Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Легенды о Тигре и Дел (№1) - Танцор меча

ModernLib.Net / Фэнтези / Роберсон Дженнифер / Танцор меча - Чтение (стр. 9)
Автор: Роберсон Дженнифер
Жанр: Фэнтези
Серия: Легенды о Тигре и Дел

 

 


Дел смотрела на меня сверху вниз; я так и не потрудился встать.

– Попробуй проткнуть меня, – предложила она.

– Аиды, женщина, у тебя песок в голове, – с отвращением пробормотал я.

Она долго изучала мою ленивую позу, а потом выражение ее лица изменилось. Дел заулыбалась. Я успел хорошо ее узнать и тут же насторожился.

– Я хочу заключить с тобой сделку, Тигр.

Я ухмыльнулся.

– Потанцуй со мной, – сказала она, – потанцуй… И когда мы найдем моего брата, я заплачу тебе не золотом. Ты получишь кое-то получше.

Должен признать, мне с трудом удалось сохранить равнодушное лицо.

– А если мы никогда не найдем твоего брата? Что это за сделка?

– Мы найдем его, – тут же холодно отрезала она. – Потанцуй, Тигр. Мне это нужно. И если мы доберемся до Джулы и не найдем никаких следов Джамайла… я выполню условия сделки, – она пожала плечами. – Золота у меня больше нет. Нет даже меди.

Я смотрел на нее и заставлял себя не ощупывать глазами ее тело. Мы были не на рынке, и кроме того, я уже видел все, что она могла предложить.

– Договорились, баска.

Солнце сверкнуло на лезвии ее меча.

– Потанцуй со мной, Тигр.

Я посмотрел на ее оружие.

– Против этого? Нет. Найди другой меч.

Она помрачнела.

– Это мой меч.

Я медленно покачал головой.

– Хватит секретов, баска, мне это надоело. Что это за меч и кто охотится за тобой?

Дел побелела так, что я испугался, как бы она не потеряла сознание, но она справилась с собой. К ней вернулось самообладание и она только крепче сжала зубы.

– Это мое личное дело.

– Ты об этом первый раз слышишь, – констатировал я. – О твоих личных делах тебе всегда сообщают посторонние?

– Я этого ждала, – неохотно объяснила она. – Меня это не удивляет. Это… кровный долг. Я в долгу перед многими истойя. Если этот человек один из них, я отвечу за содеянное, – она гордо выпрямилась. – Но это не имеет никакого отношения к моей просьбе.

– Ты пригласила меня в круг, – напомнил я, – и хочешь, чтобы я танцевал против заколдованного меча?

– Он… не заколдованный, – она старательно подбирала слова. – Это не то, что ты думаешь. Я не отрицаю, что в нем есть сила… но сначала ее нужно призвать. Почти так же, как ты вызвал своего тигра, – Дел взглянула мне в глаза. – В танце против Песчаного Тигра мой меч будет обыкновенным.

Я посмотрел на свою ладонь и сжал пальцы, чтобы спрятать рубец. Но от воспоминаний о боли и таинственной силе было не так легко отмахнуться.

Перевязь лежала справа от меня. Я вытащил Разящего и поднялся.

– Круг маленький, – предупредил я. – Танец короткий и медленный. Я не хочу, чтобы твоя смерть была на моей совести.

Дел улыбнулась дикой улыбкой, показав зубы.

– Кайдин Песчаный Тигр, ты оказываешь честь своей истойя.

– Ничего подобного, – разуверил я Дел. – Я ее просто развлекаю.


Постепенно к ней возвращалась привычная гибкость. Она снова двигалась быстро как кошка (обычная кошка, не песчаная). Я сдерживал удары и скорее дразнил ее, опасаясь переутомить. Она это понимала, но изменить ничего не могла. Пару раз она попыталась прижать меня, ускоряя танец так, что удары меча сливались в сверкающую завесу, но я отбил атаки давно известными мне приемами, не пришлось даже напрягаться. Требовалось время, чтобы к ней вернулись силы и старый темп.

