Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Написанное с 1975 по 1989

ModernLib.Net / Поэзия / Пригов Дмитрий / Написанное с 1975 по 1989 - Чтение (стр. 4)
Автор: Пригов Дмитрий
Жанр: Поэзия

 

 


      На горячую сталь молодую
      И опадает сталь

* * *

      Вот из пытают на дворе
      Горячим способом и тихим
      Кругом толпа, шуты, шутихи
      А дело где-то в октябре
      Вот изморозь с утра ложится
      К полудню где-нибудь растает
      И лист осенний облетает
      И еле слышимо кружится
      И небосвод стеклянный замер
      Я говорю: перенести
      В зимний замок

* * *

      Сорочку белую надену
      Друзей спокойных приглашу
      И всех на месте порешу
      Они поймут — такое дело
      Такого дела-то заради
      Они меня бы тоже, бляди
      Порешили
      Если бы им первым в голову пришло

* * *

      Я шла Москвой, Москвой красивой
      И повстречала мертвецов
      Они похожи были на отцов
      И я их воскресила
 
      И они бросились бежать
      И все их бросились ловить:
      Отцы! Отцы, едрена мать!
      Вы нам отцы или едрить
      Знает что! –
      Вот-вот — отвечали они

* * *

      Первая конная, пан и барон
      Шли друг на друга от разных сторон
      Шли они шли и в итоге пришли
      В общем-то в землю в итоге ушли
      И тополя шелестят с подоконника:
      Нет на земле твоего первоконника
      И пана нет, и барона нет, и царя нет, и героя нет, и первого в стране дезер-
      тира нет, и ассенизатора революции нет, а чего нет — того уж нет, извините

* * *

      Я б хотел послужить перегноем
      Для грядущих осмысленных дней
      Чтобы юноша некий достойный
      Воспитавшись на почве моей
 
      Чтобы юноша некий прекрасный
      Не продавшись чужому рублю
      Все осмыслил безумно и ясно
      И сказал тем не мене: Люблю!

К СОБЫТИЯМ В АЭРОПОРТУ им. Дж. КЕННЕДИ

      На этого бы Годунова
      Да тот бы старый Годунов!
      Не в смысле, чтобы Сталин снова
      А в смысле, чтобы ясность вновь
 
      А то разъездились балеты –
      Мол, какие славные мы здесь!
      Давно пора бы кончить это
      Какие есть — такие есть

* * *

      Вот мир советский и антисоветский.
      Что их объединит и что спасет?
      Как говорится: красота спасет
      Как говорил он: красота спасет –
      Известный в свое время Достоевский
      Но он ответственности не несет
      Поскольку в его время — что узнаешь!
      Тогда весь мир-то был антисоветский.

* * *

      Вода, вода, ты точишь камни
      И гонишь в море корабли
      Порхаешь в небе с облаками
      И родственницей входишь в глубь земли
 
      Но, Дева! разве ж это дело!
      Темна твоя прозрачная речь
      Возьми мое хотя бы тело
      В СССР вочеловечьсь!

* * *

      Ну, не будет коммунизма –
      Будет что-нибудь другое
      Дело в общем-то не в сроках –
      В историческом мышленьи
      Очень трудно жить на свете
      Ничего не предвещая
      Эдак можно докатиться
      До прекрасного мгновенья
      Но в том-то и дело, что мгновенье
      Кому — прекрасно, а кому — и нет

* * *

      Демократия слаба –
      Она любит человека
      А человек ее не любит
      Во всяком случае у нас –
      Это было в прошлый раз
      Что у нас ее любили
      Так любили, так любили
      За нее себя сгубили!
      А мы обманули вас –
      Это не мы были

* * *

      Закон ученый открывает
      Другой приходит — отменяет
      А тот хватает пистолет
      И гада в сердце убивает
      Поскольку вот — закона нет
      Кроме страсти человечьей
      И милосердия

