Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Таинственная незнакомка

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Портер Маргарет Эванс / Таинственная незнакомка - Чтение (стр. 2)
Автор: Портер Маргарет Эванс
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


Ее спутник подъехал в двуколке к гостинице и остановил экипаж, запряженный на редкость низкорослым пони.

Помахав рукой, чтобы привлечь к себе внимание, Ориана крикнула:

– Доброе утро, сэр Дэриус!

Он ответил на ее бодрое приветствие, прикоснувшись к широкополой шляпе. Ночной отдых явно не улучшил его настроения, так как он даже не улыбнулся.

Глава 2

Она благоухала, словно сад редких экзотических цветов. Окутанный облаком аромата ее духов, Дэр пытался угадать, что это за цветы. Лилии, сирень, розы? Нет, угадать было невозможно, Дэр только чувствовал, как его опьяняет и возбуждает этот запах.

– Я не слишком верила, что вы приедете, сэр Дэриус.

– Я человек слова, – заявил он.

Ориана запрокинула голову, показав стройную шею и красивый подбородок. Окинув взглядом низкие, тяжелые облака, затянувшие все небо, сказала:

– Не слишком многообещающий день для поездки.

Спутник ее отозвался на эту реплику невеселым смешком и словами:

– Если вас так легко отпугнуть сыростью, то вам не понравится жить на этом острове. Будьте признательны за относительно благопристойную изморось, гораздо чаще вам придется встречаться с проливным весенним дождем. – Он правил пони очень умело, объезжая большие лужи и стараясь, чтобы брызги грязи не попали на темно-зеленое платье Орианы. – Вы когда-нибудь жили в деревне, миссис Джулиан?

– До сих пор у меня никогда не возникало такого желания.

Дэр представил себе, как она едет по Гайд-парку в открытом модном фаэтоне, улыбаясь и кивая знакомым, или мчится по освещенным фонарями улицам Лондона в закрытой карете.

– Что же вынудило вас переменить мнение?

– Один джентльмен.

Это откровенное признание усугубило подозрения Дэ-ра, но в то же время обострило его интерес.

– Он приказал вам покинуть Лондон?

– Нет, я уехала по своей воле. Это было исключительно неудобно, однако совершенно необходимо.

Дэр подумал, не вызвано ли ее поспешное бегство необходимостью скрыть последствия неосторожного поступка, но в таком случае ей пришлось бы прожить на острове все девять месяцев, а не один.

– Далеко ли Глен-Олдин от Рамси? – спросила она.

– Две мили. Весь остров имеет протяженность в тридцать миль, здесь нет больших расстояний. – Пони, который регулярно проделывал путь по этому участку Салби-роуд, замедлил бег еще до того, как хозяин натянул вожжи. Миновали крутой поворот, и Дэр сказал: – Теперь мы въезжаем в долину, которая тянется на четыре мили к югу. Вот это поле называется Магер-и-Троден, тут было древнее кладбище, и место это до сих пор населено неугомонными призраками.

– Пытаетесь запугать меня, сэр Дэриус?

Он и хотел бы ее отпугнуть, однако прошлым вечером она проявила недюжинную твердость характера. В эту минуту, отвернувшись от него, Ориана смотрела на гору, возвышавшуюся справа от них. Туман, затянувший склоны, не мог скрыть величавую красоту вершины.

– Вам, видимо, по душе холмы и горы, – обратилась к Дэру спутница. – Мне говорили, что у вас есть собственность в Дербишире.

Значит, она все же расспрашивала о нем, маленькая шельма. Задетый подобным вмешательством в свои дела, Дэр решил пресечь дальнейшие расспросы.

– Здешние жители считают, что на месте Скайхилла был когда-то сказочный город. Именно здесь произошло знаменитое сражение, в котором скандинавы победили коренных обитателей Мэна.

