручил визитку и сказал, что будет во всем разбираться. Женщина ушла.

— Ну, вот, еще одно дело прибавилось, когда все успеть? Что—то уставать стал от завала в работе, хотя до пенсии далековато, — мрачно пошутил над собой.

Рогожин сложил в стол дела, закрыл его на ключ, выключил в кабинете свет и пошел домой. По дороге решил сделать небольшой крюк, зайти на улицу Строителей, найти пивной ларек и посмотреть чем торгуют. Пивной ларек нашел быстро, возле него толпились мужики, пили пиво и закусывали шашлыками, которые тут же продавали два кавказца.

— Почем шашлык? — поинтересовался Рогожин.

— Тридцать рублей, — не глядя на него, ответил усатый продавец. Он был занят покупателем, рассчитывал его.

— «Неужели правда торгуют шашлыками из собачьего мяса? — подумал Рогожин. — Есть ли у них лицензия, сертификат, разрешение санэпидстанции на торговлю? Нужно будет все проверить, завтра позвоню в сэс, в налоговую. Нужно заглянуть и в квартиру, что указала женщина».

До дома следователь добрался, когда уже было темно, в окнах квартиры горел свет, он обрадовался, что все дома и ждут его с хлебом и кефиром.

Глава четвёртая

В модельном агентстве «Афродита» Нинель Александровна работала четыре года. Когда—то давно, окончив хореографическое училище, она выступала на сцене театра музыкальной комедии, одновременно давала уроки хореографии в студии при театре. Она была ведущей танцовщицей, ее работу в спектаклях, опереттах, водевилях хорошо принимала взыскательная публика, довольны были режиссеры и художественные руководители.

Но началась неразбериха в стране, все меньше и меньше ей предлагали ролей, театр стоял на грани упадка и развала, артисты получали мизерную зарплату, которую постоянно задерживали. Цены на товары и продукты росли с невероятной скоростью, прокормиться и одеться было невозможно. Нинель Александровна в средствах не нуждалась, заработка мужа им вполне хватало, материально они не страдали. Ее угнетала пустота в театре, многие артисты попросту разбежались кто куда, сцена пустовала, спектакли не ставили. В конце концов она тоже ушла из театра и стала проводить время в своей роскошной квартире.

Целыми днями занималась сама собой, все стремления были направлены на поддержании красоты и грации. Ванны, массаж тела с витаминизированными кремами, занятия гимнастикой, уход за кожей лица — разнообразные бесконечные маски: питательные, очищающие, отбеливающие, маникюр и педикюр занимали половину дня, затем она, отдыхая на тахте, разглядывала зарубежные, ярко иллюстрированные журналы мод, придирчиво всматриваясь в каждую модель.

Позже, ради скуки, занялась шитьем приглянувшихся фасонов платьев по оригинальным выкройкам, прилагающимся к журналам. В сшитых экстравагантных нарядах она выходила вместе с мужем на выставки, приемы, презентации. Вещи, которые шила, получались у нее превосходно. Природный вкус, фантазия, аккуратность, кропотливость и усердие в работе делали свое дело. Появляясь на публике в новом наряде, видела, какое неотразимое впечатление производит на присутствующих модными туалетами. Платья и костюмы сидели на ней безупречно, в них чувствовала себя уютно и раскованно. Одежда выгодно подчеркивала достоинства фигуры, великолепно отражала индивидуальность, поэтому выглядела безупречно и элегантно. Нинель Александровна ловила на себе восхищенные взгляды мужчин и завистливые взоры женщин. Знакомые останавливались, не стесняясь, расспрашивали, где покупает красивую, современную одежду. Она мило улыбалась и отвечала, что наряд в единственном экземпляре выписан из Италии. Ей верили. Однажды, на одной из презентаций, куда пришла одна (муж был в командировке), ее познакомили с Игорем Семеновичем Князевым, который влюбился в нее с первого взгляда, несмотря на то, что был женат. Ей шепнули, что он занимает ответственный пост на очень и очень «серьезной» работе. Но это обстоятельство ничуть не мешало ему весь вечер галантно ухаживать за ней, без остановки говорить комплименты, а после окончания презентации попросить разрешения довести ее до дома на джипе.

