Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Гончаров и шайка мошенников

ModernLib.Net / Художественная литература / Петров Михаил / Гончаров и шайка мошенников - Чтение (стр. 1)
Автор: Петров Михаил
Жанр: Художественная литература

 

 


Петров Михаил
Гончаров и шайка мошенников

      Михаил ПЕТРОВ
      ГОНЧАРОВ И ШАЙКА МОШЕННИКОВ
      В восемь часов вечера, чтобы радостно и торжественно отметить мое возвращение, мы с Милкой величаво входили в небольшой, уютный ресторанчик неподалеку от нашего дома. Ласковая официантка, выставив напоказ все имеющиеся у нее прелести, заботливо препроводила нас к укромному столику и спросила, чего пожелают наши нежные желудки.
      - Это пускай решает дама, - галантно ответил я, - сегодня у нее праздник. Сегодня вернулся с блуда ее несравненный муж. Крошка, выбирай все, что только пожелает твоя ангельская душа!
      Ангельская душа, пронзив меня свирепым взглядом горгоны Медузы, сосредоточенно уставилась в меню. Я же от нечего делать не менее сосредоточенно вытаращился на голые девкины бедра, прикидывая, как половчее и незаметнее ее ущипнуть. А потрогать там было за что, и я уже хотел приступить к осуществлению своего гнусного и коварного плана, когда по ушам ударил резкий, упреждающий голос всевидящей супруги:
      Четыре палочки шашлыка, четыре бутерброда с икрой и пиццу.
      - А что будете пить? - задала официантка обязательный вопрос.
      - Водку! - упреждая демарш Милки, коротко и четко отрубил я.
      - А мне шампанского, - не сдавая позиций, вклинилась она. - Скотина, едва только девка отошла от столика, взорвалась Милка, - если ты еще будешь хамить в моем присутствии - я просто встану и уйду! Мало тебе месяца, который ты провел без меня и неизвестно с кем?
      - Ну что ты, Милочка, как можно? Я ни на минуту о тебе не забывал. Ты у меня одна-единственная и неповторимая.
      - Пой, пой, соловей, так я тебе и поверила. Ты же шакал! Да-да, бабский шакал! Так и норовишь урвать что плохо лежит. Наверное, ни одну пляжную шлюху не пропустил.
      - Ты права, я переспал почти со всем побережьем Черного моря.
      Подоспевшая официантка прервала ее клеветнические нападки. Выставив перед нами заказ и откровенно улыбнувшись только мне, она ушла, заговорщицки виляя ягодицами. Набрав полные легкие воздуха, Милка приготовилась обрушиться на меня с новой силой. Однако на сей раз ей это не удалось - помешал грохнувший вдруг оркестр. Ребятушки, видимо, всерьез задумали заняться нашими ушами, со всей моченьки они колотили по барабану и рвали струны гитар, решив громкостью компенсировать издержки музыкального образования. Милка правильно поняла - в этой ситуации ни о какой задушевной беседе не могло быть речи - и потому замолчала. Мысленно поблагодарив квартет, я разлил вино и, улыбнувшись своей благоверной, поднял фужер. Справедливо решив, что понапрасну расходовать свои силы в таком сумасшедшем грохоте нерационально, она тоже подняла бокал. Таким образом благодаря бесноватому квартету у нас воцарилась некая глухонемая идиллия. Мы жевали мясо, пили вино, при этом глупо улыбались друг другу. Это продолжалось не менее получаса, пока вдруг мною не овладело непонятное чувство обеспокоенности. По своему горькому опыту я уже знал, что так просто оно не приходит. Глядя на Милку, я понял, что она находится в схожем состоянии. Стараясь казаться веселым и непринужденным, я осмотрел зал. За третьим от входа столиком сидели два мужика. Они-то и являлись генератором моей нервозности. Довольно бесцеремонно они пялились то ли на меня, то ли на супругу. Видел я их в первый раз, а поэтому, успокоился, решив, что их наглые взгляды носят чисто сексуальный характер и предназначены моей дражайшей половине. Ухмыльнувшись, я наклонился к ее уху и, подначивая, спросил:
      - Какой из них твой? Тот, что пожирнее, или тот, что повыше, помоложе?