Ее явное восхищение пейзажем убило надежду Дэра разочаровать свою собеседницу при помощи лекции по истории. Может, обратиться к геологии? Монолог о преобладающих характеристиках состояния острова Мэн наверняка погасит блеск в ее ореховых глазах, а когда он сравнит и противопоставит теорию плутонизма, которой строго придерживается сам, и теорию нептунизма[1], тут уж миссис Джулиан, пожалуй, выскочит из двуколки и убежит обратно в Рамси.

Сэр Дэриус надеялся, что чесночный запах черемши, которым был насыщен воздух, вынудит Ориану отказаться от желания поселиться здесь. К его разочарованию, она лишь восхитилась уже распустившимися зелеными листочками на ветках деревьев. Залюбовалась она и полноводной из-за весенних дождей бурливой речкой, которая весело бежала по камням.

Чтобы проверить, заметила ли она, как слабо населена долина, Дэр сказал:

– Здесь очень мало арендаторов.

– А как им удается прокормить себя? – поинтересовалась миссис Джулиан.

– Их методы ведения хозяйства показались бы вам примитивными, однако им удается не только себя прокормить, но и снабдить домашний скот достаточным количеством корма. Приход Лезайр Бог наградил отличной пахотной землей, и каждый год из порта Рамси зерно вывозят в Англию. Долина Глен-Оддин всегда славилась своим нюхательным табаком, и кое-кто здесь еще мелет табак на ручных мельницах.

Его собственный свинцовый рудник давал работу двум дюжинам здешних мужчин, но Дэр не сказал об этом своей спутнице и не обратил ее внимание на два каменных столба, отмечающих подъезд к его будущему дому. Он не хотел, чтобы охотница за фортуной разглядывала его рудничные работы или еще не завершенное великолепие его виллы.

Однако он не мог проехать просто так мимо людей, строящих каменный мост через поток, или мимо группы рабочих, разравнивающих лопатами гравий на новой дороге.

– Доброе утро, хозяин! – поздоровались с ним каменотесы по-гэльски.

– Доброе утро, – ответил он по-английски и остановил двуколку, пояснив своей спутнице: – Если я не остановлюсь, они обидятся.

Она перехватила вожжи руками в перчатках и спросила:

– Как зовут вашего пони?

– Феджак. В переводе с местного языка это значит перышко.

– Это кобылка? Я могла бы поводить ее по лужайке, пока вы не вернетесь.

– Нет нужды. Я долго не задержусь.

Отойдя от двуколки, Дэр бросил взгляд через плечо. Миссис Джулиан, величественная, как принцесса, и еще более очаровательная, явно умела справляться с лошадью, и он снова мысленно представил ее на прогулке в Гайд-парке, в той же вызывающей шляпе с перьями, что и сейчас, и в том же темно-зеленом платье.

– На рудник направляетесь? – спросил его Донни Коркхилл. – Я видел вчера вечером Неда Кроуи, так губы у него двигались быстрей, чем вода в нашей речке, когда он мне толковал про то, как они там нашли новую рудную жилу.

– Я об этом еще не слышал, – сказал Дэр.

Не будь с ним миссис Джулиан, он бы непременно заехал на рудник, чтобы увидеть это собственными глазами.

Продуктивность рудника не могла идти ни в какое сравнение с разработками в Дербишире, унаследованными Дэром от деда. Пройдет еще немало лет, прежде чем здешний рудник станет давать прибыль, покрывающую расходы. Зато Дэр мог дать работу тем, кто так в ней нуждался, как в этой долине, так и на рудоплавильне в Рамси. Главным лично для себя он считал возможность пополнения своей коллекции за счет тех минералов, которые его люди извлекали из недр земли.

Вернувшись к двуколке, Дэр уселся рядом с миссис Джулиан и снова был ошеломлен завораживающим ароматом ее духов. Он чувствовал, как неотразимое обаяние этой женщины проникает в самые глубины его души. Он случайно коснулся плечом ее плеча, и все соблазны прошедшего вечера вспыхнули с новой силой. Дэр постарался погасить эту вспышку, дивясь про себя тому, каким образом нежелание сдать ей внаем коттедж в Глен-Олдине сочетается со страстным желанием овладеть ее восхитительным телом.