Через несколько дней спустя он позвонил ей домой, они мило беседовали, но в конце разговора она в полушутливой форме попросила больше не беспокоить, так как ей не хочется доставлять неприятности мужу. Он больше не звонил. Жизнь Нинель Александровны текла в привычном, ничем не омраченном свете. Ей очень хотелось испытать свои силы в новом деле. И вот тогда она решила открыть модельное агентство. Сразу же придумала название: «Афродита». Название будет символизировать безупречную красоту и совершенство её творений. Только так. В нем девы Хариты — богини грации — станут демонстрировать наряды, сделанные по ее эскизам. В том, что созданные изделия будут высшего качества и покорят всех красотой, новизной и индивидуальностью, она не сомневалась ни на йоту. Вдохновение и настойчивое желание открыть свое дело зарядили Нинель Александровну неисчерпаемой энергией. Отобрав из бывших учениц—танцовщиц самых миловидных, с хорошей, гибкой фигурой девушек, она сшила оригинальную коллекцию нарядов и рискнула продемонстрировать на городском конкурсе красоты. Результат превзошел все скромные ожидания. Обвораживающие, изумительные модели одежды, в которых выходили длинноногие красавицы в перерывах основного шоу, продуманное сочетание дополнительных аксессуаров, подчеркивающих авангардный стиль, произвели невероятный фурор. Дебют коллектива получил высшую оценку строго жюри, и её агентство сразу обрело популярность.

Победа вдохновила и окрылила ее, появились новые, грандиозные замыслы. Она занялась модой с утроенной энергией. Сначала на деньги мужа сняла в аренду, а потом выкупила пустующий спортивный комплекс, переоборудовала, открыла в нем класс хореографии, кабинет массажа, косметики, парикмахерскую, выделила комнаты для шитья и хранения одежды. Моделировала, кроила и шила вначале сама, затем, по мере развития, взяла в штат несколько первоклассных портних. Сразу же значительная часть забот отошла, появилась возможность больше времени уделять девушкам, работая с ними над пластикой движений и имиджем. Через некоторое время агентство стало элитным, подобного в городе не было. «Афродиту» стали приглашать на знатные ужины, торжества, юбилеи. Агентство стало принимать заказы на пошив одежды от жен высокопоставленных чиновников города.

Нинель Александровну радовала популярность и восторженные признания знакомых. Однако начались трения с мужем. Петр Аркадьевич стал ее ревновать. Поначалу не высказывал претензий, но она чувствовала, что мужу не нравится ее постоянное отсутствие в доме, он часто бывал хмурым и неразговорчивым. Тем временем восторженные разговоры об авангардном агентстве распространялись по всему городу. На демонстрациях коллекций одежды залы были заполнены до отказа. На одном из таких шоу присутствовал Игорь Семенович Князев. В этот раз Нинель Александровна демонстрировала на своих неотразимых красавицах зимние варианты пляжных костюмов. Длинноногие девушки — модистки выходили на подиум в коротких, разнообразных по фасонам шубках из меха соболя, норки, песца, колонка. Грациозно двигаясь в открытых модельных туфлях на высоких каблуках, они на ходу, легким, изящным движением плеч, сбрасывали лёгкие шубки — манто, обнажая перед завороженной публикой гибкие, стройные тела, слегка прикрытые вызывающе смелыми полупрозрачными купальниками.

Зал умирал от восторга. Но выше всех восхищений был выход в конце показа Нинель Александровны. Ее зимний пляжный наряд был классической черно—белой гаммы. Она вышла в красивых модельных туфлях, подчеркивающих безупречную стройность ног. На ней была белоснежная, короткая шубка из горностая. Величавой походкой прошлась по подиуму и, наконец, замершему от ожидания залу продемонстрировала черный бархатный купальник, отделанный крупным белым жемчугом.

Совершенные формы ее тела, ослепительная белизна кожи, очаровательная голливудская улыбка, стройные ноги, соблазнительные, округлые бёдра, тонкая талия и высокий бюст вызвали бурю аплодисментов.