      - Заткнись, дурак! - прокричала она в ответ.
      - Это точно, что дурак! Вижу, что даром ты времени не теряла. Всего на месяц тебя одну оставил, так ты тут же себе кобелей завела. Стыда у тебя нет. Распутница и ренегатка!
      - Замолчи, ненормальный. Я их вижу впервые.
      - Может быть, не помнишь, темно было... - сочувственно предположил я.
      - Уймись, мне кажется, они интересуются твоей личностью и даже сличают твою наглую рожу с какой-то фотографией. Сейчас тебя будут либо бить, либо арестуют. Лично я приветствую и то и другое.
      К сожалению, она была права. Тот мужик, что потолще и постарше, стрелял взглядом то на меня, то на какую-то скрытую в руках бумажку, не иначе как сопоставляя и идентифицируя мою благородную наружность с каким-нибудь компрометирующим меня быдлом. При этом они громко и оживленно о чем-то спорили. Кажется, моя внешность чем-то не устраивала молодого, потому как он отрицательно мотал коротко стриженной головой. Даже не зная предмета их спора, я был полностью на его стороне. Наконец, найдя, видимо, общий знаменатель, они заговорили о чем-то своем, оставив мою персону в покое, и я им за это был весьма признателен. Однако вечер был испорчен, безо всякого удовольствия допив свою водку, я засобирался домой.
      Мы уже расплачивались с хорошенькой официанткой, которая на деле оказалась жадной и алчной волчицей, когда к нашему столику подпрыгал этот молодой тушканчик с соседнего столика. Обаятельно улыбнувшись, он псевдо-офицерски дернул своей холеной ряшкой;
      - Разрешите вашу даму на танец?
      - Пошел вон! - коротко посоветовал я ему. - Самим жрать нечего!
      - Извините, но я...
      - Тебе неясно сказано? Не хочет дама с тобой танцевать!
      - Почему это ты решил, что дама не хочет танцевать? - возмутилась, злорадствуя, Милка. - Танцевать я очень даже хочу. Молодой человек, я к вашим услугам!
      Мне оставалось только досадливо поморщиться, глядя, с какой готовностью моя бесстыжая супруга, подхватив подол, умчалась в вихрь разврата. Морщиться и ожидать дальнейших неприятностей. Они не заставили себя долго ждать и явились в образе второго, толстого субъекта.
      - Вы позволите мне присесть? - как о чем-то само собой разумеющемся спросил он и, не дождавшись ответа, опустился на Милкин стул...
      Видя мою полную индифферентность и явное нежелание вступать с ним в беседу, он выпил из ее фужера остатки шампанского и принялся утомлять меня с удвоенной энергией и настойчивостью:
      - Давай познакомимся, меня зовут дядя Володя, а тебя?
      - Шел бы ты за свой столик, дядя Володя, а то у меня настроение испортилось.
      - А мы его сейчас мигом поправим.
      - Поправишь, если навсегда исчезнешь из поля моего зрения.
      - Шутишь? - удивился толстомордый и, метнувшись к своему столику, притащил початую бутылку коньяку. - Сейчас мы твое настроение подымем.
      - Послушай, мужик, - уже вполне серьезно, а потому и ласково я взял его за локоть, - что вам от меня надо? Только отвечай побыстрее, иначе будет поздно.
      - А ты что руки-то распускаешь, - тушуясь, забрюзжал он, - ты, орелик, на дядю Володю руки не распускай, а то он и обидеться может.
      - Слушай, придурок, если ты сейчас же не оставишь меня в покое, то через секунду весенней ласточкой полетишь на север к белым медведям. Но прежде ты мне скажешь, какого черта вы так пристально разглядывали мою физиономию. Коварно и незаметно я взял его кисть на излом и теперь продолжал допрос уже с позиции силы: - Говори, с кем вы меня сравнивали, какого братана во мне увидели?
      - Отпусти, шизик, я для того и подсел, дело к тебе есть.
      - Говори, только быстро.
      - Заработать хочешь? - Проникновенно уставившись мне в глаза, он ждал ответа.