БАНАЛЬНОЕ РАССУЖДЕНИЕ НА ТЕМУ: ПОЭЗИЯ И ЗАКОН

      Я не выдумал бы Конституцьи
      Но зато я придумал стихи
      Ясно что Конституцья значительней
      Правда, вот и стихи неплохи
 
      Но и правда, что все Конституцьи
      Сызмальству подчиняться должны
      А стихи — кто же им подчиняется
      Я и сам Конституцьи скорей
      Подчинюсь

21-Й БОЖЕСКИЙ РАЗГОВОР

      Когда вы меня здесь зарестуете
      Это очень здесь даже легко
      Но не все беспредельно легко –
      За меня перед Богом ответите
 
      Спросит Он, пред тем как наказать:
      А за что ж вы его так безнравственно?
      — А что вред от него государственный
      — Государство что ли поменять? –
      Подумает Бог
      Но не станет

* * *

      Вот лучатся недра-воды
      Свет струится неземной
      Средь ослабленной природы
      Всяк кусочек — золотой
      Всяк кусочек наг и чист
      А вот этот — коммунист
      Ну и что, что коммунист
      Тоже, тоже золотой
      Глядючи-то

* * *

      Как представляется правительству страна
      Она ему удобной представляется
      И обозримой тоже представляется
      И собственной, конечно, представляется
      Как представляется правительство стране
      Оно ему далеким представляется
      Далеким и отдельным представляется
      И неотвязным тоже представляется
      А иногда совсем не представляется

* * *

      Когда я говорю: рабочий
      То представляю я рабочего
      И среди разного и прочего
      Его не спутаю я с прочим
 
      Его не спутаю с крестьянином
      Когда же нужен мне крестьянин
      То просто говорю: крестьянин
      И представляю я крестьянина

* * *

      Вот американский президент
      Жаждет он душой второго срока
      А простой советский диссидент
      Он и первого не жаждет срока
 
      Что же к сроку так влечет его
      Как ни странно — что и президента
      Всякий в мире на своем посту
      И не в наших силах преодолеть это

* * *

      Вот скажем лицом я в Китае
      А затылком — в СССР
      Там солнце встает, там светает
      А здесь волосы густо растут
 
      Вот лицом перебегаю на Запад
      И ложится на него чужая тень
      Поражает его чуждый запах
      А здесь — снова волосы густо растут

* * *

      Трудно быть руководителем
      Да такой страны большой
      Все равно что быть родителем
      Непослушливых детей
      Все им кажется, вредителям
      Что они тебя умней
      Что на стороне родители
      И приятней и добрей
      Это и неудивительно
      Но со временем поймут
      Понемножку, что родителя
      Не выбирают — с ним живут

* * *

      Жил да был убийца-врач
      Убивал он руководство
      А потом вот оказалось
      Что он вовсе не убийца
      А убийцы — руководство
      Значит врач не убивал
      А их правильно лечил
      Но леча то руководство
      Он всех прочих этим самым
      Убивал чрез руководство
      Выжившее, и выходит
      Что тот самый врач-убийца
      Он и есть

* * *

      Начальников я не ругаю
      Я просто сзади подхожу
      За плечи тихо обнимаю
      И ласково в глаза гляжу
      И словно снегом посыпаю так посыпаю, посыпаю, посыпаю и посыпаю, и так тихо-
      тихо и тихо, и тихо, и посыпаю и посыпаю, посыпаю, посыпаю
      И они тихо засыпают
      На руках моих

* * *

      Будь ты трижды во лбу гениальный
      Будь ты хоть Секретарь Генеральный
 
      Все ты видишь сквозь местную воду
      Да что сделаешь с этим народом
 
      Ведь не будешь же каждую блядь
      Волочить исправляться, опять-
      Таки

* * *

      Кто очень хочет — тот увидит
      Народ российский — что он есть!
      Все дело в том — уж кто увидит
      Его каким — такой и есть
      Вот скажем Ленин — тот увидел
      Коммунистическим его
      И Солженицын — тот увидел
      Богоспасительным его
      Ну что же — так оно и есть
      Все дело только в том — чья власть