В наших стилях не было ничего общего, но этого и следовало ожидать от мужчины и женщины. Выпады Дел были быстрее и короче, для танца ей хватало небольшого пространства. Такие удары требовали большой силы и подвижности рук, особенно запястий. Оказалось, что Дел действительно знала законы танца, но тренировал ли ее шодо, или на ее языке кайдин? Я сомневался. Во-первых, она не включала никаких ритуалов в основной танец. Она просто двигалась, двигалась хорошо, но я не видел формальных частей танца. Не было подписи. Ничего, что свидетельствовало бы о ритуальном посвящении. Никаких отличительных признаков настоящего мастера. Не было всего того, что помогало отличить учеников двух разных учителей.

Но когда я смотрел на ее светлые волосы, темневшие от пота, гибкие руки и ноги, мягко сгибавшиеся в круге, я не мог отрицать, что кто-то ее учил. Кто-то очень высокого ранга.

Но недостаточно высокого, чтобы танцевать против Песчаного Тигра.

Я не хвастаю.

Несколько недель промелькнули в тренировках, и к Дел вернулись силы. Масло алла Сулы предохраняло кожу, природное здоровье и крепкий организм сделали остальное. Через пять недель после нашего спасения из песков мы с Дел сели на лошадей, которых я потребовал у шукара, и покинули лагерь Салсет.

Мы повернули на Юг. Дел сверлила меня холодным, обвиняющим взглядом.

– Женщина беспокоится за тебя.

– Сула? Она хорошая. Лучше, чем остальные.

– Наверное она очень любила тебя, когда ты жил с племенем.

Я пожал плечами.

– Сула заботилась обо мне… и многому меня научила.

Я вспомнил уроки в темноте и уединении ее хиорта и снова увидел располневшую пожилую женщину. Неужели когда-то я мог мечтать о ночи с ней? Но вспышка неверия тут же погасла. Когда я убил песчаного тигра, Сула была молода и прекрасна. В отличие от остальных, она относилась ко мне с пониманием и добротой. И она сделала меня мужчиной. Во всех отношениях.

– Мне нечего было дать ей, чтобы отблагодарить, – пожаловалась Дел.

– Сула не ждала, что мы будем раскланиваться перед ней.

Я увидел неподдельное раскаяние на лице Дел и запоздало пожалел о собственной грубости.

– Мне очень неудобно, – тихо продолжила она. – Сула заслуживала подарка. Я, как гость, обязана была отблагодарить ее за доброту и щедрость. – Она вздохнула. – У нас на Севере меня бы посчитали грубым, бессовестным человеком, не знающим что такое обычная вежливость.

– Сейчас ты на Юге. Ты не грубая, не бессовестная и достаточно вежливая, – отметил я и тут же ухмыльнулся. – А когда ты собираешься отблагодарить меня?

Дел внимательно посмотрела мне в лицо.

– Ты нравился мне больше, когда считал, что я умираю от песчаной болезни. Ты был лучше.

– А меня вообще не назовешь хорошим.

Она задумалась.

– Может и так.

Я придержал лошадь и Дел поравнялась со мной. Вообще-то я был приятно удивлен лошадьми, которых выбрал для нас шукар: оба мерина были невысокими, крепкими, рожденными и выросшими в пустыне. Мне достался рыжий, с черными гривой и хвостом. Дел ехала на темно-гнедом с белой проточиной на морде. Ярко-красные чепраки под невысокими седлами были старыми и потертыми, кто-то срезал кисточки с плетеных желтых поводьев, но эти мелочи меня не тревожили. Гораздо важнее были сами лошади.

– Что ты собираешься делать, когда доберемся до Джулы? – спросил я. – Твоего брата похитили пять лет назад. Это долгий срок, особенно здесь.

Дел поправила лазурный бурнус, подаренный ей Сулой – ткань задевала за перевязь. При прощании мне тоже достался бурнус, только кремовый, прошитый коричневыми нитками. И Дел, и я немедленно разрезали швы на плечах для мечей.

– Осмун сказал, что видел Джамайла среди рабов его брата Омара.