      - Смотря сколько и смотря каким путем, - невольно заинтересовался я его заведомо сомнительным предложением. - Кого я должен замочить? Или, может быть, просто грабануть? Говори толком, не томи.
      - Да ты что? Я с такими вещами не связываюсь. У нас все чистенько. В одном деле помочь нам надо. Не бесплатно, конечно.
      - И для этого ты выбрал первого встречного? Я не пальцем сделанный, дядя Володя. Колись до конца, почему вы выбрали именно меня?
      - А ты понравился нам сильно, веселый парень, симпатичный.
      - Ты дуру-то не гони. - Постепенно, сам того не замечая, я включался в его игру. - Как я мог тебе понравиться, если я мент.
      На секунду он растерялся, но только на секунду, не больше, потом взял себя в руки и натянуто засмеялся:
      - Шутишь? Не похож ты на мента. Ты и близко с ним не лежал. А если и мент, то ничего страшного, дело-то не криминальное. На него и мент согласится.
      - Тогда рассказывай.
      - Сейчас, только пойду отолью малость, а то клапан скоро не выдержит.
      Сорвавшись с места, он тут же улетучился. Не раздумывая долго, я пошел за ним, поневоле заинтригованный его поведением. Однако ни в мужском, ни тем более в женском туалете его не оказалось. Кажется, заявлением о своей причастности к милиции я попросту спугнул толстяка. Не было его и в баре, куда я заглянул, досадуя на свой длинный язык. Итак, дядя Володя счел за лучшее удалиться, нежели иметь дело с милицией. Значит, он меня просто дурачил, когда заявил, что его дело не несет криминального характера. Ладно, спросим это у его дружка-тушканчика, что сейчас так лихо отплясывает с моей неразумной супругой. Уж ему-то от меня не уйти.
      С самым решительным видом я вошел в зал, стараясь в беснующейся толпе поскорее отыскать нужную мне парочку. Несколько раз я продирался через их потные и плотные ряды и мог бы в том же духе продолжать до утра. Результат оказался бы аналогичным. Милки и ее гребаного партнера там не было. Еще не в полной мере все понимая, я уселся к своему столику и подозвал проклятую официантку:
      - Слушай, кума, куда делась моя супруга?
      - А вы разве не знаете? - искренне удивилась идиотка. - Она сильно опьянела и вместе с кавалером вышла на воздух.
      - Куда? - все уже понимая, устало, на всякий случай переспросил я.
      - На воздух, - удивляясь моей глупости, повторила она.
      - Когда это произошло?
      - Минут пять тому назад.
      - Я десять минут торчал в фойе и почему-то ее не видел.
      - Она была настолько пьяна, что ее кавалер попросил пропустить их через кухню. Он сказал, что там стоит ваша машина и вы бы хотели увезти ее незаметно. Так почему вы здесь? Я ничего не понимаю.
      - И не нужно, тебе это очень трудно. Ты не запомнила, какая была машина?
      - Нет, я же не выходила. Я не знаю.
      - А кто выходил? Кто знает?
      - Никто не выходил, он сам ее вывел.
      - Скажи-ка мне, этот попрыгунчик, что ее увел, здесь часто бывает?
      - Нет.
      - Что - нет? Что значат - нет? - с раздражением вскочил я. - Говори конкретней.
      - Нет, не часто, он здесь вообще не бывает.
      - А где он бывает?
      - Да откуда мне знать? Я его впервые вижу. И не кричите на меня! - в ответ завелась девка. - Я вам не жена, которую уводит неизвестно кто и неизвестно куда.
      - Заткнись, а то придется говорить с тобой в другом месте. Того мужика, что был с ним, ты тоже не знаешь?
      - Тоже не знаю, - уже догадываясь, в чем дело, скисла девица. - А что случилось?
      - Ничего, иди работай, только не делай волны, - посоветовал я, протягивая ей номер своего телефона. - Если вдруг что-то о них узнаешь, то немедленно мне звони, твой труд будет оплачен.