— Богиня! — прошептал, сраженный красотой, Игорь Семенович, сидевший в одном из первых рядов и восхищенно смотревший на Нинель Александровну. С тех пор стал ее горячим поклонником. Он регулярно навещал даму сердца в агентстве, и они прекрасно проводили время у неё в будуаре.

Петр Аркадьевич чувствовал, что раскрасавица жена и модное агентство не могут оставлять равнодушными мужскую половину города. Ее портреты и портреты девушек — модисток постоянно мелькали на страницах газет и заполняли рекламные паузы каналов местного телевидения. Он видел, как в лучах славы и всеобщего признания еще больше похорошела и расцвела супруга. По мере возможности старался не пропускать показы, но поскольку был очень занят и загружен на работе, у него не всегда это получалось.

В дни, когда не выходило попасть на увлекательное зрелище, он с нетерпением ждал возвращения жены домой, а когда встречал её счастливой, красивой, одухотворенной, начинал засыпать каверзными вопросами и упреками, подвергал длительным, подробным расспросам обо всех моментах проведенного вечера.

Она уставала от дотошных, унизительных вопросов, они доводили ее до бешенства, особенно когда он интересовался, кто и сколько раз целовал ей руки, кто дарил цветы, кто провожал до кабинета, а, может быть, она позволила кому—нибудь зайти к ней после показа, если да, то с кем и чем они занимались. Нинель Александровна начинала нервничать, сбиваться, голос срывался до плача. Петр Аркадьевич, видя слезы, сразу переставал мучить жену любопытством, называл себя дураком, просил прощения.

Они тут же мирились, клялись друг другу в любви и верности. Но ссоры не проходили бесследно для Нинель Александровны. В ее душе оставалась обида, которая постепенно накапливалась, тем более, что размолвки стали повторяться регулярно.

Нинель Александровна ощущала возникшее в глубине души новое, необъяснимое чувство, которое волновало и освежало ее жизнь. Конечно, это чувство было связано с образом Игоря Семеновича. Он ухаживал за ней трогательно и заботливо, порой она чувствовала, что начинает терять над собой власть и контроль. Поразительно, но Игорь Семенович никогда не появлялся на показах в те дни, когда на них присутствовал Петр Аркадьевич.

Нинель Александровну удивляло необыкновенное чутье пламенного поклонника, она приписывала это его природной интуиции, осторожности и уму (не зря же он занимает высокий пост на серьезной работе!) Как напряженно и скованно держалась бы она на подиуме, увидев в зале мужа и его! Каких только страхов она заранее натерпелась, только на минуту представив, что муж и поклонник столкнутся друг с другом возле дверей ее кабинета. Сердце холодело в груди и останавливалось от такой возможной сцены. Слава Богу — пылкий обожатель наделен благородством и тактом, он не позволит ей нервничать и смущаться.

Игорь Семенович держался всегда уверенно, приносил цветы, сидел в зале с букетом, а после окончания представления шел к ней, поздравлял с великолепным выступлением, говорил, что она в очередной раз произвела на него неотразимое впечатление, целовал руки и дарил благоухающий, свежий букет чайных роз. Это были ее любимые цветы.

Он мог часами сидеть напротив и, как невинный мальчик, восторженными глазами смотреть на неё. Восхищённо говорил о ее неповторимости, ослепительной красоте, о достоинствах фигуры, о неординарных способностях и таланте.

Ей было приятно это воспринимать. Вместе с тем, она очень смущалась, потому что никогда не слышала от мужа столько хороших и ласкающих слух слов. Глаза ее сверкали, губы горели ярким пламенем, щеки покрывались легким румянцем.

Ей трудно было скрыть волнение, она пыталась отшучиваться, он нежно гладил ее холеные руки, целовал каждый пальчик и вслух благодарил Бога за то, что встретил такую божественную, необыкновенную женщину. Когда Нинель Александровна неделю, а то и две не видела Игоря Семеновича, чувствовала, что скучает без него. И вот однажды случилось то, что должно было случиться.