– А ты уверена, что Омар еще в Джуле? – удивился я. – Работорговцам приходится много ездить. И даже если он в Джуле, ты думаешь, что он все тебе расскажет?

Дел покачала головой.

– Я не знаю… и ничего не узнаю, пока не доберемся. Но кое-какие идеи у меня есть.

Мой рыжий попытался вцепиться зубами в короткую гриву гнедого Дел. Я высвободил правую ногу из стремени, вытянул ее вперед и врезал рыжему по морде. Он сразу потерял интерес к гнедому.

– Я не думаю, что у тебя что-нибудь получится, баска.

– Почему нет? – она откинулась в седле и передернула повод, останавливая гнедого, который уже собирался отомстить моему рыжему.

Я вздохнул.

– Неужели даже ты не понимаешь? Ты права, на Юге за мальчиков с Севера танзиры и богатые торговцы, которым доставляют удовольствие определенные развлечения, готовы платить большие деньги, но эти извращения не для всех. За девушек с Севера тоже дают много, – я посмотрел ей в глаза. – Как, в аиды, ты собираешься кого-то искать, если каждый торговец в Джуле будет пытаться заполучить тебя?

Дел начала понимать и задумалась. Потом она пожала плечами.

– Волосы перекрашу, кожа загорит. И буду прихрамывать.

– И притворишься немой? – ухмыльнулся я. – У тебя Северный акцент, баска.

Она недоверчиво покосилась на меня.

– А ты, как я понимаю, уже что-то придумал.

– Ну как сказать… – я пожал плечами. – Давай я буду его искать. Это безопаснее и наверное быстрее.

– Ты не знаешь Джамайла.

– Ты мне расскажешь о нем. Кроме того, вряд ли в Джуле много мальчишек, которым… сколько? Пятнадцать? Думаю, будет нетрудно его обнаружить. Конечно если он еще жив.

– Он жив, – никто не смог бы ее разубедить.

Для ее блага, я надеялся, что так оно и было.

– Пыль, – вдруг резко сказала Дек, показывая на восток. – Опять самум?

На востоке над горизонтом поднимались облака песка.

– Нет. Похоже на караван.

Судя по опущенной голове рыжего, он почти уснул. Я разбудил его, толкнув пятками в бока. Аиды, как мне не хватало моего жеребца!

– Поехали посмотрим.

– Напрашиваться на неприятности? После Ханджи…

– Это не Ханджи. Поехали, баска.

Мы поскакали на восток и через несколько минут увидели караван. Как и опасалась Дел, его атаковали, но сделали это не Ханджи. Я узнал борджуни. Хотя пустынные грабители были очень опасны, они имели привычку слишком долго тянуть с убийством своих жертв. Борджуни любили сначала поиздеваться.

Я взглянул на Дел.

– Оставайся здесь.

– А ты едешь туда.

– Нам нужно золото, если мы хотим узнать что-то в Джуле. Единственный способ получить его сейчас – помочь атакованному каравану. После такого подвига начальник каравана всегда бесконечно благодарен и довольно щедр.

– Если ты останешься жив, чтобы получить награду. – Дел взяла поводья в одну руку – левую. – Я поеду с тобой.

– У тебя песок в голове? – поинтересовался я. – Не будь дурой.

Правой рукой она вытащила меч.

– Тигр, мне действительно надоело слышать от тебя слово дура.

Она шлепнула гнедого по крупу плоской гранью покрытого рунами клинка и галопом поскакала к кричащим борджуни.

– Бог аид, ну зачем ты свел меня с этой женщиной! – я помчался за ней.

Обычно караван сопровождает охрана. Этот не был исключением, но большинство охранников были уже убиты или ранены, и лишь несколько человек еще пытались защищаться. Борджуни было немного, но они побеждали не количеством. Они налетали на охранников, управляя лошадьми коленями, наносили удар, отъезжали, разворачивались и довершали начатое. Борджуни не станет сражаться, стоя на земле, если можно рубить со спины лошади.