      У служебного входа в ресторан царила темнота и безлюдье, но другого я и не ожидал, надо быть полным идиотом, чтобы на глазах многочисленной публики красть чужих жен. Единственной моей надеждой оставался пятиэтажный жилой дом, расположенный в двадцати метрах от кухни. Но не стану же я в одиннадцать часов вечера тревожить его спящих обитателей идиотским вопросом: "Вы, случайно, не видели, кто увез мою жену?" Это можно сделать только утром. Если, конечно, к утру ничего не изменится. А измениться что-то должно. Ведь не из спортивного же интереса они умыкнули у меня мою драгоценную половину. Конечно нет. Тогда зачем? Может быть, тушканчик воспылал к ней юношеской любовью? Абсурд. Не те времена и не те нравы. Перефразируя великого: "Оставь, Кускова, в наши лета любить задаром смысла нету..." Какую же цель преследовали похитители? Может быть, им нужен ее папаша, полковник милиции? Но он в отставке и в данное время даже для двоечника, разбившего стекло, никакого интереса не представляет. Отпадает. Может быть, Милку похитили с целью выкупа? Тоже маловероятно. В этом случае крадут маленьких, похожих на ангелочков детей, наперед зная, что их папаши располагают кругленькими суммами в швейцарском банке. А Милка больше смахивает на ведьму, нежели на ангелочка, да и денег, насколько я знаю, ни у меня, ни у ее папаши в Швейцарии нет. Ладно, Гончаров, перестань врать самому себе. Ежу понятно, что их интересует твоя персона. Недаром они так пристально разглядывали вашу рожу, прежде чем перейти к действию. Предположим, что это так, но тогда возникает следующий вопрос: за каким чертом я им понадобился? Ведь не для игры в лапту. Может быть, мне хотят предъявить счет за мои прежние дела? Не сказал бы. Часть мною обиженных на нарах, а часть на том свете. Те, кто остался прыгать на свободе, сами боятся меня как огня и серьезных опасений не представляют. Хотя как знать. Говорят, раненый шакал - тоже шакал. Но если бы они хотели мне отомстить, то наверняка бы сделали это как-то иначе, с меньшим для себя риском и с большим эффектом. На кой черт им было разыгрывать весь этот спектакль, когда можно было проще, по-дружески воткнуть мне в спину нож или в темном подъезде отоварить молотком.
      Нет, тут что-то другое, решил я, уже подходя к дому. Что-то другое и не совсем обычное, потому как решение они принимали прямо за столиком у меня на глазах. Возможно, как и я их, так и они меня видели в первый раз. Потому-то и рассматривали меня так внимательно, скрупулезно сравнивая оригинал с фотографией. Еще одна загадка: откуда у них моя фотография? Не свалилась же она с неба. Значит, кто-то им ее вручил с определенной и конкретной целью. Хорошо бы знать, кто и для чего. Черт возьми, я как привязанный кот хожу по кругу, ни на сантиметр не приближаясь к главному. Мало того что я лишился жены, так еще и головную боль заработал.
      Не успел я открыть входную дверь, как затрезвонил телефон. Не задумываясь я схватил трубку в полной уверенности, что сейчас все мои вопросы будут разрешены. Но, как оказалось, я глубоко ошибался. Незнакомый женский голос спросил:
      - Вы Константин Иванович?
      - Мы Константин Иванович, а кто вы?
      - А я Света, официантка из ресторана. Вы просили меня позвонить, если я что-нибудь вспомню. Вот я и позвонила.
      - Отлично, Света, и что же ты вспомнила?
      - Вы говорили, что заплатите...
      - И от своих слов не отказываюсь. Завтра к вечеру зайду. Но говори же скорее, что ты там вспомнила.
      - Вот завтра и скажу, не при социализме живем, понимать надо! - хихикнула девица и бросила трубку.
      Проклятое время, скоро за воздух начнем платить. Отчаянно матерясь, за пять минут я добежал до ресторана и, не обращая внимания на протестующие визги юной стервы, вытащил ее в фойе:
      - Говори быстро, иначе я за себя не ручаюсь.