Прямо напротив нового моста в землю были врыты два каменных столба. Дэр направил к ним Феджак со словами:

– А вот и мой маленький домик в долине.

Он повернул голову, чтобы успеть уловить первую, непосредственную реакцию Орианы. Ей не придется по вкусу его коттедж, Дэр был в этом уверен.

Но ее лицо, пока она молча разглядывала здание из серого камня под шиферной крышей, над которой торчали две трубы, не выражало ровным счетом ничего. К коттеджу примыкал хозяйственный сарай. Живая изгородь была запущена, а трава на лугу вокруг дома буйно разрослась.

– Как много полевых цветов, – только и сказала Ориана, спускаясь на землю из двуколки. И произнесла она эти слова с явным одобрением.

Дэр неотрывно следил за тем, с какой гибкой грацией приближается она к коттеджу. От легких прикосновений подола ее темно-зеленого платья подрагивали лиловые головки крокусов и бледные звездочки подснежников. Ни одна из знакомых ему женщин не двигалась так, как миссис Джулиан, и не держалась с таким достоинством. Опустившись на колени, она нарвала букетик цветов.

Дэр заставил себя оторвать наконец взгляд от великолепной фигуры женщины, чтобы привязать поводья к железному кольцу, вбитому в стену конюшни. Когда он присоединился к миссис Джулиан, та объявила:

– Кажется, я наполню букетами весь дом.

Дэр вставил в замок ключ и повернул. Ничего не последовало.

– Надеюсь, вы взяли тот ключ, который нужен, – сказала она, подняв на него обеспокоенный взгляд. Мелкие жемчужные зубки прижали полную нижнюю губу.

И взгляд ее, в котором ясно читалось огорчение, и слова, произнесенные с оттенком разочарования, мигом рассеяли предубеждение Дэра.

– Да, да, тот самый, – проговорил он с успокаивающей улыбкой.

Взгляды их встретились. Миссис Джулиан прерывисто вздохнула – быть может, в предвкушении того, что ожидала увидеть.

Дэр снова занялся замком и, к своей досаде, обнаружил, что пальцы у него дрожат, а ладони совершенно мокрые. Давно, о как давно не стоял он вот так, совсем рядом, со столь соблазнительной и завораживающей женщиной.

Он приналег на дверь, но та не поддавалась, тогда он пнул ее ногой достаточно сильно, чтобы выбить. Так и случилось, и металлический звон давно не используемых запоров музыкой прозвучал в его ушах. Один взгляд на внутреннее убранство – и энтузиазм гостьи по отношению к жизни в уединенном деревенском домике исчезнет. Через несколько секунд она станет умолять его рекомендовать ей лучший отель в Дугласе.

Сжимая в руке цветы, Ориана первой вошла в узкую темную прихожую, а затем в маленькую гостиную. Свет через два небольших окна падал на белые стены и камин с железной решеткой.

– Все по-деревенски просто, – без всякой необходимости заметил Дэр.

Она провела рукой по спинке деревянного кресла.

– Мебель изготовлена на острове?

Дэр кивнул. Из окна открывался вид на Скайхилл. Немного полюбовавшись им, миссис Джулиан прошла в соседнюю комнату. Там с трудом умещались обеденный стол и несколько стульев. Дэр предоставил ей возможность осмотреть остальные помещения. В кухне господствовал большой каменный очаг. Кладовая, сухая и холодная, являла собой ряды деревянных полок, больше там ничего не было.

– Мне придется обзавестись дойной коровой, – сказала миссис Джулиан, – а также курами, чтобы они несли яйца, и гусями.

– Вы когда-нибудь держали у себя животных? – спросил он.

– В детстве у меня была собака, Роули – королевский спаниель.

– Здесь вам понадобится кот. Хороший мэнкский мышелов.

Отнюдь не устрашенная предостережением, что в стенах здесь гнездятся насекомые, миссис Джулиан продолжила свое обследование. Дэр поднимался следом за ней по узкой лестнице, в подробностях изучая ее стройную шею, гибкую спину и слегка покачивающиеся бедра.