Петра Аркадьевича в городе не было. Нинель Александровна в этот вечер представляла на званом ужине перед избранным обществом коллекцию вечерних туалетов. Изумительные, роскошные платья на грациозных красавицах, разнообразные модели, красота манекенщиц с огромным успехом принимались зрителями. Публика, сидевшая за столиками, то и дело громко и дружно аплодировала. Труппу задарили цветами, отовсюду слышались восхищённые возгласы:

— Браво! Превосходно!

Но улыбки Нинель Александровны в этот вечер были не столь ослепительны и лучезарны. Глаза ее излучали грусть, она не видела среди присутствующих Князева.

После окончания выступления не осталась, как все, на торжественный ужин, а быстро переодевшись и отказавшись от провожатых, вышла на улицу. Первое, что бросилось в глаза — сидящий за рулем джипа Игорь Семенович. Увидев ее, он вышел из машины навстречу, как всегда, галантно поцеловал руку, на несколько секунд задержав в своих теплых, больших руках. Потом под руку повел к машине и открыл дверку. Она была сражена — на переднем сиденье стояла огромная корзина чайных роз.

— Какая прелесть! — только и могла вымолвить Нинель Александровна. Глаза ее светились счастьем и любовью. От охватившего волнения не могла произнести ни одного слова. Игорь Семенович осторожно перенес корзину на заднее сиденье, помог даме сесть в машину, где в воздухе витал неповторимый аромат цветов. Ею овладело приятное чувство блаженства и неги, она боялась вздохнуть, чтобы не спугнуть прелестное и трепетное ощущение, смотрела на поклонника, словно завороженная. Нинель Александровна понимала, что слова благодарности в эти минуты ничего не стоят. Голова кружилась от сознания предстоящей физической близости с любимым человеком. Они не обмолвились ни словом, но каждый из них торопился к этому сближению. Игорь Семенович гнал машину на бешеной скорости.

Наконец они остановились возле агентства. Было поздно, на фасаде здания горели огни включенной сигнализации. Нинель Александровна открыла входную дверь и быстро, по условленному паролю, сняла охрану здания на пульте. Закрыв дверь, они остались один на один лицом друг к другу. Между ними незримо, но ясно и ощутимо стояла магическая сила любви, которая с невероятной силой и скоростью притягивала влюбленных. Глаза встретились, губы соприкоснулись вначале трепетно и нежно, затем с неудержимой страстью слились в долгий, блаженный поцелуй, от которого у Нинель Александровны закружилась голова, она едва устояла на ногах, он вовремя подхватил ее расслабленное тело и на руках донес до будуара. Наступила их первая ночь бесконечного блаженства.

— Я мечтаю о тебе днем и ночью. Одна мысль о тебе будоражит и возбуждает меня, — страстно говорил он, целуя ее с головы до ног. Острый, пронзительный, глубокий оргазм уносил их в запредельный мир, откуда они медленно возвращались и вновь, на крыльях открытой ими любви, улетали на небеса, где становились единым существом, где любовь соединяла вместе каждую клетку их тел, наполняя сознание пьянящим, радостным чувством. Безудержные ласки, страстные поцелуи, головокружительное сладострастие доводили её до счастливых слез.

— Боже мой! — признавалась Нинель Александровна, — я никогда не знала себя такой распутной грешницей, ты сорвал с меня кокон, в котором проходила много лет, не подозревая об истинном счастье женщины.

Его откровения были те же:

— Милая, думая о тебе и видя тебя, не могу сдерживать чувства. Во мне открылся канал великолепной энергии, который с каждой встречей с тобой наполняется удивительной, свежей силой. Поверь, я ничего подобного не испытывал раньше.

Счастье их было безмерным, и все—таки осторожная Нинель Александровна ночные свидания больше не повторяла. Это было очень рискованно. Могли заинтересоваться на пульте охраны: кто добровольно сторожит агентство моды по ночам? Сплетни дошли бы до Петра Аркадьевича — тогда все, что имела и чего достигла Нинель Александровна пошло бы прахом.