Я издал леденящий кровь вопль и влетел прямо в середину битвы, рассчитывая застать борджуни врасплох. Так и получилось, но к сожалению растерялись не только они. Вместо того, чтобы атаковать, пока борджуни застыли в изумлении, охранники тоже остановились и уставились на меня.

Тут с другой стороны повозки подлетела Дел и схватка возобновилась. Я увидел Дел мельком, когда она пронеслась мимо меня на гнедой лошади. Бурнус хлопал и трепетал, лезвие меча чертило серебристо-белые полосы, пока не покрылось кровью.

Я чуть не забыл о борджуни, удивившись ее готовности убивать, но схватка была насмерть и я выбросил из головы посторонние мысли.

Я ранил двоих, убил троих и сошелся с предводителем борджуни. Он носил серебряные кольца в ушах и ожерелье из фаланг человеческих пальцев вокруг шеи. Борджуни сражался изогнутым клинком Вашни. Странно было видеть Вашни вне племени. Обычно они горячо привязаны друг к другу, и очень редко воин покидает племя, чтобы идти своим путем.

Если конечно его не выгнали, что делало его опаснее вдвойне. Ему было что доказывать миру.

Белые зубы Вашни сверкнули в оскале на красно-коричневом лице, когда он помчался ко мне на невысокой пустынной лошадке. Рука с изогнутым мечом была высоко поднята, чтобы с размаху обрушить клинок на мою шею и одним ударом снести мне голову. Я пригнулся и услышал шипение стали, пролетевшей над моей головой. Когда Вашни развернулся для второй попытки, Разящий уже приготовился, и воин рухнул с лошади, ломая руки и ноги. Но уже без головы.

Я огляделся в поисках следующего противника, но больше никого не было. Вокруг лежали мертвецы и тяжело раненые. А потом я увидел Дел: для нее схватка еще не закончилась.

Дел стояла на песке, меч в ее руках был покрыт кровью. Она ждала. Прямо на нее скакал борджуни, сжимая в правой руке меч, а в левой нож. У застывшей перед ним женщины не было шансов на спасение.

Но Дел не пошевелилась ни от его завывания, ни от вида вида приближающейся лошади. Она ждала, и когда воин промчался мимо, опуская меч рубящим ударом, она пригнулась и полоснула клинком по ногам лошади, перерезая сухожилия.

Лошадь под борджуни упала, но воин был на ногах прежде чем животное коснулось брюхом земли, и нож уже летел в направлении Дел. Я увидел как сверкнула Северная сталь, услышал звон, и меч отбил клинок. Воин побежал к Дел, держа свой меч наготове.

Никогда еще не встречались сталь борджуни и Северное оружие. Дел мягко встретила удар плоской гранью, придержала его, развернулась, и клинок, скользнув вниз, глубоко вошел в живот мужчины.

Только когда тело рухнуло на землю я понял, что все это время не дышал. Я жадно втянул воздух и медленно подъехал к Дел. Она вытерла меч об одежду мертвого борджуни и убрала оружие в ножны.

– Ты уже занималась этим раньше, – заметил я.

– Этим? Нет, никогда. Раньше мне не приходилось спасать караван.

– Я имею в виду, тебе приходилось сражаться и убивать людей.

Дел заткнула растрепавшиеся пряди за уши.

– Да, – спокойно согласилась она.

Тяжело вздохнув, я кивнул.

– Кажется я недооценивал тебя во всех отношениях… волшебница.

Она покачала головой.

– Никакого волшебства. Просто я неплохо владею мечом.

Аиды, да, мечом она владела неплохо! Но я не стал продолжать этот разговор, потому что кто-то пытался докричаться до нас.

– Нам пора представиться. Поехали?

– Я тебя догоню. Мне нужно поймать лошадь.

Я подъехал к самой большой повозке и кивнул толстому евнуху в одежде из дорогих тканей, украшенной драгоценными камнями.

– Танцор меча! – закричал он тонким голосом. – Во славу всех богов валхайла, танцор меча!

Я соскочил с рыжего, вытер окровавленный клинок Разящего о ближайший труп и только вернув меч домой, за плечо, поприветствовал евнуха на языке Пустыни.