Миссис Джулиан заглянула в пахнущий плесенью шкаф для белья, задвинутый в самую маленькую из верхних комнат, и нахмурилась, оживив тем самым надежды Дэра на ее возможный отказ от жилья.

Далее они проследовали в спальню. Как и из гостиной, отсюда открывался вид на Скайхилл, а ложе располагалось напротив окна.

– Только представить себе, что любуешься этой красотой каждое утро! – Миссис Джулиан повернулась к Дэру и добавила: – Не могу понять, почему этот милый маленький дом пустует.

– Для большинства людей арендная плата слишком высока.

Если ее средства ограниченны, она тоже откажется нанимать дом. Дэр пораскинул умом, какую бы сумму назвать, чтобы она показалась неоправданно высокой, и объявил:

– Двадцать пять фунтов в год, а за неделю полфунта, это чуть дороже по общему расчету, но зато срок найма в таком случае любой.

– Считайте, что мы договорились.

– Вы должны учитывать и оплату прислуги, – поспешил напомнить Дэр. – Вам нужна женщина, которая занималась бы уборкой, готовила бы вам все эти яйца и жарила гусей. И доила корову.

Миссис Джулиан передала ему цветы и полезла в сумочку.

– Я заплачу вам сразу же, у меня есть пять фунтов. Такого поворота событий Дэр не предвидел. Когда она протянула ему банкноту, он покачал головой.

– Я имел в виду здешние фунты. Ваш английский курс выше.

– У меня не было возможности обменять деньги. Разница не имеет значения.

– Миссис Джулиан, вы уверены, что договор вас полностью устраивает? Подождите несколько дней, осмотритесь на острове. На побережье много очень милых и уютных городков, а еще больше долин.

– Меня устраивает этот коттедж. Как он называется?

– Кройтни-Глионней. По-английски – Гленкрофт. Домик в долине.

С замечательной точностью миссис Джулиан повторила гэльские слова.

– Боюсь, что жизнь здесь покажется вам очень скучной.

– Это будет для меня некоторым разнообразием.

– И одинокой.

– Это я переживу. – Она взяла у него свой букетик. – Для меня одиночество нечто новое, но не неприятное. А эпизод в вашем доме в прошедшую ночь укрепил мою решимость избегать общества.

Не высказав открытого обвинения, она вынудила его почувствовать себя грубой скотиной. Она уже сделала это один раз и прежде, когда сообщила о гибели мужа.

– Ваш приезд совпал с празднованием дня моего рождения. Когда я увидел вас у себя в кабинете, то решил, что мои друзья приготовили мне сюрприз в виде визита... м-м... рискованной дамы, которая должна была...

– Поздравить вас? Какие у вас озорные друзья, сэр Дэриус! – Миссис Джулиан протянула руку к лацкану его пальто и продела стебельки своих цветов в свободную петлю для пуговицы. – Это мой запоздалый подарок. Прошу вас забыть о том, что цветы выросли на вашей земле и таким образом уже принадлежат вам.

Этот чересчур смелый жест отнюдь не уменьшил подозрений Дэра относительно ее истинных намерений и только подкрепил его решение держаться подальше от этой очаровательной ловушки для мужчин. Нет сомнения, что эти ясные ореховые глаза, подвижные губы, проникновенный голос и яркие блестки остроумия завлекли немало бедолаг, менее осторожных, чем он.

Дэру хотелось бы увидеть ее не в модном темно-зеленом платье, а без него, обнаженной, и у него покалывало кончики пальцев, когда он представлял себе, что касается ее нагих грудей и плоского живота. Лукаво изогнутые улыбающиеся губы напомнили о вчерашнем жарком поцелуе.

Внезапно Ориана отодвинулась от него.

Коттедж станет куда безопаснее без этого джентльмена, который взирает на нее с волчьей настойчивостью. Темные глаза следили за каждым ее движением, и если бы она не была так уверена, что неприятна ему, то предположила бы, что он продолжит начатое вчера вечером и попытается ее соблазнить.