      - Когда вы ушли, я вспомнила, что они о вас спрашивали, когда еще сидели за своим столиком. Подозвали меня и спрашивают: кто такие? Я им отвечаю: откуда мне знать, вроде бы муж и жена. Тогда тот, что постарше, говорит молодому: вот видишь, Санек, толковал же я тебе: женка это его и никуда он не денется.
      - Это все? - спросил я, с сожалением отдавая десятку. - Не густо.
      - По оплате и работа... - выжидающе, с намеком протянула моя информаторша.
      - Что еще знаешь, выкладывай и перестань кочевряжиться.
      - Они увезли ее на красных "Жигулях" шестой модели, - посерьезнела Светлана. - Номера никто не заметил, просто не обратили внимания. Это все, что я знаю.
      - Кто был за рулем?
      - Этого тоже не заметила, а деньги заберите, я пошутила.
      - Шути дальше, - посоветовал я, отступая, а у самого выхода добавил: Если еще что-то вспомнишь - телефон у тебя.
      Ничего нового этот марш-бросок мне не принес, за исключением того, что я узнал, как зовут второго негодяя и на какой машине они уехали. Хотя погоди, господин Гончаров, есть в этой информации еще одна любопытная петелька. Они до самого последнего момента не знали, что Милка является моей женой. О чем это может говорить? Да о всем, о чем захочешь. Эту мысль не стоит даже развивать. Ничего, кроме перенапряжения мозгов, она не принесет. Нужно ждать свежей и более весомой информации, а в том, что она поступит, я не сомневался. Если бабу крадут, значит, это кому-то нужно. Самое правильное в моем положении поскорее возвращаться домой, включать телевизор и ждать звонка. Только вот как быть с тестюшкой? Обрадовать ли его сейчас или отложить до утра?
      Расположившись в кресле возле аппарата, мы с котом приготовились к томительному ожиданию вестей о моей жене и его хозяйке. За ее судьбу я особенно не волновался, почти наверняка зная, что ничего страшного ей не грозит. Я видел похитителей, а из последнего разговора со Светланой понял, что действовали они сугубо по своей инициативе, и возможно, за их спинами не стоит какая-либо более серьезная структура. А с этими-то двумя жуликами я уж как-нибудь разберусь. Неплохо было бы заиметь телефон с определителем, да только в подобных случаях они звонят с автомата, выйдет пустая трата времени. Не стоит, не чекатилы. Да и Милке такой урок не повредит, а то слишком занозисто-самостоятельная стала. К тому же, судя по всему, не она им нужна, а я.
      Звонок раздался под утро, когда я уже начал проваливаться в сладкие объятия сна. В полудреме я отсчитал четыре сигнала и только потом снял трубку. Стараясь говорить лениво и недовольно, я спросил:
      - Але, вы что, до утра подождать не могли?
      - Извините, - ответил немного ошарашенный голос, - но мы думали, вы не спите.
      - Кто это мы?
      - Ну мы... Шутишь все, а мы у тебя вчера женку свистнули, - с натугой, нерешительно сообщил голос дяди Володи.
      - А-а-а, привет! - радостно поздоровался я. - Ну и как она там?
      - Дык нормально. А ты чего так разговариваешь?
      - А как я с тобой должен разговаривать? Разбудил меня в пять утра и жуешь сопли в трубку. Что тебе от меня надо?
      - Ты свою бабу забирать будешь?
      - Конечно, пусть приезжает, не маленькая, дорогу найдет.
      - Э-э, нет, так не пойдет. У нас условие есть.
      - Какое, к черту, условие, денег у меня нет, у ее отца тоже.
      - Денег нам не надо, а одну маленькую услугу ты нам окажешь.
      - Какую еще услугу?
      - Это я тебе при встрече расскажу. Ты знаешь дорогу на Степашино?
      - Знаю, что из того?
      - После поворота, если ехать от тебя, по правую сторону будет картофельное поле. Через него, как раз посередке, проходит дорога. Вот по ней и поезжай сегодня в семь часиков утра. Там и буду поджидать я тебя или ты меня. Только без глупостей, мужичок. Мы немножко не такие, какими кажемся. Если я хоть единым волосом почую легавых, то тебе твою бабу придется склеивать лейкопластырем. С ней останется Санек, которого даже я побаиваюсь. Пойми меня правильно, я тебя не стращаю, но мы затеяли стоящее дельце, и ты нам должен помочь. Ты меня правильно понял?