– Меня зовут Сабо, – представился евнух после обмена обычными вежливыми фразами. – Я служу танзиру Хаши, да озарит солнце его голову.

– Пусть так и будет, – серьезно согласился я.

Я осмотрелся и подсчитал, сколько охранников убили борджуни. Из десяти в живых остались только двое, да и те были ранены. Я нахмурился.

– Вы все евнухи?

Он отвернулся, стыдливо пряча глаза.

– Да, танцор меча. Эскорт госпожи Эламайн.

Пока я приходил в себя от изумления, подъехала Дел и соскочила с мерина.

– Вы везете госпожу через Пенджу и сопровождает ее только кучка евнухов?

Сабо покраснел и по-прежнему не поднимал на меня глаз, добровольно признавая вину. Он бы чувствовал себя ответственным за отсутствие нормальной охраны даже если бы это была не его идея.

– Мой хозяин Хаши настоял. Госпожа его невеста и он… – Сабо взглянул на меня, потом снова отвернулся и пожал плечами. – Вы понимаете.

Я вздохнул.

– Да, думаю что понимаю. Он не хотел рисковать девственностью госпожи и вместо этого рискнул ее безопасностью, – я кивнул. – Это не твоя вина, Сабо, но тебе следовало бы сообразить, чем все кончится.

Он тоже кивнул. Тройной подбородок зашевелился над высоким, украшенном драгоценностями обруче, лежавшем на воротнике одежды вишневого цвета. Сабо был темнокожим и темноволосым, но на темном лице сияли светло-карие глаза.

– Да, конечно. Но что сделано, то сделано, – он застенчиво улыбнулся, скрывая стыд. – Теперь, когда вы здесь, чтобы помочь нам, нам нечего больше бояться.

Дел иронично улыбнулась, я сделал вид, что ничего не слышал. Сабо поступил так, как я и рассчитывал.

– Я думаю, танзир будет… благодарен, когда ему доставят его невесту.

Сабо понял. Он сразу схватывал намеки.

– Ну конечно! – его бледные глаза расширились. – Мой хозяин Хаши – щедрый господин. Он хорошо наградит вас за ваш благородный поступок. Я уверен, что и сама госпожа будет очень признательна.

– А госпожа уже признательна, – произнес женский голос.

Я обернулся. Она вышла из задрапированной тканью повозки и направилась к нам, брезгливо обходя лежащие на песке тела. По пути она приподняла легкую ткань одежды, и я увидел на ее ногах маленькие голубые туфельки, украшенные золотыми кисточками.

Следуя диктату обычая пустыни, она скромно закрывала лицо вуалью. Вуаль спадала с черных волос, собранных на макушке блестящими заколками. Длинные локоны рассыпались по плечам. Вуаль была бесцветной как вода и почти невесомой. С безупречного смуглого лица на меня смотрели влажные золотые глаза.

Она опустилась на колени одним простым благородным движением и поцеловала мне ногу. Не знаю, какое удовольствие ей это доставило, если учесть как давно я не мылся.

– Госпожа, – я смущенно отдернул ногу.

Она поцеловала другую и подарила мне взгляд, полный признательности и обожания.

– Как может бедная женщина отблагодарить тебя? Разве выразишь словами свои чувства, если знаешь, что тебя спас сам Песчаный Тигр?

Ради валхайла, она узнала меня!

Сабо в изумлении ловил ртом воздух.

– Песчаный Тигр? Боги валхайла, это правда?

– Конечно правда, – отрезала госпожа, но смягчила ответ улыбкой. – Я слышала о танцоре меча со шрамами на лице и ожерельем из когтей, которые оставили эти шрамы.

Я помог ей подняться, предложив опереться на окровавленную руку. Я чувствовал себя грязным с головы до ног и совершенно неподготовленным к такого рода изящным занятиям.

– Ну-ну, – протянула Дел.

Я помрачнел, подозрительно посмотрел на нее и снова повернувшись к госпоже, улыбнулся.