Скоро эта комната станет ее убежищем. Она разложит на деревянном комодике свои головные щетки и гребни, поставит туда же флакон с туалетной водой, а одежду уложит в выдвижные ящики. Ей хотелось бы уже сегодня уснуть на этой самой кровати. Ориана подошла к окну и взглянула на окутанную темными тучами вершину Скайхилла. Но, видимо, сегодня им предстоит вернуться в Рамси.

По дороге она расспрашивала Дэра о здешних торговцах галантерейными товарами и владельцах продовольственных лавок. К его совету ездить за покупками в Дуглас и там же нанять слуг Ориана отнеслась отрицательно. Хоть она и не сказала об этом прямо, однако явно предпочитала держаться подальше от наиболее многолюдных районов острова.

– На острове Мэн есть что-то от Англии, – сказала Ориана. – Городская прислуга ни за что не согласится работать в деревне. Я должна найти женщину в этом приходе.

– Миссис Стоуэлл, которой я плачу пенсию, много лет управляла домашним хозяйством моих родителей. Она живет с семьей своей замужней племянницы на Баррак-стрит, и когда я ее видел в последний раз, жаловалась, что устала от безделья. Если хотите, пришлю ее к вам в «Голову короля», чтобы вы с ней познакомились. Ориана кивнула.

– Кстати, нет ли какого-нибудь толкового паренька, который присмотрел бы за живностью?

– Молодой Донни Коркхилл, который помогал каменотесам, живет в долине. Его семье очень пригодятся несколько лишних шиллингов.

Когда двуколка остановилась у гостиницы, Ориана намеревалась выйти из нее самостоятельно, однако Дэр опередил ее. Сильные пальцы крепко сжали ее запястье.

Глядя ей прямо в глаза жестким взглядом, он спросил:

– Миссис Джулиан, я не перестаю думать о причинах вашего бегства из Лондона. Сегодня днем вы упомянули о некоем джентльмене. Он причинил вам вред? Вы его боитесь?

У Орианы вспыхнули щеки, она опустила глаза на увядший букетик, который сгоряча презентовала Дэру.

– Это один из самых приятных людей из всех, кого я знаю. Но он сделал невероятную глупость. Попросил меня выйти за него замуж.

За ее беззаботным тоном скрывались остатки раздражения, вызванного сделанным спьяну и по-глупому предложением Мэтью. Более смешное, нежели досадное, предложение это тем не менее оживило горькие воспоминания 6 Томасе Теверсале, чье обещание жениться на ней заставило ее уверовать в чудеса – пока его предательство не разрушило эту веру.

Но Ориана вовсе не собиралась делиться с этим недоверчивым уроженцем острова Мэн своими мечтами о браке по любви, ни к чему ему знать и какое место она занимает в мире театра и музыки. Сэру Дэриусу Корлетту нет дела до того, что перед ним Анна Сент-Олбанс, Сирена Сохо. И незачем придумывать для него разумные объяснения, почему вдруг она решила укрыться в убогом деревенском коттедже, снятом ею у него за смехотворно низкую плату в полфунта за неделю.

Глава 3

Недавно открытая жила свинцовой руды что ни день приводила Дэра на рудник в Глен-Олдин. Почти пять футов шириной и десять футов высотой, это же великолепно!

Поднеся фонарь к стене из поблескивающего камня, он с гордостью сказал управляющему:

– Эта жила даст нам хорошую прибыль.

Том Лейс, один из рудокопов, улыбнулся Дэру, на темном от грязи лице сверкнули белые зубы.

– В жиле большое содержание свинца, мейнштир Дэр. Мистер Мелтон приехал на остров с более крупных и гораздо более продуктивных копей Дэра в Дербишире.

– Мы извлечем здесь некоторое количество серебряной руды в дополнение к галениту и цинковой обманке, – предсказал он. – Но если работы в Фоксдейле будут приостановлены, вы получите сравнительно незначительную прибыль.