Они стали встречаться днем, в уютном будуаре Нинель Александровны в агентстве. Любовник приходил к ней на два — три часа, они закрывались в комнате и наслаждались жизнью во всей ее полноте.

Однажды Нинель Александровне доложила бухгалтер, что к ней наведывались рэкетиры и вымогали деньги за услуги в деле охраны и спокойствия работы агентства. Нинель Александровна рассказала о нахальных визитерах возлюбленному. Он ответил, чтобы не беспокоилась и не брала в голову сложные заморочки. Вскоре после разговора вневедомственная охрана установила в агентстве «тревожную» кнопку, а при входе стали ежедневно дежурить милиционеры.

Любовный роман вдохновил Нинель Александровну, фантазии разгорались, она стала строить новые грандиозные проекты. Ей пришла в голову мысль создать коллекцию восточной одежды. Девушки будут одеты в восточные полупрозрачные платья, кроме того, на них должны быть драгоценные украшения. Воображение рисовало, как под чарующие звуки восточной музыки полуобнаженные красавицы, выйдя на подиум, покорят грацией и красотой весь зал. Она поделилась идеей с Игорем Семеновичем.

— Превосходно, это будет грандиозное зрелище, — одобрительно сказал он. — Но где ты возьмешь столько драгоценных украшений?

— У моего мужа есть собственная коллекция ювелирных изделий, он собирает ее уже много лет, — открылась Нинель Александровна.

— Ты думаешь, он даст их на шоу?

— Муж никогда и ни в чем мне не отказывает.

— Попробуй, а я со своей стороны побеспокоюсь о безопасной доставке и охране украшений во время представления.

— Да? Как это мудро с твоей стороны, а я упустила из вида такую важную деталь, как охрана.

— Ты что, на другой планете живешь? Сейчас без охраны ни одна фирма не обходится. Твоему агентству нужна надежная крыша, тем более ты задумала крутое шоу. Без охраны девушек вместе с драгоценными украшениями похитят в один момент, не успеешь и глазом моргнуть, — пошутил он. — Ты, надеюсь, оценила, что агентство теперь находится под бдительным оком доблестной милиции? Как тебе нравится?

— Безумно нравится, так приятно чувствовать заботу и внимание таких сильных и смелых людей, как ты. Во что обойдется мне покровительство? — с улыбкой поинтересовалась Нинель Александровна.

— Вот, кстати, ты сама заговорила об этом. В денежном эквиваленте — ничего. Но ты понимаешь, за всё надо платить. Что можно взять с очаровательных, прелестных женщин? Кроме красоты и очарования ничего от них не требуется. Милое общество красавиц украсит мужскую компанию. Прошу тебя, командируй для первого раза несколько девушек для приятного времяпровождения в мужском обществе.

— О чем ты говоришь? — недоумевая, вопросительно посмотрела она на Князева.

Восторженное выражение лица сменило удивление и настороженность.

— О том, что пять—шесть симпатичных модисток будут прекрасным украшением одного мальчишника, устроенного на лоне природы, — невозмутимо произнес Князев.

— Да ты что?! — с возмущением вскрикнула Нинель Александровна. — Мои девушки никогда не пойдут на это! Часть из них замужние, имеют прекрасные семьи, некоторые совсем юные, непорочные создания.

— Не надо идеализировать девушек, — цинично возразил Князев. — Одно другому не мешает. Девушки хотят работать, работа им нравится. Еще больше им нравится получать хорошую зарплату, так почему же не отплатить добром за добро? Надеюсь, они созрели для того, чтобы понять — за все хорошее нужно платить?

— Чем ты предлагаешь платить?

—Живым бартером, — цинично расхохотался Игорь Семенович. — Милиция для вас охрану, а агентство для милиции очаровательных девушек для удовольствия и расслабления доблестных рыцарей от напряженного труда. Это же рынок, ты пойми. На днях за ними заедут на машине, пусть шесть девушек будут готовы провести вечер в мужском обществе. В следующий раз съездят другие. Такова сейчас жизнь, говорить о чести и порядочности совсем не модно, нужно вписываться в рыночные отношения. Ты поговори с ними не откладывая.