* * *

      Народ с одной понятен стороны
      С другой же стороны он непонятен
      И все зависит от того, с какой зайдешь ты стороны
      С той, что понятен он, иль с той — что непонятен
 
      А ты ему с любой понятен стороны
      Или с любой ему ты непонятен
      Ты окружен — и у тебя нет стороны
      Чтоб ты понятен был, с другой же непонятен

* * *

      Народ он делится на не народ
      И на народ в буквальном смысле
      Кто не народ — не то чтобы урод
      Но он ублюдок в высшем смысле
 
      А кто народ — не то чтобы народ
      Но он народа выраженье
      Что не укажешь точно — вот народ
      Но скажешь точно — есть народ. И точка

1-Й БОЖЕСКИЙ РАЗГОВОР

      Вот молодежь на комсомольском съезде
      Ликует и безумная поет
      А дальше что? — а дальше съезд пройдет
      А там уже и старость на подъезде
 
      А дальше — смерть! и в окруженьи сил
      Бог спросит справедливо и сурово:
      Где ж был ты, друг? — А я на съезде был
      — А-а.
 
      На девятнадцатом на съезде комсомола?
      Ну-ну

БАНАЛЬНОЕ РАССУЖДЕНИЕ НА ТЕМУ: БЕРЕГИ ЧЕСТЬ СМОЛОДУ

      Коль смолоду честь не беречь
      Что к старости-то станется
      Увы — бесчестие одно
      И ничего-то больше
 
      Но если смолоду беречь
      И так беречь до старости –
      Одна сплошная будет честь
      И ничего-то больше

* * *

      Вот они приходят молодые
      Близкой мне погибелью грозят
      У них зубы белые прямые
      И на каждом зубе блещет яд
      И глаза их страшные горят
      Небеса над ними голубые
      И под ними пропасти висят
      Я же в нишке маленькой сижу
      И на них испуганно гляжу
      Господи, где мне искать спасенья?
      Может, Ты мне скажешь? — Не скажу
      Он отвечает

* * *

      Уже им дети по плечо
      А все проблемы им по пояс
      Да и пониже даже, то есть
      Все по хую и нипочем
      Вот это партия в глаза
      Открыто, как росу в глаза
      Им и говорит

* * *

      А что дитя? — он тоже человек
      Он подлежит и пуле и закону
      А что такого? — он ведь человек
      А значит родственник и пуле и закону
 
      Они имеют право на него
      Тем более когда он пионером
      Бежит вперед и служит всем примером
      Чего примером? — этого… того

* * *

      Подойди ко мне, мой Павлик
      Как уж я тебя любила
      Нет, не я тебя убила
      С неба странный ангел Авлик
      К нам сошел весь в пене розовой
      Спрашивает: где Морозовы
      Ну, ему и указали
      Он приходит, а мы в зале
      Ждем его, он тебя взял
      Своей пеной обвязал
      В ухо слово вдул Оил
      Чем-то белым напоил
      Ты и вепрем обернулся
      Да и тятеньку убил
      А когда назад вернулся
      Тебя дедушка убил
      А как же?
      Так надо!
 
      И все исчезло в пене розовой
      Зойя! — так вот мы Морозовы
      И всей стране известны стали

* * *

      Дерево осинное
      Дерево ли ивовое
      Всякое красивое
      Кто из них красивевее
 
      А красивевей береза
      С нею меж деревьями
      Связано поверие
      Про Павлика Морозова
 
      Деточку невинную
      Сгубленну злодеями
      Вот они что сделали
      Да вот не под ивою
 
      Да не по осиною
      А вот под березою
      Загубили псиные
      Павлика Морозова
      Деточку

* * *

      Девочка идет смеясь
      Крови в ней всего три литра
      Да, всего четыре литра
      Литров пять там или шесть
      И от малого укола
      Может вытечь вся она
      Девочка! Моя родная!
      Ради мамы, ради школы,
      Ради Родины и долга
      Перед Родиною — долго
      Жить обязана! Родная
      Береги-храни себя!