– Мы должны призвать наших здешних рабочих трудиться более напряженно и старательно в течение недель, оставшихся до начала рыболовного сезона, – сказал Дэр. – Как только пойдет сельдь, многие предпочтут море работе на руднике.

Он готов был повысить заработную плату ради большей продуктивности труда рудокопов.

– Я-то как раз предпочел бы проводить дни здесь, под землей, а ночи у себя дома, – заявил Лейс. – Я не из тех, кому охота провожать все закаты на море, забрасывая сети и ведя сражения с морскими бурями. Да и моя жена против того, чтобы я выходил в море. Ее отец был рыбаком, родом из Дугласа, он утонул во время путины в восемьдесят седьмом году. – Он повернулся к мистеру Мелтону и пояснил: – Сильный шторм разразился в заливе, десятки судов потонули или разбились о скалы.

Звуки ударов металла о камень вдруг прекратились.

– Здесь тоже небезопасно, – послышался голос Джона Сейла сверху, с деревянного помоста, на котором он работал вместе с молодым Недом Кроуи. – Нас всех может разорвать в клочья взрыв пороха. Ежели испортится насос и в забой хлынет вода, мы тоже можем погибнуть. А бывает, что и здоровый обломок породы рухнет кому-нибудь на голову.

Веселый смех Неда оживил угрюмый сумрак забоя.

– Если ты такой робкий, Джон, тебе и в самом деле не стоит быть шахтером.

Нед перевесился через ограждение помоста, и крохотное пламя свечи в фонаре заиграло на его металлической каске.

– Осторожнее, Нед, – предостерег юношу Дэр. – Помни, я обещал твоей матушке, что с тобой ничего худого не случится.

Доррити Кроуи на смертном одре была утешена клятвенным заверением Дэра, что тот будет другом ее сыну-безотцовщине. Веселая и безалаберная, она нянчила Дэра в раннем детстве, но за свою жизнь много раз попадала в переделки и в таких случаях неизменно обращалась к семье Корлетт за помощью и поддержкой. Плодом одной из многих незаконных связей Доррити и был Нед, которому недавно исполнилось двадцать. От матери он унаследовал веселый нрав и приветливую улыбку, что сделало Неда всеобщим любимцем.

– Мейнштир Дэр, – крикнул он сверху, – я тут для вас такой камешек нашел, просто чудо.

Нед считал все блестящие камешки драгоценными, пусть даже это были всего лишь кристаллы обычных минералов. Как и его товарищи рудокопы, Нед получал дополнительную плату за то, что снабжал хозяина кристаллами пирита, кальцита, кварца и шпата. Дэр приветствовал любое пополнение своей коллекции, которую начал собирать еще мальчишкой.

Камень, найденный Недом, переходил из рук в руки, пока Дэр не получил его от Тома Лейса. Он поднес камень поближе к фонарю. Похоже, это был доломит, однако Дэр не мог этого утверждать, пока не рассмотрит находку при дневном свете.

Они с Мелтоном начали свой медленный и тщательный обход с нижнего уровня, постепенно поднимаясь по лестницам все выше. У самого выхода свежий воздух ударил Дэру в лицо. Ему нравилось выходить из шахты, так же как и спускаться в нее. Высокая труба теперь уже не изрыгала черного дыма, так как переплавку руды Дэр перевел в Рамси, поближе к порту. Оттуда его судно «Доррити», груженное слитками свинца, совершало регулярные рейсы по морю в Ливерпуль.

По дороге в контору англичанин сообщил Дэру:

– Вчера познакомился с дамой, снявшей ваш коттедж.

– Она приходила сюда? – В голосе Дэра прозвучали недоумение и, пожалуй, неудовольствие.

– Я встретил ее, когда она совершала прогулку по долине, я как раз шел из плавильни. Она сказала, что сняла Гленкрофт на короткий срок.

– Очень короткий.