Увидев осуждающий взгляд Нинель Александровны, он принял серьёзный вид и поспешно сказал:

— Пойми, это вынужденная мера. Я стараюсь для тебя. Все будет прекрасно, тебе не придется ни о чем беспокоиться.

— Послушай, я не понимаю, как можно разговаривать с девушками на такую тему? — взволнованно говорила Нинель Александровна. — Я очень удивлена, что за охрану агентства нужно платить такой ценой. У нас с тобой, выходит, тоже рыночные отношения?

— Глупенькая, не нужно все смешивать в одну кучу. Я люблю тебя и хочу одного: чтоб твой модельный бизнес развивался и креп, чтобы ему ничто не мешало, именно для этого нужна надежная охрана, — уверенным голосом произнес он. — Не надо так беспокоиться о своих девушках, они от этого расцветут ещё краше, — с милой улыбкой добавил Князев и погладил её по волосам.

Нинель Александровна глубоко вздохнула. Что ж! Доводы убедительны. Она тоже желает процветания фирме, работа в агентстве стала для нее смыслом жизни. Страшно подумать, что кто—то может причинить вред, сейчас такие непредсказуемые времена! Как нужна надежная опора и уверенность в завтрашнем дне. Князев — сильный, влиятельный, мужественный, на него можно положиться. Она улыбнулась. Хорошо, пусть будет так. Он притянул ее к себе и крепко поцеловал.

С тех пор рекламное агентство «Афродита» стало вести двойную жизнь. С внешней стороны это было вполне благопристойное заведение с красивыми девушками — модистками, демонстрирующими модную одежду, и мало кто догадывался о теневой стороне фирмы, которую вполне можно было бы приравнять к сущности публичного дома.

Нинель Александровна с головой ушла в работу. Новые замыслы не давали ей покоя. За годы работы она стала модельером высшего класса. Фантазия ее не истощалась, наоборот, она не имела границ. Большое значение в этом мастерстве имел выбор тканей для моделей. Неутомимая Нинель Александровна отыскивала их сама, иногда приходилось ездить в другие города и делать покупки там. Поездки утомляли, выбивали из привычного ритма жизни, отбирали много времени. Позже стала получать нужные ткани через посылторг, предварительно изучив по телефону с продавцами качества и достоинства материалов.

К своим моделям всегда относилась с трепетом и нежностью, давая каждой, как ребенку, имя. Роскошное розовое бальное платье, сшитое из нежного шифона, назвала «Розовой принцессой». Строгое вечернее из темно—синего бархата для деловых встреч получило имя «Триумф». Выходной наряд для праздничных фуршетов из серебристого шелка с оголенными плечами и открытой спиной, стало называться «Прекрасное настроение»; легкое, молодежное, летнее платье из веселого яркого сатина имело название «Первая встреча». Вдохновение и постоянный, настойчивый труд делали своё дело, замыслов у нее было очень много, непрерывный творческий поиск, в котором Нинель Александровна постоянно пребывала, подавал одну идею за другой, и она воплощала их в жизнь.

Нинель Александровна вдохновенно начинала и на одном дыхании завершала придуманные модели, а за ними шли новые и новые проекты. Однажды ей пришлось задержаться в агентстве над моделированием бального платья, но ее отвлек от работы Князев, неожиданно заглянувший в будуар. Она обрадовалась его приходу и не скрывала этого. Он, как всегда, закрыл дверь на ключ, и они предались любви. Детали выкроек бального платья на это время лежали забытыми. Он был страстным и нетерпеливым любовником, Нинель Александровна возбуждала его безупречной красотой, женским обаянием и нежностью. В этот вечер романтическую встречу влюблённых прервал телефонный звонок. Она взяла трубку. Звонил Петр.

—Я пришел домой в надежде увидеть тебя и отпраздновать семейный праздник, но дома пустота, ты меня не ждешь, я понял, что ты забыла, что сегодня годовщина нашей свадьбы.

— Прости меня, я заработалась, — высвободившись из объятий Игоря Семеновича, виноватым голосом ответила она. — Я сейчас же приеду домой.