– Да, я Песчаный Тигр, – скромно признался я, – и я буду более чем счастлив сопровождать тебя к танзиру, которому видимо очень благоволит судьба, раз ему несказанно повезло встретить такую прекрасную госпожу как ты.

Дел удивилась и даже не пыталась это скрыть. Она не ожидала, что мой язык может извернуться и выдать такой комплимент. Честно говоря, для меня самого это было открытием. Но комплимент произвел прекрасное впечатление на смутившуюся невесту. Она еще больше покраснела и опустила голову в трогательном смущении.

– Госпожа Эламайн, – объявил Сабо, – обручена с господином Хаши из Саскаата.

– С кем? – спросила Дел, а я одновременно с ней поинтересовался:

– Откуда?

– Господин Хаши, – терпеливо повторил Сабо, – из Саскаата, – евнух махнул рукой, полной перстней. – Это в той стороне, – он внимательно посмотрел на Дел. – А кто ты?

– Дел, – ответила она. – Просто Дел.

Ответ привел евнуха в некоторое замешательство. Может быть он ожидал чего-то большего от женщины, путешествующей с Песчаным Тигром, но она ничего не добавила и видимо не собиралась. В ее глазах, как мне показалось, вспыхивали веселые огоньки. Похоже было, что все происходящее ее изрядно развлекало.

Эламайн коснулась нежными, прохладными пальцами моего запястья, испачкав подушечки в крови, но даже не заметила этого.

– Я надеюсь, ты поедешь в Саскаат в одной повозке со мной. Этим ты окажешь мне честь.

Брови Дел поднялись до волос.

– Трудно будет защищать караван из повозки. Лучше ему остаться здесь.

Большие золотые глаза Эламайн яростно вспыхнули. Рядом с ее темной пустынной красотой Дел казалась бесцветной. Белая коса спускалась сзади по спине, а выбившиеся пряди попадали в глаза. Пыль и кровь запеклись на ее лице. Бурнус был порван и испачкан. Эламайн и Дел, стоя рядом, были похожи на королеву и кухарку, особенно для мужчины, который очень долго был наедине с женщиной, но так ничего от нее и не получил.

Эламайн улыбнулась мне.

– Пойдем, Тигр. Пойдем в мою повозку.

Решив, что последнее слово будет не за Дел (а если и за ней, то все равно ее замечания не повлияют на мое решение и последующее поведение) я посмотрел Дел прямо в глаза и улыбнулся госпоже.

– Ты оказываешь мне честь, принцесса.

Эламайн повела меня к своей повозке.

13

Признательность госпожи соответствовала моему подвигу. В уединении ее личной повозки, мягко катившейся по песку, нареченная Хаши объяснила мне, что была далеко не скромной девственницей, а опытной женщиной, которая знала, что хотела, и умела этого добиваться. А поскольку я человек очень покладистый, мы быстро нашли общий язык.

Поездка с Дел не была для меня легкой. Я хотел ее с того момента, как Северянка вошла в кантину, но понимал, что за первую же неожиданную – и нежелательную для нее – вольность она всадит в меня нож. Ночь, когда Дел положила между нами обнаженный меч, ясно показала мне, что она думала об этом вопросе, а я никогда не настаивал, если требовалось проявить лишь немного терпения. Потом, конечно, когда нас захватили Ханджи, все мысли о том, как бы заняться любовью с Дел вылетели у меня из головы.

Особенно после того, как она врезала мне коленом.

Неожиданное предложение Дел об «оплате» моих услуг когда мы доедем до Джулы затуманило мозг и взволновало тело, однако снова приходилось ждать. Но всему же должен быть предел. Дел не хотела, зато Эламайн горела желанием.

Молодая, нежная, соблазнительная, ненасытная Эламайн. Только дурак или святой отвернется от прекрасной женщины, которая от избытка признательности жаждет любви.

Как я уже говорил, я на такой подвиг не способен.

Заниматься этим приходилось конечно тихо. Невеста Хаши должна была прибыть к жениху невинной. Как Эламайн собиралась объяснять мужу, почему она не девственница, меня не интересовало и я не собирался ломать голову над этой проблемой. Мне было не до этого.