* * *

      И чтой-то молодежь все женится
      Что это мода за така
      Глядит с улыбкой знатока
      И женится себе, все женится
 
      А то бывало в наши лета
      Мы разве ж знали про любовь
      Мы знали — Родина и кровь
      И кое-что еще — но это
      Разве ж объяснишь

* * *

      Вот жаркая, словно Освенцима печь
      Любовью меня хочет женщина сжечь
 
      Я голый стою перед нею и плачу
      Рукою являя стыдливость девичью
 
      Она же покручивая черный ус:
      Не бойся — смеясь говорит мне — мит унс
      Бог

* * *

      Женщина белая, стройная, чистая
      Что тебе делать со мною мучнистым
 
      В общем-то ясно, что делать со мной
      Да на что тебе червь этот подлый мучной
 
      Разным к тому же бессмысленным мучимый
      Да и к любви навсегда не обученный
      Как знамя, полотнище какое

* * *

      Скачут девы молодые
      Они и того моложе
      В море прыгают худые
      Предвкушая сладость ложа
 
      Предвкушая полнотелость
      Внутренних частей коварство
      Смерти дальность, жизни целость
      Непомерность государства

* * *

      Поскольку ты сам выбирал где родиться
      То с кротостью пущей неси
      Вот этого места событья и лица
      А нет — так тем боле неси
      Поскольку ты значит поставлен — и стой
      И смысл твой выходит что самый простой
      Но единственный

* * *

      Один еврей на свете жил
      Красивый и отважный
      И это очень важно
      Что он евреем был
      А то вот русским, скажем
      Или б китайцем был
      Но он евреем был
      И это очень важно
      Очень

* * *

      Когда бы был бы я китайцем
      То я хотел бы немцем стать
      Но русским — вряд ли, чехом — вряд ли
      Американцем — тоже вряд ли
      Китайцу лучше немцем быть
 
      Но уж поскольку есть я русский
      То немцем мне уже не стать
      И русским тоже мне не стать
      По той же самой по причине

* * *

      Когда безумные евреи
      Россию Родиной зовут
      И лучше русского умеют
      Там где их вовсе не зовут
      А где зовут — и там умеют
      А там где сами позовут –
      Она встает во всей красе
      Россия — Родина евреев

* * *

      Вот могут скажем ли литовцы
      Латыши, разные эстонцы
      Россию как родную мать
      Глубоко в сердце воспринять
      Чтобы любовь была большая
      Конечно могут — кто мешает

* * *

      Еврей тем и интересен, что не совсем русский
      А китаец тем неинтересен, что совсем не русский
 
      А русский не то чтобы неинтересен
      А просто — некая точка отсчета тех кто интересен и неинтересен

* * *

      Вот живет антисемит
      Книги русские читает
      Ну, а рядышком семит
      Книжки тежие читает
 
      Правда, вот антисемит
      Чувствует намного тоньше
      Но зато в ответ семит
      Мыслиит немного тоньше
 
      А над ними Бог живет
      Всех умнее их и тоньше
      Так что пред Его лицом
      Кто умнее тут? кто тоньше

* * *

      Латыша стрелок латышский
      Подстрелил — ай да стрелок!
      А ворошиловский стрелок
      Ворошилова не смог
      Однако

* * *

      Вот он Рейган к себе их манил
      Завлекал золотыми объятьями
      Но Бог этого не попустил
      Потому что с китайцами братья мы
 
      Породнились мы плотью и мифами
      Породнил нас родимый шамбал
      Потому что с китайцами — скифы мы
      А вы — бляди и злой интеграл

* * *

      Когда б стояла над Китаем
      Погода гнусная такая
      То за их гнусные дела
      Все было бы по справедливости
      То есть стояла б где должна
      А может быть она сама
      Уже стоит по справедливости?..
      Что-то не верится

* * *

      Поляк поляку глаз не выклюет
      Да и чех чеху глаз не выклюет
      Ну если там немножко выклюет
      А русский — он совсем другой
      Он за высокую идею
      Какому хочешь прохиндею
      Глаз выклюет, да и другой
      Глаз
      Тоже
      Выклюет

* * *

      Вот говорят, что наши люди
      Хотели Папу подстрелить
      Так этого не может быть
      Они для нас мертвы заране
      Священнослужители стало быть
      Хотя вот их и подстрелить –
      Не преступленье, стало быть
      В этом, узком, смысле

* * *

      Вот и забыли председателя
      По имени Мао Дзе-дун
      А был уж как властитель дум
      И в качестве даров подателя
 
      А щас с протянутой рукой
      Летит к нам сам: О, помяните!
      Ведь был я многих знаменитей!
      А мы в ответ его — ногой!