— Домой не нужно. Через несколько минут я заеду за тобой, и мы пойдем в ресторан или в кафе. Ты готова?

— Хорошо, — без особой радости произнесла она. — Заканчиваю дела и жду.

—Тебе нужно срочно уходить, — с волнением в голосе сказала Князеву. — За мной сейчас приедет муж. Совсем забыла — сегодня годовщина нашей совместной жизни.

Она говорила быстро, одновременно застегивая пуговицы на платье и поправляя перед зеркалом прическу. Князев смотрел на нее и не уходил.

— Я умоляю, уходи быстрее, через пять минут Пётр будет здесь.

— Я не хочу тебя делить с твоим мужем. Ты должна принадлежать только мне. — Игорь Семенович страстно поцеловал ее в губы и повторил: — Ты будешь моей.

— Ну, хорошо, хорошо, только прошу, немедленно уйди, — Нинель Александровна начинала нервничать.

Она с облегчением вздохнула, когда за ним захлопнулась дверь.

Вскоре подъехал Петр, зашел с букетом белых хризантем и, увидев ее, склоненную над эскизами, сказал:

— Совсем ты у меня забыла дом, куда это годится? Даже сегодня на работе. Даю две минуты на сборы, и поедем праздновать наш день.

Она послушно убрала бумаги в стол, надела плащ, и они вышли на улицу. Он увез ее в милое, уютное кафе на окраине города. Они сели за столик, заказали шампанское и праздничный ужин. Официант зажег на столе две свечи и удалился выполнять заказ.

— Ну, что ж! Мой первый тост, как и во все прошлые годы, за тебя. Но сначала я хочу преподнести тебе подарок. — Петр Аркадьевич вытащил из кармана маленькую коробочку и протянул жене.

— Опять сюрприз? — спросила, открывая бархатный футлярчик. — О, какая прелесть! Как красивы эти сережки с бриллиантами. Спасибо, очень нравится подарок.

Официант наполнил фужеры шампанским.

— Я рад, что он пришелся тебе по душе. Выпьем за тебя, за твою неувядающую красоту и за нашу любовь.

Они выпили, шампанское быстро ударило в голову.

— Мне кажется, — сказал Петр, — ты сегодня грустная. Скажи, о чем грустишь?

Нинель Александровна улыбнулась неотразимой улыбкой:

— Ну, что ты, дорогой! Как я могу грустить рядом с тобой? Прости за то, что забыла о нашем дне. Спасибо тебе за все. Грустить могу только о том, что годы, к сожалению, летят с неимоверной быстротой и вместе с ними от нас уходит молодость.

— Ну, уж по тебе не скажешь, что время что—то изменило в твоей красоте. Ты как неувядающая Клеопатра, я говорил тебе это не один раз. Давай выпьем еще раз за тебя и за нашу любовь.

Этот вечер был замечательным. Они вернулись домой поздно захмелевшие и возбужденные от выпитого вина. Приняв душ, сразу легли спать, и только в ушах Нинель Александровны стояли слова Князева: — Я не хочу делить тебя с твоим мужем. Ты будешь моей.

А Петр в эту ночь был ласковым и заботливым, каким она его давно не знала.

Глава пятая

Рогожин удивился, что дома его никто не встречает. Обычно жена, Надюша, выходила навстречу, забирала пакет с продуктами, уносила на кухню. Сегодня он разделся, повесил на вешалку шарф и куртку и крикнул:

— Эй, есть здесь кто—нибудь живой?

В кухне увидел, что Надюша сидит за столом, вяжет свое бесконечное вязание и вытирает слезы.

—Что с тобой? — удивился Рогожин. Он редко видел ее плачущей.

— Привет, дорогой, извини, что не встречаю. Сижу, горем убитая, успокоиться не могу.

— А что случилось?

— Помнишь мою подругу, Светлану Тропину?

— Помню, — на всякий случай сказал Рогожин и пошел в ванную комнату. — Надюша отложила вязание, вытерла носовым платком глаза и стала накрывать на стол. Нарезала хлеб, налила в тарелку борща, включила чайник.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16