Еще три недели он вынужден терпеть присутствие миссис Джулиан в коттедже, моля небеса, чтобы она не попросила продлить аренду. Дэр ни разу не останавливался возле коттеджа, даже не проезжал мимо, опасаясь столкнуться с ней. На рудник он следовал обходной дорогой. Переезжал через речку по новому мосту и сворачивал на гравийную дорогу, которая вела от его конюшни к холмам, где проводились изыскательские работы на руднике.

– Очаровательная женщина, – заметил Мелтон. «Даже слишком, – подумал Дэр. – Миссис Мелтон явно не одобрила бы этого восхищенного тона».

Они остановились возле кузницы, где кузнец с закопченным лицом ковал кайла и лопаты и чинил поломанные инструменты. Возле мастерской плотника громоздилась груда свежих бревен, которые предстояло распилить на брусья и доски для креплений, помостов и новых флотационных установок. Дэр осмотрел работающее деревянное водяное колесо, основное устройство его маленького, но успешного предприятия, и ощутил удовлетворение.

Громкие, возбужденные крики прервали комментарии Мелтона по поводу нынешних цен на свинцовую руду. Мимо пробежали рабочие с флотационной установки, и Дэр успел заметить, что лица у них испуганные и встревоженные.

Несчастный случай на одном из уровней?

Дэр и управляющий поспешили вернуться к шахте.

– Что случилось? – спросил Дэр у сгрудившихся вокруг лестницы людей.

– Том Лейси просит помощи. Кто-то упал с платформы.

– Кто?

Наверху этого пока не знали.

Том Лейси работал возле помоста с Недом Кроуи.

Холодный, мучительный страх охватил Дэра. Он испытал бы такое же чувство, с кем бы ни случилась беда, однако после смерти Доррити у Неда не осталось никого, кто мог бы позаботиться о нем. Или похоронить.

Ожидание казалось непереносимым. Заметив состояние хозяина, рабочие принялись успокаивать его, уверяя, что все обойдется. Дэр делал вид, что верит, но страх возрастал с каждой секундой, которые отсчитывали его золотые часы.

По лестнице быстро поднимался кто-то из шахтеров.

– Они готовят его к подъему.

– Кого?

– Недди Кроуи.

Шахтер снял каску. Это оказался Джон Сейл. Сощурив глаза от дневного света, он отыскал взглядом Дэра.

– Мейнштир, парень упал, – озабоченно произнес он и добавил еще одну фразу по-гэльски, которую не мог понять Мелтон.

– Что он говорит? – Мелтон нетерпеливо взглянул на Дэра.

– Он говорит, что, по его мнению, Недди погиб, – машинально перевел оцепеневший Дэр, а шахтер снова начал спускаться по лестнице во тьму.

Всего какой-то час назад Нед весело смеялся над рассуждениями Джона Сейла по поводу опасностей шахтерской профессии.

«Только бы он выжил, – молил небеса Дэр. – Только бы выжил, и я не допущу, чтобы он еще хоть раз спустился в шахту».

– Если они не могут поднять Неда по лестнице, – сказал кузнец, – то можно поместить его в большую бадью, и мы поднимем его по стволу, как поднимаем камни.

– В этом нет нужды, – вмешался в разговор плотник, протиснувшись сквозь толпу. – Том Лейс уже поднимает его на собственной спине. Не бойтесь, мейнштир, я эту лестницу построил на совесть, крепче не бывает.

Дэр увидел голову Тома, волосы парнишки были мокрыми и спутанными. Шахтер поднимался медленно, ступенька за ступенькой, одной мускулистой рукой обхватив тонкое тело юноши. За ними шел еще один человек, поддерживая бессильно свисающие ноги пострадавшего.

Полдюжины рук протянулось к Пейсу, чтобы помочь ему подняться из шахты на поверхность вместе со своей ношей. Когда Неда уложили на травянистый склон, голова юноши безвольно откинулась назад. Кроваво-красные ссадины казались особенно яркими на мертвенно-бледном лице; нос заострился, без следа исчезла такая привычная на этом лице улыбка.

Дэр просунул руку под намокшую рубашку Неда. Неглубокое дыхание, слабое сердцебиение... но и это надежда.