      Он бросил трубку, а я подумал о том, как обманчиво первое впечатление. У меня было два варианта: или полностью подчиниться приказам подонков, или обо всем сообщить в надлежащие органы и тем самым наверняка поставить Милку под серьезный удар. После мучительного раздумья я выбрал первое. Но все-таки позвонил Максу, просто так, на всякий случай. Вроде как справился о его здоровье.
      В назначенное время, в назначенном месте я остановился. Если не считать ворон, то вокруг не было ни души, и только безрадостное серое утро стучалось в окна моей машины. Приготовившись терпеливо ждать, я задумался. Неужели мне на роду суждено постоянно попадать в различные неприятности и переделки? Да, если верить моей вновь объявившейся мамаше. Злой рок в нашей семье является чем-то вроде реликвии. Другие живут себе и горя не знают, а у нас что ни понос, так золотуха. Может быть, сменить место жительства? Точно, если удастся выйти чистым из этой передряги, так я и сделаю.
      Откуда он появился, я толком и не понял. Я заметил его, когда он был уже метрах в пятидесяти от меня. Настороженно и чутко слушая утро, он шел прямиком по отмирающей ботве, и на мгновение мне стало страшно. Стареем, Гончаров. Стряхнув оцепенение, я вышел из машины ему навстречу, сразу же отметив его своеобразный наряд. Если в ресторане он был модно, с иголочки одет, то теперь натянул какую-то немыслимо грязную куртку, жеваную кепчонку и стоптанные ботинки.
      - Привет гангстерам! - непринужденно поздоровался я.
      - Привет, - сдержанно ответил он, забираясь в машину. - Ты один?
      - Как договаривались. В чем проблемы?
      - Всему свой черед, едем в Степашино, по дороге объясню.
      - Вы там ее прячете?
      - Нет, но это не имеет никакого значения.
      - Это для вас. Обусловимся сразу: пока я с ней не переговорю, ничего делать для вас не стану. Это мое первое требование.
      - Записка, написанная ею три часа назад, тебя устроит?
      - Это будет видно после того, как я ее прочту.
      - Держи, только сразу же запомни, что особенно большого выбора у тебя нет. Если мы не найдем общего языка, то нам остается только одно...
      Ребром ладони он резанул по горлу, и легкий сквознячок тревоги сразу остудил мою вспотевшую спину. Протянув мне вчетверо сложенный листок из обычной школьной тетради, негодяй закурил и с усмешкой уставился на меня, ожидая последующей реакции.
      "Костя, извини меня, набитую дуру, но уж какая есть. Если ты хочешь, чтобы меня отпустили, то во всем слушайся дядю Володю. Он обещал, что в таком случае я вернусь жива и невредима. Целую, твоя Милка".
      - Это она под вашу диктовку писала? - пряча письмо, спросил я.
      - Почему ты так решил?
      - Слог больно корявый, она изъясняется немного изящней. Где вы ее держите?
      - Не волнуйся, со всеми удобствами, книгами и телевизором. Поехали.
      - Что же вы от нас хотите? - трогаясь с места, напористо спросил я. Немного денег у меня есть, и я согласен уплатить.
      - Нет, деньги нам не нужны, а вот твое соучастие необходимо.
      - Вы мне предлагаете кого-то убить?
      - Нет, не волнуйся, все гораздо проще и безобиднее. Кстати, при удачном выполнении задуманного вам с женушкой тоже перепадет кусок сала.
      - Тогда почему вы выбрали именно меня, наверняка у вас имеются свои безработные подельники. Предложили бы эту безобидную работу им. Я вас не понимаю.
      - Сейчас все поймешь. Более полугода тому мы затеяли одну небольшую, но аппетитную комбинацию. И на первых порах все у нас складывалось просто замечательно. Можно сказать, что и завершили мы ее блестяще, если бы не третий член нашей бригады. В самый последний момент, когда мы уже пускали слюни и готовились делить барыши, ему вдруг в голову пришла нелепая мысль о том, что мы лишние рты, а весь пирог он в состоянии проглотить и один.