* * *

      Они живут не думая
      Реакционны что
      Ну что ж, понять их можно
      А вот простить — никак
 
      Верней — простить их можно
      А вот понять — никак:
      Ведь реакционеры
      А с легкостью живут

* * *

      Чтобы режим военный утвердить
      То надо б отключить канализацыо
      И ни одна не устоит
      Цивилизованная нацья
 
      Когда фекальи потекут вовне
      Ведь дух борьбы — он гордый по природе
      Он задохнется в этаком говне
      И полностью умрет в народе

* * *

      Есть страна такая — Чад
      Там повсюду смрад и чад
 
      Негры — бедные пигмейцы
      Мрут за власть как европейцы
 
      Потому что там свобода
      Объявилася сама
      И крови требует с народа
      Коль не вправе требовать ума

* * *

      Вдали Афганистан многострадальный
      Вблизи — многострадальный мой народ
      От одного многострадального к другому
      Летит в виде подарка самолет
 
      А в самолете — воинские части
      А в воинских частях сидит народ
      Народ — ведь он всегда ленив отчасти
      Не повезут — так сам не побежит

* * *

      Ты думаешь честно и просто
      Как ярче б на свете прожить
      За какой бы страдающий остров
      Беспокойную жизнь положить
      За свободу
 
      И ты ее честно слагаешь
      За остров какой иль страну
      И просто себя полагаешь:
      Вот счастье принес и весну
      Людям
 
      А после приходят другие
      Другого чего-то хотят
      На твою же прекрасную гибель
      Неприязненно даже глядят
      Что это?

* * *

      Вот из России к ним с любовью
      Летим не убоясь труда
      Они ж наполненные кровью
      Стоят как тучные стада
      Не в силах вынести, когда
      Такая жаркая любовь
      Лишь тронешь — сразу брызжет кровь
      Во все стороны

* * *

      Страна большая. От Москвы отъедешь
      Так сразу по стране и едешь
 
      Бодрствованием едешь и ночлегом
      И вся она покрыта снегом
 
      О вся она — цветущий сад
      Повсюду лозунги висят
 
      И жизнь как могут украшают
      До умозрительности возвышают

* * *

      Весна, крестьянин торжествует
      А что ему торжествовать?
      На то законы существуют
      Чтоб каждому существовать
 
      Чтоб каждому быть на подходе –
      Сегодня здесь, а завтра там
      Коли весна пришла — так ходит
      За крестьянином по пятам

* * *

      Вот так в столовую приходишь
      И ничего там не находишь
 
      А ну, подайте, вашу мать
      Какую ни на есть кухарку! –
      А они ушли все управлять
      Государством
      Как Жанны Д'Арки
      И правильно — хоть какая от них польза обществу будет

* * *

      Я бросил пить, курить пытаюсь бросить
      Кофий не пью, да и не ем почти
      Я воспитаю из себя для пользы
      Советский и неприхотливый тип
 
      Который будет жить здесь чем — незнамо
      Всех злонамеренных сводя с ума
      Которому Спартак что, что Динамо
      Которому что воля, что тюрьма

* * *

      Надо честно работать, не красть
      И коррупцией не заниматься
      Этим вправе вполне возмутиться
      Даже самая милая власть
 
      Потому что когда мы крадем
      Даже если и сеем и пашем
      То при всех преимуществах наших
      Никуда мы таки не придем
      А хочется