– Да, он пока еще с нами, – произнес Том Лейс. – У него соскользнула нога, он упал. Рука сломана. Может, и ноги тоже.

– Он уже никогда на свои ноги не встанет, – мрачно проговорил Джон Сейл. – Душа его на пути к встрече с его несчастной матерью.

– Заткнись ты, Сейл! – рявкнул Мелтон. – Иначе тебя оштрафуют на сегодняшний заработок. Подвези сюда двуколку хозяина, да поворачивайся поживей!

– Дорога плохая, – сказал Дэр, когда самые сильные мужчины стали устраивать так и не пришедшего в сознание юношу в двуколке. – Если его везти в Рамси, ему только хуже станет. Гленкрофт совсем близко, и там миссис Стоуэлл.

– Я, пожалуй, съезжу за доктором Керфи? – полувопросительно произнес Мелтон.

– Я съезжу сам. А вы оставайтесь здесь и поддерживайте порядок. Дело есть дело. Не знаю, пополним ли мы сегодня добычу свинца, но пусть люди вернутся к работе. И велите плотнику привести в порядок помост.

– Мейнштир. – Том Лейси выступил вперед. – Я останусь с Недди. Он мой напарник.

– Ты нужен здесь, Том, чтобы показать, как именно все произошло. – Дэр посмотрел на огорченное лицо Тома и добавил: – Помоги мне, друг. Нед поблагодарит тебя, как только будет в силах. Мистер Мелтон попозже отпустит тебя, и тогда отправляйся в Гленкрофт. Но сначала пойди переоденься в сухое, не то, не дай Бог, простудишься.

Дэр забрался в двуколку и взялся за поводья; очень осторожно он правил одной рукой и ехал медленно. Другой рукой Дэр поддерживал неподвижное тело Неда, стараясь оберегать сломанную руку юноши. И хотя тот не мог его слышать, Дэр не умолкая разговаривал с ним.

– Если бы твоя матушка больше прислушивалась к своей голове, чем к своим чувствам, жизнь ее сложилась бы куда легче. Однажды она сбежала с главным лакеем герцога Девонширского – красивая ливрея покорила ее сердце. Потом, вернувшись, она мне говорила: «Когда он разделся, то выглядел намного хуже». Мать гордилась тобой, Недди, я это знаю. Не стыдилась ни твоего появления на свет, ни того, что у нее нет на пальце обручального кольца.

Обещание, данное Доррити, в эти минуты лежало у Дэра на сердце тяжким грузом.

Гленкрофт, столько дней игнорируемый и объезжаемый стороной, был сейчас желанной пристанью. Дэр подъехал прямо к двери; двуколка сминала колесами полевые цветы, столь нежно любимые временной обитательницей коттеджа. Со скотного двора с важным видом вперевалку вышел гусь, непрерывно гогоча.

– Миссис Стоуэлл! Донни! – громко позвал Дэр, стараясь перекричать гуся.

Первым, кто откликнулся на его зов, была особа, которую он вовсе не желал видеть, – Ориана Джулиан.

Она появилась из густых зарослей вьющихся растений возле южной стены коттеджа; в руке у нее бьши садовые ножницы.

– Сэр Дэриус! – Тут она заметила бесчувственное тело в двуколке, и ее удивление сменилось испугом. – Что случилось?

– Один из моих рудокопов получил увечье. Где миссис Стоуэлл?

– На кухне. Ох, бедняжка.

Она пробормотала что-то насчет свободной спальни и чистых простыней и поспешила в дом.

Дэр испытал огромное облегчение, когда появилась миссис Стоуэлл. Не важно, что у миссис Стоуэлл все лицо в морщинах, крючковатый нос, а на носу очки – лишь бы не иметь дела с истеричной дамой, готовой вот-вот хлопнуться в обморок. Он сейчас слишком расстроен, чтобы вести себя любезно.

Старая экономка положила морщинистую руку на лоб Неду, произнесла молитву по-гэльски, потом сказала:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19