      - И что же? Проглотил?
      - Подавился, бедняга! И теперь его место вакантно.
      - И вы предлагаете мне его занять?
      - Просто приятно иметь дело с умными людьми, - расплылся в улыбке толстяк. - Ты смотришь прямо в корень. Именно так! Ненадолго занять его место.
      - Но зачем? Ведь вы уже практически завершили свою аферу?
      - В общих чертах - да, но остался один маленький, я бы сказал, малюсенький штришочек, а именно - его подпись. И еще кое-что...
      - А он что же, подавился до такой степени, что и подписать не может?
      - Да нет, подписать-то он может, да не хочет. Такая уж он скотина.
      - Так заставьте, он ведь в ваших руках.
      - Да, он в наших руках, но ты не знаешь одного маленького нюанса, впрочем, давай лучше поговорим о тебе.
      - Что я должен сделать, чтобы вы наконец от нас отвязались?
      - На некоторое время, буквально на пару недель, сделаться нашим третьим компаньоном. Это нетрудно, поскольку внешне ты как две капли воды на него похож.
      - Какой-то абсурд, зачем это вам? - уже что-то понимая, прикинулся я дураком.
      - Да так, пустяки, тебе нужно будет подписать несколько документов.
      - Почему это не может сделать кто-то другой?
      - Нам нужно, чтобы стояла именно его подпись, но сделанная твоей рукой.
      - Но она же будет поддельная, - наивно удивился я, рассчитывая получить максимум информации.
      - Вот именно, я говорил, что приятно иметь дело с умным человеком. Да, поддельная, но выполненная безукоризненно.
      - Тогда я вас тем более не понимаю. Наймите лучше художника, какого-нибудь графика, словом, человека, понимающего в этом деле толк. Подделка подписей не моя стихия. Сомневаюсь, что я с этим справлюсь.
      - А ты потренируйся, уверяю, за пару дней у тебя все получится.
      - Тогда зачем ждать две недели? Давай документы, и, если это не смертный приговор мне и жене, я сразу подпишу.
      - Нет, не торопись, в таких вещах торопиться не стоит. Ты не совсем понимаешь ситуацию. Ничего страшного нет, но действовать будем не спеша и поэтапно. Сейчас задача состоит в том, чтобы научиться четко и правдоподобно ставить его подпись.
      - Для этого мне, как минимум, нужен оригинал.
      - Вот видишь, я оказался прав, ты совсем не глупый человек, с тобой приятно иметь дело. Образец, причем в нескольких экземплярах, с нетерпением поджидает тебя там, куда мы едем. Кстати, уже совсем близко. Сейчас с трассы повернем направо и вдоль перелеска до конца.
      Повинуясь указаниям жулика, я все выполнил в точности, и теперь горбатым проселком мы тряслись по околице села Степашино, вольготно раскинувшего свои грязные дворы по левую сторону. Почти на самом его выезде, у стоящего особняком косоротого домика, толстяк велел притормозить. С недоумением я подчинился. Расхристанный дворик, как и сам дом, никак не вязались с повадками и внешностью сидящего рядом дяди Володи. Поймав мой взгляд, он усмехнулся:
      - Ну и как тебе домик?
      - Хороший домик, прямо царский терем. Это здесь вы держите мою жену?
      - Нет, ее мы содержим в гораздо лучших условиях, а здесь предстоит жить тебе. Недолго, как я и сказал, всего пару недель.
      - Не вижу в этом никакой необходимости...
      - Зато я вижу, - коротко оборвал меня толстяк, резанув ножами стальных глаз. - Не выпендривайся и делай то, что тебе велят. Кажется, об этом тебя просила жена. А желание женщины, как известно, закон.
      Слушай внимательно, - принялся инструктировать меня толстяк, - этот дом принадлежит Григорию Александровичу Лунину, нашему компаньону, взбрыкнувшему в последний момент. Как ты понимаешь, в данное время его здесь нет. Но чтобы его отсутствие до поры до времени не породило ненужных кривотолков, ты временно здесь поживешь и в меру своих способностей похозяйничаешь в доме. Из живности, кроме шелудивого кобелька и кота, у него ничего нет. Жены тоже. Гриша был одиноким и замкнутым человеком.