* * *

      Вот новое постановленье
      Об усилении работы
      Его читает населенье
      И усиляет те работы
      Его ничто не удивляет
      Но усиляя те работы
      Попутно эти ослабляет
      И дисгармонью устраняет
      Между Работой и работой

* * *

      По волнам, волнам эфира
      Потерявшим внешний вид
      Скотоводница Глафира
      Со страною говорит
 
      Как живет она прекрасно
      На работе как горит
      Как ей все легко и ясно –
      Со страною говорит
 
      А страна вдали все слышит
      Не видна, как за рекой
      Но молчит и шумно дышит
      Как огромный зверь какой

* * *

      Неважно, что надой записанный
      Реальному надою не ровня
      Все что записано — на небесах записано
      И если сбудется не через два-три дня
      То через сколько лет там сбудется
      И в высшем смысле уж сбылось
      И в низшем смысле все забудется
      Да и уже почти забылось

* * *

      Как я понимаю — при плановой системе перевыполнение плана есть вредительство
      Скажем, шнурочная фабрика в пять раз перевыполнила шнурков количество
 
      А обувная фабрика только в два раза перевыполнила план
      Куда же сверх того перевыполненные шнурки девать нам
 
      И выходит, что это есть растрачивание народных средств
      и опорачивание благородных дел
      За это у нас полагается расстрел

* * *

      Не хочет Рейган нас кормить
      Ну что же, сам и просчитается
      Ведь это там у них считается
      Что надо кушать, чтобы жить
 
      А нам не нужен хлеб его
      Мы будем жить своей идеею
      Он вдруг спохватится: А где они?
      А мы уж в сердце у него

* * *

      Не хочет Рейган свои трубы
      Нам дать, чтобы советский газ
      Бежал как представитель нас
      На Запад через эти трубы
      Ну, что ж
 
      Пусть эта ниточка порвется
      Но в сути — он непобедим
      Как мысль, как свет, как песня к ним
      Он сам без этих труб прорвется
      Наш газ

* * *

      Течет красавица Ока
      Среди красавицы Калуги
      Народ-красавец ноги-руки
      Под солнцем греет здесь с утра
 
      Днем на работу он уходит
      К красавцу черному станку
      А к вечеру опять приходит
      Жить на красавицу Оку
 
      И это есть быть может, кстати
      Та красота, что через год
      Иль через два, но в результате
      Всю землю красотой спасет

* * *

      Вот пионер поймал врага
      А тот убил ребенка бедного
      И бросил неживого под ноги
      И все-таки, и все-таки, и все-таки
      И все-таки, и все-таки
      И все-таки
      И все-
      Таки –
      Как жизнь у нас недорога!

ИЗ ЖИЗНИ

      Старушка в кассу денежки кладет
      Откуда денежки-то у старушки
      Уж не работает и видно пьет
      Да разные там внучеки и внучки
      Откуда денежки-то — ох-ох-ох!
      Неужето ли старая ворует
      Да нет, конечно — просто накопила их
      За долгую за жизнь за трудовую

* * *

      Что-то исчезли продукты
      Только без них по зиме
      Кровь уж совсем леденеет
      Клонится тело к земле
 
      Я понимаю, что сложно
      Сеять продукты, растить
      Да многого нам и не нужно:
      Может климат видоизменить

* * *

      У нас в Беляево родимом
      Сибирских нет могучих рек
      Но прудик есть — там человек
      Вчера утоп невозвратимо
      Так что чужого и с огнем
      Не надо — а свое возьмем
      По праву

* * *

      Приехал в Братск я и итожу –
      Страна большая, а везде одно и то же
      Особно лозунги, у них особый вид
      И с ними небо на виду у всех о высшем говорит
      Они живут не связанные естества обжитком
      Не в твердом и не в мягком и не в жидком
      А в пятом собственном их состоянье вещества
      На безупречной грани существования

* * *

      Вот идет простой рабочий
      Только как-то скособочен
      А сзади вздыблен то ли хвост
      То ли крылья — ох, непрост
      Непрост
      Совсем непрост
      Наш рабочий
      Прочим рабочим впрочем — прочный друг