Многим женщинам нравится когда Песчаный Тигр рычит. Наверное это из-за моего имени. Иногда в подходящем месте с симпатичной женщиной, когда не было сил сдержаться, я мог порычать, и Эламайн использовала все свои таланты, чтобы заставить меня рычать как большая домашняя кошка. В конце концов мне пришлось объяснить ей, что мы должны были вести себя благоразумно и соблюдать тишину.

Эламайн просто улыбнулась и укусила меня в плечо. Я тоже умел кусаться.

Где была Дел – или чем она занималась – все это время я не представлял. Если у нее в голове было что-то кроме песка, ей следовало бы завести дружбу с Сабо, который мог использовать все свое красноречие, когда дело дойдет до разговора с хозяином о вручении нам щедрой награды. Но я знал Дел недолго и хотя считал ее довольно умным человеком, она оставалась женщиной, а их поведение было непредсказуемым. Женский род предрасположен к поступкам, которые нельзя назвать разумными.

– Кто она? – спросила Эламайн, когда мы утомившись лежали на подушках и шелках.

Я хотел поинтересоваться, кого она имела в виду, но не стал. Эламайн не была дурой.

– Это женщина, которую я сопровождаю в Джулу.

– Зачем?

– Она наняла меня.

– Наняла, – Эламайн впилась в меня взглядом. – Разве может женщина нанять Песчаного Тигра? Если только не за золото… – она показала мне кончик языка. – А это она умеет? – и Эламайн сделала рукой что-то очень изобретательное.

Когда я опомнился, пришлось сознаться, что такого Дел не умеет. Я не сказал Эламайн, что не знал, умела ли Дел что-то вообще.

– А вот так она может?

– Эламайн, – простонал я, – если ты хочешь, чтобы это приятное маленькое свидание осталось в тайне, тебе придется остановиться.

Эламайн хрипло рассмеялась.

– Они все евнухи, – прошептала она. – Кого волнует, что они знают. Они могут только мечтать провести со мной время так, как это удается тебе.

Возможно. Тем не менее я еще сохранил остатки порядочности и сообщил ей об этом.

Эламайн не обратила внимания на мое бормотание.

– Я люблю тебя, Тигр. Ты лучший.

Я не сомневался, что подобное она говорила каждому мужчине, но мне было приятно. Такое всегда приятно.

– Поехали со мной. Тигр.

– Я еду с тобой… до Саскаата.

– Я хочу, чтобы ты остался со мной.

Я изумленно уставился на нее.

– В Саскаате? Но ты же соберешься замуж, Эламайн.

– Замужество это еще не конец жизни, – раздраженно ответила она. – Конечно все будет уже не так просто, но я не собираюсь останавливаться только из-за свадьбы, – она снова улыбнулась и в золотых глазах появилось приглашение. – Больше не хочешь, Тигр?

– Спроси лучше себя.

Она захихикала и перекатилась на меня.

– Я хочу еще, Тигр. Я хочу всего тебя. Хочу, чтобы ты был моим.

Такие разговоры любого мужчину заставят заволноваться, а уж меня тем более. Я поцеловал ее как она хотела и сделал все, что она хотела, но в желудке похолодело от нехороших предчувствий.

– У Эламайн есть Песчаный Тигр, – радостно прошептала она, облизывая мне ухо.

В тот момент возразить я не мог.


Когда солнце, перекрасившее Пенджу в красный и аметистовый цвета, спустилось к горизонту, я объехал лагерь по периметру на своем рыжем мерине. Восемь повозок мы поставили в круг: в одной повозке ехала Эламайн, в остальных ее приданое и служанки.

Все сопровождающие другого пола были евнухами, и я оказался единственным мужчиной на сотни миль в округе. Если бы не способности Эламайн, я бы отвлекся на служанок, но после тяжелого дня у меня не осталось ни времени, ни сил на кого-то еще.