      - Почему был? - невольно спросил я, чувствуя, как между лопаток зашуршали тараканы.
      - Ну, есть, - усмехнувшись, поправился дядя Володя. - Конечно есть. Так вот, Гриша замкнутый человек и на селе друзей у него нет. Правда, приходит к нему бабенка, зовут ее Валя, но ты не бойся, я ее уже подготовил и кое-что посулил. Докучать тебе она не станет. Твоя задача поутру ходить в магазин и там покупать булку хлеба да пачку сигарет "Прима". Ни в какие контакты с сельчанами не вступай. Гриша был нелюдим. Учти, что он долгое время проработал водителем и к нему иногда приезжают автолюбители с вопросами ремонта. Отвечай отказом, это их не удивит. По субботам он покупал бутылочку, которую распивал один или с Валей. Подробнее с его биографией познакомишься по фотографиям на досуге у него дома. Особо обрати внимание на его родителей, для нас это будет иметь значение. Вроде все. Живи и жди моего приезда. Только учти, что за тобой постоянно будут приглядывать мои люди, которые о твоем плохом поведении сразу же мне доложат. И в этом случае с моей стороны последуют самые жесткие меры. Имею в виду как тебя, так и твою жену. Извини, но на карту поставлено слишком много, чтобы с вами церемониться. Какие будут вопросы? И вообще будут ли они?
      - Где гарантии, что по завершении вашего предприятия вы не отправите нас с женою к праотцам - ведь для вас это было бы наилучшим выходом.
      - Ты прав, но я противник кровавых дел, и к тому же мы поставим точку таким образом, что ты сам окажешься заинтересован в неразглашении нашей маленькой тайны. Тебе первому будет выгодно молчание. А теперь иди и поскорее переоденься в его барахло.
      - Прошу прощения, но как же машина?
      - Это не твоя забота, не переживай, твоя тачка будет в целости и сохранности.
      - Тогда мне нужно написать несколько писем, чтобы тесть и друзья правильно истолковали мое отсутствие.
      - Это уже сделала твоя жена. Ступай, Гриша Лунин, и помни, что уже с этой минуты за тобой наблюдают. Я приеду завтра или послезавтра.
      Дыхнув в меня перегаром выхлопа, моя машина, в который уже раз, показала мне фигу. Подкидывая почти кокетливо задницу, она торопливо побежала в центр села и там, возле церкви, последний раз подмигнув мне красным глазком, исчезла.
      Несколько минут я простоял в полном оцепенении, не зная, с чего начинать новую, навязанную мне насильно жизнь. Наверное, прежде всего нужно было войти в дом, что я и попытался сделать, но уже на крылечке получил первое предупреждение. Рыжий паршивый кобель, несмотря на мое сходство с Гришей, не желал видеть во мне хозяина и затявкал громко и сварливо. Это был мой первый сценический провал, а что будет дальше?
      - Ой какой песик! Какой у нас красивый носик, - сюсюкал я, стараясь поскорее прошмыгнуть в дом.
      Плюя на мое лояльное отношение, тварь все-таки ухитрилась меня куснуть. Инстинктивно, в порядке самообороны я поддел его ногой. Кульбитом он шлепнулся на ступеньки, жалобно завизжал и уполз под крыльцо. Первый враг был нажит.
      Григорий Александрович Лунин жил небогато, чтобы не сказать большего. Его жилище состояло из двух комнат, причем первая одновременно являлась прихожей, кухней и столовой. Из меблировки, кроме холодильника, здесь стоял стол, лавка и рукомойник. Все остальное место занимала печь. Во второй комнатке, совсем крохотной, располагался диван, телевизор и шифоньер. А возле подслеповатого оконца притулился дощатый стол с кипой бумаг, очевидно приготовленных для меня.
      Оставив их на потом, я занялся вопросами провианта. Хочешь не хочешь, но мне здесь предстоит прожить две недели, если, конечно, я не придумаю что-нибудь экстраординарное или меня к тому времени не ухлопают.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7