* * *

      На счетчике своем я цифру обнаружил –
      Откуда непонятная взялась?
      Какая мне ее прислала власть?
      Откуда выплыла наружу?
      Каких полей? какая птица?
      Вот я живу, немногого хочу
      Исправно вроде по счетам плачу
      А тут такое выплывает — что и не расплатиться

* * *

      Не завидуй другу, если друг богаче
      Если друг красивей, если друг умней
      А завидуй другу, коль в кровавой сече
      За отчизну друг твой смертью храбрых пал
      Мы живем на свете, чтобы воплотиться
      В пароходы, строчки — долгие дела
      Коли нету в что нам вовсе воплотиться –
      Родина придумает что-нибудь взамен

* * *

      Отчего же мне так плохо
      Вот и голова болит
      Вроде вид у меня как вид
      Да и эпоха как эпоха
 
      Да и все кругом как все
      Это голова виновата с мозгами вместе
      Выросла — да не на том месте
      Здесь могила, как говорится, должна расти

* * *

      Вот болит голова, а к чему и зачем? –
      Значит нужно ей так и приятней
      Коли сталось, что снизу я к ней прикреплен
      Должен кротко сносить и опрятно
      Не впадая в безумные страсти
      То же самое с Богом и властью
      В общем, со всем, что наверху
      Но соответственно природе каждого

* * *

      Я жил во времена национальных
      Героев и им не было числа
      Одни несли печать Добра и Зла
      Другие тонус эмоциональный
      Поддерживали в нас по мере сил
      Народ любил их, а иных бранил
      И через то герой героем был
      А я завидовал им эмоционально
      Поскольку я люблю национальных
      Героев

ИЗ КЛАССИЧЕСКОГО ПРИГОВА

      Теперь поговорим о Риме
      Как древнеримский Цицерон
      Врагу народа Катилине
      Народ, преданье и закон
      Противпоставил как пример
      Той государственности зримой
      А в наши дни Милицанер
      Встает равнодостойным Римом
      И даже больше — той незримой
      Он зримый высится пример
      Государственности

* * *

      Там, где с птенцом Катулл, со снегирем Державин
      И Мандельштам с доверенным щеглом
      А я с кем? — я с Милицанером милым
      Пришли, осматриваемся кругом
 
      Я тенью легкой, он же — тенью тени
      А что такого? — всяк на свой манер
      Там все — одно, ну — два, там просто все мы — птицы
      И я, и он, и Милиционер

* * *

      Вот придет водопроводчик
      И испортит унитаз
      Газовщик испортит газ
      Электричество — электрик
 
      Запалит пожар пожарник
      Подлость сделает курьер
      Но придет Милицанер
      Скажет им: Не баловаться!

* * *

      Так встретились моряк с Милицанером
      И говорит ему Милицанер:
      Ты юношества должен стать примером
      Как зрелости я форменный пример
 
      Ты с точки зренья высшего предела
      Осмыслить должен ветреные страсти
      Подняться над минутностью пристрастий
      Я должен — отвечал моряк и сделал

* * *

      Вот пожар развел пожарник
      А моряк бежит в простор
      Только Милиционер –
      Наш защитник и ударник
 
      Моряку он говорит:
      Послужи-ка, брат, народу
      А пожарнику он воду
      Льет на красные глаза
 
      Пожарный зданье поджигал
      И весь как зверь дрожал он
      Милицанер его держал
      Его увещевал он
 
      Я понимаю, твоя страсть
      Нездешнего отсвета
      Но здесь ведь люди: им ведь жить
      Им не понять ведь этого
 
      И там стоял один еврей
      Или их было много
      И он уж точно был злодей
      Или их было много

* * *

      Пожарный вороном летал
      Змеей из земли выходил он
      Моряк как чайка сизокрылый
      Звучал как тронутый металл
 
      Еврей как пепел распыленный
      Лежал на всем не для красот
      Милицанер как ствол зеленый
      Всходил отсюда до высот

* * *

      Нету радостней примера

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8