У одной повозки я остановился и, уставившись на пурпурную пустыню, погрузился в размышления о неожиданном – и несомненном – мастерстве Эламайн. Я не услышал как подъехала Дел. Она заново переплела и перевязала косу, успела смыть пыль и песок с лица, но я был слишком занят мыслями об Эламайн, чтобы заметить как необыкновенно мягко и нежно светились глаза Дел.

– Сабо уверен, что теперь, когда караван охраняет Песчаный Тигр, мы доберемся до Саскаата без проблем, – сказала она.

– Скорее всего так оно и будет.

Дел хихикнула.

– Она доставляет тебе удовольствие, Тигр? Или вернее нужно спросить, доставляешь ли ты ей удовольствие?

Я резко повернулся к Дел.

– Занимайся своими делами.

Она приподняла брови, изображая удивление.

– Неужели я оскорбила тебя? Может мне упасть к твоим ногам и поцеловать их?

– Хватит, Дел.

– Весь караван знает, – тихо заговорила она. – Надеюсь ты догадываешься, что господин Хаши из Саскаата довольно вспыльчивый человек. По словам Сабо он убивает всех, кто переходит ему дорогу, – Дел, как и я, рассеянно смотрела на темнеющую пустыню. – Что он скажет, когда узнает, что ты развлекался с его невестой?

– Меня в этом не надо винить, – отрезал я. – Я не мог лишить ее того, чего у нее не было.

Дел открыто расхохоталась.

– Эта госпожа не госпожа. Но мне не жаль Хаши. Полагаю, он получит то, за что заплатил.

– Что ты имеешь в виду?

– Сабо сказал мне, что отец Эламайн был более чем счастлив выдать дочь замуж. Она была… несдержанна в своих желаниях. Он пришел в такой восторг от предложения Хаши, что снизил цену за невесту. Хаши получил скидку, – она пожала плечами, – за использованный товар.

– Ты просто ревнуешь, – с запозданием все встало на свои места.

Дел усмехнулась.

– Не ревную. Зачем мне это?

Мы смотрели друг на друга. Дел – искренне развлекаясь, я – искренне злясь.

– А зачем было Сабо рассказывать тебе все это? – поинтересовался я. – Его хозяин Хаши. Откуда ему знать такие вещи об Эламайн?

Дел пожала плечами.

– Он говорит, что об этом все знают. У госпожи Эламайн жуткая репутация.

Я нахмурился.

– Но если Хаши не знает… – я не закончил.

– Похоже он знает, – отметила Дел, – но никто не знает, что дальше будет делать принц пустыни. Мне много рассказывали о том, какие они стяжатели, как они ревнивы и жаждут власти, и как жестоко обращаются с женами… Хотя это, кажется, нормально для Юга, – она посмотрела мне в глаза. – А как ты обращаешься с женщинами, Тигр?

– Продолжай в таком же духе и никогда не узнаешь.

Дел рассмеялась. Я поехал дальше по периметру, а она все смеялась мне вслед.

А мне было совсем не весело.


Вскоре Эламайн перестала изображать целомудренность и открыто заявляла о своей страсти не оставляя меня ни на минуту, даже когда я ехал во главе каравана, высматривая борджуни. В таких случаях она разрешала одному из раненых евнухов отдохнуть в ее повозке, а сама садилась на его лошадь. Под струящимися драпировками она носила широкие шелковые штаны для верховой езды, в которых ездят танзиры, и гордо гарцевала перед всем караваном. Выходя из повозки, она по-прежнему надевала прозрачную вуаль, хотя все уже знали, что это было просто лицемерием. По правде говоря, она не имела права носить вуаль – символ добродетели, но ни у кого не хватало мужества сказать ей то, что она без сомнения знала сама.

К моему удивлению, Эламайн попыталась поближе сойтись с Дел и даже несколько раз приглашала ее в свою повозку. Я даже представить себе не мог, что они могли обсуждать; меня никогда не интересовали женские разговоры. Хотя я немного беспокоился, не хотела ли Эламайн обсудить с Дел то единственное общее, что у них было – то есть меня, но ни Дел, ни Эламайн никогда не вспоминали о своих беседах.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17